КулЛиб - Классная библиотека! Скачать книги бесплатно
Всего книг - 807439 томов
Объем библиотеки - 2154 Гб.
Всего авторов - 304932
Пользователей - 130502

Последние комментарии

Новое на форуме

Впечатления

Морпех про Стаут: Черные орхидеи (Детектив)

Замечания к предыдущей версии:

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против)
yan.litt про Зубов: Последний попаданец (Боевая фантастика)

Прочитал 4.5 книги общее впечатление на четверку.
ГГ - ивалид, который при операции попал в новый мир, где есть система и прокачка. Ну попал он и фиг с ним - с кем не бывает. В общем попал он и давай осваиваться. Нашел себе учителя, который ему все показал и рассказал, сводил в проклятое место и прокачал малек. Ну а потом, учителя убивают и наш херой отправился в самостоятельноя плавание
Плюсы
1. Сюжет довольно динамический, постоянно

  подробнее ...

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против)
iwanwed про Корнеев: Врач из будущего (Альтернативная история)

Жуткая антисоветчина! А как известно, поскреби получше любого антисоветчика - получишь русофоба.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против)
Serg55 про Воронков: Артефактор (Попаданцы)

как то обидно, ладно не хочет сувать кому попало, но обидеть женщину - не дать сделатть минет?

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против)
чтун про Мельников: RealRPG. Системный опер 3 (Попаданцы)

"Вишенкой на "торт" :
Системный системщик XD

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против)

Новый мир, 2002 № 12 [Ирина Исааковна Стекол] (fb2) читать постранично


 [Настройки текста]  [Cбросить фильтры]

Евгения Смагина Города

Смагина Евгения Борисовна родилась в Москве. Окончила классическое отделение филологического факультета МГУ. Работает в Институте востоковедения РАН, занимается переводческой деятельностью и преподаванием. Публиковала стихи в журналах «Новый мир», «Знамя», «Грани» и др.

Покидая Рим
Мы улетаем рано утром,
Когда на горизонте плоском
Спят города, тысячегранны,
Огнем ночей утомлены;
И, уходя, обличьем смутным,
Отображеньем, отголоском
Несем с собой чужие страны,
Душистый дым, цветные сны.
Они живут неодолимо
И ожидают только срока:
Отвлечься, замолчать, забыться —
И вот в лицо задышит зной,
И терракотового Рима
Жизнелюбивое барокко
Растет, тревожится, клубится,
Играет пылью водяной.
И там, вокруг себя не глядя,
В фонтанной пылевой прохладе,
Не слыша медленного звона
Соборного, к листу склонясь,
Забыв о ремесле и плате,
Как бы с самим собой в разладе,
Художник с площади Навона
Однажды нарисует нас.
И мы сойдем с того портрета,
Объем и краски обретая,
И без труда на их наречье
С прохожими заговорим.
Нас примет улица крутая,
Обнимет каменное лето,
Холмы поднимут нас на плечи,
И Вечный Рим… душистый дым…
* * *
Квадраты крыш разбросаны по склонам —
Цветною смальтой на холме зеленом.
Леса, селенья, пашни и стада
Ненастье пузырем облепит бычьим,
Предохраняя землю, как обычно,
От плесени и Страшного суда;
Но Джона Донна бронзовый глагол
Уж не смыкает с небесами дол.
Январский Понт раскачивает воды,
Линялые от стирок непогоды.
Пустые ветры веют из степей;
Покинутая лира намокает
И только сиплым звоном намекает,
Что пройдена еще одна ступень
И Публия Овидия рука
Не тронет струн, расстроенных слегка.
Налет времен густеет на сонете,
Как прозелень на бронзовой монете.
Что время дарит, нам легло на плечи,
Но всякому уменью есть предел —
Не нам дано заполнить тот пробел,
Манящее зиянье в русской речи,
И Бродского Иосифа печать
Страстям и гневу повелит молчать.
Insomnia
Зачем сидишь до полуночи…

Строка романса.
Не спи до полунóчи,
безмолвствуй у окна.
Смотри: течет весна
по трубам водосточным.
Ручьи вдоль тротуаров,
прозрачный ток ветров —
времен немолчный шорох
и переулков кровь.
И снова нас поманит
в проем дворов и лет
московского романа
незамкнутый сюжет,
цепляясь за края
ландшафта в ветхой раме,
проулками, дворами,
той плотью бытия,
где, общность затая,
секрет любовный, кровный,
по линии неровной
проходит жизнь твоя —
по линии отрыва
листов черновика,
где все-то вкось да криво,
не впрок, не на века.
Туда, где, закрывая
всех снов и слов пробел,
осмыслит твой удел
бессмыслица живая —
твоя немая сказка,
исток твоих затей,
начало и развязка
в сетях твоих путей.
Не с ней ли входят косо
в фонарный светлый конус
апрель, дождем пронизанный,
и снегопад рябой;
ее ли птичий голос
звучит меж прутьев голых,
где ветви и карнизы
живут одной судьбой.
Покуда ночь пророчит
пути и времена
(хоть речь и не ясна
и общий смысл неточен)
и капля камень точит
под козырьком окна —
с небес падет весна,
не спи до полуночи.
Осенний вечер в Риге
Еще не успела дождями залиться
старинная часть прибалтийской столицы,
еще сувенирным отливом лоснится,
открыточным глянцем, цветной суетой.
Подсвеченной улицей правит до срока
вечерних досугов игра и морока;
дрожит погребок от тяжелого рока,
от тяжкого Рока, от жизни крутой.
В лучах синеватых смещаются краски,
танцует толпа и заходится в пляске,
барокко и готики ветхие сказки
к чему перелистывать им, молодым!
Что минуло — сгинуло, царствуй, Сегодня,
без бремени времени — только свободней,
и сумрак мигает, лукавая сводня,
и мальчик на девочку смотрит сквозь дым.
Играйте, сменяйтесь, лучи
--">