Искра Жизни [Хейфорд Пирс] (fb2) читать постранично, страница - 3

неприятный набор вариантов.

Вариант номер один: я могу запустить двигатели «Симастера» на полную мощность, отдать несколько команд и через час или около того, преодолев тысячу футов воды, что нависала сейчас над моей головой, оказаться на поверхности. Но это лишь вернет меня в сентябрь прошлого года. Я вернусь к тому же самому отчаянному положению, когда находился в бегах от преподобного Шема и Сынов Ноя. Тогда я сделал единственное, что пришло в голову для спасения жизни: украл «Симастер Нарвал» и спрятался на дне самого глубокого, холодного и далекого озера, какое только смог отыскать. А теперь, без заранее приготовленного убежища, не имея даже предположительного укрытия, куда бежать? И какой тогда смысл покидать убежище, в котором я нахожусь сейчас?

Вариант номер два: я могу запустить «Симастер» на полную мощность и, не поднимаясь на поверхность, попытаться сделать себя неуязвимым здесь, на дне Большого Медвежьего озера, исходя из возможностей подлодки. Для этого и требовалось-то всего ничего. Во-первых, я активирую отталкивающее поле четвертой ступени вокруг «Симастера», затем включу по периметру основного поля плазменную развертку переменной мощности, а потом окружу все предыдущие пределы защиты отталкивающим полем седьмой ступени. Чисто силовой подход, чрезвычайно простой и далекий от изящества. Но он защитит меня от чего угодно, кроме прямого попадания атомной бомбы. Это я знал. Недаром же развертки и поля были моей специальностью.

Да, действительно. Даже сейчас, находясь на тысяче футов ниже уровня арктической тундры, у меня в рукаве оставалась парочка карт, чтобы доказать это:

БЕЗ РИСКА ДЛЯ ЖИЗНИ, Лимитед.

Надежные Развертки и Поля на Заказ — Можете Положиться На Ларри Мэдигана!

Впрочем, у этого решения имелось два существенных недостатка. Во-первых, силовая установка «Симастера» не предназначена для долговременного использования: это, скорее, заменяемый, нежели самовосстанавливающийся блок. Рано или поздно, но колоссальные энергозатраты на поддержание разверток и полей истощат даже почти неисчерпаемые возможности термоядерного генератора «Дженерал Электрик». И это, определенно, произойдет рано, а не поздно. Всего через каких-нибудь семь недель энергозапас «Нарвала» истощится до аварийного уровня, после чего автоматика «Симастера» без моего участия поднимет его на поверхность, где включится сигнал бедствия, передаваемый на всех диапазонах.

Только этого мне и не хватало.

А другая проблема заключалась в том, что хотя разверток и полей сотни миллионов, но все они обладают уникальными частотными характеристиками — и все занесены в базу данных Международного Регистра защитных вооружений в Буэнос-Айресе. Буквально все развертки и поля, когда-либо купленные или разработанные мной для своих нужд, на учете — и можете быть уверены, что Сыны Ноя не поленятся обшарить весь мир, чтобы их найти.

Я устало вздохнул, сообразив, в какую ловушку чуть не угодил. Я мог бы привести в действие защитные системы, взятые с собой на краденый «Симастер». Но это всего-навсего кратковременный выход из положения, мера, способная защитить лишь в случае непосредственной физической угрозы. Включенные же надолго системы с равным успехом послужат сигналом для всего мира: «Вот он, я, Ларри Мэдиган. Я тут прячусь, так что приходите и забирайте…»

Нет, это тоже не вариант.

Я поставил чашку в раковину и, желая придумать что-нибудь более конструктивное, принялся машинально щелкать суставами пальцев.

Третий вариант казался самым простым — не предпринимать вообще ничего. Но тогда, само собой, пришлось бы предположить — или, если угодно, уверовать — в то, что Сыны Ноя меня так и не обнаружили, а непонятная рыба, на чьей талии мне привиделся пояс для инструментов, на самом деле существовала…

В этот момент «Симастер» дернулся, швырнув меня на переборку, и пришел в движение.

Это было невероятно. Я растерялся всего лишь на миг и уже через секунду оказался в кресле перед пультом управления, лихорадочно приводя в действие персональную защитную систему. Еще через секунду я надежно пристегнулся к креслу, и легкое давление на кожу подсказало, что воздушно-гелевая система кресла задействована. Приводимая в действие легчайшим толчком, она мгновенно окутает меня невидимой и практически непроницаемой оболочкой из сверхплотных молекул воздуха, специальным образом перераспределенных. Но до того, как это случится, в отчаянии сказал я себе, нужно держать пальцы на пульте. Вот только двигаться внутри кокона из воздухогеля — все равно, что пытаться плавать в тазу с застывшим яблочным желе.

Я лихорадочно шарил взглядом по дюжинам светящихся передо мной экранов, но ничего не находил. И тут все лампочки и приборы внезапно отрубились. Я снова очутился в кромешной темноте.

Глава 3. Первый контакт

Следующие два часа стали сущим кошмаром, за это время я --">