КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 605182 томов
Объем библиотеки - 923 Гб.
Всего авторов - 239742
Пользователей - 109667

Последние комментарии


Впечатления

Stribog73 про Рыбаченко: Николай Второй и покорение Китая (Альтернативная история)

Предупреждаю пользователей!
Буду блокировать каждого, кто зальет хотя бы одну книгу Олега Павловича Рыбаченко.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Сентябринка про Никогосян: Лучший подарок (Сказки для детей)

Чудесная сказка

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Ирина Коваленко про Риная: Лэри - рыжая заноза (СИ) (Фэнтези: прочее)

Спасибо за книгу! Наконец хоть что-то читаемое в этом жанре. Однотипные герои и однотипные ситуации у других авторов уже бесят иногда начнешь одну книгу читать и не понимаешь - это новое, или я ее читала уже. В этой книге герои не шаблонные, главная героиня не бесит, мир интересный, но не сильно прописанный. Грамматика не лучшая, но читабельно.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Ирина Коваленко про серию Академия Стихий

Самая любимая серия у этого автора. Для любителей этого жанра однозначно рекомендую.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Pes0063 про серию Переигровка

Как всегда-Шикарно! Прочёл "на одном дыхании". Герой конечно " весь в плюшках",так на то и сказка.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Galina_cool про Моисеев: Мизантроп (Социально-философская фантастика)

Книга разблокирована

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Мой Мир 2 (СИ) [Юджин Юдд] (fb2) читать онлайн

- Мой Мир 2 (СИ) (а.с. Мой Мир -2) 2.02 Мб, 597с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Юджин Юдд

Настройки текста:



Мой Мир 2

Глава 1. Освобождение из заточения

Сработал один из «сторжков». Снаружи что-то происходило. Мое сознание покинуло ту комфортную среду, в которой находилось. Похоже, я полностью выполнил свой план. Интереснее всего было с пауками — их магия отличалась от «обычной» как Евклидова геометрия от геометрии Лобачевского — использовались совершенно разные принципы. То есть, конечно, не совсем разные, но, в любом случае, основанные на разных возможностях видов и я, просто потому, что я не паук, не мог прилично ею овладеть, однако обнаружил некоторые узлы, на которые мог воздействовать. Одним из таких воздействий и было, например, Серое перемирие. Тогда я создал его спонтанно, однако сейчас вполне мог бы и повторить. Я осмотрел себя. Х-м-м-м, интересно. Мой шар еще увеличился. При этом он стал темно-темно серый и почти однородный. А вот мешок практически стянулся вокруг него. Видимо, именно находящаяся в нем субстанция меня подпитывала все это время. А это значит, что знать-то я буду, а вот применить знания у меня может сил и не хватить. При этом надо учесть, что перед своим заточением я вложил в огненное заклинание почти все, что у меня было. Наружный слой мешка съежился и явно «ороговел». Ну да не суть, сейчас важнее другое: я стал разбираться, что меня вывело из моего состояния. Гора вокруг меня явно сотрясалась — правда рукотворное это заклинание или обычное землетрясение я пока не понял. Я посмотрел на паучью защиту. Она выглядела явно очень старой, хотя еще вполне работоспособной. Небольшое воздействие на один из ее узлов, на основе появившихся у меня знаний, и она с хлопком исчезла. В этот момент я очень ясно понял — если бы я стал пытаться ее уничтожить ТОГДА, я бы неминуемо погиб — поскольку вместе с ней полностью исчез весь воздух. Я приготовился перестраивать организм для перехода в новые, бескислородные, условия существования, когда гору потряс очередной удар и по стенам поползли трещины. Еще — и огромный кусок скалы отвалился и с грохотом покатился вниз, открыв над моей головой небольшое отверстие, в которое с шипением устремился наружный воздух. Отлично! На меня свалилась целая какофония различных энергий. Блокада была прорвана. Снаружи явно был день, но пыль, витающая в воздухе, не давала возможности солнцу освещать землю. Я немедленно послал сигнал своим, в надежде, что кто-то ответит. Ничего. Тишина. Меня захлестнула обычная человеческая тоска. Такая — чернее черного. Не знаю, сколько времени и сил ушло у меня на то, чтобы притушить ее остроту, но в следующий раз, когда я взглянул в проем наверху — я увидел звезды. Пыль уже осела. Ладно, надо выбираться и производить рекогносцировку. Сил на заклинания почти не осталось. Видимо человеческая тоска значительно более энергозатратная вещь, чем поддержание жизни. Надо собраться с силами. Пользуясь тем, что сверху проникал рассеянный свет — оглядел себя. Форма давно истлела и на теле, вернее почти на скелете висела кольчуга. Вот с ней как раз ничего не произошло. Пояс тоже истлел и ножи, видимо, свалились вниз. По крайней мере, я их не увидел. Попытка пошевелиться ни к чему не привела — все тело давно было обезвожено и суставы не двигались. Внутренний осмотр, правда, слава богу, показал, что усиленный мной в свое время костяк и хрящи в идеальном состоянии. Хлыст тоже был на поясе. Похоже, он спал. Я мысленно к нему обратился:

— Здравствуй старый товарищ!

Он, мне показалось, вздрогнул:

— Здравствуй…те. Как же давно я тебя не слышал! Я думал, что останусь здесь навсегда. Ты очень изменился…

— Потощал?

— Это как раз не важно. Ты стал совсем другим существом. Не знаю… я пока не понимаю, что ты есть. Но у меня ощущение, что ты примерно то, что называется «эргрегор». Только на основании собственных внутренних ресурсов.

— Мы давно здесь?

— Мне сложно сказать, но, думаю, не меньше 800 лет.

— Ого! Так теперь, исходя из количества произнесенных мне в свое время клятв полного подчинения, половина населения Ассара принадлежит мне?

— Я сомневаюсь. То, что это наш родной Ассар, я уверен, однако ты уже совсем не то существо, которому произносились клятвы. Тем более, мне кажется, мир сильно изменился. Так что, я бы на это не рассчитывал.

Я глянул на свой внутренний монитор — Хлыст был прав. Ни одной горящей звезды. Вот тогда я действительно понял, что остался один. Или нет? Мне показалось, но на мониторе был слабый зеленый отсвет. Надо будет с этим разобраться…

— Ты-то как сам?

— А что со мной будет? Материал, из которого я сделан практически вечный.

— Ну и отлично. Будем ждать, когда нас вытащат. Ты сумеешь сделать так, чтобы тебя у меня не украли? У меня пока проблема с силами и возможностью двигаться.

— Думаю, сумею. Я же полностью тобой авторизован.

Мы надолго замолчали. Потом я почувствовал попытку Хлыста меня увидеть. Внутренне усмехнулся и открыл себя. Если бы можно было ментально ахать — Хлыст бы ахнул

— Ты СОВСЕМ не то существо, которое было раньше, только и сказал он.

— У меня очень мало сил. Не хватает для организации нормальной связи. Скажи, а Дорн еще жив? Я знаю, что драконы живут очень долго.

Хлыст надолго замолчал.

— Не знаю, в конце концов ответил он. Боюсь, что нет. Я его не чувствую, а я плоть от плоти его. Ни его, ни тех драконов, которые принадлежали твоим адептам, кроме, кажется, Сола.

— А сколько вообще живут драконы?

— В моей памяти хранится информация о тех, кто прожил больше 800 лет. Но это скорее исключение.

— Понятно…

Тем временем наверху явно рассвело и лучик солнца проник в нашу пещеру. Потом сверху послышались человеческие голоса. Мужской и женский.

— Нася, брось меня, я слишком тяжелый. Давай я здесь останусь, а ты сбегаешь за помощью.

— Нет, Трол. Здесь ты просто истечешь кровью. Мне кажется, что скала свалилась прямо на наш базовый лагерь, так что я не знаю, сможет ли кто-нибудь из них к нам подняться. А если ты будешь внизу — я смогу позвать людей или связаться с кем-нибудь.

— Хорошо. Спасибо тебе. Давай отдохнем.

— Давай.

Я просканировал пространство: два человека — мужчина и женщина. У мужчины явно серьезная травма — вроде бы открытый перелом ноги. Женщина значительно меньше его, но мужественно тащит его тушу. Она явно слабенькая неавторизованная Зеленая, а он вообще без особых способностей. Одеты как-то странно — похоже на наших альпинистов. Вокруг пояса женщины обвязана веревка, в руках что-то типа ледоруба. Женщина осторожно кладет мужчину недалеко от того места, где мы с Хлыстом находимся. Я начинаю думать, чем им помочь. Травмы у мужчины очень серьезны. Будь я в силах — не было бы проблем его вылечить, а сейчас… Я прикидываю, что частично снять боль и усыпить его я, пожалуй, смогу. Начинаю тихонько воздействовать. Слышу сверху:

— Насенька, солнышко, мне хорошо здесь. Боль, кажется, успокоилась. Я посплю пока. Беги вниз — ищи помощь. Ты сама меня просто не дотащишь. Спуск сложный — можем погибнуть вместе.

— Да. Видимо это все же разумно. Я укрою тебя одеялом и побегу вниз. Вернусь, как только кого-нибудь найду. Как жаль, что кристалл разбился! Мы бы смогли вызвать помощь!

Голос Трола явно слабеет:

— Беги скорее! Может быть найдешь кого-то… Только будь осторожна — не сорвись. Иначе оба погибнем!

Женщина, явно тихо плача, укутывает раненного и быстро уходит. Я понимаю, что она вернется обязательно. Постараюсь поддержать в бедолаге жизнь — на большее меня пока не хватит.

— Хлыст, а в принципе с кем-нибудь из драконов ты связаться можешь? Они вообще здесь остались?

— Вроде бы да. Мне кажется, что я чувствую одного из них. Я тоже ослаб от долгого лежания — мой зов не очень-то громок.

— Позови его. Мне кажется дракон — лучший вариант в нашем с тобой положении.

— Пожалуй… И он надолго умолк

— Есть! Меня услышали! Правда он так и не понял кто мы, ну да не важно — потом объясним. Он сказал, что прилетит сюда минут через 40. Правда, когда узнал, что здесь есть люди — чуть не отказался. Я не очень понял почему.

Через некоторое время сверху послышался шум крыльев и на площадку опустился небольшой молодой голубой дракончик. Мужчина так и не проснулся — видимо ему стало хуже. Дракон стоял и оглядывался, не понимая, кто его позвал. Я связался с ним:

— Ты нас чувствуешь?

— Да, но не вижу. Где вы? И кто вы?

— Я Юджин Серый…

— Да ладно! Юджин Серый — это сказка для детенышей!

— Я тебе дам, сказка, ящерица голубая! Наберусь сил — хвост оторву!

Судя по звукам, дракон впал в ступор и сел на задницу.

— Ээээ… только и смог произнести он.

— Значит так: ты сейчас аккуратно берешь раненного и спускаешь вниз. Там где-то женщина с горы спускается — покажешь ей, куда его положил. Потом возвращайся за мной.

— Я не дотронусь до человека!

— Это что еще за новости! Как-то я не привык, что меня не слушаются! А ну-ка свяжись с кем-нибудь из старших. Кстати Дорн жив?

— Дорн?

— Ну, я хрен знает, как его теперь зовут. В его имени, наверное, букв 300 должно быть…

— Аааа… Дедушка… Нет, он ушел от нас недавно, лет 30 назад. А Вы его знали?

— Это был МОЙ дракон. А я был его человеком…

— Так это правда?! Мы всегда думали, что его рассказы о Вас — старческий маразм.

— Бегом выполнять, что я приказал! Иначе человек умрет. И позови сюда старших!

— Я не коснусь человека!

Нет, все-таки ярость наверняка имеет отдельный источник питания — я стеганул его болью. Некогда тут церемониться. Он заскулил и стал явно с кем-то связываться, а потом аккуратно подхватил бесчувственное тело и, ругаясь про себя, понес его вниз.

Через некоторое время сверху послышалось хлопанье крыльев и на площадку приземлилось три дракона. На сей раз уже явно взрослых. Один, видимо старший, зеленый и два желтых

— Ну и где здесь существо, называющее себя Юджином?

— Да здесь я. Дырку в земле видишь?

— А чем докажешь, что это ты? Я не вижу твоей ауры

— И не увидишь — молод еще.

Он аж задохнулся от такой наглости.

— Ты знаешь, что я занимаю третью позицию в иерархии нашего клана!

— Эка невидаль, если учесть, что именно я вас и возродил. А Дорн был моим драконом.

Сверху опять было потрясенное молчание. Потом я уловил их разговор друг с другом:

— Никто из ныне живущих людей не знает этого. А если учесть, что мы уже как 300 лет ни с кем из них не общаемся, возможно то, что сказал это существо, может быть похоже на правду.

— Да, вспомни Дед говорил, что во время последней битвы Юджина, он не почувствовал его смерти.

Интересно, подумал я — похоже, теперь я знаю драконий язык.

— Хватит болтать, прикрикнул я. Доставайте меня уже скорее!

Сверху пять потрясенное молчание. Потом осторожно:

— Ты нас слышишь?

— И понимаю. И, когда наберусь сил, выпорю вас прямо перед вашими самками, если вы не начнете быстрее соображать

В дыру над моей головой проник драконий коготь и отвалил кусок камня. Потом еще и еще, пока они не расчистили место моего заточения настолько, что в дыру прошла его лапа. Затем меня аккуратно обхватили и извлекли на поверхность. Позу я, естественно изменить не мог.

— Хлыст, объясни им кто мы, а то у меня уже сил нет

Он им быстро что-то сказал и три огромных дракона склонили передо мной свои головы.

— Так, братцы, надо достать из этой вонючей дыры два моих ножа, а потом как следует все выжечь изнутри.

— А что это за ножи такие?

— Мне их Корхарн делал. Они мне дороги

— Сам Мастер Корхарн?!

— Сам-сам. Своими рученьками. Как и эту кольчугу.

— Юджин, это не просто дорогие ножи. Они бесценны. Даже мы это понимаем.

— Да хватит уже болтать. Бесценны они… Ножи как ножи. Хорошо ими мясо резать. Несите меня уже скорее в источник.

— Ты не сможешь пройти сквозь экран.

Их недоверие начинало меня бесить.

— Ну конечно. Я его делал, и я же не смогу пройти!

— Так это все тоже не сказки?

Я чуть не зашипел от досады. Решил ничего им не отвечать.

Короче, через некоторое время мы с Хлыстом в когтях одного дракона, а ножи в пасти у другого подлетали к Драконьему гнезду. Третий дракон постоянно летал вокруг и смотрел по сторонам. Мне показалось, что они бояться нападения. У меня не было сил разбираться с мотивами их поведения — я и так уже был на пределе. Когда мы подлетали к куполу, дракон, несший меня, замедлил полет, однако я сказал:

— Лети, не бойся. В крайнем случае, я просто погибну.

Он явно кивнул, соглашаясь.

Когда мы влетели под купол, я увидел, что внутри практически ничего не изменилось. Около термального озера на яйцах сидело три драконы, в купели плескалось с пяток маленьких дракончиков. Тыквы росли так же, как и много лет назад. Дракон, охранявший нас, закричал и малыши бросились из купели врассыпную. Меня, прямо так, как я был в кольчуге и с Хлыстом аккуратно поместили в источник. Наконец-то я подключился! Серая энергия хлынула в меня огромным потоком, постепенно наполняя мой мешок.

— Здравствуй Серый, услышал я голос сначала Зеленого, а потом и Коричневого Разума.

— Здравствуйте.

— Давно тебя не было. За время твоего отсутствия многое произошло.

— Хочу наполниться. Все новости потом. А где остальные?

— Они покинули площадку.

— Понятно. Потом расскажете. Сейчас помогите наполниться, а то я подсажу источник.

Немедленно ко мне подключилось два мощных энергетических потока и процесс моего наполнения пошел значительно быстрее. Я блаженно закрыл глаза и привычно ушел в себя. Когда «вернулся», мой шар был уже полностью заполнен и шел активный процесс преобразования закачанной энергии в темно-серую.

— Зеленый, скажи, а как мне восстановить физическую оболочку?

— Надо бы тебя положить на открытый грунт. Там я тебе помогу.

Я позвал. Немедленно в источник сунулась огромная драконья голова, аккуратно захватила меня зубами и перенесла в палисадник с тыквами. Из земли выскочили тентакли и пробрались ко мне под кольчугу. Через некоторое время я понял, что в принципе могу шевелиться. Тогда я стянул кольчугу с себя и тентакли тут же оплели мое обнаженное тело. Я, наконец, попав в столь дружественную среду, просто расслабился, предоставив им делать свое дело.

Когда я пришел в себя, был уже вечер. Этого дня или через неделю — я не задумывался. Время, по привычке, перестало для меня быть важным. Я упруго вскочил и оглядел себя — мое тело полностью восстановилось. Все, кроме волосяного покрова. Я принял позу для медитации и перестроил его исходя из тех новых знаний и возможностей, которые у меня появились. Затем я, как и был обнаженным, вылез из огорода. Передо мной неподвижно сидел огромный, совершенно невероятных размеров, чрезвычайно старый одноглазый коричневый дракон. Повернув ко мне голову оставшимся глазом, он внимательно на меня посмотрел.

— Сол, ты что ли?

— Серый! Ты вернулся!

Огромная голова склонилась к земле в знаке высочайшего почтения. Остальные драконы, сидящие поодаль, сначала удивленно переглянулись, а потом повторили жест своего вожака.

— Серый, прежде чем мы сядем, и я расскажу тебе, что у нас происходило в твое отсутствие, позволь мне объяснить выводку кто ты и что ты для нас сделал.

— Хорошо. Я пока схожу, оденусь.

Сол повернулся и начал рассказывать. Тем временем я вернулся в огород и надел кольчугу. У меня, пока я одевался, возникла одна идея. Я решил вростить кольчугу в свое тело. При моем теперешнем уровне это была вполне посильная задача. Отстраненно подумал, что поскольку я совершенно лыс, то и с капюшоном не возникнет проблем. Я начал процесс. Задачка оказалась несколько сложнее, чем я думал изначально, но, тем не менее, я, в конце концов, справился — кольчуга как бы срослась с моей кожей. Энергии это потребовало весьма много, но результат того стоил — ее перестало быть видно. Она стала мной, моей кожей, моей оболочкой. Потом я подумал и перестроил ее таким образом, чтобы она приобретала свои защитные свойства только по моему желанию или вне его, в случае опасности. При этом защитные свойства могли возникнуть как локально, так и целиком. Во всех остальных случаях она во мне просто была. При этом, я понял, как ее нарастить на незащищенные ею раньше места и занялся этим вопросом. Через какое-то время у меня все получилось. Вкупе с усиленным костяком, увеличенным кпд мышц, возможностью ускоряться, регулируемым термообменом и моей нечувствительностью к ядам вышло все очень даже не плохо. При этом, в обычном состоянии, наружная чувствительность не пострадала.

Когда я вышел, драконы изваяниями так и сидели перед входом.

— Серый, теперь ни у кого из них нет больше никаких сомнений. Энергии всю неделю было задействовано столько, что мы чуть сознание не потеряли. Пусти, пожалуйста, детей в огород поесть — они боялись туда заходить.

— Конечно! Прости, пожалуйста. Для меня сейчас время идет по-другому…

Сол кивнул, и маленькие дракончики с шумом перемахнули через ограду. Послышалось жадное чавканье.

— Дети! Крикнула одна из дракон, ешьте аккуратно и не по многу — будет понос!

Я улыбнулся. Жизнь продолжается.

— Сол, поешь если надо и пойдем, расскажешь, что было.

Сол степенно кивнул. Я повернулся и пошел к источнику. Перед ним в великолепно сохранившихся ножнах лежало два моих ножа и Хлыст. Хлыст я аккуратно положил обратно в купель, а ножи взял и покрутил, вспоминая их руками. Потом решил немного потренироваться. Я прыгал и скакал аки оглашенный, постепенно увеличивая скорость. Блоки, выпады, перекаты, проскальзывания. Все быстрее и быстрее. Предела пока не почувствовал, но тело постепенно начинало чувствовать перегрузки. Ну, все, хватит, Сол, наверное, уже поел. Я обратным сальто заскочил в купель, где меня окутала самая дружественная среда. Баланс мгновенно восстановился. Я вылез на край. Передо мной опять сидел весь драконий выводок.

— Серый, что это было? На каком-то этапе даже мы перестали тебя видеть…

— Потренировался. Кстати, а где эти три умника, которые меня принесли? Я обещал выпороть их перед самками за то, что раздражали меня своим невереньем.

Все три дракона, сидевшие раньше за Солом, испуганно попятились.

— Не надо Серый. Они не виноваты. Я тебе все расскажу…

— Хорошо. Пусть принесут мне тыкву и пойдем, поговорим.

Тыкву мне принес тот самый молодой голубой дракончик, который меня нашел. При этом он весь светился от гордости. Я ее нарезал и приготовился слушать. Попутно пришла мысль: как же хорошо жить! Даже запах драконьей тыквы мне приятен.

Глава 2. Рассказ Сола

После того, что с тобой произошло, мы услышали крик Дорна о помощи. Уже через полчаса вся команда была рядом с местом твоего ухода. Мой человек просто разнес каменный завал, и мы вошли в пещеру. Она была совершенно оплавлена изнутри невероятным жаром. Вообще, поначалу, внутрь смогли заползти только мы, драконы. Когда внутри немного остыло, мы увидели в середине пещеры воронку с оплавленными краями, запечатанную каким-то магическим способом. Никто из нас ничего с этим не смог сделать. Дорн просто обезумел. В нас вселяло надежду то, что никто из твоих адептов не почувствовал твоей смерти. Но и сигналов от тебя мы никаких не получали. Что мы только не делали! Ничего не помогало. Твой уход сопровождался прокатившемуся по миру землетрясением. Дорн, как вы с ним и собирались, слетал в Дальние горы и обнаружил вместо одного из пиков огромную оплавленную воронку, похожую на ту, что была в пещере, где ты принял свой бой, только намного больше. Все пришли к выводу, что именно там и было паучье гнездо. В конце концов, Фрика была вынуждена вернуться к управлению Империей. Ею, через год, было высказано предположение, что ты ушел из нашего мира. Не смогли смириться с этой мыслью только Дорн, Креона и Тиэлла. Дорн каждую неделю улетал в дальний поиск. Именно тогда он и сделал меня своим заместителем — нельзя было оставить выводок без присмотра. Креона научилась управлять летающим домом и тоже, иногда одна в нем, иногда вместе с Тиэллой, а иногда и на Сиок улетала тебя искать. Однако, через некоторое время, все вынуждены были смириться с твоим отсутствием. Но смириться — не значит принять. Сигнала о том, что ты умер так никто и не получил.

Твои самки в положенное время родили детей. Фрика — двойню — сына и дочку, Креона — мальчика, а Тиэлла — девочку. У моего человека родилось 8 детей. Все сыновья. Трое из них пошли по его стопам, но никто из них не имел такого таланта, как он.

Каждый из твоих адептов прожил очень долгую жизнь. Правление Фрики Златовласой до сих пор считают золотым веком. При ней уровень жизни вырос многократно. Ее дочь вышла замуж за младшего сына короля, не смотря на 15-летнюю разницу в возрасте. После этого границы между государствами были практически стерты. Ее сын, Юджин Золотой, правил после ее смерти. Но у него не было детей, а вот у ее дочери также родилась двойня.

Зиппиус создал в столице Королевства огромный Зеленый университет, в который принимались и варги и ичиги, а Корхарн возродил былое величие Коричневой школы. Сын Креоны стал великим врачом и возглавил Университет после смерти Зиппиуса, а вот дочь Тиэллы осталась на летающих островах и, по слухам, стала их правителем после смерти своей тетки, которая была бездетна, но любила свою племянницу как дочь. Не знаю, были ли у нее дети или нет, наше общение прервалось как-то само собой после того, как Тиэлла вместе со своей драконой погибли от несчастного случая.

Мы, драконы, находили своих Людей, жили полной жизнью и были счастливы. Только Дорн, по большому счету, так и не оправился после твоей смерти. Он во всем винил себя. Креона же, после того, как ее сын стал ректором Университета, отошла от дел и, говорят, ушла в Зеленый источник. По крайней мере, больше ее никто никогда не видел. Сиок, в свой последний прилет в гнездо, рассказывала, что Креона перед уходом сказала, что выполнила долг перед тобой, воспитала из вашего сына хорошего человека и больше не хочет жить в этом мире без тебя. Потом Сиок улетела куда-то и больше мы ее не видели.

Кентакка создала лучшую СБ из того, что когда-нибудь было. И тогда, и сейчас. Она умерла раньше Фрики. Корхарн говорил, что она до конца жизни жалела о том, что не родила от тебя. Детей от ее мужа у нее не было.

Во время правления Юджина Золотого, влияние СБ распространилось и на Королевство, поскольку они с сестрой были очень близки, а она имела большое влияние на своего мужа. Правители сменяли друг друга, происходила борьба за власть в склонной вам, людям, манере. В результате были бунты и перевороты. И Империя, и Королевство сильно уменьшились, а многие из их бывших наделов стали отдельными государствами. Я, наверное, и не вспомню всего, что происходило. Как говорил Дорн — люди есть люди. За свою короткую жизнь, они стремятся подчинить или уничтожить как можно больше себе подобных. Во время одной из их битв случилось так, что у обеих сторон были люди на драконах. И тогда, в первый раз, один дракон убил другого. Мы долго обсуждали это на общем сборе и осудили. Однако это не прекратилось. После второй такой смерти Дорн собрал всех и запретил драконам общаться с людьми под страхом изгнания из Гнезда. Не все драконы подчинились — в результате в Дальних горах образовалось новое гнездо. Его основу составляют антрацитовые драконы, подчиняющиеся, в основном, Черным.

На сегодняшний момент мы более 300 лет не общаемся с людьми. Я не очень хорошо знаю, что у них происходит. Около 100 лет назад антрацитовые совершили налет на наше гнездо. Сделанная тобой защита выдержала, а Дорн, несмотря на то, что в тот момент был уже очень стар, сразился с их вожаком и убил его. Однако, по большому счету, этого его разум не выдержал. Он все более и более стал уходить в себя — слишком то, что произошло, не вписывалось в его картину мира. Он практически ушел от дел, а я вынужден был возглавить Гнездо, тогда как он все больше рассказывал молодым драконам былое или сидел, находясь в своем мире. Именно поэтому молодые дракончики считают рассказы о тебе сказками. Тридцать лет назад он тихо угас.

Люди, наверное, под влиянием антрацитовых, перестали считать нас, драконов других цветов, разумными существами и периодически устраивают на нас охоту — как ты знаешь внутри дракона очень много того, что может быть использовано в человеческой медицине. Именно поэтому мы сейчас вынуждены летать тройками. Кстати, Голубой вылетел из гнезда самовольно, за что он будет наказан.

После долгого молчания я сказал:

— Не надо никого наказывать. Думаю, он должен был это сделать.

Я опять надолго замолчал. Мне было очень плохо. Скольких же близких мне людей я сделал несчастными!

Сол тоже деликатно молчал. В конце концов, через некоторое время он спросил:

— Так что у тебя произошло?

— Меня заманили в очень хорошо подготовленную ловушку, использовав в качестве предлога, нападение на драконьих детей. Дорн зря себя корил всю жизнь, он бы ничего не смог сделать и просто погиб.

Несмотря на то, что я попался, они недооценили мои возможности и я сумел выжечь их гнездо. Я уничтожил пауков, но попал в их ловушку, из которой так не смог выбраться и вынужден был закапсюлироваться. Время я, конечно, зря не терял, но, если бы не землетрясение, так бы и находился в той пещере.

— Что собираешься делать?

— Пока не знаю. Побуду здесь, приду в норму. Дальше посмотрим.

Мы опять надолго замолчали.

— Сол, скажи, а Серых драконов больше не появлялось?

— Нет. По крайней мере, в нашем гнезде. Дорн был единственным.

— Моя аура видна?

— Нет.

— Оставь меня, пожалуйста, одного, попросил я Сола.

Он тихо уполз, а я погрузился в омут невеселых мыслей. Через какое-то время я встал и нырнул в источник. Я, в своем горе, не хотел ни с кем общаться. Потом вылез, достал Хлыст и ушел в угол гнезда. Там я начал тренироваться, не жалея себя. Быстрее, быстрее, еще быстрее. Тело гудело из-за чрезмерных нагрузок, но я не обращал на это внимания — такие тренировки позволяли мне не думать. Вечером поел и опять в источник. И так изо дня в день. В какой-то момент я почувствовал, что дошел до предела своих возможностей. Тогда я еще изменил себя. А потом значительно усилил Хлыст — он теперь с легкостью крошил огромные камни и перерубал толстые деревья, периодически выпуская из кончика, от переизбытка энергии, темно-серые молнии. И опять сплошные тренировки по 15–18 часов в день. Иногда я выходил из-под купола и бродил по окрестностям. Внутри была пустота. Драконы меня не трогали, только каждое утро перед купелью меня ждала свежая тыква. Жизнь гнезда вошла в привычное русло. Прошел, наверное, год. Однажды, работая на пределе своих возможностей уже измененного тела, я обратил внимание, что мой шар стал немного чернее. Я решил, что хватит жалеть себя, надо уже что-то делать. Я погрузился в источник и открыл себя для общения с Разумами. И первое, что я услышал:

— Любимый! Я дождалась тебя!

Я просто онемел.

— Серый, услышал я голос Зеленого, видя твое состояние, я сумел вычленить личность Креоны. Она во мне, но теперь вполне самостоятельна. Мы не могли до тебя достучаться.

Сказать, что я почувствовал облегчение и радость — не сказать ничего!

— Креона! Любимая!!!

— Да, это я…

Я не помню, о чем мы с ней общались, не помню сколько времени. Я заставил поделиться ее своей болью и поделился с ней своей. Наши души сплетались и проникали друг в друга, и я вновь захотел жить!

В какой-то момент я обратился к Зеленому и Коричневому разумам:

— Почему вы разошлись с остальными?

— С твоим уходом общение стало очень затруднительным. Мы, конечно, можем общаться через Серую субстанцию в купели, но, поскольку ее подпитка осуществлялась только Дорном, мы, после его смерти, очень быстро могли бы исчерпать ресурс. А с уничтожением пауков, стал уходить и смысл нашего общения. В результате все получилось как-то само собой. У нас, естественно, остался резервный канал на всякий случай, но мы уже лет 30 ни о чем не общались — в мире не происходит никаких глобальных потрясений, достойных нашего общего сбора. С Коричневым же у нас сложился контакт, и мы можем общаться с ним даже без купели.

— Ну, сейчас-то купель полна!

— Сейчас — да. Но ведь никто не знал, когда ты вернешься и вернешься ли вообще. Тебя и нашли-то недалеко от Дальних гор.

Глава 3. Выход в свет

После обретения Креоны, я значительно снизил интенсивность тренировок и стал все чаще выходить из Гнезда. В одежде я не нуждался. Нацеплял на сделанный из куска драконьей кожи пояс ножи, брал Хлыст и шел, куда глаза глядят. Иногда пробегал по лесу 20–30 км, нарезая концентрические окружности. Для того, чтобы ходить по буераку достаточно было активизировать мою защиту на ступнях. Было лето, однако людей вокруг Гнезда не было. Никто не собирал грибов или ягод, хотя и того и другого вокруг было во множестве. Странно, вроде бы раньше здесь были деревни. И вот как-то, в очередной раз, увеличив радиус поиска, мои охранные системы взвыли. Я почувствовал, что по ближайшим деревьям развешана Черная паутина. Я внимательно ее изучил — ничего сложного или принципиально нового. Пройдя вдоль «забора», я на второй день замкнул круг. Вот и объяснилась причина отсутствия людей — вокруг Гнезда был защитный периметр. И не скажу, что дружественный. Я связался с Черным Разумом:

— Здравствуй!

— Здравствуй Серый. Давненько тебя не было. Я смотрю, ты изменился.

— Не без этого. Наши старые договоренности в силе?

— Конечно. Я добро помню. Правда, я теперь вряд ли смогу дать тебе что-нибудь новое.

— Ну ладно, не прибедняйся. Наверняка твои адепты что-нибудь придумали.

— Хотя да. Из интересного — открыли камень, аккумулирующий Черную энергию. Правда не наши для его применения ничего лучше, чем изготовить стрелометы. — оружие дальнего действия. Теперь даже слабенький Черный может пустить хорошую стрелу. Защиту они улучшили, пытать себе подобных лучше научились. Но из-за мелких результатов использования столь великого открытия мне все это особо стало не интересно.

— Башня-то в Черном замке осталась?

— Конечно. Правда, с твоим уходом я перестал кого-либо туда пускать. Нет достойных, знаешь. А их мышиная возня с властью меня не интересует.

— Понятно. Восстанови мою подпитку на всякий случай.

Я немедленно почувствовал мощное Черное подключение.

— Не хочешь с другими пообщаться?

— А не о чем пока. Но за предложение спасибо. Я чувствую, ты зарядил купель.

— Да. Теперь можете себя ни в чем не ограничивать.

— Спасибо еще раз.

— Скажи, а что, клятвы теперь не работают?

— Нет. Мы все их дезактивировали. Слишком опасно — враг, вместо того, чтобы воевать со всеми, захватывает старшего. Так уже было с моими адептами, как ты помнишь.

— Давно?

— Да, примерно лет через 100 после твоего ухода. Сейчас уже никто из людей не помнит, что это такое.

Я задумчиво почесал нос. Наверное, он прав — с точки зрения собственной безопасности.

— Это ваше общее решение?

— Да. Одно из немногих.

— Можешь восстановить ритуал для меня? Мне так будет проще.

— Да, для тебя восстановлю. Но только для тебя и только касательно самого существа давшего клятву. Никакого ее распространения на потомство. И адепты твои, буде они появятся, такого права иметь не будут. А когда ты уйдешь — все опять дезактивируется.

— Сурово. Видимо вам здорово досталось. Ладно, договорились.

Затем я принял позу лотос, активизировал броню на ногах и заднице и создал под собой заклинание типа того, которое использовалось для движения Домика. Зависнув в воздухе, я попытался дезактивировать броню, но получил такую порцию неприятных ощущений снизу, что немедленно вернул активацию обратно. Ну и ладно — не проблема для меня. Но, на будущее, обязательно надо будет потренироваться в полетах, подумал я. С такими возможностями у меня будет полная свобода передвижения.

Я аккуратно поднялся над кронами деревьев и переплыл через ограждение. Перелетев на другую сторону и отлетев метров на 30, я опустился вниз. Просканировал пространство вокруг — недалеко от меня был заяц. Я заставил его подойти ко мне и, схватив за уши, швырнул в ограждение. Он ударился в паутину, прошла черная искра и его обожженная тушка свалилась вниз. Паутина немедленно передала сигнал тревоги. Я притаился за кустами и стал ждать. Примерно через 10 минут появилось трое Черных на чем-то типа квадрациклов. Их двигатели явно работали на желтой энергии. Интересно, значит не только черные аккумуляторы придумали. Потом пригляделся к приехавшим: Черные — двое мужчин и женщина. Каждый в униформе и у каждого за плечами, как я понимаю, стреломет — что-то типа карабина. Двое взяли их наизготовку, а третий, один из мужчин, пошел к тушке.

— Опять заяц. Что-то они за последнюю неделю офигели совсем.

— Так у них сейчас брачный период, томным грудным голосом сказала женщина. Кстати, она была у них явно старшей. Вот и сходят с ума. Самец хоть?

— Так кто же теперь поймет, сказал тот, что держал зайца. На жаркое только и годится.

— Ну, бери и поехали.

Черный закинул трупик в квадрацикл и они кавалькадой поехали обратно. Я, закрывшись серым пузырем, двинулся за ними.

Мы подъехали к небольшой избушке. На крыльцо вышла еще одна женщина, вернее почти девочка.

— Что там?

— Опять заяц. Клуня, иди, приготовь, мы отдохнем пока.

Молодая кивнула, взяла протянутую ей тушку и пошла на задний двор. Может быть мне показалось, но на ее лице проскользнула гримаса брезгливости.

Тем временем, приехавшие вошли в дом. Через некоторое время женщина вышла в топике, а мужчины голый торс. Все трое расположились на стульях под навесом и достали бутыль с какой-то жидкостью, сильно напоминающей алкоголь. Разлили по стаканчикам и, как говориться, тяпнули. Крякнув, разлили еще по одной.

— А что мальчики, распечатаем сегодня Клуню? А то ходит, цаца такая. Говорят, в школе отличницей была.

— Да характеристики у нее что надо, я читал. Вот с родственниками не повезло — ее папашу за полгода до окончания школы приговорили за заговор. Теперь вот ее к нам и отправили. Кстати там пометочка была — дочь врага. Так что пусть теперь Родине в нашем лице послужит.

— Ну и отлично. Как мы ее предшественницу распечатали, помните? Она ведь из той же школы была. Жаль, что через полгода повесилась. Записочку слезную черканула на прощание и ведь, ухитрилась, сучка, почтой ее отправить. Хорошо, что курьером мой кореш работает. Во сколько нам это встало?

— Да почитай половина годового оклада… Сука у тебя, а не товарищ.

— А висеть было бы лучше?

— Нет…

Тяпнули еще по одной.

Я обратил внимание, что последнюю часть разговора девочка слушала, притаившись с готовой тушкой за приоткрытой дверью.

— Ну, от этой записочки читать не будут. Если что, я заранее отчет напишу. Мол, была замечена в вольнодумстве.

— Эх, повеселимся.

— А сбежит?

— Ну и куда, скажи, здесь бежать? До ближайшего жилья, почитай, 100 верст. А в лесу зверья всякого. Да и банды ходят. Как думаешь, что они с одинокой Черной сделают?

— Тоже, что и мы, гыгыкнул один из мужчин. Хотя нет — ей то, что мы с ней делать будем, раем покажется. Не любят они нас. Если бы не стрелометы — давно бы порешили.

— Это да…

— Кстати, где эта сучка? За это время можно было не зайца, а оленя приготовить!

Тяпнули еще по стаканчику

— Клуня! Ты где? Заорала старшая

На лице девочки прошла вся гамма эмоций от ярости до страха и застыло выражение обреченности. Она вышла из-за двери с зажатым в руках приготовленным зайцем.

— Тебя только за смертью посылать! Клади зайца на стол и вставай в центре.

Я рассмотрел расстановку сил: девочка была достаточно сильной, но против троих матерых бойцов точно бы не выдержала. Да даже и против одного. Все это понимали, и она в первую очередь.

Девочка встала в центре, зажавшись в комочек

— Руки по швам, когда с тобой старшие по званию разговаривают! рявкнула Старшая.

Дрожащие руки опустились.

— Форма одежды номер три — трусы-майка! Форму снять! Будем спортом заниматься.

— Так не утро же…

— Разговорчики! Или мне в Ваше личное дело записать: дочь своего папеньки не исполняет приказов?

Глаза девочки наполнились слезами. Она дрожащими руками стала расстегивать униформу. Мужики, глядя на это, похабно лыбились, поглаживая свой пах. Наконец форма была снята, и девочка осталась в майке и казенных трусиках.

— Майку-трусы снять! Нечего казенное белье портить!

— Так…

— Р-р-р-азговорчики! Исполнять!

Слезы текли по щекам несчастной, но деваться ей было абсолютно некуда. Я решил, прежде чем вмешаться, досмотреть шоу. Майка и трусики были скинуты, и она встала, прикрывшись руками.

— Руки за голову, ноги шире плеч, продолжала командовать Старшая. Покрутись-ка на месте

Фигурка у девочки была отличная. Грудь — троечка, губки аккуратно побриты, а на лобке было сердечко.

— Гляньте-ка, а она шлюха первостатейная! Загоготал один из мужиков. Вот, помню, был я как-то в борделе, так там у всех блядей на лобке разные фигурки были.

— И сердечки?

— Конечно. У тех, кто в очко долбится.

— Долбишься в очко, Клуня? спросила старшая

— Н-н-н-ет…

— Да ладно, здесь все свои, сказал второй мужик. Они оба уже достали свои члены и вовсю наяривали.

— А для кого сердечко сделала?

— У меня в столице мальчик был. Хотела ему подарок сделать, да не успела…

— Знаю я эти подарки! Сама такая же была. В жопу небось давно долбишься, а передок «для мальчика» берегла.

— Нет!

— Разговорчики!! А ну-ка нагнись!

Девочка не выдержала напряжения и присев, расплакалась. Старшая кивнула одному из мужиков, тот подошел, поднял девочку за волосы и лениво отвесил две мощные оплеухи. Ее взгляд даже немного расфокусировался. Затем он также лениво, но вполне чувствительно стукнул девочке под дых и, когда она согнулась, зажал ее шею у себя под мышкой. Потом он развернул ее попой к Старшей. Та, не вставая со стула, взяла пальцем застывший жир с зайца и сунула его ей в попу. Немного пошерудив, она достала палец и брезгливо поморщилась.

— Она полная говна! Тащи нашу клизму, сказала она второму.

Тот ушел в дом и принес ведро с вделанным в него шлангом с краником и деревянным набалдашником в форме члена с дыркой. Неторопливо набрал ведро водой и повесил на гвоздь под потолок.

— Клизма готова, издевательски доложил он, поддрачивая член.

Старшая поднялась со своего места, сняла с пояса пару наручников и ловко пристегнула висящие как плети руки девчонки к ее щиколоткам, согнув почти пополам.

— Подводи

Первый подвел несчастную Клуню к ведру и развернул. Тем временем Старшая смазала жиром от зайца набалдашник и сказала:

— Не расслабишься — порву.

С этими словами она грубо и весьма глубоко вставила его внутрь. Клуня только пискнула. Старшая открыла кран и сказала:

— Упустишь хоть каплю — языком все убирать будешь.

Потом веселая троица оставила несчастную и опять села выпивать.

Минут через 15 старшая сказала:

— Отведи ее в кусты, чтоб здесь не воняло.

Мужчина аккуратно достал набалдашник. Видимо ему не хотелось быть испачканным.

— Иди сама! Не на руках же мне тебя срать вести!

Походка несчастной с пристегнутыми к ногам руками и полным животом вызвала у мучителей унизительный хохот. Едва доковыляв до кустов, Клуня присела и послышались звуки дефекации.

Процедура повторялась несколько раз. В конце вся компания была уже изрядно навеселе. Старшая сидела на стуле, широко раскинув ноги, один из мужчин лизал ее щель. Второй стоял рядом, и она задумчиво двигала рукой по его члену.

— Притащи эту дуру из кустов велела Старшая.

Тот, кому она дрочила, отошел и притащил Клуню, которая уже не сопротивлялась, видимо смирившись. Старшая, пьяными движениями не сразу расстегнула ей наручники и сунула руку в промежность

— Гля, а эта сука уже течет, пьяно заржала она.

Ладно, пора вмешиваться. Я снял защитный пузырь, взял в руку Хлыст и, как был обнаженный, появился перед честной компанией. Внешность, естественно, подправил — искусством иллюзий я теперь вполне владел. Теперь я выглядел раза в полтора шире, чем на самом деле, заросший рыжими спутанными волосами с красными светящимися глазами. Силуэт немного размыл, как бы клубясь. Член увеличил раза в три и эрегировал. Первой меня увидела, естественно, Старшая. Она оттолкнула лизуна и дико закричала, пытаясь встать. Я стоял не шевелясь. Дождавшись, пока она моргнет, я перешел на сверхскорость и оказался уже метрах в трех от нее, остановившись в той же позе, что и раньше. Все обернулись. Я «лениво» качнул рукой с Хлыстом, и голова лизуна разлетелась как гнилой орех, испачкав окружающих. Второй мужчина, понимая, что не успевает к стреломету, схватил со стола нож и кинулся на меня. Черный и есть Черный — несмотря на то, что был пьян, он действовал достаточно быстро. Я, также, почти не шевелясь и смотря в глаза Старшей, поймал его руку с ножом и сжав пальцы, раздавил ее ему вместе с костями, усилив боль. Он дико заорал и упал на колени. Я взял его за затылок и медленно насадил его голову через глазницу на член, сделав так, чтобы он вылез из задней стороны черепа, выдавив кусок кости с неприятным хрустом. Когда член проходил глаз, человек визжал не своим голосом. Я даже немного задержал движение его головы, дав глазу лопнуть, чтобы его «милый» начальник все увидела и поняла, а потом уже продолжил движение. Это было не сложно сделать, активизировав броню, покрывавшую член. Во время этого действа, я все время глядел ей в глаза. Краем глаза увидел, что Клуня метнулась в дом. Пусть ее… Проверим как работает стреломет. Я просто на всякий случай качнул в броню серого. Потом небрежным движением я снял труп с члена за волосы и бросил его в грязь. Клуня была в доме, когда старшая опять моргнула. В этот момент я оказался уже перед ней. Мерзко улыбнувшись, окутал себя трупным смрадом. Старшая, в полном ступоре, смотрела на стоящий перед ней огромный окровавленный член. В этот момент из домика выскочила Клуня со стрелометом и запустила мне в грудь витиеватую черную молнию. Ничего сверхъестественного я не почувствовал, можно было даже броню не усиливать. Когда она выстрелила четыре или пять раз, я небрежно махнул рукой с Хлыстом, разбивая стреломет в щепки. Старшая видела, что молнии попадают в меня, не принося никакого вреда. Потом я ей скабрезно улыбнулся и медленно перевел взгляд на Клуню, облизнулся, протянул руку к размозженной голове сидящего между ее ног трупа, зачерпнул мозги и сунул в рот, закатив глаза от удовольствия. Старшая тихонько взвизгнула и пустила струйку. Отлично. Служба ей медом теперь точно не кажется. Затем я указал ей пальцем на Клуню, потом в лес, а потом, наклонившись к ней, провел пальцем себе по шее и тыкнул в нее. Она мелко закивала. Тогда я отошел и не торопясь вразвалочку пошел в сторону паутины. Небрежно махнул Хлыстом, и паутина с тонким треньканьем разорвалась, издав жалобный стон и освободив мне проход. Спиной чувствовал два взгляда. Скрывшись в кустах, я накинул серый пузырь и вернулся, чтобы посмотреть на произведенный эффект.


Глава 4. Все получилось

Глава 4. Все получилось

Вышло что надо! Старшая сидела, так и не сведя ног, тупо глядя на трупы товарищей, а Клуня тихо скулила в углу. В конце концов, Старшая взяла себя в руки:

— Хватит скулить. Связывайся с нашими, вызывай подкрепление. Скажи — у нас нештатная ситуация. И скажи, чтобы прислали кого-нибудь из яйцеголовых. Я не слышала о таких существах. Что у них там происходит в запретке?!

— А может быть, просто уйдем?

— Я те уйду! Хочешь, чтобы ЭТО и меня порешило? Да и куда идти? Он и появился-то неизвестно откуда. Может стоит где-нибудь и ждет нас… Вызвала помощь?

— Да-а-а-а

— Пойду, оденусь. Что между нами было — молчи, если не хочешь под трибунал. Понятно? И оденься. Быстро!

Клуня закивала.

Минут через 40 прилетело 8 квадриков, на каждом из которых находилось по 2 Черных. Возглавлял прибывших старый служака в полковничьей форме. В знаках отличия, после «контакта» с убитым, я теперь вполне разбирался.

— Тролка, что у вас здесь произошло?!

— Господин полковник! Неизвестно откуда появилось существо, на которое не действует наша магия. Два бойца были им уничтожены. Рядовая Клуня в упор выпустила 5 черных молний, однако это существо просто уничтожило стреломет, а потом прошло внутрь запретки, прорвав паутину.

— Это невозможно! Вы тут перепили! Я вас под трибунал отдам!

В это время один из Черных, внимательно осмотрев разрывы в паутине, подошел к полковнику и что-то зашептал на ухо. Тот выслушал и почернел лицом.

— Повреждение периметра подтверждается. Следы видны. Покажите стреломет!

Клуня притащила разрушенное ружье. Полковник долго вертел его в руках, потом спросил:

— Что за существо. Человек?

— Вроде бы да. Но огромный. Вооружен чем-то типа кнута. На поясе ножи в ножнах. Владеет неизвестными способами передвижения.

— Это как?

— Я не видела, как он передвигался, даже когда смотрела на него. Просто в следующий момент он был в другом месте.

— Мужчина? Женщина?

— Мужчина, хором ответили обе. Он был обнажен, добавила Тролка.

— Что хотел?

— Жестами приказал отвести рядовую Клуню к нему в лес, иначе появится еще раз и убьет нас.

— Бред какой-то. Оставляю вам здесь пятерку лучших бойцов в усиление. Яйцеголовые прибудет завтра. Будем разбираться. Все, я поехал.

— Господин полковник! Пятерки мало! Оставьте еще!

— Прекратить истерику! Еще никому не удавалось в одиночку победить пятерку наших. Вы, пятеро, остаетесь здесь!

Пятеро бойцов остались, а квадрациклы развернулись и с ревом умчались обратно. Это были совсем не те пьяницы, которых я положил — тренированные, хорошо обученные воины. Они распределились по периметру домика в прямой видимости друг друга. Тем интереснее будет.

Я дождался 4 часов утра и начал действовать. Решил не менять старой тактики и не парить себе голову. Из земли одновременно выскочило пять тентаклей и удавило бойцов, а я блокировал их предсмертные выбросы. Затем тентакли прокололи их кожу и откачали из трупов кровь, после чего я подошел, отрезал пять голов, разрушил в них мозг, насадил на дула их стрелометов и аккуратно поставил около перил террасы, а тела тентакли утащили в землю, где и утилизировали. Затем я одел личину и зашел в дом. Обе женщины спали в обнимку с оружием. Клуню я вогнал в глубокий сон, а вот Тролку разбудил. Она открыла глаза. Увидев меня, ее глаза в ужасе расширились, а рука потянулась к ножу. Я покачал головой и мгновенно протянул руку, схватив ее за точки на шее. Одна — та, что блокировала голос, а другая — та, что причиняла нестерпимую боль, лишая возможности сопротивляться. Затем я вывел ее на улицу. Увидев головы, ее глаза округлились еще больше, а на лбу выступил пот. Я посмотрел на них и покачал головой, а потом провел пальцем по шее. При этом трупный смрад от меня распространялся такой, что глаза, по-моему, должны были слезиться. Я еще раз показал пальцем в сторону спящей Клуни, потом в лес. Затем я оттащил Тролку подальше от дома, одним движением разорвал на ней штаны, поставил в коленно-локтевую позицию и наступил ногой ей на голову. В результате все ее отверстия торчали вверх. При этом она не понимала, что я хочу сделать и, по-моему, приготовилась к изнасилованию. Однако, я не торопясь засунул палец сначала одной, а потом и другой руки ей в задницу и не сильно дернул их в разные стороны. Раздался неприятный треск, хорошо слышимый в предрассветной тишине. На мои руки брызнула ярко-алая кровь. Она дернулась, проваливаясь в бессознательное состояние. Однако, я не дал ей этого сделать, одновременно останавливая кровь и усиливая болевые ощущения. Я отошел и полюбовался на дело рук своих, хищно облизываясь и внимательно следя за тем, чтобы я не исчез из ее поля зрения. Потом еще раз показательно провел пальцем по горлу и исчез в предрассветном мареве, сняв блокировку с ее голоса, но приложив палец к губам, показывая, что она не должна кричать. Потом сел и стал ждать. Тролка свалилась на бок и тихо скулила. Рассвело и вдали послышался рев моторов. Я перевел Клуню в режим обычного сна. Минут через 30 к домику подъехал кортеж из 8 квадриков. С них, кроме вчерашнего полковника и пула его охраны, слезло два пожилых Черных, чья аура превышала в разы ауры всех здесь присутствующих. Полковник что-то говорил и вдруг остановился с открытым ртом, разом оглядев всю картину. За ним, с не меньшим изумлением на лицах, остановились яйцеголовые. На крыльцо выскочила Клуня со стрелометом в руках и тоже застыла с выражением немого ужаса на лице. Яйцеголовые подошли к лежащей на земле и скулящей Тролке. Один из них постарался купировать ее боль, хотя у него это плохо получилось. А может быть он плохо старался.

Второй спросил:

— Госпожа Тролка, что здесь произошло?

— Опять он. Мы не слышали, как он вошел.

— Что он хочет?

— Что бы я отвела рядового Клуню к нему в лес.

— Мы отвезем ее в столицу.

— Тогда он придет и убьет сначала меня, а потом вас.

— Смерть для вас — часть вашего долга. А насчет нас — так мы очень в этом сомневаемся.

— И они сомневались, с трудом сказала Тролка, кивнув в сторону голов.

Яйцеголовый задумался, затем достал бумагу и стал что-то быстро писать. Написав, свернул в конверт и сформировал сверху черную печать.

— Полковник, пусть кто-нибудь из ваших людей доставит эту бумагу в штаб. В сложившихся условиях я не доверяю этим новым средствам связи.

Полковник отдал приказ, один из Черных взял конверт, вскочил на квадрик и с ревом умчался в обратном направлении. Едва он скрылся за поворотом, я увеличил в несколько раз желтое заклинание, двигающее квадроцикл и над лесом раздался бу-бух, сопровождаемый огненным шаром и предсмертным выбросом. Все в шоке замерли.

— Всем занять круговую оборону! Заорал полковник. Охранять здание!

Я, на всякий случай, прикрыл всю поляну серым колпаком. Из домика выскочил один из Черных:

— Господин полковник, связь не работает!

Двое Черных подхватили несчастную Тролку под руки и потащили в дом.

Вокруг дома было сформировано кольцо охранения. Один из яйцеголовых осматривал головы, а второй вызвал к себе Клуню.

— Что здесь происходило, когда появилось это существо?

— Сержант Тролка и те, кто здесь был, хотели изнасиловать меня. Тогда он и появился.

— Вы не применяли магию?

— Нет

— Не сопротивлялись?

— Уже нет

— Они изнасиловали вас?

— Не успели. Но ничто им уже не мешало

— Что происходило ночью?

— Я не знаю. Я ничего не слышала. Я проснулась только от звуков ваших моторов.

— Так-так-так, задумчиво сказал яйцеголовый.

Я подумал, что надо бы его просканировать. Он явно был достаточно информирован. Тем временем второй стал формировать над каждой из голов черное облачко. Но ничего не происходило. Он оторвался от осмотра и удивленно сказал:

— Вот что странно, коллега: головы полностью обескровлены. Более того, в их мозгах не осталось совершенно никакой информации. Их бы в нашу лабораторию…

— Может, пешком двоих отправим?

— Можно попробовать… Полковник!

Он тут же нарисовался

— Возьмите одну из голов и отправьте двух лучших людей в штаб пешком. Пусть передвигаются по лесу так скрытно, как могут. На словах пусть передадут, что сюда необходимо прислать подразделение Черных Ястребов. Голову пусть передадут в лабораторию.

— Есть!

Немедленно двое вышли из охранения, сняли одну из голов, уложили в вещмешок и бегом умчались в лес. Ну-ну…

Я, пользуясь тем, что был в пузыре, перелетел на другую сторону дома, сформировал личину и пошел «встречать гостей». Минут через 10 они появились. Двигались крадучись, а их бесшумный шаг был совсем не плох. Метрах в 7 от них я снял пузырь. Реакция была мгновенной — один из них с бедра засадил в меня 4 выстрела из стреломета, а другой метнул нож. Выстрелы не произвели никакого эффекта, а нож я поймал и сломал пальцами. Затем на сверхскорости переместился на метр ближе и на два вправо, после чего снес хлыстом голову стрелявшего, заблокировав выброс. Оставшийся, с вещмешком за плечами, достал два ножа и встал в боевую позицию. Я спокойно ждал. Дождавшись, пока он моргнет, я оказался около него и нажал на точку под сердцем. Человек свалился обездвиженным. Обдавая его трупным смрадом, я наклонился над ним, сдернул штаны, взял у обезглавленного стреломет и аккуратно запихнул его дуло обездвиженному бойцу в задницу, прилично ее разорвав. Боль была дикая, но потерять сознание я ему не дал. Затем показал пальцем на дом, потом на лес, потом на него, а потом провел пальцем по горлу. Взяв оторванную голову, я превратил мозги, находящиеся в ней в кашу, затем снял с человека блокировку двигательных функций, поставил на ноги, дал голову в руки и показал пальцем на дом, развернув его в этом направлении. Человек, как сомнамбула зашагал напрямую через кусты обратно. Тем временем тентакли утащили в землю тело его товарища и утилизировали его. Я, покрывшись пузырем, вернулся обратно к месту наблюдения.

Услышав хруст веток от его приближения, часовые вскинули стрелометы, однако увидев знакомую форму, опустили их. Из леса широко расставляя ноги, вышел их товарищ. Штанов на нем не было, стреломет, весь в крови, торчал из его зада, волочась прикладом по земле, за плечами был вещмешок, а в руках — голова напарника. Эффект был потрясающий. Часовые закричали, из дома выскочил полковник и яйцеголовые. Когда человек подошел, один из яйцеголовых, нажав на точки, купировал боль. Человек попытался упасть, но двое подхватили его под руки.

— Что произошло?

— Он нас встретил. Мы ничего не смогли сделать. Фола — он поднял голову в руке — он убил хлыстом, хотя тот выстрелил в него и попал, а мой нож поймал и сломал пальцами.

— Как он выглядел?

— Огромный, рыжий, весь волосатый, с огромным членом.

— Он обнажен?

— Да.

— Он что-то говорил?

— Нет. Только жесты. Он показывал пальцами на дом и на лес. Потом провел пальцами по горлу.

— И все?

— Вроде бы да.

— Что еще помнишь?

— Запах… как из могилы

Один из яйцеголовых протянул руки к его вискам. Я не хотел, чтобы он считал информацию, поэтому взорвал ауру несчастного вместе с его головой, обрызгав его мозгами всех окружающих. Все отшатнулись и тело упало на землю.

— Все к дому! Заорал полковник.

Когда все отбежали, я придал тентаклям форму трупных червей и устроил над телом их кишащее пиршество. Все опять остановились и потрясенно молчали. Кто-то выстрелил в червей из стреломета, но черная молния не произвела никакого эффекта. Через пять минут на земле лежал чисто обглоданный скелет.

Когда все собрались, из дома раздался истерический голос Тролки:

— Я говорила! Вы мне не поверили! Это все Клуня! Он на нее все время пальцами показывал!

— Помолчите Сержант! Вы и так пойдете под трибунал за нарушение устава и попытку изнасилования. Голос Тролки немедленно стих.

Через некоторое время двое черных вывели под руки на крыльцо Клуню. Никакого оружия у нее не было. За ней вышел яйцеголовый:

— Ты не так проста девочка, как кажешься. Я не знаю, что ты разбудила. Мы будем надеяться, что с твоим уходом все наладится. Иди. Но мы еще обязательно встретимся.

— Не отправляйте меня к нему! Лучше убейте!

— Нет. Все говорят, что этому монстру ты нужна живой. Либо ты пойдешь сама, либо мы тебя свяжем и отнесем. Если ты приблизишься к какому-нибудь из постов, то по тебе будут стрелять. Ты сама виновата.

— Дайте хотя бы что-нибудь для выживания.

— Тебя твой монстр прокормит, я думаю

Клуня, опустив голову, медленно пошла в сторону леса. Слезы капали у нее из глаз. В какой-то момент она остановилась и обернулась. Один из черных вскинул стреломет, однако яйцеголовый положил руку ему на плечо и отрицательно покачал головой. Тогда Клуня развернулась и уже не оглядываясь, пошла в лес.

Глава 5. Клуня. Первая клятва

Зайдя в лес и пройдя километров 5, Клуня растеряла всю свою решительность. Я, естественно, последовал за ней. Она забилась в какую-то дыру между корнями деревьев и впала, я бы сказал, в черное уныние. Я просканировал пространство вокруг и почувствовал двух черных разведчиков. Разумно. Только не надо из меня делать идиота. Я ввел Клуню в сон, затем удавил тентаклями обоих. Предсмертные выбросы не блокировал. Затем тентакли оторвали головы, а тела как обычно, утилизировали. Головы я нанизал на ближайшие сучки. После их выброса, я снял серый пузырь над домиком и связь у Черных заработала. Еще великий Павлов обнаружил в свое время в моем родном мире логическую цепочку у собак «звонок-слюна». Не дурнее же собак Черные, я думаю.

Через пару часов Клуня проснулась. Открыв глаза и увидев на ближайшем дереве головы, она вздрогнула. Она, не сводя с них глаз, осторожно вылезла из пещеры и обойдя их по кругу, бросилась бежать внутрь леса.

Надо сказать, что она была достаточно тренирована, чтобы пробежать километров 15–20. Уже вечерело, голод и жажда брали свое. Она напилась из ручья, а вот с охотой у нее не очень-то получилось. В результате она устроилась на ночлег голодной. Под утро я поймал и освежевал зайца, потом поджарил его желтым заклинанием и оставил около места ее ночлега на широком листе. Он источал чудесный аромат. Судя по ее улыбке во сне, ей думалось, что это ей снится. Она открыла глаза, но запах не пропал. В глазах засветилось беспокойство. Она вылезла из норы, где ночевала и увидела подарок. Гамма эмоций, промелькнувшая на ее лице, меня откровенно повеселила. Она долго смотрела на него, а потом, видимо решив, что хуже уже не будет, села есть. Поев, она села и вслух громко сказала «спасибо».

— На здоровье, прошелестело у нее в голове.

Она вздрогнула и стала оглядываться, но естественно никого не увидела.

— Кто вы?

— Тот, кто спас тебя.

— Вы тот монстр?

— В том числе. Но не для всех.

Она вздрогнула, но решительно продолжила:

— Можно Вас увидеть?

— Точно хочешь? Не испугаешься?

— После того, что Вы для меня сделали, мне все равно как Вы выглядите. Я просто хочу знать, кому я должна быть благодарна.

Я проанализировал ее слова — кажется, она говорила искренне. Тогда я просканировал пространство вокруг. Черные поняли намек — никого не было. Я залетел ей за спину и снял серый пузырь.

— Ну, здравствуй, сказал я.

Она резко обернулась. Я понимаю, что она увидела обнаженного мужчину без единого волоска на голове и теле, висящего в позе лотос в метре над землей. Ее глаза вылезли из орбит.

— Как…?

— Что ты хочешь узнать? Как я кушаю? Через рот.

— Нет! Как Вы здесь появились? Вокруг никого же не было?!

— Аааа, ты об этом. Почему не было? Всегда был. Ты же не думаешь, что у твоих коллег головы сами отрывались.

Она громко взглотнула.

— Но там же был монстр!

Я встал на ноги и создал личину.

— Этот? Спросил я и на нее пахнуло трупным запахом.

— Д-д-д-а, пролепетала она.

Я убрал личину.

— Так это не для всех, а только для тех, кто плохо себя ведет.

— А как Вас зовут?

— Юджин.

— Очень приятно, Клуня, сказала она.

— Я знаю. Я даже знаю о твоем сердечке на лобке.

Она стремительно покраснела

— Откуда?

— Ну если учесть, что твоя дефекация проходила в метре от того места, где я находился, то даже и не знаю откуда. Ладно, иди, умойся и приходи. Думать будем.

Она стала совершенно бордовой от стыда. Послушно отошла за кусты к речке. Послышалось плескание. Потом всплеск тела, ушедшего в воду. Минут через 15 она появилась передо мной, извечным женским жестом отжимая мокрые волосы.

— Что я должна делать? деловито спросила она.

— Пока не знаю. Я еще не разобрался, для чего здесь появился.

— Аааа, а вы откуда?

— Издалека, девочка. И по времени и по расстоянию

— Ой, а это как?

— Я не могу тебе этого пока рассказать. Для этого ты должна стать моим адептом.

— И что для этого нужно?

— Провести определенный ритуал. Раньше он часто практиковался, а потом был забыт. На то были свои причины.

— И что будет, если я на него соглашусь?

— Ты станешь моей полностью. И душой, и телом. Ты не сможешь отказаться от клятвы, насести мне вред или предать меня. Если ты попытаешься это сделать — ты умрешь. И это произойдет вне зависимости от моего желания.

— Какой страшный ритуал… А если я откажусь?

— Ничего не произойдет. Я просто уйду и больше не появлюсь, дочь врага. Второго шанса я тебе не дам.

При цитате из ее личного дела «дочь врага», она вздрогнула. В это время выше по реке раздались человеческие голоса. Она стала оглядываться, а я покрылся серым пузырем. Когда она обернулась, то не увидела меня. В глазах плеснулся страх. Она так и стояла в ступоре, когда на поляну вышло несколько мужчин и женщин, вооруженных ножами, мечами и арбалетами. Они увидели ее и рассыпались цепочкой.

— Слышь, кажись Черная, прошептал один из вышедших другому. Одна, продолжил он, давай ее в плен возьмем? Продадим потом.

— А вдруг она — приманка.

— Тогда просто убьем. Делов-то. Потешимся с ней для начала только. Вишь, какая симпатичная.

— Все бы тебе тешиться, похотливая свинья.

— А шо, широко ощерил щербатый рот говоривший, я такой

Я присмотрелся: Явно шайка. Атаман — авторизованный Желтый средней силы, остальные тоже, в основном, Желтые, но не авторизованы. Есть два неавторизованных Красных. Один из них — тот самый щербатый.

Тем временем они отрезали Клуню от реки. Она прижалась спиной к дереву и взяла палку. Ее окружили. Щербатый осклабился и потянулся к ней. Она, до последнего, мило ему улыбалась, а потом резким движением воткнула палку в глаз и резко ушла вниз. Раздался дикий вой, а на место, где была ее голова, воткнулось три стрелы. Тем временем она перекатом добралась до одного из нападавших. Плавно пройдя за его спину, она выхватила из его ножен нож и приставила к его горлу, закрываясь им, как щитом. Хорошие данные у девочки.

— Вот сука, заорал атаман и метнул файер.

Она толкнула свой «живой щит» вперед и файер угодил ему в грудь. Он прошел человека насквозь, однако дал ей время перекатиться в сторону. Затем она стала качать маятник, а в нее полетели стрелы и файеры. Ни один из них не попал. Она качала маятник широко, используя акробатические прыжки и элементы валитудо. В какой-то момент, из неудобного положения, она метнула нож и метров с 5 попала в глаз атаману. Нож вошел по рукоять, и атаман мешком свалился на землю. Все остановились, тяжело дыша, только щербатый выл у дерева. Ладно, пора заканчивать это шоу. Из земли взметнулось 15 тентаклей и все было кончено. Я снял серый купол и опять появился, безмятежно вися в воздухе.

— Что это было? Спросила она меня, тяжело дыша

— Зеленая магия

— Так Вы Зеленый?

Я задумчиво пустил длинную черную молнию, которая мгновенно испепелила одно из тел.

— В том числе.

— Ого! Это же Черная магия! Так не бывает!

Я задумчиво запустил поток первичного огня, сжегший другого.

— Не бывает, задумчиво согласился я. Короче, думай.

Я перестал обращать на нее внимание и стал обходить трупы, подбирая себе одежду и обувь. Нашел то, что должно было в принципе подойти. Штаны с одного, куртка с другого, пояс с третьего, ботинки с четвертого. Тентакли быстро раздели трупы и метнулись к реке стирать. Через 15 минут хорошо выстиранная одежда лежала на земле, а я высушил ее желтым заклинанием. Затем оделся и посмотрел на Клуню. Она стояла, широко раскрыв рот.

— У Вас же нет ауры…

— Да, нету, опять подтвердил я. Кстати, я рекомендую тебе переодеться. Хотя у тебя аура есть, но ты сможешь избежать хотя бы нападений со стороны неавторизованных. А сейчас ты в своей форме — красная тряпка для быка. Она вышла из ступора, быстро собрала себе одежду и тоже побежала к реке. Когда она вернулась, трупы были уже утилизированы тентаклями, а на магическом огне поджаривался очередной заяц.

— Иди есть, позвал я ее.

Она несмело подошла и присела рядом с огнем. Уже вечерело, и я не отрываясь смотрел на огонь, получая удовольствие от того, что я наконец по-настоящему жив. Тентакль оторвал одну из ножек и протянул ей. Она удивленно ее взяла.

— Завтра я уйду. С тобой или без тебя — мне все равно, сказал я ей ровным голосом. Давай спать.

Я обмыл руки в воде, устроил себе ложе из тентаклей и удобно на нем устроился. Она все еще сидела у огня. Конечно, ни в каком сне я не нуждался, но какой же кайф был вновь ощущать свое тело. Это может понять только тот, кто провел 800 лет в малюсенькой пещерке.

— Я ужасно боюсь, вдруг сказала она. Мне некуда идти. Свои меня прогнали, в лесу я жить не умею, а другие рано или поздно возьмут меня в плен.

— Ну, свои тебя прогнали по моей вине. Мог бы не вмешиваться. Поработала бы пару лет подстилкой, может и привыкла бы.

Она вздрогнула, видимо вспомнив, с чего все началось.

— Спасибо Вам…

— В лесу выживать научишься, продолжил я, проигнорировав ее реплику, Голод заставит. А по поводу чужих — сколотишь свою банду, жить будешь припеваючи. Ты сильнее многих из них, не смотря на возраст. Будешь крышевать население.

— «Крышевать», что это?

— Осуществлять защиту за деньги и еду. Все бандиты этим занимаются.

— Ааааа

Мы опять надолго замолчали.

— Не для этого меня отец воспитывал! Это они считают его врагом! А на самом деле он был хорошим и очень правильным. И маму жалко… Она совсем по-девчоночьи всхлипнула.

Я молчал.

— Юджин, скажите, а что я буду делать, если принесу Вам клятву?

— Абсолютно все, что я тебе скажу или даже захочу.

— А почему Вы совсем лысый?

— Волосы выпали.

Опять замолчали. «Женская логика», подумал я, анализируя порядок, в котором она задавала мне вопросы.

— А почему Вы меня спасли? Вы же не добренький дядюшка?

— Не знаю. В тебе что-то есть. Впрочем, это «что-то» наверняка есть и в других. Не ты, так другая будет. Мне все равно. Добреньким, ты права, назвать меня никак нельзя. Ну, считай, я сделал тебе подарок. Ты ничего мне за это не должна. Я это сделал для себя.

— А я нравлюсь Вам как женщина? У нас же ЭТО будет?

— Ты симпатичная. Да, будет. Много и часто. Впрочем, как и с другими. Я же тебе сказал, что ты будешь принадлежать мне. Вся и полностью.

— Как вещь?

— Как моя собственность.

С этими словами я повернулся от нее на другой бок. Пусть думает. Я же ушел в легкую медитацию, расставив по периметру поляны строжки. Часа через 2, я почувствовал легкое касание. Я повернулся и увидел ее. Волосы распущены, глаза абсолютно черные и в них отражается свет костра.

— Юджин, я согласна!

— Уверена? Пути назад не будет.

— Уверена. Не для банды отец меня воспитывал. Что я должна сделать?

Я связался с Черным разумом:

— Формула та же?

— Да. Только про детей можешь не говорить — Клятва на них все равно не распространяется. Мы, кстати, пообщались с другими Разумами. Обсудили твое появление. Все пришли к выводу, что ты появляешься не просто так и подтвердили для тебя эту же формулу. Нам интересно — твои приходы вносят серьезное разнообразие.

— Разнообразие… Я помню, что было в прошлый раз. Ты, думаю, тоже. Ладно, по поводу формулы понял, спасибо.

Черный Разум помолчав, сказал:

— Да, я все помню. И очень благодарен тебе за свое спасения. Ты прав — «интересно» — совсем не то понятие.

Я не стал ему отвечать и обратился к Клуне, с интересом за мной наблюдавшей:

— Ты должна встать на колени, назваться полностью, включая, если есть, родовое имя и сказать, что ты добровольно приносишь мне клятву полного подчинения и протянуть вперед обе руки.

— И все? А что будет?

— Сделаешь — увидишь.

Нет, все-таки она еще девчонка девчонкой, хотя молодец, приняв решение, она уже не тормозит. Она быстро встала на колени, протянула вперед руки и сказала:

— Я, Клуня Вестерхан, добровольно, она подчеркнула это слово, приношу Вам, Юджин…

— Серый

— Юджин Серый клятву полного подчинения.

Немедленно в ее руках появилась черная свеча, а на голове тиара с небольшим, но совершенно чистым черным камнем. Ее глаза расширились от удивления.

— Я, Юджин Серый, принимаю твою клятву, Клуня Вестерхан.

Свеча мгновенно загорелась и тут же целиком сгорела, а тиара упала на землю.

— Подними тиару, достань камень и отдай мне.

Она, дрожащими от волнения руками сделала это и камень немедленно впитался в мою ладонь, загоревшись первой и, кстати, весьма яркой, звездочкой. Она несмело подплыла к моему огромному шару и потерлась об него. Я качнул в нее немного Серого, и она вся засверкала и засветилась. Клуня при этом ойкнула.

— Ну, все, тебе надо поспать.

— А Вам?

— Мне нет. Я не сплю.

Клуня уютно устроилась рядом со мной на подстилке из тентаклей. Я ее обнял и положил ладонь на грудку. Сосок тут же встал и уперся мне в ладонь, а Клуня глубоко задышала. Через некоторое время она накрыла мою руку своей. Пошел контакт.

— А как мне Вас сейчас называть?

— Как хочешь, мне все равно.

— Пока Юджин…

Через некоторое время:

— А можно я разденусь? Одежда мешает.

— Конечно. Я вообще предпочитаю, чтобы адепты спали рядом со мной обнаженными. Естественно, если обстановка располагает.

— Я поняла, сказала она и, вскочив, быстро скинула с себя все. Потом посмотрела на меня:

— А Вы?

Я усмехнулся, встал и не спеша разделся. Член стоял как железный. Она во все глаза смотрела на него. Я лег на тентакли.

— Иди сюда.

Она легла рядом, член уперся ей в бедро. Я медленно провел ей рукой по щеке, потом опустил ее на грудь, вкачивая серое. Ушел в аурное поле. Может быть, мой серый стал более концентрированным, а может она просто ждала меня, я не знаю, но ее мешок наполнился практически мгновенно. Более того, он просто засветился, увеличиваясь прямо на глазах. Она закрыла глаза и полностью отдалась волне новых ощущений. Я медленно перебирал груди, потом пошел ниже. Погладил живот, стал опускаться дальше. Ее ножки призывно разошлись, и она встала почти на полумостик, пытаясь ускорить движение моей руки. Пальцы наткнулись, на дурацкое волосяное сердечко и я убрал его, попутно сделав всю ее кожу бархатной и шелковистой. Потом, наконец, добрался до ее щелки. Батюшки, прямо водопад! Я накрыл щелку, всунув один палец в попку, а другой во влагалище, массируя при этом клитор. Потом коснулся своими губами ее полуоткрытых губ и попробовал закольцевать энергию. Все потрясающе легко получилось, и она забилась в своем первом за сегодняшний вечер оргазме. Я, не прерывая, перекатился и вошел в нее. По-моему, она даже не почувствовала разрыва плевы, мечась и выгибаясь. Я не стал сдерживаться и от души опять качнул серого. Может даже с избытком, поскольку ее шарик стал хаотично метаться, а глаза закатились. Нет, пожалуй, хватит на первый раз. Я вышел из ее безвольного тела, по которому пробегали легкие судороги. Я же помню, что надо быть осторожным. Положив руку ей на лоб, я откачал из нее избыток Серого. Судороги прекратились и обморок перешел в сон. Ну и ладушки. Я лег на спину, проверил ментально сторожки и ушел в медитацию, пытаясь проанализировать ее поведение при закачивании моего теперешнего цвета. Пришел к выводу, что он стал совершенно другим по воздействию.

Незаметно подкралось утро. Клуня посапывала, уютно уткнувшись в мою подмышку. Потом она зашевелилась и подняла голову, глядя на меня. Мои глаза были прикрыты, и она решила, что я сплю. Она сместилась вниз и стала рассматривать мой член, трогая его ладошкой. Попыталась убрать с него остатки ее девственной крови. Когда не получилось, она слизнула их. Я чуть-чуть качнул серого, попутно посмотрев на нее в ментале. Ого! Теперь моя среда, судя по произошедшим в ней изменениям, значительно питательнее. Ее шарик уже, с первого раза, увеличился до размеров теннисного, а пузырь до полуметра. Получив одобрение своим действиям, в виде очередной порции серого, ее шарик рванулся в желании получить еще, и она стала самозабвенно облизывать головку. Я решил поэкспериментировать и ЗАХОТЕЛ, чтобы она взяла член в горло. Это немедленно было исполнено. Потом я стал всячески забавляться. То заставлял пихать его за щеку, то облизывать яички. В конце концов мне это надоело, и я решил кончить. Я заставил ее зажать губами головку и приготовить горло к приему, как я ее убедил, самой желанной жидкости в мире. Затем я начал обильно кончать, в очередной раз полновесно качнув серого. Послышались громкие глотки, при этом она затряслась в оргазме, однако, не проронив ни капли. Затем без сил упала на меня. Через некоторое время она подняла шалые глаза и, встретившись со мной взглядом, сказала:

— Какая я была дура, что боялась. Целых полдня потеряла.

Я улыбнулся.

— Бегом мыться!


Глава 6. Большая переделка

Клуня умчалась к реке. Я решил проверить, свой уровень воздействия на нее — сформировал из своего шара протуберанец, проколол свой мешок и коснулся им черной звездочки. Результат превзошел все ожидания. Я полностью ее почувствовал. Полное управление. При этом, что удивительно, она не перестала быть личностью. Ничего себе, таких возможностей у меня раньше не было. Во-первых, выход части моего шара за пределы мешка, а во-вторых, столь полный контроль. Я действительно мог ею управлять. Приятный нежданчик, как говориться. Я подумал и решил сделать из нее идеальную машину для убийства. Приказал вернуться. Она немедленно появилась передо мной, обнаженная и совершенно мокрая после купания.

— Хозяин, Вы меня звали?

— Да.

— Я почувствовала это. Знаете, я абсолютно счастлива, что принадлежу Вам.

Я глянул на ее ауру. Плотный, совершенно черный цвет. Никаких «облаков», никаких сомнений. Она абсолютно цельная. И абсолютно моя. Я ментально приказал ей лечь на землю и раздвинуть ноги. Открылась чудесная, чуть опухшая после ночи, щелка. Я сжал пальцами ее клитор и высунул его дальше, чтобы мне было удобнее за него держаться. Затем заставил потренироваться втягивать — выпускать его. Хватит заниматься ерундой. Я решил ментально попробовать качнуть в нее серого через звездочку. Подал чуть-чуть сквозь протуберанец. Немедленно в ее мешке появилась серая капля, к которой с жадностью рванулся ее шарик. Она застонала от избытка эмоций. Тогда я стал, последовательно, капая в нее себя, перестраивать ее организм, благо опыт после моих экспериментов над собой, был. Я сильно увеличил кпд ее, и так тренированных мышц, усилил кости и сухожилия, перестроил пищеварительный тракт так, что она могла питаться хоть сухими деревяшками раз в месяц. Потом я заложил в ее память банк Черных заклинаний, настроив так, чтобы они поступали к ней по мене ее готовности к их полному усвоению. Детородную функцию отключил. Если что, подключу в любой момент. Так, что еще? Решил попробовать сформировать внутри нее небольшой пузырёк со своим серым. Он сможет подпитать ее, в случае крайней необходимости или взорвать е ауру, если не будет другого выхода. Подумал — и увеличил его объем примерно до футбольного мяча. Этого ей в автономном режиме хватит надолго. Затем подключил его к ее шару и поставил ментальный «вентиль». Вот что! Я сделал так, что она сможет пользоваться некоторыми Серыми функциями, задействуя энергию из этого пузыря, вне зависимости от собственного. Например, защитный купол, делающий ее невидимой, маскировка ауры, создание устойчивой личины, ускоренное заживление, регенерация или серая молния. Естественно, он служил как терморегулятор и работал как коммуникатор. Посмотрев на ее ауру, я понял, что ее размер значительно увеличился, благодаря организованной мной «капельной» подпитке. Ее шар успевал все усваивать, не впадая в экстаз, могущий привести к деструкции личности. Я решил попробовать ввести в нее другой цвет, например, Желтый. Но тут пошла такая сильная реакция отторжения, что вся конструкция чуть не развалилась. Насилу блокировал. Пока решил больше не экспериментировать. Может быть только Черной — быть посему. Напоследок, решил побаловать себя. Сделал предельно эластичными вход во влагалище и анус, снабдил нижнюю часть кишечника железами, фермент которых растворял каловые массы, превращая их в чистую Черную энергию и имел приятно-возбуждающий запах. Остановился и задумался… Ничего себе идея, такой сумасшедший постоянный источник подпитки! Ай да я! На волне хорошего настроения по этому поводу, поступил также с ее мочевым пузырем. Теперь она могла не ходить в туалет хоть всю жизнь. Далее, сделал так, что по моему желанию, боль, причиняемая мной, будет ее возбуждать. Осмотрел получившийся результат и остался доволен. Попробовал превращать ее кожу в броню, по типу моей. Но, поскольку заклинание было Коричневым — опять чуть все не испортил. Пришлось отказаться и от этой идеи. Ладно, и без этого нанести ей вред будет чрезвычайно сложно.

Идея с каловыми массами и мочой так мне понравилась, что решил внести аналогичные изменения в себя. Да и разобраться со своими новыми возможностями надо было. Для этого ушел в медитацию. Не знаю, сколько отсутствовал. Но несколько дней точно. Когда вышел — увидел, что она сидит напротив в позе лотос. Почувствовала, что я вернулся и открыла глаза.

Услышал ментальный голос:

— Хозяин, мне очень нравится, чем я стала. Спасибо!

Посмотрел на нее в аурном диапазоне: ничего себе! Мешок больше 15 метров, шар 1,5. За эти несколько дней она достигла уровня, сравнимого с Креоной. Невероятно. Рост вверх, похоже, замедлился — видимо она достигла своего предела и теперь серое использовалось для повышения концентрации черного. На всякий случай, закачал в ее серый мешок еще себя, увеличив его до пары метров. Все, теперь я уверен в результате.

Услышал голос Креоны:

— Любимый — высший пилотаж. Теперь я спокойна — твоя спина прикрыта.

Я решил поспарринговаться. Мы взяли по две палки и начали. Темп боя взвинтился до сверхскоростей практически сразу. Только за счет того, что я знал, какой следующий удар она нанесет, я ни разу не получил ее палкой по голове. Впрочем, и на ней была всего пара синяков. Мы остановились через пару часов. Синяки с ее тела сошли прямо на глазах.

Обмывшись, мы вышли и мне вдруг очень захотелось обнять и прижать ту девочку, которым или которой было это существо. Она с криком кинулась ко мне и прижалась вся.

— Хозяин, я не могу, не хочу без Вас!

Я положил ее на землю и вошел в нее. Стенки влагалища приняли меня и начали производить волнообразные движения, принося максимум удовольствия. Но это все было не важно. Она стала дорога мне, Клуня, девочка, которой я пришел на помощь в самый страшный момент ее жизни. Она, первое достойное человеческое существо, встреченное мной после многовекового отсутствия, поверившая мне и отдавшая себя всю целиком без единого мига сомнения. Ни одна моя переделка не имела к этому никакого отношения. Ее огромный антрацитовый шар переливался, светясь от счастья.

Мы лежали, просто глядя в небо и нам было хорошо. Через какое-то время, меня посетила еще одна идея и я решил ее попробовать. Пользуясь тем, что серый, вернее мой новый серый, она принимала полностью, я увеличил подачу на столько, что ее шарик опять впал в состояние эйфории. Когда это произошло, я сделал так, что она могла увеличивать свой язык до полуметра, формируя на его конце ороговевшее острие или оставляя кончик мягким, могла выстреливать из сосков грудей два острия сантиметров по 20, перестроил пальцы рук и ног таким образом, чтобы они формировали длинные острейшие когти и вырастил хвост. Да-да, именно хвост, но только мышечный, без костной ткани. Потом подумал и сформировал возможность выращивать на его конце иглу или тяжелый ороговевший шарик. При этом пространство вокруг меня исказилось от напряжения. Во избежание демаскировки, я вынужден был закрыться куполом.

— Любимый, вспомни про яды, услышал я голос Креоны.

Прекрасно! Отличная идея! Еще несколько переделок и Клуня могла формировать на кончиках новообразований смертельный яд или парализатор. Также она могла им плеваться. При этом весь этот арсенал мог втягиваться в тело и ни один, даже самый пристальный, осмотр не мог обнаружить в ней этих свойств. Потом я до предела изменил ее суставы и сделал эластичными сухожилия, увеличив ее гибкость до невероятных возможностей. Уфф, будет кому-то подарочек…

Клуня находилась в полной прострации. Я уменьшил подачу Серого опять до капельного уровня и погладил ее шарик. Он тут же потянулся ко мне доверчиво потеревшись. Не смотря на свой теперешний уровень, я несколько устал и решил уйти в медитацию, проанализировав получившееся, а заодно и внести в свое тело аналогичные изменения. Уж больно они были удобными и многообещающими. Правда, я сумел распространить у себя их тлько на броню. Когда я вышел из медитации, никого под куполом не было. Я позвал Клуню, и она немедленно свесилась с нижней ветки ближайшего дерева, вися на хвосте.

— Хозяин! Это великолепно! Такие возможности! Пока Вас не было, я усиленно тренировалась. Теперь я Вас могу побить! Хихикнула она.

— Я тебя сейчас накажу, дрянная девчонка! Дай только разденусь, чтобы не испортить одежду.

— А ядом при спарринге с Вами можно пользоваться? Я Вас не поврежу?

Я незаметно отрастил у себя хвост и резко выбросив его, хлопнул ей по заднице.

— Не повредишь! Полный боевой контакт!

Она ойкнула и попыталась уколоть меня языком. Я его поймал.

— Ты неловкая корова, сказал я.

И тут понеслось! 4 часа работы на сверхскорости. Ее возможности по защите были несколько слабее моих, однако она была значительно гибче, а в скорости мне практически не уступала. В бою задействовался весь арсенал. Несколько раз меня спасала броня, а пару раз я сдерживал свой удар, чтобы не убить ее. И это все ограничения. Наконец я ее ментально остановил. Мы оба стояли и тяжело дышали.

— Молодец, девочка, сказал я.

— Спасибо, Хозяин, что сдержали удары. Я не успевала.

— Просто мои возможности по защите выше.

— Это я поняла. Два раза чуть хвост не отбила.

— Давай с недельку потренируемся, чтобы полностью освоиться, а потом двинемся в город.

Она согласно склонила голову.

Так и пошло — утром многочасовой спарринг, вечером — статические упражнения на познание и изучение новых возможностей. А ночами…

В первый же день, когда мы легли спать, я почувствовал, как ее новый язык оплел мой член. По нему проходили волнообразные сокращения, а кончик то гладил дырочку на головке, то поглаживал яички или анус. Так долго продолжаться не могло, и я совершенно феерично кончил. Увидел хитрющие глаза.

— Это я сама придумала, пока вы медитировали. Есть и еще кое-что.

Она запрыгнула на меня верхом и ввела в себя мой член. Мы застыли и вдруг я почувствовал, что что-то входит в ее анус и начинает меня ласкать. Хвост! Вот чертовка! Она ангельски улыбнулась. Ну, держись!

Я стал волнообразно менять толщину члена, потом вырастил на нем наросты и стал сплетать их в узоры. При этом каждый нарост был чуть-чуть серым. Сказать, что у нее случился оргазм — не сказать ничего. Ее мышцы спазматически сокращались. Один раз настолько, что у меня на члене чуть не сработала защита, на руках вырастали когти, ноги сжимали меня с невероятной силой. Тогда я сделал следующее: я аккуратно вытащил из нее ее шарик, вернее уже давно шар и поместил его в свой, а потом растворил, получив полное единение. Потом опять сформировал его, наполнив серым и переместил обратно в нее. Он, еще немного увеличившись, был практически моего цвета, однако потом плавно обратно почернел. Она открыла глаза с до предела расширенными зрачками.

— Хозяин, я была Вами… Это… Это… у нее не нашлось слов, и она послала мне образ все заполняющей ее любви.

— Да, девочка…

— Сколько же Вам лет?

— Фрика Златовласая была моим адептом.

Она потрясенно на меня посмотрела.

— Ладно, давай отдыхать, моя неведома зверушка.

Ответом мне было ментальное ласковое хихиканье.

— Неведома зверушка… Я же часть Вас… Значит и Вы — зверушка…

Я вырастил хвост и хлопнул ее по попе.

Так и потекло время: день — тренировки, ночь — единение. Чтобы нам никто не мешал, я закрыл поляну серым куполом. Мы все увеличивали и увеличивали нагрузки. Прошло значительно больше недели и, даже, по-моему, месяца. В рамках тренировочного процесса мы ввели еще одно упражнение — пребывание под водой. Начали с двух минут, а когда я придумал, как перестроить метаболизм, не уходя в медитацию — доходили до часа. В принципе могли и больше, но уже не было смысла. В конце концов, я как-то осмотрелся и увидел, что уже осень — периметр купола был засыпан опадающими листьями. Мы вполне освоились с нашими новыми телами. Кстати практиковали еще одно упражнение. Я связывал ей руки. Запястья было связывать совершенно бесполезно — за счет подвижности суставов она просто истоньшала и вынимала руки, а вот с локтями вышло поэффективнее. Правда ненадолго — после нескольких тренировок, ее язык и хвост стали достаточно ловки, чтобы развязать любой узел. Единственное, против чего она практически не могла сопротивляться — это если я брал в руки Хлыст. Он, имея собственный разум, был значительно быстрее нее. После этих тренировок ее попа была обычно красной как помидор, а она была дико возбуждена

Через какое-то время, со мной связался Сол:

— Серый, не хотел тебя отвлекать, но, похоже, скоро настанет мое время, и я уйду к Дорну и другим. Я хочу с тобой проститься.

— Буду! Потерпи!

— Клуня, собирайся. Мы вылетаем.

Она собрала нашу одежду, которой мы давно уже не пользовались.

— Одеваться? Спросила она

— Нет. Туда, куда мы летим, одежда не понадобится.

Я подпоясался Хлыстом, нацепил ножи и принял позу лотос, активизировал защиту снизу. Клуня села на меня верхом, положив ворох одежды между нами. Немного поерзала и вдруг я почувствовал, что ее хвостик, немного погладил мой член. Она привстала и ввела его в себя.

— Я готова, Хозяин.

— Нет, так не пойдет. Я совершенно не вижу куда лететь.

Она, пользуясь своей невероятной гибкостью, не вынимая из себя члена, перенесла через мою голову ногу и развернулась, прижимая ворох одежды одной рукой. Затем отклонилась и обняла меня за шею другой. Потом сжала железные мышцы влагалища.

— Чтобы не упасть, сказала она.

Глава 7. Драконье гнездо

Я усмехнулся и, сняв защитный купол с поляны, покрыл нас серым пузырем. Мы поднялись и полетели, все увеличивая и увеличивая скорость. Воздух уже был значительно прохладнее, чем летом. Через некоторое время, устав лавировать, я поднялся над кронами деревьев. Минут через 10 проскочили следовую полосу и черную паутину и влетели в запретку, а еще через 20 минут, сходу преодолев защиту, влетели в Гнездо.

Клунины глаза расширились, но, оглядевшись вокруг, я понял, что мне некогда ей все объяснять. Ссадив ее около купели, я сказал:

— Оставайся здесь, потом все объясню, и рванул в дальний угол, где вокруг Сола столпились все драконы его гнезда. И большие и маленькие. Драконы почтительно расступились, когда я приблизился. Сол, с трудом открыл единственный глаз.

— Спасибо, Серый. Дорн, когда уходил, велел тебе передать, что мы все перед тобой в неоплатном долгу.

— Сол, ты любишь жизнь или ты устал?

— Нет, не устал. Дел еще много — наш народ пока разобщен. У нас нет драконов моего уровня. Не беда, жизнь заставит — вырастут.

— Тогда погоди уходить, коричневая ящерица! Сказал я и врубился своим обновленным серым в его уже почти схлопнувшийся пузырь.

— Креона, помогай!

Ко мне из купели протянулся отдельный мощный зеленый канал. Вода вскипела и к зеленому каналу подключился коричневый. Я ей не мешал, просто обеспечивая подключение и подпитку. День сменял ночь, а Креона все боролась. Она с удивительной ловкостью использовала зеленое, коричневое и серое, пытаясь заштопать и обновить одряхлевший пузырь. Уровень задействованной энергии был невероятен — пузырь действительно одряхлел. Однако через некоторое время он явно обновился и стал наполняться серо-коричневой массой. Я осторожно убрал свою подпитку, оставив одну мощную коричневую пуповину. Через некоторое время из нее исчезли Зеленые всполохи.

— Ты Великая!

— Не буду спорить, устало сказала она.

Сол открыл уже ясный глаз и поднялся во весь свой гигантский рост. Затем склонился передо мной.

— Серый, спасибо. Креону, если она со мной свяжется, я отдельно поблагодарю. Ты и твоя команда, в очередной раз, спасли наше гнездо. На нас недавно было совершено очередное нападение. Я не рискнул послать своих на защиту — нападающие для них были слишком сильны. Я сам бы с ними, возможно, справился, но сил лететь уже не было. Созданная тобой защита выдержала, но явно на пределе — она уже стара.

Я замкнул себя, Сола и Креону

— Креона, а мы сможем вырастить Солу новый глаз?

— Нет. Слишком стара рана. Но, как ты понимаешь, у меня было время подумать, и я вот что придумала: мы можем научить видеть его кожей, просто обострив интуитивные сгустки. Правда без тебя, у меня не получится. Причем, не того тебя, который был, а того, который стал. Раньше бы то, что мы уже сделали, было бы невозможным.

Сол с интересом прислушивался к нашему разговору.

— Что для этого нужно?

— Удалить второй глаз. Тогда организм быстрее перестроится.

— Ты уверена?

— Да. Мне столь интересна была эта задачка, что я посвятила ее обдумыванию больше сотни лет.

— Сол, что скажешь?

— Не знаю. В обычной жизни моя одноглазость мне уже давно не мешает, однако в бою отсутствие глаза является серьезным недостатком. Как много времени займет процесс моей адаптации?

— Не знаю. Но я постараюсь его ускорить. С Коричневым уже договорилась.

— Попробуем?

Сол задумался.

— Коль скоро вы дали мне новую жизнь, пусть уж лучше она будет совсем новой. Я согласен.

— Любимый, мне будет нужна твоя подкачка. Возможно, мне придется пользоваться твоими руками.

Я, ни секунды не сомневаясь, предоставил Креоне возможность пользоваться своим телом.

Вся операция заняла несколько часов. Я с интересом наблюдал за своими руками, которые с невероятной ловкостью проводили всякие манипуляции. При этом были задействованы мои ножи и тентакли, а Креона ругалась, что нет ее набора инструментов. Когда мы извлекли второй глаз, Креона сказала:

— Положите его в купель. Это одно из самых чудодейственных средств.

Я вызвал Клуню и, не глядя, передал ей ценность. Больше к ней за все это время не обращался. Когда все закончилось, оба века Сола были заращены, и он погрузился в сон.

— Все, Любимый, не мешай. Сейчас ты уже не нужен, только оставь подпитку. Я буду настраивать его чувственность.

Я почувствовал, что ко мне вернулась способность управлять своим телом. Я тяжело поднялся на затекшие ноги и пошел к купели. Ни одного дракона рядом не было — гнездо жило обычной жизнью. Я осмотрелся — Клуня вовсю играла с молодыми дракончиками. Они пытались на нее нападать, а она уврачевалась от огненных всполохов, заскакивала на них и била по носу. Не больно, но обидно. Вокруг было жарко от драконьего пламени. Я позвал ее. Она подняла руку, сигнализируя об окончании игры, однако один из дракончиков не успел сдержать огненный плевок. Она увернулась, но волосы на ее голове вспыхнули. Дракончик, с испуганным ревом бросился к ней и погасил пламя своим языком, видимо обжегши его, но ее прическа была безнадежно испорчена. Она подошла ко мне со слезами на глазах. За ней тащился виноватый дракончик с высунутым языком, жалобно скуля.

— Хозяин…

— Прыгай в купель, теперь можно. Все исправим.

Клуня без слов прыгнула в купель и ушла под воду. Поскольку Сол спал, я обратился к одному из взрослых драконов:

— Где у вас здесь оставалась склянка с ферментом?

Если бы дракон мог вытаращиться, он бы вытаращился.

— Дорн хранил ее, как великую ценность. Она в пещере около купели. Там еще много всяких ценных для Дорна, а значит и для нас, вещей. Тебе можно ее брать?

Я внимательно на него посмотрел. Уж чего-чего, а дураками драконы не были

— Понял. Можно…

Я полез внутрь пещеры и стал доставать разные вещи. Кроме пузырька, в котором был фермент Дорна, там лежала тыква, полная воды из источника с растворенной в ней мумием, заколка Кентакки в виде змеи с красным глазиком. Отдельно лежали накладные когти Дорна, выполненные еще Корхарном. Я открыл флакон. За 800 лет концентрация вещества, бывшего ферментом, выросла многократно. Это была уже не жидкость, а субстанция, напоминающая вазелин. В тыкве тоже была концентрированный состав Серой энергии.

— Креона, не освободилась еще?

— Нет, Любимый, не отвлекай. Не до тебя сейчас.

Я тут же ретировался из эфира. Потом вылез из пещеры и подошел к купели.

— Клуня, выбирайся.

Она с шумом вынырнула. Ко мне подплыл один из молодых дракончиков:

— Дядя Серый! А она под водой давно сидит. Мы думали — потонула. Я хотел ее вытащить, а она мне по носу стукнула. Б-о-о-о-льно.

Я ухмыльнулся и поцеловал его в нос. Он, с шумом, совершенно счастливый, бултыхнулся обратно в купель. Дети, они у всех дети. Клуня, стоя рядом со мной, тоже ухмыльнулась.

— Не обижайся на них. Они не нарочно. Ты сама виновата — должна была увернуться.

— Я знаю…

Я поставил ее на колени и убрал все волосы с головы, поскольку на голове были прожженные проплешины. Она вздрогнула, но не шелохнулась. Затем я залечил все ожоги и шрамы, сделав ее голову похожей на биллиардный шар.

— Ты у меня теперь будешь зверушка-лысушка.

Она всхлипнула.

— Лишь бы Вам нравилось… услышал я эхо ее мыслей.

— Забирайся в купель, все действия будут завтра.

— Хозяин, а что в ней? Мне там удивительно хорошо.

— Долгая история. Одним словом, она очень полезна для моих адептов.

Клуня кивнула и опять нырнула под воду. Я вернулся в пещеру и стал пытаться изучить, что же из себя представлял фермент 800-летней выдержки. Через некоторое время со мной связалась Креона:

— Уфф, закончила. Интересно получилось. Если все будет успешно я и тебе так сделаю. И твоей Клуне тоже. В моем понимании — выживаемость повысится многократно.

— Спасибо, Любимая

— Что хотел?

Я ей в двух словах рассказал про проблему с Клуниными волосами. Да и мне бы, наверное, не плохо было бы волосяной покров заиметь.

— Любимый, открой флакон и поднеси к носу. Я проанализирую…

Я опять открыл флакон, подключив Креону.

— Так-так, интересно… а тыква там еще лежит?

— Да

— Открой и сунь в нее палец.

Я сделал это. Креона долго молчала. Наконец сказала:

— Это уникальные составы. Мы решим вашу проблему. И значительно эффективнее, чем раньше. Дай мне время, я должна об этом подумать. Эх, жаль, сама в свое время не воспользовалась… Ну мне уже не для кого было. Попроси пока подготовить половину самой большой тыквы в качестве ванны и пару маленьких, в качестве плошек. Ну и палочку какую-нибудь. И тряпку тоже. Завтра будем из вас красавцев делать. Затем она отключилась.

Я вышел, подозвал одного из драконов и передал просьбу. Клуня сидела в купели, а я пошел медитировать.

Наступило утро.

— Любимый, пора вставать! Я буду говорить, что надо делать.

Я вышел из медитации.

— Тыквы готовы?

— Да.

— Тогда наполни большую тыкву водой из источника, налей туда 15 капель Серой воды и раствори в ней чуть-чуть фермента.

— Чуть-чуть, это сколько?

— Опусти во флакон тонкую палочку, я тебе скажу, когда хватит.

Когда я все сделал, Креона сказала:

— Вытаскивай Клуню, пусть забирается в тыквенную ванну с головой и медленно считает до 25. Потом пусть выскакивает и идет на солнце высыхать. Ни в коем случае не вытираться!

Сказано-сделано и вот уже блестящая голова Клуни сверкает на солнце.

— Теперь следующее: возьми в руки маленькую половинку тыквы. Мне надо понять ее объем. Я взял, повисло короткое молчание.

— 2/3 наполни водой из источника, 20 капель Серой воды и фермента, я скажу сколько. Что получилось?

— Коричневая бурда

— Зови Клуню.

Когда она подошла, Креона продолжила:

— Нанеси ей тонкой палочкой брови, ресницы и край волосяного покрова. Помнишь, где он был?

— Да

— Потом возьми тряпочку и аккуратно покрась ей остальную голову, не выходя за нарисованное. Сделал?

— Да

— Ну все, пусть опять бежит на солнце. Теперь ты. Вылей состав из плошки в большую тыкву. Что получилось? Сунь туда палец… Добавь еще чуть-чуть фермента… Все, хватит. Теперь через 10 минут сунь туда голову, считай до 15 и тоже бегом на солнце! Стоять неподвижно 2 часа. Сможете?

— Без проблем.

Через 2 часа:

— Все, хватит. Я буду учить вас что делать. Замкни-ка меня сперва на Клуню. И открой созданный тобой в ней серый источник

Я сделал это, у них пошел разговор, который я не слышал. Глаза Клуни расширились и остекленели, она стала кивать в такт получаемых ей наставлений головой. Через некоторое время, я почувствовал, что она черпанула энергии из серого источника. В этот же момент у нее из головы полезли совершенно потрясающие по своей красоте и густоте, черные как вороново крыло, волосы. Она все также продолжала кивать, потом опять черпанула из источника и все ее тело покрылось короткой, но чрезвычайно плотной шерстью. Потом шерсть с тела втянулась. Кожа, даже на взгляд, была мягкая и шелковистая. Потом опять несколько раз шерсть появлялась и втягивалась. Больше ничего не происходило, но их контакт не прерывался. Через некоторое время, глаза Клуни приобрели осмысленное выражение, а губы прошептали: Спасибо Первая, обещаю…

— Ну все, Любимый, теперь с тобой. Можешь кстати перекрыть ей краник источника, ей он пока больше не нужен. Я проанализировала то, чем ты сейчас стал. Не все, естественно поняла, но ты сейчас совсем другой. Твоя задачка проста — представь, где у тебя на голове и лице должны расти волосы.

Я представил и почувствовал легкое покалывание. Провел по лицу — легкая небритость, брови, ресницы. На голове — ежик волос.

— Теперь ты можешь менять прическу по собственному желанию. Просто втяни их обратно и вырасти по-другому. Потренируйся на досуге.

— А что это были за эксперименты с шерстью?

— Это не эксперименты. У тебя есть кольчуга, а у нее нет. Эта шерсть — по типу драконьей шкуры. Волосы могут быть шелковисты, а могут быть чрезвычайно прочны. Колющий удар, наверно, не выдержат, а вот режущий почти любой. Да и огня не бояться. На голове то же самое, только там прическа. Волосы могут быть любой длины, а она может, по своему желанию, менять фасоны.

— Ты — гений!

— Я — Первая…

— Одно другому не мешает… а о чем ты с ней шепталась?

— Наставляла ее, кем она должна для тебя быть, коль скоро она сейчас рядом с тобой. Не обязательно тебе все знать. Но, я убедилась — ты, как всегда, не ошибся. Она — хорошая девочка. В любом случае, у нас с ней теперь есть прямой канал и она сможет оказать тебе, если надо, медицинскую помощь. Да и себе тоже.

— Как же я рад, что ты у меня есть!

— И ты. Не смей теперь уходить!

— Я постараюсь…

— Да, воду из тыквы слей в купель. Она ее переработает с пользой

— Слушаюсь!

Креона хихикнула.

Наши эксперименты заняли достаточно времени и солнце уже склонялось к закату. Я подозвал Клуню. Она радостно подбежала.

— Что тебе сказала Креона?

— Она просила не говорить, но, если Вы настаиваете, я все расскажу.

— Не настаиваю.

— Спасибо. Я очень рада, что она у меня теперь есть…

— В любом случае, я сейчас смогу иметь для разнообразия, обезьянку.

Клуня вспыхнула, как маков цвет.

— Потренируйся, чтобы уметь делать шерстку на теле шелковистой.

Она обреченно кивнула.

На следующий день я подошел к Солу.

Он повернул ко мне слепую голову:

— Здравствуй Серый

— Здравствуй, как ты?

— Я вижу, Креона оказалась права. Не совсем так, как раньше — меньше цветов. Но это и не важно. Важно, КАК я вижу. Мое зрение улучшилось многократно и для меня теперь нет мертвых зон. Более того, я могу знать, где находится живое существо, если оно спряталось. Могу, значительно лучше, чем раньше, видеть опасность. Мне надо еще потренироваться, но теперь Антрацитовым лучше с плохими намерениями к нам не приближаться.

— Прекрасно. Слышишь Креона, у тебя все получилось!

— Слышу, Любимый. Я теперь придумала, что мне делать с тобой и Клуней. Зови ее, буду менять вас. Садитесь и расслабляйтесь. Только открой ей краник источника.

Я подозвал Клуню, и мы ушли в медитацию. Когда вышли, я поразился тому, что придумала Креона. Это было зрение примерно, как в инфракрасном диапазоне, только на основе аурных сгустков. Цвета действительно были почти черно-белые, но лица вполне различить было можно. Более того, каждое существо имело как бы свою персонификацию. А если оно представляло опасность, даже потенциальную, то начинало ярче светиться. При этом никакой источник освещения не был нужен. Можно было обеспечить себе круговой обзор или подняться над своим телом, видя картинку сверху. Правда, не высоко.

— Спасибо Креона!

— Спасибо Первая!

Одновременно сказали мы.

После этого мы с Клуней стали проводить тренировки, пользуясь новым видением. Надо сказать, что их КПД значительно увеличился. Клуня, пользуясь новыми знаниями, в большинстве случаев успевала увернуться даже от Хлыста. Хотя она в этот момент всегда была в «шубке», я не рисковал пользоваться им в полную силу. Все-таки он мог разбивать камни. Во всем остальном никаких ограничений не было. Главное в чем мы разобрались — это в интуитивных всполохах существа перед атакой. Потрясающие знания. Очень помогал и панорамный обзор. По моей просьбе, несколько раз взрослые драконы вставали в круг и пытались попасть в Клуню одновременно. Хотя «шубка» и защищала от огня, их попадание было, скажем так, неприятно и Клуне пару раз приходилось отмокать в источнике и связываться с Креоной. Я же медитировал, обдумывая новые знания. В какой-то момент меня осенило:

— Клуня, бегом в палисадник!

Она, как была в тот момент — в «шубке» и с хвостом прибежала туда. Я ее уже ждал. Развернув к себе спиной, я грубо ее нагнул, затем схватил за основание хвоста и вошел в анус, натягивая ее. Член я увеличил в диаметре и ее пронзила острая боль вкупе с таким же острым возбуждением. Я драл ее часа полтора, меняя диаметр члена и выращивая на нем что-то типа не острых шипов. В конце концов, когда я начал кончать, она перестала себя контролировать и громко закричала от пронзившего ее острого оргазма. Именно в этот момент я и ввел в нее новые знания. Дело в том, что они были из высшей Серой магии, неподвластной Креоне. Я подумал, что если зрение построено на интуитивных сгустках, то есть на расчете наибольших вероятностей, то можно попробовать рассчитывать самые безопасные зоны во время атаки. Для того, чтобы Клуня могла пользоваться этим знанием, мне пришлось оставить открытым краник ее серого мешка. Поступление серого при этом я настроил только для решения этой задачи. В остальном оставил, только поступающий напрямую от меня «капельный полив». Потом я закачал в ее серый мешок еще своей энергии, увеличив его до двух метров, чего при ничтожном потреблении этой энергии на видение, должно было хватить очень надолго.

Я привел ее в себя.

— Иди и научись пользоваться новым видением, сказал я ей.

При этом почувствовал воздействие на нее Креоны, которая подлечила ей порванный мной анус. Она сначала неловко, а потом явно приходя в себя, пошла к ожидавшим ее драконам. Больше в нее ни одного попадания не было.

— Это прекрасно, услышал я ее вздох…

Вечером, когда я лежал, по привычке расслабившись, ко мне под бок скользнуло теплое тело.

— Хозяин, мне очень понравилось, когда за хвостик, прошептала она, прежде чем уснуть.

Глава 8 Становление. Бой с антрацитовыми

Мы продолжали усиленные тренировки. И вдвоем и с драконами. Клуня, зная, что мне нравится грубо брать ее в попу, научилась сама заращивать свой анус. Таким образом, я каждый раз ее брал чуть-чуть надрывая. И все чаще она ждала меня «в шубке». Надо сказать, что держать ее при этом за напряженно поднятый хвост было одно удовольствие. Все чаще она ходила, не втягивая шерсть. Как-то раз я поймал ее за тем, что она, отставив ногу, вылизывает своим языком свою щелку. Увидев меня, она стушевалась. Я решил посоветоваться:

— Креона, как ты думаешь, то что происходит, это нормально?

— Не знаю, Любимый. Мне тоже это не нравится. Она все больше перестает быть человеком и становится твоим животным, твоей вещью. Она называет это состояние «зверушка». Да, она идеальная машина для убийства. Лучшая, после тебя. А может быть даже лучше тебя — она никогда не будет рассуждать или мучится моральными принципами. У нее в голове два приоритета — твоя безопасность и твое желание. Все. Я скажу тебе так: если бы я думала о ее моральном состоянии, то непременно бы посоветовала тебе изменить к ней отношение. Но вся беда в том, что в этом качестве она меня тоже устраивает больше. Она действительно создана только для того, чтобы служить тебе. Она не несет в себе никакой созидающей силы, как мы в свое время. Тогда, как ты помнишь, каждый из адептов что-то создал. Она же не может создать ничего, она может только защищать тебя. Однако, по моему пониманию, именно в этом и состоит ее созидающая роль — видимо в этот приход вся тяжесть изменений ляжет на тебя. Так что, думаю, пусть все идет как идет. Кроме того, ты слишком сильно ее изменил. В зверином состоянии, в ней не много остается человеческого. Таким образом, может быть ее мозг просто пытается прийти в соответствие ее телу? Попробуй развить в ней навыки работы с оружием, интеллектуального нападения и защиты. Это научит ее больше быть человеком. Ох, никогда не думала, что как врач, буду говорить такое.

— Разумно. Начнем с ножей. Другого оружия я здесь не достану. Ей бы хлыст… Может быть сходить в школу Корхарна — поговорить?

— А свяжись-ка с Аарном. Мне кажется, что он до сих пор преподает.

— Отличная идея.

Я не стал откладывать все в долгий ящик и связался с Коричневым Разумом. Честное слово, чуть не сказал: «Здрассте, а Аарн дома?» Потом, когда рассказал об этом Креоне, она минут 15 от хохота успокоиться не могла.

— Да, Серый

— Я хочу поговорить с Аарном. Но я его не чувствую.

— Он сейчас слишком увлекся человеческим. Я не виню его и не препятствую — это пройдет. Пусть потешится. Вот сейчас он преподает в одной из школ.

— Скажи, а с Корхарном я могу поговорить?

— Думаю, я смогу тебе это устроить, правда не сразу. Дело в том, что такие гении, как он появляются крайне редко и их личности я пытаюсь с другими не смешивать. Так что выделить его — задачка вполне решаемая. Я, а вернее он, свяжется с тобой.

Потом я подозвал Клуню. Она мгновенно материализовалась передо мной, прервав тренировку и так и не убрав когти и шерсть.

— Клуня, мы, кроме леса, будем с тобой бывать и в городах. А там с таким обликом, как у тебя сейчас не особо повоюешь. В результате ты можешь не защитить меня, а помешать.

Она меня внимательно слушала, наклонив голову на бок. Потом втянула шерсть и когти и стала человеком. Изменился и взгляд, и осанка. Я снял с себя пояс с ножами и протянул ей.

— Я даю тебе эти ножи. Они сделаны для меня одним гением, и они бесценны. Но это оружие, а не сувениры. Поэтому я хочу, чтобы ты сократила занятия «в шубке» и освоила технику ножевого боя. Знания у тебя есть, а вот навыков явно не хватает. Не бойся сломать эти ножи — не получится. Но я хочу, чтобы ты стала лучшей. И учти, ножами работают люди, а не животные.

— Хорошо Хозяин, только и сказала она.

С тех пор, ее занятия «в шубке» сократились сначала до часа, а потом и до получаса в день. Зато она стала осваивать ножи. Действительно знаний в ней было заложено мной предостаточно. Мне доставляло истинное удовольствие наблюдать за ее катами. Она плавно перетекала из одного состояния в другое. То стелилась по земле, то выпрыгивала высоко вверх. Ее друзья-драконы притащили ей несколько деревьев, и она метала в них ножи из любых положений, а иногда, поставив по кругу три или четыре ствола имитировала бой с несколькими противниками. Как-то она оделась и пошла на тренировку. Я хотел задать вопрос, но она меня опередила:

— Хозяин, хочу освоить скрытое ношение. Потом буду отрабатывать бой подручными средствами.

Мы все еще достаточно часто практиковали анальный секс «с хвостиком». Я даже один раз назвал ее «жопа с ручкой», чем вызвал гомерический хохот Креоны, но теперь я старался чаще брать ее в щелку. У нее начали исчезать из повседневной жизни звериные повадки. Как-то раз я подозвал ее:

— Клуня, подойди, я хочу сделать тебе подарок

Она подошла, и я протянул ей Кентаккину заколку.

— Это тебе. Эта вещь принадлежала раньше моему адепту. Теперь она твоя.

В ее глазах появились слезы.

— Спасибо Хозяин, она прекрасна. Вы не будете против, если я изменю прическу? А то с этими лохмами нельзя носить такую красоту

— Нет, конечно. Посоветуйся с Креоной. Она тебе поможет.

— Спасибо! Первая?

— Да, девочка, мы сделаем из тебя красавицу. Мой — один час в день.

— А хозяин разрешит?

— Поверь, он будет рад. Ты будешь не только самой опасной, но еще и самой красивой. Я лучше знаю мужчин и лучше знаю его. Далее она отключила меня от разговора. Да я и совершенно не настаивал на своем в нем участии.

С тех пор она как минимум один час в день, а то и больше была с Креоной. В какой-то момент времени она вырезала из дерева различные вилки и ножи и стала учиться этикету.

— Креона, не думаешь, что мы с тобой отстали от современной моды?

— Ой, не знаю, не подумала об этом. С точки зрения социальной адаптации все равно это полезно, но я постараюсь узнать через Разум современные тенденции. Расскажу тебе потом.

— Спасибо

После этого, половина вырезанных Клуней из дерева ножей, вилок и ложек ушли на тренировки нападения и защиты подручными средствами.

— Я все узнала. Этикет нынче сильно упростился. Я потом сформирую все пакетом и передам тебе, так что не забивай себе этим голову.

— Умничка. Спасибо

В это время со мной связался Коричневый и я услышал голос Корхарна:

— Здравствуй Мастер!

— Здравствуй Корхарн. Я рад тебя слышать.

— Я тоже. После смерти, у меня появился покой, но мне почему-то казалось, что я не потерял свою личность, хотя и перестал интересоваться тем, что происходит в мире. И вот я, благодаря тебе, опять родился, пусть и в другом качестве. Спасибо!

— Тебе спасибо. Посмотри на моего адепта. Ты можешь мне помочь вооружить его?

После продолжительного молчания:

— Где ты взял такое чудо? Это бриллиант, причем же ограненный. А оправу мы ей сделаем, не переживай. Сейчас я соберу информацию, кто что теперь умеет и все организую. Не только вооружим, но и украсим.

— Хорошо.

Еще через некоторое время:

— Мне для нее нужна кожа Черного дракона. Что хочешь делай. Я все придумал. Остальное я скажу тебе, где брать. Есть пару хороших мастеров…

— А, еще. Корхарн, я тут немного подлатал Сола. Пообщался бы ты с ним. И может быть ему когти Дорна приспособить, а то проблемки есть.

— Сол!!!! Конечно!!!! Свяжи меня с ним, пожалуйста. Я сам сейчас не могу.

Кстати Сол, за то время, что мы здесь находились, полностью освоился со своим новым видением и вовсю водил молодых драконов в длительные полеты, формируя и обучая боевую стаю. Он всерьез решил наказать Антрацитовых. Он как раз недавно вернулся. Я подошел к нему:

— Сол, а у меня для тебя еще один подарок. Скоро ты будешь самый счастливый дракон на земле

Он повернул ко мне слепую морду:

— Счастливее, чем сейчас?

— Намного

— Я заинтригован.

— Ну, так протяни ко мне голову

Он наклонился и я, коснувшись его слепых век, связал его с Корхарном. О чем они общались, я не знаю, но у него было совершенно глупо-счастливое выражение морды. Все члены стаи смотрели на него в полном недоумении. В конце концов, я разорвал контакт. Сол сказал:

— Серый, ты просто мой добрый гений. Я действительно самый счастливый дракон на земле.

— Ну вот, я ты хотел помереть, коричневая ящерица!

— Хотел. Грешен. Но все прошло. Одна печаль — Дорн тебя не дождался. Он был бы счастлив.

— Дааа, вздохнул я. Мне его тоже не хватает

— Кстати Мастер сказал, чтобы я одел его когти, когда я рассказал ему о наших проблемах. Поможешь?

— Конечно.

— Еще Мастер сказал, что тебе будут нужны деньги. Мы с братьями тебе всяких ферментов, которые у людей ценятся, нацедим.

— Хорошо. Спасибо. Пошли уже за когтями.

Как мы их одевали, как я Корхарновыми ножами подтачивал его когти, страшно ругаясь, это отдельная история. Он же был крупнее Дорна. Но, в конце концов, мы сделали это. Он, как и Дорн в свое время, сначала ходил, переваливаясь как утка, но потом привык и новые когти ему уже не мешали.

Обучение Клуни шло своим чередом, и она стала появляться передо мной с разными прическами, внимательно следя, нравится мне или нет. Проверяла она это просто — сколько оргазмов она получала. Когда их было больше трех — прическа признавалась удачной.

Как-то, когда мы беседовали с Солом на всякие философские темы после его общения с Корхарном, с неба раздался крик: Антрацитовые!!!

Началась легкая паника, но Сол мгновенно все взял в свои лапы. И вот уже может быть и не очень большая, но хорошо организованная группа наших поднялась в воздух. Я принял позу лотос, когда ко мне подлетела Клуня:

— Хозяин, Вы наверх?

— Да.

— Я с Вами!

— Нет. Черная магия на драконов слабо действует, и ты мне будешь мешать. Организуй детенышей здесь на случай, если мы проиграем.

— Вы проиграете? не поняла она

Я улыбнулся, поцеловал ее и взмыл в небо вместе с остальными. Они кружили над гнездом и Сол объяснял каждому что, как и когда он должен сделать. Я так понял, они давно все продумывали, а сейчас он просто повторял.

— Сол

— Да, Серый

— А может быть мне их просто уничтожить?

— Нельзя. Победа должна быть только поединком, извини. Иначе война затянется до бесконечности. Их дети будут мстить. Потом наши… ну и так далее

— Понял. Кстати, если будешь ко мне обращаться, не зови меня Серым. Мало ли… зови Юджином.

— Хорошо

Тем временем к нам приблизилась вражеская группа и тоже становилась в воздухе, хитро махая крыльями. От нашей группы вперед вылетел Сол, от них антрацитовый, действительно огромный дракон. Почти такой же большой как Сол, только на 500 лет моложе. То есть в самом драконьем соку. Они стал кружить друг напротив друга.

— Старик, уйди! Вы все равно проиграете. Побереги своих!

Сол ничего не сказал и пролетел совсем рядом с Антрацитовым, повернув к нему «слепую» голову.

— Что ты крутишься около меня? И что за муха рядом с тобой? Спросил Антрацитовый, имея в виду меня.

Сол, немного отлетев, повернул ко мне голову:

— Юджин, он нам подходит

— У него все есть? Громко спросил я

— Да, все что нужно

Антрацитовый непонимающе крикнул:

— Что ты там болтаешь?

— Я обещал своему гостю твою шкуру. Но у него очень высокие требования. Если бы ты не подходил, то пришлось бы убить кроме тебя, еще кого-нибудь. Но не волнуйся, у тебя все хорошо! Спокойным голосом объяснил Сол

Все драконы были в шоке от нашего диалога. Мы продолжили.

— Сол, только, я тебя прошу, не испорти, пожалуйста. Кстати, а печень, как думаешь, у него нормальная?

— Не уверен. Слыхал, что они там собственное дерьмо едят. Это вредно.

— Жаль. Что вся порченная?

— Ну, из серединки наскребем. Но не много.

— Старый слепой дурак! Ты бы лучше пощады у меня просил!

Сол обернулся к оппоненту с самым удивленным видом

— А что, я создаю у тебя впечатление старого и слепого?

— Н-н-н-ет, промямлил антрацитовый

— Вот и не мешай взрослым, рявкнул Сол. А ну-ка повернись спиной! А то может шрамы какие, а я уже наговорил, что все хорошо.

Антрацитовый от неожиданности чуть не повернулся, потом в ярости рванул к Солу и выпустил длинную огненную струю. Тот, в лучших традициях высшего пилотажа, сделал бочку и пропустил ее под собой. Еще струя, еще и еще. Несколько раз даже я замирал, собираясь вмешаться. Но Сол был ювелирен.

— А почему ты не отвечаешь?! У тебя кончился огонь, и ты стал импотентом?

— Нет, ну ты все-таки дурак, Антрацитовый. Тебе же объяснили, что нужна твоя шкура. Целая. Я же не хочу всех вас здесь положить, чтобы на подарок наскрести. Придется если что, конечно. Но не хочется

Наши просто откровенно ржали, а враги смешались. Вдруг один из них выскочил вперед вожака и пустил струю в Сола. Тот красивым кульбитом ушел и ответил длинной мощной струей из-под неудобного угла. Я, каюсь, усилил ее серым, может даже немного перекачал, потому, что дракона окутало пламя, его кожа практически мгновенно запузырилась, глаза с неприятным звуком лопнули и он с диким, но быстро затихающим криком рухнул вниз огненным шаром. Он упал, но даже на земле не перестал гореть.

Это было за гранью понимания драконов. Обычно пламя такого вреда не наносило. Наступила потрясенная тишина.

— Ты распустил стаю, урод! Раздался яростный голос Сола. Действительно, это было нарушением традиции. Понял, почему я не плевал в тебя?

— Д-д-д-а, прости. А может, договоримся?

— Не с тобой, прорычал Сол и кинулся на врага. Тот, в панике стал плевать огнем, пытаясь попасть в летящего на его гиганта. Но тот с легкостью уходил от ударов. Только последний плевок мог бы в него угодить, но я поставил серый щит и у всех создалось впечатление, что пламя ударив в широченную грудь, разбилось как волна об утес, не причинив ни малейшего вреда. Сол, прежде чем нанести удар, что-то крикнул своим и один из них камнем рухнул вниз, остановившись около самой земли. В это время Сол, в невероятно грациозном, для такого огромного тела развороте, стеганул пристегнутыми когтями по шее испуганного врага. Его шея была перерезана в трех места почти до позвоночника и в воздух ударили фонтаны крови. Затем его тело начало падать, в конвульсиях хаотично дергая крыльями. Тогда и стало понятно, зачем внизу находился тот дракон, которому крикнул Сол. Он поймал тело за хвост и тяжело полетел в сторону гнезда.

— Аккуратно неси, крикнул Сол

— Хорошо, дедушка, как ты учил, раздалось в ответ

Все стадо врага было в полной панике. Кто-то попытался удрать, но Сол рявкнул:

— Стоять!!!!

Все остановились, и наша стая окружила врагов, пресекая все попытки убежать.

— Юджин, крикнул Сол. Пойди, посмотри, может, кто еще понадобится…

Я подлетел и в его сопровождении стал их осматривать. Было смешно, когда огромные драконы под моим взглядом пытались превратиться в ящериц. Только одна не большая, по сравнению с другими, Черная дракона, взглянула на меня с вызовом. Я остановился около нее. В ней что-то было. Что-то неуловимо похожее на Клуню.

— Сол, попроси, пожалуйста, ее последовать с ними. Я хотел бы ее пригласить. Остальные порченные.

— Уважаемая…

Она удивленно назвала имя. Букв 15–20, наверное, однако я услышал его, как Уяхата.

Сол кивнул:

— Уяхата, не соблаговолите ли Вы принять приглашение на посещение нашего гнезда?

Это было принятое вежливое обращение

— Учитывая произошедшее, продолжил Сол, Вы вправе отказаться, тогда мы Вас отпустим.

Она вдруг решительно кивнула. Любопытство сгубило кошку.

— Спасибо. Я готова. Но как же я к вам попаду? У вас же защита?

— Вас проводит наш гость. Юджин, не откажите в любезности? А то у нас тут еще свои разборки. Вам, боюсь, будет не интересно. Я постараюсь побыстрее закончить, а то без меня со шкурой не управятся.

— Конечно, сказал я. Пройдемте, сударыня…

Уяхата не поняла, что такое «сударыня», однако почувствовала, что это уважительное обращение. Я не быстро полетел к гнезду, а она, с некоторой задержкой, устремилась за мной. Догнав, спросила:

— Простите, вы же не совсем человек?

— А почему ты так решила?

— Нууу, люди же обычно не умеют летать, не говорят на нашем языке и вообще нас бояться. Я их несколько раз видела, хотя они на Вас и похожи.

— Да, ты права. Строго говоря, не совсем человек.

— А кто?

— Вот подружимся, тогда узнаешь.

— Подружимся? Разве это возможно?

— Конечно. И если я прав, тебя, по прилету, ожидает приятный сюрприз.

— Какой?

Нет, все-таки женщины везде одинаковые.

— Не торопись, лететь недалеко. Вдруг я ошибся

Мы замолчали, хотя ее явно прямо распирало любопытство. Показалось гнездо, и мы спикировали к нему. Я подстроил вход, чтобы мы беспрепятственно влетели внутрь. Дракон, который нес Антрацитового, уже прилетел, положив его труп где-то рядом с гнездом, чтобы не пугать детей, так что они уже знали, что мы победили и теперь жаждали подробностей. Увидев чужую дракону, дети бросились врассыпную, а Клуня, выглядевшая с высоты как маленькая фигурка, покрылась шерстью и выпустила когти. Но поняв, что рядом с ней я, успокоила детей и приняла обычный человеческий вид. Мы спустились. Клуня кинулась ко мне, но увидела дракону, а та — ее. Я оказался прав!

— Хозяин, можно?

— Беги, конечно!

И они бросились друг к другу. Контакт произошел мгновенно. Они обе повернулись в мою сторону. Ей богу, они были похожи.

— Хозяин, это…

— Я знаю, что это, девочка. Общайтесь. Вам есть, что сказать друг другу.

— А как мне Вас называть?

— Как хочешь, можешь «Серый», как зовут меня члены моего гнезда

— Хорошо… Серый. Спасибо тебе. Когда ты сказал о подарке, я даже не подозревала, что о таком! Я же не хотела лететь на эту глупую войну! Ее многие не хотели и считали, что драконам в этом мире нечего делить, нас и так слишком мало. Но он настоял.

— Ничего, он, правда, не весь и не целиком, нам еще послужит.

Тем временем вернулся Сол с сотоварищами. Разом «оглядев» всю картину, он подошел. Огромный и величавый.

— Что девочка, нашла своего человека?

— Да, сказала дракона, согнув голову в жесте величайшего почтения.

— Тебе повезло. Это первый случай почти за 400 лет. Когда в наш мир приходит Серый, вокруг него всегда случаются чудеса. Для драконов исключительно хорошие. Наслаждайся! Кстати, можешь перейти к нам — Юджин за тебя поручился.

— Спасибо Вам! Почту за честь! Я не подведу…

Дракона сделала такой же жест почтения головой в мою сторону, и они с Клуней замкнулись друг на друга, перестав замечать окружающее.

Глава 9. Подготовка

— Сол, ты сегодня красавец! Ты съел его еще до начала боя!

— Спасибо тебе, Серый. Легко быть смелым, имея за спиной тебя. У Дорна вот тебя не было и у них была настоящая битва, где он по-настоящему победил, несмотря на то, что был старше врага почти в 2 раза. Он действительно был великий.

— Да. Кроме всего прочего, он был первым. Но это не уменьшает твоей заслуги. Ты просто его немножечко догнал. Ну, чем больше во главе вашего племени будет стоять мудрых правителей, тем лучше. Кстати поставь управлять тем гнездом кого-нибудь из своих, потолковее. Думаю, сейчас, после увиденного, они это примут.

— Хорошо, но это не горит. Двое наших с ними уже улетели. Мне надо понять, что Корхарну нужно. Соедини меня с ним, пожалуйста.

— Пойдем, я кое-что придумал.

Мы подошли к купели, полной молодняка.

— Попроси их покинуть купель

Сол гортанно рыкнул, и дракончики с шумом убежали.

— Опусти в нее хвост.

Сол удивленно на меня взглянул, но подчинился. Вдруг его глаза расфокусировались. Он услышал Корхарна — купель была напрямую замкнута на коричневый источник. Я напрягся, вошел в зеленый сектор и подключил на купель еще и Креону. Теперь мы могли вместе общаться.

Они объяснили Солу, что нужно. Корхарн про шкуру и что-то там еще, Креона про всякие органы и железы. А также она сказала, как их надо подготовить, а потом потребовала поторопиться, пока в теле не произошли какие-то там изменения. Сол немедленно закивал, прервал контакт и ревом стал собирать своих в помощь

— Понял, каково мне? Спросил я его.

— Дааа… Зато теперь я понимаю, откуда у тебя такой характер.

— Сол, не обессудь, испортишь, даже я тебя от Креоны не защищу. Будешь показательно неделю слабительным питаться в наказание.

— Ну, так и не отвлекай меня! Ты, конечно, великий и все такое, но слабительное я пить не хочу!

Я услышал смешок Креоны

— Любимый, неужели я такой монстр?

— Нет, просто любое разумное существо хочет тебе подчиняться. Но, святое мужское право потом погундеть никто не отменял!

— Ладно, я смотрю вы частенько стали им пользоваться, этим правом

— Теперь ты воспользовалась святым женским правом поворчать

И мы с ней весело захохотали.

— Юджин, а как мы все эти ценности, добытые из дракона, сохраним? Корхарну нужна только шкура ну и какие-то еще бляшки, а у меня товар скоропортящийся. Его бы заспиртовать и в склянки сложить…

— Спирт можно попробовать перегнать из воды со слюной дракона. Но склянки… даже если найдем кварцевый песок и расплавим его — нечем выдуть.

— Хммм, идея. Мне тут Зеленый Разум подсказал. Мы с ним сейчас вырастим специальные тыквы. И пусть твоя Клуня бегом их собирает и кидает в купель. Будет тебе тара! Ты, когда будешь ингредиенты в них складывать, добавляй немного воды из купели. Я тебе скажу, что надо будет в ней исправить.

— Хорошо.

Работа закипела. Сол с десятком взрослых драконов, полетели разделывать труп Антрацитового. Сначала Клуня с Уяхатой сами носились от огорода и обратно, нося маленькие и побольше полые изнутри серые тыковки с пробками и кидая их купель, а потом Уяхата, быстро познакомившись с членами гнезда, созвала молодых дракончиков, и они стали носить эти тыковки Клуне веселой ватагой. Клуня следила за процессом, потом доставала тыковки из купели и группировала по размерам. Когда драконы стали приносить разные органы, они тоже бросали их в купель, а Креона давала мне и Клуне указания, как их разделать и обработать. Далее Клуня рассовывала их по тыквам, а я создавал внутри соответствующую среду и подпитывал. Кое-что мы разложили на камнях и Уяхата аккуратно сушила это в своем пламени. Вообщем, гнездо два дня представляло из себя военно-полевой госпиталь во время массированного наступления. Клуня, а соответственно и Уяхата Креону слышали, остальным я вещал «на широкой волне». Вернее, не вещал, а ретранслировал. Через некоторое время пошли разрубленные когтями Сола разные кости. Их, после термообработки, Клуня дробила в порошок. Еще через некоторое время, появился Сол, держа в когтях черную шкуру. Он бросил ее в купель, и почти вся вода в нее впиталась. Затем сунул туда же хвост и стал получать указания от Корхарна. Работы по заготовке органов приостановились и все повалились ненадолго отдохнуть. Только Клуня, как автомат, дробила кости, да ее верная Уяхата, стояла рядом, поддерживая и подпитывая. Шкура пролежала в купели сутки. Пару раз я вкачал туда серого. В конце концов, Сол вытащил ее и утащил в угол гнезда разделывать. Никто, коме него с его когтями и весом не мог этого сделать. Я подошел к нему:

— Сол, а как Дорн сделал для меня Хлыст?

— Не надо тебе этого знать, поверь. ЭТО смог сделать только ПЕРВЫЙ дракон в благодарность от всего нашего рода.

— Да уж… только и крякнул я, прежде чем отойти.

Через некоторое время со мной связался Корхарн:

— Мастер, вот что странно. Коричневых много, но они все явно средненького или вообще низкого уровня. И при этом почти нет одиночек. Искусство, так сказать, встало на поток — совершенно нет полета. Зато есть три крупные артели. Что немного обидно — самая большая на месте моей бывшей школы. Правда, я все же нашел одного талантливого кустаря. Работает кузнецом в глухой деревне в бывшей Империи. Уровень действительно не плох, а для современных, так просто высок. Я подскажу ему, что надо сделать. Будут у него «вещие сны». Сол сказал, что через неделю шкура будет готова, тогда и выходите к нему. Куда идти — я скажу.

— Спасибо.

Благодаря Клуне, современную денежную систему, а также, в общих чертах, политическую карту мира я знал. Правда она училась в закрытой элитной Черной школе. Соответственно, те знания, что в ней были заложены — действительно политические. А коль скоро у нее статус «дочери врага», у нас при передвижении могут появиться проблемки. Ладно, разберемся походу. Как я понял, на месте когда-то объединенных Империи и Королевства нынче то ли восемь, то ли девять государств и автономных образований. По типу того, как, в свое время, развалился СССР или Римская империя. Формально и Королевство, и Империя остались, но значительно сократились в объеме и потеряли в статусе. Надо будет придумать легенду о нашем появлении. Кстати, как я понял, появилась какая-то система регистрации типа паспортов. В Империи была так же попытка провести перепись населения.

— Клуня!

— Да, Хозяин!

— А школа Надирских стрелков у вас есть?

— Конечно. В Столице при центральном аппарате СБ. Это очень элитная школа. Туда принимают магов всех цветов. Но без блата не сунешься — завалят на экзамене. Мне отец говорил, что, наверное, сможет меня туда устроить, если я буду хорошо учиться. Вот я и старалась. Да не пришлось…

— Жалеешь?

Вместо ответа она просто хихикнула.

— А как во время переписи учитывали население?

— Поставили метку на плечо. Ее в СБ разработали. Вроде бы магическая, но почти не видно. А может быть просто не мой цвет.

Я пригляделся к этой метке повнимательнее. Действительно, ничего не излучает, поэтому я и принял ее за обычную татуировку. Солнышко и солнышко — мало ли чем девчонки в закрытой школе балуются. Стал направлять на нее энергию и смотреть в разных диапазонах. Так и есть — практически во всех, отраженным светом, светилось, имя, портрет, место и дата рождения. Во всех, кроме… паучье-коричневого! Если бы я столько лет не провел нос к носу с этой гадостью, если бы я не научился немного ею пользоваться, ровно настолько, насколько позволяли мои природные данные, я бы ничего не почувствовал. В ПК (паучье-коричневом) же диапазоне светилась практически ВСЯ информация. И о том, что она дочь врага и о том, что она отправлена служить в дальний гарнизон. Отдельно отмечался ее изначальный Черный уровень, динамика роста, прогноз. Соответственно присваивалась градация. Было несколько уровней. Начиналось с «рядового», потом «средний», потом «высокий», потом «опасен», потом «очень опасен». Каждый уровень делился на 3 класса. У Клуни отметка застыла между «средний» третьего класса и «высокий» первого класса, правда ближе к «среднему». Вот и объяснился разговор далекой теперь Тролки, когда она говорила убиенным мною подельникам, об «уровне Цацы». Сейчас метка была не активна и информация, хранящаяся в ней, на отправлении на службу в гарнизон и кончалась — может быть, она вышла из зоны действия приборов, а может ее посчитали мертвой, во избежание эксцессов. Хотя это вряд ли, ее тела же никто не видел. Значит, действует не везде, а работает аппаратными методами. Интересно, как ее считывают? И дублируется ли информация, на ней расположенная, где-нибудь? Есть ли общий банк данных? Становилось все интереснее и интереснее. Я решил узнать, что же это за хрень такая. Оделся в темно-серый пузырь и прикоснулся к метке. Она — явный концевик и отражает информацию, находящуюся где-то. Изменения вносятся при помощи специального прибора, а вот просто так, не будучи серым, не только внести, прочитать ничего невозможно. Да и Серому надо быть осторожным, наверняка есть какой-нибудь оригинальный формат или секретный код. Ай, да государственник нынче у власти! И слушать всех может и воздействовать. Не так ли батюшку Клуниного вычислили?

Хотя у меня возник определенный план. Не было же никому сказки обещано. Я посадил Клуню перед собой, положил руки на метку и ушел в глубокую медитацию. Во-первых, я изучал картинку, стараясь найти секретные коды, а во-вторых, искал ту информацию, которая не отражалась. Или возможности. Кстати, я однозначно стал уверен, что перепись была только поводом. На самом деле, хотели поставить на контроль волшебников.

Глава 10. Сплин

Тем временем, Сол сказал, что подготовка закончена. Он принес несколько очень длинных узких полос из кожи, несколько пошире, несколько совсем широких, большой кусок и кучу всяких бляшек и наростов. Получилась изрядная куча.

— Корхарн велел это все кузнецу передать. Прогудел он. Давайте я вас отвезу. Только учтите, сейчас зима.

Я улыбнулся и сказал:

— Спасибо, Сол, но у нас теперь своя дракона есть. Она может и не большая — но не хуже тебя справится.

Уяхата выступила вперед и расправила крылья:

— Это МОЙ человек!

— Вот раскипятилась-то, улыбнулся Сол. Да знаю я, что это такое. У самого был. Я же помочь хотел.

Уяхата крылья сложила, но не расслабилась до тех пор, пока Клуня ее не обняла. Я задумчиво сказал Солу:

— Да… Зима… Еще метки эти. Есть проблемы. Ну, если что, у вас отсидимся. Пора двигаться.

— Любимый, несколько тыковок с порошками не забудь. Надеюсь, ты за них целое состояние выручишь.

— Отлично! Клуня, бегом собираться! Через час выходим. Всю одежду приготовь, оружие не забудь, заколку…

— Я скорее голову забуду, услышал я тень слов, обращенных то ли ко мне, то ли к драконе.

Когда мы собрались, я взял у Корхарна пеленг, и мы поднялись в воздух. Клуня на драконе, я сам по себе, вещи тюком, моими стараниями, сами по себе. Перед вылетом из купола, я сказал:

— Клуня, подрегулируй теплообмен, будет очень холодно.

— Поняла.

Как только покинули купол — обожгло резким холодом. Уяхата летала не очень быстро, но я и не торопился. Специально смотрел за Клуней, как она будет решать задачку теплообмена. Отлично! Правда, летя на драконе, она покрылась шерстью. Прикольно смотрелось — из-под крестьянского, по-сути, платья, торчал хвост и когти.

Летели часа 3, была уже ночь.

— Остановитесь-ка в ближайшем леске, приказал я. И замаскируйтесь. А то будет трудно объяснить ваш внешний вид.

Уяхата было дернулась, но Клуня так на нее посмотрела, что та сжалась в комочек.

— Да, Хозяин, сказала она.

Взяв себя в серый пузырь, я вылетел к ближайшему селению. Пролетел по улице. Как и в любой деревне, вечером на улице людей не было. Дом кузнеца нашел быстро — по устойчивой коричневой ауре. Но что-то там было не нормально. Кто-то болел. У меня созрел план. Я вернулся к своим, связался с Кроеной и показал ей больную ауру. Она посоветовала, какие тыковки брать. Я выпустил себе не большую, но плотную зеленую ауру, отрастил черную бородищу по глаза и спутанные космы. Затем снял сапоги и визуально увеличил ноги, покрытые густой черной шерстью. Потом потоптался босиком по снегу и пошел в деревню. Подойдя к дому кузнеца, постучался.

— Уходи, кто пришел! Мы никого не ждем!

— Меня ждешь…

Дверь резко отварилась и весь проход занял огромный мужик. Его лицо было чернее тучи.

— Я тебе сказал, пошел… и вдруг осекся. Увидел ауру, наверное. А может внешний вид.

— Ты кто?

— Лесовик. Мне показалось, что ты меня ждешь.

Он еще раз глянул на темно-зеленую ауру. И отошел от двери

— Проходи. Горе у нас. Детей у меня не было, сколько мы с женой не старались. А тут 9 месяцев назад она понесла. Все бы хорошо, но ребенок был очень крупный, а она маленькая. Она сильно порвалась при родах. Бабка наша местная зашила ее, да видать плохо — пошло воспаление. А теперь, наверное, через молоко, сыну передалось. Сейчас они помирают оба. А я… я ничего сделать не могу. Повитуху местную я в сердцах это… короче, не придет она. Я гляжу, ты Зеленый, на тебя одна надежда. Проси, чего хочешь, все сделаю, только спаси их.

— Веди, коротко сказал я

Он повел меня внутрь дома. На постели металась в жару миниатюрная женщина, а рядом уже не плакал, а тихо скулил младенец. Я передал картинку Креоне.

— Срочно! Передай мне управление! Речь идет на часы, если не на минуты!

Я немедленно сделал это. Дальше со стороны наблюдал, как мое тело абсолютно Креониными движениями начло действовать.

— Воды таз, быстро!

— Чего?

Я сказал длинную матерную тираду. Да такую, что сам удивился. Хозяин дернулся как от пощечины и убежал. Вернулся с тазом чистой воды — полностью передав управление ситуацией мне.

— Грей!

Он сунул таз в очаг. Тем временем я взял ребенка. Жизнь в нем еле теплилась. Я вкачал зеленого. Он немедленно обкакался и заплакал. Отец было засиял, но я заорал:

— Еще таз! Скатерть со стола убери!

— Так нет еще таза…

— Меня не …, где ты его возьмешь, но, если не будет, жену могу и не спасти.

Он метнулся и принес половину чьего-то золоченого доспеха.

— Пойдет?

— Вполне. Хоть делу послужит. Воду неси и тоже греться ставь. И ножи принеси из кузни разные. Я выберу. И иглы. БЕГОМ!!!

Он пулей метнулся и принес огромную охапку всякого железа. Тем временем вода в тазу стала теплой. Я достал одну их тыковок, кинул в воду щепотку порошка. Вода запузырилась и стала зеленой. Я взял младенца, который все время надрывно кричал и положил в таз. Вода помутнела, потом стала почти прозрачной. Младенец перестал орать и, чмокая, мгновенно заснул.

Я кивнул на стол:

— Скатерть убери.

Осмотрев, взял кирасу с водой, кинул туда другой порошок. Потом оторвал кусок скатерти, обмакнул в воду и сунул кузнецу в руки:

— Три!

Он стал тереть, на поверхности стола выступила черная пена. Он стирал ее, а она опять выступала. Тем временем я подошел к его жене. Она, с трудом, открыла глаза:

— Что с сыном?

— Спит. Теперь выживет.

— Хорошо, сказала она. Улыбнулась, закрыла глаза и стала уходить

Я запрыгнул на постель, схватил ее голову и заорал, то ли ментально, то ли физически:

— Не смей уходить! Ты нужна ему! И вкачал огромную порцию зеленого. Ее уход замедлился. Я все качал и качал. Кузнец стоял сзади, такой огромный и такой маленький.

— Возьми в моем правом кармане пузырек с тремя красными точками, налей воды в чашку, открой пузырек, брось три кристалла, не больше, и принеси. Три, слышишь!

Он кивнул и умчался на кухню. Через 3 минуты появился. Я с сомнением посмотрел в чашку.

— Не три там…

— Шесть… Ей же плохо!

— В кузне у себя командовать будешь, умник!

Я выплеснул содержимое чашки на пол. Жидкость тут же впиталась.

— Готовь, что сказал! Не успеешь, я ее не удержу. Как с этим жить будешь, урод!!!

Я не думал, что человек его комплекции может двигаться с такой скоростью. И вот чашка с целебным раствором у меня. Я оставляю мизинцы рук качать зеленое в виски, а большими пальцами открываю ей челюсть.

— Лей понемногу!

Жидкость впитывается, тогда я аккуратно кладу ее на постель и резко бью в область грудины. Она судорожно вдыхает и открывает глаза.

— Вернулась, голубушка, говорю я ей. Тебе еще не время…

— Перекладывай ее на стол и раздевай. Я пойду, твой инструмент посмотрю.

— Так это…

Я, а вернее Креона, так на него посмотрела, что больше никаких слов не понадобилось.

Ножи были действительно прекрасны. Я быстро нашел то, что нужно. Когда вернулся, она лежала на столе, а он стоял и держал ее за руку.

Я не буду описывать, как проходила вся операция. Скажу только, что, когда я вскрыл нарыв, зеленый гной выбросило метра на полтора, а кузнец покачнулся, теряя сознание.

— Стоять!!!

Он, на дрожащих ногах выпрямился.

— Хочешь по-настоящему помочь?

— Д-д-д-а…

— Я могу перенести на тебя часть ее боли. Выдержишь?

— ДА!

Когда я сделал это, по ее животу прекратили проходить блуждающие судороги, а его лицо превратилось в каменную маску. Он осторожно сел, потом прислонился к стене, а потом провалился в обморок. Тогда мы с Креоной смогли быстро, при помощи тентаклей, завершить всю операцию. Сращивал я кожу и слизистые оболочки пальцами, чтобы не зашивать и не оставлять шрамов.

— Все любимый, мы справились. Теперь твой выход. Перенеси только ее на кровать и ребенка ей к груди поднеси.

Я перенес ее на кровать, положил на бок, затем достал спящего ребенка и положил рядом. Потом сел на стол в позе лотос и ушел в медитацию. Ночью услышал тяжелые шаги. Потом всхлипывание.

Утром меня коснулась тяжелая рука.

— Лесовик! Лесовик!

Я, не открывая глаз, сказал:

— Они спят. Оба здоровы. Твоя жена сегодня, думаю, еще должна полежать. Но не уверен, что ты ее удержишь — вон какой дома свинарник. Приготовь ей отвар из ягод — ей нужны витамины.

— А откуда…?

Я открыл глаза.

— Ты вчера ей очень помог, взяв на себя часть боли. Ее сердце могло не выдержать!

— Да что я без тебя! Как тебя кличут-то?

— Юджином.

— А я Сплин. Я в неоплатном долгу перед тобой. Проси, что хочешь!

— Мои просьбы покажутся тебе странными, наверное. Ты должен сделать для меня то, что тебе приснилось.

Его глаза полезли из орбит

— А откуда…?!

— Ну вот, опять, сказал я. Оттуда же, откуда узнал, что тебе нужна помощь.

В это время из комнаты раздалось слабое:

— Сплин! Принеси мне, пожалуйста, попить. И смени пеленку ребенку.

Он ломанулся в комнату. Вернулся минут через 10. Сел на стул

— Юджин, это потрясающе! Она на меня только что поругалась за беспорядок! Как же я ее люблю! Я не могу сделать, то, что мне приснилось. У меня нет драконьей кожи.

— Зато у меня есть. Сегодня принесу.

Он опять вылупил глаза.

— А…

Я строго посмотрел на него, и он стушевался.

— Со мной придет моя племянница. Она Черная. Это для нее. Нам еще надо одежды какой-нибудь. Так-то мы в ней не нуждаемся, но надо в город идти. Боюсь, всех распугаем. И немного денег. Одежду и деньги верну. Твоя оплата за услугу — работа. Будем сегодня ночью.

Он согласно наклонил голову.

Я упруго вскочил и вышел за порог. Пока он смотрел мне вслед, я шел босиком через поземку, а потом, прикрывшись пузырем, полетел. Минут через 10 был около своих:

— Клуня, садись на Уяхату и летите на болото. Надо набрать морошки. Положите в подол. Как принесете — пойдем.

К вечеру появились обе, усталые, но довольные. Оказалось, что для того, чтобы набрать подол ягод, пришлось облететь не одно болото.

— Молодцы, девочки. Уяхата, подожди здесь, мы с Клуней скоро будем. Клуня, я для них твой дядька-Лесовик, который воспитал тебя. Мы все Зеленые, а ты вдруг Черной уродилась. Вот я и веду тебя в город.

Я взвалил на себя тюк, Клуня несла ягоды. Мы решили пойти пешком и минут чрез 40 оказались около дома кузнеца. Я стукнул в дверь, она немедленно открылась, а из дома пахнуло свежей выпечкой.

— Заходите, гости дорогие! Прогудел Сплин.

— Пусть Клуня проходит. Она для твоей жены ягод принесла. А мы пойдем в кузню.

Сплин накинул полушубок и вышел. Когда мы зашли, он попытался помочь снять с головы узел вещами. Когда снимал — аж крякнул.

— Ничего себе вес! Когда ты его нес, мне казалось, что он не тяжелый.

Я усмехнулся

— Не суди по внешнему виду о содержании…

Тем временем я стал доставать содержимое мешка. Сплин помогал, а потом все внимательно осмотрел.

— Да, все, что нужно. Я не спрашиваю, откуда все это богатство. Вообще с тобой вопросы «откуда» не уместны. Мне давно снятся сны. Думаю, что я сделаю лучшие изделия в своей жизни. А теперь иди, я буду работать один. Если сможешь, помоги пока моей жене с ребенком. Думаю, меньше недели работа не займет.

— Лады. Через неделю зайду. Племянницу оставлю в помощь. У меня есть чем заняться…

Но он меня уже не услышал.

— Сплин!

— А?

— Есть еще одно. Отойди…

Тот недоуменно отошел от горна. Я подошел, достал из кармана тыковку, сделал вид, что высыпаю щепотку порошка. Пламя вспыхнуло, а потом в горне загудел мощный поток первичного огня. Никакие меха теперь были не нужны.

Сплин пораженно смотрел на это.

— Кто ты?

Я проигнорировал его вопрос и сказал:

— Сделаешь все хорошо — оставлю тебе этот очаг. Затем повернулся и пошел в избу.

Когда зашел, Клуня сидела на кухне с ребеночком на руках, а Ивка, жена Сплина, кашеварила у печи. Увидев меня, она бухнулась на колени и попыталась поцеловать мне руку.

— Прекрати! Еда подгорит! Лучше каши положи…

Она немного смешалась, а потом бросилась к стряпне, которая хотела убежать. Сняла котелок с печи, достала пирожки, чтоб не подгорели, а потом, опустив руки, присела на табурет

— Спасибо Вам, Южин! И за меня, и за сына! Я же помню, куда хотела уйти, да Вы не дали. Сказали, еще не мое время! И она опять попыталась встать на колени.

Я ее поднял.

— Не благодари, я сделал то, что должен. Сплин сейчас в кузне мне долг отрабатывает — делает для меня и для Клуни кое-что. Но у меня и к тебе просьба будет — У Клуни городской одежды нету. И обуви тоже. Нам в лесу без надобы, вроде как. Да и мне бы одеться поприличнее. Лошаденку, телегу и справу от вас, что мы у вас жили. Я очень не хочу, чтобы чужие люди нашли наши поселения. Ничего хорошего от этого не будет. Мы бы и не вышли к вам, да Клуня со своим даром в лесу сгорит как свечка.

— Я так рада, что вы вышли. Конечно, все сделаю. Для Клуни платьев подберу. Мы с ней вроде по размерам не сильно отличаемся. А вот тебе… ты сильно меньше Сплина будешь… Ладно, перешью что-нибудь. Лошадку с санями дадим вам конечно. Мне тут Клуня про Вас рассказала. Тяжелая у вас жизнь в лесу. А ей, бедняжке, каково будет без вас в городе? Угораздило же Черной уродиться!

Я только расстроено крякнул. Потом посмотрел на нее строго:

— Только соседям про нас сильно не говори, ладно?

— А не кому говорить. Не любят меня здесь — я же из Луганги. Мы со Сплином на ярмарке познакомились, да так и не смогли расстаться. Вот и бросила я все, да уехала сюда. И не жалею ни секунды. А к Сплину все местные красавицы клинья подбивали. Только он на мне женился, вот и невзлюбили меня. Мне кажется, повитуха неспроста сразу после родов ушла. Ну, теперь некого жалеть — Сплин ей сгоряча шею свернул, когда выяснилось, что она заразу мне занесла. Убить не убил, но ноги у нее после этого отнялись.

— И не зря. Она тебя и заразила. Да не просто так, а чтоб и ребенку передалось. Молоко грудное хорошо обычную заразу отфильтровывает.

— Вот Малашка! Вот сука драная! Она повитуху подговорила!

— Ладно, разберетесь без нас. Теперь ни тебя, ни сына никакая такая зараза не возьмет.

— Юджин, я что подумала! Мы вам, конечно, денег дадим и все такое, только может, лучше ты у моей старшей сестры в столице остановишься? У нее ребенок больной, может, поможешь? Я бы предложила у родителей, но у меня еще 2 брата младших. У них места не особо много.

— Отчего не помочь? А деньги, одежду и лошадку мы вернем, не волнуйся.

Ивка только отмахнулась, как от несущественного.

— Мы, Юджин, перед вами в неоплатном долгу. А если Вы и сестре поможете — так вообще молиться на вас будем.

— Молиться не надо, просто живите по-совести, сказал я. Затем позвал:

— Клуня!

Она пришла, качая заснувшего младенца.

— Вы, дядюшка, говорили громко, вот мы и ушли.

— Я, племяшка, к нашим схожу. Ты пока здесь поживи, к городу привыкни. Пусть Ивка тебе про городскую жизнь расскажет. Заодно и поможешь ей — она еще слабая. Ее мужа неделю минимум из кузни видно не будет.

— Хорошо, дядюшка!

Ментально же сказал:

— Ты у нее как можно больше узнай, что сейчас происходит. Где ее сестра работает, ее муж, родители? Нам сейчас информация очень нужна. Я не могу понять, что не так — какое-то напряжение в воздухе витает. И ты молодец — хорошо племянницу лесного человека сыграла. Продолжай.

Она мне улыбнулась

— Отошли Уяхату в Гнездо, а я в город ближайший наведаюсь. А может и в Столицу. Посмотрю, что да как.

Только хотел выйти, как ко мне подошла Ивка и протянула мешочек с пирожками

— Это Вам… на дорожку


Глава 11. Выход в город

Я вышел из дома, покрылся серым, принял позу лотос и взлетел. Потом запустил руку в мешочек с пирожками. С грибами, с мясом, с капустой… За поеданием, разогнался прилично, летя вдоль заснеженной дороги. В паре мест, мне показалось, что от дороги в лес вели человеческие следы. Решил на обратном пути проверить. Через некоторое время подлетел к небольшому городишке, находящемуся на пути в Лугангу, то есть в Столицу. Мне показалось, или по периметру ворот стены, окружающей город, было слабое коричневое свечение? Нет, я не ошибся. Пролетая мимо ворот, пахнуло паучиной. Я перелетел через стену и подлетел к воротам с обратной стороны. Источником излучения служил большой коричневый куб. Около него дремал караульный офицер — слабенький Черный, под стать этому захолустному городу. Мне стало интересно, как этот прибор работает. Я завис в темном углу караулки и дождался утра. Едва ворота раскрылись, пошел разный народ. В основном крестьяне. Но когда через ворота прошла Зеленая волшебница, видимо знахарка какая-нибудь, в воздухе повисла кубическая картинка с ее объемным портретом и кратким описанием. Черный лениво на нее посмотрел и никак не отреагировл. Я продолжал ждать. Примерно через полчаса его сменили. На этот раз было два офицера посильнее — все-таки день. Через некоторое время в воздухе замигал еще один зеленый куб. Правда без изображения — система отреагировала на непромаркированного волшебника. Немедленно один из офицеров подал сигнал на ворота и вышел, а второй достал стреломет. Через несколько минут в соседнюю комнату завели задержанного. Им оказалась неавторизованная Зеленая девочка лет 13. Она зашла вместе с родителями. К ним вышел второй офицер, предусмотрительно оставив стреломет в комнате, чтоб не пугать. Они в самых изысканных выражениях объяснили родителям девочки, что их дочь обладает даром и предложили ей пройти тестирование в Зеленой школе в Столице за счет государства. Затем сказали, что они должны промаркировать ее, если родители хотят, чтобы государство, в случае ее поступления, оплачивало учебу. Те, будучи простыми крестьянами, естественно, согласились. Девочку завели в комнату, где стоял прибор. Офицер, по стеклянному шару, связался с кем-то и через пять минут зашла женщина-Черная.

— Мужчины, выйдете! Сказала она.

Когда они вышли, Черная попросила девочку оголить грудь и взяла в руки приделанную к машине трубку, от которой тянулись проводки. Она приложила ее к телу девочки над левой грудью.

— Ничего не бойся, милая. Немного пощиплет, зато у тебя будет прелестное солнышко. Оно есть у всех волшебников.

Та вздрогнула, тогда Черная расстегнула ворот форменного кителя и показала, что у нее тоже такое стоит. Затем приложила трубку к груди девочки и нажала на кнопку. Машина загудела. Я немедленно швырнул в образовавшийся канал серого червя и тот, по неизвестным пока мне каналам, умчался куда-то. Через пару минут Черная убрала трубку и над грудью девочки оказалось знакомое мне уже по Клуне, изображение, а вместо зеленого куба появился портрет головы девочки и ее характеристики, как волшебницы. Потом Черная задала несколько стандартных вопросов — сколько ей лет, умеет ли она читать, где она живет ну и так далее. Ответы она заносила специальным карандашом, от которого также шел проводок на появившуюся перед ней панель с графами. Немедленно все, что она заносила, появлялось в виде подписи под изображением. Судя по всему, девочка этого изображения не видела. Я присмотрелся — оно было в Черном диапазоне. Потом посмотрел паучьим зрением — появилась надпись «рядовая. 1 уровень». И еще к сердцу девочки протянулась тоненькая паучья ниточка. Как я понимаю, для сбора и передачи информации, а в случае проблем — энергии ее заряда наверняка хватит, чтобы остановить сердце. Ничего себе, уровень технологии! После окончания процедуры, Черная достала красивую гербовую бумагу, аккуратно вписала туда имя девочки, поставила печать и отдала ей в руки со словами, что это сертификат на тестирование, на чем с ней и попрощалась. Я сидел, глубоко задумавшись — неизвестно, на каком расстоянии от прибора можно активизировать нить. Если далеко — Клуня в опасности. Я срочно послал ей сигнал, чтобы она вызывала дракону и летела в гнездо. Судя по всему, мой экран над ним отражал это излучение. Черная ушла, а офицеры продолжили вахту. Интересно, какие еще «чудеса» появились за эти 800 лет? Я же продолжил наблюдение. Через некоторое время машина опять подала сигнал. На сей раз появился черный кубик. Офицеры немедленно отреагировали, а к машине подошла на сей раз Желтая волшебница. Кубик над машиной сменил диапазон — видимо для того, чтобы волшебник, на которого ставили метку, его не видел. В комнату ввели высокого мужчину.

— В чем дело? На повышенных тонах спросил он. Я подданный Королевства!

Офицеры стояли сзади него с оружием, а Желтая спросила:

— Цель Вашего визита в Империю?

— Торговые дела. А в чем дело?

— По распоряжению Службы безопасности Его Императорского величества, мы каждому гостю Империи ставим метку. Извините, без этого, дальнейшее пребывание в Империи для Вас не будет возможным. Метка ставится однократно. В дальнейшем Вы сможете, предъявив ее, проходить на нашу территорию без дальнейших проверок. В случае Вашего отказа, мы вынуждены будем запретить Вам въезд к нам.

— Безобразие! Я много раз бывал здесь! И никаких меток мне никто не ставил!

Офицеры сзади напряглись, однако Желтая совершенно спокойно сказала:

— Дело Ваше. Можете отказаться и покинуть нашу территорию. Тогда, в случае Вашего проникновения к нам, Вы будете рассматриваться как шпион.

Мужчина вздрогнул. Видимо, ничего хорошего в том, чтобы быть шпионом не было. Он помялся, а потом сказал

— Ладно, ставьте свою метку. Мне здесь часто приходится бывать.

Процедура с солнышком повторилась. Я закинул внутрь еще одного червяка. На изображении появилось: «средний. 2 уровень». Кстати, я вполне оценил уровень подготовки женщин, ставящих метки. Такое ощущение, что они проходили специальную психологическое обучение.

Потом, в течение дня, было еще несколько человек, но в основном неавторизованные крестьяне. Каждый из них получал сертификат на тестирование или обучение, и все выходили вполне счастливыми. Я каждый раз закидывал червяков.

Вечером, когда ворота закрылись, два дежурных офицера сменились на одного. Я дождался, пока он отлучился в туалет и выскользнул из помещения.


Глава 12. Диверсионная группа

Я, закрытый пузырем, задумчиво летел над дорогой. За 800 лет многое изменилось. Технологии, однозначно, скакнули вперед. Хорошо, что авторы машинки до сих пор не настроили ее на серую энергию, иначе у меня могли быть проблемы. Зато понятно, что теперь появились другие способы управления людьми. Мне подумалось, что я, в свое время, очень качественно запечатал паучий канал, поэтому они начали искать альтернативные пути проникновения. Через некоторое время, я обнаружил, что на дороге, кроме пеших и санных следов появились еще и следы, похожие на гусеницы. Интересно… Через некоторое время я увидел стоящие на обочине машины типа снегокатов. Один из них был перевернут, людей рядом не было, а в лес вели многочисленные следы и пятна крови, наспех присыпанные снегом. Я пригляделся к машинам — механику составляли качественно откованные детали, в качестве источника энергии был тот же желтый источник, что и на квадрациклах, а вращение передавалось при помощи чего-то типа парового двигателя. Я повернул по направлению следов и стал осторожно передвигаться. Примерно через час небыстрого лета, я обнаружил часового. Черный, в маскировочной форме, да еще и со стрелометом. Я аккуратно перелетел его и двинулся дальше. Невдалеке показалась, видимо, избушка лесника. Перед входом лежал труп в форме имперского черного, явно со следами выстрела из стреломета и следом удавки на шее. Из избушки доносились разговоры и крики. Я заглянул в окно.

В большой комнате находилось несколько Черных в такой же форме, как и часовой, а около стены стояло 5 человек — четверо мужчин и одна девушка. Они были одеты в обычные утепленные комбинезоны, а их руки были скованы за спиной. Старшим из пленников явно был мужичок в золоченых очках с академической бородкой. Командир захватчиков проводил допрос.

— Цель вашей поездки?

— Научная экспедиция

— Что изучаете?

— Местный этнос. Было замечено, что в этой местности среди крестьян рождается много Зеленых.

— Источник искали?

— Пытались разобраться. Мы мирные люди. Зря вы убили нашего сопровождающего. Отпустите нас, мы вам ничего не сделали и никому ничего не расскажем

Я пригляделся к пленникам: явно старший экспедиции и еще двое мужчин были Зелеными, а еще один парень и девушка желтыми. Но их ауры не светились. Я внимательно присмотрелся — они замыкались на черные наручники. Вот это сюрприз…

— Знаем мы ваш «мир». Что за прибор поставили на входе в город?

— Мы не знаем

Командир захватчиков кивнул одному из подчиненных. Тот подошел к ближайшему пленнику и нанес короткий профессиональный удар в печень. Глаза пленника вылезли из орбит, и он со стоном согнулся. Через некоторое время его вырвало желчью. Допрашивающий скучающим взглядом смотрел на него, а вот его товарищи были в ужасе.

— Меркул! Суки! Что вы делаете?! Нас скоро найдут и вам не поздоровится! Крикнула девушка. Она явно была неравнодушна к ударенному коллеге.

— Забудьте. Никто вам не поможет. Разве вы видите свои ауры?

Пленники удивленно переглянулись, а затем на их лицах отразился ужас.

— То-то… Так что от вашего поведения зависит, останетесь вы живы или нет. Еще раз повторяю вопрос: что за машинку поставили на въезде в город?

— Мы не знаем. Нам поставили какие-то татуировки и все.

— Татуировки? Ну-ну… а где?

— На груди, старший пленник показал глазами.

Допрашивающий кивнул помощнику, тот подошел к одному из пленников, самому крупному мужчине, и разрезал одежду. Увидев солнышко, обернулся к командиру. Тот кивнул и Черный стал пытаться воздействовать на метку, пытаясь ее расшифровать. Метка не реагировала. Допрашивающий стал повышать уровень воздействия. Я присмотрелся к группе захвата. Все Черные уровня, я бы сказал «опасен», одним словом, профи. Через некоторое время тонкая паучья ниточка, идущая от метки к сердцу пленника, вдруг вспыхнула и тот без стона повалился бездыханным. Все вздрогнули, а пленники еще и вскрикнули. Тогда командир что-то сказал. К следующему мужчине подошли уже двое. Один, ударом под колено, заставил его опуститься на колени, а другой, встав сзади, нажал на болевую точку, обездвижив его. Моя школа, блин… Тот, что был впереди, разрезав одежду и оголив метку, достал из очага разогретый металлический прут, а затем попытался ее выжечь. При физическом воздействии паучья нить сработала мгновенно. Еще одно тело в конвульсиях повалилось на бок. При этом аурные сгустки у всех диверсантов, а то, что это не бандиты, а именно диверсанты, я не сомневался, зашевелились.

— Командир, уходить бы надо.

— Согласен. Этих двоих заберем — наши яйцеголовые разберутся.

— Обоих возьмем?

— Да. Вдруг один по дороге сдохнет

— А этого куда? Кивнул говорящий на скрюченного пленника

— В расход. Двоих достаточно.

Девушка дико закричала, а Черный спокойно подошел к скрюченному человеку и профессиональным ударом вогнал ему с хрустом нож в висок. Крови почти не было. Девушка впала в ступор, а на штанах Старшего пленника растеклось некрасивое пятно.

— Вы, трое, бегом за их снегокатами — на них будет быстрее. Потом бросим, отдал распоряжение командир. Следы не маскируйте, все равно найдут. Нам сейчас главное скорость! Ты — снять с трупов наручники. Трое Черных бегом выскочили из избушки и побежали к дороге, а четвертый наклонился над трупами. Пока он снимал наручники и клал их в специальный подсумок я их изучил — интересная конструкция. Они замыкали ауру человека на себя и действовали во всех диапазонах. Надо изучить их получше. Тем временем вдалеке послышался стрёкот моторов и на поляне показалось три снегоката — Черные, да еще профи, умеют передвигаться достаточно быстро. Старший посмотрел на индикаторы заряда:

— Хватит часа на полтора, констатировал он. Мест шесть, а нас семеро.

Пленники задрожали. Он задумчиво на них посмотрел, а потом сказал:

— Они важны оба. Делаем так. Мы, забираем этого — он ткнул пальцем в руководителя, а ты берешь ее и пешком пробираешься запасным путем. Кто-то, да дойдет. Ее наручники не снимай — она сможет вызвать помощь. Понятно?

— Так точно!

— С ней по дороге не дури. Будет тормозить, просто перережь горло. Двигаться, будешь, надев на нее ошейник. Трупы затащишь в дом и заложишь заряд на вход и под каждым из них. Замкни их в цепь и отрегулируй на проникновение. Заранее дом не поджигай, а то дым увидят. Ясно?

— Так точно, опять ответил черный

— Поехали!

Он посадил пленника перед собой и все три снегоката с ревом укатили сквозь поземку.

Черный задумчиво оглядел свою пленницу, а она в ужасе смотрела на дом, где остался труп ее молодого человека. Затем он сноровисто достал что-то типа лассо, накинул ей на шею, затянул так, что ее глаза немного выпучились и обвязал другой конец вокруг дерева.

— Дернешься — задохнешься, безразлично сказал он и побежал стаскивать трупы и минировать дом. Его сгустки проявляли все более растущее беспокойство. Я пригляделся к материалу, из которого была сделана петля — тот же, что и у наручников. Думаю, именно таким способом они и сняли Черного из экспедиции, заблокировав его предсмертный выброс. Вообщем, мой клиент, одним словом. Минут через пять, Черный, затащил в дом труп Черного и закончил минирование. Он выскочил, отвязал от дерева петлю и, ведя за собой девушку, побежал в лес. Я, чтобы контролировать ситуацию, двигался параллельно. Она, пытаясь замедлить передвижение, начала заплетаться ногами. Он остановился и сказал:

— Либо ты бежишь, либо я вырублю тебя и понесу на плече. Чтобы ты была легче — отрежу тебе руки и ноги — они-то, как раз, нашим яйцеголовым не нужны. Кровь останавливать, сама знаешь, мы умеем. Выбирай.

Сказано это было спокойно, по-деловому. Настолько спокойно, что она сразу в это поверила. После этого они ходко побежали, стараясь оставлять как можно меньше следов.

Примерно через час бега, Желтая начала задыхаться. В это время вдалеке громыхнуло и я почувствовал три или четыре предсмертных выброса. Черный улыбнулся:

— Сработало. Твоя единственная надежда остаться в живых — чтобы они пошли за основной группой. Иначе, чтобы убежать, мне придется тебя убить — в плен я им попадать не намерен. Понятно?

Девушка обреченно вздохнула и поднялась на ноги. Кстати, к чести Черного, погони за ним я не почувствовал. Тогда я решил сыграть в свою игру. Я обогнал их метров на 500 и принял личину Лесовика. Минут через 10 они выбежали прямо на меня. Черный, сходу вскинул стреломет и выстрелил. Поскольку я был на сверхскорости, уйти от выстрела не было проблемы. Для него я просто визуально оказался на метр правее. Еще выстрел и еще, и еще… Он стрелял с колена, но никак не мог попасть. Желтая смотрела на это, раскрыв рот. После 5 выстрелов, достаточно его деморализовав, я ускорился и, оказавшись перед ним, нажал на точку на шее, полностью обездвижив. Затем, аккуратно положив его на землю, я ввел пальцы в его глазницы, выдавив глаза и считав всю информацию. Я должен быть в курсе современных технологий. Затем я достал из его кармана ключ от наручников и, изменив голос, прошептал Желтой:

— Подойди и встань передо мной спиной на колени. Не шевелись…

Она, как сомнамбула, выполнила требование. Я заблокировал ее Серым, потом аккуратно, его, уже безвольной, рукой, поскольку он был в глубоком обмороке, достал ключи и расстегнул наручники. Если бы я сделал это сам или если бы он был мертв — они бы взорвались. Это я у него считал. Потом также снял с ее шеи петлю. Из нее рванулся Желтый крик о помощи, застрявший внутри покрывшего ее серого купола. И наручники, и петлю я аккуратно сложил в специальные кобуры, которые снял с его пояса. Затем собрал с него все имеющееся оружие, которого было предостаточно и снял одежду. Желтая все это время стояла на коленях спиной ко мне и не видела, что я делаю. После этого, из ближайшего дерева вылез тентакль, удавил его, с неприятным хрустом сломав шею и утащил внутрь дерева, утилизировав. Когда она услышала хруст ломаемых позвонков, то вздрогнула. Потом я появился перед ее лицом, покрыв свою голову клубящимися черными облаками, из которых, не мигая, смотрели горящие красные глаза. Увидев это, она тихо упала в обморок. Событий на один день для ее психики оказалось предостаточно.

Я связался с Клуней:

— Ты где?

— Уже в Гнезде, сказала она.

Я усмехнулся.

— Как только ты сказал, я собралась, села на Уяхату и улетела.

— Твоя метка опасна. Я сейчас буду разбираться, как ее дезактивировать. Пока я этого не сделаю, сиди там — иначе тебя могут убить.

— Поняла.

— Возможно, я пропаду со связи. Не волнуйся.

— Хорошо.

— Как у Ивки дела?

— Отлично! И она и малыш полностью восстановились. Она хорошая и очень тебе благодарна. А Сплин из кузни только один раз выходил — спросить, как у них дела. Узнал, что все хорошо и больше не появился. Она ему еду на порог ставит — говорит, что когда он в таком состоянии, к нему нельзя подходить.

— Понятно.

Тем временем вдалеке послышался треск сучьев. Я на всякий случай усыпил барышню и покрылся пузырем. На поляну выскочило человек 15 имперских Черных. Я посмотрел — хорошие бойцы. Бежавший впереди вдруг остановился:

— Я больше их не чувствую.

Черные разбрелись по поляне. Один нашел брызги крови на кустах и дереве, в котором упокоился диверсант. Позвал командира. Тот тоже подошел, внимательно все осмотрел

— Кровь. Свежая. Что происходит?! Ты точно ничего не чувствуешь?

— Нет. Как будто они пропали. Совсем. Такое ощущение, что Черный погиб, хотя я никакого выброса не почувствовал. А вот Сянка просто пропала. Даже запаха нет, хотя она здесь точно была.

Командир вполголоса доложил в шар обстановку. Последовал приказ:

— Группе 1 продолжать преследование, группе 2 оставить двоих наблюдающих за поляной. Остальным — возвращаться на базу.

Двое Черных залезли на ближайшие деревья и замерли среди веток — обычным зрением увидеть их было практически невозможно. Остальные ускоренным маршем выдвинулись обратно. Я решил проверить свои новые возможности и, закрыв глаза, поднялся взглядом над поляной. Часовые светились яркими пятнами. Подождав еще 15 минут, я удавил их тентаклями и утащил тела внутрь деревьев. Постарался обойтись без крови. Оружие, кроме стрелометов, забрал. Посмотрел — включая ножи диверсанта, получился приличный колюще-режущий арсенал. А потом, положив поперек колен свою добычу, двинулся внутрь леса. Мне надо было подумать.

Глава 13. Сянка. Вторая клятва

Отлетев от поляны примерно час, я обнаружил старое дерево, под корнями которого была небольшая пещерка. Я, превратив корни дерева в тентакли, расширил и углубил пещеру так, чтобы в ней комфортно было находиться в полный рост. Зайдя внутрь, я заплел корнями вход, потом наложил на пещеру плотный темно-серый купол. Ни одного лучика света, ни одной энергетической эманации не проходило через него. Пленница все еще крепко спала. Я перешел в другой диапазон зрения и положил ее на пол. Все-таки Креона сделала нам с Солом потрясающий подарок — я прекрасно видел ее в темноте. Я не торопясь раздел ее и внимательно рассмотрел свой трофей. Неплохая Желтая. Лет 25, наверное, чуть постарше Клуни, натуральная блондинка. Тело спортивное, подкачанное, груди небольшие — может двоечка, может даже чуть меньше. Тело, ухоженное. Я стал экспериментировать с новым зрением, чуть подкачнув Серого. В результате мне удалось видеть разные системы ее организма. Например, отдельно кровеносную или отдельно нервную. Потом, еще немного подстроившись, я сумел оценить здоровье органов. Те, что были не здоровы — светились красным. С удивлением обнаружил у нее признаки раковой опухоли на наружной стороне матки. Небольшое усилие — и она совершенно здорова. Я аккуратно поднял ее тентаклями и зафиксировал около стены, широко разведя руки и ноги. Ну все, теперь можно будить. Попутно подумал: Знал бы таком раньше — можно было Ивку без операции вылечить. Но все равно шоу было нужно — иначе бы Сплин не прочувствовал.

Было интересно за ней наблюдать. Она медленно открыла глаза, пытаясь понять, где она и что с ней. Попыталась дернуться, но не получилось. На нее навалилась паника и она закричала. Однако крик явно никто кроме не самой не услышал — на уши давила, если так можно сказать, кромешная тишина, а на глаза — темнота.

— Накричалась? Ну, здравствуй, Сянка

Мой голос звучит прямо в ее голове, так что определить, откуда он исходит, не представляется возможным. Она удивленно крутит головой.

— Кто вы? И откуда знаете мое имя?

— Это зависит от твоих ответов. Я могу быть твоим счастьем или твоей смертью. Не веришь? Вот смотри

Сначала я начинаю вкачивать в ее нервную систему боль. Она заполняет ее всю — каждый нерв, каждую клеточку. Она везде. Сянка сначала кричит, потом визжит, потом захлебывается, когда боль добирается до горла. Она давно описалась, но совершенно не чувствует этого. Постепенно я начинаю вытеснять боль возбуждением, воздействуя на ее эрогенные зоны. Сначала она даже не чувствует разницы — примерно, как касание очень горячего и сразу очень холодного. Однако вздрюченные предыдущей встряской нервы чрезвычайно чувствительны. Я начинаю по-возрастающей возбуждать ее. Оргазм накрывает за оргазмом. Крик из вновь разблокированного горла превращается в вой удовольствия. Она полностью открыта. Тогда я выращиваю член и медленно ввожу в широко раскрытое влагалище. Потом начинаю увеличивать его толщину, пока в потоки удовольствия не начинают вплетаться ручейки боли, которые усиливают его. Она подсознательно снимает все барьеры, и я не просто сканирую, а фактически считываю ее всю. Личность, знания, память, воспоминания, эмоции… все. Она чувствует, что я делаю и пытается сопротивляться, но после очередного оргазма плотина рушится и она «сливается» в меня. Добровольно. При этом, видимо в пароксизме страсти, пытается аж «выдоить» себя, открывая все потаенные уголки. Я выхожу из нее и мое воздействие прекращается. Ее мышцы все еще дрожат, но прохладный ветерок несет облегчение. Мы молчим.

— А ты преизрядная шлюшка, Сянка Виллис, говорю я. Надо же было, при наличии такого чудесного жениха, уже на второй день переспать с коллегой по экспедиции, да еще и женатым.

— Я… он же еще не муж…

— И не будет, судя по всему. Не очень-то ты его любишь. «Не остаться старой девой» — это не причина. А коллега, как я понимаю, совершенно не собирался на тебе жениться. Так, член попарить в дурочке, не больше. Ты же это понимала

Она начинает всхлипывать.

— Да, правильно. Его уже нет. Убили прямо при тебе.

Она поднимает голову и пытается увидеть меня в кромешной темноте.

— Кто вы?

— Я, наверное, одно из самых древних существ. И я не принадлежу этому миру.

Она вздрагивает.

— Ты же учила историю. И не плохо. Что ты помнишь о Фрике Золотоволосой?

— Времена расцвета Империи?! Мы в институте целый семестр изучали времена ее правления. Она сумела невозможное! И она зачала детей от Желтого источника! Жаль, что сейчас никто не знает, где он…

— Да знаю я, что ты там изучала. Троим в этот момент голову крутила. И спала с двумя из них попеременно. Основные твои мысли были — не попасться. Какое там обучение…

— А откуда…?

— Дура! Я теперь знаю, как звали твою самую любимую куклу в 4-х летнем возрасте и твоё любопытство, когда в первый раз подглядела за сексом родителей.

Она обреченно замолчала.

— Так что, милочка, не думаю, что ты мне еще нужна. Я отведу тебя к городу и подкину к воротам. Я думаю, с тобой поступят также как с теми, кому ваши похитители пытались убрать клеймо.

— Н-е-е-е-т!!!

— Почему? Что в тебе хорошего? Я же помню твое возбуждение от того, что тебе поставили это солнышко. Вот и иди до конца по этому пути.

— Они же убьют меня!

— Да, но не сразу… Думаешь кто-нибудь поверит, что ты не добровольно все рассказала?

— Так я…

— А что ты? Ты бы еще что-нибудь рассказала, если бы знала. Я не прав?

— Правы…

— Да, кстати, забыл сказать. Никакой онкологии у тебя больше нет

Она крупно вздрогнула

— Как…? Мне, при моей форме рака, давали не больше года жизни. Я поэтому и спешила жить!

— Не надоело тебе спрашивать «как» да «откуда»?

Она надолго замолчала.

— А как мне Вас называть?

— Все равно.

— Что Вы собираетесь со мной делать?

— Отнесу на ту поляну, где ты была и оставлю там. СБ-шники тебя быстро найдут.

Она залепетала:

— Не надо, не надо, пожалуйста. Хотите меня как женщину? Хотите, я буду Вам помогать? Хотите, я поклянусь, что не предам Вас, что буду Вашей?

— А что, это идея. Если клятва будет неискренней, я просто убью тебя. Но, правда, каюсь, не быстро — мне торопиться некуда. Сама сможешь выбрать способ — боль или возбуждение. Ну, ты в курсе… Поверь, в этом случае, примерно через месяц ты будешь молить меня отпустить тебе одну руку, чтобы ты смогла перегрызть себе вены.

— Она будет искренняя!!!

Я просканировал ее. Ее мозг вполне холодно просчитывал варианты: сначала дать клятву, потом, при удобном случае, сбежать. Или захватить меня. Лучше живым. Но и мертвым сойдет. Тогда ей поверят. И, может быть, даже дадут повышение по службе. Ну-ну… Она же не знает, ЧТО за клятву собирается дать. Я поделился своими мыслями с Желтым Разумом. Мне показалось, тот «улыбнулся».

— Пусть соблюдет ритуал…

— Хорошо, «сказал» я в ответ. Затем обратился к ней:

— Я согласен. Ты произнесешь слова древнего ритуала. Если все будет хорошо, мы оба об этом узнаем.

Видимо, не понимая, что я вижу ее, она победно улыбнулась, примерно, как наш современный человек, которого пригласили на обряд обмазки кровью жертвенной козы живота идола, чтобы был дождь. Она-то точно знала, откуда берутся осадки.

Тентакли отпустили ее руки и ноги, и она упала на колени.

— Протяни руки ко мне, назови свое полное имя и скажи, что добровольно приносишь мне, Юджину Серому, клятву Полного подчинения. От того, сколь искренняя ты будешь, зависит твоя дальнейшая судьба.

Она, усмехнувшись, приняла соответствующую позицию. Твердым голосом сказала:

— Я, Сянка Виллис, добровольно приношу Вам, Юджин Серый, клятву полного подчинения!

Мне показалось, или Желтый хмыкнул…

Каково же было ее удивление, когда она почувствовала между рук свечу. А когда та загорелась, то в ее неровном свете она увидела представленный мной образ — клубящейся серой массы, внутри которой горели красным глаза. Ее глаза выпучились от ужаса и непонимания.

— Я, Юджин Серый, принимаю твою клятву. Отныне ты моя! Протяни мне камень!

— К-к-к-акой камень?

Я зажег светильник. Она увидела меня в моем обычном виде.

— На лбу у тебя, дура.

Дрожащей рукой, ничего не понимая, она сняла тиару и стала крутить ее в руках. Я ждал. Через некоторое время мне стало это надоедать, и я стеганул ее болью. Она взвизгнула, но голова включилась. Дрожащими руками, она достала камень и положила его на мою ладонь. Он немедленно в нее впитался, загорелась еще одна звездочка. Но если Клунина была яркой и мощной, то эта была, как бы это сказать, весьма посредственна.

— Ритуал соблюден!

Она сидела совершенно обалдевшая.

— Как? Мы же в детстве, в лагере, баловались этой клятвой. Мне ее мальчики чуть ли не каждую неделю приносили. И ничего не было…

— Значит, что-то не то говорили. Или не тому. Ты, лучше, осмотри себя в новом качестве. И обдумай, что с тобой будет, если ты в этом состоянии только допустишь мысль о сдаче меня или моего трупа властям.

Я раздвинул корни и вышел на улицу. Через некоторое время из пещеры раздался страшный вой. Я стоял спиной и смотрел на звезды. Через некоторое время услышал сзади скулеж, а потом к моей ноге что-то прикоснулось — ее рука. Я обернулся. Передо мной сидела Сянка, дрожащая от холода боли и ужаса:

— Хозяин! Простите меня! Я… Я… я позволила себе подумать, что предам Вас…

Я ничего не сказал, но из пещеры вылез тентакль, обхватил ее за шею и утянул обратно. Пусть подумает, что будет, если у нее опять появятся вредные для меня мысли. Я, поскольку мне надоели ее вопли, заблокировал ей голос. Со мной связался Хлыст:

— Серый. Я вот что подумал. Тот аркан и наручники, которые были у диверсантов — очень интересны. Обмотай меня этим арканом — я попробую разобраться, что он из себя представляет.

— Хорошо.

— Только не обматывай меня после этого вокруг пояса, сказал Хлыст

Я снял Хлыст, обмотал его арканом и положил на кучу Сянкиной одежды. Посмотрел в аурном поле — Серое почти не уменьшилось. Затем я ушел в медитацию. Через некоторое время услышал Клуню:

— Хозяин, она мне не нравится. Гнилая какая-то. Познакомьте меня с ней, я ее проверю.

— Хорошо. Чем занимаетесь?

— Отрабатываем с Уяхатой тактику боя против нескольких противников.

— Что-то новое придумали?

— Мне кажется, что да. Приедешь — покажем.

— Хорошо, сказал я и наслал на нее маленький оргазм. В ответ услышал бесконечно преданное и любящее урчание.

Утром, выйдя из медитации, я застал в пещере дрожащее как желе, существо, раньше бывшее Сянкой. Почувствовав мое присутствие, она подползла ко мне и стала, захлебываясь слезами, рассказывать, что и как конкретно она подумала. Я жестом прервал ее:

— Оботрись снегом, приведи себя в порядок и оденься. Через полчаса вылетаем.

— Как вылетаем? На чем?

Я ничего не сказал. Через полчаса Сянка более-менее привела себя в порядок. Я аккуратно взял в руку Хлыст и аркан, принял позу лотос, посадил ее на колени, покрыл непрозрачным в оптическом диапазоне пузырем и полетел. Смотрел за дорогой я новым зрением. Она сначала оглядывалась, но потом, поняв, что ничего не видно, расслабилась. Я летел не торопясь.

— Что вы знаете о Драконах?

— Это чрезвычайно редкие существа. Раньше они считались разумными, но теперь ученые спорят по поводу этого факта. В любом случае, их давно не видели. Однако, недавно, месяца 2–3 назад, точно не помню, в газетах писали, что одна из экспедиций, типа нашей, попала в обвал в горах. Все погибли, кроме руководителя и Зеленой волшебницы. Руководитель получил травму и погиб бы, если бы его не спас голубой дракон. Им не очень поверили, однако они оба рассказывали об этом в один голос. После в тот район направилось несколько экспедиций охотников, поскольку говорят, органы драконов очень ценятся в медицине. Они обладают просто чудодейственными целебными свойствами. Зеленая, вместе со своим спасенным руководителем, учредили общество «Защиты драконов», поскольку говорят, что дракон был явно разумен. Она часто выступает в газетах, но, по-моему, разумен он или нет, для общества он будет явно полезнее в виде медицинских склянок.

— Ну-ну… А чем обычно охотятся?

— Когда я уходила в экспедицию, к нам в Желтую академию от одной частной охотничьей организации, поступил заказ на разработку заклинания, способного размещаться на конце большой стрелы и взрываться, поскольку известно, что Черные заклинания на драконов малоэффективны. Стрела, насколько я поняла, металлическая из особо прочного сплава, способна подниматься метров на 150 вверх. Идеальный вариант, когда она втыкается в тело дракона, а потом взрывается. Пусковую установку хотели разместить зимой — на снегокате или летом, на автокате. Я даже присутствовала на испытаниях, когда подняли в воздух большого воздушного змея и тренировались на нем.

Я остановил движение. Не уверен, что хочу везти ее в Гнездо. Потом подумал и продолжил движение. Думаю, мы быстро отобьём у нее желание охотиться на драконов.

Глава 14. Клуня и Сянка

Через некоторое время мы прибыли. Я почувствовал, что мы пролетели через защиту и завис над землей. Снял защитный купол. Сянка с удивлением огляделась и увидела десятка полтора драконов и маленьких дракончиков.

— Это мои друзья. Причинение для них вреда будет караться смертью. Как для тебя, так и для любого, кто попытается это сделать.

Она быстро-быстро закивала, мечтая, я думаю, откусить свой болтливый язык. Я, краем глаза, уловил движение и, в последний момент отошел на шаг. Перед тем местом, где я стоял на сверхскорости нарисовалась Клуня. Она, видимо, рассчитывала на неожиданность, но поскольку я оказался сзади нее, то шлепнул ее по попе. Она взвизгнула, обернулась и бросилась ко мне на шею.

— Хозяин!!! Как же я скучала!!!

Я поцеловал ее в губы и почувствовал несмелый язычок, который попытался поиграть с моим. Немного постояв так, я отстранил ее:

— Дай я на тебя хоть посмотрю

А посмотреть было на что — Потрясающе красивая женщина: длинные густые иссиня-черные волосы струились гривой ниже плеч, фигурка — просто потрясающая. Ни грамма лишнего жира, тонкая талия грудка-троечка с торчащими сосками. Она опять подошла ко мне, прижалась вся:

— Я рада, что нравлюсь тебе…

— Очень нравишься, сказал я и ущипнул ее за сосок

Она ойкнула и улыбнулась.

— Можно я с ней познакомлюсь?

— Конечно.

Клуня, походкой от бедра, подошла к Сянке и внимательно ее осмотрела. Та глядела на нее, как кролик на удава. Она вообще не увидела, как Клуня появилась.

— Прикажи ей раздеться, пожалуйста

Я кивнул Сянке

— Как? Совсем?

Я взъярился:

— Не тупи!

В этот момент я увидел превращение Клуни. Наверное, это было немного наигранно, но эффект того стоил. Тело покрылось короткой жесткой иссиня-черной шерстью, Кисти и ступни трансформировались и на них выросли огромные, явно острые как бритва когти, зубы выросли, глаза пожелтели, а зрачки стали вертикальными. Длинный хвост метался из стороны в сторону и хлестал по земле, показывая крайнюю степень раздражения. Я сказал:

— Забыл тебе представить — это Клуня. Она одна из моих ипостасей. Познакомься. И рекомендую тебе ей не перечить. Я могу не успеть тебя спасти, если что.

Сянка, в ужасе, стала срывать с себя одежду.

— Руки за голову, ноги широко, прошелестела Клуня.

Когда Сянка встала в требуемую позицию, язык Клуни метнулся к Сянкиной щелке. Она ойкнула, но не посмела свести ноги или опустить руки. Клуня втянула язык и я услышал ее голос, осипший от внутренней ярости:

— Хозяин в тебе был… но только один раз, как я чувствую. Ты мне не нравишься… Похоже ты хотела его обмануть… И драконов ты не любишь и боишься…

Ее хвост потянулся и грубо, с натугой вошел в несчастную Сянку. Я улыбнулся и наслал на нее возбуждение

— Хозяин, обратилась ко мне Клуня абсолютно ровным голосом, который явно давался ей с большим трудом. Можно я ее разорву? Она тварь последняя!

— Клуня, она под клятвой, то есть она наша собственность. Предать нас она не сможет. Поработай с ней — я тебе полностью доверяю. Если посчитаешь, что из нее ничего хорошего не получится — она твоя.

Клуня, не оборачиваясь, кивнула и хищно улыбнулась, а ее хвост стал совершать в Сянке резкие характерные движения. Я еще подстроил и возбудил Сянку, а потом, потеряв к ним интерес, пошел в сторону драконов. На пути стояла Уяхата и, не отрываясь, смотрела в сторону Клуни. Когда я проходил мимо, она мне сказала:

— Я никогда не видела ее в такой ярости. Даже я не хотела бы вставать у нее на пути, когда она в таком состоянии.

— Не волнуйся — она разумная девочка. Не думаю, что наделает глупостей. Лучше скажи, что вы там придумали?

— Она предложила мне плеваться не струей огня, а как бы шариком. Он летит значительно дальше и их можно пускать веером. Кроме того, его формирование требует значительно меньше сил

— Получается?

— Не сразу, но получилось. Без нее я бы не смогла.

Я оглянулся и понял, что Клуня прислушивается к нашему разговору.

— Молодцы, девочки! Клуня — ты гений! Может быть, только что ты спасла не одну драконью жизнь!

Хвост Клуни после моих слов почти успокоился, перестал таранить Сянку и стал двигаться более плавно. Ну и ладушки…

Я подошел к Солу, который дремал на солнышке.

— Ну, ящерица — ящерица и есть. Лишь бы на теплом камне поспать.

— А хоть бы и ящерица, ответил Сол. Я же не упрекаю тебя, что ты и обезьяна — практически одно и то же.

— А где твое почтение к спасителю рода драконьего?!

Он, не изменив положения тела, сказал:

— А, да, конечно. Извиняйте неразумную рептилию…

— Ладно… Сол, есть дело. Не дают старикам нам покоя… Дай голову, долго рассказывать.

Он мгновенно подобрался и протянул ко мне свою «слепую» голову. Я положил ему руки на глазницы и передал то, что рассказала Сянка. Видно, что Сол был в ярости.

— Не кипятись. Насколько я помню, струя драконьего пламени действует метров на 20–30?

— В основном да. Хотя у меня или покойного Антрацитового может улететь и на 50–60.

— А ты видел, что придумала Клуня для Уяхаты?

— Да. Но только в драконьем бою это не поможет.

— В драконьем, может быть и не поможет. И то не факт — глаза-то не спрячешь. А вот в бою против охотников — вполне. Я думаю, что вам надо потренироваться стрелять сверху метров с 300. И при этом полет должен быт хаотическим, чтобы в вас труднее было попасть.

Сол глубоко задумался.

— Уяхата! Позвал через некоторое время он. Подойди-ка ко мне девочка

Она подползла

— Расскажи, что вы там с Клуней придумали?

Она прижалась к его голове.

— Гениально! Серый, не хочешь полетать чуть-чуть. Я потренируюсь, а ты подправишь, если что.

Мы взлетели и Сол попытался сформировать шар. Поскольку он не был моим драконом, помочь я ему не мог, но через некоторое время у него самого получилось. Шары действительно летели значительно дальше. Он поднялся выше. Потом еще выше. В какой-то момент шары потеряли управление и тогда он сумел уменьшить их диаметр.

Прошло, наверное, часа 4

— Сол, потренируйся стрелять сходу. И позови молодых драконов, пусть тоже попробуют. Завтра мы будем имитировать нападение на вас.

— Как?

— Узнаешь. Я пойду, посмотрю, как там мои.

Мы с Солом спустились. Он громоподобным рыком созвал всех драконов, кроме детенышей. Затем вытолкнул в середину круга Уяхату, и она рассказала о новой технике. Потом долго говорил Сол. Я не стал слушать и подошел к оставленному мной Хлысту.

— Ну как?

— Интересная штука. Положи меня в источник, пожалуйста. Я завтра тебе все расскажу.

Я убрал от него аркан, положил его в купель и пошел искать своих.

Нашел их в огороде. Клуня, уже в человеческом виде, развалилась на большой тыкве, а Сянка самозабвенно лизала ее щелку. Из изменений в Клуне остался только хвост, который в этот момент находился в анусе Сянки. Ее щелка была красной и опухшей. Судя по ощущениям, кончала она постоянно. Увидев меня, Клуня оттолкнула Сянку и с чмоканьем достала хвост из ее попы. Поскольку он был немного испачкан ее экскрементами, она ткнула его в губы Сянки та его немедленно облизала.

— Дочиста облизывай, Хозяин смотрит, сказала Клуня, что Сянка немедленно и сделала.

— Хозяин, за неимением лучшего, можно ее пока оставить. Только не целуй ее в губы — у нее рот полон ее же говна.

Я подошел, взял Клуню за соски, выкрутил их и поднял над землей. По ее нервам потекла жидкая боль, глаза выпучились, а рот раскрылся в немом крике. Вокруг нас стал закручиваться серый вихрь.

— Только я буду решать кто и чего из вас достоин. Я просил тебя понять, достойна она жить или нет. Не более

Сянка в ужасе скрючилась возле тыквы, около которой находилась. Клуня прошептала:

— П-п-п-п-ростите, Хозяин. Да, вроде пока достойна. Мне кажется, она готова учиться соответствовать своему месту

— Ты должна действовать самостоятельно только в случае угрозы моей жизни. Все остальные действия — по согласованию со мной.

Клуня закивала. Я швырнул ее обратно на тыкву, схватил за хвост и натянул на себя.

Я драл ее и красный туман застилал мне глаза. Все сильнее и сильнее. Я стал увеличивать диаметр члена, пока ее анус с неприятным треском не лопнул, а по ногам не заструилась кровь.

— Любимый, прекрати. Девочка давно без сознания, услышал я голос Креоны. В этот же момент я почувствовал кулачки, бьющие меня по спине.

— Хозяин! Вы убьете ее! Лучше возьмите меня. Она меня для Вас приготовила!

Я рывком вышел из Клуни и ее тело мешком свалилось на землю. Окровавленный член торчал как кол. Сянка не могла оторвать от него глаз. Затем она встала на колени и аккуратно поглаживая, взяла, вернее, попыталась взять головку в рот. Когда она не поместилась, Сянка стала облизывать ее, а потом повернулась ко мне задом и встала раком. Я уменьшил диаметр члена и рывком провалился в текущую щель. Сянка завыла в оргазме. Я широко входил в нее на всю ее глубину. Через некоторое время я кончил, наполнив ее до отказа и качнув немного серого. Она задергалась в самом сильном оргазме и тоже провалилась в забытье.

— Отнеси Клуню в купель, услышал я Креону. Я ее там полечу — ты ее сильно порвал.

Я подхватил безвольное тело на руки и побежал купели. Когда опустил ее, вода сначала окрасилась красным, но потом опять стала прозрачной. Вокруг Клуни заклубились зелёные потоки. Она глубоко вздохнула и забытье превратилось в сон. Я сходил за Сянкой и тоже отнес ее в купель, а потом погрузился сам. Вода вокруг меня запузырилась и стала мутной, потом закрутилась серая воронка, вымывающая из меня негатив. Скоро я погрузился в потрясающе комфортное равновесное состояние и провалился в медитацию.

Когда я пришел в себя, ко мне кто-то прижимался. Я посмотрел — Клуня. Она просто оплела меня руками, ногами, хвостом… Я улыбнулся и стал широко качать в нее Серое. Она открыла глаза, улыбнулась и, переместившись, хвостом направила мой член в себя. Когда он вошел, она опять сильно-сильно прижалась ко мне и стала пить мою энергию, полностью мне отдаваясь. Действительно полностью. Я опять забрал ее шар и растворил в себе. И шар, и мешок — все. Меня окатило какой-то вселенской любовью. Я купался в ее сути, а она щедро, без остатка, дарила мне ее. Через какое-то время, не знаю через какое, я вычленил ее из себя и опять сформировал. Ее шар ещё увеличился, а мешок сверкал чернотой… с примесью Серого, которое растворилось далеко не сразу. Удивительно цельная личность.

Она раскрыла глаза светящиеся желтые глаза с вертикальными зрачками и, наведя их на резкость, прошептала:

— Все слова лишние…

Потом слезла с меня и подплыла к Сянке, которая смотрела на нас во все глаза. Она взяла её за руку, и они вместе подплыли. Затем Клуня приподняла ее, благо в воде это было сделать не сложно и аккуратно опустила ее щелкой на мой член. Через некоторое время я почувствовал, как в Сянкину попу входит ее хвост и начинает меня гладить. Я закрутил общий водоворот. В аурном поле было видно, как между огромным серым и большим черным зажат небольшой желтый мешок. Прямо на глазах он стал наливаться светом. При этом ни я, ни Клуня не смешивались с ним. Он просто нас касался.

— Хозяин, прошептала Сянка, я поняла, что значит ипостась. Вы с ней — одно целое.

Мы с Клуней кончили, потом Клуня аккуратно сняла находящуюся в полутрансовом состоянии Сянку и пустила ее в свободное плаванье по купели.

Глава 15. Подготовка драконов. Изменение Сянки

Следующий день начался со сверкающего взгляда Клуни. Я вылез из купели и достал Хлыст

— Ну как?

— Очень интересный сплав. Он создан на основе золота с примесью материала, из которого был сделан камень, долгое время впитывавший в себя в свое время Желтый источник. Его явно расплавили в первичном огне, смешали с металлом, а потом отлили наручники или вытянули в проволоку, из которой сделали аркан. На лицо совмещение трех технологий — черной, желтой и коричневой. Очень высокий уровень магии. Я сейчас тебе передам.

Я поразился, действительно высочайший уровень. Я загрузил все это в свой темно-серый мешок. Пусть изучается.

— Хлыст, давай тряхнем стариной. Надо драконов погонять.

— С удовольствием, а то я застоялся.

Я разбудил Сола

— Вставай, ящер! Пора вас потренировать, а то вам кажется, что вы очень страшные. Выводи свою стаю, посмотрим, чему вы там научились. Будете стрелять в меня, а я в вас. Посмотрим кто кого. Не бойтесь, вы мне урон не нанесете. А вот я вам могу — иначе не научитесь.

Сол проревел, и драконы стали взлетать.

— Клуня, пошли, посмотришь на нашу тренировку.

Она выскочила из купели и отряхнулась как кошка.

— Расти шерстку, будет жарко, сказал я.

Она стала вся шерстяная, однако когтей и клыков не вырастила

— Лицо тоже, на всякий случай.

Затем мы бегом направились на поляну за пределами периметра, над которой кружились драконы. Мы встали в середине и я покрыл нас с Клуней серым защитным пузырем.

— Сол, атакуй!

Он спикировал и выпустил по нам три шара. Один попал в купол, а два рядом. Сверху раздался победный клич.

— А теперь усложним задачку, сказал я. Затем вошел в желтый сектор и, щелкнув хлыстом, запустил с его конца на большой скорости в Сола небольшой огненный шар. Он не сумел увернуться и шар попал ему под хвост, вызвав весьма неприятные ощущения.

Сол вполне принял игру. Он развернулся и попытался спикировать, но немедленно получил пару шаров в морду. Тогда он стал крутиться и стрелять в меня из неудобных положений, совершая хаотичные кульбиты и сбивая мой прицел. Все больше моих шаров не попадали. Но и его точность значительно упала.

— Сол, успокойся. Ты делаешь много лишних движений. Следи за шарами, они летят прямо. Давай сначала ты научишься от них уврачеваться.

— Лады, Серый

Я запускал по одному, по два, по три шара. Сол крутился как сумасшедший, пользуясь своим уникальным зрением. В конце концов, он метров с 200 запустил свой шар, который угодил в купол.

— Молодец! Заорал я и выпустил три шара на значительно большей скорости, один из которых опять угодил ему под хвост. Сол ойкнул.

Я оглянулся на Клуню — она стояла с раскрытым ртом. Впрочем, вся стая драконов была примерно в том же состоянии.

— Сол, давай вернемся. Надо разобрать ситуацию.

Мы пошли обратно под купол, а драконы полетели. Когда все вернулись, мы собрались у купели.

— Я имитировал стрельбу по вам людей с земли. Каждое попадание их стрелы — это ваше увечье или смерть. Ориентировочная дальность — около 200 метров. Думаю, на начальном этапе стрелы летят с большой скоростью, так что ваше преимущество в расстоянии. Кроме того, стрелы в воздухе хуже видно. Так что, когда вы пикируете — вы уязвимы. Мы будем тренироваться. Тот, кто не сдаст экзамен — не будет иметь права отлетать далеко от гнезда. Сол, согласен?

— Вполне. Это слишком опасно. Я расскажу птенцам технику уворота, мы поедим и продолжим.

Он долго, в течении целого часа, объяснял своим как он делал свои финты. Клуня же, через некоторое время отозвала Уяхату и тоже с ней о чем-то шепталась. Примерно через 2 часа Сол спросил:

— Серый, готов?

— Вполне. Пошли.

Мы опять вышли на исходную позицию.

— Кто попробует?

Вперед вылетела Уяхата

— Можно я?

— Давай.

И опять в нее полетели шары. Пару раз попали, и она ойкнула. А затем она стала вертеться. Я краем глаза посмотрел на Клуню — по ее виску тек пот. Но что делала Уяхата! Она качала трехмерный маятник! Мои шары, даже на самой большой скорости не могли в нее попасть. В какой-то момент она просто сложила крылья и камнем рухнула на несколько десятков метров. Когда я запустил три шара в то место, где она должна была оказаться, она раскрыла крылья и вдруг выпустила два огненных шара. Они были меньше Соловых, но оба попали в купол.

— Молодец, девочка! Заорал я, а Сол издал победный клич.

Под вечер, усталые, но счастливые мы вернулись в гнездо. По дороге я спросил Клуню:

— Ты?

— Только поначалу. Потом она поняла технику.

— Вы — чудесная команда.

Клуня, поскольку шерсти уже не было, покраснела.

Когда все собрались, я сказал:

— Уяхата, вы с Клуней большие молодцы! Думаю, твоя техника не очень подходит для больших драконов, таких как Сол. Но для небольших — она прекрасна. Зато у больших драконов другое преимущество — они могут стрелять издалека. Кроме того, если вас несколько, совершенно не обязательно вступать в единоличную схватку. Ваша задача — максимально быстро и эффективно уничтожить противника. Причем уничтожать надо всех. И аккуратно выжечь после себя все. Это — убийцы, которые считают вас неразумными животными.

По драконьему стаду пошел возмущенный гул.

— Так что надо отучить их от этой пагубной привычки. С драконами надо дружить и их надо уважать. Все, все кушать и спать!

Когда все расползлись, а Клуня замкнулась с Уяхатой, я подошел к Солу:

— Мы постараемся их натренировать и дадим им значительно больше шансов выжить. Но может быть фактор неожиданности. Пусть летают парами. И еще одно — даже если произойдет несчастье, не все люди одинаковые. Ты это знаешь лучше других. Нельзя допустить ненависти.

— Согласен. Я попытаюсь им это объяснить. Но какая пара сложилась! Я, глядя на Уяхату, вспоминал тебя и Дорна, да и себя с Корхарном, в молодые годы.

— Не надо предаваться унынию!

— Уныние и хорошая память — не одно и то же.

Я пошел по направлению к купели.

— Хозяин, можно я побуду с Уяхатой?

— Конечно. Она — лучшая. Научи ее всему, что поможет ей выжить.

Я забрался в купель. Ко мне подплыла Сянка.

— Хозяин, можно я с вами? Я сегодня весь день провела в купели. В ней мне хорошо, но едва вылезаю — очень плохо. Сердце начинает ныть, и голова побаливает.

Я к ней пригляделся — коричневая ниточка, идущая от клейма, набухла. Понятно, ей не нравятся те изменения, которые происходят с ее носителем. Я пригляделся к ней аурным зрением и выяснил неприятную вещь — паучья ниточка стала прорастать в нее, как метастаза. Она уж опутала сердце и начала пробираться к голове.

— Да уж… да у тебя процессы идут, похуже онкологии. Ну, готовься, лечить тебя буду.

Она только открыла рот, чтобы спросить, но я ударил ее ладонью по лбу, полностью выключив сознание.

— Клуня бегом сюда!

Она подбежала.

— Что видишь?

Она очень долго смотрела

— С ней что-то ненормально. Только я не пойму, что. В ней как будто паук свою паутину натягивает

— А почему у тебя такая ассоциация?

— Не знаю. С детства пауков боюсь, а от нее похожее чувство исходит. Не могу объяснить.

— Ты удивительно права, девочка. Именно пауки. Это древний враг. Запомни свое чувство. Люди с таким запахом себе уже не принадлежат. Все, теперь иди, мешаешь. Хотя нет, посмотри-ка, что я буду делать. Потом расскажешь, что увидишь.

Клуня немедленно уселась на краю купели, а подползшая к ней Уяхата, пристроила свою голову у нее на плече.

Я ввел сначала два, потом три пальца, а потом и ладонь во влагалище. Другой рукой захватил за язык и начал наполнять ее серым. Не ауру, а именно тело. Когда концентрация достигла пика, я стал осаждать серое вокруг нитей, по типу того, как оседает защитный слой при анодировании. Когда это произошло, то все ее зараженные нервы стали для меня просто светиться.

— Креона, если я разрушу эту сеть, она умрет?

— Да, безусловно.

— А что делать?

— Я сейчас подумаю…

Она ушла в себя, а я пока всё осаждал и осаждал вокруг ее нервов серое

— Любимый, можно попробовать придать созданным тобой каналам свойства нервной ткани. Когда ты уничтожишь эту пакость, у нас с тобой на решение этой задачки будет не более 5 минут, потом ее мозг умрет. Так что, как сможешь, передашь управление мне.

— Хорошо. Ты готова?

— Да

Я резко ударил серым. Паучьи нити сначала вспыхнули, сопротивляясь оказываемому на них воздействию, а потом, единоразово пропали. Сянка выгнулась и перестала дышать. Я наполнил все пустоты и предал управление телом Креоне. Через мои пальцы потекла мощная Зеленая энергия.

— У нас минута, Любимый… Все! Пусть Клуня ударит ей кулаком в область сердца

Клуня немедленно сделала это. Сердце затрепетало раз, потом два, а потом мощно забилось.

— Все, оставь ее плавать. Я займусь ей.

— Как думаешь, это было спровоцировано извне?

Креона надолго замолчала.

— Мне так не кажется, сказала она наконец. Просто она сильно была предрасположена к онкологии.

Я отпустил язык Сянки, потом вытащил из нее руку и вылез из купели. Вдруг почувствовал, как я устал. Немедленно ко мне подскочила Клуня, обняла-обвилась рядом, поддерживая меня своими жизненными силами.

Часа через 2, я сказал Клуне, чтобы забралась в купель и осмотрел теперь ее. У нее тоже была паучья ниточка, идущая от этого долбанного клейма. Но она была в полудохлом состоянии — слишком много в ней было произведено серых изменений. Мы с Креоной произвели в ней замену этой единственной ниточки, даже не усыпляя. Клуня улыбнулась и прошептала:

— А мне понравилась ладонь внутри… и заснула.

— Отдохни, Любимый, я обдумаю то, что мы сделали. Вообще, похоже, мы сказали абсолютно новое слово в медицине.

— Не мы. Ты. Прости, я немного устал. Не возражаешь, отключусь?

— Конечно!

Когда я «вернулся», вовсю светило солнце. Драконы совершали кульбиты, а их молодняк грелся на солнышке. На краю купели сидела Сянка, а вот Клуни не было. Я открыл глаза. Сянка, увидев это, мне улыбнулась. Я посмотрел на нее и понял — вот теперь она моя. Я могу ей доверять. Изменилась сама суть ее отношения ко мне — она перестала быть «под клятвой». Теперь предательство для нее было невозможно на совершенно другом, ментальном уровне.

— Как ты?

— Совершенно по-другому. Я больше не чувствую разрушения изнутри. Спасибо Вам…

— Не только мне

— Первую я уже поблагодарила. Мы с ней познакомились. Знаете, для меня большая честь оказаться в ТАКОЙ компании

— А где Клуня?

— Она побежала тренировать Уяхату. Она сказала, что теперь чувствует, что может мне доверять.

Сянка соскользнула с края бассейна и подплыла ко мне. Обняв меня за шею и глядя мне в глаза, она взяла меня за член и медленно опустилась на него.

— Как в первый раз… прошептала она.

— Ты еще не знаешь, как бывает в первый раз.

После этого я аккуратно вошел в ее аурный мешок и начал качать Серое. У меня было ощущение, что он давно меня ждал — так жадно он начал из меня тянуть. Даже жадно — не то слово. Как человек, пробывший трое суток в пустыне, тянется к воде. Для нее с ее предрасположенностью к новообразованиям это было жизненной необходимостью. Сянка давно потеряла связь с действительностью. Через некоторое время я почувствовал, как к нам присоединился черно-серый мешок.

— Хозяин, настрой ее также как меня. Надели эти какашки в ее попе.

Я выполнил ее просьбу. Теперь все продукты жизнедеятельности преобразовывались в энергию.

— Я можно я ее подстрою и под себя тоже?

— Попробуй.

В желтый мешок потекла еще и черная энергия. Поскольку это происходило в моем присутствии, то она не отторглась, а впиталась. Я почувствовал, что язык Клуни оплел мой член и тоже проник во влагалище Сянки, попутно его расширив. Затем он своим раздвоенным кончиком стал шерудить по внутренней части матки.

— Я выхолостила ее пока. Рано ей еще иметь детей. Пусть нам послужит. Хочу, чтобы ей, как и мне, нравилась боль. Поможете?

— Помогу… Но только от нас.

— Да… через боль слияние глубже.

Желтый мешок, от такого интенсивного воздействия просто засиял, а шарик, став размером с футбольный мяч, заметался.

— Она пока больше не выдержит. Если бы мы не были в купели — она уже могла бы потерять связь с реальностью. Выходи.

Язычок пощекотал мою головку, и я феерично кончил, закрепляя результат. Затем он, а следом и хвост вышли из Сянки. Я поместил в нее небольшой серый мешочек, а затем снял ее со своего члена и пустил плавать в купель. Ее шарик успокоился и принялся деловито перерабатывать остатки цветов в Желтый, который засиял почти нестерпимо. Она тоже стала моноколором.

Глава 16. Полет к Сплину

Мы с Клуней вылезли из купели.

— Не хочешь, пока Сянка завершает процесс, слетать к Сплину? Посмотрим, что он сделал.

Клуня плотоядно облизнулась своим уникальным языком и посмотрела на плавающую в купели Сянку:

— Не терпится ее попробовать.

— Успеешь еще. Полетели.

Клуня побежала за одеждой. Мы привели себя в порядок, я принял позу лотос, а Клуня села мне на колени. Взял с собой все ножи удавленных мной Черных.

— Аркан с собой возьми, может понадобиться, сказал Хлыст. Я его подстроил — он будет действовать на всех, кроме тех, кого я скажу.

— Пока летим, настрой, чтобы он не действовал на меня и наших.

— Хорошо

К нам подползла Уяхата.

— Хозяин, а можно она с нами.

— Хорошо. Пусть остановится в том лесочке.

Мы покрылись серым пузырем, взлетели и, не торопясь, поскользили через лес, стараясь не обогнать Уяхату. Через какое-то время, часа через полтора, наверное, наши с Клуней аурные сгустки просто взвыли.

— Скажи Уяхате, чтобы поднялась повыше. Мне не нравится, что происходит.

Но Клуне не надо было ничего говорить. Уяхата резко взмахнула крыльями, набирая высоту. Почти в этот же момент в то место, где она должна была оказаться, полетело две большие черные стрелы с желтым отливом. Мы пришпорили, пытаясь оказаться на месте раньше, чем произойдет непоправимое. Уяхата, дважды качнула маятник, увернувшись от еще двух стрел, а потом, оказавшись чуть поближе, выпустила очередь из, наверное, десятка огненных шаров. Впереди по нашему ходу, закрутился огненный ад, перемешанный с предсмертными воплями и, как минимум одним предсмертным Желтым всплеском. Когда мы выскочили на поляну, все было кончено. Возле обгоревшей пусковой установки лежал десяток скрюченных обугленных трупов.

— Клуня, осмотрись, вдруг кто остался, а я посмотрю, что это было

Клуня подняла голову, закрыла глаза и перешла в аурный диапазон.

— Есть еще один. Сейчас догоню!

— Живым притащи! Крикнул я ей в след.

Уяхата, тем временем, спустилась на поляну.

— Ты как?

— Если бы не вы, первый залп бы не заметила. Клуня взвыла так, что в ушах заложило. Дальше все было как на тренировке.

— На какой высоте летела?

— Метров 50 наверное

— Ну, прямо в самое яблочко! Наиболее эффективное расстояние их стрельбы. И ничего не почувствовала?

— Нет, пожалуй. Только некое беспокойство.

— Запомни это состояние! И, наверное, имеет смысл теперь летать прямо над самыми кронами деревьев, чтобы тебя не было издалека видно. Кстати, запомни установку. Люди, имеющие ее, подлежат немедленному уничтожению.

Я стал осматривать пусковую установку. Что интересно, несмотря на то, что она была сильно оплавлена, пара стрел были почти целыми. Установка представляла из себя турель, в середине которой на кресле находился обугленный труп стрелка. Стрелы лежали на металлических направляющих, а их концы торчали сзади кресла над головой стрелка. Кстати, его спинка была высокой и металлической. Когда я присмотрелся, то увидел, что в конце каждой стрелы было что-то типа желтого пиропатрона. Вот все и объяснилось — это, практически, реактивные снаряды. А кресло бронировано сзади, чтобы не обожгло спину стрелка, в случае какого-либо препятствия реактивной струе на старте. Пиропатроны поджигал Жёлтый, чей труп лежал неподалеку. На конце каждой стрелы переливался весьма мощный желтый заряд. Сами же стрелы были явно черными. Ничего себе, шаги вперед. Судя по знаниям, полученным мною у диверсанта — это было новое слово. О таких технологиях в Королевстве не знали.

Тем временем от опушки послышался скулеж. Вижу — Клуня ведет оставшегося охотника. Она не стала заморачиваться и воткнула ему коготь в болевую точку на шее. Соответственно ни о каком сопротивлении не могло быть и речи. Увидев на поляне дракона, охотник в ужасе взвыл.

— Хозяин, что с ним сделать?

— Заставь раздеться — его форма мне пригодиться, потом считай и в расход.

Она кивнула. Ни тени сомнения.

Затем она что-то шепнула ему на ухо и он стал судорожно срывать с себя одежду, не смотря на холод. После того, как он обнажился, она когтями больших пальцев проткнула ему, с неприятным хрустом, височные кости и стала скачивать информацию. Он задергался, потом его глаза остекленели, изо рта потекла слюна и он описался, став полным идиотом. Она вытащила когти, после чего его тело упало на землю. Немедленно из земли вылезли тентакли и утащили все тела и установку. Сверху остались только более-менее целые стрелы

Клуня, расширив глаза, смотрела на это.

— Хозяин, что это было?

— Учись работать чисто, девочка.

— Вы научите меня так?

— Ты не сможешь, к сожалению. Это не твой цвет. Но у меня есть одна идея — мало ли, до чего они дошли. А ну-ка подойди ко мне.

Она подошла, я ее развернул, нагнул и вошел в ее щелку. Она с полоборота завелась, однако мне было не до того. Вокруг меня закрутился серо-зелено-черный вихрь. Я кончил в нее, и она опустилась на землю в совершеннейшей прострации. Я решил проверить изменения — к ней из земли на невероятной скорости метнулся мощный тентакль. Однако, едва приблизившись, он вдруг начал чернеть, съежился и с воем убрался обратно в землю

Она подняла на меня совершенно ошалелый взгляд.

— Я опять поменялась. Что Вы со мной делаете? Я чувствую себя полностью Вашей частью.

— Частью, в которую я обожаю кончать.

Из ее рта вырвался язык и облизал головку, затем также быстро спрятался во рту.

— Я часть, которая создана, чтобы вы в нее кончали. И меня это более чем устраивает, сказала она, как отрезала, облизнувшись.

Я посмотрел на ее огромную черную ауру и пригасил ее до бледно-бледно черного маленького мешочка. Уровень «рядовой» первой градации.

Она удивленно на себя посмотрела.

— Маскировка. Ты осталась такой же, как была. Полетели, улыбнулся я

Дракона взлетела, а мы продолжили движение. Я стал анализировать произошедшее на поляне. Пришел к выводу, что ее способ скачивания информации был Черным. Скачивание с сохранением личности же было Серым и было ей пока недоступно.

— Отсортируй новые знания и передай их мне. Бесконтактно. Всякую шваль загрузи в шар. Может быть пригодится.

Я хотел проверить ее аналитические способности.

Она напряглась и в меня потекла лавина информации. Я прикинул — толково отсортировано. Теперь я знал об новых разработках охотников, а также то, что их финансировал и покровительствовал кто-то из власть имущих. Я знал лица и имена их старших. Знал и где их найти. А воспоминания о посещении перед походом борделя ни мне, ни Клуне не были интересны. Хотя лица и имена проституток она, на всякий случай, оставила.

— Умничка.

Она заурчала, как сытая кошка, а я стал задумчиво покручивать соски ее грудей.

Мы подлетели к леску около деревни, где был Сплин. Дракона уже была там. Я надел на себя личину Лесовика, и мы пошли к нему. Я постучал. Дверь открыла Ивка. Видно, что она была абсолютно здорова. Более того, над ней поднималось неплохое Зеленое свечение. Ну, общение с Креоной, никого еще не оставляло без изменений.

— Здравствуйте! Сказала она. Проходите скорее! Как раз обед готов.

— Как сын?

— Вашими молитвами! Мы каждый день Вас благодарим.

Тем временем мы зашли в дом. Пахло свежим хлебом и борщом. Причем так аппетитно, что мы вдвоем с Клуней взглотнули. Ивка улыбнулась:

— Пытаюсь вторую неделю выманить мужа из кузни. Уж чего только не придумываю…

— Он железный, если может противостоять таким запахам!

Она кокетливо огладила себя

— Не только запахам…

Мы улыбнулись.

— Проходите в дом. Здесь вам всегда рады.

Мы вошли, и Клуня подошла к младенцу.

— Можно я его покачаю?

— Конечно. Вы же практически родственники.

Когда они вышли, я сказал:

— Ивка, знаешь, что в тебе усилился Зеленый дар? И значительно.

— Правда? А я-то чувствую, что что-то изменилось.

— Давай я тебя авторизую

— А что для этого надо?

— Сядь на стул и закрой глаза.

Я положил руки на ее голову и очистил ее зеленый росток от шелухи. При этом я качнул немного Серого. Она вздрогнула, а ее аура засияла и запереливалась. Я даже притушил ее, чтобы она оставалась на уровне средней деревенской колдуньи. Она открыла враз позеленевшие глаза, затем спустилась с табурета, встала на колени и попыталась поцеловать мне руку.

— Спасибо! Я не знаю, кто ты, но…

— На здоровье. Твое и всех окружающих. И встань, пожалуйста. Я пошел к Сплину в кузню. Мне надо с ним поговорить.

— Он заперт и никого не пускает.

— Меня пустит, улыбнулся я

— Пустит, согласилась она. Вытащи его на обед, пожалуйста

— Постараюсь

Глава 17. Сплин. Кузня

Я взял все барахло и отправился к кузне. Дверь была закрыта, и я в нее громко постучал.

— Занят. Позже!

— Сейчас!

Дверь немедленно раскрылась, и я увидел Сплина. Он мне радостно улыбнулся:

— Заходи Юджин! Я давно тебя жду! У меня не все получается.

— Добрый день. Ну, показывай…

Он провел меня внутрь. Чего там только не было! И два пояса из драконовой кожи и очень красивый женский бодик и ножны и различные украшения из наростов драконьей кожи с подозрительно острыми краями. Но вот хлыста не было. Полоски кожи сиротливо лежали в углу. Сплин с грустью посмотрел на них:

— Не могу ничего сделать, чего-то не хватает.

— Я дам тебе то, чего не хватает, сказал я и протянул аркан. Вплети его. Вещь потрясающая. Попробуй обвить его вокруг шеи.

Он попробовал и немедленно его аура втянулась в аркан. Он с ужасом его скинул

— Что это?

— То, что должно быть внутри.

— Пожалуй…

— Вот еще: сказал я и выгрузил кучу ножей. Сталь хорошая. Перекуй для Клуни. Да, у нас и еще одна Желтая получилась. Для нее тоже

Сплин поднял ножи и с интересом стал разглядывать.

— Сталь отличная, наконец, сказал он. Черные. Имперские и Королевские. Они немного разные. Я должен подумать. Откуда ты их взял?

— В лесу нашел, усмехнулся я. Говно, не ножи. Настоящие я тебе могу показать

— Это говно?!

Я молча протянул ему нож Корхарна. Он взял его в руку и вдруг опустился на наковальню.

— Это… Это…

— Да.

— Они бесценны. Я и мечтать не мог хотя бы их увидеть.

— Вот и будет тебе образец. Я дам их тебе на сутки. Но с одним условием.

— Каким?

— Ты идешь сейчас в баню, потом мы ужинаем, потом ты ночуешь дома. Тем более, что тебя там ждет сюрприз.

— Какой? Вскинулся он

— Ну, какой же это сюрприз будет?

С этими словами, я забрал у него свой нож и вышел.

Я так понял, что баня была прямо при кузне. Часа через два, когда мы уже поели, скрипнула дверь и появился Сплин. Оттертый и отмытый. Ивка бросила посуду, которую мыла, вытерла руки о передник и бросилась к нему на шею. Ну, просто слон и моська. Мы с Клуней улыбнулись. Он немного отпрянул и стал на нее смотреть. Я снял маскировку, и ее аура засверкала.

— Ты… Ты… Родная! И он опять ее сграбастал в медвежьи объятия.

Через некоторое время она освободилась, кокетливо поправила платье и сказала:

— Да. Это Юджин определил. И авторизовал меня.

Я думал, он бухнется на колени. Я притушил ее ауру. У него глаза полезли из орбит.

— Что это?

— Маскировка. Ты же не хочешь, чтобы здесь объявились имперские Черные? Не волнуйся, с ее талантом ничего не произошло.

— Как…?

— Каком кверху, ответил я и, достав нож Корхарна, начал чистить им ногти.

Он, глядя на меня, громко взглотнул. Ивка удивленно на него посмотрела.

— Кто ты?

— Человек, который с дороги мечтает вместе со своей племянницей помыться в бане, чтоб не мешать хозяевам. Правда, Клуня?

— А? отвлеклась она от ребенка, который самозабвенно со смехом дергал ее за чудесные иссиня-черные волосы

— Кто бы ты ни был, сказал Сплин, мой дом — это твой дом. Ты и твои друзья всегда найдут в нем постель, еду и защиту.

— Спасибо. Мы с Клуней в баню. Простынки есть?

Ивка принесла простыни, и мы с Клуней отправились в баню.

Часа три я парил и мял ее. Доводя температуру в парилке почти до 150 градусов, а после, сгребая ее в охапку и окуная в ледяную купель, так, что она визжала. Потом массировал, потом опять парил вениками. В какой-то момент, собираясь нести ее в купель, вдруг повалил на полки и ворвался в пышущую жаром щелку. Она сжала меня и я, стал брать ее до умопомрачения. Я кончал и не прекращал движений. То в щелку, то в попку. Она не превращалась ни во что, а просто принимала меня. В какой-то момент я в очередной раз кончил и просто свалился на нее. Она тихонько из-под меня вылезла, взяла за руку и вывела в помоечную. Затем, взяв мочалку, обмыла со всех сторон. Я стоял в какой-то прострации. Она обмылась сама, потом прижалась ко мне и прошептала:

— Люблю. Больше жизни…

Потом мы завернулись в простыни и пошли в дом. Ивка стояла у плиты и тихонько напевала. Обернувшись на нас и оглядев, она сказала:

— Борщ сегодня особенно удался. Вон мужики прямо как с ума посходили. Надо будет запомнить рецепт.

На наш гомерический хохот вышел Сплин. Полуголый человек-гора. Он долго не мог понять над чем мы ржем.

В конце концов мы отсмеялись. Ивка сказала:

— Давайте одежду — постираю. В простынках походите.

Клуня метнулась наверх и принесла нашу одежду. Потом Сплин достал и поставил на стол бутылочку самогонки. Мы просидели с ним часа полтора, пока он не стал клевать носом.

— Иди, ложись. Завтра у тебя сложный день, сказал я ему. А сегодня наверняка будут интересные сны.

Он послушно как ребенок кивнул и пошел спать.

Со мной связался Корхарн:

— Не волнуйся, я все ему подскажу.

— Спасибо.

Клуня гульгулькала с малышом. К нам вышла Ивка:

— Идите, я вам наверху постелила.

— Клуня, иди, я подойду.

Она кивнула и, тоже явно клюя носом, поплелась наверх. Ивка остро на меня посмотрела:

— Она тебе такая же племянница, как я мама Императора. Любит она тебя.

Я молча махнул рукой.

— Вы не те, за кого выдаете себя. Это понятно. Но мы, кроме счастья и настоящей помощи, ничего от вас не вдели. Можете в этом доме не скрываться.

— Хорошо, сказал я и снял личину.

— Я знала, что ты человек, спокойно сказала Ивка. Давай свою нормальную одежду — постираю.

Я достал из мешка одежду незадачливого охотника. Весьма добротную, надо сказать.

— Это не моя…

— Теперь твоя. Остальное — не мое дело. Захочешь — расскажешь.

— Спасибо.

— Тебе спасибо.

— Скажи Ивка, а к вам не заходили переписчики?

— Заходили. Сплину татуировку поставили. Он потом два дня сам не свой ходил.

— Не удивительно. Это не простая метка. Они могут его в любой момент убить. Или заставить поступать не так, как он считает правильным. А тебе ведь ничего не поставили?

— Нет…

— Потому, что не было у тебя в тот момент настоящего дара. Наверняка какую-нибудь чушь сказали.

— Да. Что-то про то, что переписи подлежат только главы семей.

— Пойдем, посмотрим на нее. У меня есть опыт дезактивации таких меток. У Клуни она, например, уже не активна. Ты — Зеленая. Будешь, я думаю, видеть, что я делаю.

— Он не проснется?

— Нет.

Когда я подошел, то связался с Креоной:

— Посмотри, что можно сделать

— Поднеси к нему руки.

Я увидел, что ниточка, идущая к сердцу Сплина, чуть более толстая. Видимо они решили подстраховаться.

— Обеспечь мне с Ивкой контакт. Пусть видит. Она — талантливая Зеленая

Я кивнул.

— Ивка, положи мне руку на плечо.

Она, без тени сомнения, сделала это, а потом вздрогнула от голоса Креоны. Они о чем-то пообщались. Затем Креона сказала мне:

— Начнем, Любимый…

Операция по вытравливанию паучья с заменой коричневой нитки на серую прошла на удивление быстро и гладко. Видимо, пригодился предыдущий опыт. При этом, от присутствия Серого, его аура налилась и засияла. Я ее тоже притушил, до того уровня, что был раньше. Сплин во сне пожевал губами.

Я закончил и разогнулся. Ивкина рука до сих пор лежала на моем плече. Потом она, с сожалением, ее убрала.

— Я не все видела, но я уже слышала этот голос. Именно он, вместе с твоим, звал меня, когда я уходила. И именно из-за нее я стала Зеленой. Спасибо ей. Кто она?

— Мне долго это объяснять. Она — часть меня. Думаю, что лучшая. И она, в свое время, была величайшей Зеленой волшебницей всех времен. Настолько великой, что ее дух не растворился и не потерял своей индивидуальности.

— Ого! А когда это было?

Я коснулся ее руки, качнув немного серого:

— Тебе не нужно этого знать. Просто именно она тебя разбудила, а значит, в тебе есть искра. Главное — живи по-совести, не расстраивай ее. И помогай тем, кто в этом нуждается.

— Хорошо…

Я достал один из своих ножей

— Ивка, отдашь завтра его Сплину.

Потом я пошел наверх и лег радом с мирно посапывающей Клуней. Она, почувствовав, что я рядом, обняла меня, так и не проснувшись. Я же ушел в медитацию и долго сначала обсуждал с Креоной тактику поведения таких операций, а потом просто наслаждался близостью ее духа.

Когда я вышел из медитации, был уже яркий день. В доме пахло пирогами. Я потянулся и встал с постели. Рядом лежала постиранная и отглаженная форма охотника. Я одел ее — все удивительно впору. Потянувшись, спустился вниз. Ивка хлопотала у плиты, а Клуня, по обыкновению, тютюшкалась с ребенком.

Ивка повернулась:

— Проснулся, засоня! Полутора суток проспал.

— Он не спит вообще, не оборачиваясь, сообщила Клуня. Он медитирует.

— Поешь пирогов и иди к Сплину. Он уже два раза заходил узнать, не проснулся ли ты. Кстати, я ему рассказала о том, что ты, вы, с ним сделали. И что ты человек, а никакой не лесовик тоже.

Клуня вопросительно на меня взглянула

— Мы избавили Сплина от той же напасти, что и тебя. А Ивке Креона покровительствует.

Клуня взглянула на Ивку с нескрываемым удивлением и, даже я бы сказал, с доброй завистью.

— Пользоваться покровительством Первой — великая честь. Я не могу — цвет не тот. А тоже бы хотела.

Ивка удивленно на нее посмотрела, а я шлепнул ее по заднице. Вроде не сильно, но очень чувствительно. Так, что она ойкнула.

— Болтуха ты. Чего людям голову забиваешь. Покровительствует — значит достойна.

Клуня покраснела до корней волос и виновато опустила голову. Ну, теперь пусть сама выкручивается из создавшейся ситуации. Ивка с нее живой не слезет.

— А почему в доме пахнет пирогами? Вы их ели, пока меня не было?

Ивка всплеснула руками и полезла в печь. Достала противень с чудесными розовыми пирожками.

— Чуть не сгорели! Попробуй…

— Будешь так Сплина кормить — не будет у него никакой талии

Ивка засмеялась:

— Он в своей кузне весь жир сжигает. Я не боюсь. Поешь сам и отнеси ему тоже, пожалуйста

Я взял полотенце с горячущими пирожками и пошел в кузню. Когда подходил, дверь отворилась и вышел Сплин. Его было не узнать — глаза горят, весь подтянут. Ни капли усталости на лице.

— Юджин, наконец-то! Я уже заждался. Посмотри, что получилось! Ты был прав, мне все приснилось. Да и после твоих со мной манипуляций сил хоть отбавляй! Хотя, вроде, цвет тот же.

Я молча на секунду снял маскировку и вверх взметнулась огромная коричневая аура. Потом опять ее одел. Сплин пораженно сел на порог

— Ого, только и сказал он.

— Вот тебе и «ого». Показывай, давай. И нож отдай.

Он, как величайшую ценность, отдал мне нож.

— Он меня вдохновлял. Пошли.

Сначала я увидел Хлыст. Даже не Хлыст, а уже кнут — он был длинней моего почти на метр. Но более тонкий и изящный. Правда, от этого не менее смертоносный. Он был глубокого антрацитового цвета. Также как у моего, его рукоятку украшала бляха, которая служила гардой для того, кто держал его в руке. Бляха была из кожного нароста, на котором красовалась такая же, как у меня, посеребренная летучая мышка. Только меньше и изящнее. Принцип крепления был тот же — он оборачивался вокруг пояса и цеплялся петелькой за крючок на бляхе.

— Я Клуню обмерил, это же для нее?

— Для нее, улыбнулся я. А затем позвал:

— Клуня, бегом в кузню!

Она появилась через минуту.

— Познакомься — он твой.

Она, как завороженная, посмотрела на кнут. Мне показалось или он дернулся ей на встречу? Потом она протянула руку и взяла его. Нет, не показалось — он нежно обвил ее руку. Сам. Сплин стоял, раскрыв рот. Я снял свой Хлыст.

— Клуня, натешишься еще. Давай их обернем, мой твоего научит.

Она с огромным сожалением протянула мне его. Я сплел их косичкой и положил в угол. Пошел явный интенсивный обмен информацией.

Сплин, встряхнул головой и стал дальше показывать подарки. Три пояса. Для меня, для Клуни и для Сянки с бляхами. На каждом по двое ножен. Когда он протянул ножи — я обалдел. Четыре ножа — два с черными наборными ручками из драконовой кожи, а два с желтыми. Я присмотрелся — какое-то дерево. Нет, они не были повторением моих. Но они были оригинальными совершеннейшими шедеврами. Сплин воткнул один из ножей в стену сруба примерно на треть, потом встал всем своим немалым весом на его рукоять и даже немного попрыгал. Нож просто пружинил. Потом он достал его и небрежным движением перерубил какую-то железку, а затем протянул Клуне. Она как величайшую ценность приняла его. Потом посмотрела, повертела в руках, глянула на свет. Никаких изменений геометрии или зазубрин не осталось. Она взяла второй нож, повертела его, а потом исполнила потрясающую кату, состоящую из защиты и нападения. При этом ножи в ее руке почти не были видны.

— Это потрясающе, Мастер Сплин, сказала она.

Он аж покраснел от удовольствия.

— Я еще не мастер…

— Мастер, сказал я.

Затем он дал мне и ей по набору метательных ножей в поясных ножнах и по два, крепившихся на голень.

— Исходники закончились, прогудел он. Интересный сплав получился из Королевских и Имперских ножей.

Затем он протянул ей бодик. Тончайшее металлическое кружево было украшено тонкими драконьими пластинами.

— Ну-ка отвернитесь! Приказала Клуня.

Мы повернулись. Сзади послышалось шуршание.

— Можно смотреть!

Челюсти отвисли у нас обоих. Клуня стала похожа на гибкую змею или на шею дракона. Бодик-кольчуга совершенно не стеснял движений и при этом был потрясающе изящен. Но защиту обеспечивал потрясающую. При этом он подчеркивал все достоинства ее фигуры. И, я подозреваю, что под широкой одеждой его не будет видно.

— Я тут на вас посмотрел и вот что придумал…

Он достал пять потрясающих по своей красоте тонких ошейников, затейливо украшенных серебряной вязью и маленькими блестящими бляшками. Они все были разными, а на узор можно было смотреть бесконечно.

— Застежка получилась такая, что снять ее может только тот, кто в первый раз оденет. Я не знаю, как так вышло.

Клуня подошла и долго их рассматривала. Потом взяла один и принесла ко мне.

— Этот мой. Одень его на меня, пожалуйста.

Я взял его в руки — да, действительно ее.

— Чуть позже, сказал я и положил его сверху на переплетенные хлысты. Пусть сперва научится.

Клуня согласно склонила голову. Потом я положил сверху остальные ошейники.

Между тем, Сплин достал еще небольшую красивую женскую сумочку и протянул Клуне:

— Модный аксессуар, погудел он. Ею можно защищаться — удар меча или ножа она точно выдержит. Ну и ножен скрытых в ней штук 10, по-моему, получилось. Не упомню — я ее под утро сделал

Мы вернулись в дом. Ивка долго осматривала Клуню, а потом вынесла свой вердикт — твоя вещь. Потом глянула хитро на меня и добавила: и твоему нравится. Клуня покраснела. Затем она убежала во двор и устроила двухчасовую тренировку с метанием и катами. Ее бодик-чешуя потрясающе переливались на солнце. Сплин с Ивкой долго смотрели на нее в окно.

— В жизни бы не сказала. Такая изящная девочка, а что вытворяет. Она же как вода — ни одного резкого движения.

— Вот и я не завидую грабителям. Если они захотят у нее поживиться

Все засмеялись.

Вечером Ивка с Клуней накрыли потрясающий праздничный стол, Сплин достал недопитую в прошлый раз бутылку.

— Я не очень по этому делу. Но сейчас прямо хочется.

— Нельзя отказывать себе в маленьких удовольствиях.

Мы долго сидели с ним и разговаривали «за жизнь». Он немного захмелел. Девчонки ушли в угол к спящему ребенку и о чем-то шептались.

— Ну, все, спать пора, сказал я.

Сплин согласно кивнул и тяжело пошел в свою комнату. Клуня молнией взлетела наверх.

— Береги ее, сказала мне Ивка, глядя ей в след. Она — большая ценность

— Я постараюсь

Я поднялся. Клуня крутилась перед полированным металлическим листом, заменявшим зеркало, в одном бодике. Я подошел и обнял ее сзади.

— Сумеешь расстегнуть?

— Постараюсь…

Мы лежали на кровати в позиции 69. Мой член был у нее во рту, а потрясающий язык гладил яички и промежность. Я накрыл губами ее щелку и запустил водоворот. Мы, как странно это звучало в моей голове: «как обычно полностью слились».

Под утро, когда она мирно посапывала у меня на плече, я услышал голос Хлыста:

— Серый, я научил их тому, что мог. Они потрясающе талантливые мальчики. Кнут надо будет авторизовать. Подойди, пожалуйста.

Я тихо встал и вскользнул из дома. Зашел в кузню. Они лежали, уже расплетясь. На одном ошейнике вязь осталась серебряной, или, скорее, все-таки платиновой, на втором вязь стала темно-золотой, третий был с зеленой, четвертый с голубой, а пятый — пятый остался без рисунка. Резерв ставки, так сказать. Я подумал: «нет, это не совсем моя игра и я не уверен, что я в ней не пешка». Загрузил это знание в себя, взял платиновый ошейник и под завязку накачал его серым. Так, что он даже нагрелся.

— Ты будешь охранять ее и помогать ей.

— Я для этого создан, Хозяин

Потом я взял в руки Кнут

— Служи ей.

— Да. Но мне нужна кровь для авторизации.

— Я знаю. Что-то мне подсказывает, что скоро ее будет предостаточно.

Я позвал Клуню. Она прибежала в кузню, завернутая в простынь. Я снял эту ненужную тряпку и ее тело забелело в темноте. Затем я взял ошейник и одел ей на шею. Его концы немедленно срослись, а Клуня пошатнулась и, если бы я не подхватил ее, наверное, упала. Ее взгляд совершенно потерял осмысленное выражение. Через некоторое время она пришла в себя.

— Это потрясающе, Хозяин. Это… Это…

— Это твой Защитник.

— Да…

Затем она взяла Кнут. Тот обвился вокруг нее, и они стали о чем-то общаться. Я накрыл ее простыней и пошел обратно в дом. Под утро Клуня вернулась. Ее глаза сияли. Она юркнула ко мне:

— Хозяин, я самая счастливая на свете…

Глава 18. Поход в город

Утром мы решили покинуть этот гостеприимный дом. Я был в форме охотника, с которой срезал шеврон, а Клуня под походную одежду, данную ей Ивкой, одела свой бодик. Мы были подпоясаны хлыстами, которые смотрелись просто как широкие декоративные пояса. По бокам были ножны с ножами, сзади под одеждой и на голенях под брюками метательные ножи. У меня была еще моя сумка с порошками в тыквенных флаконах, а у Клуни в руках ее сумочка и остальные подарки. Сплин с Ивкой, у которой был ребенок на руках, вышли нас проводить.

— Юджин, прогудел Сплин. Возьми немного денег. Отдашь когда-нибудь потом. Он протянул мне увесистый мешочек.

— Спасибо. Конечно, отдам. Кстати, Ивка, возьми-ка несколько пузырьков с порошками разными. Тебе Креона подскажет, что это. И еще:

Я посмотрел на спящего у нее на руках ребенка

— Вам пятерых хватит?

Сплин не понял, а Ивка кивнула. Я положил руку ей на живот и качнул серого. Она аж пошатнулась так, что Сплин ее вынужден был поддержать.

— Теперь у вас будет пятеро детей. Если будете стараться…

— Спасибо, прошептала она, а Сплин стоял, глупо улыбаясь.

Мы с Клуней вышли за ограду, я закинул сумку с порошками за спину, мы покрылись пузырем и полетели по направлению к Уяхате. Когда мы подлетели, ее голова неподвижно торчала между деревьев, почти сливаясь с ними. Мы опустились, и Клуня кинулась к своей драконе. Нет, все-таки она еще девчонка. Дракона лизнула Защитника и Кнут, знакомясь. Они о чем-то пошептались.

— Клуня, давай наведаемся в город?

— А Уяхата?

— Пусть летит в гнездо. Положи в сумочку все, что нам не нужно и повяжи на дракону. Когда она прилетит, Сянка ее снимет. Пусть Уяхата ей передаст, чтобы положила сумочку в купель, не открывая.

Уяхата грустно посмотрела, но не посмела возразить. Она оттолкнулась от земли и серой тенью заскользила над кронами деревьев, как я и учил.

— Клуня, подойди.

Когда она подошла, я положил руки на метку и исправил «Клуня Вестерхан» на «Клуня Вестерман», место рождения — Луганга, а потом немного подправил ее фотографию, сделав залихватскую косую стрижку. Ну оторва и оторва. Немного подправил овал лица. Затем я стал экспериментировать с маскировкой ее ауры, пока не добился «рядовая 1 уровня». Потом появилась запись: «отчислена из школы в Волсмане за неуспеваемость». Так, теперь надо прописать ее в систему. Я задействовал одного из червей, запущенных мной в свое время. Уфф, вроде все получилось. Как бы еще понять, среагирует система на отсутствие паучьей нити или нет. Но, похоже, это можно выяснить только экспериментальным путем.

Я сел в позу лотос, Клуня пристроилась ко мне на колени, и мы полетели. Часа через три подлетели к городу. Я прочитал название — Тилц. Мы остановились на опушке леса.

— Клуня, иди в город. На входе, в случае проблем, будь готова оказать сопротивление и скрыться в лесу. Если угрозы не будет — будь спокойна. Я тебя подстрахую. Мне надо понять, как работает их система. Учти, теперь ты не Вестерхан, а Вестерман. И стрижка у тебя была вот такая — я ей показал образ. Будут спрашивать — ты из Луганги, училась в Черной школе в Волсмане, но была отчислена за неуспеваемость по спецпредметам и плохое поведение. Решила попытать счастья в поиске драконов.

Я покрылся пузырем и полетел к городским воротам, а Клуня направилась пешком. Пробрался в караулку и завис в углу, как в прошлый раз.

Когда Клуня проходила «рамку», экран мигнул и показал вложенное мной изображение. Я не заметил никаких отметок о паучьей нити, хотя сканировал во всех диапазонах.

Один дежурный обратился к другому:

— Какая краля. Пусть Орик позовет. Вроде она в город не входила. Пообщаемся…

Они сально перемигнулись, а потом связались по шару с воротами:

— Орик, приведи эту красавицу.

Вошла Клуня в сопровождении третьего офицера. Я послал ей ободряющий сигнал. Она улыбнулась

— Так, так, так красавица. Как ты здесь оказалась?

— Драконов искала

— За что отчислили?

— За плохое поведение, улыбнулась она

— Нашла драконов?

— Нет. Но денег заработала.

— А как здесь оказалась? Ты же в город не входила?

— Мы через лес прошли.

— И как же заработала?

— Так в экспедиции 14 мужиков было. И я — единственная… повариха. Она похотливо улыбнулась. Что же, я бесплатно кашеварить буду?

— А почему ушла?

— Поиздержались они. На кашу денег перестало хватать. Во избежание получения бесплатного питания с возможными эксцессами, старший меня из экспедиции отправил домой.

Один из офицеров, тот, что постарше, сказал:

— У меня дочь почти твоего возраста… Как же так можно? Родители-то знают, чем ты занимаешься?

— А нет родителей. Померли в детстве. Некому меня хорошему учить, с вызовом, сказала она.

Старший офицер посерел лицом:

— Где в городе устроишься?

— Денег на гостиницу пока хватит. Осмотрюсь. Может, устроюсь где, а может и обратно в Лугангу подамся.

Опять сработал куб и Орик умчался на ворота. Осталось двое.

— За что же тебя выгнали, дочка? Окончи ты школу — не пришлось бы тебе «кашеварить». Был бы и паек, и квартира, и работа

— Не того кадета нахер послала. Да еще и на спарринге нос сломала. А она дочка завуча нашего была. Вот и выгнали…

— Ты вот что… Он быстро написал что-то на бумажке и протянул ей — если не устроишься или проблемы будут — приходи. Это мой адрес. Хором не обещаю, но переночевать где будет. Да и поесть. И постарайся больше не устраиваться в «кашеварку» — пути обратно не будет. Охранницей устройся или продавщицей. Не гробь себя окончательно

Молодой офицер с удивлением на него взглянул.

— Ты иди. Вопросов больше нет…

Клуня посмотрела на бумажку, потом на офицера. В ее глазах показались слезы.

— Спасибо вам.

С этими словами, развернулась по-уставному и вышла.

— Ты чего?! Спросил молодой

— Не знаю. Представил на ее месте свою дочь. Случись что со мной — как бы она жила? Жена-то померла… А у нее тоже норов.

— Ну, ты даешь… она же «кашеварка»

— А ты бы что делал в ее ситуации?! взъярился старший. Кроме того, в ней что-то есть… Не знаю. Она «кашеварка» не по жизни, а по обстоятельствам. Все, закрыли тему

Я дождался, пока откроется дверь и тихо выплыл на улицу. В темной подворотне снял защитный купол и сориентировался, где Клуня. Она сидела в небольшой кафешке в трех кварталах от ворот. Когда я пришел, она грустно и задумчиво смотрела на бумажку. Перед ней стояло два бокала местного пива. Когда я приблизился, она подняла глаза:

— Он хороший дядька. Правильный. Чем-то похож на моего отца. Я тебе пиво взяла. Сто лет его уже не пила

Я присел за столик.

— Ты посчитала, что нам Сплин дал?

— Да. 55 золотых! Это огромные деньги. Я один уже разменяла. Трактирщик бегал домой даже.

— То-то я смотрю, что около него добры-молодцы кучкуются. Пойдем-ка отсюда, поищем гостиницу.

Клуня оставила на столе мелкую монетку, и мы вышли. Добры-молодцы, в количестве трех человек, потянулись за нами. Наши аурные сгустки проявили беспокойство. Но не более.

Я подмигнул Клуне, и мы свернули с центральной улицы. Пошли трущобы, потом вышли на какой-то пустырь. Хотели развернуться, но на обратном пути стояли все трое, поигрывая ножами.

— Стоять! Мешочек давайте, если не хотите здесь остаться

— Давай, Клуня, твой выход.

Я остался стоять, а она, очаровательно улыбаясь, пошла к ним. Кнут плавно соскользнул ей в руку.

— Мальчики! Вы что-то попутали!

Они плотоядно на нее посмотрели:

— Пожалуй, кроме мешочка, мы тобой еще попользуемся, если твой кавалер не возражает…

Больше они ничего не смогли сказать. Кнут мелькнул на невероятной скорости и все три головы почти одновременно отделились от тел. Даже гадкие ухмылки не пропали. Кнут задрожал. Я просто физически почувствовал содрогание Черного поля

— Хозяйка, я авторизован, сказал он

Из земли вылезли тентакли и утащили тела. Кнут сам обернулся вокруг Клуниной талии. Она поправила верхнюю одежду.

— Пойдем, навестим кабачника?

Мы не торопясь направились обратно. Когда мы вошли, его глаза округлились:

— Вы?

Клуня подошла к нему и тихо сказала:

— Скажи, что твое заведение закрывается… Надо поговорить. И не делай глупостей, пожалуйста.

Он мелко закивал, а по его вискам потек пот.

Он извинился перед несколькими посетителями, вернул им деньги, закрыл дверь и повесил табличку «Закрыто». Клуня, как змея, следила за ним, и он не посмел сделать ни одного лишнего движения.

Потом он подошел. Она, плавным движением положила руку ему на плечо. Выросшие когти мгновенно проткнули одежду и впились в болевую точку. Он опустился на стул, будучи не в состоянии ни стоять на ногах, ни поднять руку.

— Кто были эти люди?

— Сыновья…

— Нет у тебя больше сыновей. Еще дети есть?

— Да… Младший… Он не такой

— Вот он и продолжит твое дело

С этими словами Клуня зашла ему за спину и нанесла удар коленом. Послышался звук ломаемого позвоночника и тело кабачника свалилось на пол. Он тоненько завизжал. Клуня деловито наклонилась над ним и нанесла еще один удар рукой, уже в области шеи. Опять послышался треск и его голос пропал. Только выпученные от невероятной боли глаза периодически моргали.

— Чтоб не рассказал о нас, сказала Клуня. Мы вышли из кабака и смешались с толпой. Я покрыл нас серым маревом так, чтобы нас просто не замечали.

Мы пошли по центральной улице, подыскивая подходящую гостиницу. Через некоторое время нашли — небольшой трехэтажный домик. Хозяйка, женщина лет 50–60, вышла из-за стойки. Я встал невдалеке, а Клуня направилась к ней.

— Двухместный номер, пожалуйста

— Есть такие. Вам двуспальную кровать или раздельные?

— Двуспальную.

Поскольку я выглядел значительно старше Клуни, а она была ослепительно красива, хозяйка посмотрела на нас осуждающе, но ничего не сказала. Подошла к конторке.

— Вот ключи. 3 этаж. В номере душ, туалет. Пять медяков в сутки. Уборка раз в неделю.

Клуня кивнула.

— Не бузить, не шуметь. Предоплата за день вперед. Стол отдельно.

Клуня протянула ей серебряную монетку

— Предоплата за неделю.

Мы взяли ключи и пошли по лестнице. Из-за конторки раздался ворчливый голос. Как бы, для себя, но так, чтобы мы слышали:

— Вот молодежь! Вместо того, чтобы работать, мандой торгуют…

Клуня тихо хихикнула и прижалась ко мне сзади. Когда мы вошли в номер, я развернул ее:

— Почем нынче манда?

— Сегодня распродажа — для Вас бесплатно, господин!

Я подхватил ее на руки и закружил. Потом сказал:

— Представьте товар!

Успокоились мы минут через 40, наверное. Клуня, когда я в нее входил, от эмоций, вырастила хвост и ввела его себе в попку. Мы, конечно, старались не шуметь, но не факт, что получилось. Потом мы лежали рядом. Она была полна моим семенем, а мы оба — эмоциями.

— Пойдем, проверим почем нынче наши чудодейственные порошки?

Мы быстро оделись и спустились вниз. Когда проходили мимо хозяйки, она чопорно поджала губы. Было видно, что полностью тишину мы не соблюли. Клуня подошла к ней и, ангельски улыбаясь, сказала:

— Он и три часа может. Не то, что молодые.

Когда мы вышли на улицу, я спросил:

— Зачем?

— А чтоб лицо попроще сделала.

Больше мы на эту тему не говорили.

Через десяток минут подошли к ближайшей аптеке. Когда вошли внутрь, нас встретил классический аптекарь в золотом пенсне с бородкой.

— Что угодно?

Клуня сказала:

— Хотели продать Вам наш товар.

— А что у вас? Нас всякое барахло не интересует

Я молча подошел, достал из кармана одну из небольших тыковок и высыпал на прилавок пару серых кристаллов.

— Проверьте, сказала Клуня. Если определите, что это — ждем Вас вечером, в 20.00 в холле гостиницы «Придорожная» с предложением по цене. Если не сумеете определить — значит, Вы плохой аптекарь.

Он раскрыл рот, а мы вышли из аптеки. Таким же образом мы обошли еще десяток местных аптек. Потом поели и пошли гулять по городу. Городок был маленький — всего три центральные улицы, но на удивление чистый. По крайней мере, центр. Мы посмотрели на красивый дом местного Наместника Императора, Полицейское управление, Службу таможни, СБ. Потом прошли мимо Черного, Желтого и Зеленого управления. Других в этом городе не было. К 5 вечера направились в гостиницу.

Когда зашли, я подошел к Хозяйке:

— Мы хотели арендовать у Вас холл на сегодняшний вечер

— Зачем?

— К 8 вечера здесь появятся уважаемые люди. Мы проведем мероприятие.

Она бросила поджимать губы и превратилась в деловую женщину

— Может быть лучше открытая веранда?

— Может быть…

— Еду подготовить не успеем. Надо было раньше предупредить.

— Еды не надо. Десяток бутылок вина в бокалах, достаточно. И прикажите поставить десяток столов полукругом и один в центре.

— Драк не будет?

— Не знаю, честно сказал я. Постараемся не допустить. Сколько все будет стоить, включая риск?

Она углубилась в какие-то расчеты. Я думаю, прикидывала, насколько умножать свой обычный прайс. В конце концов, сказала:

— Три золотых. Если все пройдет нормально, один верну. Это страховка.

Я кивнул Клуне, и она положила на стол деньги. У Хозяйки вытянулось лицо

— Уважаемая, я прекрасно понимаю, что Вы завысили цену. Но я действительно не знаю, не будет ли какой-нибудь потасовки. Если у Вас есть охрана — вызовите. Мы играем по-крупному.

Она кивнула

Глава 19. Аукцион

Мы с Клуней поднялись наверх. Около 19.30 вечера, наши сгустки зашевелились.

— Видимо, они определили, что это такое. Вечером у нас будут все местные бандиты. Посмотрим, кто из них глуп, а кто нет.

Клуня кивнула.

— Торги веди ты. Начни с тысячи золотых за грамм. Я буду сзади. Если что — подстрахую.

— Хорошо.

Мы спустились. Нас уже ждали 8 возбужденных потных аптекарей. Двое не пришло. Неплохой процент. Каждый из аптекарей был с той или иной охраной. Кто с нанятыми Черными, кто с полицейскими, кто явными бандитами, а кто и с охотниками на драконов.

Клуня вышла перед ними, приковав к себе внимание:

— Господа! Пройдемте на веранду. Там вас ждет вино, и мы спокойно, в дружеской обстановке, проведем торги.

Все, ворча, вышли и разместились за столами. Клуня встала за стол во главе, а я разместился рядом, чуть сзади. Она сняла с себя Кнут и положила его на стол, затем поставила пузырек с препаратом. Кнут приковал общее внимание, так как все поняли, из чего он сделан.

— Господа, перед вами первый лот. Это кристаллизованная вытяжка из печени дракона. Чистота — почти абсолютная. Список заболеваний, которые можно излечить при помощи этого препарата вы знаете лучше нас. Это и цирроз и диабет и еще масса других. Если надо — я подскажу. А также подскажу рецептуру лекарств. Препарат, как вы знаете, уникален. Начальная цена — 1000 золотых за грамм. Во флаконе 5 грамм.

— Да ты охренела, цаца! Крикнул кто-то из бандитов.

— Если все пойдет в таком тоне, спокойно сказала Клуня, мы свернем торговлю здесь и поедем в Столицу. Как Вы догадываетесь, это не последний и не единственный флакон, но мы категорически не хотим сбивать самим себе цену.

На бандюга шикнули. Кто-то из Черных, а потом и из полицейских начал связываться с кем-то при помощи шаров. Шиканье на бандита плохо подействовало, и он заорал:

— Совсем офигела, шалава!

Больше он ничего сказать не успел. Я не уверен, что кто-то заметил само Клунино движение, но Кнут щелкнул, а изо рта человека полетели выбитые зубы и кровь от разорванных щек и языка. Я еще добавил Красного, и он повалился без сознания от болевого шока.

— Господ-а-а-а, укоризненно протянула Клуня. Не люблю хамов… Вы же не думаете, что мы такие идиоты, что появились здесь вдвоем или не продумали средств защиты? Право-слова. Давайте уважать друг друга. Мы же не стали натравливать вас друг на друга, а поступили честно.

Аптекари, будучи мирными людьми, вздрогнули, а их сопровождающие напряглись. Наконец один из аптекарей сказал:

— 1100. Возьму три грамма.

— Спасибо, уважаемый, за смелость. К сожалению, лот продается целиком. В свойствах препарата вы могли убедиться.

Аптекарь крякнул, но вынужден был принять правило игры.

— 5500

Клуня осмотрела зал.

— 6000

— 6200

— 6300…

— Шаг аукциона 500

— 6500

— 6500 раз… 6500 два…

В это время я увидел, как один из сопровождающих нашего первого аптекаря, тоже связывается с кем-то по шару. Эти ребята были в «гражданке». Один Красный, другой Черный. И оба очень неплохого уровня. Получив указание, он наклонился к своему протеже и что-то зашептал.

— Клуня, потяни время…

— Итак! Больше никто не хочет? 6500…

Аптекарь, которому шептали, откашлялся:

— 15000

Все замолчали

— 15000 раз… 15000 два… 15000 три. Продано!

Все загудели и зашевелились. Клуня сказала:

— Господа, прошу не расходиться. Мы прекрасно понимаем, что у вас с собой нет такого количества наличных. Но деньги должны быть здесь не позднее, чем через полчаса. Если их не будет, выигравший снимается с аукциона и теряет право на принятие в нем в дальнейшем, а мы продолжим уже с другими участниками.

Человек в гражданке что-то сказал в шар. Потом обратился к Клуне:

— Простите, через 45 минут. Раньше не успеем. Мы не были готовы.

— Хорошо, на первый раз. А теперь угощайтесь, господа. Выпивка за наш счет.

Хозяйка, наблюдавшая за мероприятием из открытой двери, все быстро смекнула и выставила на стол еще несколько бутылок. Я ей кивнул и улыбнулся. Она подошла и спросила:

— Можно убрать этого? Он здесь все испачкает.

— Я не против, сказала Клуня. Спросите у его коллег.

Аптекарь, с которым пришел этот хам и его товарищ, закивали.

Все стали брать вино. Через некоторое время, даже расслабились.

Через 43 минуты в дверь влетело три человека в гражданке. Двое со стрелометами, а третий с мешком. Они вывалили на стол кучу золотых, аккуратно упакованных в столбики по сто штук. Я сел пересчитывать, затем выборочно вскрыл несколько упаковок. На самом деле, мне не сложно было определить, что везде золото. Но форма должна быть соблюдена. Я кивнул Клуне.

— Большое спасибо всем! Лот продан.

Товарищ, принесший деньги, отдышавшись, и вертя в курах флакон, спросил:

— А если здесь не 5 грамм?

— Там 6 грамм, во избежание ошибки. Сейчас, поскольку мы раздавали пробы, возможно чуть меньше, но точно больше 5.

Он кивнул. Затем сел на стул перед нами.

— Это для отца. Он умирает — рак печени. Это поможет?

— Рак — самая сложная форма для лечения. Нам надо его посмотреть. Но если что и поможет, то только это.

— Я могу пригласить Вас к нам?

Я посмотрел на деньги.

— Не волнуйтесь, мы вполне сумеем обеспечить вашу охрану и неприкосновенность.

Мои сгустки, глядя на него, были спокойны. Клуня посмотрела на меня. Я кивнул.

— Да, мы готовы посмотреть его. Не думаю, что имеет смысл затягивать — завтра-послезавтра мы уедем.

— Если вы готовы, можно направится прямо отсюда. Вы в этой гостинице остановились? Если что-то нужно, заберите из номера, мы вас подождем.

Клуня задумалась, вспоминая.

— Заколка!

— Заколка? При таких деньгах вы купите себе тысячу заколок.

— Такую не куплю. Господа полицейские!

Те, стоявшие у входа и обсуждавшие произошедшее, повернулись.

— Если на нас будет совершено покушение и кто-то пострадает — просим не обвинять нас. Мы будем только защищаться.

Они кивнули, а сидящий перед нами сын олигарха посмотрел на них и сказал:

— Это разумно. Мы проследим.

Мы с Клуней, оставив на столе деньги, пошли к себе. Когда проходили мимо конторки, хозяйка тихо сказала:

— Кажись, к вам поднимался кто-то.

— Спасибо!

Едва мы подошли к лестнице — сгустки взвыли. Я остановился и просканировал пространство аурным зрением.

— Пятеро. Трое со стрелометами. Двое черных. Дай-ка я начну. Потом устроим шоу.

Я встал сбоку от двери и резко ее открыл. В проем ударило три черных молнии. Я перешел на сверхскорость. Трое легли сразу с перерезанными глотками. Осталось двое Черных, которые меня почти не видели.

Одного я заблокировал, ударив в точку под сердцем, а второго ударил в печень, разорвав ее в клочья. Он стал оседать, а в уголках рта появилась темно-красная пена.

— Клуня, считай этого, пока он не сдох, сказал я, показав на второго. Немедленно в его глаза вошло два ее когтя. Человек завыл и задергался, но быстро успокоился и превратился в идиота.

— Добей

Сверкнуло лезвие и череп развалился, разрубленный по глазам. Правильно, не обязательно им знать, что он был считан. Нам не надо было с ней общаться — она все чувствовала и понимала. Оставшегося я поднял за шею и нагнул. Клуня сноровисто распорола ножом ему брюки, затем с размаху засадила ему в анус стреломет. Боль я не блокировал, поэтому человек заорал диким голосом. Я поднял его на подоконник.

— Давай!

Клуня выдавила его спиной стекло, потом схватив за горло и яйца приподняла и сбросила вниз с третьего этажа, на секунду показавшись в окне. Человек дико заорал и грохнулся на землю. Крик прервался бульканьем. Упал от рассчетно — на стреломет, который проткнул его насквозь и вышел сквозь грудину.

Клуня метнулась к подушке и достала заколку. Потом села и расслабилась. Из нее выходила горячка боя.

— Молодец, девочка. Теперь соберись и пойдем.

Она встала, и улыбнулась.

— Хозяин, это мы молодцы.

— Молодцы-молодцы. Достань мне еще пару золотых, пожалуйста.

Мы спустились и люди расступались перед нами, вернее перед Клуней. Ведь это именно ее видели выбрасывающей человека из окна. Проходя мимо конторки, я положил перед хозяйкой еще пару золотых

— Ремонт придется в номере сделать. Извините.

— Главное, живы…

Мы вышли во двор. Полицейские и Черные обступили труп. Охрана сына олигарха стояла рядом с ним, не шелохнувшись, хотя и им тоже было явно очень интересно. Сын олигарха, дождавшись нас, подошел к полицейским:

— Какой неловкий человек, сказал он грустно. Споткнулся и напоролся на стреломет.

— В нашем номере еще несколько неловких было. Брились видимо, да руки задрожали. А у моего мужа бритва острая. Ну, зачем, скажите, чужую бритву брать?

— Пойдемте, сударыня, сказал сын олигарха, взяв ее под локоток. Здесь без нас разберутся.

Она удивленно на него посмотрела, и он тут же убрал руку. Территория была обозначена.

— А что у вас за заколка такая, что из-за нее пришлось так рисковать?

— В чем рисковать? Удивилась Клуня.

— Ээээ, чужие люди…

— Ой, да бросьте вы! Легко сказала Клуня. Сын олигарха впал в легкий ступор.

— Кстати меня Андрофен зовут. А Вас? Не нашел он лучшего способа сменить тему.

— Клуня

— А Вашего спутника? Он все молчит…

— Юджин. Он вообще не много разговаривает.

— Так о заколке?

Клуня протянула ему заколку. Тот сначала взял ее в руки с видом богатого человека, берущего безделушку. Но потом его глаза полезли из орбит:

— Судя по камню, она бесценна! Откуда она у Вас?

— Муж подарил

— А кто Ваш муж?

— Так Юджин и есть, наигранно удивилась Клуня

Андрофен вздрогнул, на полшага отошел от Клуни и с явным сожалением отдал заколку. Я про себя усмехнулся.

Мы подошли к кавалькаде автоходов. Надо сказать, шикарных. Они были в виде карет, но с Желтыми двигателями.

— В моем автоходе всего одно место. Ваш муж не будет возражать, если Вы поедете со мной?

— Он — нет. Я — буду. Мы с мужем разместимся в другом авто. Думаю, так будет правильно.

— Клуня, он на тебя запал, мысленно хихикнул я

— Перетопчется. Взрослый парень — пусть руками поработает. Я — Хозная.

Клуня отошла от несчастного Андрофена и полезла в ближайшую машину. Туда же положили мешок с золотом.

— Ты — деревня! Надо было, чтобы я тебе руку подал.

— Так это… В Драконьем гнезде не приучил — вот я и не привыкла.

— Выпорю!

— С удовольствием…

Мы разместились на заднем сидении. Впереди сидел огромный водитель и такой же охранник. Мы поехали. Я решил ей отомстить и наслал на нее оргазм. Сначала тихий, а потом все сильнее и сильнее. Она кусала губы чтобы не стонать, а по ее телу пробегали судороги. Охранник, почувствовав сзади движение, обернулся. Клуня сидела, вытянув ноги, с закушенной губой, а ее руки сжимались в кулачки.

— У вас все нормально?

— Не волнуйтесь, сказал я ему. Это у нее откат такой, когда она человеку в жопу стреломет запихивает, а потом из окна его выбрасывает. Скоро пройдет. Так уже бывало. Я привык.

Охранник громко хрюкнул и отвернулся, а ее кроме оргазма, стал сотрясать еще и хохот. Убойное соединение. Я пожалел ее и убрал оргазм.

— Хозяин! Я больше не буду плохо себя вести! Если бы могла, я бы описалась!

— То-то. Я злой и строгий!

Она взяла мою руку и поцеловала ее, что не укрылось от взгляда водителя в зеркало заднего вида.

Глава 20. Дон Консус. Третья клятва

Минут через 15 мы выехали за город. Что интересно, на этом выходе никакого прибора не было. Я выглянул в окно — мы ехали по потрясающе красивой дороге. Через каждые 50 метров стояли будки с охранниками. Да уж, везде есть свои Рублевки. Еще через 15 минут мы заехали на огороженную территорию и подкатили к большому, аляповатому, на мой вкус, дому. Когда мы остановились, дверь с Клуниной стороны открылась и ей подал руку улыбающийся Андрофен.

— Пойдемте, госпожа. Отец уже ждет.

Он повернулся и, рассчитывая, что Клуня пойдет за ним, направился в дом. Я не спеша вылез, а Клуня осталась стоять на крыльце, чтобы меня дождаться.

Когда я подошел, то мы вместе вошли в услужливо распахнутую перед нами дверь. В холле топтался Андрофен:

— Пойдемте скорее! Мне передали, что отец совсем плох!

Я просканировал парнишку. Похоже, он действительно любит отца. И его вполне устраивал статус местечкового мажора — возглавлять империю отца, вместе со всеми ее проблемами, он не стремился. Мы поднялись на 2 этаж и вошли в огромную спальню. На большой кровати лежал иссохшийся старик. Я просканировал его — в бледно-белом мешке вяло плавал бледный же шарик. Когда-то старик был не плохим Черным. Правда, неавторизованным. Да он и не старик вовсе, просто рак никого не щадит. Более детальный анализ показал, что от его печени действительно практически ничего не осталось, а организм пронизывали многочисленные метастазы. Я транслировал картинку на Клуню и позвал Креону.

— Хозяин, разве можно ЭТО вылечить?

— Креона?

— Не мешай, Любимый, я думаю…

Через некоторое время:

— Можно попробовать, в конце концов сказала Креона. Хорошо, что он был Черным — Клуня будет идеальным проводником. Но понадобится твоя чудесная энергия. Гоните всех, будут отвлекать. Да и зрелище будет не для слабонервных. У нас мало времени!

Я кивнул. Клуня повернулась к окружающим кровать людям, среди которых был доктор, аптекарь, пара телохранителей, естественно сын и еще какие-то люди.

— Мы беремся попробовать. Естественно, без гарантии. Всем выйти, закрыть дверь. Никому не входить.

Телохранитель возразил:

— Мы никогда не оставим своего босса!

А Андрофен сказал:

— Я должен присутствовать. Это мой отец!

Я молча встал и пошел к выходу.

— Вы куда?

— Мы пошли. Либо выполняются все наши требования, либо завтра или даже сегодня готовьте катафалк, сказала Клуня

— Остановите его! Завизжал Андрофен

Один из телохранителей, Черный уровня «высокий», кинулся ко мне, пытаясь остановить. Меня ситуация вдруг так выбесила, что я, поднырнув под его руку, нанес удар открытой ладонью ему в область грудины. Руку сдержал, не пробил насквозь, но человек остановился как вкопанный, а потом молча рухнул мешком на пол. Из его рта и носа пошла кровь. Удара практически никто не заметил, кроме, пожалуй, второго телохранителя, глаза которого просто полезли из орбит. Я посмотрел — его уровень был «опасен». А вот как между мной и людьми оказалась Клуня, не заметил никто. В руке у нее уже был Кнут, кончик которого хищно шевелился. Все замерли, а ее глаза начали желтеть.

— Если еще хоть одна сука дернется, отсюда никто живым не выйдет.

— Клуня, успокойся, следи за внешним видом. У тебя глаза пожелтели. Не обязательно им это знать.

Клуня кивнула и ее глаза пришли в норму. Но кончик кнута шевелиться не перестал.

— У вас три минуты, сказала Клуня. Если здесь после этого останется хоть один человек — мы уходим.

— Ваши деньги у нас! Крикнул Андрофен.

Я так и стоял к ним спиной, оглядывая возможное поле битвы аурным зрением, а вот Клуня просто улыбнулась. Но плохо улыбнулась. Что интересно, мои сгустки были достаточно спокойны, по крайней мере, для сложившейся ситуации.

Первым на наше «предложение» среагировал второй телохранитель. Он поднял руки и сказал:

— Разрешите забрать товарища? Возможно, ему еще можно помочь.

— Заберите, сказал я. Он просто выполнял свой долг. Потом мы ему потом поможем. Сейчас обеспечьте ему покой и холод на грудь. Надеюсь — выживет.

— Я тебя уволю!!!

— Он самый разумный из вас из всех, сказала Клуня. И больше всех любит своего босса. У вас осталось 2 минуты.

Тем временем, телохранитель, поднял товарища на руки. Тот захрипел, и он бросился из комнаты бегом. Оставшись без силовой поддержки, все потянулись к выходу. В конце концов Андрофен остался один.

— Одна минута.

Андрофен сжал кулаки и тоже вышел. Клуня с грохотом закрыла за ним дверь, а я закрыл внутренний периметр серым колпаком.

— Бегом к больному! Сказала Креона. Основные манипуляции пока через Клуню — она Черная. Ты транслируешь и поддерживаешь Серым. Я скажу, когда твоя очередь.

Я кивнул и принял позу для медитации.

— Клуня, высыпи себе на язык драконьи гранулы из флакона и начали.

— Все?

— Все.

Описывать всю операцию не имеет смысла. Клуня, после приема гранул, положила руки на пациента и стала качать. Сначала черным, с примесью драконового запаха. Потом, через меня, зеленым. Изо рта больного полезли кровавые сгустки, бывшие метастазами. Я убирал их. Энергии шло столько, что Клуня покачнулась. Я вкачал в нее Серого, и она продолжила. Потом настала моя очередь. Я вкачивал в пациента Серое, а Креона, при помощи выросших из деревянной постели тентаклей, проткнула живот и восстанавливала разрушенную печень. Потом я заменял исторгнутые пациентом зараженные ткани на новые, примерно так, как мы делали с Сянкой, только в значительно большем объеме. Сколько прошло времени, я не знаю. В конце концов, пациент порозовел, глубоко вздохнул и просто заснул. Мы устало присели на пол.

— Поздравляю, операция уникальна! Если бы я, в свое время, обладала таким ресурсом, сколько бы жизней удалось спасти!

— Но в твое время не было столько онкологии…

— Да, ты, пожалуй, прав. Я подумаю над этим. Ты пока авторизуй его, это твой клиент

— Хорошо.

Я авторизовал Дона Консуса и его Черная аура засияла категорией, в паучьей градации, «очень опасен», как минимум 2 уровня. Слишком много я вкачал в него Серого.

— Клуня, открой дверь

Она тяжело поднялась и открыла створки. В комнату первыми ворвался сын и телохранитель. Они в ужасе смотрели на окровавленную постель, покрытую мерзкими сгустками. Телохранитель первым увидел ауру босса и его глаза удивленно расширились. Андрофен же, не видя аур закричал:

— Что с ним?

— Он спит, устало сказала Клуня. Смените ему белье. Завтра проснется как новый.

Андрофен не поверил и, глядя на нас волком, позвал врача. Тот долго осматривал спящего, потом сказал:

— Это невероятно! Его печень — как у младенца.

Затем он подошел к Клуне и глубоко ей поклонился.

— Сделанное вами — невероятно. Я доложу в академию.

Я едва заметно качнул головой, и Клуня сказала:

— Не надо никуда докладывать, иначе на драконов будет объявлена охота. Ничем хорошим это не кончится…

Врач, кстати неплохой Зеленый, склонил голову.

— Хорошо. Но я сам хотя бы могу все осмотреть и изучить?

— Вы — да.

Следующим к нам подошел телохранитель и тоже поклонился:

— Спасибо Вам за босса.

— Второй телохранитель жив?

— Пока да. Но плох…

— Пойдемте, мы, как обещали, ему поможем. А потом мы хотели бы отдохнуть.

Телохранитель посмотрел на стоящего в ступоре Андрофена. Тот, после сказанного всеми, только коротко кивнул.

— В гостевые, на третьем этаже, сказал он.

Тем временем горничные уже меняли белье, а врач внимательно следил, чтобы ни один из исторгнутых сгустков не пропал.

Мы пошли за телохранителем. Он привел нас в небольшую комнатку, где на постели хрипел напавший на меня.

— Выйдете, сказала Клуня.

Он тут же вышел. Поскольку повреждения нанес я, не потребовалось даже помощи Креоны. Клуня наложила на него руки и я, через нее, все поправил. Не хотелось качать в него серое. Но и без этого, его уровень немного вырос. Человек перестал хрипеть и тут же заснул. Мы вышли. Телохранитель ждал снаружи

— Ну как?

— Все нормально. Завтра уже может начать восстанавливать форму.

— Спасибо. Мы с ним вместе уже 15 лет работаем. Я его семью знаю. Пойдемте, я покажу вам ваши комнаты.

Клуня удивилась:

— Комнаты? Раздельные? Нам достаточно одной

— Андрофен сказал…

— В жопу твоего Андрофена.

Телохранитель про себя улыбнулся.

— Как скажете. Я обязан был предложить.

Мы поднялись на третий этаж. Телохранитель открыл одну из комнат:

— Посмотрите пожалуйста, устроит ли?

Клуня зашла и огляделась:

— Вполне. Спасибо.

Он тихо вышел. Я зашел и проверил комнату на предмет прослушки. Ожидаемо — две трубы. Я их заткнул.

Клуня подошла ко мне и обняла:

— Хозяин, подпитайте меня, пожалуйста. Совсем без сил. Лечить труднее, чем убивать.

Мы услышали смешок Креоны.

Я аккуратно раздел ее, сняв все. Она доверчиво прижималась ко мне, пытаясь, по-моему, уже стоя заснуть на моем плече. Потом я отнес ее в ванну, помыл и уложил в постель. Она улыбнулась и мягко начала проваливаться в сон. Легла на спину и ее коленки услужливо разошлись, приглашая меня. Я долго смотрел на нее, наслаждаясь ее видом, открытостью и доверием. Потом тихо вошёл в нее, опираясь на локти и колени, чтобы она не чувствовала моего веса и начал мощно качать. Она лежала как кукла, не шевелясь. Принимая меня, тихо улыбалась во сне. Это было так чудесно, что я мощно в нее кончил, только в этот момент почувствовав ее отклик. Потом я лег рядом и, жалея, что не могу заснуть, ушел в медитацию.

Вышел из нее от чувства прикосновения ее языка. Он нежно облизывал соски моей груди. Открыв глаза, увидел ее шалый взгляд:

— Уже утро! Мне снился чудесный сон

— Эротический?

Она сделала вид, что задумалась

— Да. Вполне.

Она перекинула через меня ногу и, аккуратно обхватив пальчиками член, ввела его в себя.

— Хозяин… прошептала она, опускаясь.

Она скакала на мне минут 40. В конце концов, я перевернул ее и поставил в коленно-локтевую позицию. Повинуясь моему желанию, она вырастила хвост, за который я схватил и стал натягивать ее, увеличив диаметр члена. Она зарычала по-звериному и выпустила шерсть и когти. Когда наконец я кончил, войдя на всю глубину и введя ее в состояние между болью и наслаждением, она, в очередной раз с диким криком кончила, вцепившись когтями в подушку и разорвав ее. По комнате полетел пух и перья.

Мы лежали, обнявшись. Шерсть и когти давно втянулись. Я снял с ее носа прилипшее перо.

— Тебе нельзя воровать кур — спалишься, сказал я.

Она замурчала и прижалась.

— Я голодная, как тысяча драконов, сказала она.

Мы помылись и стали одеваться. Когда Клуня одела кольчугу, я опять залюбовался игрой ее светотени. Удивительно ее вещь. Мы вышли из комнаты и нас почти сразу встретил Андрофен. Поскольку я настроил серый экран утром так, чтобы звуки, хоть приглушенно, но доносились, он вполне насладился нашим с ней утренним «общением». Извращенец. Я, всеми силами, пытался не допустить конфликта.

— Здравствуйте, сказал он. Отец сегодня в первый раз за много дней попросил поесть. Спасибо вам! Пойдемте, завтрак уже накрыт. Я без вас не садился.

Мы вкусно поели. Андрофен, после завтрака, обратился ко мне:

— Юджин, Вы позволите показать Вашей жене наши владения?

Я равнодушно пожал плечами.

— Если она сама захочет, я не против

Клуне же ментально сказал:

— Посмотри. Может быть, будем их использовать как базу. А заодно объясни сопляку, что ему с тобой не светит. Не хочу сворачивать ему шею.

Она мило мне улыбнулась, а Андрофен напряженно вглядывался в наш безмолвный диалог.

— Пойдемте, сказала она ему.

Он прямо расцвел.

Они вышли. Я пошел на веранду, сел в удобное плетеное кресло и подключился к Клуне, чтобы слышать их диалог. Сначала была пустая болтовня, а потом Андрофен задал вопрос, видимо мучавший его все это время.

— Клуня, что бы Вы сделали там, в комнате, если бы я продолжал настаивать, что останусь?

— Мы бы ушли.

— А если бы я захотел Вас задержать?

— Убила бы всех.

— И меня?

— А чем ты лучше других?

Молодец, девочка. Он аж поперхнулся. Потом, помолчав, спросил:

— А что, Ваш муж не мог сказать или сделать это сам?

— Ты не понимаешь, наверное. Я бы сделала это из гуманности. Вы, вообщем-то, не сделали нам ничего плохого. Понятно — эмоции. Если бы это сделал он, то многие из вас, ты в частности, молили бы его о своей смерти. И не факт, что он бы вам ее быстро подарил. Ему и так не очень нравится твое со мной заигрывание. Хорошо, что между мной и им полное доверие.

— Но Вы мне нравитесь…

— Не могу тебе ничем помочь, кроме того, что попрошу мужа тебя не убивать. Но, при этом, я не могу тебе ничего гарантировать. Я с ним это обсужу.

— Почему Вы его так боитесь?

— Я его не боюсь. Я его люблю. Хотя, да, и боюсь.

— Вы?! Вы же такая… Такая сильная, такая крутая! Что он может с Вами сделать?

— Все, что захочет. В любой момент. Я ничто рядом с ним.

— Я думаю, Вы преувеличиваете…

Она явно пожала плечами

— Проверь. Только, прежде, чем начнешь, вспомни что он сделал с одним из телохранителей твоего отца. Не худшим, замечу. Напомню тебе, он просто не хотел его убивать. Человек не был виноват, что выполнял твою глупую команду. И, по большому счету, именно ты виноват в том, что он сейчас при смерти. Вообщем, думаю, не нужны тебе проблемы. Я не твоя женщина и никогда ей не буду. Ты — молодой красивый парень, мне не кажется, что у тебя недостаток женского внимания. Тем более, учитывая положение в городе твоего отца. Твоя жизнь в твоих руках, но ты же не хочешь создать проблем отцу?

— Ой, да ладно! Ему их создашь… Он сам, кому угодно их создаст.

— Ну-ну. Хочешь проверить — я все равно не смогу, да и не буду разубеждать.

— А если Ваш муж скажет Вам меня убить? Сделаете?

— Тут же и не раздумывая. Так же, как и сделаю это, если почувствую от тебя угрозу ему. И спрашивать у него не буду. Но потом обязательно ему расскажу.

Они надолго замолчали.

— Пойдемте, я покажу Вам нашу усадьбу

В этот момент подошел телохранитель и я поставил Клуню в «дежурный режим»:

— Уважаемый Юджин, Дон Консус просит Вас подойти к нему. Он очень извиняется, поскольку не может сейчас подойти к Вам сам, так как еще очень слаб.

Я поднялся и пошел в уже известную мне комнату. По дороге спросил?

— Как товарищ?

— Все хорошо, спасибо Вам. Отдельное спасибо от его жены. Сегодня он уже был на тренировке. Я думаю, он сам Вам все это скажет.

Мы подошли, и он открыл передо мной дверь. Я вошел. На кровати сидел, опершись на подушки совсем другой человек. И хотя его волосы были седы, он совсем не создавал впечатление старика. Другое дело, что он еще был худ и слаб. Но это дело наживное. Зато его аура сияла и переливалась просто первозданной чернотой, поражая своим качеством и размером. Рядом с кроватью стоял доктор.

— Покиньте нас, сказал Дон. Дверь закрыть, никого не пускать.

Доктор с телохранителем вышли. Мы немного помолчали.

— Как Вы себя чувствуете? спросил я

— Спасибо, намного лучше, улыбнулся он. Пока еще слаб, но…

— Мой Вам совет — не надо жалеть себя. Начинайте вставать, потом ходить, а потом займитесь тренировками с Вашими телохранителями. Думаю, Вы, с Вашим теперешним уровнем, быстро станете не учиться, а учить.

Он согласно наклонил голову:

— Я учту Ваш совет. Так и поступлю. Но я не об этом хотел поговорить. То, что Вы для меня сделали — бесценно. Те 15 тысяч, которые Вы взяли за препарат — ничтожно малая часть моей благодарности. Вы ведь не только вылечили, но и изменили меня. Я всегда знал, что я Черный. Но то, что я представляю из себя сейчас — мне даже не снилось. Зачем Вы это сделали?

— Дон Консус. То, что я сейчас Вам скажу, выходит за рамки обычного понимания. Я думаю, Вы могли убедиться в моих возможностях. Но это мелочи. На самом деле все значительно сложнее. Мне более 800 лет. Длительное время я находился в состоянии, когда мог только заниматься саморазвитием. И, поверьте, я не терял времени даром. Вы же помните из истории Фрику Златовласую?

— Золотой век Империи? Конечно.

— Это был мой адепт. Тогда Вашему миру угрожала страшная опасность и я был вызван сюда из другого мира, где весьма успешно до того боролся с ней. Кем вызван — не спрашивайте. Эти силы нам с Вами неподвластны. Почему я смог освободиться именно сейчас? Не знаю. Но, по всей видимости, враг опять пытается авторизоваться. Я сейчас нахожусь в процессе сбора информации. Власть, поверьте, меня не интересует. А деньги — это просто инструмент для решения части задач, не более.

Его глаза загорелись неподдельным любопытством:

— А кто еще был Вашим адептом?

— Креона О Брайн

— Основательница медицинского университета?! Та, чье имя он носит?

— Да. Кстати, именно благодаря ей Вы живы

— А еще?

— Кентакка Надирская…

— Основатель СБ и Столичной Школы Надирских стрелков?

— Да. Она. Кстати, про Надирских стрелков — это я придумал. Не было их до того.

— Серьезно? Ну дела…

— Вот как-то так.

Он надолго замолчал, что-то обдумывая.

— Я так понимаю, что Клуня, про которую мне все уши Андрофен прожужжал, тоже Ваш адепт?

— Да. Но совершенно другого плана. Она — идеальный убийца. Так что скажите сыну, пусть найдет другой объект для ухаживаний. Он еще жив только из-за моего уважения к Вам, а ее ко мне. Для нее вообще нет никаких других авторитетов.

— Вот дурень похотливый!

— Если бы не он — мы бы с Вами не встретились. Он непутевый, но действительно Вас любит.

Мы опять замолчали. Дон Консус поерзал на своей постели.

— Скажите, Юджин, а что нужно, чтобы стать Вашим адептом?

— Только искреннее желание и клятва, которую человек никогда не сможет нарушить — клятва полного подчинения. Я не инструмент достижения власти, скорее наоборот. Ни один из моих адептов не хотел ее. Это следствие. На самом деле они просто делали то, для чего были предназначены. Их имена остались в истории не из-за меня, а из-за того, что они были великими людьми. Но любой из них, не задумываясь, отдал бы за меня жизнь на любом этапе своего карьерного роста. Это, мне думается, связано с тем, что моя задача — уничтожение такого зла, которое погубит этот мир. И мелкие человеческие дрязги в виде власти, денег, любви или ненависти перестанут иметь какое-либо значение. Они служили не мне, а идее, инструментом которой я являюсь.

— Зачем Вы все это мне рассказываете? Вы же рискуете?

— Ничуть. В моих силах сделать так, что вы все это забудете. Причем, так хорошо, что ни под какими пытками не сможете ничего вспомнить.

Он вздрогнул. Потом задумчиво сказал:

— Кажется, я понял. Моя старая жизнь умерла. Вы подарили мне новую. И она мне уже не принадлежит. Так что я готов принести Вам клятву. Что надо говорить?

— Подумайте. Вы знаете слова.

Он наморщил лоб, а потом сказал:

— Я, Консус Авинус, именуемый Доном Консусом добровольно приношу Вам клятву полного подчинения. У него в руках появилась черная свеча и тиара с большим черным камнем на голове.

— Я, Юджин Серый, принимаю твою клятву, Консус Авинус.

Свеча немедленно сгорела. Консус снял тиару, еще слабыми пальцами выковырял камень и отдал мне. Камень тут же впитался в ладонь.

Он откинулся на подушку.

— Знаете, Юджин, а стало легче. Что я теперь должен делать?

— Выздоравливать. И набирать форму. Потом надо будет выдавить из города бандитские группировки, желающие охотится на драконов. Кстати драконы — мои большие друзья. Те препараты, которые мы принесли, сделаны ими самими, из дракона, убитого на поединке. Думаю, Вам теперь по силам получить эксклюзив на реализацию препаратов, а уж ими я Вас обеспечу. Ну и мне нужны Ваши связи в Луганге. Там моя следующая остановка.

— Это все без проблем. А можно мне с ними познакомится? С драконами?

— Почему нет? Но нетренированному человеку туда сложно добраться. Так что хватит филонить и изображать из себя умирающего

С этими словами, я взял его за виски и вкачал огромную порцию Серого. Глаза у него закатились.

— Любимый, опять ты торопишься! Он еще слаб!

— Прости! Виноват! Не подумал.

— Ладно, клади ему руки на голову — я его поправлю.

Я опять положил руки и в голову Дона Консуса пошел мощный поток Зеленого. Через несколько минут он открыл глаза, и я убрал руки.

— Ого! Только и сказа он, глянув на свою ауру. Он стал «очень опасным» третьего уровня.

— Я сейчас наложу на Вас маскировку. Визуально Вы для всех станете таким, как прежде. А по факту — нет. Кстати, Вам не предлагали поставить метку?

— Предлагали. Да я их послал. Я уже был болен и к тому же, не авторизован. Поэтому они и не настаивали. И на моих телохранителях тоже хотели поставить — я не разрешил. Но я понимаю, что они еще придут. А что, это плохо?

— Нет, наоборот. Эта метка имеет невидимые для существ этого мира, нити управления. Я не уверен, что через нее можно что-либо слышать, но вот убить носителя можно в любой момент.

— А что делать?

— Я поставлю качественный муляж. Все, кроме нити-убийцы. Ну и подправлю в личных данных что-то, если нужно. Но это мы сделаем завтра. А теперь пора вставать. Ваши люди должны Вас увидеть.

— Вставать?

— Конечно.

Он опасливо встал на ноги. Они дрожали, но уже вполне сносно его держали. Он залихватски, по-мальчишески, улыбнулся

— Да, Дон Консус. Следите за доктором. Его переполняет желание поделиться увиденным в Университете, а это может вызвать ненужные толки.

— Его в расход?

— Не думаю. Если только он не наделает глупостей. Вы же сумеете его убедить в этом? А так он хороший доктор.

— Конечно, хищно улыбнулся Дон.

Я успокоился — этот сумеет.

Консус доковылял до двери и распахнул ее

Не него изумленно уставились ждавшие его люди. Первым опомнился доктор:

— Немедленно в постель! Минимум месяц лежачего режима! Это…

Дон глянул на него так, что тот замолчал на полуслове.

Вечером, во время ужина, Глава клана занял причитающееся ему место за столом. Нас с Клуней посадил по правую руку, а сына по левую. Тот было пытался пересесть рядом с Клуней, но отец отвел его в сторону и что-то сказал. После этого Андрофен стал с нами сама вежливость.


Глава 21. Ночь длинных ножей

Вечером, уже в комнате, я сказал Клуне:

— Не хочешь навестить людей, приславших к нам убийц? Ты же считала одного из них

Ее глаза хищно загорелись.

— Хозяин, когда вылетаем?

— Да хоть сейчас. И, я думаю, ты вполне можешь сделать это не в человеческом обличии. Оставь кого-нибудь в живых, чтоб рассказал.

Она быстро разделась и отрастила шерсть. Единственное, что сняла с сожалением — это бодик. Кнут, по-моему, не спрашивая, обвился вокруг ее талии. Я глянул на нее — блин, просто мурашки по коже. Демон из ночных кошмаров или из японских мультиков. Ее глаза светились в темноте желтым и явно работали сразу в двух диапазонах. Я сел в позу лотос, прихватил с собой теплый плащ на обратную дорогу, и мы вылетели в окно. Створки я прикрыл, чтобы не было видно, что нас нет. У нее в голове был адрес трех «малин». Первая — дом главаря и две, где, в основном, и жили боевики. Кстати, их основу составляли уголовники. Но были и Черные.

— Давай начнем с главаря?

Она кивнула.

Минут через 10 мы подлетели к огромному дому. Вокруг ходило человек 10 вооруженных охранников. В аурном диапазоне было видно еще двоих Черных, притаившихся со стрелометами на крыше. Я высадил ее перед забором. Внимательно на него посмотрел и увидел по верху охранное заклинание. Не очень умелое, но добротное. Я дезактивировал его.

— Давай, девочка. Я подстрахую, если что. И вот что: перед тем, как решишь главаря, считай его, ладно?

Она кивнула и черной тенью метнулась через забор. Я наблюдал за ней в аурном диапазоне. Ее скорость и грация просто поражала. Ни одного лишнего движения. На каждого — не более одного удара. Прежде чем взбежать по стене дома на крышу — она сняла с земли одного из Черных кнутом, высоко подпрыгнув, чтобы достать. Второго она обезглавила пока тело первого еще не успело упасть. Затем она спустилась по стене и нырнула в одно из окон. Я мог следить за ней в аурном диапазоне. Заскальзывая в каждую комнату, она перерезала когтем горло спящим там людям. Всем. Мужчинам, женщинам, детям. Членам семьи и прислуге. Оставила напоследок только комнату, в которой спал хозяин с, как я понимаю, любовницей. Ее она убила сразу, а вот на него запрыгнула верхом. Он дернулся и попытался крикнуть, но она аккуратно проткнула ему горло в районе связок. Затем деловито ввела пальцы в глаза и считала, а потом, выверенным движением, обезглавила его. Потом метнулась к выходу и уже через секунду была передо мной. Единственное, для чего задержалась — одеть его голову на ограду забора.

— Хозяин, здесь все. Полетели.

Я удивился. Находясь в этой ипостаси, она не только не ведала сомнений, а и просто получала удовольствие, явно на грани оргазма. При этом ее аура под маскировкой клубилась Черным. Да уж… Кстати, градаций для такого уровня аур в паучьем лексиконе не было и близко.

Мы перелетели к одной из «малин» — небольшому, отдельно стоящему домику. В нем, как я понимаю, были уголовники. Там все было еще проще — практически не было никакой охраны, а все обитатели валялись пьяными. Некоторые с проститутками. Там вся операция заняла не более 3 минут.

— Полетели, Хозяин.

Мы подлетели к следующей «малине». Тоже отдельно стоящий домик. Она хотела спрыгнуть, но я ее остановил.

— Успокойся. Присмотрись, здесь только Черные. Обдумай тактику.

Я взял ее за виски и подключил к своему зрению. По понятным причинам оно было значительно более ярким и детальным.

— Смотри и запоминай.

Итак, их 15 человек. Трое дежурят. Уровень низкий или средний. У восьмерых ярко выраженные аурные сгустки, которые совершали сумасшедшие танцы. Их хозяева, естественно, проснулись и схватились за оружие. Потом они, разбудив остальных, рассыпались по дому, вооружившись стрелометами и схоронившись по разным углам.

— Что думаешь?

— Буду работать на сверхскорости. Их расположение и вооружение я запомнила.

— Может, ножи мои возьмешь?

Она задумалась:

— Нет, когтями сподручнее.

— Подожди, я заклинание сверху дезактивирую. Теперь вот что: Представь меня и представь, что я беру тебя в защитный кокон.

Она закрыла глаза, ее ошейник-охранник вдруг ожил и вокруг нее образовалась тонкая серая пелёночка из ее резервного серого мешка. Отлично! Умничка! Теперь я за нее не боялся. Думаю, что получилось у нее это только на том уровне адреналина, который в ней сейчас был.

— Запомни это состояние и не выходи из него, пока не закончишь. А теперь иди.

Она метнулась через забор. Я, я(!) с трудом наблюдал за ее перемещениями. А Черные ее просто не видели. Выстрелить сумел только один из них. Тот, у которого были самые развитые аурные сгустки. Ориентируясь именно на них, а не на зрение, он это и сделал. Она сумела пригнуться и выстрел прошел мимо. Вообщем-то, я не боялся попадания — защитная серая пелёночка выдержала бы, да и шерсть ее хорошо предохраняла, но хорошо, что она решила эту задачку по-другому. Поскольку он был последним, его она считала. Своим обычным бесчеловечным образом. Все заняло секунд 30, наверное. Потом она, перейдя со сверхскорости в обычный режим, поставила каждый труп в коленно-локтевую позицию и воткнула каждому в анус его стреломет. Фирменный, блин, стиль.

Она подскочила ко мне

— Хозяин, я знаю, где остановились охотники. Давай и их тоже? Они же мою Уяхату враз на органы пустят!

— А не много тебе на один сеанс?

Она хищно облизнулась своим потрясающим языком:

— Добычи много не бывает.

— Ну что же, давай. Этот город эту ночь не забудет. Полетели.

С охотниками все получилось значительно проще. Охраны у них не было, волшебников тоже. Закончилось все тем, что 21 голова, нанизанная каждая на свою черную стрелу, была прислонена к забору возле домика, который она снимали.

— Полетели обратно, скоро светать будет.

Она села на меня, и мы двинулись домой. По дороге она превратилась в красивую доверчивую любящую девочку. Когти и шерсть втянулись, а глаза приобрели нормальный цвет и форму. Я немедленно обернул ее плащом, чтобы не замерзла и прижал к себе. Она вся сжалась в комочек.

— Хозяин, убийство, как оргазм. Это наркотик. Сделайте так, чтобы я погибла, если с вами что-то случиться, иначе меня не кому будет остановить. Я это чувствую.

— Хорошо.

Я обнял ее и прижал к себе. Мы залетели в наше окно. Через некоторое время ее начало колотить.

— Любимый, она впитала ауры убитых Черных и теперь пытается их переработать. Вообще говоря, это не самая полезная «пища». Среди них не было достойных людей. А теперь их личности пытаются оказать на нее воздействие.

— Креона, что делать будем?

Она задумалась.

— Попробуй поработать с ее Охранником. Он же серый.

Я кивнул, положил на него руки и немного изменил, опять наполнив энергией под завязку.

— Ты теперь отвечаешь еще за ее психическое здоровье.

— Понял, Хозяин…

После этого он заработал как мощный фильтр, протягивая через себя ее ауру. Он впитывал в себя весь негатив, а ее аурное заполнение после него было иссиня-черным, спокойным и абсолютно однородным. При этом он ощутимо нагрелся. Я опять наложил на него руки и, уйдя в глубокий транс, перенастроил его так, что весь отфильтрованный им «зловонный» аурный мусор преобразовался в мою темно-серую энергию, еще увеличив его запас.

За окном было уже утро. Клуня сидела, размеренно раскачиваясь. Я обнял ее и уложил в постель. Она, сквозь сон, улыбнулась и отключилась, а я опять ушел в медитацию, пытаясь обдумать и систематизировать новые знания. Потом я «вернулся» с полным пониманием новой настройки всех Охранников.

Клуня еще спала, посапывая, а я решил пройтись. Когда вышел — увидел Дона Консуса, делающего приседания.

— Доброе утро! Сказал он. Вот следую Вашим указаниям — тренируюсь. Пока только приседания.

— Молодца. Сегодня будет интересный день. Пошлите срочно в город гонца за новостями. Думаю, их будет много. После завтрака мы обсудим нашу новую политику.

Он кивнул и подозвал одного из своих телохранителей, стоящих рядом. Тот кивнул и убежал.

Через некоторое время я вышел на завтрак. Клуню решил не будить. Когда все расселись за столом, Дон спросил:

— А где наша красавица?

— Она еще спит. Уморилась за ночь.

— Я могу отнести ей завтрак! Сказал Андрофен.

Во мне всколыхнулась огромная серая ярость. Ее почувствовали все адепты.

— Тише-тише Любимый… Он просто влюбленный мальчишка. Не стоит. Это голос Креоны.

Краем глаза заметил тень, промелькнувшую около окна — Клуня в зверином обличии.

— Все нормально, девочка. Иди в комнату, оденься и выходи к нам. Укрась наш стол. Он просто дурак.

— Я могу не сдержаться…

— Что удивительного, что пустой болван влюбился в такую красивую умную женщину, как ты? Меня и завело-то это только из-за того, что я тебя люблю. Я не прав…

Вдруг меня просто окатило ее огромной всепоглощающей любовью.

— Хозяин… Люблю… Все, я пошла одеваться!

Дон Консус же сильно вздрогнул, а его аурные сгустки пришли в неописуемый тревожный танец. Причем, когда мелькнула тень Клуни, рисунок сложился в картинку «смерть». Он мгновенно побледнел, но невероятным усилием воли взял себя в руки. Потом он излишне аккуратно положил вилку и сказал:

— Сын, можно тебя на минутку на разговор?

Тот удивленно на него посмотрел. Они вышли из-за стола и отошли в коридор, за угол. Послышались какие-то резкие слова, а потом звук звонкой пощечины. Вернулся за стол Дон уже один.

— Юджин, примите извинения за сына. Он пошел собираться — давно же хотел навестить тетку на юге. Вот и поедет сегодня, от греха подальше.

Я кивнул, совершенно успокоившись. Через пять минут перед нами появилась сверкающая и просто горящая внутренним светом, Клуня. Она изменила прическу, а ее великолепные волосы были подколоты заколкой.

Дон, увидев ее, встал и поцеловал ей руку:

— Клуня, Вы сегодня просто прекрасны. Завтрак без Вас был как пасмурное утро.

Она весело присела напротив меня. Пока несли еду, она связалась со мной:

— Я не ослышалась?

— Нет. Совершенно не ослышалась. Или ты про то, что тебе давно пора изменить форму кисточки на конце хвоста? Тогда да — ослышалась. Та, что есть, меня вполне устраивает.

Она просто расцвела улыбкой.

— Как же легко мы, женщины, лечимся… произнесла Креона.

В это время к Дону подошел человек и что-то зашептал. Его лицо вытянулось, и он взглянул на нас

— Что, всех нашли? Спросил я

— Да. И банда Кривого, и Охотники. В полном составе. Как закончите завтракать — жду вас в своем кабинете. Мне, в сложившейся ситуации, надо отдать срочные распоряжения.

Я кивнул. Доели мы уже с Клуней вдвоем.

— Пойдем к Дону?

Она легко вскочила и крутанулась как девчонка, всколыхнув полы юбки

— Летать хочется! Сказала она

Мы поднялись на второй этаж. Кабинет был рядом со спальней. Перед дверью стоял тот телохранитель, которого я лечил. Он стоял с каменным лицом, а мимо него то и дело проскакивали в кабинет и выскакивали из кабинета какие-то люди. Увидя нас, он остановил какого-то гонца.

— Придешь позже.

— Так Дон просил…

Он ничего не сказал, а его лицо стало как кусок гранита. Посетитель просто испарился. Затем он подошел ко мне, встал на одно колено и поцеловал мне руку.

— Спасибо. Я должен Вам одну жизнь. Свою. Она — Ваша.

Я положил на его голову руку и качнул серого. Совсем чуть-чуть, но он покачнулся, а затем остро на меня посмотрел.

— Надеюсь, что этого не понадобится. Но твоя плата принята.

Мы прошли в кабинет. Около большого стола, за которым сидел Дон, стояло три человека, которым он отдавал различные распоряжения. Увидев нас, сказал:

— Всем ждать в коридоре. Я позову.

Люди, обходя нас стороной и опасливо косясь, вышли.

Дон встал:

— Я так понимаю, Вы в курсе?

Я закрыл кабинет серым колпаком изнутри.

— Клуня, он наш. Покажи ему Зверушку.

Она ослепительно улыбнулась и легким движением скинула платье, оставшись только в бодике. А потом, почти мгновенно, стала тем существом, которое убивало сегодня ночью. Аурные сгустки Дона, не смотря на его теперешний уровень, просто сжались. Он вздрогнул и застыл с поднятой в жесте рукой, боясь пошевелиться — Клуня, а вернее Зверушка, смотрела на него холодным желтым взглядом и спокойно ждала команды на его уничтожение, явно рассчитывая варианты нападения.

— Достаточно, сказал я и она превратилась обратно в Клуню. Только царапины от когтей на полу остались.

Она грациозно наклонилась к лежащему платью и одела его.

Дон сел так, что кресло скрипнуло

— Понятно…

— Теперь Вы понимаете всю тщету ухаживаний Андрофена?

— О да. Не обсуждается. Хорошо, что он уже уехал и спасибо за то, что отпустили его. Думаю, он у тетки годок-другой поживет…

— Давайте к делу, Консус. Сейчас идеальный вариант для того, чтобы Вам выкупить эксклюзив на драконьи препараты. Если нужен нал — у нас целый мешок. Черные не сунутся — в банде их было аж 15 штук и их это не спасло — все уничтожены и весьма цинично. Я бы на их месте сейчас кучковался и вычислял угрозу, а не делил сферы влияния. Полиция не сунется, по этой же причине. СБ в вашем захолустье, как я понимаю, нормального нет. Наверняка, просто филиал о три человека. Вашего влияния хватит?

— Вполне. Я уже предпринял необходимые шаги. Представительство СБ действительно маленькое. Расположено рядом с дворцом Наместника.

— Отлично.

— У дочери Наместника псориаз. Есть что-нибудь? Если мы ее вылечим — проблем вообще не будет. Он бумагу через Столицу враз протащит.

Я связался с Креоной. Она ответила:

— Это без проблем. Ерунда. Вылечим. Я тебе скажу, что надо взять. И рецепт мази дам

— Спасибо.

— Да, Консус, все есть. Нам надо только все привезти. Можете человеку обещать. Что по нашим делам?

— В Луганге Вас уже ждут. Предупредите, когда собираетесь быть там — Вас встретят. Деньги для Вас в Имперском банке на обезличенном счете. Вот коды — он протянул бумажку. Клуня взяла ее, посмотрела и отдала ему обратно.

— Денег хватит на все, если Вы только не соберетесь купить Императорский дворец. Да и на него, думаю, теперь хватит. Только о таких тратах желательно предупреждать заранее. Что еще?

— Нам нужны документы, на то, откуда мы появились

Дон задумался

— Да, сделаю. Будете родом отсюда. Клуню можно записать, как мою дочь. Дело в том, что у Андрофена была сестра, но год назад произошел несчастный случай — она и моя жена, их мать, погибли. Я это не афишировал. После этого, кстати, меня и прихватило. Невы, знаете… Я с ней почти 30 лет прожил вместе.

Мы помолчали. Потом Дон спросил:

— А можно сделать так, чтобы дочь Наместника не вылечилась, а подсела на препарат? Так мне будет проще им управлять

Креона хихикнула

— Да вполне, сказал я. Кстати, мне надо поставить Вам и Вашим телохранителям метки. А заодно подумайте, какую информацию о себе Вы хотите изменить. Если что, скажете, что к Вам приезжало СБ из Столицы. По моему опыту, ведомства свои филиалы не всегда ставят в курс дела.

— Это да… Когда ставить будем?

— Да хоть сейчас. Начнем с Вас. Снимите рубашку

Он разделся, и я поставил на него «солнышко». Черный уровень — «Рядовой. Отказался от авторизации». По фактам рождения-проживания-образования и другого, написал все как он продиктовал. Не комментируя. Ему виднее.

— Юджин, как думаете, про отсидки писать?

— Думаю, да. Это же известный факт, к тому же, Вы известны в городе, совсем не как учитель пения.

Он усмехнулся, и я написал про две уголовные статьи. Потом он позвал обоих телохранителей. Их ауру, кстати, я притушил до того уровня, что был до моего прихода. Они оба сняли рубашки и встали перед Доном на колени. После того, как их метки были сформированы, я попросил Дона приложить к ним руку и подстроил их.

— Что это?

— Тест на лояльность. Теперь Вы сможете их дистанционно уничтожить в случае предательства. Ну и узнаете о нем своевременно, естественно.

Оба телака смертельно побледнели, а Дон спросил:

— Я должен чего-то бояться?

Вдруг старший из телохранителей подпрыгнул, выхватил нож, висящий на поясе и попытался им замахнуться. Но тут-же упал — у него из шеи торчал декоративный ножик для резки бумаги. Клуня подошла, деловито встряхнула руками, отрастила на больших пальцах когти, а потом считала его в своей обычной манере, пока он был жив. Поскольку он лежал на животе, головой к Дону, второй телохранитель не видел, как она это сделала. Просто услышал неприятный хруст и увидел брызги выдавленных глаз. Затем она чуть нажала и прекратила его мучения. Аккуратно, втянув когти, вытерла руки о его одежду, встала и опять заняла место пай-девочки за спиной у всех в дальнем углу стола.

— Этот стучал в Черное управление, сказала она. Но про нас, а также — она посмотрела на побледневшего как смерть второго телохранителя, про него рассказать не успел. Ждал развития событий. Сегодня собирался идти.

— С-с-с-ука, прошептал Дон. А этот?

Я вгляделся в оставшегося. Того, которого лечил.

— Этот чист и предан, сказал я. Он тоже в шоке — они дружили.

Когда все оделись, Дон вызвал трех человек. Они зашли и встали, косясь на труп.

— Скормить его свиньям, он стукач, коротко сказал Дон.

Трое подняли тяжелое тело и ушли. Вопросов никто не задал. За ними, чуть покачиваясь, вышел второй телохранитель.

— Ну и дочка у Вас, Дон Консус. Ей лишь бы в живого человека чем-нибудь тыкнуть.

Дон вымученно улыбнулся.

— Пойдемте, прогуляемся по саду, пока у меня в кабинете приберутся. Мне надо подышать свежим воздухом. Если бы вы знали, от какого говна я его в свое время отмазал!

Когда мы втроем вышли, Дон спросил:

— Юджин, а я смогу ставить такие метки на своих людей?

— Не такие, но сможете. Потом — сейчас Ваших сил недостаточно. Я Вас научу, как будете готовы.

Он кивнул.

Придя домой, я внес в клеймо Клуни и Дона некоторые изменения. Теперь она проходила его дочерью.

Глава 22. Добрые дела. Нася — знакомство

Вечером я связался с Доном:

— Консус, несколько дел. Во-первых, Клуня теперь Ваша дочь по метке. Сделайте ей официальные документы и обеспечьте, чтобы Ваши люди это подтверждали. Во-вторых, сегодня мы покинем Ваш дом. Я постараюсь в ближайшее время доставить препараты. Подготовьте нам, пожалуйста, другую комнату побольше, в отдельном флигеле. Думаю, мы прибудем, как минимум, втроем. И, в-третьих, пусть нам принесут несколько сумок.

Он явно вздрогнул:

— Как Вы со мной связались?

— Как и с любым из своих адептов. Кстати, вы все тоже можете связываться друг с другом.

— Хорошо. К Вашему появлению все будет готово, не волнуйтесь.

— Еще: приготовьте лабораторию для фасовки препаратов по флаконам и несколько писарей — писать инструкции. По системе доставки учить Вас не буду. А вот по системе продажи — подумайте. Может, имеет смысл проводить такие аукционы, как это сделали мы? Но, Вам виднее, Вы отвечаете за этот участок работы. Единственное, на чем я настаиваю — жесточайшее уничтожение любых охотников на драконов, а также, в случае их возможного успеха в деле добычи — предотвращение альтернативных каналов поставки.

— Неделя у меня есть?

— Да, конечно. Никак не меньше.

— Лаборатория будет. Каналы доставки — тоже. Склады в Луганге и других городах есть. Все наши каналы по борьбе с конкурентами — задействуем. Я, кстати, уже связался и с Черным и с Полицейским управлениями. И там, и там есть правильные людишки. Если мы получим официальный статус — они создадут для решения наших задач специальные подразделения. Так будет намного проще.

— Отлично. Исходники для первой партии препаратов в нашей комнате, в сумке рядом с мешком с деньгами. По вопросам рецептов приготовления и свойств исходных материалов с Вами свяжется Креона. Это одна из моих базовых ипостасей. Она будет передавать рецепты Вам, а Вы уже аптекарю или еще кому сочтете нужным. Напрямую связи между ею и неавторизованными мною людьми не будет. Понимаю, что это не Ваша функция, но пока так.

— Понял.

Потом связался с Креоной:

— Такими темпами Антрацитовый быстро кончится. Что будем делать?

— Я уже подумала, хмыкнула она. Медицина — циничная штука. В дерьме драконов потенциально содержится огромное количество препаратов. Несколько из них я уже знаю, как получить. Над остальными — думаю. Я скажу, как надо будет оборудовать лабораторию, а пока пусть Дон организует отдельное здание метров на 500–600. Пока хватит. Я уже связалась с ним и сказала рецепт против псориаза. По медицине я буду пока работать через него, а по организационным вопросам, если можно, через тебя. С ним только в случае острой необходимости, ладно? Он — не мой человек, хотя организатор вполне достойный.

— Конечно, Любимая! А в чем проблема?

— Я, конечно, медик и все такое. Всякое видела, но то, каким образом он достиг своего положения… Я должна к этому привыкнуть. Хотя клятву тебе он дал совершенно искренне, я это признаю. Он — полноценный адепт.

— Хорошо. Договорились. Я попробую найти ему замену в медицинских вопросах, а ты последи за ним. В принципе он должен поменяться. Старый человек, бывший в нем, умер три дня назад от рака печени. А власть вообще штука грязная.

— Это да…

— Дон Консус. Поступила новая вводная. Нужно будет еще отдельное здание под производство препаратов. Метров 600, не меньше. Чистое, теплое, хорошо защищенное. Как оборудовать лабораторию — я скажу. Поищите исполнителей Зеленых.

— Когда?

— Какое-то время у нас есть. Я попробую привезти исходники сырья. Пока не все известно, что можно будет из них получить, поэтому будьте готовы к расширению, если что.

— Понял. Подумаю

В это время в дверь постучали. Клуня открыла и ей передали несколько разных сумок и баулов. И побольше, и поменьше.

— Клуня, выбери то, что надо и собирайся — полетим за препаратами. Возьми с собой деньги — тысячи три, я думаю.

— Я готова. Кроме денег что брать?

— Голову.

— Ээээ… Хорошо. Постараюсь не забыть. Мы в Гнездо?

— Да.

— Как же я соскучилась по Уяхате! Да и по Сянке тоже, если честно. Ведь она наша часть? Я права? Я ее именно так и ощущаю

— Да, это так. И Дон Консус — наш часть. Только, я думаю, ему надо освоиться в новом статусе. Ну что, полетели?

Я сел, Клуня вместе с двумя сумками устроилась на мне, мы покрылись пузырем и отчалили.

Пролетая над городом, Клуня вдруг попросила:

— Давайте зайдем к тому Черному, что был на таможне. Мне кажется, у него проблемы, а он — хороший дядька.

— Давай. А как ты почувствовала?

— Не знаю. Он так хорошо поступил со мной, что я расчувствовалась и настроилась на него.

— Адрес?

Она подсказала и уже через 10 минут мы опустились около небольшого ухоженного домика. Клуня постучала. Открыла девочка лет 12.

— Папа дома?

— Да. Пьет.

— Почему?

— Его уволили без содержания. А вы тоже к нему деньги требовать?

— Нет, не волнуйся. Проведешь нас к нему?

Она поджала губы, видимо не до конца нам поверив, молча развернулась и пошла внутрь дома. За столом на кухне сидел полуголый бывший Черный майор. На столе уже стояло две пустые бутылки и половинка третьей. Он был пьян. Совершенно. Подняв шалые глаза, он навел взгляд на резкость:

— А… Как там тебя… Клуня! Повариха. Помню-помню. А кто с тобой? Старший повар? Он пьяно хохотнул. Зачем пожаловала? Меня, видишь, уволили. Типа, мы пропустили банду, которая этих уродов порешила. Вот просто так, взяли и как тряпку выкинули на улицу. А у меня дочь. Как теперь ее поднимать? И жена… Он пьяно заплакал.

— Клуня, ты говорила, что правильный мужик. А это тряпка какая-то. Удар не держит.

Он вскинулся

— Кто тряпка, сосунок! Да ты знаешь, кто я… Ты вон проституток крышуешь, а я всю жизнь службе отдал.

Я подошел к нему и нажал на точку на плече. Он сел, не в силах пошевелиться и стал на меня смотреть, категорически трезвея.

— Мужик, ты кто? В конце концов спросил он

— Я тот, кто может тебе помочь. Рассказывай толком, что произошло. А то ведешь себя как говно бесхребетное. Какой пример дочери?

— Три дня назад кто-то в городе порешил две городские банды. Если бы простые разборки между своими — дело обычное. А тут никто ничего даже не слышал. Причем, в одной из банд были Черные. Знаешь, кто такие?

— Знаю, продолжай.

— Они, конечно, были отребье и никто по ним плакать не будет, но все решили, что здесь замешана какая-то новая группировка, состоящая из очень сильных волшебников. Связались с СБ. Они говорят, что могли бы, но от них никого не было. Тогда меня, как старшего на входе в город, уволили за то, что я их, якобы, пропустил. А я этого не делал! Не было в ту ночь никого. Меня не просто уволили — и звания и пенсии лишили. А на мое место того сопляка, что над ней, он кивнул в сторону Клуни, надругаться хотел, взяли. Я вот и запил от несправедливости. Но спасибо тебе — не забыла меня. И другу твоему — в порядок меня привел. Только не смогу я тебе сейчас помочь — самим скоро жрать нечего будет. Никогда копить особо не умел. А так — на лечение жены последние деньги потратил. Еще не все долги до сих пор отдал. И что обидно — уже все кредиторы появились. У своих же занимал…

Клуня молча положила на стол десяток золотых.

— Неее, не возьму! Я не знаю, как ты их заработала. Да и не мое дело это, но отдать я тебе их не смогу.

— Не надо отдавать. Вы ко мне с добром подошли, одни из немногих, не дали в людей веру окончательно потерять. Так что, это от чистого сердца. За веру люди и больше платили.

Я давно его отпустил, но он так и продолжал сидеть. Рука, было потянулась к деньгам, но упала

— Не могу. Извини. Этого бы, конечно, на все долги хватило и на обучение дочери. Но я никогда взяток не брал. А тут…

— А какая это взятка? Вы что, при должности? Это благодарность. Человеческая. Слышали про такую?

Он взял деньги.

— Спасибо, дочка! Не ожидал я, что так будет… Я устроюсь на работу — отдам.

Я связался с Доном:

— Вам, для нового производства надо будет охрану организовывать?

— Да. А что?

— Тут одного майора Черного уволили. Уровень — «средний». Весьма неплох. Он на воротах в город сменой руководил, когда мы с Клуней в городе разборки устраивали. Его, после нашего рейда, на улицу выкинули — обвинили, что он банду пропустил. Может, посмотрите?

— Отчего нет. Пусть завтра к 12 приходит. Я предупрежу. Только пусть скажет, что от Вас.

— От Клуни. Это ее кадр.

— Хорошо.

Я обратился к майору:

— Как тебя звать-то?

— Майор Колх… Э-э-э… Ориц зовут.

— Знаешь Дона Консуса?

— Кто же о нем не слышал — известная личность в городе. Только, говорят, помрет скоро.

— Да. Скоро. Лет через 50, если косточкой подавится. Так вот, он сейчас начинает новое дело. Не криминал. Ему будет нужно организовывать хорошую охрану и, мне кажется, ты это делать умеешь. Завтра в 12 он тебя ждет. Где искать его, знаешь?

Колх обалдело закивал

— Скажешь, что ты от Клуни. Он с тобой поговорит и, если подойдешь, трудоустроит.

Он повернул голову к Клуне

— А-а-а-а…

— Она его дочь, можешь пробить по базе. Считай эти деньги — задатком за работу. Когда тебя примут, предупреди об этом Дона. Он распорядится их удерживать понемногу — за пару лет отдашь. Понял?

— Да. Но она же говорила, что сирота…

— Поссорилась она с отцом после смерти матери и ушла. Сам знаешь, как это у молодых бывает. Хорошо, что одумалась. Ты пришел в себя?

— Так точно!

— И не смей больше раскисать. Ты майор Черной службы, а не говно. Дочь должна тобой гордиться!

После этого мы вышли на улицу

— Ну, сделали доброе дело, можно и лететь.

Зашли за угол и покрылись пузырем. Только поднялись — из дома выбежал майор. Наверное, хотел что-то спросить или сказать. Он оглянулся и не увидел нас. Забежал за угол — тоже не увидел. Разжал кулак и потрогал деньги. Они были настоящие. Он пожал плечами и вернулся в дом. Клуня хихикнула.

Когда перескочили через стену и полетели вдоль дороги, я сказал:

— А давай еще один должок отдадим? Сплину.

— А давайте! Так приятно делать подарки!

Мы поднялись над деревьями и рванули напрямую. Я подгазовал и деревья внизу слились в единый ковер. Уже через 30 минут были над его домом.

— Ух ты, как здорово! Сказала Клуня.

— У тебя есть, чем прижать деньги? Чтобы было понятно, что от нас?

Она подумала и достала одну из сделанных им декоративных бляшек с острыми краями.

— Сколько отдадим?

— А давайте 1000! Нам не очень нужно, а ему помощь будет

Я завис прямо над крыльцом, Клуня аккуратно свесилась и положила деньги и бляшку сверху. Едва поднялись, как дверь открылась и выглянула Ивка. Оглянулась и ничего не увидела, потом опустила глаза

— Сплин!!!

— Чего?

— Выйди-ка скорее!

Он вышел и тоже уставился на подарок.

— Ты ничего не почувствовал?

— Нет…

— А мне показалось, что они здесь были.

— Были, по-ходу, прогудел Сплин, поднимая деньги и бляшку. Это моя работа

— Но снег-то не тронут…

Клуня повернулась ко мне с горящими глазами:

— А Ивка беременна!

— Понятное дело, Сплин борща объелся.

Она хихикнула, прижалась ко мне, и мы полетели к Гнезду

— Хозяин…

— Что?

— Я теку как сучка…

— До гнезда не дотерпишь?

Она хитрюще взглянула:

— Никак. Я уже бодик расстегнула и хвостик вырастила.

Я спикировал вниз. Клуня, пользуясь свое феноменальной гибкостью, встала, развела ноги и согнулась пополам, отклячив попу с торчащим вверх коротким напряженным хвостиком в виде ручки, чем я, мгновенно и воспользовался. Она действительно была невероятно возбуждена. Каждое мое вхождение в нее сопровождалось ее вскриком, а когда я застывал внутри и начинал пускать по члену шарики, она просто выла. Наконец мы успокоились. Она разогнулась, а хвостик втянулся в тело.

— Ну, теперь и до Гнезда потерпеть можно…

Вечерело. Уже на подлете к гнезду, мы аурным зрением заметили группу людей. Решили спуститься и послушать, о чем они говорят. Около костра сидели двое мужчин и две женщины в экспедиционных костюмах. Говорила одна из женщин. Зеленая.

— Я же говорю, что они разумны! Их надо предупредить! Вы слышали об аукционе, устроенном этими негодяями? Говорят, цена выжимки из печени доходила до 5 тысяч золотых за грамм!

— Брешешь. Я слышал 3 тысячи.

— Не важно! Как вы думаете, при такой рентабельности, кого-нибудь остановит их разум? Я долго сидела в библиотеках. Согласно всем источникам, в древности они дружили с людьми. Что-то изменилось только 400 лет назад, после битвы при Кунице, где драконы были у обеих воюющих сторон.

— Нася! Ну, ты только и говоришь, что о драконах. Мы уже неделю ходим по этим лесам и ни одного следа их пребывания! У нас продуктов хватит только-только до ближайшего города. Вы как хотите, а я завтра иду домой.

— И я

— И я.

Нася затравленно осмотрела спутников.

— Вы меня бросите здесь одну? В лесу же спокойно можно прокормиться. Стреломет у нас есть…

— Мы уходим. Ты же взрослая девочка и сама можешь решить, идти тебе или нет. Подумай, кстати, почему Трол, после беседы с ним в СБ, не пошел с нами. Да и нам, если честно, неприятностей не очень надо.

— А зачем же вы пошли со мной?

— А вдруг бы мы их нашли?

— И что тогда.

— Ну, тогда бы мы сообщили о них куда следует.

— Но их же тогда убьют!

Тут встала вторая женщина

— Нася, ты дура! Один грамм вещества, полученного из этого животного, обеспечит тебя на всю жизнь. Да какая мне разница, разумны они или нет. Кроме того, ты представляешь, сколько жизней это спасет? Тебе кого больше жалко, драконов или людей?

— Глядя на вас — драконов, однозначно. Но продолжай, раз начала

— Нам обещали, если мы укажем место их пребывания, 10 % от выручки. Ты что, об этом не знала? Поэтому-то Трол и ушел, идеалист хренов. Он тебе не сказал что-ли?

— Нет…

— Так он еще и трус…

— А почему же вы со мной пошли?

— Так кто, кроме тебя, сейчас больше всех о них знает? Уж, не эти же полуграмотные охотники!

— Знаете, что! Голос Наси звенел от напряжения, я уже сейчас от вас уйду. Извините, но меня от вас тошнит.

— Иди-иди. Только продукты оставь. Тебе налегке нас проще догонять будет. И стреломет — ты все равно им пользоваться не умеешь.

— А я ее знаю, сказал я Клуне. Это она вытаскивала этого Трола на себе. И именно его спас тот Голубой дракончик. Помнишь, нам говорили, что она основала «Общество защиты драконов»?

— Да, это Сянка рассказывала. Что делать будем?

— Давай дождемся развития ситуации. Мне кажется, она может быть нашей.

— Вам виднее, Хозяин. Может быть. По крайней мере, она мне не противна — она цельная.

Я вгляделся в Клуню. Сейчас в ней говорил мой профессиональный Черный охранник. А для него, характеристика чужого человека «не противна» — высшая похвала.

Тем временем, Нася, побросав вещи в рюкзак, в ярости пошла от бывших коллег. Она ломилась через темнеющий лес, не замечая дороги и продолжая диалог сама с собой.

— Негодяи! Мерзавцы! Подлецы! И Трол тоже хорош — просто струсил. А еще замуж предлагал. Урод!

Мы дождались, пока она уйдет километра на полтора. Тем временем оставшиеся продолжили разговор.

— Зря ты так с ней. Мы же ничего не нашли еще.

— И не найдем! Нет здесь никакого Гнезда! Наверняка в горах где-нибудь. Она же его там встретила, дракона своего. Книжек она начиталась. Достали меня эти ее сладкие сопли: Драконы то! Драконы сё! Тьфу! Я тоже не железная — все время ей улыбаться и поддакивать. Ничего, оголодает и прибежит, как миленькая. Тогда мы ее в СБ и отведем. Пусть информацию из нее своими методами получают.

— Так они же и просили ничего ей не говорить. Сказали, что ее психотип не выдержит их методов.

— Ну, была шизанутая, а станет, наконец, официальной дурой.

Сидящие у костра надолго замолчали.

— Когда у нас сеанс связи?

— Ой, чуть не пропустила. Наконец-то не надо делать вид, что у меня понос. Давайте пока не будем им рассказывать о случившемся.

Женщина достала шар. Через несколько минут он засветился.

— Экспедиция на связи

— Как у вас дела? Нашли что-нибудь?

— Пока нет. Со вчерашнего дня, прошли еще километров 20 на восток. Точнее не определю — облачность низкая.

— Как клиент?

— Вся в эйфории. Считает, что мы близко

— Не разочаровывайте ее.

Шар потух.

— Клуня, а обернись-ка Зверушкой, да шугани их отсюда. Вещи и оружие попороть, а их самих, пожалуй, не трогай. Пусть пошастают по зимнему лесу, авось поумнеют. Гони их в другую от нее сторону. Хотя о «не трогай» — как получится.

Она хищно оскалилась.

— Мерзкие они люди… Потом быстро скинула платье и обернулась. Правда, никак не Зверушкой — скорее демоном ночи.

Затем она тихо, по-звериному, рыкнула. Они подняли головы.

— Слышал?

— Вроде да.

Клуня, стуча себя хвостом по ногам, вышла на освещенную костром область и опять зарычала.

— Смотрите! Завизжала женщина, показывая на нее. Оба ее спутника замерли в ужасе.

— Не ори, сиди тихо. Может быть, я стреломет достану. Он в палатке

— Почему не с собой?!

— Не ори, дура. Видишь, ей громкий голос не нравится.

Действительно, Клунин хвост начал просто хлестать ее по бедрам. Она метнулась в палатку и вылезла, распоров ее крышу с двумя стрелометами и рюкзаком. Осмотрев стрелометы, она небрежно их отбросила, как не интересную ей вещь. Ну как небрежно… весьма рассчетно — они оба ударились о деревья и разлетелись на несколько кусков каждый. Потом она вспорола рюкзак и из него высыпались женские вещи. Она взяла трусы, осмотрела их и понюхала. Потом громко рыгнула и с величайшим презрением отбросила. Не смотря на страх ситуации, один из мужчин хихикнул. Впрочем, весьма нервно.

— Клуня, шар у них забери и подними его, а потом прикрой глаза — могут быть осколки.

Она кивнула и кинулась к женщине, которая продолжала держать шар в руках. Схватив его, она подняла его над ее головой. Я пустил тонкую серую молнию и шар разлетелся на тысячи мелких кусочков. Клуню они не повредили, а вот женщину посекли. Клуня отпрыгнула и зарычала. Женщина, может быть от отчаянья, решила пойти ва-банк. Она вскочила и закричала:

— Пошла к черту, тварь!

Клуня немедленно метнулась к ней и полоснула когтями по лицу. Брызнула кровь, а щека женщины раскрылась от 4 глубочайших порезов настолько, что стали видны зубы. Я качнул Красного, и женщина с диким криком повалилась на землю. Клуня кинулась на нее и вырвала зубами кусок ее горла. Крик превратился в бульканье, постепенно затихая. Мужчины с криками кинулись кто куда. Ненадолго. Вскоре сначала один, а потом и другой крик захлебнулся. Через пять минут она притащила обратно два растерзанных трупа без глаз. Понятно — считала. Вдалеке послышался шум шагов. Что интересно, женщина была еще жива. Воздух, с хрипом, врывался в растерзанное горло, но аорта была цела. Клуня встала на четвереньки на ее живот и стала ждать. На поляну выбежала Нася. Охватив единым взглядом всю картину, она остановилась как вкопанная. В этот момент Клуня распрямилась, как пружина, разорвав живот несчастной и разбросав ее внутренности на большое расстояние. Потом, сделав вид, что только что заметила нового человека, бросилась к Насе и застыла примерно в метре от нее. И тут Нася повела себя просто потрясающе: она заговорила с Клуней, при этом обволакивая ее абсолютно доброжелательным зеленым свечением.

— Ну что ты! Испугалась бедная! Накричали они на тебя, а ты, наверно, просто кушать хочешь. Они плохие. Не бойся меня, я тебя не обижу. Подожди, еду достану. Ты же не станешь на меня нападать до того, как я тебя не покормлю? Вот и молодец.

Мне это, до боли, напомнило Креону в тот момент, когда она говорила с тяжелоранеными, особенно в ситуации отсутствия анестезии. Тот же обволакивающий мягкий голос. И, кстати, я тут же услышал ее:

— Везет тебе, Любимый, она удивительно чистая душа. Бери ее, она та, что нам нужна. А уровень я ей подниму.

Тем временем, Нася, сняв рюкзак и не отводя глаз от Клуни, достала из него какой-то мешочек и высыпала на ладонь сушеную еду.

— На, это вкусно, сказала она. Потом взяла кусочек, съела сама и опять протянула руку. Не хочешь так есть, давай я тебе на землю положу. Ты кушай-кушай. У меня еще есть. Кто ты? Я не слышала о таких. Ну, я много, о чем не слышала. Это же не значит, что этого нет. Ты же вот, рядом.

Ее голос завораживал. Ее спокойные интонации несли мир и покой. Клунин хвост совершенно успокоился. В какой-то момент она встряхнулась, как бы сбрасывая с себя наваждение, мяукнула, как дикая кошка и, развернувшись, вскочила на ближайшее дерево, а потом по кронам умчалась вдаль.

Нася без сил села на землю. Минут через пять, Клуня появилась рядом со мной. Совершив обратную трансформацию и одевшись, она сказала:

— Что это было? Я, честное слово, чуть у нее с руки эту гадость есть не стала.

— Это настоящая Зеленая магия. Она — уникум. Она ею владеет на подкорковом уровне.

— А что такое твои тентакли?

— Это надругательство, или, скорее, обратная сторона этой магии. Ею я вполне владею, а вот этим, я кивнул в сторону Наси — нет. И я бы стал у нее любую гадость с руки есть. Креона была гением по этой части. Если бы ты видела, как она заставляла раненных терпеть боль или принимать неприятные процедуры.

— Она наша, сделала категоричный вывод Клуня.

— Тогда выходим, предложил я.

Я снял защитный купол, и мы вышли на поляну. Нася подняла глаза и увидела двух человек. Мужчину и прячущуюся у него за спиной, хрупкую девушку.

— Кто вы? Спросила она

— Люди. Как и ты. Что здесь произошло?

— Нападение на моих коллег неизвестного зверя. Меня, правда, в сам момент нападения не было.

— Ты его видела?

— Да, и даже говорила с ним. Только не с ним, а с ней и он явно высокоразумна.

Она встала и со вздохом, подошла к трупам.

— Ничего нельзя сделать, сказала она.

— А вы-то что здесь делали?

— Драконов искали.

— Тьфу, и эти тоже! Сказал я, повернувшись к Клуне.

— А что, кто-то еще есть?

— Был.

— Понятно. А вы сами что здесь делаете?

— Да мы живем у драконов. Это наши друзья. Ваша экспедиция ближе всех к Гнезду подошла.

— Правда?! Вскричала Нася. Я была права!

— Тебе тоже, небось, потроха их нужны?

— Нет! Нет! Я хотела их предупредить об опасности. Недавно прошел первый аукцион сделанных из их органов препаратов. Значит, одного убили. Теперь количество охотников на них увеличится!

— Так это мы и проводили этот аукцион. Нам эти препараты драконы сами помогали готовить. У них один в поединке погиб, вот я и предложил. Чего добру пропадать?

Нася села, открыв рот.

— А можно мне их увидеть?

Я внимательно на нее посмотрел. Так внимательно, что она почувствовала, что я разбираю ее по косточкам.

— Тебе можно, сказал я. Повернулся и пошел

— Подождите, я вещи соберу… Да и товарищей похоронить надо.

— Там все есть, не оборачиваясь сказал я. А хоронить их не надо — не товарищи они тебе были.

При этих словах из земли вылезли многочисленные тентакли. Через пять минут о произошедшей на поляне трагедии напоминало только отсутствие снега. Даже кострища не осталось.

— Вы… вы Зеленый? Я не вижу Вашей ауры!

Я остановился

— Я — всякий. Ты идешь?

Она, открыв рот, пошла за мной, прихватив свой полуоткрытый рюкзак. Буквально минут через 15, мы подошли к защитному куполу, который ни та, ни другая моя спутница не видели. Если бы они не были в моем присутствии, то давно бы уже бежали, сверкая пятками и обсираясь от ужаса — уровень красного просто зашкаливал.

Глава 23. Гнездо. Креона-Нася

Едва мы прошли за защитный купол — на нас навалилась жара. Клуня немедленно скинула с себя всю одежду и осталась в одном бодике, подпоясанная Кнутом. Потом она громко радостно закричала и рядом с ней с похожим криком свалилась Уяхата. Никто не ожидал, что мы пройдем пешком — все думали, что мы, как обычно, появимся сверху. Клуня кинулась к ней и они, обнявшись, застыли

— Скажите, пожалуйста, что с ними? Спросила Нася.

— Это ее дракон, а она — ее человек. Они — две воссоединенные половинки. Пойдем, я познакомлю тебя с территорией.

Мы стали подниматься в горку. При этом Нася шептала: «я знала, я знала», а из ее глаз текли слезы.

— Ты многого еще чего не знала и не знаешь, девочка, сказал я

Сола, как я понял, не было. Он повел молодняк на охоту, а вот драконьи малыши, едва завидев нас, подбежали и наперебой тыкались носами. Нася гладила их и смеялась. Мы поднялись еще выше, почти до купели. Из нее вылезла обнаженная Сянка и с визгом побежала ко мне. Подбежав, она опустилась на колени и попыталась поцеловать руку. Я поднял ее и осмотрел. После операции по удалению метастаз, она удивительно похорошела.

— Занималась?

— Да, Хозяин. И теорией и практикой и упражнения делала.

— Потом покажешь. А пока залезь в сумку, что лежит в купели и принеси свой ошейник.

Она подбежала к краю и нырнула в воду.

— Кто это?

— Мой Желтый адепт Сянка.

Мы подошли к купели. Сянка уже стояла рядом с ней и держала в руках ошейник с желтой вязью. Я глянул — он был заряжен Серым под завязку. Я одел его ей на шею, он сомкнулся сзади в единое кольцо. Сянка покачнулась.

— Охраняй ее, учи и следи за ее психическим состоянием, сказал я ему

— Хорошо, Хозяин, произнес он и немедленно в Сянкину голову хлынул поток новых заклинаний. Она опустилась на землю и ушла в небольшой транс. Тем временем я стал раздеваться, чтобы окунуться в купель. Нася стыдливо отвела глаза. Я, с неимоверным кайфом погрузился в воду, она рядом со мной вскипела, и мы с источником начали взаимную подзарядку.

— Простите, а как мне Вас называть?

— Пока Юджин, а потом посмотрим.

— А я…

— А ты — Нася. Я тебя давно знаю.

— Ой, а откуда?

— Как ты думаешь, почему дракон туда прилетел, когда ты спасала своего этого, как его — Трола.

— Почему?

— Потому, что я находился тогда внутри скалы и вызвал его мне помочь. Но если бы он Трола тогда вниз не снес — тот бы умер, а я решил, что долго ждал — еще чуть-чуть подожду.

— Откуда Вы знаете эту историю? Из газет?

— Подожди немного, тот дракончик прилетит с охоты, и я тебя с ним познакомлю.

Она вообще перестала все понимать.

— Скажите, мне кажется или у того животного, которое убило моих бывших коллег, был ошейник похожий, на тот, что Вы сейчас одели на Сянку, хотя и не с жёлтой вязью.

— Да, ты права. Это была Клуня

— Клуня!? Та чудесная красивая девушка, которая пряталась за Вашей спиной?!

Я, прикрыв глаза, хихикнул и отзеркалил наш разговор Клуне. Она тоже хихикнула, села на Уяхату, и они вместе стали подниматься ко мне. Когда проползали мимо Сянки, Клуня глянула на нее:

— Понятно. Ошейник. Ничего скоро они сольются, по себе знаю.

— Ты, на будущее, когда превращаешься в Зверушку, закрывай его шерстью, Нася тебя по нему вычислила.

Клуня посерьезнела:

— Поняла. Не подумала об этом раньше.

Когда они подползли, Клуня стянула бодик и Кнут, кинула их на землю, а потом, прямо с шеи Уяхаты, с визгом кинулась в купель. Подплыла ко мне, обняла и повернулась к стоявшей с открытым ртом Насе:

— Залезай! Этот источник — самое лучшее место на земле.

— Так у меня и купальника-то нет, смущаясь, сказала Нася.

— Серьезно? Гыгыкнула Клуня. Так у тебя есть что-то принципиально новое, такое, чего нет у меня или у Сянки?

— У вас-то как раз есть. У меня нет. У вас есть Он и Нася кивнула в мою сторону.

— А какие проблемы? Захочешь — и у тебя будет. Или ты думаешь, что он кого угодно сюда приводит? Но если ты смущаешься, я закрою ему глаза.

С этими словами она вырастила хвост и, высунув его из воды, поместила напротив моих глаз.

— Все, теперь он слеп как крот!

Я ущипнул ее за сосок, и она ойкнула

— Ну, то есть, не совсем как крот, конечно. Но вообще-то, если серьезно, ты не знаешь от чего отказываешься из-за глупого смущения. Этот источник, в том числе и Зеленый. Да что я тебе говорю, сама видишь. Я-то Черная, а Сянка вон — Желтая. Он нам и десятой доли того, что может дать тебе, не дает. Впрочем, тебе решать.

— Давайте я подожду, когда вы вылезете…

В это время к нам, еще пошатываясь, подошла Сянка и тоже бухнулась в купель, а потом подплыла ко мне и прижалась с другой стороны.

— Спасибо, Хозяин, прошептала она. Потом повернулась, посмотрела на Насю и спросила Клуню:

— Так что, она, стоя рядом с таким источником, даже руку не окунула?

— Нет. Кремень-женщина. А может, она просто не готова. Думаю, тогда Хозяин просто выведет ее отсюда, и она все забудет. Будет, конечно, иногда сниться все это великолепие, но не более. А потом пойдет опять в лес, встретит меня, назовет Зверушкой и предложит несъедобные катушки. И тогда я ее съем, чтобы СБ со своими методами допросов, не докопались до ее подсознания.

Нася вздрогнула.

— Не дави на нее. Она же просто боится. Или ты сразу в омут головой кинулась?

— Нет. Но я же была первой из нас.

— А мне, если честно, вообще не хочется момент своего выбора вспоминать. Стыдно.

— Да, тебе есть, чего стыдиться.

— Не есть. Было

Потом они обе повернулись к Насе. Клуня сказала:

— Давай, подруга, решай, а то у меня уже хвост устал ему глаза закрывать. В отличие от нас, у тебя, похоже, будет выбор. Захочешь быть с ним и с нами — мы будем тебе рады. Нет — просто уйдешь. Тебе же, как и нам, все это в детстве снилось?

— Снилось…

— Ну, вот и подумай на эту тему. У каждой из нас так было. И каждая из нас, в свое время, стояла перед выбором. Кстати, и у меня, и у Сянки, выбор был значительно хреновее, чем у тебя.

Нася несмело подошла и сунула руку в источник. Пошел контакт, да такой силы, что она пошатнулась.

— Креона, ты что ли?

— Да. Некогда мне здесь с ней в игры играть. Мне земная ипостась нужна, а она для этого вполне подходит.

Нася встала и, как сомнамбула, стала снимать с себя одежду. Бросала рядом, как что-то несущественное. Мы, все втроем, заворожено на нее смотрели. Она сняла последнюю деталь туалета и молча, сев на край, опустилась в воду. Вокруг нее закрутилась зеленая воронка и она практически отключилась от внешнего мира. Ее аура затрепетала и начала наливаться ровным зеленым светом. Я почувствовал руку Сянки на моем члене.

— Хозяин, я чувствую, что такими темпами мне сегодня может ничего не достаться.

Она перекинула через меня ногу и ввела меня в себя. Пошел контакт, и ее аура стала плавно растворяться в моей. Сянка, глубоко задышав, закрыла глаза. Я стал качать в нее Серое — в источнике это было делать значительно легче. Через некоторое время к нам присоединилась огромная черная аура, которая тоже растворилась во мне. Их шарики терлись о мой. И все же в контакте было какое-то ожидание. И вот это произошло — к нам двинулась большая Зеленая аура. Желтая и Черная выкристаллизовались из меня и плавно разошлись в стороны. Я вернулся к обычному зрению и открыл глаза.

Передо мной, находясь по шею в воде, стояла Нася. Ее глаза были открыты, а зрачки предельно расширены. Она подняла руки над головой:

— Я, Нася Корнер, добровольно приношу тебе, Юджин Серый клятву полного подчинения.

В ее руках, поднятых над водой, появилась свеча, а на голове, как обычно, тиара. А вот камень отличался — было такое ощущение, что это не один, а два камня, сросшиеся вместе. При этом их размер был огромен.

— Я, Юджин Серый, принимаю твою клятву.

Свеча сгорела. Нася легко достала камень и положила его мне на руку под водой. Он немедленно впитался и появился уже внутри меня.

— Креона, это и ты тоже?

— Да, Любимый! И я. Нася, похоже, ждала меня. Наше слияние с ней оказалось… ммм… как бы естественным процессом. Нет, она, это не я, просто мы вместе и совсем не противоречим друг другу. Авторизуй нас скорее.

Клуня с Сянкой, не сговариваясь, приподняли Насю, развели ей ноги и опустили на меня. Что нут началось! Вокруг нас закрутился мощнейший Зеленый энергетический водоворот. Источник Серого в купели, мгновенно «сел» и я подключился на полную мощь. Поскольку потребление энергии было просто огромным, я снял оболочку со своего пузыря и полностью растворился в источнике. Вернее, он стал мной. Тут же в этот водоворот попали оба — и Черный и Желтый пузыри, казавшиеся, не смотря на свой размер, малюсенькими.

Я услышал голос всех Разумов:

— Так никто никогда еще не делал, Серый. Ты опять нас удивил. Спасибо тебе.

Сколько продолжалась эта фантасмагория, я сказать не мог. Наверное, несколько дней. Но, в конце концов, все пузыри вышли из меня и сформировались в отдельные субъекты. Я открыл глаза. И Клуня и Сянка плавали в купели без сознания. Уяхата удерживала Клунину голову над водой лапками, а Сянку она поддерживала на плаву хвостом. А вот Нася… На меня смотрела не Нася, а Креона. Только моложе лет на 10, чем та Креона, которую я встретил в свое время в полевом лазарете.

— Ты?

— Да, Любимый, я. Нася, посмотрев на нас, решила растворить свою личность во мне, за что я ей очень благодарна. Так, что это теперь, в основном, я, но при этом мы. Короче, не порти себе голову — у меня все получилось!

— Кто бы сомневался! Заорал я и сграбастал ее в охапку, прижав к себе.

— Так, Любимый. Я теперь буду с тобой как врач говорить. Нам надо во многом разобраться и многое наладить. Оставь нас на неделю в источнике.

— А ты в курсе, что на нас сейчас смотрит Зеленая дракона. И, мне кажется, что неспроста.

Креона-Нася обернулась и встретилась с драконой глазами. Та тут же кинулась в купель, и они замерли, не в силах оторваться друг от друга.

— Ареарна нашла своего человека, услышал я голос Сола. Она всегда была какой-то странной, теперь я понял почему.

Я вылез из купели. Было необычно прохладно.

— Ты знаешь, что в процессе твоих экспериментов, на три дня пропадало защитное поле над гнездом? Сказал Сол укоризненно. Ты просто утянул всю энергию. Хорошо, что мы прилетели — было кому греть детенышей. Предупреждать надо.

— Кто бы меня предупредил… Ну да ладно, смотрю, все восстановилось?

— Не уверен, что полностью. Это твое детище — проверь, пожалуйста.

— Через пару дней. Я сам для начала должен восстановиться.

— Хорошо. Только не забудь.

— Уж как-нибудь…

После этого я, для скорейшего восстановления, задействовал на полную мощность все энергетические подпитки всех Разумов и ушел в глубокую медитацию, чтобы разобраться в произошедшем.

Когда пришел в себя, понял, что полон энергией. Полон как никогда. При чем у нее немного изменился цвет — она стала, как бы это сказать, более глубокой, что-ли. Я упруго поднялся и бегом спустился к наружной защите. Осмотрел — она действительно работала не на полную мощность. Когда я ее в свое время создавал, признаю, что мною двигала паранойя. С тех пор ничего не изменилось, кроме того, что я стал опытнее и значительно сильнее. Поэтому я внес кое-какие изменения — получилось очень круто. Мне удалось создать вокруг Гнезда некое искривленное пространство и неавторизованный мной человек просто не попадал в защищенную область. Кроме меня, пропустить кого бы то ни было внутрь мог только Старший дракон гнезда. Если он умирал, то эта возможность переходила к его преемнику и так далее. Когда умирал последний дракон, рожденный в Гнезде — защита автоматически самоуничтожалась. Еще оболочка, по желанию Старшего дракона, становилась полностью прозрачной изнутри-наружу. Это могло стать неприятным сюрпризом для того, кто находился с внешней стороны. Также, мне удалось сделать ее практически энергетически автономной. И еще, я расширил их защищенную территорию примерно на километр по периметру и поднял вверх еще метров на 300. Когда я закончил — опять стало прохладно — слишком большой объем наружного холодного воздуха попал внутрь. Ко мне подполз Сол и спросил:

— Я правильно вижу и чувствую?

— Да, коричневая ящерица! Люблю я вас!

Он еще раз огляделся:

— И мы тебя, Серый. Настолько, что я могу дать тебе право, не при всех конечно, называть меня коричневой ящерицей. И он положил мне свою огромную «слепую» голову на плечо.

Меня распирала такая эйфория, что я от души вкачал в него моего нового Серого. Он пошатнулся.

— Теперь тебя, ящерица, еще тыщ на пять лет хватит. Если не будешь есть вредную пищу.

— Надоест — нажрусь, сообщил мне он.

Я кивнул и опять почувствовал жгучее желание внутренне успокоиться и все обдумать.

— Сол, Креона еще в купели?

— Да. Уже почти неделю.

Я сел и провалился в себя.

Глава 24. Новые реалии

Когда я подошел к купели, в ней уже никого не было. Я оглянулся — невдалеке Клуня с Сянкой тренировались. Сянка на невероятной скорости запускала в Клуню мощные файеры, молнии и всякую огненную хрень, а та, будучи в зверином облике и передвигаясь на сверхскорости, сбивала их Кнутом или уворачиваясь, отстреливаясь черными молниями. При этом вокруг Сянки вырастал желто-черный экран и гасил их. Креона, а в том, что это была именно она, у меня не было никаких сомнений, наблюдала за ними. В какой-то момент она сказала: На сегодня хватит, девочки. При этом, из земли выскочил тентакль и поймал Креону за хвост, а другой сбил летящую в нее молнию, хотя при этом сам и обуглился. Они остановились, тяжело дыша.

— Сянка, давай на сушку, Клуня, ей в помощь.

Они поклонились ей.

— Идем, Первая. Только в источник окунемся.

Я тихо подошел сзади:

— Что за сушка?

Она резко обернулась. Ее глаза сверкнули, и она бросилась ко мне на шею. Креона! Любимая! Я немного отстранился и посмотрел на нее. В ней практически ничего от Наси не осталось, кроме, наверное, фигуры. Да и то, а какая она у нее была до первых родов? И еще некоторое сходство в лице. Казалось, она была Насиной старшей сестрой.

— Ну ты и красотка!

— А была уродиной?

Я ощутимо шлепнул ее по попе.

— Прекрати мне эти женские штучки. Я не обсуждаю, что было раньше, я констатирую факт сейчас.

Она засмеялась и прижалась ко мне.

— Тебя почти месяц не было с нами. Я, за это время, придумала, как получать разные лекарства. Для этого лучше всего подходит то дерьмо, которому больше 100 лет. Его, как ты понимаешь, в избытке. Чем более оно старое, тем более сложные лекарства из него получаются. Их надо готовить в желто-черном пламени. Мы с девочками потренировались и у нас все получилось. Тут со мной связывался Дон Консус, спрашивал, как дела. Сказал, что все приготовил. Клуня мотанулась и отнесла ему первую партию исходников. Ты удивишься, но самый популярный его товар — порошок от импотенции, хотя Дон задрал на него цену намеренно. Кстати, недавно к нему приходили торговцы из Королевства.

— Мне дашь попробовать?

Она, со смехом, взяла меня за член:

— Страшной смерти для нас хочешь?

— Хочу! И немедленно! Я сгреб е в охапку.

— Погоди пять минут, дорасскажу! А то потом все забуду.

Я поставил ее на землю.

— Еще Дон принимает предварительные заказы на сложные составы. Я диктую ему рецепты, а его фармацевты на месте их готовят.

— Чувствую, это не все. Не стала бы ты из-за такой ерунды отвлекаться от важных дел. Что еще?

— Я проанализировала Насину память, а также опыт Клуни и Сянки. Мне не нравится, что происходит. Империя и Королевство, как основные государства региона, устроили гонку вооружений. Уровень волшебства и там и там вырос многократно. Коричневые теперь создали артели, в которых куют детали машин и оружие, Желтые делают двигатели на основе энергетически емкого камня. Получают они его из маленького Королевства в Дальних горах, а заряжают его лицензированные Желтые, прошедшие в этом Королевстве обучение. При этом, они платят налоги и в ассоциацию, и в казну. За нелицензированную заправку могут и в тюрьму упечь. Но не это главное. Девочки мне рассказали о том, что ты им рассказывал по поводу паучьей нити. Ни я, ни они ее не видят, но мой прошлый жизненный опыт просто кричит, что это неспроста. Сюда же вписывается и увеличение онкологических заболеваний. Как? Не спрашивай. Я это просто чувствую.

— Н-да, умеешь ты отвлечь…

Она обняла меня.

— Не обижайся, Любимый. Мы с девочками никуда не денемся, но мне показалось, что это важно. Тем более, что опять же мой жизненный опыт просто кричит, что с твоим появлением события начинают ускоряться. И еще одно.

— Что?

— Я второй такой жизни, как у меня была — не выдержу. Я хочу поставить на тебя свою метку, чтобы я знала, где тебя искать. Ты не представляешь, как плохо мне было!

— Хорошо, Любимая.

— Спасибо тебе, сказала она, прижавшись. Я боялась, что ты будешь возражать.

Вместо ответа, я приподнял ее, она обхватила меня ногами, и мы соединились. В буквальном смысле слова — мы в аурном поле стали единым целым. Не пришлось запускать никаких водоворотов. Все произошло совершенно естественно — просто одно целое и все. Потом на поверхности моего пузыря появилась маленькая зеленая нашлепка. Мы наслаждались тем состоянием, в котором находились, когда к нам тихо подплыли еще два пузыря — черный и желтый и также естественно растворились в нас. Создалась некая, почти законченная композиция. Вдруг мне захотелось драйва, и я смешал всех, а их шарики втянул в свой. На меня обрушилась целая лавина эмоций, желаний, мыслей и чувств. Я вдруг вспомнил магию Тиэллы. Естественно, я не мог воспроизвести то, что она делала, но я смог воспроизвести свои эмоции, возникшие в тот момент. И вот, сначала Креона, поскольку она тоже тогда присутствовала, потом Клуня, а потом и Сянка начали вибрировать в унисон. Эти эмоции лавинообразно нарастали с каждым последующим «подключением». В конце концов, я бы сказал, что у нас появился «общий пульс». Я перестал вкачивать, но наши ауры продолжали вибрирование еще очень долго, практически так же, как раньше. В конце концов, я чисто физически потушил вибрацию. Через какое-то время, они успокоились и, естественным образом, вышли из меня. Каждый шар, а потом и каждый пузырь засверкали и запереливались мощным красивым цветом. Я обратил внимание, что зеленая блямбочка была и на желтом, и на черном пузыре.

— Да… услышал я эмоцию Креоны.

— Что это было?

— Это, девочки, новый вид магии, придуманный и реализованный одним из адептов Хозяина. Это была великая Голубая волшебница Тиэлла. И она сумела выразить любовь. Я рада, что ты сумел это сохранить, Любимый.

— Не только я…

— Если бы я воспроизвела то, что мы с ней чувствовали, когда тебя искали — вам бы тоже захотелось разорвать собственное горло, чтобы оно не производило таких звуков. И это осталось в памяти значительно сильнее. Искали-то мы тебя, почитай, 40 лет, а пробыл ты с нами, от силы, полтора года. И ведь еще и жить при этом ухитрялись, и делать что-то.

Клуня с Сянкой, от рассказанного, просто сжались в комочки, только представив тень боли, пережитой Первой.

— Кстати, сказала Креона, насколько я знаю, Тиэлла перестала выступать с теми эмоциями, которые у нее были после твоего исчезновения, когда узнала о двух случаях суицида, случившихся прямо после ее концерта.

Мы лежали и, поскольку защитная оболочка Гнезда изнутри была прозрачной, долго смотрели в облака. Девчонки вцепились в меня, как будто хотели удержать.

— Жизнь продолжается, сказал я. И, если пауки, наконец, победят, такие эмоции захлестнут всех людей. Вот вам и мотивация.

Мы еще немного помолчали. Но уже, я бы сказал, более позитивно. Мысли, по крайней мере, у меня, стали возвращаться в обычное русло. Вдруг меня посетила одна идея:

— Скажите, а среди Желтых, которые обучились в том королевстве, не больше онкологии, чем у других?

Ответила Сянка:

— Больше. Быть «заряжающим» исключительно финансово выгодно, хотя, именно по этой причине, не слишком популярно. Конечно, не все заболевают, но многие, это точно. Так что те, кто может заработать по-другому — зарабатывают

— А у тех, кто ездит на этих чудо-механизмах?

— Не знаем…

— А почему ты спрашиваешь, Любимый?

— Мне кажется, что в этом и в паучьих нитях есть связь. Надо проверить. Возможно, пауки умнее, чем мы надеемся, а возможно, что это нерассчитанные ими следствия, типа реакции организма на их проникновение. Кстати, Креона, а где тот наш чудесный летающий домик?

— Тиэлла улетела на нем на свой остров, когда мы потеряли надежду тебя найти. Если честно, то мы были уже старухами. А потом она погибла от этого нелепого несчастного случая. Мне больше не для кого было существовать и я ушла.

— Надо бы наведаться на этот остров. Креона, слетаем? Девочек на хозяйстве оставим.

— Давай Любимый. Завтра?

— А чего тянуть то?

— А как же ваша безопасность? пискнула Клуня. Понятно, что ей тоже хотелось полететь с нами.

— Не волнуйся, сказал я. Первая кого хочешь, построит. Вспомни, как ее бледная тень в виде Наси, чуть не заставила тебя есть какашку с руки. А ведь ты тогда была не совсем человеком.

— Это да… сказала Клуня

— Какую какашку? Почему я об этом не знаю? Возопила Сянка. Так она какашки кушать любит?! Снимите ее с производства, она все исходники сожрет! Пинок, который ей отвесила Клуня, передался даже мне.

Все заулыбались. Креона сказала:

— Пойдем, Любимый, оденешь на меня Охранника. Я на девочках убедилась — полезная штука. Потом поработай с этим телом. Я скажу тебе что исправить. А там уже и лететь можно.


Глава 25. Грустная история

Для начала мы забрались в купель.

— Ряд изменений, которые ты придумал — хороши и вполне функциональны. Хвост и язык Клуни — это просто нечто, а переработка продуктов жизнедеятельности организма в энергию весьма функциональна. Сделай мне, пожалуйста, так же. Только на хвосте, вместо волосяной кисточки сделай мне что-нибудь хватательное — удобнее будет. Я пока пойду из волосяного экстракта эликсир приготовлю. В прошлой жизни не пришлось — так хоть сейчас сделаю. И убери с меня эти ужасные волосы с тела. Нася не очень-то за собой следила в этом вопросе. Да и не для кого, по большому счету, ей было. В отличие от меня.

Я полностью убрал ее волосяной покров. Она вылезла из купели, глянула на свое отражение и хихикнула:

— Это пусть молодые девчонки переживают по такой ерунде. А я, знаешь, видела себя старой. Пойду, приготовлю эликсир. Продумай, что будешь делать и дай на некоторое время управление мне. Не хочу тебе рассказывать о некоторых Насных проблемах.

— Хорошо

Конечно, одним днем мы не обошлись. Только эликсир «доходил» пару дней. За это время я произвел с ее телом соответствующие изменения. Она, кстати, достаточно быстро научилась пользоваться хвостом с тремя пальцами на конце. Потом Клуня с Сянкой рисовали ей лицо и волосы, а затем она училась их отращивать. За это время я связался с Доном и попросил его подготовить для всех нас походную одежду. Он сказал, что через неделю все будет и я обещал, что мы заедем. Через день он попросил их размеры. Потом я ставил у Креоны на плече «солнышко» с именем Креона Корнер, старшая сестра Наси Корнер. Как-то я зашел туда, где готовились источники для лекарств. Происходило это так:

Молодые драконы когтями разворачивали горы старого дерьма. Если их сил не хватало — подключался Сол или кто-то другой из старших. Потом они его раскладывали на камнях тонким слоем. Клуня вводила в Сянку хвост и начинала качать в нее Черное. В результате с Сянкиных рук срывалась черно-желтое пламя, в потоке которого первичная субстанция превращалась в грязно-белый порошок. Его-то Клуня с Сянкой собирали в привезенные от Дона специальные мешки.

— Девочки, если хотите с нами поехать на Летающие острова — вам надо заготовить достаточное количество исходников для Дона.

С этого момента они перешли на 18-часовой режим работы — в результате за неделю заготовили больше 20 мешков. Креона, в перерывах между работой над собой, проверяла качество сырья. Пару мешков забраковала — пришлось переделывать.

Я задумался над тем, как нам путешествовать. Можно было, конечно, найти еще один домик, но я скучал по тому, который был первым. Решил его вернуть, а пока этого не было сделано, я пригнал из леса большое бревно, на котором сделал несколько сидячих мест, а также специальные крюки для крепления груза. Кроме того, пригнал и обтесал несколько бревен поменьше, каждое из которых настроил на одного из своих адептов. Хотел сделать метлы, но их несущая способность была бы маленькой. А как было бы эпохально — мои адепты в глазах обывателей вполне могли сойти за нечисть. Но и на маленьких бревнах они научились вполне сносно передвигаться. Так, что проблему свободы передвижения мы худо-бедно решили, хотя в мое отсутствие никакого защитного экрана у них не было и быстрое передвижение в зимнее время или в дождь все же было не очень комфортным.

Через полторы недели, ко мне подошла Креона. Ее темно-медные волосы спадали густым водопадом, а фигура была идеальна.

— Оцени, для тебя старалась, сказала она.

Я обнял ее и прижал к себе:

— С тобой я проживаю уже четвертую жизнь… Первая — когда у меня был муж и дети. Она закончилась с их смертью, вторая — твое прошлое посещение нашего мира, третья — самая длинная и самая страшная — твои поиски, а четвертая — сейчас.

— В том мире, откуда я был родом изначально, была такая поговорка: «если бы молодость знала, если бы старость могла…». Ты внешне просто идеальна, но, учитывая твой жизненный опыт — ты идеальна и внутренне.

Ее рука змеей скользнула на мой член.

— Я хочу еще услышать музыку Тиэллы, поскольку мне нечего к ней прибавить.

Я, глядя ей в глаза, положил ее на землю и вошел в нее, а затем закрыл нас серым пузырем. Я не хотел, чтобы кто-нибудь присутствовал при нашем единении.

— Спасибо, прошептала она, закрывая глаза и мы стали одним целым

То есть, действительно, одним целым. Я окунулся в омут ее страшных воспоминаний. Хотел убрать их, но она попросила — оставь. Просто я хочу, чтобы ты знал — каково это. Тогда я постарался снять их остроту. Единственное как у меня это получилось — принять на себя часть их веса. Это была по-настоящему тяжелая ноша, но ей стало немного легче.

— Хорошо, что девочки этого не почувствуют — это совершенно не обязательное для них знание. Но ты должен был это знать.

Мы лежали, обнявшись и я снял купол. Рядом сидели, тесно прижавшись, как два воробышка, Клуня и Сянка. Когда купола не стало, они кинулись к нам.

— Неделю! Неделю вас не было! Плача причитали обе

Мы обняли их и приняли к себе.

— Все, собираемся, сказал я. Маршрут следующий: сначала летим к Дону, отвозим ему исходники. Благо теперь их на несколько лет хватит. Потом летим на Летающие острова.

— Я давай сначала залетим к тому источнику, в который я ушла. Надеюсь, я найду там одну вещицу, попросила Креона.

— Договорились! Все, бегите одеваться, я пока мешки приторочу.

Минут через 40 все разместились, и я осторожно поднял тяжелое бревно. Когда закрыл его куполом — стало полегче и мы сумели вполне прилично разогнаться.

Часа через полтора лета мы оказались над бывшим лагерем, на месте которого стояли аккуратные домики. Чуть вдалеке стояло большое фундаментальное здание, а территория вокруг здания и домиков была поделена на квадраты, в которых росли разные растения.

— Это выездной факультет Зеленого университета и кампус при нем. Еще я начинала, сказала Креона. Здесь экспериментируют с сельскохозяйственными культурами. А дальше, за ним, должен быть боевой факультет.

Мы облетели здание и увидели большую огороженную территорию, всю изрытую и заросшую неприятными, даже на вид, деревьями.

— Это полигон. Сильно же они продвинулись…

Мы покрутились над ним, пытаясь поближе рассмотреть, что на нем происходит. Увидели группу студентов, старательно выращивающих тентакли. Потом направились к источнику, который, как я помнил, был километрах в 12. Когда подлетели, я увидел серо-зеленый купол, а рядом с ним небольшой заросший холм. Из-за этого купола, источник не был виден непосвященным. Мы опустились рядом и пошли к нему. Проходя мимо холма, Креона вдруг схватилась за голову и со стоном присела.

— Это Сиок, сказала она. Какая же я дура! Я была только в своем горе. Когда уходила — не сказала ей лететь обратно в гнездо. Сказала же она мне: «Я подожду», да я не придала этому значения.

Она легла на холм, обняла его руками и ее плечи начали сотрясаться от рыданий. Мы стояли рядом, не зная, чем ей помочь. В конце концов я обнял ее и поднял с земли.

— Пойдем. Пауки нам ответят за все. Я не испытывал того, что пришлось вынести вам — я ушел в глубокую медитацию. Теперешние мои знания говорят, что если бы я этого не сделал — через 40 минут бы задохнулся. Но… у меня не хватает слов. Дорн не дождался моего возвращения каких-то 30–40 лет…

Креона всхлипнула и поднялась. И у Сянки и, особенно, у Клуни, у которой был свой дракон, глаза были на мокром месте.

— Пойдем, нам надо продолжать жизнь. У нас есть цель.

Глаза Креоны высохли, а новая боль заняла привычное место внутри. Ее лицо окаменело.

— Пойдем, сказала она. Пауки мне заплатят за это по отдельному счету.

Мы с ней вошли под купол, а девочки остались снаружи. Концентрация серо-зеленого поля внутри была просто невероятной. И я и Креона просто раскрыли свои мешки, всеми фибрами впитывая эту, невероятно дружественную и полезную для нас субстанцию. Я физически почувствовал увеличение ее, да и своего мешка, после чего организовал и ей и мне прямую подпитку отсюда. По большому счету, это был совершенно уникальный отдельный источник. Креона поднялась и пошла куда-то в угол. Вернулась она, держа в руках старинное голубое колье с огромными, невероятно красивыми камнями.

— Это тот подарок, который мне, в свое время, сделала Тиэлла с сестрой. Думаю, он нам может пригодиться.

Она одела колье себе на шею. Смотрелось оно, на полевой форме Наси, в которую была одета Креона, весьма странно. Потом мы вышли на улицу. Обе — и Клуня и Сянка, медитировали, но, когда мы вышли, немедленно подбежали.

— Вы изменились в чем-то, сказала Клуня.

Я, на секунду, снял маскировку с ауры Креоны и вверх взметнулась ее невероятно огромная серо-зеленая аура. Ее цвет изменился.

— Первая… только и сумели прошептать они и опустились перед ней на колени, поцеловав каждая свою руку.

— Все, нас еще Дон ждет, сказал я.

— Первая, а можно колье посмотреть?

— Любимый, успеем. Пусть полюбуются.

Креона сняла колье и отдала девочкам. Они, как величайшую ценность, взяли его и стали рассматривать.

— Невероятно красивое. И невероятно древнее…

— Пошли уже! Сказал я, стоя у бревна.

Они, с сожалением, отдали драгоценность и побежали занимать свои места.


Глава 26. В гостях у Дона. Производство

Путь до Дона занял часа полтора-два, наверное. Мы проскользнули на территорию и выгрузили мешки около нового симпатичного домика. Потом я скрыл бревно и связался с Доном.

— Добрый день, Консус. Мы прибыли с товаром. Стоим около нового домика. Вы где?

— Здравствуйте! Я на производстве, проверял что да как. Буду через полчаса. Вы не предупредили — Вас бы встретили. Заходите в дом, там все готово к Вашему приезду. Я распоряжусь, сейчас принесут перекусить с дороги, а потом обед.

Мы зашли в дом. Ну, Дон и расстарался. При внешней простоте, изнутри дом был просто верхом аляповатой красоты. 8 комнат с различной отделкой и один большой зал с камином, который понравился мне больше всего. В каждой комнате была своя ванна. Так же сбоку была отдельная дверь — вход в баню с большой купелью.

— Ух ты! Сказала Сянка. Красота-то какая! А я что-то не увидела собачью будку для нашей Зверушки. У нее что, не будет своей комнаты?

Я думал Клуня ее убьет, но она только улыбнулась. Правда, недобро как-то. Думаю, вечером отыграется.

— Клуня, подойди, сказал я.

Когда она приблизилась, я взял ее лицо и сказал:

— Любимой Зверушки! А потом сунул руку ей в штаны, положил палец на клитор и ввел в оргазм. Да такой, что ноги у нее подкосились и она практически повисла на моей руке. Креона при этом улыбнулась, а Сянка явно обзавидовалась.

— Люблю Вас Хозяин, прошептала она.

В это время в дверь постучали и несколько человек, спросив разрешения, начали расставлять на столе перекус. Последним внесли 4 куска торта, украшенных красивыми ягодками каждый. Едва они вышли, Сянка потянулась, чтобы взять одну, но Клунин язык метнулся и, сметя две ягодки с 2-х кусков, отправил их ей в рот.

— Ээээ… только и сказала Сянка.

— Зверушке нужно хорошо питаться! Можешь объесть Хозяина или Первую, безапелляционно заявила она, добавив: если наглости хватит.

Сянкина рука так и зависла в воздухе. Мы все в голос рассмеялись.

— Ну, выбирайте, кто в какой комнате будет жить?

— В Вашей, сказали все трое.

— Я имею в виду, когда меня не будет дома.

Клуня с Сянкой пошли выбирать, какое великолепие больше им по душе, а Креона осталась со мной в зале.

— Я всегда буду в твоей, если ты не возражаешь, сказала она.

— Ты самая мудрая! Люблю тебя!

— С тобой для меня везде дворец, а без тебя — пещера.

В этот момент опять раздался стук в дверь и вошел Дон Консус. Его было не узнать — энергия шла на шаг впереди его. Он вполне восстановил свою физическую форму и, более того, в нем чувствовалась скрытая сила. Его телохранитель, зайдя вместе с ним, увидел меня, поклонился и вышел.

— Знакомьтесь. Это Креона. В быту Креона Корнер, а это Дон Консус Авинус.

Я не ожидал от Дона такой реакции. Он встал перед ней на одно колено и поцеловал руку:

— Здравствуй, Первая. Я почувствовал твою полную инициацию.

Она, дав ему сказать, подняла его с колен:

— Здравствуй Консус. Хозяин, как всегда, сделал правильный выбор адепта.

Он молча поклонился. В это время в зал вбежали Клуня и Сянка. При этом Сянка чуть отстала и немного странно шла, широко расставляя ноги.

Дон распахнул руки, и Клуня обняла его.

— Здравствуй дочка, сказал он.

— Здравствуйте, папенька, подыграла она. Оба заулыбались.

— Это Сянка, это Дон Консус…

Дон протянул руку, и она ее пожала.

— Что, дочка тебя за что-то наказывала? Спросил он

Сянка покраснела до корней волос. Я удивился остроте его восприятия.

— Да, он уникален в своем роде. И он теперь наш человек, сказала Креона.

Я кивнул, соглашаясь с ней. Потом сказал:

— Прежде чем продолжим, я хотел бы одеть на Вас, Дон Консус, Охранника. Поверьте, очень полезная штука. Думаю, на шею не стоит. Протяните правую руку.

Он протянул, и я одел на него резервный ошейник, который, прежде чем сомкнуться, уменьшился и стал тонким черным браслетом, вязь на котором почти не была видна — не гоже человеку с таким статусом, как Дон, носить побрякушки.

— Храни его, учи, оберегай и следи за его душевным состоянием, сказал я.

— Хорошо, ответил браслет.

Дон покачнулся, и Клуня поддержала его за плечи.

— Спасибо. Очень интересная вещь — он со мной уже общается. Думаю, нам будет, о чем с ним поговорить.

— Я не забыл о своем обещании познакомить Вас с драконами. По нашему приезду — слетаем.

— Когда отбываете?

— Думаю, завтра утром.

— Позвольте показать вам организованное мною производство. Вечером — на тренировку, а потом ужин и отдыхайте. Устраивает распорядок?

— Вполне

— Прошу!

Мы вышли. Около дома стояло 4 уже не квадрохода, а автохода.

— Прошу в мой, сказал Дон, открыв дверцу самого большого. В остальные загрузим товар — он кивнул на мешки. Пару раз съездят, ничего.

Я глянул — в каждом из автоходов сидело по вооруженному стрелометом Черному, а около мешков уже дежурило четверо.

Мы забрались и разместились на двух сидениях по бортам, друг напротив друга. Ну, прямо лимузин. Мы не торопясь поехали.

— Дочка, где ты нашла это чудо — майора Колха? Вот если бы не знал — подумал бы, что ты — моя кровь. Он верен тебе и профи, каких поискать.

— Нашла вот. Сама не знаю, как получилось, но я сразу почувствовала — мой человек.

— Береги это чувство.

По дороге мы болтали про всякую ерунду: как мы устроились, нравится ли нам отделка, что бы еще хотели и так далее. Через полчаса автоход остановился.

— Первая линия охраны, сказал Дон.

В машину заглянул Черный. Осмотрел всех.

— Дон, они с вами?

— Да

Дверь закрылась, и мы поехали.

— Если бы я сказал: «Да» и кивнул, он бы уже стрелял.

— Разумно.

Потом была вторая, а потом и третья линия. Каждый раз нас осматривали. При этом уровень Черных возрастал. В конце концов, мы остановились около двух новых вытянутых зданий. Нас встречал Майор Колх.

— За время Вашего отсутствия происшествий не было, доложил он Дону. При этом он сверкнул взглядом на меня и Клуню и краем глаза улыбнулся. Во время доклада отвлечение было бы нарушением дисциплины.

— Иди уже, поздоровайся, сказал Дон

Колх подошел. Сначала пожал руку мне, потом поцеловал ее Клуне. Креоне и Сянке просто кивнул.

— Спасибо Вам, Донья Клуня. Нет худа без добра, как говориться. Я рад, что меня уволили из Управления.

Я заметил блеск в глазах Сянки — я чувствую, «Донья Клуня» будет теперь Клуниным погоняловом.

Ворота открылись, и мы пошли внутрь.

— Дочка, после второго шпиона, пойманного Колхом, я списал с него долг, сказал Дон. Дочь его устроили в Школу-пансион при Черной академии. Хорошее учебное заведение.

— Лучшее, пояснила мне Клуня.

Мы зашли в помещение. Нас встретили два слабеньких Зеленых в халатах. Полки за ними были уставлены пузырьками и склянками. В углу стоял на вытяжку вооруженный Черный.

— Место отпуска товара, сказал Дон.

Креона, оглядевшись, подошла к дальней полке и протянула руку к нескольким пузырькам. Черный в углу дернулся, Зеленые тоже, а мои сгустки чуть шевельнулись. Клуня же, как бы невзначай, оказалась между Черным и мной. Я заметил, остальные нет.

— Дон, сказала Креона, в этих пузырьках продукт разбавлен. И весьма сильно.

Черный дернулся к оружию, мелькнула сталь и в середине его лба появилась рукоятка Клуниного метательного ножа. Он, тряпичной куклой, сполз по стене. Колх не успел даже дернуться, хотя стоял рядом с ним.

Дон расстроено крякнул, мгновенно оценив ситуацию.

— Колх, всю смену, включая Черных в карцер. Твой прокол — тебе и разбираться. Завтра утром доложишь.

Колх кивнул, почернев лицом. К тем, кто работал на складе подошли двое Черных, из тех, кто пришел с нами.

— Клуня, считай их пожалуйста. Только не на людях.

Дон, который нас слышал, что-то сказал Колху, людей связали и утащили в подсобку. Черные вышли и туда вошла Клуня. Один за другим я почувствовал два предсмертных зеленых всплеска. Она вышла, вытирая руки какой-то тряпкой, на которой оставались подозрительные красные следы, подозвала Колха и сказала ему несколько имен. Тот кивнул, Дон тоже кивнул и Колх отдал распоряжение своим людям. Клуня достала свой нож изо лба трупа, обтерла его той же тряпкой и спрятала где-то в своей одежде.

— Уважаемая Креона, сказал Консус вслух, определите, пожалуйста, есть ли еще некачественный товар?

Она обвела глазами полки и достала еще с десяток разных пузырьков.

— Остальное нормально.

Мы пошли в следующее помещение. Там фасовали готовый порошок в пузырьки. Вход был организован через тамбур, чтобы не было сквозняков. Следующее помещение было святая святых — лаборатория. Руководил всем давешний аптекарь. Креона прошла по помещению, осмотрела реторты, перегонные кубы и другое оборудование. Потом подозвала его и вполголоса стала давать указания. Сначала его глаза вылезли из орбит, а потом он стал записывать все, что она говорила. Когда кончилась бумага, он в ярости обернулся к кому-то из помощников:

— Бумагу, срочно!

Пока человек бегал, он внимательно слушал. Когда тот принес, он стал опять записывать.

— За то, что не подготовился к встрече, будешь наказан, бросил он через плечо работнику.

Креона обратилась к нам:

— Проверьте пока охрану или еще чем-нибудь займитесь, не мешайте мне. У нас здесь еще минут на сорок работы, не меньше. И извольте, в следующий раз, заходить в лабораторию в халатах. Часть товара вы уже испортили только своим присутствием.

Дон поклонился, а вся свита с удивлением на это посмотрела.

Выйдя в следующее помещение, я обнаружил склад первички, уже доверху полный тем, что мы принесли. Два работника как раз затаскивали очередной мешок.

— Через 40 минут должны быть комплекты халатов у обоих входов, сказал Дон.

Мы вышли на территорию и подошли к забору. По верху шло охранное заклинание, по типу того, что шло по периметру стены в городе. Я немного его исправил. Ну как немного — сильно исправил. У Дона, Колха и остальных Черных, которые видели, вылезли глаза из орбит. Затем я запустил его еще и метров на 10 в землю. Этого они уже не увидели. При этом, никто, кроме моих, даже и не понял, кто это сделал.

— Колх, как собираетесь противостоять подкопам?

— Забор стоит на каменном основании. Но я на эту тему еще подумаю.

Через полтора часа из здания вышла Креона с семенящим сзади бывшим аптекарем. Тот тащил с собой огромную пачку исписанных листов.

Дон спросил:

— Ну как?

— Этот, Креона кивнула на аптекаря, на своем месте. Он все записал. Думаю, завтра-послезавтра он скажет, что еще нужно купить. И надо будет исправить вентиляцию в складе хранения. Это он тоже записал. Правда, уважаемый?

Аптекарь мелко закивал.

Мы сели в лимузин Дона.

— Ну как?

— Очень хорошо, ответила Креона. Значительно лучше, чем я ожидала. А где тот доктор, который присутствовал при Вашем воскрешении?

— Он взял препараты и повез их в Университет. Они прислали официальный запрос.

— Болтать не будет?

— По-моему, дураком он никогда не был — его семья живет у нас. И хорошо живет, надо сказать.

Глава 27. В гостях у Дона

После обхода, мы вернулись в свой домик. Дон сказал:

— Я велю принести вам обед. Сам не обедаю. Предпочитаю тренировку

— Отличный выбор. А можно поприсутствовать?

— Да ничего интересного. Я бы хотел пригласить вас на ее вторую часть, где я занимаюсь с телохранителями. Давайте лучше, сюда придут приглашенные мной портные. Снимут с вас окончательные мерки. Завтра, надеюсь, полетите уже в новой одежде.

— Прекрасно. Давайте их.

— А знаете, пожалуй, я тоже поприсутствую. Не часто ко мне такие гости, как вы, приезжают. Я тут несколько разных мастеров из столицы выписал. Вы посмотрите, кто вам больше понравится.

Ого! Вот это размах. Олигархи — они везде одинаковые. Мы расселись и началось представление. Было 4 известных ателье. Каждый привез коллекцию из охотничьей, повседневной, парадной одежды и одежды для балов. Увидев нас, лица у них расплылись в улыбках: увидели сладких. Я так понимаю, что такие вот местные князьки делали им половину оборота.

Для начала охотничья, читай, что полевая, одежда. Здесь выбирали мы с Клуней. Выбрали модель одного из ателье, которое в основном, на этом и специализировалось. Действительно тряпка и крой были не плохи. Другое дело, что всякого лишнего было много. Я сказал, что хотел бы видеть. Кто-то из них попытался возразить, сославшись на чей-то авторитет, типа «эту модель такой-то шил…». Дон, только бровь поднял, спорщик тут же заткнулся. Аналогично произошло, когда я сказал, что на двух костюмах надо клапана напротив крестца сделать.

— Зачем? Спросил их старший

Я устал и просто стеганул ему по нервам красным. Как он не обгадился от ужаса, я не знаю.

— Когда будет готово?

— Через неделю…

— Послезавтра утром. Не поспите ночку, ничего. Вам нормально платят.

— Но…

Я опять на него посмотрел, и он принял единственно правильное решение:

— Послезавтра к 11 утра будет готово. И повел свою команду на выход. Кто-то из его людей попытался что-то вякнуть, то получил увесистый пинок.

А вот потом начался кошмар — выбор всяких платьев. Через 15 минут я взмолился:

— Креона!!! Можно я пойду, кого-нибудь убью!

— Иди, милый. Я так понимаю, что финансовых ограничений у нас нет?

— Нет!!!!

— Вот и славненько. Посмотришь на результат. Вон, идите с Доном потренируйтесь, а то, мне кажется, ты начал толстеть.

— Вот змея!

— Я поняла, ты хочешь, чтобы мы завтра тоже продолжили?

— ААААААА!!! Ты Солнце! Ты — самая лучшая!

— То-то. Брысь отсюда, мужики.

Мы с Доном пулей выскочили из дома.

— Консус! Пойдем палками помахаем! Не могу!!!

— Согласен.

Мы вышли на огороженную высоким забором тренировочную площадку. Там уже ждали оба телохранителя. Они были «голый торс», в руках каждого было по палке.

— Ну, показывайте, чему научились.

Дон быстро скинул с себя верхнюю одежду. Под ней у него было совсем не стариковское тело. Он быстро размялся, и они начали бой на палках. Телохранители нападали на него вдвоем, правда, явно осторожничали. Удивительно, но он этого не чувствовал.

— Ну как? Спросил он, остановив бой и чуть запыхавшись

— Весьма посредственно. Они бояться вас ударить

Он к ним резко обернулся

— Нет, босс, мы в полную силу бьем!

— Тогда гоните их нахер. Им только прачками работать.

Один, тот, которого я в свое время лечил, промолчал, а вот второй проворчал:

— Умник…

Я встал и разделся. Моему телу было визуально до их очень далеко. Я взял у Дона палку, завязал себе глаза, повернулся к ним спиной. Смотрел я на них аурным зрением

— Кто попадет — тому золотой.

Они напали. Вдвоем. Притом, что явно тренировались работать в паре. Не попали. Ни в первую атаку, ни во вторую, ни в третью. Все равно, я чувствовал, что они сдерживают руку. Потом я, во время очередного ухода, шлепнул обоих своей палкой по задницам.

— Не начнете по-человечески нападать, будете плохо сидеть.

Ох, как это их завело! Особенно молодого. И он начал по-настоящему работать. И все равно попасть не мог. Скоростными характеристиками он, кстати, обладал очень неплохими. Не для сверхскорости, конечно, но все же. Через полчаса они оба взмокли, а я даже не вспотел. В конце концов, я выбил палку молодого у него из рук, рубанул по ней своей, и он удивленно поймал две половинки. Я снял повязку и обернулся:

— Если вы по-настоящему любите своего босса, то будете колошматить его палками в полную силу. Враг держать руку не будет. А потом начнете работать с ножами. Сначала с деревянными, потом с боевыми.

Они оба мне поклонились.

Потом обратился к Дону:

— У вас есть стрелометы?

— Да.

— Дайте команду принести 4 штуки и пилу, пожалуйста.

Один из телаков метнулся и принес все что я просил. Я взял стрелометы, посмотрел на них, а потом у 2-х отпилил приклады и часть дул. Получились обрезы или длинные пистолеты. Я связался с Клуней:

— Ты освободилась?

— Сейчас как раз перерыв, часа полтора.

— Приходи к нам на спортплощадку.

Появилась Клуней, в своей обычной плевой форме. Я бы сказал, что выглядела она как «розовое чудо, яблочный пирог».

Я протянул один из обрезов Клуне:

— Одной рукой стрелять сможешь?

Она выстрелила и изгородь в месте попадания обуглилась.

— А другой?

Опять попадание

— А с бедра?

И опять попадание.

— Сейчас мы будем учить дяденек стрелять. Они криворукие.

Клуня посмотрела на них и хмыкнула, а молодой телохранитель покраснел и зло зыркнул на меня

— Вот какое упражнение. Вы, двое, будете в нее стрелять из стрелометов скажем… я прикинул, с 20 метров. Из укрытий, естественно. А она будет отвечать вам из этих укороченных огрызков. Стрелять она будет на метр правее ваших голов. Понятно? А то вы привыкли здесь только сметану жрать и ни хрена не делать.

Клуня тоже удивленно на меня посмотрела.

— Качай маятник и стреляй с бедра с двух рук. Попаданий не бойся — Хранитель тебя прикроет. Единственное, что может быть это неприятные ощущения. Правда вот прическа может попортиться.

Он вздрогнула, связала волосы в хвост, немного их втянув и сняла куртку.

Дон сказал:

— А может не надо? Это же опасно…

— Она — лучшая.

Клуня зарделась и посмотрела на меня.

— Давай девочка!

Вот это было шоу. Они действительно хорошо стреляли. Она то текла как вода, то вдруг взмывала в кувырках, то перекатывалась по земле. Откуда и в какой момент из ее стрелометов выскакивали молнии, видно было только мне. Поначалу ее выстрелы носили хаотический характер, но потом стало очевидно, что она успокоилась и они приобрели системность. Все смотрели на неё и только я на то, куда она стреляет. Когда заряды у Черных закончились, они поднялись и захлопали. Она тоже остановилась, тяжело дыша. Я первый подбежал к ней и, обняв, закрутил.

— Ты правда лучшая.

Подошел Дон с телохранителями, и все стали ее поздравлять. Потом Дон посмотрел на стену, куда она стреляла и увидел слово «Юджин». У него раскрылся рот от удивления. Телохранители тоже обернулись и остались с открытыми ртами.

— Будем работать над почерком, девочка, сказал я. Или займемся математикой. Будешь решать примеры.

Потом повернулся к Дону:

— Вот чего я хочу от Вас видеть. Иначе Вы можете не успеть спасти свою жизнь.

Потом перешел на ментальный разговор:

— Все эти знания есть в Хранителе. Тренируйтесь.

Он, молча, мне поклонился.

Клуня посмотрела на себя и сказала молодому:

— Ты — гад! Ты прожег мою форму! Твое счастье, что мне завтра сошьют новую.

И действительно, форма была в одном месте по касательной прожжена в районе голени.

Он широко, как мальчишка, улыбнулся:

— Я старался!

— Ой, там, наверное, уже платья принесли, а я тут с вами… и убежала.

Мы не торопясь оделись.

— Юджин, я к себе. Жду вас всех в 21.00 на ужин.

Было еще семь вечера. Я зашел к нам. Заглянул в зал — там была фантасмагория из тряпок. Сейчас одевали Сянку. Она увидела меня и спросила:

— Ну как?

— Рано ему еще смотреть. Вон видишь, у тебя на заднице все топорщится, услышал я голос Клуни.

— Зато у меня спереди ровненько лежит.

— Плосконько, вот и ровненько, ответила та. Сянка покраснела. Я думаю, от файера нас уберегло только наличие Креоны.

— Ша, курицы! Обеих выпорю!

Обе обиженно надулись.

— Любимый, вот твой костюм. Я рискнула не слишком следовать современной моде. Если что, мы тебя собой достаточно украсим. Подожди, сейчас вынесу.

Она вышла с костюмом и зашла в соседнюю комнату. Я ее обнял.

— Подожди до вечера, Любимый. Может быть, я уже взрослая, но категорические не хочу перебивать себе аппетит короткими перекусами.

— Может быть, надо есть по чуть-чуть, но часто?

— А ты можешь по чуть-чуть?

Тьфу! Опять она права.

Я померил костюм. Удобный, нигде не жмет. Есть место для Хлыста. Если его снять — штаны сидят плотно, не спадут. Цвет — темно-серый. Фасон… Ну не знаю — фасон как фасон. Нормальный.

— Ну как?

— Отлично. Главное — движений не стесняет.

— Знал бы ты, как мы этих клуш столичных уламывали сшить нам то, что мы просим. «Это мода прошлого сезона, то вообще прошлый век…». Кошмар какой-то

— Ну, быть мне при вас деревенским увальнем.

— Не посмотрят на тебя городские красавицы…

— Печально. Дон к 9 на ужин ждет. Постарайтесь закончить. Мы все равно только послезавтра полетим — надо хоть одеться по-человечески.

Она ушла, я лег на постель и тихо провалился в медитацию. Анализировал ситуацию, думал. Прикидывал, что нас может ожидать на остовах.

Когда открыл глаза — был уже вечер. Но часы почему-то показывали семь часов. Рядом сидела Сянка.

— Вернулись наконец! А мы до Вас вчера не достучались. Креона с Вами осталась, а мы с Клуней к Дону сходили. Девочки! Он с нами!!

Появилась Креона и Клуня в чудесных платьях. У Клуни был обыгран бодик, у Креоны чудесно смотрелось ее ожерелье. Сянка убежала и тоже появилась в потрясающем платье, подчеркивающем ее изящную фигурку.

— Одобряешь?

— Просто великолепно!

— Хорошо, а то мы волновались. Давай на ужин, и я велела баньку растопить. Попаримся перед дальней дорожкой, а то все вчера без сладкого остались.

— Как без сладкого?

Креона, присела, нежно достала мой член и облизнула его

— Так, без сладкого! Я больше от перекусов не буду отказываться.

— Первая! Прекрати! Скоро обедать! Закричали плутовки.

Креона засмеялась и спрятала мой член.

Я вскочил, полный энергии.

— Клуня! Пока не забыл, давай свое «солнышко»

— Меня? Спросила Сянка, сделав большие глаза

— Тебя вечером, улыбнулся я.

Клуня быстро обнажилась до половины, и я исправил:

«Клуня Авинус. Место рождения — город Тилц»

Ужин был великолепен. Мои красавицы блистали в новых нарядах, Дон рассыпался в комплиментах, а молодой телохранитель пожирал Клуню глазами. В конце вечера она подошла к нему и что-то сказала. Он покраснел и опустил взгляд

— Что ты ему сказала?

— Ничего особенного. Я сказала, что так на меня смотреть может только один человек. Остальным это вредно для здоровья.

Мы вернулись в свой домик. Веселые и немножечко пьяные. Мы с Креоной вошли в свою комнату, девчонки разбежались по своим. Легкое движение — и платье упало к ее ногам. Она осталась в красивейшем белье. Повернулась вокруг себя:

— Нравится?

Я громко вздохнул. Она подошла ко мне и стала меня раздевать. Когда расстегнула и спустила брюки в дверь сунулись две головы:

— Я же тебе говорила…

— Заходите, девочки, не поворачиваясь сказала Креона. Помогите мне и пошли в баньку.

Они втроем дораздели меня. Сянка присела и аккуратно взяла головку члена в рот. Я чуть качнул серого, и она поплыла. Смотрю — под Сянкой появился Клунин хвост и начал щекотать ей клитор.

— Первая, а Сянка уже почти… прошептали сзади.

Мы смеясь вошли в баню. Сделана она была великолепно: стены в парной давали аромат, полки были сделаны из дерева, которое почти не нагревалось, а рядом с каменкой стоял какой-то огромный соляной кристалл. Температура в парилке была градусов 110, наверное, но из-за абсолютно сухого воздуха дышалось легко. В предбаннике были замочены десяток различных веников. В соседнем помещении стояло 5 купелей. Одна с чистейшей холодной родниковой водой, а 4 с каким-то настоем. В углу следующей комнаты лежало несколько травяных матрасов и стояло два массажных стола, сбоку была комнатка с лежаком, а еще дальше стоял стол, на котором стояла бутыль с холодным вином и лёгкие закуски.

— Так, девочки. Сегодня мой праздник. Креона, посмотри пожалуйста, есть ли в трапезной мед и соль.

— Да есть. А зачем?

— Идите в парилку, разогревайтесь. Я буду священнодействовать.

Они убежали, а я стал смешивать мед с солью. Потом посмотрел на поучившуюся «мешанину». Мне показалось, что мед обладает хорошей магической емкостью. Я рискнул и вкачал в него изрядную порцию серого.

Через некоторое время послышался шум, топот, плеск и женский визг. Я приготовил большую бадью с медом и солью, а потом захватил один из травяных матрасов и пошел в парилку. Когда открыл дверь, меня встретили три любопытных лица, одетых в одинаковые войлочные шапки

— Ну-ка подвиньтесь. Надо матрас положить.

Положив матрас, я облил его кипятком и парилку наполнил запах свежей травы.

— Кто первый?

Первая пошла Клуня. Она вытянулась на матрасе.

— Дыши через траву, посоветовал я ей и стал охаживать двумя вениками. Ее ноги, спина и попа стали красными. Тогда я нанес на нее мед с солью, закрыл ей сверху голову веником и оставил лежать в парилке.

— Лежи, грейся

Через 10 минут я зашел и вылил через веник ей холодной воды на голову. Она благодарно-облегченно вздохнула. Я размазал уже растаявший мед.

— Переворачивайся!

Чудесный вид…

Я опять оходил ее веником и намазал медом. Потом положил веник уже на лицо и немного полил холодной водой.

— Лежи, еще чуть-чуть.

Затем начал втирать в нее мед. Каюсь, излишнее внимание я уделил груди и щелке. Но, судя по широко разошедшимся коленям, ей это понравилось. Когда я положил ладонь на ее лобок и ввел два пальца, она бурно кончила, а на ее теле выступили крупные капли пота. Я поднял ее расслабленное тело, вынес его из парилки и аккуратно положил в купель с отваром трав. Затем качнул в отвар серого, и вода «вскипела», даже изменив ненадолго свой цвет. Она стала немного грязной, но прозрачность раствора быстро восстановилась. Клуня глубоко вздохнула и повалилась в полусон-полутранс.

Следующая была Сянка, а под конец Креона. Причем, у Креоны отвар в купели стал значительно грязнее, чем у всех. Чтобы восстановить его прозрачность, мне пришлось вкачивать серое аж три раза, и помногу. И вот уже из трех купелей торчат три головы. Я был мокрым как мышь. Они-то лежали, а я работал. Пошел в парилку, отхлестал себя веником и забрался в свою купель. Мне стало очень спокойно и хорошо. Через какое-то время я услышал всплески вылезающих барышень и на мою голову легла ладонь.

— Спасибо, Любимый. Ты даже не знаешь, сколько негатива из меня вышло. Просто дышать стало легче, а то мысль о Сиок вообще жить не давала.

— Чем дольше живешь, тем больше всякого багажа, который тянет.

— Как отдохнешь — вылезай.

Минут через 15 я вылез. В бане стояла тишина и я решил посмотреть, где же они. Увидел, что все трое сидят на лежаке по-турецки, взявшись за руки. Над ними был общий аурный мешок.

— Заполни каждую из нас…

Я не очень помню, как все происходило. Помню только, что в аурном поле каждой из них образовались пустоты на месте вышедшего из них негатива и я должен был заполнить их собой. Вкачивал я в каждую немеренно, особенно в Креону, что и понятно. При чем энергия тянулась из меня с нечеловеческой силой — как глотки воздуха после пребывания под водой. Когда я был в Креоне, то вынужден был открыть дополнительные каналы — уж больно огромной была ее аура. В конце концов я просто отключился с чувством того, что я все-таки сумел все сделать.

Очнулся я, лежа в постели, а в окно светило солнце. Креона смотрела на меня и гладила рукой по голове. С кухни раздавались песни и веселая перебранка.

— Спасибо Любимый. Ты даже не представляешь, на сколько теперь мы твои, а ты наш… То, что ты сделал — просто невероятно. Тебя, как обычно, больше суток с нами не было. Но дело явно того стоило, я тебе как врач говорю. А как ты придумал такое?

— По аналогии с тем миром, откуда я родом. Там применяют массаж с медом и солью в бане для очищения организма от шлаков. Вот я и подумал…

— Очень хорошо, что подумал. Будем проводить эту процедуру регулярно. Нам очень понравилось! Кстати, есть еще один плюс нашей задержки — наша полевая форма, и зимняя, и летняя, уже готова. Обувь, кстати, тоже. А вот наши платья и твой костюм будут через неделю. Так что вполне можно выдвигаться.

— Только не говорите потом, что не были готовы к какому-нибудь балу.

— Конечно скажем. По крайней мере, девчонки точно скажут.


Глава 28. Летающий остров. Пулатль

Мы одели новую зимнюю форму, сложили в рюкзачки летнюю и пошли на завтрак. После завтрака стали прощаться с Доном.

— Спасибо за ваше посещение, сказал он. Благодаря вам, мы вскрыли целую организацию. 9 человек — четверо Зеленых и пятеро Черных. Что обидно — все Черные из тех, кто служил у меня раньше. Из тех, кого нанял Колх — ни одного негодяя.

— Он с ними разобрался?

— О да. Не думаю, что кто-то захочет повторить их «подвиг». Кстати, Юджин, Вы обещали научить меня ставить клейма на лояльность.

— Вся информация есть в Хранителе. Когда Ваш уровень поднимется до должного, Вы автоматически все узнаете. Так что тренируйтесь…

Он поклонился, принимая новую информацию.

— И еще одно — я убрал молодого телохранителя. Мне показалось, что он слишком пристально смотрел на мою дочку.

Клуня лучезарно улыбнулась.

— Все, Консус, мы поехали. И так у вас загостились.

Он поклонился, а потом поцеловал мне руку. Так, как принято в их среде.

Мы расселись на наше боевое бревно, я покрыл всех серым, сделав невидимыми и мы полетели. Я решил, для начала, залететь на тот остров, с которого началось наше знакомство с Голубыми. Разогнался я прилично и, задумавшись, чуть не пропустил его. Пришлось даже сделать кружок, чтобы резко не тормозить. Когда слезли с бревна, я огляделся. Почти ничего не изменилось.

— Девушки, искупайтесь пока в источнике, он целебный, мне надо кое-куда слетать.

Они разделись и стали пробовать войти в воду, фыркая от того, что она холодная, а я поднялся в ту пещеру, которую запечатали мы с Дорном. Вот в ней действительно ничего не изменилось, кроме того, что я увидел пару следов от Дорновых чудесных когтей. Видимо старик прилетал сюда подзаряжаться. Молодец. Я понял, что после его последнего боя, у него просто бы не хватило сил на перелет сюда. Как же жаль!

Я достал свой нож и наковырял сумочку мумия, потом осмотрел все, проверил защиту и вернулся к своим. Они, все трое, сидели в ледяной воде источника рядом друг с другом и весело о чем-то беседовали.

— Сянка нагрела воду, сообщила мне Клуня. Она действительно чудесная! Не очень было понятно, о чем она говорит — о Сянке или о воде.

— А может быть, это было страшное испытание?! А вы сфилонили! А ну-ка марш на берег!

Все с шумом и фырканьем выскочили. Я на них просто залюбовался, что они, плутовки, заметили и плотоядно заулыбались. Я не стал отказывать себе в удовольствии и, поставив их рядом в коленно-локтевую позу, взял по очереди каждую. При этом, Клуня и Креона вырастили маленькие хвостики-ручки, чтобы мне было удобнее. А потом они вдвоем взяли своими хвостами Сянку в оба отверстия одновременно, от чего та чуть не потеряла сознание, получив совершенно фееричный оргазм.

— Ну, все, хватит. Вставайте на колени и закройте глаза. Я хочу кое-что сделать.

Когда они выполнили то, что я просил, я взял по большому куску мумия и приложил сзади к их ошейникам. Оно немедленно впиталось и каждый из них получил по мощному независимому серому источнику энергии. Креона и Клуня после этого откинулись с отсутствующим взглядом, а Сянка просто потеряла сознание. Когда они пришли в себя, то накинулись с вопросами: что это было?

— Я не думаю, что что-нибудь в этом мире теперь сможет вам навредить, сказал я. Ну все, одевайтесь и полетели.

Пока они надевали одежду, я связался с Голубым разумом и получил пеленг. Потом подозвал Креону:

— На сумочку мумия. Я пару килограмм наковырял. Пусть у тебя будет.

Она благоговейно взяла сумку и спрятала ее на дно своего рюкзачка.

— Если бы ты знал, сколько жизней оно спасло тогда…

Мы неторопливо летели, наслаждаясь чудесной погодой. Поскольку было тепло, все надели летнюю форму. Вдали показались столпы смерчей и облаков. В воздухе был слышен низкий гул непогоды

— Подлетаем, крикнул я и увеличил плотность серого колпака.

— Хозяин, крикнула Клуня, мне показалось, что к нему приближается большое судно.

Я пригляделся — Клуня права. К острову, под углом с нами, приближался огромный, богато украшенный корабль.

— Туристы, сказала Сянка. В столице, среди богатых, очень популярно здесь отдыхать. Но не многие могут себе это позволить

— Кто-нибудь взял деньги?

— Я взяла три тысячи, на всякий случай, сказала Креона

— А вы чего не сказали? Мы с Креоной древние, и то она сообразила.

— А мы, если честно, нет. Никогда не могли себе этого позволить. Подумали, что это какое-то другое место. С Вами, Хозяин, никогда не узнаешь, где заночуешь. Понятно только с кем.

— С таким уровнем проработки ситуации, мы быстро окажемся в попе!

Обе пристыжено замолчали

— Ладно, давайте к ним пристроимся. Проще будет.

Мы подлетели к медленно плывущей по воздуху лодке и полетели рядом.

— Два дня обычно летят, сказала зачем-то Сянка

— А ты откуда знаешь?

— У меня был один ухажер. Из мажоров. Он предлагал как-то скататься. Но мы с ним поссорились за 2 дня до поездки, и он полетел с моей подружкой.

— Понравилось ей?

— Нет. Они там напились всей компанией и изнасиловали ее вчетвером. Они всех своих подружек, с кем приехали, по кругу пустили — спорт у них такой был. Я вообще думала, что она потом руки на себя наложит — она-то его любила. Дура.

Мы тихо вплыли рядом с лодкой в открывшуюся в заслоне дыру и увидели остров. Сказать, что он изменился — не сказать ничего! Похоже, из него сделали рай для богатых туристов. Везде играла музыка. Даже сейчас, днем, светились огненные надписи и рекламы, иногда совершенно фривольного содержания. Я поднялся повыше и увидел, что из нетронутого остался только дворец правителя и несколько казарм. Весь остальной остров был превращен в один большой бордель. Наш домик стоял на том месте, куда его поставили 750 лет назад. Поскольку он был закапсюлирован — с ним, по крайней мере, визуально, ничего не произошло. Он был невидим для местных, а его защита отпугивала людей, поэтому эта часть сада поражала неухоженностью. Мы вернулись к пришвартовавшейся лодке и стали наблюдать. Из нее вышло человек 25 в попугайских нарядах. Мужчины и женщины. Было несколько компаний. В основном, молодые люди, некоторые с подружками, явно не из круга прибывших. Вдруг глаза Сянки сузились, и она показала рукой на загорелого гиганта, обнимающего прижимающуюся к нему миниатюрную девушку.

— Это он. Тот, про кого я вам рассказывала. Привез очередную жертву.

— А кто он?

— Единственный сын одного из руководителей СБ.

— Кентакка в гробу перевернется, проворчала Креона. Не это она организовывала.

Мы, в своих формах, среди этой пестрой толпы, выглядели бы нелепо, поэтому решили поселиться в нашем домике, прикупить одежду, а дальше разобраться по ситуации. Я хотел повстречаться с руководством острова.

Когда припарковались, я спросил:

— Сянка, а какие здесь законы?

— Практически никаких. Здесь есть любые, даже самые запретные удовольствия. Наркотики — любые, хотите малолетнего мальчика или девочку — пожалуйста, бои до смерти — здесь аж 4 арены. Единственное наказание для гостей — пожизненный запрет въезда. И то, только, по-моему, за убийство другого туриста. Если докажут, естественно.

— А откуда они набирают контингент?

— Бойцы едут сами. Если они возвращаются — то становятся на материке очень богатыми людьми. Проститутки тоже в очередь стоят. Я знаю, что проводятся даже специальные кастинги.

— А те самые мальчики и девочки? Тихо спросила Креона

— Я не знаю… растерянно ответила Сянка. Поскольку меня это сильно не интересовало, я и не узнавала. Вроде бы, Диамир говорил, что сюда иногда привозят детей врагов. Клуня, при этом ощутимо вздрогнула. Еще есть какие-то бандиты. Но кто и что — он не говорил, а я и не спрашивала. Кстати, иногда здесь отдыхает руководство СБ.

— И сколько стоит «входной билет»?

— 15 000 золотых. Платится в Представительство Голубых в Империи или в Королевстве. При этом, все удовольствия, включая проживание, здесь платные.

— Ладно, пойдемте в дом, сказал я и сделал его видимым.

Креона подошла первой и открыла дверь. Потом вздрогнула и отошла.

— Девочки, уберитесь там внутри пожалуйста. Не могу — все осталось как раньше. Если бы вы знали, сколько слез мы с Тиэллой пролили внутри.

Я ее обнял:

— Посиди здесь, Любимая. Мы все сделаем.

Мы с Клуней и Сянкой зашли внутрь. Время там как будто застыло. В камине еще горел магический огонь, куб был полон конденсированной воды, на столе стояло две фарфоровые чашки, а белье на кровати было смято. У меня сердце защемило.

— Хозяин, идите наружу к Первой, сказала Клуня. Ей сейчас нужнее Ваша помощь. Мы с Сянкой все здесь сделаем.

— Спасибо, девочки. Сожгите все старое, пожалуйста. А мы с Первой сходим, что-нибудь из одежды прикупим, чтобы сильно от местных не отличаться.

— Креона, снимай рюкзак и пойдем до ближайшего магазинчика, отоваримся.

Она встала, вытерла слезы:

— Пойдем любимый, а то опять накатит. Пусть они все выбросят — новое купим.

— Они все сделают…

Я одел на себя личину толстенького старичка-толстосума, уменьшив при этом свой рост и сделав некрасивым лицо, а Креона сняла китель и осталась в облегающей и подчеркивающей формы маечке. Мы взялись за руки и пошли к магазину.

Минут через 15 зашли, все также держась за руки, в лавку. По местным меркам она была на отшибе и, я понадеялся, что цены здесь будут божеские. Нас встретила хозяйка — дородная Голубая лет 50. Осмотрев нас оценивающим взглядом, она профессионально улыбнулась. Все понятно — старичок-толстосум и его молодая красивая, высокая медноволосая пассия

— Здравствуйте! Сказала она. Только прибыли?

— Да, с этим рейсом.

— Где остановились?

— Пока нигде. Я когда-то знал Наместника. Хотел к нему подойти — поговорить. А что посоветуете?

— Ну, наверное, не нынешнего Наместника, а его отца?

— А что, он помер?

— Да. Три года назад

— Вот незадача, сказал я.

— На острове 15 отелей. Самый лучший «Гранд Кинг». Но они дорогие. Могу предложить вам комнату у себя. Всего 2 золотых в сутки.

— К-о-о-тик, протянула Креона. Хочу в «Гранд Кинг». Там о-о-о-бщество…

Я, так что бы хозяйка видела, погладил спутницу по заду.

— Ладно, будет тебе «Гранд Кинг»

— Спа-а-а-асибо милый, сказала она и поцеловала меня в губы, бросив на хозяйку совершенно блядский взгляд.

Ценник увеличился сразу раза в полтора.

— Иди, Кошечка, выбирай тряпки. Да следи, чтобы ценники были приличные.

Креона метнулась внутрь магазина. Хозяйка крикнула и сверху спустился смазливый молодой человек, ей в помощь. Понятно — решила реализовать все шансы.

Креона вынесла огромную кучу всякого барахла, и мы с хозяйкой стали торговаться. Она никак не хотела уступать все ниже 300 золотых. Через пять минут послышался звук звонкой пощечины и скулеж.

— Котик! Этот урод погладил меня по заднице!

— Так, выходи! Думаю, Наместник выслушает старого друга отца! Мы здесь ничего не берем! Я закрою нахер всю эту сраную лавку.

К нам выплыла Креона, оправляя одежду. За ней скуля и держась за огромный набухающий фингал, вышел «красавчик».

Мы направились к выходу

— Простите его Господин! Закричала хозяйка. Я одам все за 100 золотых!

Видимо, по местным законам, обида туриста считалась серьезным проступком, а люди, заплатившие такие деньги только за входной билет, уж точно не были простыми.

Креона приостановилась, но я потащил ее дальше

— Пойдем, она мне всё отдаст и еще благодарить будет, что жива осталась. Не знает с кем связалась!

Я открыл перед Креоной дверь

— Все бесплатно! И еще пять любых вещей сверху!

Креона остановилась:

— К-о-о-о-тик, я так старалась, выбирала. Может простим ее?

Я все еще «праведно» кипел. Тогда Креона медленно, что бы обитатели лавки видели, провела рукой по моему члену.

— Я такое выбрала! Тебе понравится!

— 10 вещей, сказал я. И пусть этот урод извинится перед моей Кошечкой!

Надо сказать, что хозяйка умела держать удар. Она мило улыбнулась и сказала:

— Хорошо, Господин. Договорились. И толкнула неудачливого помощника вперед.

— П-п-п-ростите, Госпожа, пролепетал он.

— Иди, выбирай! Я на улице подожду.

Креона пошла внутрь лавки, а я вышел и подключился к ней.

— Кто это? Спросила хозяйка

— Один из самых страшных и богатых людей в Империи. Его даже СБ не трогает. Хорошо, что он Вас простил. Для него дело чести не оставлять в живых тех, кто его обидел. Да у него руки по локоть в крови! Вдруг вскричала она. Думаете, я по своей воле с ним живу и блядь играю!? Я, вообще-то, медицинский с отличием закончила. У него моя мать и уже один из братьев. Другого к нам прислали домой по частям. И я не одна такая с ним приехала… Она всхлипнула

— А чего же он так торговался?

— А он начинал, в свое время, с собственной лавки. Часто любит про это рассказывать. Для него торг — дело принципа.

— Понятно…

Я зашел в лавку, подпустив красного ужаса, чтобы закрепить ее слова.

— Что, шалава, набрала себе тряпок?

У хозяйки не осталось никаких вопросов, почему меня не трогает СБ

— Сейчас, К-о-о-отик…

— Идите уже, ласково сказала хозяйка Креоне, Ваш спутник ждет. Зайдете потом с подругами, подберете себе все, что надо. Бесплатно.

— Спасибо, пискнула та и схватила в охапку всю кипу вещей. Я взял ее за волосы и грубо вытащил из лавки, а красная ярость так и бурлила, заставив хозяйку побледнеть.

— Отработаешь мне все тварь, услышала она мои последние слова. Вишь, жалостливая какая. Эта сука-лавочница передо мной бы ответила.

— Она добрая женщина…

— Все вы, сука, добрые, когда к вам голову родственника приносят

Дальше дверь закрылась и разговор в таком тоне продолжать не имело смысла. Мы отошли от лавки и Креона мне улыбнулась:

— Я тебя немножечко сама испугалась. Как-то ты в образ глубоко вошел.

— Так после твоего рассказа про маму и братика, было бы странно…

Когда мы подошли к домику, Клуня с Сянкой устало сидели на бревне. Недалеко от них была выжженная площадка.

— Мы убрались и сожгли все ненужное, сказала Сянка. Посмотрите.

Креона положила перед ними вещи.

— Выбирайте, девочки. Потом мы с вами еще сходим в лавку. Уже без него.

— А что было-то?

— Потом расскажу, сказала Креона и смело первой вошла в дом. Я за ней.

Молодцы, девчонки. Они не только убрали все старые вещи, включая постельное белье и посуду, но еще и переставили всю мебель. Оставили только рисунки Тиэллы по стенам в рамочках.

— Не смогли это выбросить, сказала Клуня от входа.

— И не надо. Спасибо вам! Будем обживать дом заново. Идите барахло мерить.

Пока они наверху занимались примеркой, я убрал тентаклями обожженный участок земли, плавно поднял дом и отлетел от острова почти к защитным вихрям. Проверил все его системы. Все работало. Потом взял большой кусок мумия и втер его в косяк двери. Дом аж загудел от такой подпитки.

Вышел в палисадник и, остановившись у края, стал смотреть на грозовую стену, бесконечную в своем разнообразии.

— Хозяин, посмотрите!

Я зашел в комнату, где они устроили передо мной дефиле. То в купальниках, то в каких-то немыслимых платьях — вроде бы и закрытых, но подчеркивающих женское обаяние, а то вообще в каких-то хламидах-монадах.

— Тебе мы тоже кое-что припасли

Креона вытащила плавки, бриджи до колен, широкую рубашку типа гавайской, темные очки и широкополую плетеную шляпу. Я все это одел, они захлопали в ладоши и запрыгали:

— Папочка! Папочка!

Я взял очки в руки и сделал их поверхность серо-зеркальной и совершенно непрозрачной снаружи. Потом одел и повернулся к ним.

— Ого! Уже не папочка вовсе.

— А себе очки взяли?

— Да. И они тут же их принесли.

Я повторил процедуру. Клуня нацепила их.

— Ну как?

— Женщина-загадка, сказала Сянка.

— Хотите купаться?

— Конечно!

Я спустил дом таким образом, чтобы океан был вровень с палисадником. Волн практически не было, они с криками прыгнули в воду и начали резвиться. Я решил поэкспериментировать и обратился к Синему разуму.

— Приветствую!

— Давно тебя не было Серый. Мы тут все с интересом следим за твоими действиями. Что на этот раз придумал?

— Пока не знаю. Можешь прислать мне своего представителя? Хочу его со своими адептами познакомить — мало ли, может для чего и понадобится в дальнейшем.

— Сейчас…

— Девушки, не волнуйтесь, сейчас будет сюрприз. Вашей безопасности ничего не угрожает.

Они с интересом повернули ко мне головы, но пока ничего не происходило, успокоились и продолжили плавать.

Однако, минут через 15 из воды, между плавающими девушками выпрыгнула огромная касатка. Я не преувеличиваю — действительно огромная, метров 10, наверное. Они дико завизжали. Не думаю, что они видели что-нибудь подобное. Касатка нырнула, потом вынырнула под Креоной так, что та схватилась за ее плавник и пулей примчала ее ко мне. Я подал ей руку, и она встала рядом со мной. Затем касатка так же принесла остальных, а потом, высунув из воды свою огромную зубастую голову, положила ее на край.

Я положил руку ей на нос и услышал ментальный голос:

— Здравствуй Серый, я — Пулатль. Меня прислали быть твоим представителем в нашем мире. Познакомь меня со своими адептами.

Я вгляделся — огромная синяя аура.

— Девочки, познакомьтесь, это Пулатль, представитель Океана. Наш друг и помощник.

Каждая из них протянула руку и представилась. Между ними завязалась оживленная беседа. В конце концов, он предложил их покатать. Пока они с визгом носились верхом на Пулатле, я покрылся пузырем и опустился в воду. Так вести диалог с Синим было намного удобнее.

— Я посмотрел на твоих. Исключительно сильные моноколоры. Все, кроме Зеленой и, пожалуй, Черной. В них очень много твоего. Но вообще они все видятся как твои ипостаси, я бы сказал, под конкретные задачи. Авторизуй Пулатля, я хочу быть в курсе событий.

— Хорошо. С удовольствием.

— Что опять случилось? Почему ты вернулся?

— Не знаю, но разбираюсь сейчас. Потом я ему рассказал о том, что уже увидел и узнал.

— Вот же не успокоятся никак! Рассчитывай на мою помощь.

— Спасибо.

Я почувствовал канал его подключения ко мне и к дому.

— Я не могу подключиться напрямую к твоим адептам, но когда они в доме или в воде — то смогут со мной общаться.

— Я хотел показать им Океан

— Забирайтесь в твой, не понятный мне, пузырь. Я вам устрою экскурсию.

— Спасибо. Через пару дней.

— Что для меня пара дней?

— Скажи, а твои адепты среди людей существуют?

— Да. Недавно опять появились в одном из прибрежных рыбацких поселков. В прошлый раз я из всех уничтожил — они могли служить распространению заразы. Как считаешь, сейчас такая опасность есть?

— Не знаю. На всякий случай, пусть ограничат свое общение с внешним миром. Если почувствую порчу — дам знать.

— Хорошо, а то мне жалко их опять уничтожать — они интересные. Я подумаю и выберу для тебя адепта среди них. Что тебе нужно, я примерно понял.

— Спасибо.

Я выплыл на поверхность. Было уже утро и девчонки сидели, свесив ноги в воду и общаясь сПулатлем, прижимая руки к его носу. Я вылез и подошел к ним. Они обернулись:

— Он потрясающе интересный!

— Подождите. Ну-ка подплыви ко мне.

Он подплыл и я, положив руки на его нос, вкачал в него огромную порцию серого. Его глаза потеряли осмысленность, он тихо сполз с края и медленно начал опускаться в глубину. В его ауре происходила целая феерия. Через некоторое время, наверное, минут через 10, он, метрах в 40 от нас, выскочил из воды и сделал в воздухе аж двойное сальто, а затем с шумом грохнулся в воду. Его аура выросла больше чем в полтора раза и приобрела устойчивый темно-синий цвет

— Здравствуйте, люди, сказал он ментально и оскалился

— Здравствуй… рыба? Сказала Клуня

Креона отвесила ей подзатыльник.

— Двоечница! Он — млекопитающее. Прости ее Пулатль.

Креона покраснела, а Сянка нашлась:

— Здравствуй, касат. Я правильно сказала?

Все, включая Пулатля, засмеялись.

Клуня кинулась в воду, подплыла к Пулатлю и обняла его

— Прости меня. Я не нарочно

Он поднырнул под нее и всплыл так, чтобы она могла схватиться за его плавник.

— Держись, Черная. Покатаю! Я чувствую, ты большее, чем кажешься. Удержишься — прощу.

А дальше началось шоу. Она вцепилась в плавник, и он понесся на огромной скорости, делая периодически крутые повороты. Пару раз ее почти смывало, но она удерживалась за счет своей феноменальной силы. В конце он пару раз подпрыгнул, впрочем, не уходя в воду при падении. Потом подвез ее к нам.

— Ты прощена, Черная.

Она слезла, ее руки и ноги немного дрожали от напряжения. Она хитро на него посмотрела, а потом вырастила когти и хвост, сделав к тому же на его конце зазубренное острие.

— Так мне было бы проще удержаться, согласись?

Он даже немного отплыл.

— Ты права, Черная. Теперь уже я, похоже, тебе должен.

— Обожаю умных рыб!

Все засмеялись, а Клуня громко чмокнула его в нос.

— Пора подниматься наверх, сказа я.

— Я буду рядом, сказал Пулатль и тихо ушел под воду.

Глава 29. Летающий остров. Месть Сянки

Мы поднялись и припарковали домик на прежнем месте.

— Любимый, мы тут с девчонками придумали одну коммерческую операцию.

— Что еще, аферистки?

Креона развернулась ко мне спиной:

— Сделай, пожалуйста, иллюзию свежих шрамов.

Я расстарался и красные безобразные рубцы покрыли всю ее спину и попу. Потом отошел и посмотрел:

— Не очень натурально получилось. Может настоящие поставить?

Я не очень ожидал такой реакции на свою шутку: все трое напряглись, а спина Креоны покрылась крупными каплями пота. Я подошел к ней сзади и прижал к себе, обхватив за груди с враз напрягшимися сосками.

— Любимая, мне тебя, что самого себя бить. Я пошутил, признаю, что не удачно. Прости

Она расслабилась и прижалась ко мне, откинув голову. Остальные тоже заулыбались.

— Что вы еще придумали?

— За вещами сходим, а заодно и с хозяйки информацию по местным законам и нравам стрясем.

Затем Креона одела на себя хламиду-монаду. Сянка и Клуня взяли ее под руки и она, немного раскорячистой походкой, пошла по направлению к магазину, иногда морщась как бы от боли и тяжело на них опираясь. Я к ней подключился и стал наблюдать за шоу

Минут через 10 они доковыляли до лавки. Хозяйка сидела на скамеечке и грелась на солнце. Увидев их, она вскочила и засуетилась:

— Проходите, проходите. Что с тобой, родненькая?

Девушки зашли внутрь и Креона со вздохом подняла хламиду. Увидев страшные рубцы, хозяйка тихо вздохнула.

— Он?

— Он. Спит упырь.

— Так вы не в Гранд-Кинге остановились?

— Какое там! Ему Наместник целый домик у себя в палисаднике выделил бесплатно. Он же его отца, как он говорит, в свое время от больших неприятностей спас.

— А про меня Наместнику говорил что-нибудь?

— Нет. Он меня, за то, что вмешалась, отходил. Сказал, что я помешала ему отжать бизнес.

Хозяйка без сил опустилась на табурет. Потом опять собралась с мыслями:

— Как же ты теперь, бедненькая?

— Плохо. Если бы не подруги по несчастью — могла бы помереть. Если честно, надеялась на это. Но у него с собой специальный человек есть — Зеленый врачеватель. Так что у меня к вечеру даже шрамов не останется. Только боль.

— Вот упырь! А ходишь почему так?

— У него немой есть. Он всегда с ним ездит. У него член — 12 сантиметров в диаметре. Он полночи меня утюжил. А этот смотрел и комментировал. А если я недостаточно, по его мнению, темпераментно стонала, кнутом добавлял.

— Сколько же он людей с собой привез?

— 8, включая нас, насколько я знаю. Но он обычно еще пару боевиков обязательно инкогнито завозит.

Хозяйка в уме явно быстренько прикинула сумму, «потраченную» мной на отдых и ее настроение совсем испортилось.

— А ко мне чего пришли?

Тут вступила Клуня

— Хозяин сказал. Идите, говорит, оденьтесь и ее оденете. Не понравится или проблемы будут — разбудите.

— Не будет, девоньки, у вас проблем! Набирайте, чего нужно. На цены не смотрите — для вас все бесплатно. Тебя как зовут, дочка?

— Клуня.

— Скажи, Клунечка, Хозяину, мол хозяйка лавки кланялась ему, а вам рада была. А я вам за это кое-что из того, что нет на витрине, подарю.

Она убежала и вынесла три золотых колечка с очень неплохими прозрачными камушками. Думаю — хорошие алмазы. А Креоне вручила еще и сережки.

— Тебе, дочка, что настрадалась. Вот возьми комплектик. Хороший, поверь. Если отпустит тебя — продашь, будет на что жить.

— Спасибо.

Клуня с Сянкой наводили разор в лавке. Потом Клуня подошла:

— Скажите…

— Зови меня Матушка Наворр, Клунечка. Что ты хотела узнать?

— Правда, что здесь для туристов запретов нет?

— Да. Если происходит конфликт между туристами — Наместник сообщает правительству тех, у кого произошел конфликт. Дальше они сами разбираются. Полиция может вмешаться, только если есть угроза жизни или собственности кого-то из местных. Тогда туриста могут выдворить с острова и запретить ему здесь появляться. Это хороший стимул — обычно, если и бузят, то все потом компенсируют. И местных не трогают. Да и зачем? Здесь развлечений на любой вкус сколько хочешь. Хочешь насиловать детей — пожалуйста, хоть младенцев, хочешь печеные человеческие мозги — прямо при тебе приготовят. Будешь есть из хозяйской головы. Все есть, лишь бы деньги платили.

— А трупы куда?

— Здесь же океан вокруг…

— А откуда все эти несчастные берутся?

— На сколько я знаю, эмиссары по бедным регионам ездят, детей выкупают за хорошие деньги. Есть и поставщики. Кто — не знаю. Мне этот бизнес противен. Вы Хозяина на бои без правил сводите — я могу билетики достать. Там каждый бой смертью заканчивается. Сегодня, кстати, будет выступать известный чемпион. Обычная ставка для победителя — 10 тыщ золотых. А тому, кто этого победит — 100 тыщ дают. Только он третий год выступает — нет ему конкурентов. Сказал, что сейчас последний сезон — он достаточно заработал.

— Почем билетики?

— Вообще, по тысяче золотых. Но я вам 4 билета бесплатно дам — у нас их местным один раз в год их так раздают. А я не хожу туда, вот и скопилось. Продать хотела, но вы Хозяину передайте, что подарок от меня.

— Хорошо, спасибо, сказала Клуня и опять пошла внутрь лавки.

Матушка Наворр подсела к Креоне:

— А они тебе подружки?

— Беленькая, Сянка, скорее да. Она такая же рекрутированная, как я, а вот Клуня скорее нет. Она у Хозяина третий год живет. Все ему докладывает, поэтому и жива до сих пор. Я ее вылечила в свое время, поэтому она мне и помогает.

— Такая молоденькая?

— Не такая она уж и молоденькая. Но выглядит хорошо.

Тем временем подошла Клуня:

— Матушка Наворр, я расскажу Хозяину, что Вы нас хорошо встретили. Мы пойдем, нам еще Креону лечить надо. Она к вечеру должна быть при виде.

— Неужели вылечится?

— Даже шрамов не останется, поверьте. Я это лучше всех знаю. Кстати, а где этот Ваш помощник, из-за которого все и началось?

Матушка вздрогнула, поняв, что для него все добром точно не закончится.

— Выгнала я его и на другой остров к родителям отправила. Сегодня утром улетел он.

— Понятно. А то Хозяин интересовался… Вы уж, чтобы билетики в хороших местах были, постарайтесь, а я доложу, что его уже и правда нет. А то, мне кажется, что он где-то здесь. Я ложь чую, за столько лет службы у него научилась.

Матушка на этот раз вздрогнула значительно сильнее. Видимо, это был ее родственник.

— Билеты в первые ряды в отдельную ложу по 10 тыщ стоят. Я решу, все будет хорошо. Доложи ему, голубушка, что его уже нет.

— Не подставите? А то со мной, хуже, чем с ней поступят. Да и у вас неприятности будут.

— Нет! Что ты! Все будет хорошо, не волнуйся. Нешто я не понимаю!

— Вот теперь Вы искренне говорите. Договорились…

Девушки собрались, забрали с собой груду вещей и пошли по направлению к поместью Наместника. Матушка вышла из лавки и долго смотрела им в след, кивая головой своим мыслям.

Через 15 минут появились в домике.

— Ну вы и аферистки! Пораженно сказал я.

— А нам ни ее, никого из местных не жалко. Их деньги замешаны на крови изнасилованных младенцев.

— Мне, если честно, тоже. Надо будет ломать эту систему.

Они рассматривали обновы. Взяли, кстати, белье и застелили на постели. Старое-то сожгли.

Ну пошли, прогуляемся?

Мы сняли с Креоны муляжи, девушки одели веселые яркие платья, я свой «чудесный» наряд, и мы кавалькадой пошли в люди. Проходя мимо лавки, я остановился.

— Клуня, позови хозяйку

Она вбежала внутрь и через 2 минуты на пороге появилась улыбающаяся Матушка Наворр. Увидев меня, ее улыбка стала натянутой. Я распространил вокруг себя красную ауру, по типу той, что делал для защиты Желтого источника. Каждый ее последующий шаг по направлению ко мне давался ей тяжелее, чем предыдущий. Она остановилась метрах в 2.

— Ближе!

Еще шаг

— Ближе, я сказал

Еще шаг… Я понял, что она больше не сможет.

— Клуня сказала, что этот мудак, который трогал за жопу мою женщину, сегодня уехал? Мне показалось, что она немного врала.

— Н-н-н-ет, Господин. Она все посмотрела.

Я понял, что это ее племянник и он уехал из дома полчаса назад, а сейчас ждет в очереди на посадку в лодку. Место ей обошлось в втридорога.

— Жаль. Повезло ему, сказал я и снял воздействие. Я думал, что она упадет. Не буду портить себе отдых, продолжил я, мне понравилась твоя идея с билетами.

Мы направились в основные развлекательные кварталы. Все пестрило вывесками с самыми разными удовольствиями: «стриптиз», «казино», «собачьи бои», «интим», «голубая устрица», «рабыни внаем»… вывески пестрили и поражали разнообразием. Везде висели плакаты «Последний день Императора Ринга на большой арене. Бой с претендентом и с любым желающим. Билеты, а также заявку на бой приобретайте в кассе ринга. Победитель получает 100 тысяч золотых!». На улице народу было не очень много, но все заведения были открыты. Я думаю, в каждом были свои клиенты. На улице стояли зазывалы, однако они вели себя вполне пристойно. Никто не дергал за рукав или не кричал истошным голосом. Но достаточно было остановить на них свой взгляд и проявить малейший интерес, как они, тут же, в самых изысканных выражениях, объясняли суть предлагаемых их заведением услуг. Все-таки публика здесь была весьма взыскательна. Остановила взгляд вывеска «Любые услуги на заказ. Дорого». Рядом с ней стояла очень красивая миниатюрная девушка. Мы остановились рядом с ней:

— Дамы и господа чего-нибудь желают?

— А какие услуги оказываете?

— Любые.

— Вообще?

— Да. Просто для организации некоторых из них потребуется больше времени. Если Вас заинтересовало наше предложение, милости просим. Профессиональные консультанты помогут Вам точнее сформулировать, что Вы хотите и обсудят сценарий, если он есть. Так же мы дадим Вам прайс на уже ранее организованные услуги. Может быть, Вам что-то подойдет. Ограничений в исполнении Ваших желаний нет. И она профессионально улыбнулась.

— И голову Императора принесете?

— Да. Но это будет ОЧЕНЬ дорого.

— Спасибо, сказал я. Мы обсудим. И мы пошли дальше.

На нас все смотрели по другой причине — зеркальных очков ни у кого не было. Девушки тащились, ловя завистливые, правда не многочисленные, женские взоры. Остановились в небольшой открытой кафешке около отеля «Гранд-Кинг» и заказали пива. Через некоторое время из отеля вывалилась на улицу группа пьяных молодых людей, во главе с бывшим Сянкиным бойфрендом-гигантом. Он тащил за волосы ту девушку, которая с ним приехала. Одежда ее была в беспорядке, под глазом наливался здоровенный фингал, а глаза заплаканы. Сянка вздрогнула:

— Они уже сделали сегодня это с ней, ментально сказала она.

Тем временем ее дружок сорвал с нее одежду и запихнул под стол, за которым уже расселись в предвкушении его товарищи.

— Соси каждому, шалава! Пока все не кончат — из-под стола не вылезешь. А то сопротивляться она будет!

Парни развалились и было видно, кому из них она в этот момент оказывает услугу.

В этот момент гигант заметил нас, встал из-за стола и направился в нашу сторону. Не спрашивая разрешения, он взял стул и подсел к нашему столу.

— Старикан! Фамильярно сказал он мне, зачем тебе такой цветник? Плачу за каждую по 50 тыщ налом. Ты же все равно не сможешь их удовлетворить.

— Молодой человек, вы много на себя берете. Думаю, вы уж точно не можете никого удовлетворить, иначе не делились бы своими женщинами с другими негодяями. Мне кажется, что вы — импотент.

Он вскочил, а его товарищи за столом начали подниматься, чтобы «повеселиться».

— Ты знаешь кто я, урод?! Я сын Господина Нареста! Слыхал о таком?

— Нарест? Хм… Какая-то сошка из СБ. Думаю, по моему возвращению, его быстро забудут.

— Ты охренел, старый?!

Я ментально успокоил Клуню, которая уже готова была их всех положить прямо здесь.

— Да вы не кипятитесь, молодой человек. Покажите свой член. Если моим спутницам понравится, они с вами пойдут бесплатно.

Если бы он не был пьян, а за его спиной не стояла группа поддержки, он бы, наверное, почувствовал подвох. Но нет — его понесло. Тем более, что и Клуня и Креона сняли очки и изобразили на лицах неподдельный интерес. При чем Клуня провела весьма недвусмысленно по губкам языком. Глядя на них, он, наверное, представлял себе свой очередной будущий «подвиг», поэтому порылся в штанах и положил на стол вполне внушительный орган.

— Ну как? Небось не сморщенный стручок!

— Ну не знаю… протянула Креона

В этот момент я взял со стола вилку и одним слитным движением пригвоздил его член к столу около головки, а Клуня, поднявшись и, привстав на цыпочки, тыкнула ему пальцем в шею, отключив голос. Его товарищи, стоящие сзади, пока так ничего и не поняли, и не двинулись с места. Думаю, этим они спасли свои жизни. Сянка, с милой улыбкой, протянула мне еще одну вилку, и я также воткнул ее, правда уже около основания члена. Боль пока совсем не блокировал, но притушил.

— И правда, девочки, не стручок, сказал я. Очень приличный экземпляр.

Сянка сняла очки и взглянула на него:

— Диамир, ты меня помнишь? Ты же и меня на место этой несчастной планировал взять? Впрочем, можешь не отвечать. После твоего «отдыха» Финтя чуть руки на себя не наложила.

— Сянка?! беззвучно прошептали его губы

— Да, милый. Я. И, как видишь, не сдохла на помойке, как ты мне обещал при нашем расставании.

— Я… я…

— А что ты? Сказала Сянка, затем встала, аккуратно взяла тупой ножик, лежавший на столе и неторопливо отрезала головку его члена около первой вилки. При этом Креона перекрыла ток крови, а потом врастила в обрубок члена несколько тоненьких тентаклей.

Сянка подняла отрезанную ею часть тела и показала Дамиру:

— Вот ты кто! Чем наглядно проиллюстрировала известную поговорку. Ну-ка открой рот!

Я вкачал в него красной боли и его рот открылся в немом крике. Сянка привстала и аккуратно положила туда отрезанную ею головку.

— Кушай милый, не обляпайся!

Его товарищи было дернулись, но Клуня, вдруг неожиданно оказалось рядом с ними. Ее глаза пожелтели и превратились в змеиные зрачки.

— Кто дернется — убью, сказала она. И они ей сразу поверили.

Тем временем Сянка подошла к столу, под которым беззвучно рыдала изнасилованная и униженная девушка. Взяла ее за руку и подняла:

— Пойдем милая. Увидишь то, что тебе понравится.

Та, как сомнамбула, пошла за ней. Охватив взглядом всю картину, она вытерла слезы и лучезарно улыбнулась.

— Спасибо вам, сказала она. Затем повернулась и плюнула ему в лицо:

— Поделом тебе.

— Будут спрашивать, скажешь, что Диамир совершенно не умеет пользоваться ножом и вилкой. Вот и порезался.

Она счастливо улыбнулась, развернулась и пошла обратно в отель.

— Лодка через 2 часа, успеешь, сказал я ей. Она на ходу кивнула.

— Я превратила тентакли в нервы и распространила их по всему столу, сказала Креона Так что, либо придется ему потерпеть, либо ходить со всем столом в руках. Креона, для демонстрации стукнула кулаком по краю стола и глаза Диамира полезли из орбит от боли.

— Клуня! Хватит пугать людей! Видишь, один уже обоссался. Оставь денежки за пиво, да пойдем. За испорченный стол этот сам заплатит — он сейчас ему нужнее.

Когда мы уходили, Сянка сказала громко:

— Он в постели, если честно, был плох. Две минутки и п-ф-ф. Да и любил себя слишком.

— Зато теперь, со столом в руках, будет великолепен! Сказала Клуня и мы громко засмеялись.

— Погодите-ка, сказал я. Рановато нам еще с СБ ссориться. Я вернулся к товарищам Диамира и ударил по ним серым. Они схватились за головы.

— Теперь не то, что как мы выглядим — как их самих зовут не вспомнят.

Потом я убрал все воспоминания о последних событиях Диамиру. Он помнил, как заталкивал под стол подружку, а потом то, как стоит с прирощенным к столу обрубком члена. Мы подождали у входа минут 10, вышла совершенно счастливая барышня. Я тоже убрал ей последние полчаса воспоминаний, оставив только чувство удовлетворения от мести, память о фразе, что Диамир был неаккуратен со столовыми приборами, жгучее желание вернуться домой и уехать на годик куда-нибудь из Луганги.


Глава 30. Летающий остров. Бой

Мы, с хорошим настроением пошли на соседнюю улицу, где выпили еще пива и просидели пару часов. О происшествии около отеля по городку уже поползли слухи, обрастая самыми невероятными подробностями.

— Пойдемте домой, сказал я. У меня есть одна идея. Будем играть в личины.

— Это как?

— Увидите. А вдруг не получится?

По дороге к дому, Сянка прижалась ко мне:

— Спасибо, Хозяин! Я думала, что все забыла, но, когда увидел его с очередной девочкой, выходящего из лодки, воспоминания прямо нахлынули. Ведь я в экспедицию-то устроилась только потому, что нигде по-человечески работу не могла найти. И с отцом жениха, перед моим отъездом в СБ разговаривали. Жених потом сказал, что отец вернулся чернее тучи и сказал, что свадьбы скорее всего не будет. А тут еще и диагноз этот… ее плечи передернуло. Вообщем, я очень рада, что хоть раз в жизни сделала правильный выбор.

Тем временем мы прошли мимо лавки и подошли к дому. Из-за Хранителей, все девочки его видели. Когда зашли внутрь, все на меня накинулись:

— Какие личины?

— Я хочу Клуню сделать собой, а сам стану примерно таким, как то существо, которое спасло ее в свое время.

Клунины плечи передернулись.

Я сел колдовать. Сначала Клуня

— Креона, возьми меня за руку пожалуйста и представляй меня во всех деталях. Клуня, разденься и закрой глаза.

Поскольку в Клуне было много меня, ее организм легко поддавался всяким трасформациям, Креона с медицинской точностью воспроизводила для меня картинку, а в Доме была предельно комфортная среда, у меня получилось. Все же есть разница между созданием абстрактного монстра и конкретного образа. Но через некоторое время передо мной стоял… я. Первое, что сделал этот «я», это подошел к Сянке и шлепнул ее по заднице:

— Сегодня, сучка, ты для меня потанцуешь!

Та тут же встала передо «мной» на колени, аккуратно взяла член и сунув в рот, начала облизывать. Оторвавшись, сказала:

— Слушаюсь, Хозяин. Хоть сейчас

— Ты похотливое животное! Сказал(а) я-Клуня

Креона с улыбкой наблюдала за ними. В этот момент я начал проводить трансформации с собой. Это было намного легче и когда девушки отвлеклись от своих игр, то вздрогнули:

Я стал почти двухметровым гигантом, целиком покрытым густыми курчавыми рыжими волосами. Вместо лица, появилась бандитская рожа с большим уродливым шрамом на щеке. Глаза маленькие, глубоко посаженные, череп абсолютно лыс. Под кожей перекатывались бугры мышц. Тело так же покрывали многочисленные шрамы. Член свисал почти до середины бедра, бугрился венами и был невероятной толщины. Когда я ощерился — стали видны два клыка. Я напружинился и раскрыв руки, пошел к Креоне. Член при этом поднялся и застыл как дубина. Она в ужасе отшатнулась, и между нами из пола выскочило несколько тентаклей, которые ринулись в мою сторону. Я небрежно отмахнулся от них рукой. От удара они согнулись, и я поставил сверху огромную ногу с грязными ногтями. Единственный оставшийся стоять тентакль я схватил и разорвал пополам, сунув оторванную часть в рот и начав ее пережевывать. При этом, глядел стеклянным взглядом на Креону. В ее глазах заплескался неподдельный ужас.

— Хозяин, ХВАТИТ!!! услышал я крик Сянки. Она кинулась между мной и Креоной, а в ее руках стал зарождаться боевой файер огромной мощности.

— Гы, сказал я, но движение прекратил.

Креона без сил опустилась на пол, а из ее глаз потекли слезы. Мне стало по-настоящему стыдно.

— Прости, Любимая…

— Никогда так не делай. Пожалуйста… Я понимаю, что переделка касается не только внешнего облика, но никогда так не делай! Ни со мной, ни с ними!

Я молча повернулся, порылся в углу, взял один из ошейников и одел себе на шею. Его узор вспыхнул серым.

— Останавливай меня, когда я слишком сильно вхожу в образ. Это касается только своих. В остальном стандартно — помощь в случае необходимости.

— Хорошо, Хозяин, услышал я его голос и серый узор на нем притух.

Мое возбуждение немедленно спало, а вот желание защитить их, даже ценой собственной жизни, выросло многократно. Я обернулся. Сянка стояла, заслоняя собой Креону. При этом файер в руках Сянки был полностью сформирован. А вот «я» стоял между мной и Сянкой, при чем руках у «меня» был кнут. Я вгляделся в файер. Ничего себе! Первичный огонь! Против такого я не уверен, что выдержала бы даже моя защита. По крайней мере, с такого расстояния. Увидев и почувствовав произошедшие со мной изменения, они расслабились.

— Сянка, знаешь, что ты сформировала?

Она с удивлением посмотрела на то, что было у нее в руках.

— Это же…

— Да, это первичный огонь. Одно из самых мощных огненных заклинаний в этом мире.

Со мной связался ее Хранитель:

— Она сама это сделала. Я только задержал бросок и ограничил его мощность. Иначе бы в тебе уже была дыра.

— Ограничил?

— Да…

— Ни хрена себе!

— Извините, девочки. Личина действительно меняет не только внешне. Я поставил ограничитель.

— Спасибо, Любимый. Я очень испугалась. Я ничего не могла сделать.

— Простите, Хозяин, сказала Сянка. Я подумала, что Первой действительно угрожает опасность. Дальше все не очень помню, кроме того, что почему-то не стала сразу кидать файер, а решила подождать.

— Это у тебя Хранитель сработал.

— А у меня странно получилось, задумчиво сказала Клуня. С одной стороны, я почувствовала угрозу Первой. Но не смертельную, с другой стороны почувствовала угрозу Вам от Сянки. При чем, здесь-то уже по-настоящему страшную и приняла, или принял, решение встать между вами. У меня, если честно, уже было понимание, как я отрываю Сянке руки хлыстом и накрываю файер собой. При чем, в Зверушку у меня трансформироваться не получалось, я не успевала. Прости, Сестренка…

— Да уж, много нового узнали о глубоких трансформациях. Одним словом, так: нам нельзя ссориться. Согласны?

Они кивнули, но обнять меня в моем существующем облике не решились.

— Ладно, пора собираться. Надо еще нашего друга Горта, то есть меня сейчас, одеть. Пошли-ка в лавку. Я-то на людях должен быть почти немым, не забудьте. И еще одно: Хлыст, Кнут!

— Да?

— Давайте поменяемся. Я буду с Кнутом, а Клуня, в моем образе, с Хлыстом. Согласны?

— Разумно, сказал Хлыст.

Мы поменялись. В течение 5 минут происходила перенастройка, после чего я подпоясался Кнутом, обернул бедра простыней в веселенький цветочек, и мы пошли в лавку.

Когда Матушка Наворр открыла дверь на стук Креоны, ее глаза округлились от ужаса. Она оглядела Горта. «Я» же в это время прогуливался по улице в обществе Сянки.

— Матушка Наворр, нам надо Горта одеть. Хозяин хочет его с собой на поединок взять.

Она отступила, пропуская меня внутрь.

— На этого красавца большого выбора товара не будет. Но я посмотрю, что есть.

Я низко утробно зарычал. Наворр вздрогнула.

— Он слова-то понимает?

— Лучше, чем кажется, но хуже, чем хотелось бы.

— Понятно…

Хозяйка лавки пошла куда-то в угол, долго там копалась и достала шаровары, огромные башмаки и майку, типа тельняшки, без рукавов.

— Померяйте. Белья на него точно нет.

— Ему белье не требуется, сказала она, потом аккуратно нагнулась и сняла простынь. При этом ее голова оказалась напротив моего «хозяйства». Член чуть шевельнулся и ткнулся ей в губы. Она, с брезгливым выражением, отвернула лицо.

— Хозяин на улице ждет.

Я опять утробно заурчал. Член вернулся в исходную позицию

— Ой, дочка! И что этот зверь тебя…?

— Да, Матушка. А я еще должна была говорить при этом, как мне нравится. Когда же я сдохну!

— Бедная…

— Не я бедная. Бедные те, к кому он ходит долги Хозяина выбивать.

Наворр вздрогнула.

— Угораздило же меня…

Тем временем Креона сноровисто надела на меня порты и башмаки. Я опоясался Кнутом, а на пояс повесил двое ножен с ножами. Потом одел майку. На любом бы нормальном человека она висела бы ка мешок, но мне была явно маловата в груди.

— Другой нет…

— А Клуня где?

— Наказал он ее. Лежит дома, отходит. Этот вместо нее пойдет.

В это время дверь приоткрылась:

— Ты, манда, скоро там? Или мимо члена пройти не можешь?

— Мы уже, Хозяин, закричала Креона и извиняюще улыбнулась Матушке.

— Идите, сказала та, сложив пальцы, явно в жесте «на удачу»

Мы вышли из лавки

— Ну красавец, хихикнули они все

— Интеллигент в пятом поколении, сказал я

— Хорошее погонялово, улыбнулась Креона.

— Интеллигентная женщина, доктор, а такие слова обидные говорите: «погонялово»

— В плохую компанию попала

Мы шли по улице. Я шел впереди, «я» за мной, Креона и Сянка семенили следом. Подошли к площадке, около которой собралось, наверное, все население и все гости острова. Я, ничуть не задумываясь, врезался в толпу и стал разрезать ее, как авианосец морские волны. Самый высокий человек был мне максимум по грудь. Все мои шили в моей «кильватерной струе». Люди, которых я оттеснял, начинали возмущаться, но увидев меня, очень негромко. Дойдя до охраны на входе, я раздвинул ручищами стоящих людей и пропустил всех своих вперед. Сянка протянула 4 билета и сказала: «от Матушки Наворр»

— Еще рано, сказал охранник. Заход начнется через 10 минут.

Я угрожающе зарычал и начал к нему приближаться. Он побледнел. В дело тут же вмешался старший охраны:

— Это вип-гости! Пропусти!

На душе у охранника явно полегчало, и он отошел в сторону. Мы прошли. Сзади послышалось: «мы тоже вип…»

— Через 10 минут, милости просим, строгим голосом сказал он.

Мы устроились в самой центральной ложе, около арены. К нам немедленно подбежал официант и принес вино в запотевших бокалах.

Через 10 минут запустили людей. Сначала ВИПы. Ложа слева заполнилась, а справа осталась пустой. Уж не Диамир ли, со своими прихвостнями, должен был быть там? Ну да не важно.

Затем началось шоу. Вот в чем — в чем, а в этом организаторы поднаторели. Сначала было качественное файер-шоу, потом два предварительных боя. Один мужской, другой женский. В мужском не было ничего интересного — один соперник достаточно быстро воткнул короткий меч в грудь другого. В зале даже засвистели. В женском же вышли биться две Черные неплохого уровня. Бой положено было проводить полуголыми. Обе были вооружены двумя ножами. Хорошо бились. К концу третьего раунда обе были в крови от многочисленных, хотя и не глубоких порезов. Публика сошла с ума. Свистела, кричала, кидала на ринг монеты. В конце концов одна из них ухитрилась воткнуть нож в печень другой. Та упала на колени и у нее во рту показалась кровавая пена. Победительница закричала, потом подошла к стоящей на коленях побежденной. Она встала за ее спиной, чтобы та не упала, взяла ее за волосы и картинно наклонилась, чтобы отрезать ей правую грудь. Но она совершила одну фатальную ошибку — стоящая на коленях была еще жива и ее нож с хрустом вошел в лицо наклонившейся над ней победительницы по гарду. Та мгновенно рухнула замертво, все кто мог, почувствовали предсмертный выброс. Зал взорвался! Затем оставшаяся победительницей скрючилась, у нее ртом пошла черная кровь и мы почувствовали второй выброс. Что же, шоу у организаторов вполне удалось. Пока помощники засыпали убирали арену и засыпали ее свежими опилками, вышел конферансье:

— Дамы и господа! Главный бой сегодняшнего вечера! Несравненный Император Ринга, бессменный победитель турнира на протяжении трех лет и претендент — Морской Волк! Победитель получает 100 тысяч золотых! Напоминаю Вам, что это последний официальный бой Императора. В любом случае, после этого он уйдет или его унесут. Итак, встречайте! Претендент — Морской Волк! На ринг выскочил мускулистый боец, вооруженный 2 кривыми морскими ножами.

— Он заслужил свое право выступать здесь, пройдя пять поединков, а также после многочисленных схваткок на море с неизвестными нами противниками.

Зал зааплодировал, а Волк поклонился.

— И… конферансье сделал драматическую паузу… Император Ринга!

Вверх взметнулись файеры, а люди в зале повскакали со своих мест.

На ринг выскочил тонкий и гибкий человек. Его тело блестело от какого-то масла, а мышцы под кожей напоминали перевитые жгуты. Боец! В руках он держал два обоюдоострых серповидных меча.

— Император Ринга пришел к нам из далеких степей и уже три года не уходит с этой арены иначе, как победителем. Сегодня его последний бой, поэтому он поднял ставку. Его приз — 100 тысяч!

Зал неистовствовал.

— Оба бойца прекрасно знают правила, но мы, для сидящих в зале, повторим:

Запрещено метательное оружие. Оно не должно покидать руки бойцов во время боя. И запрещено применение магии. За этим правилом строго следят представители четырех магических школ, которые, в случае нарушения, заблокируют попытки магического воздействия нарушителя и окажут помощь противоположной стороне.

Встало четыре мага, уровня «очень опасен» и поклонились публике.

— Итак, дамы и господа! Начнем! Бой до победы!

Конферансье вылез за пределы ринга.

— Бой! Крикнул он.

Император просто играл с Волком. Его уровень, как бойца, был на два порядка выше. Он уклонялся от его атак, периодически нанося болезненные уколы. Уже через несколько минут Волк был весь в крови, а Император даже не вспотел. После одного, особенно болезненного укола, Волк выронил нож и решил нагнуться, чтобы его поднять. Император сделал хитрый прыжок над ним и приземлился с другой стороны. Волк удивленно поднялся. У него поперек шеи шла узкая красная полоса. Он попытался повернуть голову в сторону врага, тогда полоса, оказавшаяся ювелирным разрезом, открылась и вверх ударил фонтан артериальной крови. Волк немного постоял, раскачиваясь и его тело рухнуло на арену. Зал взорвался аплодисментами. Император шутовски поклонился.

Вспыхнули файеры.

— Победа Императора Ринга! Закричал конферансье.

Император кланялся и улыбался. Я кивнул Клуне. Она дождалась перерыва в аплодисментах и громко сказала:

— Говно ваш чемпион. Громко сказал «я».

На зал мгновенно опустилась тишина.

— Вы что-то можете предложить? Спросил конферансье.

— Бой с нормальным бойцом, а не подставное шоу. Плачу 100 тыщ заведению, за участие нашего бойца. В случае нашей победы — с вас возврат моих денег и миллион, в случае победы этого — «я» кивнул на Императора, я плачу ему еще 100 тысяч.

В зале повисла гробовая тишина.

— Дайте пять минут, сказал Конферансье. Я должен посоветоваться с бойцом и с организаторами.

Они все ушли, через пять минут вернулся Император и сказал:

— Я согласен. Наглецов надо учить.

Зал опять зааплодировал.

Конферансье подошел ко «мне»

— Пройдемте, договоримся пожалуйста, об условиях.

Клуня встала, и я немедленно подключился к ней. Она зашла в небольшой богато обставленный кабинет под ареной. Там сидело три человека. Два сильных Голубых, один сильный Черный.

— Поздоровайся с ними за руку, я поставлю на них метки, что Клуня, с успехом, и сделала.

— Деньги на стол, сказали они.

— Я похож на безумца, который возит их с собой? Вексель уважаемого человека как быстро проверите?

— Быстро, не волнуйтесь. Кто?

— Дон Консус из Тилца подойдет?

— Ого! Вы имеете отношения к этим новым лекарствам?

— Я много кого имею. Это к делу не относится. Я спросил: подойдет?

— Да вполне.

— Связывайтесь с ним, я подожду.

Черный достал кристалл и что-то сказал. Через пять минут со мной связался Дон Консус.

— Юджин, ко мне подошел Колх, спросил от Вашего имени гарантию на 200 тысяч. Давать?

— Кто с ним связался?

— Заместитель начальника его бывшего управления по нашему городу.

Вот и ясно кто все это «крышует». Разберемся с этим говном потом.

— Да, давайте.

— Да, вексель подтверждён, через минуту кивнул Черный

— Теперь я хочу увидеть Ваш ответ

— Вы сомневаетесь?

— Естественно.

— Пойдемте

Мы вышли из кабинета, повернули за угол и вошли в кованную дверь, перед которой стоял Черный со стрелометом. Спустились вниз. Еще одна дверь с часовым. Пошли ниже к третьей двери, у которой стояли трое. Когда ее отварили, я увидел помещение, вырубленное в скале, полное золота. Явно больше миллиона.

— Вексель подтвержден, сказал «я» и, развернувшись, пошел обратно.

Когда я вышел, в зале затихло перешёптывание. Конферансье, ждавший в коридоре результатов наших переговоров, поднялся на сцену.

— Мелкие формальности улажены. Итак, как зовут вашего бойца?

— Интеллигент.

В зале засмеялись.

— Итак: бой между несравненным Императором Ринга и бойцом по имени Интеллигент! Пусть выходит на арену!

Я встал, разорвал майку и направился к арене. В зале замолчали. Я с места перепрыгнул канаты и стал разминаться.

— Ничего себе, интеллигент! Выразил общее мнение Конферансье. Ваше оружие?

— Кнут и ножи.

— А разве кнут можно? спросил конферансье

Я его сгреб за грудки:

— Я его, сука, из рук не выпущу, прохрипел я. Тот начал судорожно оглядываться, ища поддержки. Черный, вышедший из комнаты, чтобы наблюдать за боем, кивнул и он придушенно сказал:

— Правила соблюдены.

Я небрежно выкинул его за канаты, где его поймали помощники.

— Бой, крикнул он охрипшим голосом.

Я снял с пояса Кнут, и он заструился в моих руках черной змеей

Мы начали кружить по рингу. В какой-то момент Император высоко выпрыгнул, намереваясь напасть сверху. Я спокойно перекатился и стоя на одном колене спиной, взмахнул над головой Кнутом. Император приземлился и в этот момент кончик Кнута глубоко рассек его бедро. Поскольку оно было сильно напряжено, кровь брызнула на несколько метров. Может быть, он бы и смог уйти от удара — я специально не быстро ударил, но это произошло именно в момент приземления. Его нога подогнулась, и он чуть не упал. В зале ахнули. Мне надо было понять, действительно ли он талантливый боец или здесь не чистая игра. От этого зависела его дальнейшая судьба. И тут, похоже, он испугался, потому что к его ране потянулись коричневые нити.

— Все видя то же, что и я?

— Что-то не чисто…

— ДА! Крикнула ментально Креона. Я этот запах из тысячи узнаю!

— Объясни нашим, а я его еще позлю…

Тем временем его нога выпрямилась. Видимо, пауки блокировали боль. Тогда я решил продолжить и не меняя положения, начал раскручивать Кнут, медленно приближаясь к сверхскорости. Звук щелчков начал сливаться. Он юлил, финтил и весьма ловко подпрыгивал. Беда была только в том, что я не хотел в него серьезно попадать. Его тело постепенно начинало покрываться мелкими «укусами». Но бил-то я не просто так, а по болевым точкам. С каждым ударом он коричневел все больше и больше. В конце концов, когда боль, причиняемая мной, превысила критическую отметку, он дико заорал и метнул в меня один из своих ножей. Я, честно сказать, ожидал этого, поэтому нож был подхвачен хлыстом и перенаправлен в другом направлении. Молнией он сверкнул и снес голову тому самому главному Черному, который наблюдал за боем. После этого, я развернулся и начал наносить удары, уже на разрушение. Куски плоти вырывались из его тела, а кровь летела на первые ряды зрителей. Дыры в его ауре были уже такие, что никакие пауки не могли его поддержать.

В конце концов, он без сил опустился на колени. Я «перетек» за его спину и достав два ножа, ухнув, воткнул их в его в плечевые суставы, раздробив их и физически лишив его возможности двигаться. Я не собирался повторять чужих ошибок. Затем я дико зарычал, обвел взглядом притихшую толпу и, воткнув пальцы в его глаза, резко рванул руку вверх, оторвав верхнюю часть черепной коробки. Естественно, я его при это считал. С полученной информацией надо будет неделю разбираться. Потом я решил довершить начатое и, запустив руки в его черепную коробку, вырвал мозг. Затем, раздавив его пальцами, начал жрать. Мой член при том поднялся, выступая на штанах огромным бугром. В зале была звенящая тишина. Я бросил остатки мозгов на опилки и, наступив на его труп, прошел к краю ринга, около которого стоял совершенно обомлевший конферансье. Я перегнулся и ловко втащил его за шкирку через канаты.

— Говори! прохрипел я

— Чистая победа, проблеял он голосом, значительно отличающимся от обычного, присуждается бойцу под именем Интеллигент. У нас новый чемпион!

Я обернулся, «улыбнулся» и поднял руку. Хлопков практически не было, а народ тихо и подавленно потянулся к выходу. Тогда я нагнулся, выдернул ножи из плеч трупа, обтер их, а также свои руки, о пиджак конферансье и спросил:

— Почему не хлопают?

— Н-н-н-е знаю, заикаясь, ответил он.

— Бабло Хозяина где?

— Вам отдадут, вы не беспокойтесь…

— Ты беспокойся

Он, испугано заморгав, громко взглотнул.

Глава 31. Господин Нарест

После этого я перепрыгнул через канаты, подошел ко «мне» и встал на одно колено. «Я» потрепал меня по голове и сказал:

— Молодец. Хороший мальчик. На сегодня обе твои.

Я посмотрел на Креону и Сянку. Они обе, совершенно натурально побледнели. Люди, стоявшие рядом или подошедшие меня поздравить, взглянули на меня с завистью, а на них с сожалением.

— Пойду получу с них, сказала Клуня. Пойдем-ка со мной, не нравятся они мне и вразвалочку, не дожидаясь меня, направилась под арену. Я посмотрел на девушек с сожалением и поспешил следом. При этом подключил их краем сознания на прослушку, на случай нештатных ситуаций.

— Креона, Сянка, сразу говорите если что не так. В их глазах вы не представляете опасности, поэтому они могут и расслабиться.

— Хорошо

Когда мы вошли, нас встретил угрюмый Черный и повел к боссам. Они сидели уже, по понятным причинам, вдвоем.

— Вы должны мне два миллиона двести тысяч, с порога сказала Клуня. Ваш боец нарушил правила.

— Но…

— Что «но». Нарушил?

— Да…

— Я не прав?

— Видите ли… У нас тут тоже нештатная ситуация…

— Меня не волнует ваша ситуация. Сегодня деньги должны быть у Дона Консуса. С 00 часов завтрашнего дня пойдет 100 тысяч в час. Посмотрим, на сколько вы серьезные люди и отвечаете за базар.

— Понимаете, мы не можем связаться с руководством…

— Слышь ты, бизнесмен, сказал «я» явно старшему из Голубых. Возьми кристаллик и поговори. Ты же не хочешь, чтобы твоя голова украшала забор этой сраной забегаловки? Тогда найдешь деньги. Свои, накрайняк, отдашь, а с них получишь потом. Ты договаривался — твои вопросы…

— Любимый, они выводят людей. Я насчитала уже 8 черных со стрелометами по периметру. Могла, правда, не всех увидеть.

— Понял, Клуня слышишь?

— Да. Поняла.

— Я пошел, сказала она. Потом остановилась в дверях:

— Если у меня будут хоть малейшие проблемы на выходе или во время моего здесь отдыха, я утрою сумму. По моим прикидкам у тебя в подсобке лямов 6 лежит. Понял, конь?

Тот закивал.

За нами еще не закрылась дверь, а он уже кинулся к кристаллу. Я стал его слушать через поставленную Клуней метку:

— Давайте отдадим. Они здесь все разнесут!

— Не ссы! У тебя 20 Черных в охране. Если хочешь, свои отдавай… в кристалле гы-гыкнули

— Но Господин Нарест, а как же репутация заведения?

— За такое бабло в жопу твою репутацию. Тебе правильно сказали — ты конь. Делай, что велено! Нападение не ты будешь организовывать.

Я узнал, что хотел. Теперь повеселимся. Я привел всех Хранителей в активное состояние.

— Девочки, их не более 20. Хранителей я, на всякий случай, активировал. Все равно, постарайтесь под стрелометы не лезть. В остальном ограничений — никаких, только нас не зашибите. Вы сколько их наблюдаете? На всякий случай решите, кто кого будет брать, чтобы не пересекаться.

— Поняли

Мы вышли. Зал уже был пуст, а около девчонок стоял один из Черных со стрелометом.

— Вы уходите по-тихому, сказал он, будет меньше проблем. И он демонстративно направил стреломет на моих. Во мне начала закипать ярость.

«Я» остановился и начал смеяться:

— Слышь, ты! Ты знаешь, какие у них таланты?

— Нет… опешил Черный.

— Каждая из них может обслуживать его, «я» кивнул на меня, по 4 часа подряд. Вдвоем они, включая перерывы на реанимационные процедуры, могут обслуживать его сутки. Если с ними что-нибудь произойдет, обслуживать его придется тебе. Ты сколько выдержишь? Учти, медицина у меня не бесплатная…

Черный открыл рот, чтобы что-то сказать. В это время раздалась гортанная команда и в те места, где мы стояли, ударили стрелометы. Только нас там уже не было. Вокруг девчонок вспыхнули серые ауры — сработали Хранители на попадания. Почти одновременно с выстрелами Сянка разразилась залпом из 8 файеров, а сквозь стоящего радом офицера и, наверное, сквозь других, их не было видно, проросли 8 толстых тентаклей. Я почувствовал 15 смертельных всплесков. При этом я, передвигаясь на сверхскорости, уже оказался рядом со своими.

— Любимый, я подумала, что ты захочешь задать ему пару вопросов. Вот и не убила.

— Умничка ты моя!

Я оказался лицом к лицу со стоящим рядом с ними, нанизанным на тентакль, Черным. Его глаза, глядя на меня, лезли из орбит от боли и ужаса.

— Некогда мне с тобой болтать, сказал я и ввел пальцы ему в глаза, считав. Раздался еще один смертельный выброс.

— Еще четверо. Охраняют хранилище с деньгами. Я пошел. Клуня, поговори с Голубыми, пусть подумают, как будут деньги выносить. Погоди только, я зайду первым.

Мы подошли ко входу. Я встал с одной стороны двери, Клуня с другой. Я взглянул аурным зрением и прикинул длину кнута

— Открой дверь, он ее на прицеле держит. Сама не суйся. Укрылся, сучек, за мебелью.

Она резко раскрыла дверь. Немедленно из проема вылетели три молнии на трех уровнях. Опытный, гад. Но он недооценил преимущество гибкого оружия. И совсем не знал об аурном зрении. Я сделал движение рукой с Кнутом, и мы увидели еще один смертельный выброс. Когда мы зашли, он лежал замертво со снесенной половиной черепа.

— Иди к Голубым, я с остальными разберусь.

«Я» зашел в кабинет, где, сжавшись, сидели эти двое. Выбросы они тоже чувствовали. Мне же надоели все эти игры и я, пользуясь своими многократно возросшими силами, просто запустил мощную витиеватую серую молнию, которая разнесла все двери и убила всех, кто за ними находился. Еще три выброса.

— Дон Консус! Усильте всю охрану. Стрелять только на поражение. Возможно, буду провокации Черных. И куда мне привезти 8 миллионов?

— Сколько?!

— Восемь. Или около того…

— Ээээ… я подумаю. Ко мне точно не надо. Когда они будут?

— Через день-два. Может раньше.

— Я скажу куда везти. Есть один банк…

— Хорошо, сообщите.

Я прошел по оплавленной лестнице, преступив через трупы. Зашел в хранилище с покореженной дверью и осмотрелся — часть золота от жара спеклась.

Потом поднялся в комнату к Клуне. Она сидела, развалясь на диване, а один из Голубых дрожащими руками пытался настроить кристалл связи. В конце концов у него все получилось.

— Что у вас там происходит?! Заорал голос.

— Слышь ты, успокойся козел!

— Ээээ… Кто это?

— Это тот, кого ты, по своей глупости, обидел. Я забираю все деньги и закрываю ваше сраное заведение.

— Да как ты смеешь?!

— Я смею. Ты нарушил свое слово. То, что ты, по глупости, положил здесь всех своих людей, ты уже знаешь?

— Да…

— Тогда послушай меня. Если у Дона Консуса или еще у кого из наших людей будут проблемы, твой сын к тебе не доедет. Вернее, доедет, но по частям.

— Если с ним что-то произойдет, я вас из-под земли достану!

— Уже произошло. Твой «тигренок» не такой как раньше. Он же у тебя один, кровиночка?

Молодец! Оказывается, она его считала, когда отключала ему голос. Не все, наверно, но детское прозвище узнала

— Да вы… Да я вас…

— Ой, не гоношись. И не надо нас доставать из-под земли. Мы сами к тебе оттуда появимся. А будешь глупости делать — и утащим туда. Если не веришь, на досуге подумай, когда ты 20 бойцов сразу терял? То-то…

— Что вам надо?

— Сына мы к тебе отпускаем. Ты его полечи у своих. Вдруг получится вылечить? Если нет — обратись к нам. Мы поможем. Это так, для начала разговора. А надо нам будет с тобой встретиться, поговорить. И дай команду своим олухам деньги в мешки погрузить и на центральную площадь у фонтана вынести. Мы их заберем. Деньги должны лежать в ящиках, килограмм по 100, не больше.

— Как? Все лодки под моим контролем!

— Не твой вопрос. Ты делай, что говорят. Только проследи, чтобы ничего из них не пропало. Мы же понимаем с тобой, что брать чужое не хорошо. А эти деньги уже не твои. Кристалл мы с собой забираем. Связь по нему будет односторонняя.

— Я вас найду!

— Нет, ну ты все-таки дурак, раз так разговариваешь. Встретишь сына, поговорите с ним, подумаете. Когда остынешь — мы свяжемся. За кристаллом зайдем завтра, а то твои олухи без твоих команд теперь штаны мокрые себе поменять не смогут.

Клуня небрежно отдала кристалл Голубым.

— Вы, это, не дурите. Вас убивать не хочется. А придется, если что пропадет. Все понятно?

Они быстро-быстро закивали.

— Хозяин, прогудел я, а бабы мне когда будут?

— Потерпи немного. Ты хороший мальчик сегодня. Столько денег папочке заработал, столько плохих дядей убил. Заслужил.

Мой член поднялся и торчал огромным бугром.

— Мы пойдем, сказал «я». А то сейчас вам бабами придется поработать. У вас на все три часа.

— Конечно идите. Не извольте беспокоиться!

— Сянка, сожги все трупы пожалуйста. Их могут считать.

— Хорошо, Хозяин

Когда мы, в сопровождении Голубых, вышли в темное помещение арены, в воздухе очень сильно пахло паленым мясом. Тентакли, естественно, все втянулись, а на месте погибших были обгорелые пятна. Клуня с Сянкой сидели, обнявшись и прижавшись друг к другу, как воробышки. Ну, никто бы не подумал, что это их рук дело. А рассказать, что по-настоящему произошло, было не кому.

— Слышь, мокрощелки! Заорал «я», на случай если нас кто-то слушал, Скоро ваш выход! А ну бегом! Видите, мальчик заждался!

Мы вышли из здания арены и пошли по улице. Прямо физически чувствовалось, что за ними наблюдают десятки глаз. Когда мы зашли в особо темный переулок, я взглянул аурным зрением и понял, что здесь никому ничего не видно. Тогда я закрыл нас серым колпаком, и мы свободно пошли домой. Для всех мы зашли в переулок и не вышли.

Придя домой, я одним махом снял со всех все личины. Потом сграбастал их:

— Какие же вы все молодцы!

Все засмеялись.

— Ты, Клуня, мне еще за мокорщелку ответишь, сказала Сянка

— А у меня щелка самая мокрая из вас из всех! Сказала Клуня, развернулась и, воспользовавшись тем, что только мы с ней после снятия личин были обнажены, приподнявшись, оделась на мой давно стоящий член.

Мы сплетались и расплетались, мы были одним целым, мы чувствовали друг друга и были друг другом. Я кончал в них, и они наполнялись мной под завязку.

Через три часа мы лежали вчетвером на полу. Клуня и Сянка прикорнули, а Креона, прижимаясь ко мне, прошептала:

— Мне обязательно надо с тобой серьезно поговорить. Я анализировала сегодняшнее. Не то, что произошло на арене, а то, что произошло здесь утром. Это важнее. Я пришла к интересным выводам: я больше сориентирована на тебя, такого как ты есть. Я действительно испугалась тебя, когда ты был в личине. Я поняла, что не хочу тебя таким видеть. Знаю, что это ты, понимаю, что так надо. Но не хочу. Наверное, я слишком долго тебя ждала. А вот Клуне совершенно все равно, какой ты. И кроме тебя, у нее нет ценностей. Этому я рада. А тебе самому, что больше надо? Мне меняться?

— Ни в коем случае! Ты, не только моя ипостась, как, впрочем, и я твоя. Ты — мой самый близкий друг. Надев личину, я немного стал им, Гортом. У меня сместились ценности. Что делать, форма определяет сознание, в каком-то смысле. При этом я не очень-то это почувствовал. Если бы не ты, я легко мог бы по-настоящему скатиться до уровня этого Горта. Я скажу тебе, кто ты для меня. Ты — мой ориентир, маяк в бурном море. Только благодаря тебе, я смог вовремя остановиться. Не смей меняться! Я могу перепутать что хорошо, а что плохо. И никто, кроме тебя, не сможет меня остановить.

— Я знаю это. И я рада, что ты это понимаешь. Если бы ты велел мне поменяться, то я бы, наверное, старалась это сделать. Но тогда, если бы у меня все-таки это получилось, в чем я сомневаюсь, у тебя было две Клуни. А ведь во мне твоего значительно больше, чем в них всех вместе взятых. И всегда будет больше.

— Как-то Тиэлла сказала, что ты — моя совесть. Я согласен с этим. А что ты думаешь о Сянке?

— Хм… Она никак не может определиться, к кому она ближе, к Клуне или ко мне. Наверно ее ипостась еще не определена. Думаю, надо ждать и наблюдать.

— Согласен

Мы надолго замолчали. Вдруг Клуня раскрыла глаза:

— Хозяин, прошло три часа. Они должны были закончить.

— Точно! Чуть не пропустили.

— Дон Консус!

— Да, Юджин

— Вы определились с местом?

— Да, я договорился.

— Представьте, пожалуйста, очень точно это место и, по возможности, план города — с вашими теперешними способностями, это не сложно. Завтра в 12 там окажется гора денег, я не могу сказать сколько, но точно больше 6 миллионов. Пусть кто-то из Ваших людей присутствует при приемке. Чужих рядом быть не должно! Берите эти деньги в управление. По поводу нападений, я думаю, что их пока не будет, но к провокациям все равно надо быть готовым.

— Я недавно проклеймил всю охрану. Отказались только двое — так, что теперь немного попроще.

Потом перед моим взором представились все планы. Судя по проработке картинки, Дон сильно прибавил в уровне.

Мы встали.

— Девчонки, потренируйтесь с вашими Хранителями. Думаю, теперь вы можете покрываться защитным пузырем самостоятельно, по своему желанию.

Свой Хранитель я снял и обмотал вокруг Хлыста.

— Когда я в личинах, я должен быть в нем.

— Я прослежу, сказал Хлыст

У Креоны и Клуни серый пузырь получился сразу. Он был ровным и плотным. У Сянки же все получилось не так быстро и качественно. Она действительно еще не определилась со своим местом. Это чувствовалось. К чести девчонок, ей никто ничего не сказал.

Мы вышли и направились к площади. Вдруг со мной связалась Клуня:

— Я слышала, о чем вы говорили с Первой. И я согласна с ней. У каждой из нас в вас свое место. Я хочу быть Тобой. Твоими руками, твоей защитой, твоей ипостасью, твоей членом, наконец. Когда я была в твоей личине, я тоже поменялась. Я трогала себя за член и представляла, что вхожу в меня. И мне этого хотелось. А Первая… Она твоя совесть. Не моя. Моя совесть — ты. Первая права — утром выбор был только у Сянки. Ни у меня, ни у нее выбора не было. Мое предназначение — делать все, что ты считаешь нужным, даже если твоя совесть тебе этого не велит. Нет у меня ничего и никого, кроме тебя в этом мире. Нет и быть не может. Ты сам меня такой сделал.

Мне вдруг дико ее захотелось. Она остановилась, прикрыла глаза и прошептала:

— Да… Так… Я хочу чувствовать то, что ты хочешь раньше, чем ты это сформулируешь, полусказала-полувыдохнула она.

Мы дошли до площади. Около центрального фонтана стояло 15 ящиков с деньгами. Около них находилось несколько человек со стрелометами. Но, судя по общему аурному фону, что-то украсть не было ни у кого даже мысли — наше шоу передавалось из уст в уста. Также, как и то, что все Черные уничтожены. Откуда это узнала народная молва? Никто не знает… Но шила в мешке не утаишь. Я создал качественную иллюзию этих ящиков, затем покрыл настоящие ящики серым куполом. На всякий случай решил проверить сам и попросить девчонок:

— Посмотрите на предмет всяких маячков. Вдруг кто что почувствует

Они кивнули и стали сканировать. Я нашел 20 маячков. Под некоторыми ящиками было по 2 — черный и паучий. Клуня тоже нашла 20, Креона почувствовала 24, а Сянка только 15. Мы сверились. Оказалось, что Креона обнаружила еще 4 паучьих маячка.

— Как?

— Не знаю Любимый. Наверное, по запаху… Не могу тебе объяснить. Я этот паучий дух нутром чую. Видимо, он как-то взаимодействует моим с Зеленым. Портит его, что ли… Я применила метод глубокой диагностики, когда определяешь начальную стадию заболевания по изменению цвета ауры органов, даже если сам носитель ею не обладает. Вкачиваешь чуть-чуть и смотришь на отклик. У здорового органа он один, у больного — другой. Я занималась разработкой этого метода почти перед своим уходом из этого мира в источник. Не успела его опубликовать, хотя, мне кажется, этот метод достоин доверия

— Подойди.

Она подошла и я, взяв ее за виски, подстроил свою чувствительность, считав ее опыт. Посмотрел и тоже увидел 24 маячка. Все-таки она была Великой Зеленой волшебницей, о чем я ей и сказал:

— Ты Великая, моя Первая! Ты — Гений!

Я попробовал применить метод Креоны в других цветах. Паучьи метки «пахли» одинаково у всех, кроме Черного и, пожалуй, Красного. И в Желтом, и в Синем, и в Голубом спектре я увидел те же 9 паучьих меток. Самое главное было понять и почувствовать, что ты ищешь. Я постарался объяснить это Сянке, после чего она тоже их увидела

— Попробуй запомнить это состояние, сказал я. Это — враги.

Некоторые маячки были прикреплены к ящикам, а некоторые, паучьи, были в виде «зараженных» монет. Потом была рутина: я аккуратно их выжег, затем создал под каждым из ящиков соответствующее голубое заклинание и, прикинув скорость, отправил их в далекое путешествие. Иллюзию же настроил так, чтобы она исчезла с первыми лучами солнца.

— Пойдемте, нам еще с Наместником побеседовать надо. Сдается мне, что он в курсе существующей ситуации и она его устраивает. К тому же, надо понять, кто оставил эти паучьи седы. Значит есть здесь еще адепты.

Глава 32. Наместник. Первая встреча с Пауками

Клуня, глядя на уплывающие вдаль ящики с деньгами, сказала:

— Хозяин, Вы с девочками идите домой, я считаю тех Голубых, которые оставались грузить деньги, а заодно и заберу кристалл связи. Думаю, эта информация нам для разговора понадобится. Я найду их по меткам.

— Иди.

При этом я почувствовал благодарность к ее творческому подходу. Она покраснела от гордости. Посмотрел на Креону. Похоже ни она, ни, тем более Сянка, такую нашу связь с Клуней не чувствовали. Клуня быстро разделась, отдала одежду Сянке и превратилась в… нет, определение «Зверушка», к ней больше не подходило. В Зверя. Быстрого, беспощадного, сильного и не ведающего сомнений.

— Так быстрее, сказала она и канула в темноту.

— Пойдемте. Мне, прежде чем идти к наместнику, надо помедитировать. Похоже, все хуже, чем кажется…

Мы не успели дойти до лавки, как почувствовали два смертельных голубых всплеска.

— Давайте дождемся Клуню, сказал я.

Мы отошли в тень и через десять минут она беззвучно появилась из темноты, неся подмышкой Кристалл. Увидев нас, подбежала и протянула его мне. Я его взял и вгляделся — к нему шли несколько устойчивых черных нитей. Я покрыл его толстым серым пузырем. Связь немедленно оборвалась.

Мы пришли домой и я принял позу для медитации. Настроившись, я вошел в контакт с Голубым разумом.

— Здравствуй Серый

— Здравствуй.

— Теперь и про меня вспомнил?

— Не забывал никогда. Хотел поделиться с тобой информацией и обсудить кое-что. Ты знаешь, что происходит на том острове, где я сейчас нахожусь?

— Людские забавы. Меня это не касается…

— Позволь с тобой не согласиться. Давай я тебе кое-что покажу:

И я показал ему аурную картинку Императора ринга, считанную мной почти перед его смертью, потом показал метки, обнаруженные нами на ящиках с деньгами

Он долго молчал.

— Ты считаешь, что они могут совершить прорыв?

— Да. По крайней мере, точно пытаются. Я не должен сейчас терять время. Мне кажется, что среди их адептов есть и представители твоего цвета.

— Я их, к сожалению, не вижу. Правда, как сейчас думаю, это не значит, что их нет.

— Ты прав. Вот, что придумала Креона. Она Величайшая Зеленая из всех, кто был в этом мире. И я описал ему ее метод.

— Она гениальна! Я немедленно займусь вычленением зараженных.

— Передай остальным, пожалуйста. И не забудь указать авторство. У меня не много времени.

Разум молчал, а я ждал.

— Да, она права, и ты прав. Я вычислил некоторых. В том числе и местного Наместника. Что самое неприятное — я не смог полноценно отключить его от себя. Мне необходимо их физическое уничтожение. Чем я могу тебе помочь?

— Я подумаю. Если что — обращусь. Пока только одна мысль: если ты подключишься напрямую к Хранителям, мои адепты смогут летать?

— Хм… Да, пожалуй. Но не высоко и не быстро. У них слишком большая масса. Вот если бы они были одеты целиком в костюмы из обработанной тобой драконьей кожи…

— А если я увеличу их площадь?

— Тогда, наверное, это будет сделать проще.

— Сделай это, пожалуйста. Я сейчас должен идти, но скоро вернусь

— Хорошо

Я вернулся. Все девчонки были в доме. А я сидел не на том месте, где входил в медитацию.

— Любимый, сейчас уже вечер следующего дня. Сегодня весь день по саду бродили полицейские и солдаты. Приводили даже Матушку Наворр. Она показывала, по какой дорожке мы все время уходили.

— Они были заражены?

— Я не почувствовала. Защита дома сработала нормально — они нас не видели хотя к границе защиты дома приближались. Мы, на всякий случай, все равно затащили тебя внутрь. Из их разговоров мы поняли, что, когда золото пропало, в городе был большой переполох. Это произошло на глазах у многих людей. Тем не менее, часовых взяли под стражу. Матушку, похоже, тоже.

— Дон Консус связывался?

— Да. Все прибыло вовремя. Он послал на приемку Колха. Тот доложил, что там было, я даже запомнила, 7.323.211 целых и примерно на 363 тысячи спеченных золотых. Деньги приняли, и он пустил их в дело.

— Хорошо. Что еще было?

— В Хранителях произошли какие-то изменения, но мы пока не поняли, что.

— Сейчас объясню. Общий сбор

Когда все собрались и к нам подключился Дон, я сказал:

— Обратитесь к своим Хранителям и захотите взлететь. Все замолчали и вдруг, почти одновременно, поднялись над землей.

— Теперь плавно опускайтесь.

— Что это было? Спросили все одновременно.

— Мне удалось внедрить в Хранители заклинание левитации, типа того, на котором двигаются лодки с островов или как передвигаюсь я. Правда, не высоко и не быстро, но вы теперь им владеете. Всем потренироваться на досуге. Но делать это только в защитных пузырях — никто о ваших новых умениях знать не должен.

— Любимый, решайте вопрос с Наместником и нам надо поговорить.

— Хорошо. Клуня, Сянка пойдемте. Креона здесь на связи и защите дома.

Мы вышли в палисадник, покрылись защитными пузырями и полетели по направлению к дому Наместника. Когда приблизились, то увидели, что он похож на развороченный муравейник. В дом все время входили или выходили офицеры полиции. Видимо докладывали о результатах поисков. Иногда приводили того или иного туриста. Через некоторое время турист, обычно, выходил.

— Хозяин, может быть мне в Зверушку превратиться?

— Нет, наверное, не нужно пока. Но будь к этому готова. Лучше сделаем не так. Я опять превращусь в Горта, ты в меня, а Сянка на подстраховке.

Мы вернулись в дом, поскольку для масштабной личины нужно было некоторое время.

После трансформации, которая прошла значительно быстрее, я начал ощущать беспокойство. Даже не беспокойство — панику. Мои аурные сгустки словно взбесились.

— Не так! Срочно! Клуня — немедленно превращайся в Зверя! Максимальная защита! Креона, пользуясь новым знанием, спускайся вниз, к воде. Вызывай Пулатля, садись на него и отплывайте как можно дальше от острова. Пусть он будет готов помочь тебе преодолеть барьер. Будь на связи. Клуня, прикройся серым куполом и двигайся за нами. Ты подключаешься только в случае крайней необходимости. Сянка, идешь за мной в сером куполе. Держи наготове заклинания первичного огня! Выполнять! Быстро! И все вон из дома, я буду его сейчас активировать!

Мы выскочили из дома, Креона поднялась в воздух, правда недостаточно быстро, но все же через полминуты она уже перевалила за край острова и начала опускаться. Я заорал Разумам:

— Попытка проникновения и захвата Голубого. Я это чувствую! Максимальная помощь мне и все моим адептам! Голубой!!

Я услышал только его стон, полный боли.

— Рви связь с той частью, которая на этом острове!

— Я… не… могу…

Я, пользуясь пока еще хорошим каналом связи, запускаю в Голубого огромного разрушителя. Когда он входит, то я вижу паучьи нити, тянущиеся внутри Разума и захватывающие ключевые точки управления. Я, оставляю малую часть разрушителя бороться с паучьим захватом, а основную часть гоню к огромному «нерву», связывающему эту часть мозга с другими. Ставлю его перед входом в канал и активизирую. Теперь он взорвется в случае моей команды, либо моей смерти, либо если до него дотянутся паучьи нити.

В это время, поскольку я даже не вошел, а ввалился в медитацию, Сянка с Клуней оттаскивают меня подальше от дома. К нему стягиваются немалые полицейские силы. Они же его не видят! Как вычислили?

— Все, девочки, спасибо. Я сделал, что нужно. Пойдемте, разберемся с местным Наместником. План меняется. Сянка, тоже не демаскируешься до моей команды либо до острой необходимости. Клуня, держи свой Кнут. Это твое оружие. Давай мне Хлыст. Двигаемся к дому Наместника. Летите, но не высоко. Будьте готовы к тому, что поддержка Голубого иссякнет.

Блин, как в воду глядел! Срабатывает мой разрушитель и эта часть Голубого мозга отрезается от остальных. Голубые, находящиеся на этом острове, падают и воют от боли. Но потом поднимаются и начинают дергаными движениями выполнять поставленные перед ними задачи — а именно поиск и уничтожение нас. Я уже видел такое — в том, самом первом своем мире. Они устанавливают на треноги мощные стрелометы и начинают стрелять в дом. Не всегда точно, но тем не менее. Его защита хорошо держит, и он начинает огрызаться, уничтожая нападающих. К месту схватки подходит и вступает в нее все больше сомнамбулически настроенных людей. Мы, пользуясь общим переполохом и тем, что нас, похоже, все-таки не видно в нашей защите, прорываемся к поместью.

— Никому не демаскировываться, приказываю я. Креона, как ты?

— Хорошо, Любимый. Метрах в 20 над поверхностью у меня отключилось заклинание, но Пулатль выскочил из воды и поймал. Так что занимайтесь своими вопросами.

Мы врываемся в помещение. Клуня, пользуясь преимуществом своей новой физиологии, скачет по верхнему, так сказать, ярусу, а я в личине Горта, прорубаю себе путь для того, чтобы Сянка шла за мной и ее никто не заметил. Хлыст на безумной скорости мелькает направо и налево, броня в коже активизирована на полную. Через некоторое время из стен и пола вырываются тентакли. Они рвут все, до чего могут достать, но при этом начинают корчиться и отмирать. Понятно, Креона подключилась. Передо мной огромные двери, за которые, я чувствую, мне обязательно надо попасть. Я разношу их и оказываюсь в огромном зале. Передо мной, на месте Наместника сидит практически авторизованная паучья матка. В зале еще много людей, которые кидаются ко мне. Тогда я запускаю по помещению Серый смерч. Когда все успокаивается, я вижу, что паучиха покрыта защитным экраном.

— Здравствуй, Серый, говорит она

— Не хочу желать тебе здоровья.

— А жаль… Как видишь, мы много думали, как нам тебя встретить. Не скрою, прошлая ловушка для тебя стала могилой для многих из нас. Мы много столетий искали новые пути в этот мир. И нашли. Не ожидали, конечно, тебя увидеть, но время зря не теряли. Сними личину, она тебя портит.

Я огляделся и увидел на стене светящуюся карту острова, где местонахождения нашего дома было темным квадратом. Я понял, как они нас вычислили — они нашли то место, куда не могли заходить их адепты. Поскольку она не отреагировала ни на Клуню, ни на Сянку, я понял, что теперяшний мой цвет они не видят. Ну и хорошо. Я метнул пробную серую молнию в паучий экран. Он выдержал. Паучиха усмехнулась:

— Я же говорила, мы не стоим на месте, Серый. Нам удалось захватить в других мирах несколько серых адептов, и мы долго с ними экспериментировали, прежде чем убить. Так что теперь мы знаем, как с тобой бороться.

— И что же вы в тех мирах не остались?

— В них не осталось для нас пищи. Жившие там существа быстро вымерли или перестали быть вкусными. А в этом мире они явно покрепче.

Я увидел, как Клуня, пробравшись по потолку, зависла над головой паучихи.

— Ты знаешь, сказал я, а я ведь тоже не стоял на месте. Я с большой пользой потратил то время, которое вы мне подарили. Поэтому я тоже хочу поэкспериментировать. Давай попробуем?

С этими словами я ударил в паучий экран желто-серым. Проще говоря, я зарядил серым порцию первичного огня. Экран начал плавиться, но держал. Я увеличил мощность, Экран вокруг нее практически исчез и стал щитом, который сдерживал мою атаку. Я еще увеличил мощность. Воздух просто звенел от используемых с обеих сторон энергий. Она вынуждена была снять с себя защиту полностью, кроме того места, в которое я бил. В этот момент сверху сверкнул Кнут, в котором была чудесная проволочка — поглотитель. Он обернулся вокруг ее тонкой части. На паучью энергию он действовал не столь эффективно, но тем не менее, ее мозг начал интенсивно нагреваться, видимо от переизбытка поступающей в нее энергии. По крайней мере, его стало хорошо видно аурным зрением. И тогда на нее сверху упала черная молния. Это была Клуня. Паучиха, уловив движение вскинула вверх одну из лас торчащим вверх когтем, ударив летящее на нее тело в грудь. Однако бодик, все еще одетый на Клуню выдержал! Клуня, долетев до врага, одним рывком острых как бритва когтей разорвала ее оболочку и вцепилась в ее мозги. Раздался дикий вой, экран немедленно схлопнулся и мой, ничем более не сдерживаемый заряд, пробил ее насквозь и стал дальше и дальше проходить по каналам связи с ней, совсем на чуть-чуть опережая ее смертельный выхлоп. Я понимал, что на долго меня не хватит и пускал заряд только по самым большим каналам. Не смотря на мощные подпитки, потребление было таково, что моя аура просто на глазах начала съеживаться. На сколько я мог, я держал канал, но, в конце концов был вынужден позволить ему закрыться. Я схватил за шиворот Сянку, за хвост лежащую без сознания Клуню и рванулся вон из дома. Выскочив на улицу, я, пользуясь остатками энергии, активизировал свои левитационные способности и взмыл сначала над домом, а потом и над островом. Выскочив за пределы острова, я развернулся к нему лицом и взорвал наш дом.

Его защита и так была хороша, а после подпитки мумием — просто великолепна. Потому взрыв получился такой силы, что огромный кусок острова отвалился и медленно-медленно стал падать в воду. Раздался низкий гул и в месте падения образовалась огромные волны, начавшие расходиться.

— Спасай Креону, заорал я Пулатлю и рывком переместился к месту скола.

Сквозь облака пыли стала видна часть огромной пещеры, в которой голубые всполохи перемежались с паучьими. Я подлетел поближе и заорал:

— Давай Сянка! Давай родная!

И она дала! Я не помню, чтобы даже Фрика Золотовласая выдавала бы единовременно такие порции первичного огня. Огонь лился в проем и внутри пещеры образовался огненный ад. Я вбросил остатки серого и огонь приобрел еще большую интенсивность. Через некоторое время Остров превратился в обычный огромный камень и стал опускаться. В этот же момент рухнула вся его защита в виде смерчей. Опять раздался низкий грохот и бывший остров погрузился в морскую пучину.

Я оказался почти совсем без сил и стал медленно, но верно опускаться вниз. Обе — и Сянка и Клуня были в глубоком обмороке.

— Синий, выручай! У меня не хватает сил их нести.

Немедленно снизу вынырнуло, наверное, штук 20 дельфинов. Они, аккуратно подхватив бывших без сознания девушек, понесли их в сторону ближайшей суши. Я завис над водой и стал ждать Креону. Она появилась через 2 минуты верхом на Пулатле. Когда они остановились подо мной, я наконец, отключил левитацию, потребляющую остатки энергии. Креона протянула мне флягу с разведённым в воде мумием:

— Пей!

Я жадно присосался к фляге и большими глотками, как умирающий от жажды в пустыне, выпил все, что было. Энергии прибыло. Не скажу, что очень много, но достаточно для продолжения нормального функционирования. В этот же момент я почувствовал могучую подпитку океана. Мой пузырь наконец стал наполняться. За это время мы подплыли к острову, на который дельфины выбросили два бесчувственных тела. Соскочив с Пулатля, мы бросились к ним.


Глава 33. Большие трансформации

Я бросился к Клуне, а Креона с Сянке.

— Что у тебя?

— Она отдала все. Надо подпитать.

— У меня хуже…

Я смотрел на Клуню и в аурном поле видел, что она заразилась паучиной. Ее суть, вместе с Хранителем и внедренным мною в нее Серым боролись с этим, но паучьи метастазы уже достаточно сильно распространились. Головной мозг еще не был затронут, но почти все жизненно-важные центры уже были ими захвачены. Хранитель держал проникновение метастаз в голову.

— Креона, без тебя не справлюсь…

— Сейчас, Любимый…

Я обернулся — Креона положила в рот кусочек мумия, пережевала его, растворила в собственной слюне, а потом прикоснувшись губами к губам Сянки, вплюнула получившуюся смесь. Она немедленно впиталась и наполнила ее пузырь, дав жизненные силы к нормальному наполнению. Сянка глубоко вздохнула и из обморока перешла в глубокий сон.

Креона подошла ко мне и посмотрела на Клуню:

— Был прямой контакт?

— Да, с их маткой. Именно она ее и уничтожила.

— Понятно…

Креона, вместе со мной, подключилась к ее голове, вкачивая все, что можно, но этого тоже явно не хватало. Я обернул руки Клуни Хлыстом и Кнутом. Еще помогло, но не сильно.

— Если быстро что-то не предпринять, она просто погибнет.

— Что?

— Я не знаю…

— Я знаю! Подержите ее так еще минут 5-10, я сейчас буду

Я взлетел и на огромной скорости направился к пещере.

— Любимый, лучше 2 минуты… Начинаются необратимые процессы…

Я влетел в пещеру и, воткнув нож, отколол огромный кусок мумия. К чести Корхарна, его нож выдержал. Бросив нож и схватив мумие, я пулей вернулся обратно. Креона и Хранитель боролись за Клунины мозги. Я сходу, широко раскинув ее безвольные ноги, стал вводить мумие в ее влагалище, к сожалению, разрывая его при этом.

— Потерпи, родная! Потом полечим. Креона у нас умница — все заштопает… говорил я, ощущая, как рвется под моими усилиями родное мне тело. Но было точное понимание — либо так, либо уже никак. Обильно выделяющаяся кровь немного облегчила проникновение. При этом, на волне невероятной боли, серое начало вытеснять паучье. Но недостаточно быстро. Я ввел кусок до самого конца. В этот момент по паучьим метастазам прошла сильная судорога и практически все жизненно-важные органы Клуни перестали работать. Креона подняла заплаканное лицо, но я заорал:

— Качай!

Я достал член и ввел его в разорванное на лоскуты влагалище. Ее кровь впитывалась в меня. Еще никогда в жизни я не должен был так быстро кончить. Пара качков и мое семя полетело внутрь нее. Едва оно коснулось мумия, как то вскипело и немедленно стало растворяться, мгновенно впитываясь. Я вкачал все, что у меня было и в аурном поле стало видно, что темно-серые потоки вытесняют уже начавшие отмирать паучьи метастазы. На меня стала наваливаться темнота, но я отгонял ее каким-то запредельным усилием воли.

— Теперь твоя работа, прохрипел я и темнота все-таки взяла надо мной верх.

Я очнулся. Судя по положению солнца, прошло часа три, не меньше. Креона сидела, держа голову Клуни на коленях, а Клунино тело было проткнуто многочисленными маленькими тентаклями. Она открыла затуманенные глаза и сказала:

— Если бы сама не видела — не поверила бы. Она жива. Теперь не мешай мне.

Я подошел к ней, взял за виски и вкачал серого.

— Спасибо, сказала она.

Я встал на немного подгибающиеся ноги. Пошел посмотреть, как там Сянка. Она спала, а ее пузырь уже немного наполнился. Я прикинул свои силы — должно хватить. Тогда я взял ее на руки и понес в пещеру, где был Желтый источник. Каюсь, один раз чуть не уронил, пока нес, но все-таки долетел, вошел и аккуратно положил ее прямо в источник. Он весело загудел, наполняя ее. Потом я посмотрел на гору мумия. У меня появилась шальная мысль и я сел на эту кучу голой попой. Мне показалось, что куча стала мягкой и я провалился в нее, блаженно окунувшись в невероятно мощный серый источник подпитки.

Через некоторое время я пришел в себя от взгляда. Я был полон! Какой же это кайф. Сянка, оказывается, проснулась и во все глаза на меня смотрела. Я глянул — источник тоже наполнил ее до краев.

— Хозяин, я давно за Вами наблюдаю. Над Вами было какое-то марево.

— Как ты?

— Великолепно! Но мне очень страшно — я помню, что говорило то существо. И я очень рада, что у нашего мира есть Вы.

— А я, что этот мир есть у меня. Лучше скажи, как ты сумела сделать столь мощное заклинание?

— Не знаю. Мне показалось, что ко мне что-то подключилось. Это не я, это с помощью меня делалось.

— Да, Серый, услышал я голос Желтого Разума. Это я через нее подключился напрямую. Она — хороший адепт. Другие бы, при таком подключении, сгорели сами. Но в этом действии была необходимость даже в этом случае. Теперь я ее подключил.

— Спасибо.

— За что? Беда-то общая…

Сянка, с удивлением, наблюдала за мной, чувствуя наш диалог, но не слыша его. Я посмотрел — теперь она была подключена к Разуму мощным желтым каналом.

Сянка, глядя на меня, потянулась как кошка.

— Хозяин, возьмите меня прямо здесь, в источнике. Мне это очень нужно.

Я подошел к ней и ее ножки призывно разошлись, а опухшие от желания губки, блестели от смазки. Я положил ее спиной на источник и вошел в нее. Ее глаза прикрылись, и она полностью открылась, омываемая двумя энергиями. Я качал ее, постепенно увеличивая длину и толщину члена. В какой-то момент появилась еще красная энергия, которая, впрочем, была смыта и переработана фантасмагорией ее оргазмов, в которых она находилась постоянно. Когда я кончил, то поток Серого увеличил ее желтое свечение.

— Это стал очень хороший адепт. Таких, за всю мою историю, было всего несколько, услышал я голос Желтого.

Я вышел из Сянки. Надо было возвращаться. Взял ее на руки и полетел вниз.

Когда я спустился, тентаклей в Клуне уже не было, а Креона совершенно без сил, держала ее голову у себя на коленях. Она подняла на нас усталые глаза.

— Она жива. Спит. То, что мы сделали — невероятно. У нее не работал ни один внутренний орган, включая периферийную нервную систему. Единственное, что осталось живо — головной мозг, благодаря Хранителю. Твоя энергия, Любимый, просто чудодейственна — я сумела все заменить. Ты, кстати, ее сильно порвал. Я понимаю, что не было другого выхода. Я все зашила. Детей у нее не будет никогда, к сожалению, но это малая плата за все, что произошло. Мне надо было брать откуда-то ткани на восстановление — я пожертвовала яичниками. Тем более они были сильно повреждены при введении в нее куска мумия. Зато в ее чреве теперь находится твой источник. Но теперь, по большому счету, она — это ты. В ней все твое. Кстати, чувственность ее, как женщины, зная тебя, я восстановила.

Я молча подошел к Креоне, обошел ее сзади, положил руки на виски и начал качать. Качал мощно, наполняя ее изрядно помелевший мешок. В какой-то момент она откинулась на меня и закрыла глаза:

— Как хорошо, как спокойно…

Она тихо провалилась в сон, а я продолжал и продолжал качать, пока ее мешок не наполнился.

Девчонки спали, а я лежал и смотрел в звездное небо. Я не медитировал — просто думал. Вспоминал свой путь от бизнесмена в холодной и мокрой Москве, до существа, которым я сейчас стал. С нежностью вспоминал тот мир, в котором была Серая башня, этот мир, но 800 лет назад, понимая, что это, по сути, тоже другой мир. Вспоминал людей, которые были со мной… Вдруг, краем глаза заметил движение и почувствовал, как ко мне прижалось маленькое женское тело.

— Хозяин, услышал я ментальный голос Клуни, милый… Я так рада, что вернулась. Я все-все чувствовала. И как умирала, и как вы с Первой меня лечили. Самое страшным было чувство, что я вот так могу сейчас уйти. Я не готова к этому. Я еще нужна тебе. Ты еще не дал мне команды уходить.

На самом деле Креона советовалась со мной, когда ей перестало хватать тканей для восстановления. Я сама сказала о яичниках, потому что у нас с тобой не может, не должно быть детей. Я умру в тот же момент, что и ты. И тогда эти дети, если они появятся, останутся сиротами. С другой стороны, они бы отвлекали меня от тебя. Я сейчас, по большому счету, не совсем женщина. Я — твоя часть, поэтому у меня никогда не будет тоски по своим детям. Кроме того, у тебя достаточно адептов, которые смогут от тебя родить. И тогда это будут и мои дети тоже. Я твоя часть, искренне. Я буду чувствовать то, что чувствуешь ты, хотеть то, что хочешь ты, любить то, что любишь ты и ненавидеть то, что ненавидишь ты. Возможно, ненавидеть я буду сильнее тебя. У меня был один приоритет — твоя безопасность. Он остался главным. Но теперь есть еще — я буду переживать твои чувства. И они будут, а вернее есть, мои. У меня нет и не может быть никаких ограничивающих факторов, кроме твоего желания. У меня нет совести в виде Первой. У меня ее нет вообще. Ты несешь ответственность, за то, что я делаю, потому что я — это ты. Ты можешь менять меня, так как захочешь, можешь делать из меня все, что захочешь. Я могу добровольно умереть только в одном случае — если ты дашь мне такую команду. Думаю, столь глубокие трансформации во мне стали возможны потому, что ты слишком ценен для этого мира. И если тебе суждено погибнуть, то вместо тебя должна погибнуть я, дав тебе второй шанс. Я объясняю тебе это сейчас только потому, что ты должен знать, что это мой разумный выбор. И я о нем мечтала. Я рада, что мой мир дал тебе меня сделать. Не знаю, сама ли я тебе все это говорю или кто-то говорит за меня. А теперь отнеси меня, пожалуйста, наверх в пещеру…

Я поднял ее на руки, она прижалась ко мне, и мы полетели. По дороге я услышал совокупный голос Разумов этого мира:

— Девочка умна, мы в ней не ошиблись. Это наш дар тебе и увеличение для нас шансов на твое и, соответственно, наше выживание. То, что произошло с островом, показало нам, что мы, по сути, беззащитны перед пауками. А вот ты в борьбе с ними более, чем эффективен. Уровень наших возможностей в изменении ее, значительно выше, чем у тебя, поскольку она, в отличие от тебя — существо из нашего мира. Вернее, была им — теперь она твоя. Мы дали и дадим ей все, что можем, поскольку, после твоих действий, она перестала принадлежать только Черному, хотя его влияние на нее до сих пор наиболее сильно. Мы специально сделали для себя одностороннюю связь с ней. Мы можем ей только давать, но не можем ничего брать. Почему? А вдруг кого-то из нас захватят, и он постарается ее уничтожить, тем самым навредив тебе. Авторизуй ее в новом качестве и пользуйся так, как ты захочешь или посчитаешь нужным. Мы отдаем себе отчет в том, что, если бы ты не оказался на этом острове, нас стало бы на одного меньше. Захват остальных был бы, после этого, только делом времени. Пользуясь методом Креоны, мы постарались вычислить и уничтожить максимальное количество зараженных адептов. Все равно, боимся, даже уверены, что не всех. Мы пришли к выводу, что тобой, твоими действиями руководит некая высшая сила нашего мира, которая считает пауков страшной опасностью, грозящей всему сущему. Исходя из этого, а также из анализа твоих появлений в то или иное время в тех или иных местах, мы пришли к выводу, что должны оказать тебе любую посильную помощь, без оглядки на то, что ты можешь потом нам навредить. Похоже, ты лишен нездорового тщеславия и жажды абсолютной власти, а твое желание находить среди существ этого мира, своих приверженцев, мы можем только приветствовать.

Я оглянулся вокруг — оказывается я уже стоял в пещере, все еще прижимая Клуню к себе.

Я сел в углубление в мумие, сделанное моим телом, Клуня встала надо мной на корточки и аккуратно ввела мой член в себя. И так это получилось естественно и комфортно, что я аж зажмурился от удовольствия. Ее же глаза пожелтели, а зрачок стал вертикальным. Совершенно автоматически я покрыл нас плотным серым пузырем, не желая выпустить ни грамма энергии наружу.

— Я знаю, что нам нужно, сказала она

После этого я почувствовал, как головку моего члена начинают оплетать и щекотать большое количество маленьких щупалец. Каждое из них находило на члене какую-то точку, которая вызывала невероятные ощущения острого наслаждения. Они все увеличивали и увеличивали силу воздействия. Клуня прикрыла свои глаза, подняла голову и из ее глотки вырвался совершенно нечеловеческий вой. Ее тело начала сотрясать мелкая дрожь. Отстраненным кусочком сознания я понял, что она чувствует то же, что чувствую я. Это вызывало в ней желание еще увеличить силу воздействия на меня. Она протянула свои руки, взяла мои ладони и положила на соски своих грудей. Я вытянул пальцы и с силой их сжал. Настолько сильно, что из сосков показалось по капельке крови. Острота ощущений возросла невероятно. Она открыла глаза. Ее зрачки были так расширены, что радужек не было видно.

— Не сдерживай себя! Ты никогда и ни в чем не должен сдерживать себя со мной! Прорычала она.

И тогда я кончил. В этот же момент с кончика моего члена вырвалась огромная серая молния. Поскольку я находился на Сером источнике, который из себя представляла куча мумия, она получилась гораздо мощнее той, которой я нападал на паучиху. Она должна была испепелить любое живое существо кроме меня самого. Клунины мышцы сжались, на секунду превратившись в камень, а потом расслабились. Она приняла ее всю.

Потом она тихо опустилась мне на грудь.

— Авторизована… Я твоя… Я так боялась этого не выдержать…

Я посмотрел на нее и обомлел. Ее аура стала точно такого же цвета, как моя, только немного темнее. Это потому, что у нее нет никаких ограничений, подумал я. В ее чреве светился мощный серый источник. Это полностью мое существо, созданное мной.

— Да… вдруг ответила она.

Мы лежали, тесно прижавшись и наслаждались единением. Я пригляделся и увидел подключенные к ней каналы разных цветов, которые усиленно качали в нее информацию и энергию. Она же все это спокойно принимала и перерабатывала.

— Сколькому же мне еще надо учиться… прошептала она.

Я подумал, что если уж я могу ее переделывать и если она призвана защищать меня, то мне надо максимально затруднить врагам задачу ее уничтожения. Материала для переработки было сколько угодно — огромная гора мумия, которое легко усваивалось ее организмом. Я протянул ей один из своих ножей и мы вдвоем наковыряли большую гору. Затем я, засовывая в ее влагалище по одному или по несколько кусочков начал священнодействие. В первую очередь я внедрил в ее кожу умную защиту, по типу моей. Потом научил генерировать и плеваться всякими ядами. Пускать желтые молнии она уже могла без меня. Потом я вырастил ей два больших черных крыла и научил втягивать их и доставать по собственному желанию. Так же я отрастил ей две дополнительные руки, которые она так же могла втягивать, невероятно усилил ее костяк, сухожилия и мышцы, взял все ее жизненно важные органы в отдельные защитные пузыри и разместил их дублеры в разных, неожиданных местах. Так, второе сердце я, например, разместил в животе. Ее хвост получил возможность не только отращивать любые лезвия и острия, но и сбрасывать, в случае необходимости, отравленные чешуйки. Их она могла метать на очень приличное расстояние. Я увеличил скорость ее реакций и прикрыл глаза специальной защитной пленкой, которая могла выдержать все, что угодно. Излишне говорить, что при необходимости, она не нуждалась ни в воздухе, ни в пище, а ее защитная оболочка могла выдержать прямое попадание первичного огня невероятной мощности. Потом я подумал и, напрягшись, сделал так, что любая попадающая в нее энергия преображалась в ее внутреннюю. Еще немного раздумий, и она получила возможность блокировать или даже отторгать любой орган или любую конечность. Регенерировать их она тоже могла при наличии возможного для переработки материала. Я посмотрел на получившегося монстра и мне захотелось ее увидеть такой, какой она была, когда мне отдавалась. Весь ее арсенал втянулся и передо мной оказалась моя Клуня с маняще нежной кожей. Я обратил внимание, что ее Хранитель врос в нее и смотрелся очень искусной татуировкой. Я положил руку на ее губки. Она тут же раздвинула ножки.

— Хозяин, если не хочешь ничего эксклюзивного, позволь я буду сама менять себя там, чтобы делать тебе сюрпризы.

— Хорошо.

Я снял защитный серый купол. Физически почувствовал потрясенное молчание разумов.

— Откуда же ты к нам прибыл, Серый? Что у тебя за мир такой извращенный был?! Но мы, похоже, не ошиблись.

Мы стали собираться, когда Разумы опять обратились ко мне:

— В существующей острой ситуации, у нас к тебе будет одна просьба — отпусти Креону в Источник. Твоя Клуня больше нам не принадлежит, а вот Креона — наша. И в ней больше всего из существующих сейчас существ, от тебя. Она, не смотря на физическое присутствие рядом с тобой, уже была и остается частицей Зеленого разума. При этом, мы понимаем, что он практически не подвержен паучьему заражению. Он может быть только уничтожен. Поэтому он становится старшим в принятии нами решений, а Креона сможет ему помочь. Она всегда ментально будет с тобой, если ты этого захочешь.

Я сел у порога. И такая тоска на меня навалила, что аж выть захотелось. Только-только обрел Креону, а теперь надо ее опять отдать.

— Я все слышала, Любимый и я согласна с ними. Мы ничто по сравнению со ставками в этой игре «свобода или смерть». Если я буду эффективнее в источнике, я должна быть там. Если ты победишь — я вернусь, если нет — то все не важно. Мы ждали друг друга 800 лет, подождем еще. Тем более, что ментально я всегда буду с тобой. Победи их пожалуйста…

Я посмотрел на Клуню — она, не скрываясь, плакала.

— Мы должны отдать Первую?

— Похоже, что так…


Глава 34. Морская прогулка. Шейна

Мы сидели, обнявшись, с Креоной и молчали. Столько всего надо было сказать, что если бы мы начли, то не остановились.

— Любимый, Зеленый потребовал меня обратно после захвата части разума Голубого — они очень испугались. Я отказалась. Имела наглость сказать им, что я твоя и они не имеют права ничего требовать. Тогда он стал приводить аргументы, и я поняла, что, к сожалению, он прав. Не с точки зрения нас с тобой, а с точки зрения этого мира. Мы договорились, что он сохраняет это тело и мою личность. Поскольку мои возможности по твоей защите становятся достаточно ограниченными, я потребовала улучшить Клуню. Как я говорила, она отличный защитник. Мы пытались это сделать, но она была идеальным Черным моноколором. И тут, как говориться, не было счастья, да несчастье помогло. Твои действия привели к ее глобальному изменению. И я согласилась с их требованиями, в обмен на проект «Клуня». Вижу, у тебя все получилось.

Мы посмотрели. Клуня, задумчиво сидя на камне, неторопливо, но размашисто входила хвостом с окончанием в виде моего члена, в стоящую в коленно-локтевой позиции Сянку. Та ухала с каждым вхождением, а Клуня периодически секла ее подобранным прутиком. Зад Сянки представлял собой уже исполосованную красными полосками поверхность.

— Да, Хозяин, спасибо Хозяин, говорила она после каждого удара.

Клуня вкачала в нее немного серого и Сянка затряслась в сильнейшем оргазме.

Мне не пришлось ее звать. Она вытащила из Сянки хвост, сунула его ей в рот, чтобы она его облизала, затем втянула его и плавным движением перетекла, оказавшись рядом с нами.

— Ну, показывай свои изменения, сказала Креона.

Началось преображение и через несколько минут перед нами стоял монстр из страшных снов. 4 руки и две нижние ноги-лапы, оканчивающиеся страшными и острыми как бритва когтями, хвост, на котором были приготовлены к метанию отравленные шипы, крылья, сложенные за спиной и неподвижный змеиный взгляд. Креона деловито обошла Клуню, а затем спросила:

— А зачем ей шерсть, если у нее такие защитные свойства в самой коже?

— Не знаю. Для страха, наверное.

— У меня есть кое-какие идеи. Войди в меня, Любимый, чтобы я получила с ней контакт. Я ее еще кое в чем изменю.

Я ее чуть-чуть нагнул и плавно вошел. Клуня отреагировала мгновенно. Ее шерсть превратилась в мягкую и шелковистую и она с кошачьим урчанием стала тереться о Креонины ноги, пытаясь языком лизнуть ее клитор и мой член.

Креона, периодически, когда я глубоко в нее входил, вздыхая, погладила Клуню по голове.

— Хорошая девочка… Вижу, вижу, твой Хозяин меня любит. Ты великолепный индикатор. И я его люблю… Дай-ка мне свой язык, я изменю тебя…

Клуня высунула язык почти на метр. Креона взялась за него двумя руками. Клуня же, свободным кончиком языка таки дотянулась до ее клитора. Судя по реакции Креоны — она ей устроила то же, что и мне в пещере. Креона, несмотря на то, что «была на работе», стала яростно кончать, сжимая мышцами влагалища мой член. Я тоже стал ее наполнять. В этот момент между ней и Клуней произошел мощнейший контакт, и Клуня получила огромную порцию ее Зеленой энергии. В этот же момент ее шерсть изменила свой цвет и стала вместо черной, полностью соответствующей цвету окружающего ландшафта. Это был даже не хамелеон. Такое ощущение, что шерсть Клуни транслировала на нее спереди картинку того, что было у нее позади. Фактически Клуня стала визуально прозрачна, а выдать ее в солнечный день могла только тень, отбрасываемая ее телом. Креона продолжала качать, глаза Клуни остекленели и она, отвалившись от нас, свернулась клубочком. Явно она получила к переработке огромный объем информации.

Я вышел из Креоны.

— Любимый, я дала ей максимально возможную информацию о ядах и противоядиях. Конечно, не все она может сгенерировать — некоторые вещества можно получить только в лаборатории. Но идентифицировать она их точно сможет. Кроме того, я усилила ее обонятельные рецепторы. Теперь она сможет не только по запаху определить, сколько существ перед ней находится и где они, но и определить, какой именно яд для их уничтожения наиболее эффективен. Ну, о поиске существ по запаху, я уже не говорю. И еще одно. Я научила ее, как делать так, чтобы метаемые ею чешуйки через некоторое время растворялись, вне зависимости от того, попала она куда-то или нет. И последнее — она может теперь регулировать свой собственный запах — от ферамонов и афродизиаков, до полного отсутствия.

— Это я на тебя так плохо влияю, что такой великий Доктор, как ты, делает такое?

— Пауки. А еще то, что я хочу опять тебя увидеть, когда все закончится. И уже не расставаться.

Сянка смотрела на нас и на те трансформации, которые происходят с Клуней, широко открыв глаза. Через некоторое время Клуня, видимо впитав и переработав данное ей, встала. Ее шерсть немедленно отразила картинку камня, лежащего за ней. Она высоко подпрыгнула и вдруг, на невероятной скорости, побежала по острову. Сначала картинка на ее шерсти немного запаздывала, но потом она ее подстроила. Теперь следить за ней в обычном оптическом диапазоне стало просто невозможным. Клуня подбежала к скале, в которой была желтая пещера и, с невероятной ловкостью, забралась по почти отвесной стене. Я следил за ней в аурном диапазоне, поэтому увидел, как она юркнула внутрь. Защита ее пропустила. Через три минуты она выскочила из пещеры и, распахнув крылья, полетела в нашу сторону. Даже солнечный свет транслировался через нее. Только тень по земле скользила. Летела она без применения всякой голубой магии. Зависнув над нами, она сложила крылья и плавно опустилась, уже при помощи левитации. Судя по серому свечению, ее рот был полон мумия.

— Первая, услышали мы ее ментальный голос, ляг, пожалуйста, и пусти меня в себя. Так надо…

Креона удивленно легла и раздвинула ножки. Тогда Клуня, сделав язык трубочкой, аккуратно ввела его в нее и по ее языку, как по желобку, потек раствор из Клуниной слюны и мумия. Попадая внутрь Креоны, он мгновенно впитывался. Ее аура приобретала сильное серо-зеленое свечение. Один раз засияв таким чудесным и близким мне светом, он уже не изменился.

— Это на всякий случай, сказала Клуня, чтобы Разумы не забыли выполнить данное тебе обещание, когда мы победим.

Креона смотрела на меня широко раскрытыми глазами:

— Любимый, это же ты сделал?

Я пожал плечами:

— Мы. А поскольку я несу за все ответственность — то я. Но выполнила и придумала все Клуня.

Клуня метнулась ко мне, обняла мою ногу и лизнула своим чудесным языком головку моего члена.

Глаза Креоны немного расфокусировались:

— Не поверишь, Любимый, но в аурном поле вы сливаетесь. А когда она входила в меня, мне казалось, что это ты.

— Так, девочки, давайте-ка собираться. Раз все равно надо отправляться к источнику — есть предложение: давайте совершим путешествие под водой. Синий обещал экскурсию.

Сборы заняли минут 10. Что бедному собираться — только подпоясаться. Я связался с Синим:

— Подтверждаешь экскурсию?

— Конечно. Только просьба — сначала остров проверьте. Вдруг там паучьи личинки остались?

Мы вошли в воду и покрылись пузырем. Немедленно рядом нарисовался Пулатль и пул дельфиньей охраны. Вокруг нас была настоящая тишина. Я попробовал настроить пропускную способность пузыря, изменив частоту пропускаемых колебаний до воспринимаемых человеческим ухом и нас окружила какофония звуков. Дельфины весело скрипели, Пулатль прикривал на них чуть более низким тоном. Кого-то недалеко ели и этот кто-то истошно, но не долго орал. Мы опускались все ниже и ниже. Солнечный свет практически перестал быть видим. И вот перед нами оказалась громада утонувшего острова. Он лежал наклонно, провалом вниз. Мы медленно плыли над ним, просматривая его аурным зрением. В одном месте свечение мне не понравилось. Пользуясь тем, что корни в земле еще остались, Креона вскрыла какой-то дом и наружу выплыл чей-то труп со следами паучьего присутствия. Я ударил в него серой молнией. Труп разорвало на совершенно безопасные кусочки, которые были тут же съедены какой-то рыбой. Еще несколько раз мы находили зараженные останки и уничтожали их. Потом мне пришла в голову мысль, что золото тем, кто жил здесь больше не понадобится, а нам еще вполне. Креона стала взламывать корнями дома. Частенько мы добирались до тайников с золотыми монетами и всякой ювелиркой. Я аккуратно брал все это в пузыри и отправлял наверх, на остров. В некоторых местах золота было весьма много, а когда мы доплыли до ювелирной лавки — подняли наверх огромное количество различных украшений. Наконец мы опустились до бывшего дворца наместника. Здесь было обнаружено большое количество зараженных останков, и я их очень тщательно выжиг. Когда Креона вскрыла один из подвалов, в нем обнаружилась огромная гора золота. Значительно больше, чем в той арене, с которой здесь все началось.

— Вот все и объяснилось, сказал я. Наместник был просто безобразно жаден, поэтому и попал под влияние. Наверняка он имел долю со всего, что происходило на острове.

Я отправил наверх огромный пузырь. Золото мы проверили — оно не было меченным.

В какой-то момент, когда мы проплывали около безобразного провала, который образовался на месте нашего бывшего дома, Креона вдруг сказала:

— Я чувствую внутри какую-то жизнь. Давайте узнаем, что это.

Мы медленно заплыли в провал. Пещера, в которой раньше размещался Голубой разум, была просто огромна. Изнутри она была оплавлена огромной температурой. Ничего живого в ней сохраниться не могло. Поскольку остров лежал наклонясь проемом вниз, мы стали подниматься. Я тоже уловил какие-то признаки жизни наверху и двинулся быстрее. Когда мы поднялись на самый верх, то не поверили своим глазам. В самом верху образовался достаточно большой воздушный пузырь. Так вот, в нем на уступе сидела одинокая фигурка обнаженной девушки. Все пораженно молчали.

— Девушки, сканируем ее.

— Она чиста, одновременно сказали Клуня и Кроена. Я посмотрел — ее аура была просто невероятно огромна для этого мира. Абсолютно чистая голубая аура.

— Напоминает Тиэллу, прошептала Креона.

Мы всплыли. Поскольку было абсолютно темно и абсолютно тихо, ее невидящие глаза повернулись на всплеск.

— Сянка, зажги светильник — только неярко.

Загорелся бледно-желтый цвет. Увидев нас, девушка вздрогнула. Потом успокоилась.

— Опять галлюцинации, сказала она самой себе. Ну ничего, скоро все закончится.

— Как тебя зовут? Спросила Креона

— Шейна. Сказала она

— Как ты здесь оказалась?

— Разве вы не знаете? Вы же из моей головы…

— А ты расскажи. Мы из той части твоего мозга, которая ничего не помнит.

— Аааа… Ну тогда слушайте. Я убиралась в доме господина Куянга. У меня был плохой день — я разбила дорогущую вазу, которую так любила госпожа Куянг. Она как раз в этот момент пошла на площадь, чтобы обсудить с соседями, куда исчезли деньги с арены. Господин Куянг долго на меня кричал, а потом сказал, что сегодня обратит меня в новую веру или меня будут бить кнутом на площади, поскольку моя жизнь стоит дешевле чем эта проклятая ваза. Я очень не хотела обращаться в новую веру и уже отказывалась от этого раньше. Мои господа смеялись надо мной и говорили, что я не хочу хорошо жить. Мне казалось, что лучше быть битой кнутом, чем быть такими, как они. Поскольку госпожи Куянг не было дома, господин Куянг, который боялся ее как огня, осмелел и полез мне под платье. Он сказал, что накажет меня и порвет мою девственность, поскольку в новой вере девственницы не нужны, а нужны инкубаторы, за которые хорошо платят. Я ударила его и выбежала на улицу. По улице бегали много вооруженных людей и искали каких-то преступников. Потом произошел сильный взрыв и остров начал крениться. Земля очень нагрелась и остров стал быстро падать. Я, в детстве, когда жила у себя, на другом острове, я много плавала, в отличие от других детей. А еще я выигрывала споры на то, кто дольше пробудет под водой. Я схватила какую-то деревяшку и, когда остров начал входить в воду, оттолкнулась и кинулась от него как можно дальше. Мне повезло — я попала на гребень волны, которая образовалась от входа острова в воду и меня отнесло достаточно далеко. Было очень страшно — такое ощущение, что мир начал рушиться. Чтобы одежда не тянула меня на дно, я скинула ее. С дальнего конца острова стал подниматься огромный столб из пара. Остров немного покачался и пошел ко дну. При этом образовалась огромная воронка, в которую меня и засосало.

Вода вокруг была очень горячая, но я терпела. Я не понимала, где я нахожусь. В конце концов, я решила плыть в каком-нибудь направлении, поскольку воздух в легких кончался. Я выплыла на поверхность в какой-то пещере. Было абсолютно темно и очень страшно. Вода, там, куда я попала, начала медленно подниматься, и я держалась за стену, чтобы меня опять куда-нибудь не смыло. В конце концов подъем остановился, и я вылезла на этот уступ. С тех пор я на нем так и сижу. Я очень хочу пить, поскольку вода вокруг соленая. Правда я нашла заветную ямку, куда натекло немного пресной воды, видимо от испарения. Но она уже кончилась. Я не знаю, сколько я здесь нахожусь. Порой меня посещают видения, но не такие реальные как вы. Они тоже со мной говорят. Иногда я им даже пою. Сидя здесь, я научилась петь. Хотите послушать?

— Спой Шейна

И она запела. Такая боль была в ее чистом голосе, такая тоска по Солнцу, такая светлая любовь к жизни что все, честно говоря, включая меня, прослезились.

— Это реинкарнация Тиэллы, прошептала Креона.

Мы подплыли к ней поближе. Она вгляделась в нас и вдруг сказала:

— А я вас знаю. Я видела вас всех во сне еще в детстве. Вы — она указала на меня, старший. При чем вы находитесь сразу в двух телах — мужском и женском. Я не знаю, как так может быть. И вы оба какие-то странные, как будто пришли сюда откуда-то. Вы — она указала на Креону — мой самый большой друг, Вы — она указала на Сянку — Мать огня. У вас куча всяких приключений, ужасно интересных. Я рада, что умру в вашем окружении.

— Хочешь опять увидеть Солнышко, Шейна?

— Конечно. Моя бабушка, когда умирала, говорила, что люди уходят к свету. Пойдемте.

Она взяла протянутую Креоной руку и смело спустилась к нам, потом села и прижалась к Креоне всем телом.

— Вы — самая лучшая галлюцинация. Пошли к свету. Я готова.

Креона, из чьих глаз непрерывно катились слезы, обняла и прижала ее к себе.

— Рано тебе еще идти к свету, детка. Пошли к настоящему Солнышку.

— С тобой — куда угодно, сказала Шейла и закрыла глаза.

Я захлопнул пузырь, поскольку дышалось уже очень тяжело и мы начали обратный путь. Выплыв из тоннеля, мы начали подниматься. Делал я это очень медленно, поднимаясь за один раз не более 100 метров и делая получасовые остановки. Шейла закрыла глаза, и я почувствовал, как Креона мощно к ней подключилась, качая жизненные силы.

— Нельзя ли побыстрее, Любимый? Она очень слаба. Я забыла на острове флягу с раствором мумия.

— Я боюсь декомпрессии.

— Что это?

Я, в двух словах, объяснил. Креона надолго задумалась.

— Да, ты прав. Такое может быть и это очень неприятно. Клуня, подключись к ней. Ей нужно серое. Моих сил может не хватить.

Клуня положила на Шейлу руки.

— Не так. Уже надо внутрь. Только будь осторожна, пожалуйста.

Клуня вырастила хвост и, сделав его тонким на конце, аккуратно ввела его в попу Шейлы. Та ничего не почувствовала, поскольку впала в спасительное забытье. В нее полился мощный ровный серый поток.

Сянка тихо сидела в углу. Ее губы периодически что-то шептали. Я прислушался:

— Мать огня… мать огня…

Мы всплывали больше трех часов. Когда всплыли, я снял верхнюю часть купола и нас стал обдувать веселый морской бриз. Шейна, в своем полусне-полубреду, счастливо улыбнулась, не открывая глаз. Я поднял купол над водой и на огромной скорости погнал к острову.

Глава 35. Шейна

Когда подплыли к острову, то на берегу увидели огромную гору золота и всякой ювелирки. Я схватил Шейлу на руки и перелетел через эту кучу. Креона перелетела за мной. Я, на всякий случай, прикрыл все пространство над нами огромным серым куполом.

— К источнику, Любимый. Фляга там. Как же я ее забыла?!

— Занята была, хихикнул я, организацией того, чтобы Разумы тебя не надули. Ты, знаешь, всем нужна. Но мне — больше всех.

Она улыбнулась и ткнула меня кулачком.

— Клади и оставь меня с ней. Займись лучше тем, чтобы убрать это безобразие с берега.

Я пошел к золоту и увидел, как тентакли, созданные Клуней, неумело, но старательно стаскивают «благородный металл» в огромную яму. Клуня, управляя ими, улыбалась, как ребенок с новой игрушкой. Сянка сидела на берегу надутая, а одну из ее ног оплетал тентакль.

— Я потренировалась на ней, сообщила Клуня.

— Будь ты хоть зеркалом Хозяина, сказала вдруг Сянка, я сожгу его, если ты его не уберешь.

— Попробуй, сказала с усмешкой Клуня и явно усилила тентакль.

Не помогло — сверкнула вспышка и тентакль превратился в горку пепла. Я посмотрел на ее ауру и удивился: видимо слова «Мать огня» имели для нее какой-то другой, чем для нас для всех, смысл. Ее аура еще выросла, а главное стала не просто Желтой, а слепяще-Желтой. Такой, что на нее было больно смотреть.

Клуня уперла руки в боки, отрастила хвост и стала приближаться к Сянке. Я улыбнулся про себя и сделал так, что она увидела истинную Сянкину ауру. Клуня остановилась и открыла в удивлении рот.

— Чего уставилась, ворчливо сказала Сянка, явно готовясь к наказанию. Сама-то себя она не видела.

Клуня, к ее чести, быстро справилась с собой.

— Не хочешь, не надо! Поскольку ты теперь Мать огня, то я буду иметь тебя не как лучшая подруга, а как представительница Папы

— К-к-кто я?

— Дырка от решето! сказала Клуня и оказалась перед обомлевшей Сянкой

— Кое-что я должен делать сам, сказал я.

Мы с Клуней положили Сянку на бок. Клуня подняла одну ее ногу, а я медленно ввел член в ее попку. Клуня, присев, аккуратно ввела ладонь в ее разработанное влагалище и обхватила рукой мой член. Сянка хотела закричать в порыве чувств, но Клунин хвост мгновенно оказался у нее во рту.

Мы двигались в ней почти синхронно. В какой-то момент я понял, что надо кончить и разрядился внутрь Сянки огромной порцией Серого. Одновременно Клуня выстрелила навстречу мне. Два серых потока соединились и закрутились внутри нас с огромной скоростью. Я все наращивал и наращивал скорость, пока не перемешал нас. Потом я медленно остановил поток. Сянка лежала без сознания, а Клуня странно трясла головой.

— Что это было? Спросила она

— Настоящее единение. Мы с тобой замкнули на Сянке малый круг. Как ты себя чувствуешь?

— Не знаю. Мне казалось, что я все отдаю, однако я полна. Полна до краев. Летать хочется

— Ну так полетай, а потом закончи уборку золота. Тебе надо потренироваться с тентаклями.

Она улыбнулась, отрастила себе чудо-шерсть и крылья, впрочем, не изменяя остального тела и, оттолкнувшись от земли, взлетела. Избыток энергии она тратила на фигуры высшего пилотажа. Ее искусство полета было выше всяких похвал.

— Любимый, посмотри, что получилось…

Я подошел, а Клуня немедленно спикировала с неба. Мы подошли и увидели это чудо. Тоненькое, почти детское тельце, маленькая грудь, кожа голубовато-белая, под которой, казалось, должны были быть видны жилки. Было ощущение, что ее густые каштановые волосы, постоянно шевелятся от незримого ветерка. Шейна лежала, безмятежно разметавшись, но ее аура… Я в первый раз видел такое. Она была просто огромна и, при этом, не переставала расти.

Я поставил на ее ауру маскировку и снял серый купол. Немедленно услышал голос Голубого. Слабый, но совершенно счастливый:

— Вы все-таки спасли ее, Серый! Когда я понял, что проигрываю паукам и почувствовал, что ты сейчас нанесешь удар, то выбросил все то, что у меня там осталось в ближайшего чистого адепта. Это была она. Я от шока почти отключился — хватало сил только на то, чтобы поддерживать остальные острова в воздухе. Синий, спасибо ему, сделал все, чтобы ее спасти. Однако он, испугавшись, что не все паучьи споры будут уничтожены, бросил все силы на защиту и потерял ее из вида. Видимо, то место, где она находилась, было экранировано. Поэтому ни я ни он ее не чувствовали, хотя постоянно искали. На третий день я отчаялся — думал, что она погибла! Спасибо тебе! Авторизуй ее, иначе она умрет от переполнения, и я смогу потом регенерировать утраченную мной часть.

К нам хромая, но счастливо улыбаясь, подошла Сянка. Я оглядел всех. Нихрена себе, в нашей команде прибыло! Ни больше ни меньше, как кусок чистого Разума. Все потрясенно молчали.

Шейна открыла небесно-голубые глаза, немного навела их на резкость и посмотрела на нас.

— Я сплю или я умерла?

Клуня, простая душа, наклонилась и ущипнула ее за руку. Шейна ойкнула и села.

— Живая ты. И здоровая.

— Так то, что было в той ужасной пещере, мне не привиделось?

— Тебя еще раз ущипнуть?

— Н-е-е-т, улыбнулась Шейна, вмиг став человеком. Так вы взаправду существуете? И вы, пришельцы, и ты, родившая меня заново и ты, Мать огня?

— Мать огня? Удивилась Креона.

Я на секунду снял маскировку с ауры Сянки. Она рванулась высоко вверх и ударила ослепительно-желтым светом по глазам. После наших экспериментов на берегу, она еще увеличила свой размер и яркость. Клуня ее видела и поэтому была готова, натянув на глаза защитную пленочку, а вот остальные просто зажмурились. Больше всех, по-моему, удивилась сама Сянка. Я опять одел маскировку.

— Это я?

Клуня цинично хмыкнула.

Креона, промогравшись, сказала:

— Любимый, эта команда получилась круче предыдущей, не находишь?

— Пожалуй, да, сказал я.

— А где мы? Спросила Шейна

— На острове. Не летающем, не бойся.

— Правда?! А я еще ни разу не была на настоящей земле. Можно я посмотрю?

— Иди, детка, сказала Креона.

Шейна встала и, ничуть не смущаясь своей наготы, пошла осматривать остров. Ну как пошла — ее ноги почти не касались земли.

— Дух, мать его, выразила общее мнение Клуня.

Мы собрались на военный совет:

— Куда мы с ней?

— Давайте в гнездо. Там и защита хорошая и под присмотром будет. И Сол советом поможет, если что, сказал я.

— А как же то, что я должна пойти в источник?

— Купель такой же источник, как и любой другой. Проведем ручеек в ближайшую пещеру. Там и тело сохраннее будет, сказала Клуня.

— Давай я свяжусь с Зеленым, предложил я. Все-таки они все мне кое-что должны. Думаю, он прислушается.

Я вошел в медитацию и связался с Зеленым разумом. Поначалу он возражал. Оно и понятно — купель, не совсем зеленый источник. Он серо-зеленый. Так и Креона теперь серо-зеленая. Я долго его убеждал, что по степени защиты он ничуть не хуже, а может даже и лучше. Последним аргументом послужило то, что Шейна тоже будет в Гнезде. Все-таки одно дело адепт, хоть и гениальный, а другое — представитель первичной субстанции. В конце концов договорились.

Я вышел из медитации. Напротив меня сидела вся команда — все напряженно смотрели, только Шейна выглядела вполне безмятежной.

— Ну как?

— Договорился. Передай ему при случае, что он не только первичная субстанция, но ещё и жадина.

Креона хмыкнула и облегченно улыбнулась.

— Я помню, что произошло с Сиок. С этим телом могло произойти тоже самое. А потом бы он сказал? «ну испортилось, что можно сделать». А где я еще такую чистую душу, как Нася возьму? Ведь она мне подарила себя за честь быть со мной.

Затем все разошлись по своим делам. Клуня тренировалась, изучая свои новые возможности, Сянка тоже тренировалась, пуская шары и молнии первичного огня невероятной мощности над поверхностью океана и взрывая их на заданном расстоянии. Креона села медитировать, чтобы привести свой внутренний мир в порядок. Как бы ни было, но она скоро вынуждена будет покинуть нас физически. Через некоторое время ко мне подсела Шейна.

— Серый, я хотела тебя поблагодарить. Ты же знаешь, что я не совсем человек?

— Знаю.

— Но я еще и не дух. А глядя на вашу команду, не спешу им стать. Мое сознание находится в пограничном состоянии. Иногда мне нет дела до земных проблем, а иногда я остро вам завидую. Завидую вашему интересу к жизни. Я, на самом деле, помню Тиэллу. Я вспомнила ее, когда Креона мне о ней рассказала. Она действительно создала новую энергию. Эта энергия близка мне и относится к моей епархии, но она новая. Я хочу также любить. Не уверена, что у меня получится, но я хочу попробовать.

— Это нельзя попробовать. Это либо будет, либо нет. Да, мне повезло с моими женщинами. Каждая из них, если бы захотела, могла стать кем угодно. Царицей, хозяйкой мира, всем… Но они выбрали меня. Я не знаю почему, но я стараюсь соответствовать их ожиданием. И очень расстраиваюсь, когда у меня это не получается. Именно от того, что такие женщины меня простят — и расстраиваюсь. Их доверие, их вера в меня и является самым сильным стимулом для меня стать лучшим. Ты же знаешь, что я был здесь раньше?

— Конечно. И это я тоже помню. И потрясение основ и то, как ты ушел. Меня это впечатлило. Как впечатлила любовь Креоны, а теперь и Клуни к тебе. Если хочешь — возьми меня сейчас. Может быть, я проснусь.

Клуня спикировала и села рядом со мной. Ее хвост меня обнял.

— Нет, Шейна, это будет не слияние, а соитие. И кроме разочарования оно ни к чему не приведет. Физический контакт является слабой тенью настоящей близости.

Шейна наклонила голову, обдумывая мои слова.

Мы с Клуней встали.

— Ну показывай, ленивая корова, чему ты научилась?

Клуня нехорошо улыбнулась и, вдруг превратившись в Зверя, сделала мгновенный выпад. Сразу на сверхскорости. Я уклонился и швырнул в нее серую молнию, но ее на этом месте уже не было. И понеслось. Мы нападали и оборонялись. В ход шел весь арсенал, кроме, пожалуй, ядов — она швыряла в меня не отравленные пластинки. С конца ее Кнута и моего Хлыста срывались витиеватые молнии, она нападала на меня в ближнем бою, а я пытался защититься или нанести ответные удары. И моя и ее кожа то и дело активизировались, принимая на себя удары такой силы, что нормального человека они пробили бы насквозь. Я бил ее серым, а она отвечала мне каскадами желто-черного. Мои тентакли бросались на нее, но мгновенно падали перерубленные ее когтями, она взлетала и пикировала на меня, пытаясь пробить мою защиту. И иногда ее пробивала. Впрочем, как и я ее. Мне казалось или солнце садилось и вставало. Передо мной был противник, не только равный, а и, пожалуй, превосходящий меня по силам.

— Любимый, услышал я голос Креоны, нам пора…

Я отвлекся и в этот же момент Клуня кинулась на меня, опрокинула, села верхом, а ее острые как бритва когти остановились в миллиметре от моих глаз.

— Признаю! Громко крикнул я. Никакая ты не корова! Ты весьма ловкая Зверушка!

Когти, шерсть и хвост немедленно втянулись, и она вся прижалась ко мне.

— Я люблю тебя! Ментально, с диким надрывом, крикнула она.

— И я тебя, спокойно сказал я и раскрыл полностью свою ауру ей навстречу. Она рванулась ко мне и наши ауры полностью слились, став одним целым. Через некоторое время мы, с сожалением, разъединились. Клунины глаза сверкали и искрились счастьем.

— Нам пора ехать, услышали мы грустный голос Креоны. Вы тут почти двое суток развлекаетесь. Хотя, надо признаться, что наблюдать за вами было весьма интересно.

Клуня подошла к Креоне и встала перед ней на колени.

— Прости, Первая. Мне это было очень- очень нужно.

— Я знаю, девочка, сказала та, поднимая и обнимая ее. Если бы ты знала, как я тебя понимаю. Теперь я за него спокойна.

К нам подошла Шейна:

— Я поняла. Если бы Клуня могла петь, она бы тоже сделала новую энергию, такую же как Тиэлла.

Мы обняли ее и громко засмеялись. Она робко прижалась и, пожалуй, впервые за время ее пребывания вместе с нами, ее огромный, невероятных размеров, аурный мешок, прикоснулся к нам. Две маленькие серые струйки, от меня и от Клуни и одна серо-зеленая от Креоны разошлись внутри него. Конечно, они мгновенно растворились, но они были.

Она немного отстранилась и очень серьезно посмотрела на нас.

К нам подошла Сянка.

— Вы тут развлекаетесь, а у Матери огня давно не было Папы!

Клуня мило ей улыбнулась. Вдруг раздался сильный хлопок. Сянка ойкнула.

— Вот Мамочка… Шалава похотливая!

— На себя посмотри! Сказала Сянка и, гордо повернувшись, пошла. На ее попе явно проступал красный след от Клуниной ладони.

Минут 15 нас всех, включая Шейну, колотил совершенно гомерический хохот.


Глава 36. Возвращение. Ультиматум

Лететь в компании Голубого разума, хоть и не полного, а заключенного в ауру адепта, было одним удовольствием. Излишне говорить, что Шейна прикоснулась своим пальцем к Хранителям девочек и они засияли нестерпимым голубым блеском. Сияние быстро прошло, а вот возможности левитации стали несравнимо больше, чем раньше. Мы не торопясь летели над океаном, когда пришел сигнал от Консуса:

— Юджин, у нас тут непорядок. Похоже в местное СБ пришло подкрепление из Луганги. Готовят захват нашего завода. Мне мой человечек из Черного департамента сообщил. Говорит, их тоже хотят привлечь. Но он сказал, что они ему не нравятся — какие-то они не совсем Черные. Что будем делать? Весь завод я не эвакуирую, а вот сжечь его могу.

— Не спеши, мы скоро будем.

— Очень жду. Все мои в полной боевой готовности, но против настоящих СБ-шников у нас не много шансов.

— С нами у них не много шансов. Скоро будем…

Мы увеличили скорость, а я, для обеспечения безопасности, накрыл нас плотным серым колпаком. Разогнались так, что уже минут через 40 уже летели над сушей. Направились сразу к Тилцу. Когда подлетали, Клуня сказала:

— Хозяин, вы летите к Дону, а я разведаю обстановку.

— Давай, девочка. В драки не ввязывайся, просто узнай. Дальше решим по обстановке.

Она, ментально всех поцеловав, сделала крутой кульбит и ушла в сторону города, а мы полетели к заводу. Я перешел в аурный диапазон. Обстановка вокруг завода мне не понравилась — я обнаружил как минимум 50 аурных точек, пробирающихся к забору. В одном месте обнаружил мощный счетверенный стреломет. Серьезно подготовились ребята. Больше всего мне не понравилось то, что у части аур был явный коричневый запашок.

Я, пользуясь тем, что мы в пузыре были невидимы, стал летать по периметру забора, послойно накладывая защитные заклинания. Я не знал, когда они начнут, поэтому торопился. Атака явно планировалась одновременно со всех сторон. Сперва серые, потом черные, потом красные. Причем серые я разместил внутри забора, черные по самому забору, а красные, кстати весьма мощные, перед ним.

— Консус, мы уже на месте. Свяжитесь со своим человечком в департаменте, скажите, чтобы его люди, или по крайней мере те, в ком он не сомневается, не лезли вперед — они просто погибнут. Отведите Ваших людей подальше от забора и приготовьтесь. Стрелять на поражение только в тех, кто отбежит от забора внутрь территории больше, чем на 10 метров.

— Понял. Свяжусь. У них там большие разборы были. Он сказал, что СБ-шники странные какие-то и он вместе с шефом попытались не давать людей. Шефа увели в кабинет на разговор. Он вернулся и приказал выделить лучших. Но вернулся он тоже каким-то не таким. Поэтому мой человечек не стал возражать.

Видимо Дон связался, потому, что незараженные точки начали отставать от зараженных. Дураками Черные не были точно.

Старший, которого можно было определить по самой большой и самой коричневой ауре, стоял возле стреломета с кристаллом связи в руке. Я заблокировал серым его кристалл. Но не полностью, а так, чтобы ничего не было слышно. Только шум. Он с удивлением на него посмотрел, потом еще что-то в него покричал и в ярости бросил на землю. Повернулся к оператору стреломета и дал команду открыть огонь. Из стреломета вырвалось четыре мощные молнии и ударили в ворота. Но ничего не произошло — моя серая защита поглотила энергию. Видимо выстрел послужил сигналом к атаке. Зараженные черные кинулись к ограде, а вот не зараженные остались на месте.

— Мой человек в департаменте дал команду своим не двигаться с места. Если об этом узнают — его расстреляют. Не подведи, Юджин, пожалуйста.

— Мы постараемся…

Я, в этот момент, наблюдал за действиями зараженных. Их было 15 человек. Красный барьер они преодолели легко. Видимо, либо им блокировали боль и ужас, либо они ничего не чувствовали. На черном барьере сгорело 8 человек, из тех, кто послабее. Сильные проскочили. Не знаю, из-за пауков или их просто учили противостоять заклинаниям своего цвета, а вот попав в серый они все свернулись в позу эмбрионов.

— Юджин, что с этими?

— Оставим для опытов. Не подходить к ним.

— Понял.

— Сянка, уничтожь стреломет пожалуйста

То, что произошло дальше, меня поразило. Вокруг стреломета и вдруг замеревшего Старшего, возник смерч. Он раскручивался, не давая им выйти наружу. А потом внутрь него начало качаться первичное пламя. Постепенно смерч стал состоять не из воздуха, а из страшного огня. При чем весь невероятный жар шел внутрь — снаружи было даже не сильно тепло. Постепенно в огне стали крутиться черные полоски — продукты горения. Покрутившись на месте несколько минут, смерч двинулся вдоль ограды с наружной стороны. Все Черные, оказавшиеся снаружи, отбежали на безопасное расстояние и во все глаза смотрели на столь невиданное зрелище. Смерч расширился метров до 50 и неторопливо огибал забор по периметру. После него оставалась оплавленная, разогретая докрасна земля, которая быстро покрывалась на воздухе зеркальной коркой. Картинка была действительно завораживающей. Продуктов горения внутри было все больше и больше. Туда попадали деревья, трава, камни. Одним словом — все. Смерч закончил обходить периметр, оставив нетронутой только дорогу. Потом он исчез также внезапно, как и появился. Подул сильный порыв ветра и весь пепел был сдут в сторону леса. И все… И ничего больше. Только тишина. Мы с Креоной пораженно посмотрели на наших: Сянка и Шейна держались за руки с закрытыми глазами. Потом Шейна открыла их и посмотрела на меня взглядом «а-ля наив»:

— Не люблю я их. Вот и попросила Мать огня помочь. Она их тоже, судя по тому, что произошло, недолюбливает.

Я пригляделся к Сянке: Она невероятно мощным потоком качала желтое. Настолько мощным, что канал ее связи с Желтым дрожал от напряжения. Наконец она прекратила это делать, открыла глаза и улыбнулась.

— Уффф… Теперь через эту зону корме Вас Хозяин и Клуни никто пройти не сможет. Ни пройти, ни прокопать. Перелететь если только. Но и то не факт.

Я вгляделся — обожженный участок на несколько десятков метров вглубь состоял из чистого первичного огня, запертого под черной коркой. Вдруг я обратил внимание, что один из оставшихся снаружи бойцов тоже заражен. Не заметили мы его.

— Консус, пусть бойцы вытолкнут чужого к стене.

— А как они его узнают?

— Узнают, не волнуйся.

Команда прошла и ближайший к зараженному, неожиданно для него ударил его прикладом стреломета в затылок. Тот упал, как подкошенный. Он с товарищем подхватили упавшего за руки- за ноги, поднесли к обожжённой полосе и бросили. Его тело не успело коснуться земли, как оттуда появилась вспышка. И все. Даже пепла не осталось. Они остались стоять с открытыми ртами.

— Мой человек благодарит, сказал Консус и просит о встрече.

— Пусть завтра приходит к 10. Сейчас гости к нашему домику подойдут. Ты их встреть пожалуйста. Я чуть позже приду.

— Хорошо.

Креона, Сянка и Шейна отправились внутрь, а я рванул к городу. За Клуню беспокойства не было, но тем не менее…

— Что у тебя?

— Наблюдаю. Все интересно. Что у вас произошло?

— Сянка с Шейной расстарались. Прилетим — увидишь. Круто получилось. Они молодцы.

— А у меня переполох наблюдается. В штабе осталось, на сколько я чувствую, трое паучьих. Все высокопоставленные. Двое приезжих и командир. Мечутся, пытаются по кристаллу с кем-то связаться.

— Так нет больше кристалла. И связываться не с кем.

— Интересно…

Я уже подлетел и увидел ее, зависшей около окна.

Она, почувствовав сзади мое присутствие, прижалась.

— Уничтожить их?

— Считать бы надо двоих. Командира не надо, он недавно заражен. Он пусть не мучается, нормальный, говорят, мужик был.

Клуня, поскольку она была в зверином облике, весьма хищно улыбнулась.

— Когда я выражала к тебе свою любовь на острове, я многому научилась…

На ее хвосте стали формироваться пластинки

— Подожди. Я сделаю так, чтобы они окно открыли.

— Как?

Я стал потихоньку нагревать воздух внутри комнаты и откачивать воздух. Люди внутри начали обильно потеть и расстегивать воротники. Потом один из них распахнул окно, что нам и было надо. Мелькнуло три молнии и в шеях людей появились характерные продолговатые ранки, мгновенно заполнившиеся кровью. Все трое тут же упали. Командир умер сразу, а двое его «гостей» были обездвижены.

Клуня огромными глазами взглянула на меня:

— Я боюсь опять заразиться…

— Давай я

— Не надо, я сама. Ты подстрахуй. С тобой не страшно

Она встряхнула руками, ее когти и пальцы стали темно-серыми. Затем влетела в окно и аккуратно считала обоих. На их лицах навсегда запечатлелся ужас. Затем она открыла рот и побрызгала на все тела струйкой какой-то жидкости. Их лица, а затем и тела запузырилась, мгновенно разлагаясь. Она вылетела из окна, потом развернулась и аккуратно его прикрыла. Я напрягся и шпингалет встал на свое место. Пусть подумают, что произошло.

Клуня прижалась ко мне и слила информацию.

— Могла и так, но прижавшись, приятнее, сообщила она. Полетели скорее. Мне не терпится увидеть, что там эта пршмондовка с недотрогой учудили.

Я хмыкнул. Она, не смотря на то, что прекрасно могла летать, как с Голубым, так и без, устроилась у меня на коленях, лицом ко мне. Реакция на нее у меня была однозначная — я тут же оказался у нее внутри. Она обняла меня за шею и, глядя в глаза, спросила:

— Тебе понравилось там, в пещере?

— Очень.

— Это тебе мой подарок

Я почувствовал, как те самые маленькие щупальца начали свой волшебный танец вокруг головки. Ее глаза светились торжеством. Я принял игру и, зависнув в воздухе, выстрелил из члена маленькой серой молнией. Ее взгляд немедленно расфокусировался, внутренние мышцы сжались, а броня на моей спине отреагировала на то, что ее когти чуть не вошли в мое тело. Я висел в воздухе, с улыбкой наблюдая за происходящим с ней. Через некоторое время, обретя осмысленность, она сказала:

— Прости меня. Я — дура.

— Нет. Ты любящая и любимая женщина. И ты принадлежишь мне. А вот я тебе, к сожалению, весь принадлежать не могу.

— Я знаю. И я принимаю это. Прости еще раз.

Я, вместо ответа, просто поцеловал ее, и она прижалась ко мне, спрятав лицо на моей груди. Мы опять полетели. Минут через пять, она подняла глаза:

— Мне надо быть осторожной с таким воздействием на тебя. Часто такой твоей реакции я могу просто не выдержать. Я могу не захотеть возвращаться оттуда, где я оказалась. Эти ощущения как наркотик. Я буду осторожна, и ты тоже, пожалуйста.

— Хорошо.

Мы полетели. Когда были почти на месте, она сказала

— Но я же знаю, что это только мое.

В этот момент она увидела то, что сделали Сянка с Шейной. Ее глаза округлились

— Ничего себе, они разозлились! Не буду больше шлепать ее по заднице, ну ее.

Я улыбнулся, и мы направились к нашему домику. Я, приоткрыв дверь, взял с вешалки при входе два халата — Для себя и для Клуни, которая уже приобрела человеческий облик. Негоже перед гостями без ничего представать. Когда зашли, то увидели, что в креслах сидят мои барышни, а Дон Консус, сидя перед ними на стуле, что-то им рассказывает. Все обернулись к нам. Дон Консус встал и поцеловал мне руку. Глаза Шейны при этом расширились, но она ничего не сказала. Я почувствовал ее общение с Креоной. Видимо та ей все объяснила.

— Ну, девушки, вы сегодня все большие молодцы. Вы ухитрились сказать новое слово в паукоотгонянии. Самое обидное для них, что некому больше об этом им рассказать…

— Юджин, насколько мне говорили, у них все руководство операцией происходило из Департамента

— Нет. Теперь нет. И Начальника департамента нет. Вот такая печаль…

— Что делать с теми, кто остался лежать с этой стороны стены?

— До завтра полежат, не испортятся. За ними наблюдают?

— Конечно.

— Начнут шевелиться — стреляйте. Завтра ими Креона займется.

Она удивленно подняла брови

— Я подумал, сказал я ей, отключившись от остальных, что можно было бы поэкспериментировать по выработке какого-нибудь яда, который паучье уничтожает. Или споры.

Этому мозгу только подкинь идею! Ее глаза затуманились. Потом она взглянула на меня, подошла и обняла, шепнула:

— Зеленый сказал, что пока я это не разработаю, могу к нему не возвращаться…

— Да что ты! Может же он иногда принимать правильные решения…

Она подняла на меня искрящиеся глаза:

— Так это ты придумал?

— Что ты! Как можно! Зеленый же подумает, что я хочу его лишить такого чуда, как ты и обидится на меня или, что хуже, на тебя.

— Не обидится, я думаю, сказала она и прижалась ко мне.

Я сел на ее кресло, а она уютно устроилась у меня на коленях.

— Как дела, Дон? Рассказывайте

— А что рассказывать? Работаем. Предательств больше не было. Пару раз ловили оптовиков на разбадяживании товара для покупателей. Объяснили, что так поступать не хорошо. Снарядили больше 15 отрядов для предотвращения появления охотников на драконов. С нашими теперешними финансовыми возможностями — это раз плюнуть. Снарядили их по высшей категории. Туда теперь и полицейские, и Черные входят. Подрабатывают в свободное от службы время. Договариваются друг с другом. Неделю один на службе безвылазно, а напарник в отряде, неделю — другой. Их руководство даже стало их рейдами премировать — за каждый раз они получают трехмесячную зарплату. Ну а если негодяев приведут — тут уж премии такие, что мама не горюй!

— И много их ловят?

— Последнее время мало, что меня радует. Один раз, правда, обычных грибников привели. Но я сейчас ложь за версту чую. Эти больше в рейды ходить не будут, а грибникам мы компенсацию выплатили и извинились.

Я вгляделся в него — его уровень вырос невероятно. Он почувствовал мой интерес и сказал:

— Да, теперь я могу моих телохранителей защищать. Но на людях мы этого не показываем. Хорошо, что у меня голова седая да лысая. Никто и подумать не может. И еще я тут жениться надумал. Как думаете?

— Не знаю. Не в моих правилах что-либо запрещать. Но Ваша жена может стать предметом давления да Вас. Или ей придется все время сидеть здесь. А кто она?

— Дочь моего старшего телохранителя. Того, что Вы лечили в свое время. Хорошая барышня.

— Ну решайте сами. Вы — взрослый человек.

Он мне поклонился.

— Кстати, Консус, Вам теперь надо будет только дорогу, в основном, охранять.

— Я знаю, Сянка уже сказала. Мы с ней договорились — она под дорогу завтра заряды заложит. Если все будет плохо, мы их взорвем, и субстанция заполнит провал. Она обещала, если что, нас потом выручить. Но, вообще, у нас здесь натуральное хозяйство. Не помрем.

В дверь раздался стук.

— Кто? Крикнул Дон.

Зашел Колх:

— Дон Консус, позвольте Вас на минуту. Со мной из департамента связались, по старым связям. Говорят, дело срочное.

— Докладывай здесь. У меня от дочери и ее друзей секретов нет.

Колх нашел глазами Клуню и улыбнулся ей, потом кивнул мне.

— Мой человек доложил, что руководство отряда СБ и Начальник департамента найдены мертвыми. Их только по наградам и опознали — тела сильно разрушены. Он сильно извиняется, но завтра приехать не сможет — у них объявлена боевая тревога — никого из части не выпускают. Он еще раз поблагодарил Вас за спасение его людей. Сказал, что он и весь Департамент, ваши должники.

— Хорошо. Причина уважительная. Жду его, как освободится. Передай, у меня дело к нему будет.

Колх поклонился и вышел.

— Консус, как он придет — передайте ему про пауков. Пусть будут готовы и докладывают о том, что происходит. Вам про них девочки в подробностях расскажут. И, я думаю, Вам нужно будет с Креоной поприсутствовать при ее экспериментах. По крайней мере до того момента, пока Вы ей мешать не будете. Ты не против, Любимая?

— Лучше один раз увидеть, философски сказала Креона.

Я оставил их разговаривать, а сам, извинившись, пошел в комнату. Мне надо было подумать. Клуня было дернулась, но уловив мое настроение, осталась сидеть.

Я вошел в медитацию и связался с Зеленым:

— Оставь мне пока Креону. Она мне нужна. Если хочешь, увеличь канал связи с ней. У меня сердце кровью обливается, глядя на нее. Она имеет право на свой кусок счастья, не находишь?

— А ты уверен, что она успеет, если что?

— Если она не успеет, то и я не успею. А если не успею я, то у вас нет даже надежды. А я не успею, если ее не будет со мной. Мы друг друга поняли?

Он долго думал и, наверное, советовался с другими.

— Хорошо, сказал он. До твоей или ее смерти, она твоя. Убедил. Мне тоже были смешны твои придумки с исследованиями

— А это не придумки, если ты не понял. Это шанс. Я передам ей весь свой опыт по этому вопросу. Твой цвет — единственный, который совершенно неприемлем пауками. Надо рассмотреть все возможности.

Он опять надолго задумался. А потом я услышал их общий голос:

— Мы поможем ей всем, чем только можем.

Я вышел из медитации. Рядом со мной сидела Креона. Ее глаза сверкали в темноте.

— Я знаю, Любимый, что ты сейчас сделал!

— Нахрен мне нужен такой мир, где тебя могут у меня вот так отнять. Причем, свои.

— До твоей или моей смерти. Меня это вполне устраивает.

— Меня тоже.

Она толкнула меня на спину и уселась верхом. Медленно наклонилась ко мне. Ее огромные расширенные зеленые глазищи начали увеличиваться, пока не заполнили меня целиком. Я утонул в них. Совершенно.

Мы лежали на кровати, а рядом неподвижно сидела Клуня, из глаз которой непрерывно катились слезы. Они думали, что я еще не с ними. Креона гладила ее по голове и приговаривала:

— Да, моя девочка. Знаю. Мы его, а вот он не наш. И хотел бы, да не наш. Ведь видно, что всей душой хочет. Но нет наших сил это изменить. И его сил на это нет. Я, в свое время, была такой дурой, что не слилась с ним полностью как ты сейчас. Но у меня был от него ребенок. Сын. Я всю себя ему посвятила, а все равно в душе пустота была неимоверная. Я сполна заплатила свою цену.

Клунин язык начал нежно облизывать Креонину руку.

— Да, моя хорошая. Мы должны быть сильными рядом с ним. Когда он бросился в последний бой, он даже не подумал, что скорее всего погибнет. Он спас единственное родное существо, находившееся рядом — Дорна. Первого дракона, которого он вырастил из почти неразумной ящерицы. Ты знаешь, что такое Дракон. И у меня она была моя Сиок. Я ее не уберегла в своей безумной тоске. А он своего уберег. И весь драконий род этим уберег. И нас всех тоже. Я не знаю, как будет сейчас, но тогда он подарил этому миру 800 лет, понимаешь? Я только выгляжу молодой. На самом деле мне много лет, и я помню каждый свой день. Как работой спасалась, как из сына мужика растила. Я понимаю тебя, моя хорошая. Ты поступила мудрее меня. Ты, я думаю, погибнешь, если он погибнет. А вот я так не сделала в свое время. Ты — идеальное оружие. В тебе воплощено все, что придумал его измученный мозг и вся моя любовь к нему. Я чувствую каждое твое движение с ним. Мы — одно целое. В той команде, которая была, мы тоже были одним целым. Но не настолько, как с тобой.

Креона нежно поцеловала Клуню в заплаканные глаза. Та прижалась к ней и разревелась, как ребенок. Только тихо, поскольку боялась меня «разбудить». Ее плечи сотрясались.

Креона гладила ее по голове.

— Поплачь милая. Я точно знаю — это помогает. А завтра соберись с силами и будь тем, чем должна. Хорошо?

Клуня, сквозь слезы, закивала

— И я тоже завтра буду тем, кем должна. А теперь давай спать. Скоро утро.

— Можно я побуду с вами, Первая?

— Конечно.

Они улеглись рядом.

— Первая!

— Что?

— Я постоянно ловлю себя на мысли, что хочу назвать его «любимый».

— Ну и называй. Это же правда.

— А как же ты? Ты не обидишься?

— Нет конечно. Он же тоже любит тебя. И меня. И даже Сянку. Мы все одно целое, мы его части. За что же мне обижаться?

— Он мне сказал, что любит меня. Я вдруг подумала, что взяла не свой кусок.

— А он и вправду тебя любит. Посмотри, он защитил тебя так, как мог. Ты думаешь, что в случае опасности, я имею в виду НАСТОЯЩЕЙ опасности, он спрячется за тебя? Он сделал это для того, чтобы ты выжила, не более.

— Так я…

— Он и не спросит тебя. Как не спросил Дорна. А ведь тот всю жизнь считал, что своей смертью он мог бы дать ему несколько драгоценных секунд и того, что случилось бы не произошло. Мы все — единый механизм, созданный нашим миром для своей защиты. И единственное, что мы можем — помогать ему во всем.

— Первая, а ты уйдешь в свой источник?

— Нет. Вернее, не сейчас. Он поставил ультиматум Разумам, и они с ним согласились. Я не уйду до своей или его смерти.

Клуня прижалась к ней, все еще всхлипывая, пока наконец сонно не засопела. Креона гладила ее по голове

— Что-то нам еще придется вынести, девочка, тихо произнесла она.


Глава 37. Глупый конфликт

Рано утром я встал и аккуратно слез с кровати, чтобы не разбудить спящих девушек. Вышел на улицу. Погода была чудесная. Я прикрыл поляну перед домом серым куполом, чтобы избежать любопытных взглядов, разделся и устроил бой с толстым тентаклем, который пытался на меня нападать. Бить его было бесполезно — он деревянный, а вот уходить, для того, чтобы размять косточки — самое удовольствие. Почувствовал спиной взгляд, остановил тентакль и обернулся. За моей спиной в позе лотос висела Шейна.

— Продолжай, Серый, сказала она. Мне нравится на тебя смотреть.

— А мне нравится быть клоуном в цирке. Хочешь смотреть — участвуй.

— Как? Я же не умею так, как ты.

— А ты придумай что-нибудь, а то придет злой дядя и уведет тебя за руку в темный лес, где и съест на завтрак.

Она поёжилась. Я подумал, что она совсем не понимает юмора. Это тяжело.

— Ха! Сказала она. Я на него только посмотрю, и он не посмеет этого сделать. И она изобразила холодный надменный взгляд, что у нее вполне получилось.

Я упал на колени и протянул к ней руки:

— Прости неразумного!

Она вдруг весьма серьезно высокомерно улыбнулась. В этот момент из земли вылез тентакль и пребольно шлепнул ее по попе. Она ойкнула от неожиданности и стала тереть место удара. Я встал и с безразличным видом отвернулся от нее.

— Ты чего? Удивилась она.

— Образ разрушен, сказал я. Настоящих цариц по жопе ударить нельзя.

— Так я…

В это время вылез еще один тентакль и опять ее шлепнул.

— Что, опять? Ну точно, не царица, услышал я ехидный голос Клуни. Я обернулся. Клуня стояла и улыбалась. Только небольшие мешки под глазами выдавали в ней переживания этой ночи.

— Ты чтоль царица?

— Да уж получше ее.

К ней тоже метнулся тентакль, но она сделала небольшой шаг в сторону, и он никуда не попал. Более того, когда он попытался второй раз на нее напасть, она его поймала и начала отчитывать:

— Противная деревяшка! Ты хотела на меня напасть?! Тентакль вдруг съежился, стал мягким и стыдливо убрался в землю.

— Клуня! Ты зачем его ругала! Он хороший! Это уже голос Креоны. К ней немедленно рванулись несколько десятков тентаклей, явно не ее изготовления, однако небольшое, видное, наверное, только мне, движение и они, замедлив движение, сплелись в удобное кресло. Креона грациозно в него присела, а самый агрессивный из них вдруг расплющился на конце и стал опахалом.

— Может и на меня кто-нибудь из них нападет? Услышали мы голос Сянки

Немедленно, прямо из-под нее вырвался тентакль и ушел к ней под юбку, явно войдя в нее на немного.

— Сожги его, сказала Креона, задумчиво глядя на свои ногти. И чем жарче, тем лучше.

Клуня в голос засмеялась и вдруг осеклась. В ней тоже был тентакль. При чем настолько быстрый, что даже она не отреагировала. Я, на всякий случай пригляделся — среагировала. И она — уйдя немного в сторону и ее кожа тоже среагировала, мгновенно обретя твердость в месте его касания. Но игру Клуня, сделав удивленное лицо, поддержала

— Эй ты! Коварная! Закричал я. Не смей со мной проводить таких экспериментов! Мое святая-святых надежно защищено!

— А с тобой я даже пытаться не буду, все так же рассматривая свои ногти, сказала Креона, Себе дороже.

Все, кроме Шейны, засмеялись. А у нее застыли слезы в глазах. Креона, слезши со своего импровизированного трона, подошла к ней и взяла за руку:

— Пойдем, милая. Они все невежественные дураки. Не то, что мы с тобой.

Из земли вырос очередной тентакль и попытался опять ударить Шейну, но при Креоне такие шутки не проходили. Он вдруг изогнулся, схватил кусок земли и кинул им в Клуню. Вот и появился его автор.

Она увела ее в дом. Через 5 минут мы услышали:

— Что, наржались, кобылы?! Вспомните, каково вам было? Или что, все забыли?! И ты хорош, Любимый. Пристал со своей физкультурой. Она и так тебя до смерти боится. Хотела поговорить, но не знала, как начать.

Клуня с Сянкой покраснели, а меня почему-то это все сильно завело. Начала подниматься ярость. Я отключил всех от своего с Креоной диалога и сказал:

— Послушай, Креона. Может быть я не штатный школьный психолог. Извини, но не пошла бы она с такими комплексами в жопу! Если кто-то из вас со мной хочет поговорить — он говорит. Нормально и спокойно. И мы всегда находим решения. Она появилась в команде случайно. Отвези ее нахер с глаз моих и дело с концом, мне еще не хватало проблем и конфликтов на пустом месте. Я просто переведу ее в овощное состояние, чтобы Голубого не обижать. Будет его мешком работать, пока он свое не заберет. Кинем в купель — пусть плавает.

Креона аж немного пригасла от такой моей реакции.

— Ты чего так завелся?

— Да ничего. Пусть катится нахер. Завтра чтоб ее не было. Клуня ее в гнездо отвезет и все. Останется — овощем сделаю. Будет она здесь еще в свои переживания нас втягивать и конфликты с проблемами разводить. Если так пойдет, мы будем неделю переживать, что она не так пукнула. Может у нее животик крутит из-за того, что цветочного нектара обожралась. Она мне мешает.

— Да послушай…

— Нет, это ты послушай! Я знаю такой психотип. Она свои внутренние проблемы за счет других решает. А сама, типа, такое тонкое существо, что… Да чего я тебе рассказываю. Ты же первая на эту хрень повелась. А тебе сегодня, не забудь, живых людей потрошить. У них наверняка есть детишки, семьи. Тебе бы об этом подумать, а не о ее вселенских проблемах.

— Зачем ты так? Знаешь, какую корку я в своей душе отрастила? Я, каждый раз убеждаю себя, что зараженный — уже не личность, а оболочка. Каждый раз!!!

— А я, когда остров топил, сколько невинных загубил? Ты не думала?! Давай я на вас это говнище вывалю. Вон, Матушка Наворр вполне нормальная тетка была. Это тебе так, для примера. Да и многие другие, наверняка, тоже. Не все за деньгами приехали — некоторые жили на этом острове испокон веков. Я все это на себя взял. И попробуй только сказать, что это потому, что я из другого мира. Этот мир стал моим. Хочешь я посчитаю, сколько невинных тогда загубил? Я каждого помню. А потом посчитай, сколько в мире и спокойствии за эти 800 лет народились? Это во мне все живет, если ты об этом не подумала. И те, которых ты сегодня замучаешь — на моей совести будут. И дети их, которые сиротами остались. И дети Начальника Черного департамента, который нормальным мужиком до заражения был. Его Клуня по моей воле загубила. Еще продолжить?!

— Не надо… Я почувствовал, что она плакала. Но, тем не менее, продолжил.

— Нет, надо. Вы — то, что еще держит меня на плаву. У меня половина ауры из их душ состоит. И руки по локоть, если не по плечи в крови. Вы — моя связь с этим миром, не понятно? Я же иначе нахер половину этого мира вспашу так, что ни одна травинка тысячелетие не прорастет. И ваш мир дал мне вас, что бы я не забыл, что значит быть человеком. Ни одна из вас не отвлекает меня от моей задачи, но не дает скатиться в беспредел. Что не понятного? Вы — предохранители на моем ружье. А тут такое «чудо». Ты видишь, до чего она меня довела?! Тащи ее сюда — я решу эту проблему. Раз и навсегда. Я пустил в небо огромную витиеватую серую молнию. Такой мощности они из меня еще не выходили.

Со мной связался Голубой Разум и дрожащим голосом сказал:

— Только не убивай ее пожалуйста. Для меня она уникальна.

Красная пелена начала постепенно спадать. Я оглянулся: видимо я, в запале, снял часть экрана и транслировал все это на всех адептов. А может быть просто эмоции зашкаливали, не знаю. Сянка сидела, обхватив голову руками, Дон стоял рядом, полуодетый с двумя ножами в руках. Видно было, что он брился, да недобрился, а Клуня, в полном «боевом» вооружении тащила ко мне Шейну. Ее когти на всех 4 руках впились в ее болевые точки, блокируя всякую попытку к любому сопротивлению, что магическому, что физическому. Ее хвост в виде блестящего черного острия находился перед глазами Шейны и она не могла отвести взгляда от прозрачной капельки на его конце, понимая, что в ней смерть.

Креона, заплаканная, но решительная вышла на крыльцо.

— Если ты это сделаешь — я уйду в источник.

— Иди. И предай меня. И хер с ним, с этим миром. Если вам он не нужен, то мне тем более.

Из Креоны как будто выпустили воздух. Она села там, где стояла и заплакала:

— Я… предать…

— А как я должен относится к твоему уходу? Или к шантажу им? КАК?!!

— Да никак… Никуда я не уйду. Отпусти ее просто. Завтра я сама ее в гнездо отвезу.

— Клуня, что от нее останется, отнесет. У тебя работы еще — непочатый край.

— Отпусти ее, пожалуйста…

Я развернулся и, ничего не сказав, рванул вверх. Краем глаза увидел, как Клуня отбросила ненужное ей больше тело и взлетела за мной. Я чуть притормозил и она, догнав меня, сходу ко мне прилепилась, превратившись в человека.

— Не надо так, родненький, терпи, причитала она, обливаясь слезами и обнимая меня. Сливай в меня все, что можешь — я помогу. Я все-все понимаю. Креона — Зеленая. Она Жизнь, она не может по-другому. Это противно ее природе. Я — другое дело. Я для того, чтобы тебе помогать