Не твой герой [Сим Симович] (fb2) читать постранично

Не твой герой

Глава 1

Последнее, что я помнил перед тем, как всё пошло к чертям — это укус. Маленький, почти незаметный укол в шею, когда я возился с оборудованием в лаборатории. Чёрт, надо было внимательнее следить за этими проклятыми контейнерами с пауками. Но кто ж знал, что один из этих мелких ублюдков решит устроить мне незапланированную инъекцию?

Сначала ничего особенного — лёгкое головокружение, тошнота. Подумал, что это от усталости. Двенадцать часов в лаборатории, энергетики вместо нормальной еды, постоянный стресс от дедлайнов — обычная жизнь аспиранта. Но потом началось что-то странное. Температура поднялась так, что я чуть не сварился заживо, а тело ломило, словно меня переехал грузовик.

И вот теперь я здесь. Точнее, не я.

Открыв глаза, первое, что бросилось в глаза, — это потолок. Не мой потолок. Не та жёлтая река из высохших протечек в углу, на которую я смотрел каждое утро последние три года. Этот потолок был чистым, белым, с какими-то детскими наклейками звёздочек?

— Что за хрень? — прохрипел я, и даже голос оказался не мой. Выше, моложе.

Резко сел в кровати и чуть не свалился обратно от головокружения. Руки... Мои руки стали тоньше, моложе. На запястье не было шрама от неудачного эксперимента с кислотой. Вскочил и побежал к зеркалу, которое висело на стене рядом с письменным столом, заваленным учебниками.

То, что я увидел в отражении, заставило меня материться минуты три подряд.

Питер Паркер. Чёртов Питер Паркер смотрел на меня из зеркала. Худощавый подросток с каштановыми волосами и большими карими глазами за очками. Я провёл рукой по лицу — отражение повторило движение. Это был не сон, не галлюцинация от лихорадки.

— Ну и дела... — пробормотал я, разглядывая своё новое лицо. — Либо я окончательно съехал с катушек, либо... Хотя нет, других вариантов быть не может. Я определённо спятил.

Но тело отзывалось на каждое движение, я чувствовал биение сердца, запах завтрака, доносящийся снизу. Слишком реально для галлюцинации. Слишком детально.

Воспоминания чужой жизни начали всплывать в сознании, словно кто-то медленно переливал их из одного сосуда в другой. Тётя Мэй. Дядя Бен, который умер год назад. Школа, издевательства, одиночество. Страсть к науке и фотографии. Всё это было не моим, но в то же время ощущалось знакомым, родным.

— Питер? Ты встал? — донёсся снизу женский голос. Мягкий, заботливый. Тётя Мэй.

— Да! — крикнул я в ответ, и снова поразился чужому голосу. — Сейчас спущусь!

Я сел на кровать и попытался собраться с мыслями. Итак, либо я сошёл с ума, либо каким-то невероятным образом переместился в тело Питера Паркера. В мир комиксов, которые я читал в детстве. И если это не сумасшествие...

Встал и потянулся. Тело ощущалось странно — моложе, гибче, но в то же время слабее, чем я привык. Хотя... была в нём какая-то скрытая энергия, словно под кожей бурлило что-то новое, незнакомое.

Укус паука. В моём мире, в лаборатории. А проснулся я здесь, в теле другого Питера Паркера, которого тоже укусил паук. Совпадение? Чёрта с два.

— Ладно, — пробормотал я, направляясь к двери. — Посмотрим, что из этого выйдет. Хотя бы завтракать буду нормально, а не всухомятку в лаборатории.

Открыв дверь спальни, я остановился на пороге. Впереди была новая жизнь в чужом теле, в чужом мире. И я понятия не имел, что с этим делать.

Единственное, что было ясно — назад дороги нет.

Немного подумав о вечном, всё же решаюсь спуститься на запах еды, а именно блинчиков с джемом. Мэй тепло улыбнулась и позвала за стол. Она выглядела молодо, словно модель, отошедшая от шоу-бизнеса, но сохранившая красоту и былое изящество.

— Доброе утро, соня, — мягко произнесла она, переворачивая золотистый блин на сковороде. — Как спалось? Ты вчера рано лёг, я даже удивилась.

Я замер на пороге кухни, рассматривая её. Чужие воспоминания подсказывали, что Мэй Паркер всегда была красивой женщиной, но то, что я видел сейчас, превосходило все ожидания. Каштановые волосы мягко обрамляли лицо с правильными чертами, а в карих глазах светилась искренняя забота. На вид ей было лет тридцать, максимум тридцать пять, хотя я знал, что она старше.

— Нормально спалось, — ответил я, осторожно усаживаясь за стол. Голос всё ещё звучал непривычно. — Просто устал вчера.

— От учёбы? — Мэй поставила передо мной тарелку с дымящимися блинчиками и маленькую банку клубничного джема. — Или опять сидел до ночи с этими --">