КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 468782 томов
Объем библиотеки - 684 Гб.
Всего авторов - 219087
Пользователей - 101709

Впечатления

Алекс46 про Круковер: Попаданец в себя, 1960 год (СИ) (Альтернативная история)

Графоманство чистой воды.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
чтун про Васильев: Петля судеб. Том 1 (ЛитРПГ)

Дай бог здоровья Андрею Александровичу; и чтобы Муза рядом на долгие годы!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Шаман: Эвакуатор 2 (Постапокалипсис)

Огрызок, автор еще не дописал 2 книгу.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
медвежонок про Кощиенко: Айдол-ян - 4. Смерть айдола (Юмор: прочее)

Спасибо тебе, добрая девочка Марта за оперативную выкладку свежего текста. И автору спасибо.
Еще бы кто-нибудь из умеющих страничку автора привел бы в порядок.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
каркуша про Жарова: Соблазнение по сценарию (Фэнтези: прочее)

Отрывок

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Касперски: Техника отладки приложений без исходных кодов (Статья о SoftICE) (Статьи и рефераты)

Неправда - тихо подойдешь
Па-а-просишь сторублевку,
Причем тут нож, причем грабеж -
Меняй формулировку!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Интересно почитать: Как использовать регилин?

Чудовища (fb2)

- Чудовища 1.85 Мб, 7с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Конрад Непрощенный

Настройки текста:




Конрад Непрощенный Чудовища

Новый Охотник сидел в Лукоморье и вяло перекатывал между рук пустую рюмку. Баюн все также протирал кружки и порой предлагал налить Жене хоть что-то, на что неизменно получал отрицательный ответ. Охотник уже продолжительное время почти ничего не делал. Маленькие дебоши были просто проверками нового стража Завесы.

– Что ты юноша не весел? Что головушку повесил? – спросил Баюн, наконец перетерев всю посуду.

– Зачем я живу?

– Ну, это очень философский вопрос, мальчик мой…

– Нет. Почему мне сохранили жизнь? – прервал кота Женя. – Почему меня просто не пристрелили или что вы там обычно делаете?

– Ну, в целом да, твой предшественник любил именно что расстреливать своих жертв. Но видимо на то были свои цели. Видно, Старейшины что-то в тебе увидели. Великую силу, крепкую веру или что-то ещё.

– Может, чтобы просто поиздеваться? – молодой Охотник с гневом посмотрел на кота. – Просто убить для вас мало?

– Тише, паря, – кот примирительно выставил лапы вперед, – не кипятись. Я понимаю, ты ещё не привык, да и твой предшественник не сильно тебя готовил. Но разве это плохо, защищать ваш мир от нарушителей из нашего.

– Вот именно. Почему мы к вам не лезем, а вы считаете, что лучше нас, а?

– Ну, видишь ли, – кот вздохнул и сел на стул, – многие из нас ещё помнят старые времена, когда вы жили в страхе перед суевериями и черной магией. Тогда многие из нас думали, что мы боги, титаны, громовержцы, способные решать судьбы целых народов. Но сила ослепляет, лишает критического мышления. Она лишает таких важных качеств как сострадание, благородство, любовь и прочие добродетели. Именно наша гордыня нас и погубила. В конце концов мы возвели Завесу, чтобы защитить наш мир от вашего, а нарушители завеса хотят окончательно уничтожить нашу расу.

– Может, просто позволить этому случится, – Женя скривился. – Вы сдохнете и проблем не будет. Мне не нужно будет никого отлавливать и не нужно будет ни на кого работать. Нет вас – нет проблем.

– Так думают все фашисты. Что у нас, что у вас. Наши думают, что если вас не будет, то нам не нужно будет прятаться. Ведь именно из-за вас, людей, наше сообщество было вынуждено спрятаться за Завесой.

– Пф, у всех своя правда, – буркнул Женя, снова сменив гнев на безразличие.

– Верно. Но лично я считаю, – кот легонько улыбнулся, – если тебе конечно интересно мое мнение, что наш единственный выход – сосуществование на своих планах. Война никому не нужна.

Тут телефон Жене завибрировал, сообщая о новой работе. Кот тепло попрощался с новым Охотником, а тот лишь вяло махнул рукой. Женя был крайне не рад своей работой, особенно после того, как старый Охотник окончательно попрощался с ним и отправился в школу.

Школа и старый Охотник. Женя, сложив эти две переменные, ухмыльнулся, заводя свою “копейку”. Бухающий, курящий старый Охотник, плюющийся желчью и сыплющий ненавистью направо и налево. Видно, детишек он собрался учить похеризму и ненавистью к миру. Ах, ну и чрезмерной любви к себе любимому. Аля, “Я Д’Артаньян, все пидорасы”.

До места событий он добрался довольно быстро. По ночам его родной город спал. Да, он столица, но лишь региональная. Большая деревня. Однако даже в деревнях переполох может поднять людей, посмотреть что же там происходит. А посмотреть там было на что.

Когда Женя подъехал, его напарник, оборотень Саня, уже был на месте и о чем-то разговаривал с полицейскими. Под мостом, перегораживая проход, стояли несколько полицейских машин. Даже метров с тридцати было видно, что там была кровавая бойня. Кровь и останки людей прекрасно подсвечивались для собравшихся зевак.

– А ну съебали! Дали дорогу! – Женя начал протискиваться сквозь толпу, но без особого успеха. Так что ему пришлось применить кулаки, локти и пистолет.

Пара выстрелов быстро дала парню пройти. Полицейские, уже наставившие на стрелка оружие, тут же его убрали. Видно, демонстрация удостоверения дала понять служителям закона, что это свой.

– Ладно, что тут у вас? – спросил Женя, убирая пистолет в кобуру.

– Тут по нашей части, – полицейский уже открыл рот, чтобы ответить, но Саня его опередил. – Тут кто-то из наших устроил настоящую бойню. Кровь, кишки, распидорасило. Притом завалил он смертных с оружием, некоторых уже опознали. Бандюки местные.

– Такие ещё остались?

– Тут как криогенная камера для девяностых, ничего не меняется. Так вот, скорее всего устроили бандюки сходняк, а тут наш дружок появился. Ну и покрошил их.

– Что-то я тут судмедэкспертов не вижу, – Женя осмотрелся, – да и трупы просто так валяются. Что, настолько менты обленились?

– Вообще-то, объект ещё здесь, – подал голос молодой лейтенант обиженным голосом, – мы уже вызвали группу ликвидации.

– Это район восьмой, так что я вызвал тебя, – виновато посмотрел на начальника оборотень.

Восьмой отряд ликвидации пользовался настолько дурной славой,