Восемьдесят последних дней [Ushba] (fb2) читать постранично

Ushba Восемьдесят последних дней

Франко смотрит на шторм и вспоминает о том, что случилось с Гарри Поттером в мае-июле 1998 года.

Фандом: Гарри Поттер

Персонажи: Гарри Поттер

Категория: Джен

События: ПостХогвартс, Не в Англии

Предупреждения: AU

Комментарий автора: Пояснение к "Немыслимому". Рассказ о том, что все же сподвигло Поттера сбежать, бросив все.

Благодарности: Всем, кто прочтет

1. Майское безумие

Над островом пламенел закат. Багровый диск солнца почти скрылся за дальними тучами на горизонте, окрасив их в фантастические цвета. Еще недавно спокойное море теперь ревело разъяренным василиском. Волны, белые от пены, жадно захлестывали каменистый берег. Ветер рвал рубашку и трепал волосы. На остров надвигался шторм. Самое то, чтобы пошептаться с морем. «В такую пору к воде пойдет лишь дурак или самоубийца», — говорили старые рыбаки. «Дурак, самоубийца или Кико!» — ехидно добавляла вездесущая Ануш, чей острый язык прекрасно компенсировался вкуснейшей выпечкой по обе стороны пролива.

Франко лежал на нагретом солнцем камне, довольно прищурившись на замысловатые облака: он прижился в Льядо, с подачи той же Ануш все звали его не иначе как Кико и никто не видел в нем чужака, хотя переехал он сюда менее трех лет назад. Да, четыре года назад ему в руки попался тот изумительно сделанный оберег. Франко тогда объездил все побережье в поисках мастера, создавшего такое чудо. Больше года искал и нашел мастера Хорхе. Приехал к нему и упросил, вымолил разрешение стать его учеником.

И не пожалел ни минуты, ни разу, как не жалел о том, что восемь лет назад перестал быть Гарри Поттером, сымитировал свою смерть и умчался на другой край света искать себя. За это время обида на друзей прошла, он понял, что во многом заблуждался и делал ошибочные выводы, но ощущение абсолютной правильности принятого решения так и осталось, наполняя душу странным покоем.

Вряд ли он обрел бы этот покой, оставшись в Англии. После победы над Волдемортом Гарри, тогда еще и не помышлявший о смене имени, почти перестал спать. Воспоминания Снейпа, тела павших защитников Хогвартса, вспышки заклинаний, вина и беспомощность смешались в чудовищный ком, став отличным источником для кошмаров. Осознание того, что всю свою жизнь он был лишь орудием, даже оружием (не зря Дамблдор завещал ему меч Гриффиндора), фигуркой на шахматной доске, агнцем на убой заставило его сомневаться в себе и в окружающих. Паранойя и чувство вины буквально вытолкнули его из Норы. Уже 5 мая, похоронив Рема, Тонкс и Фреда, он переехал на Гриммо, но там все стало еще хуже: добавилось невесть откуда взявшееся чувство собственной никчемности. Бесконечными майскими ночами он бродил мрачным призраком по дому и думал, думал, думал. Утро приносило с собой только головную боль. Церемония вручения ордена и поминовения памяти погибших вообще прошла мимо сознания. От окончательного сумасшествия его спасло принесенное Кричером письмо от Кингсли. Новый Министр интересовался самочувствием Гарри и приглашал заодно на чашечку чая. Непринужденная беседа с Министром обо всем и ни о чем почему-то оставила тягостное ощущение, а аромат крепкого кенийского чая вызвал непреодолимое отвращение к чаю вообще и заставил перейти по утрам на кофе. Стремясь хоть чем-то занять себя, он принял приглашение Кингсли и стал каждое утро приходить в Министерство, чему Шеклболт был откровенно рад: Победитель Того-Кого-Нельзя-Называть был сам по себе весомым политическим доводом. Перси Уизли помогал Гарри не потеряться в бюрократической паутине Министерства, и, на взгляд Поттера, это выглядело откровенным контролем. Частенько к ним присоединялся Рон. Гермиона же зарылась в медицинские трактаты в отделе Обливации. В обед Трио встречалось в Аттриуме. Днем Гарри им улыбался, поддерживал разговор, а вечерами не мог отстраниться от навязчивых и безумных мыслей, почему, например, Гермиона Грейнджер, дочь маглов-стоматологов, не носила в детстве брэкеты и знала и умела применять столько заклинаний или почему профессор МакГонагалл ни разу его не навестила, хотя знала, где он живет, и находила Дурслей «ужасными маглами».

Вообще, после войны Свет и Тьма, казалось, поменялись местами: Гарри перестал доверять друзьям, но наладил отношения с Дадли Дурслем. В середине мая они фактически его бросили, уехав в Австралию возвращать память родителям Гермионы. За две недели Гарри лишь раз поговорил с Джинни, попросив ее не приходить к нему на Гриммо. Кажется, аргументом было то, что матери она сейчас нужнее или что-то вроде этого. На самом деле видеть Джин после смерти Фреда было слишком тяжело. Он был виновен перед семьей Уизли в том, что Фред больше никогда не закончит фразу Джорджа и не придумает новую шутку. По той же причине он лишь раз увидел своего крестника и говорил с миссис Тонкс.

Постоянное же --">