КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 474213 томов
Объем библиотеки - 698 Гб.
Всего авторов - 220946
Пользователей - 102756

Впечатления

Stribog73 про Уильямс: Коллектив авторов "Звёздные войны-9". Компиляция. Книги 1-20 (Боевая фантастика)

Пожалуйста, не пишите "Спасибо" в комментариях. Для этого есть соответствующие кнопки.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
vovih1 про Уильямс: Коллектив авторов "Звёздные войны-9". Компиляция. Книги 1-20 (Боевая фантастика)

Спасибо, огромная и качественная работа

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Ланцов: Купец. Поморский авантюрист (Альтернативная история)

Паки, паки... Иже херувимо... Житие мое...
Извините - языками не владею...

Это же мое профессион де фуа!

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Ордынец про Сердюк: Ева-онлайн (Боевая фантастика)

если это проба пера в этом жанре.то она ВАМ удалась

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
медвежонок про Ланцов: Купец. Поморский авантюрист (Альтернативная история)

Стилизация под древнеславянский говор.
Такой же отзыв.
Не читать, поелику навоз.

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
Serg55 про Ланцов: Всеволод. Граф по «призыву» (Фэнтези: прочее)

продолжение автор решил не писать?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Наемники (СИ) [Мария Чернышева] (fb2) читать онлайн

- Наемники (СИ) 315 Кб, 79с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Мария Чернышева

Настройки текста:



Мария Чернышева Наемники

Начало

I

Ничего не предвещало беды. Блаженная Венеция, спала. Теплый воздух от начала и до конца пропитал все небо, на котором находилась луна, она озаряла своим нежно желтым цветом все вокруг. Вдалеке виднелись постройки города, которые так же мирно спали. Все это усыпляло бдительности, и можно было подумать, что тише города нет, но все ошиблись. Далеко в глубине находился один из многочисленных притонов для сладостных утех. Там во всю кипит жизнь, множество шлюх обслуживают своих господ. Условия жизни там были, ну уж не сказать, что плохие, но и хорошего не было ничего.

Маленькая Аина целыми днями наблюдала, как ее мать то заходила, то выходила из комнаты с разными мужчинами. Порой ей очень хотелось узнать, что же они там делают, но увы подглядеть не выходило. Девочка была прелестна: светло-каштановые волосы мягкими кудряшками ложились ей на плечи, слегка вздернутый носик, пухлые губки и большие зеленые глаза. Она была похожа на ангела, жаль только, что родилась в аду. Хозяин данного заведения всегда исправно отдавал часть денег властям, поэтому к нему никогда не было претензий, он мог делать все что хотел. Когда мужчина узнал, что мать Аины беременна, он хотел прогнать ее, но его честолюбие остановило, подумав какую награду все же дадут за нетронутую девочку. Ребенку было десять, через пять лет, она полностью переходила в рабство к своему хозяину. Бедная малышка еще ничего не понимала, не понимала она и того, что ей говорят подруги матери:

— Ты такая красотка! Все мужчины будут у твоих ног, ах милая, ты еще не знаешь что тебя ожидает.

Не понимала и взглядов взрослых мужчин, они смотрели на нее со злобой, похотью, по зверски, что ей не нравилось. Часто Аина пряталась от их взора за темно-алые шторы.

В том же городе жило множество богатых семей, все они были одинаково расфуфырены, людей низшего сословия никто не замечал. В такой семье и жил один из наших героев, он был красив, статен, богат. Только сердце, увы, было злое, в свои двадцать пять он совершил множество злодеяний, Серафим Вискон, так его звали. Именно в этот вечер он решил зайти в дом терпимости, чтоб забыться в сладостных объятиях девушек. Всегда выбирая самых молоденьких, красивых, он делал с ними все что вздумается…порой даже очень ужасные вещи, хозяин же просто молчал, радуясь щедроте гостя. Осматривая очередную молодую девчонку, ему на глаза попалась маленькая фигурка Аи. Улыбнувшись красивыми тонкими губами, Серафим поманил ее:

— Подойди ко мне, Подойди дитя, я не обижу тебя.

Но малышка идти не желала, покачав головой, она заплакала и убежала, как всегда прятаться за шторами.

Маленький Вито рассматривал витрины прекрасных магазинов, от изобилия красок он приоткрыл рот. Богатеи никто не обращали на него внимания, им не было дела до маленького оборванца.

— Витоо? — на всю улицу раздался разъярённый мужской крик, — Вито, иди сюда маленький поганец!

Обернувшись в ту сторону где раздался звук, мальчишка кинулся бежать, он сам не знал зачем бежал, куда. Мальчик хотел поскорее скрыться чтоб не получить тумаков от своего отца, затаиться где-либо пока не остынет. Отец Вито был пекарем, но жили они очень бедно, на еду не хватало, носить приходилось обноски, да и они уже все были в дырах. Не редко мальчик воровал, воровал у знатных господ, ну или же у собственного отца еду. За это и получал. Добежав до какой-то полуразрушенной крепости, он осмотрел ее. Стены в некоторых местах обломились, но в целом здание было довольно нормально, забежав внутрь, он уселся в дальний уголок и стал думать о матери. Странно, но он не помнил ее лица, помнил запах, такой родной запах. Она пахла виноградом и молоком, жаль, что она умерла. Ему было пять, когда не стало в жизни самого главного человека. Не понимая как, он погрузился в сон.

Крепость, как покрывалом окутывала ночь, звезды как светляки выступили на небе, все казалось безмятежно. Но так только казалось. Мальчик проснулся от того, что в крепости стало не спокойно, точнее поднял его жуткий крик. Двое мужчин в странной белой одежде на которой виднелся красный крест, держали за руки избитого мужчину. Еще двое стояли рядом и видимо ждали, что им скажет самый главный, который держал в руках расскаленный нож.

— Просто ответь мне, где вы скрываетесь, ответь и все мучения закончится. Я помолюсь и Бог простит, ты станешь жить как все, — говорил главный, подходя к нему.

Израненный улыбнулся, а затем плюнул кровью ему под ноги. Вито вжался в стену, он молил Бога и всех святых которых знал, лишь бы его не заметили. Главному не понравилось такое обращение с собой и в лицо мужчины полетел увесистый удар кулаком.

— Откройте ему рот, раз он не хочет говорить, значит язык ему ни к чему.

Стоявшие поодаль люди, подошли и схватив несчастного за лицо, нажали на скулы, рот открылся, а главный подошел ближе и приготовил нож.

Мальчик зажмурился и закрыл руками рот, чтоб не закричать и не видеть всего. Раздался душераздирающий крик боли, отчаяния, а после…а после все затихло, было слышно как тело швырнули на камни и из сооружения стали выходить.

Девочка металась по кровати, ее снова мучали кошмары, она болела. Болела долго и мучительно, лучшие доктора Венеции не могли вылечить ее. Бьянка родилась в богатой семье, у этой девочки было все, все что она желала, любящие ее родители, развлечения какие она только пожелала бы. Одно ей не могло дать золото — здоровье. Она была очень болезненна. Родители девчушки не знали, что с ней делать. Лекари сделали все что возможно, теперь по их словам она отдана на волю Бога.

В этот вечер девчушка металась по кровати, ее бил озноб, мать сидела над ней и меняла мокрые тряпки на лоб.

— Разрешите, госпожа? — в комнату бесшумно зашел их помощник, который работал у них уже очень давно. Араб по национальности, он был верен, как пес.

— А? — женщина повернула головку к нему, — А, это ты Насим, да заходи, бедная девочка, почему, за что она так мучается?

Присев на край большой кровати, он посмотрел на ребенка, Бьянка была маленькая, бледная, черные волосы лежали на плечах и подушке, когда-то жизнерадостная и веселая, теперь она была иной. Улыбнувшись уголком губ, он обратился к своей госпоже:

— Идите, Агнесса, я посмотрю ночь за девочкой, я буду не хуже Вас, клянусь.

Посмотрев на него измученным и заплаканным взором, женщина прошептала:

— Да, хорошо, я верю тебе Насим, верю.

Сама ничего не понимая, она встала и направилась к двери, не оглядываясь, ей так все надоело, она хотела просто спокойствия.

Как наступила глубокая ночь, старец вынул из кормашка два пузыря и кулон. Поставив склянки на столик, он принялся надевать украшение, а после взяв одну из бутылочек открыл ее. Наклонившись к ней, стал что-то шептать, изредка поглядывая на ребенка. После такого обряда, он взял вторую бутыль и добавил целебной мази в первую. Хорошо все перемешав, Насим подошел к девочке и влил ей в горло зелье. Бьянка почувствовала резкую и жгучую боль внутри, пронзительно закричав, она открыла глаза, затем закрыла их снова, единственное, что она помнила, это некий знак на шеи у слуги.

Вито проснулся рано утром, главная задача его заключалась в том, чтоб найти себе пропитание. Либо утащить булку или корж у отца, либо просить милостыню, он выбрал первый вариант. Пробравшись на маленькую, тщедушную кухонку он начал осматриваться, отца не было. Взобравшись на стол, он потянулся к большому шкафчику, который висел на стене и открыл его. Там лежало несколько булок и свежий окорок, видимо отец успел продать несколько своих изделий и купить мяса. Стащив окорок, он отрезал большим ножом кусочек и быстро убежал, пока всего не заметит отец. Теперь у него было новое задание, похоронить неизвестного мужчину. Стащив у соседа самодельную лопатку, он скорее побежал к крепости. На миг мальчик остановился, было страшно, глубоко вздохнув, он направился внутрь. Незнакомец лежал так же как вчера, почти ничего не изменилось, только он стал бледнее. Еще раз вздохнув, Вито принялся готовить место для ямки, убрав несколько больших камней, он начал копать. Мальчику было очень тяжело, почва была глинистой, но остановиться было нельзя, насколько слезинок упало с его глаз. Через несколько часов кое-какая яма была готова. Осталось только переместить туда мужчину, повернув голову к трупу, ему показалось на миг, что мелькнула чья-то тень. Выглянув из окошка сооружения, осмотрелся, никого не было, зато Вито услышал шорох позади себя. Еще боле испуганно обернувшись он увидел сидящего рядом с умершим птицу. Она была большая, орел.

— Мне нужно похоронить его, улети пожалуйста, — взмолился мальчик, — я боюсь. Повернув на него маленькую головку, птица как бы поняла его и отошла. Ребенок взял труп за плечи и потащил из всех своих сил его к яме. Это заняло у него еще где-то двадцать минут. Затем закопал. Орел наблюдавший за всем этим, взглянул на него еще раз, сверкнул глазом и улетел.

Мальчик думал, что вот, наконец он свободен от всех дел, теперь может остаток дня посвятить себе, но посмотрев в окно, он увидел, то что уже начало темнеть.

— Ну вот…теперь надо домой, отчитываться перед отцом, — прошептал Вито, но этому было не суждено сбыться. Он заметил издали, как подозрительные люди въезжают в город, нужно было срочно домой, но он заметил как двое мужчин спускаются по крепости в низ, прям к нему.

— Не бойся, — сказал один из них, он был странно одет, на поясе блестели те же знаки, похожие на кулон который ему отдал мужчина, — но домой ты не вернешься более.

— Нет, а как же папа, где мой папа, папа, — Вито хотел убежать, но его схватили и прижали руку ко рту.

Мама Аины сразу заметила, как убежала ее дочь, подойдя к хозяину, который поманил ее пальцем, она обворожительно улыбнулась и сладким голосом заговорила:

— Ты хочешь, чтоб я обслужила Серафима?

Посмотрев на нее со злостью, она порядком надоела ему, он проговорил, чуть не шипя от негодования:

— Ты слишком стара для него, лучше приведи свою дочь, пусть пообщается с девчонкой и моли Бога, чтоб она ему пришлась по вкусу.

Кивнув головкой, женщина направилась к лестнице, поднявшись по ступенькам в верх, она пошла к шторе и отодвинув ее, вытащила за руку Аи. Девочка была напугана:

— Мамочка, я боюсь..- прошептала она.

— Да, моя девочка, я знаю, но ты не бойся, — взяв на руки девушку, она понесла ее к гостю, — этот дядя очень хороший, он. мм волшебник, будь с ним вежлива.

Поставив Аину перед мужчиной, она отошла с милой улыбкой чуть в сторону. Серафим стал улыбаться самодовольной улыбкой. Поманив рукой ребенка, он произнёс:

— Подойди. Как тебя зовут, малышка?

— А..Аин-на, а вы правда волшебник? — девочке было очень любопытно, страх немного отступил назад.

— Да, ты прихорошенькая девочка, хочешь, я исполню любое твое желание, но взамен, ты дашь мне все что попрошу? Да, милашка? — мужчина провел по ее мягкой щечке пальцами, от чего Аи вздрогнула, все же она побаивалась. Перестав улыбаться, Серафим встал и величаво направился к хозяину заведения. Поравнявшись с ним, он шепнул:

— Отдай мне ее завтра на ночь и я тебя озолочу.

На утро маленькой Бьянке стало лучше, жар спал, появился аппетит, она даже начала снова смеяться. Мать девочки благодарила Бога за святое исцеление, не даром же она отсылала письмо святому епископу чтоб он помолился о грехах ее девочки. Но Насим знал, что именно ее исцелило. Отец же не верил во все сказки вроде колдовства и Бога, поэтому считал, что помогла медицина. День приближался к концу, Бьянка лежала в своей постели и хотела уже заснуть, как услышала какой-то шум на улице. Посмотрев на слугу, который сидел около столика и что-то мешал в склянках, девочка не удержалась и спросила:

— Что там такое? Почему все шумят? Наси, посмотри.

— Да, моя маленькая bayan (с тур. Дама, госпожа), — оторвавшись от своего дела, он поднялся и прошел к окну, выглянув, слуга стал осматривать то, что творилось, но это длилось не долго, быстро отвернувшись, старец с бледным лицом повернулся и посмотрел на Бьянку.

— Ну что там? — не унималась девочка.

— Там плохо…там очень плохое…послушай, слушай моя bayan, надень это, — вынув из потрепаных штанин кулон, он подал его ей. Девочка с интересом взяла его и начала рассматривать, она его уже видела, в тот вечер, когда металась в бреду. Надев его на себя, Бьянка посмотрела своими зелеными глазами и снова спросила:

— А зачем это? А что это за знак?

Но Насим не успел ответить, шум на улице усилился и в доме начали метаться все слуги, в комнату девочки вбежала испуганая мать. Но не успела за ней закрыться дверь, как следом же вошёл совершенно посторонний мужчина. Он был высок, красив и статен, но что-то в нем все же пугало девчушку. Схватив женщину за руку, он притянул ее к себе и вынув меч из ножен, проткнул насквозь, опустив тело на пол, он улыбнулся, посмотрев на старика, подошёл ближе и наклонившись, произнёс:

— Вот мы с тобой и встретились.

— Не тронь девочку, не надо, — но неожиданно окно разбилось и в комнату запрыгнул юноша, одет был во все чёрное, быстро протянув руку, он выстрелил в мужчину ножом. Пройдя, юноша взглянул на Насима.

— Забери ее! Уходи! — увидев, что он не двигается с места, крикнул еще раз, — уходи же!!!

Схватив плачущего ребенка на руки, он снова выпрыгнул в окно.


Несколькими часами ранее.

Утро. Испания.

Королевская спальня.

Утро выдалось пасмурное, шёл дождь, не совсем подходящая погода, для этой жаркой страны. В эту жуткую погоду, случилось жуткое происшествие, умерла вдовствующая королева и вся власть теперь переходила к ее несовершеннолетнему сыну. Монарх не мог еще управлять королевством, поэтому власть фактически присвоила себе церковь, а точнее Папа Бенедикт II. Скажем, что личность он был не из приятных, низенький и толстый, больше напоминавший пельмень, в стенах его монастыря часто совершались преступления, которые заслуживали наказания. Но…как говорил сам Папа, то он замолил все грехи и теперь он и его преспешники чисты, это и давало им право творить беспорядок, любимчиком являлся наш уже знакомый Серафим Вискон. А как же? Они вместе насиловали молоденьких монахинь и бесчинствовали над бедными крестьянами, но…благодаря тому, что один из них являлся священнослужителем, все…все грехи прощались.

В это утро никто не обратил внимание на то, что королевы нет, точнее никто не горевал, кроме ее ребенка. Папа блаженно мечтал о том, как возьмет бразды правления в свои жирные руки, но…на его пути стояла эта проклятая Венеция. Как он считал, там очень много греха.

— Там все повязло в грехе! А если не мы, то кто освободит город от греха? — говорил он всей своей святой братии под названием святой орден. Решив пустить кровь и поразмяться, они составили список семей, которые им не по вкусу.

Вечер. Бордель.

Паника в городе не обошла стороной и это заведение, половина женщин была убита, остальная половина сбилась в главной комнате и ожидала своей участи. Маленькая, перепуганная Аина стояла около тела матери и плакала. Детский мозг не мог понять, что происходит, слезы текли по румяным щечкам. Ручки дрожали, осматриваясь по сторонам, она увидела Серафима. Он был одет в блестящие доспехи с белым плащом сзади, на плаще красовался красный крест. Ей вспомнились слова матери, о том что этот дядя волшебник, не особо долго думая, она побежала к нему, крича:

— Дядя волшебник? Дядя…Дядя оживите мою маму, дядя.

Обернувшись, он увидел бегущую к нему Аину.

«Как жаль…но мне нужно было убить эту чудную малышку, в прочем, потом можно найти кого-нибудь еще, крестьяне вряд ли что-то возразят, они будут счастливы, если я порезвлюсь с их детьми», — с этими мыслями, он оголил свой меч, но его отвлек подозрительный шум за дверьми заведения. Аи остановилась на пол дороги завидев меч, стало страшно.

«Он злой!» — твердило подсознание.

Внезапно дверь отворилась и на пороге стоял покачиваясь мужчина точно с таким знаком, как и у Серафима, только лицо было изуродовано гримасой ужаса. Он упал с ножом в спине, а в след ворвались около семи человек в странной одежде. Снова завязался бой, девчушка хотела было спрятаться, но чьи-то мягкие и сильные руки схватили ее. От переполнявшего ее страха, девочка потеряла сознание.

Взрослая жизнь

II

Думаете взрослая жизнь, это прекрасно? Думаете поступаете как хотите и вершите свою судьбу сами? Прекрасное время? Значит, вас не ломала судьба.

•••

Прошло уже восемь лет с тех пор, как произошло кровавое вырезание народа в Венеции.

Хочу немного объяснить, чтоб у читателей не было разных вопросов.

Существовало такое общество — ассасины, как говорили про них, это наёмные убийцы лишенные всяких человеческих чувств, в них есть только жажда убивать. Отребье, воры, те кого не замечала знать, те от кого отреклась церковь. Но никто не знал, что же всё-таки скрывается в глубинах их общины. Что они все же люди, а не просто убийцы. Именно они спасли наших персонажей от смерти, забирая их к себе и впуская в свои тайны.

Наши герои выросли, но взросление не дало им облегчения, оно им просто прибавило проблем, теперь для них наступило сложное время…учеба.

Дети не сразу смерись с тем, что у них теперь нету никого, того что они уезжают с родной страны, но иного выбора не было. Маленький​ Вито, долго плакал по отцу, Бьянка и Аина по матерям, но время лечит любую боль, или же просто притупляет ее. В общине они познакомились с другими детьми, и взрослыми. У каждого из них была своя история.

Турция.

Время занятий было назначенно на утро, высокий мужчина ждал всю молодежь в развалинах старого храма. На нем был темный плащ, капюшон который был надвинут на глаза. В руках держал деревянные палки. Его звали Курт.

— Постройтесь, с этого дня вы все прекращает быть детьми и превращаетесь в взрослых, вам нужно научится защищать себя и только тогда сможете переехать в общую общину, — он кинул палки группке.

— А если я не хочу учится убивать других? — проговорила Бьянка. Девушка выросла, у нее был высокий рост, красивые и утонченные черты лица: вздернутый к верху носик, зелёные глаза, красивые словно вырезанные скульптором губы и черные волосы до пояса. Она очень гордилась ими. От пережитого ею стресса у нее открылся дар ясновидения, об этом знали остальные, но серьезно к этому никто не относился. Девушка не любила причинять кому-то боль, была замкнута и мало с кем общалась.

— Мне плевать хочешь ты или нет, если не хочешь иди на улицу, где тебя в начале изнасилуют, а после отдадут в рабство, — Курт не взлюбил девчушку с самого начала, теперь его глаза излучали зло и презрение, — хватай палку или уходи. Или что, рождённая в богатой семье не приспособленная к жизни?

— Курт?! Оставь девочку в покое, я сам ей займусь.

К ребятам подошёл высокий мужчина, всю его фигуру окутывал серый плащ, одежда была так же вся серо-стального цвета. Он больше напоминал сгусток тумана, нежели человека, подойдя к Курту, он взглянул на Бьянку, а после продолжил разговор:

— Уверяю тебя, она может научится не хуже, чем все они.

— Думаешь? Я не уверен, единственное что может эта…, - он подошёл к девушке и стал рассматривать ее, — она может только растить свои шикарные волосы, да всем втирать про то, что она что-то видит. Скажи мне, детка, — с этими словами он пропустил сквозь пальцы черные волосы девушки, — успеет ли твой защитник? Или же ты останешься без цацки?

— Если ты что-то сделаешь ей, то…, - но мужчина не успел договорить, волосы девушки посыпались на земь. Она стояла беззащитная, в глазах стала появляться влага, сердце сжалось от обиды.

— Ну зачем!? — выкрикнул незнакомец в сером и схватив Бьянку за руку, повел проч от всех, напоследок он бросил, — она ещё припомнит тебе это.

Сняв свой плащ, он накинул его на девушку, которая во всю рыдала. Теперь можно было более внимательней осмотреть его лицо. Оно было доброе, но жизнь наложила на него свою печать скорби, закалила его в пламени горечи и обид. Под глазом красовался шрам, придающий суровости, но глаза смотрели с теплом. Темные, почти черные, схожие с ягодками смородины.

— Хватит плакать, — прошептал он ей, — волосы не рука, они могут вырасти снова, особенно к тому времени когда поедешь в общию общину. Тебя не пустят, если не сможешь быть полезной.

— Я… я могу… — ее сотрясали конвульсии от слёз, — я могу предсказывать будущие, этого мало?

— Да, я ещё не разу не убеждался в том, что они правдивы, прости, — завернув с ней за угол, они вышли из крепости и направились в трактир.

Он был ветхий, столики грязными, но это единственное, что сейчас могли себе позволить наши герои.

— Я просто не говорила о том, что вижу, Ромул, а если скажу, то…

— Довольно, Курт прав, если ты не будешь учится, то тебя отдадут в рабство, я не всегда смогу тебя защищать и быть рядом. Тебе не кажется, что ты достойна всем показать, что на самом деле ты стоишь выше всех их? В твоих жилах знатная кровь, не дай простолюдинам быть сильней тебя, Бог знает, — он улыбнулся и провел рукой по лицу, — что я несу? Давай лучше поедим и выпьем? Ты поешь, а я выпью. А завтра ты познаешь все прелести военного искусства. Чувствую, что мне придется туго с тобой, нужно запастись терпением и бочкой вина, хотя, — он осмотрел ее пристальным взглядом, отчего ей стало неловко, — бочки будет мало. Сиди здесь, я схожу и отожму у хозяина омаров.

Было утро. Новый день. Знойное, палящие солнце стояло высоко в небе. Ромул отвёл девушку к горам, именно там как он считал лучше всего проводить тренировки. Сказать по правде, то девчушка не думала о тренировке, учебе и прочем. Она рассматривала снежные шапки гор, как они плавно переходили в зелёные равнины, это ее больше интересовало.

Увидев, как подопечная все осматривает, мужчина улыбнулся:

— Нравятся красоты? Представь себе, сколько здесь живёшь и толком гор не видела. Но не волнуйся, они тебе ещё до тошноты противны станут.

— Все будет настолько страшно? — девушка направила на него свои большие, зеленые глаза.

— Ну, нет, не страшно, нудно. Остановись, мы пришли, — Ромул остановил ее за руку. Место было поляной, с одной стороны горы, с другой река. Кинув на земь оружие он повернулся к девушке.

— Ну что, моя дорогая, давай усвоим несколько правил. Правило первое: ты не споришь со мной. Правило второе: не нервируешь меня. Правило третье: ты слушаешь меня. Тебе всё ясно?

Девушка слушала и не могла понять зачем всё же это ей, но покачав головой в знак согласия, стала ждать.

Ромул взял палку и кинул Бьянке, та не поймала ее и она угодила ей в плечо.

— Ай…мне больно! — выкрикнула она.

Не долго думая, мужчина подошёл к ней и взяв палку ударил Бьянку:

— Не жалуйся, может быть хуже! И только попробуй заныть, пора отвыкать от сладкой жизни!

Да, теперь для девушки наступили тяжёлые и нудные будни. С самого раннего утра, она таскала на гору тяжести, практиковалась в стрельбе из лука, рукопашному бою и искусству обращения с оружием. Все тело болело и ныло от боли, часто по ночам девушка плакала, но Ромул не обращал на это внимания, он подавлял ее инстинкты и волю. Делая безжалостной, черствой и холодной. Расчётливой, пряча все сокровенное глубоко в душу. Он делал из нее убийцу — ассасина. Готовил к грядущей жизни.

Тяжёлые времена настали не только для Бьянки, но и для всех остальных. Как не странно Аине очень хорошо удавалось все, чему ее учили, складывалось впечатление, что она была рождена для того, чтоб быть воином. Очень часто во время тренировок, девушка смеялась над Вито, сказать по правде, они не особо питали к друг другу симпатию, но Бьянка была звено, которое всегда сдерживала их пыл. Теперь Бьянка пропала, в общем лагере она не появлялась, с друзьями не виделась. Теперь девушка с парнем ссорились на каждом шагу.

Вечер. Очередная тренировка в лагере.

— Слушай, тебе нельзя давать в руки оружие, — Аина откинула рыжий волос с лица и опустила саблю, — тебе нужно идти к свиньям с вилами и месить их какашки.

Юноша вскочил и повалив девушку на землю заговорил:

— Ещё одно слово и я тебя убью, — он достал кинжал из-за пояса.

— Никогда не сделаешь этого, потому что ты трус! С самого детства был плаксой, что всегда делал, так это ныл, — она засмеялась и попыталась скинуть его с себя, но все же ещё хрупкое тело не могло справится с ним, на мгновение в глазах промелькнул страх, — ты не сделаешь этого, ты…

Договорить Аи не успела, в лицо полетел удар, на миг захлестнула боль и из глаз побежали слезы. Вито встал с нее, поправив рубашку, пнул девушку в руку:

— Лучше закрой свой рот, иначе пойдешь по стопам своей матери.

В тот же вечер. Лагерь.

Ромул шел впереди, Бьянка чуть позади, вся дорога была проведена в тишине, когда показались развалины, мужчина заговорил:

— Снова возвращаешься сюда, после стольких мучений со мной, — увидев, что девушка не хочет с ним разговаривать, продолжил, — обижаешься?

— Нет.

— Слишком…лаконично, — усмехнулся он.

— Ты меня так научил, я вернусь, и? Что меня ждёт дальше?

— Экзамен, если выдержишь то вернешься со всеми на родину, а если нет, то, — Ромул запнулся.

— Ну договаривай, меня бросят или продадут, как вещь? Смысл вашей общины? В начале спасать, а после бросать? — в голосе Бьянки звучала горечь.

— Позволь объясню, если ты не будешь полезна, то зачем ты нужна? Наша жизнь сплошная война, мы воюем почти со всеми, с крестоносцами и слишком уж «честными» папами. Пожалуй самые опасные наши враги, мы должны помочь всем кого обидели. Да, мы убийцы, наемники, но нам нужно питаться, мы сделали боле добрых дел чем церковь. Если не можешь ничего дать людям и никак не полезна, то зачем ты общине? Никто не держит можешь уйти, но там, за пределами, далеко не сладкое вино, очень жестокое общество. Подумай.

— Если не выкинут, я останусь.

III

Он смотрел на девушку, как на ничтожество, с презрением и злобой.

— Ты все же не отступился и привел ко мне ее? Ты думаешь она справится с заданием? — Курт откровенно издевался над девушкой.

— Пока не проверишь не верти языком, я знаю, что она должна пройти экзамен, так выстави против нее своего лучшего ученика и проверим кто лучше, — Ромул усмехнулся, повернув голову, он увидел грустные глаза девушки и бледное лицо, оно было без лишних эмоций. Грустное и прекрасное, словно вытачено скульптором.

— Ну хорошо, посмотрим как девочки дерутся, Аина? — улыбнувшись своей лучшей ученице, Курт отошел в сторону, кинув перед этим ей свою саблю.

— Привет подруга, — сказала Аина, когда девушки отошли от своих наставников, — если хочешь я тебе поддамся и не буду сильно бить. О тебя вышел поддержать наш плакса Вито, — девушка обернулась и враждебно посмотрела на юношу.

Посмотрев на Аи, Бьянка усмехнулась, но лишь на мгновение, в ту же минуту лицо стало снова без лишних эмоций. Без слов, она взяла тонкую, гладкую трость и подошла в плотную к сопернице.

— Защищайся.

— Ну брось, ты же не хочешь сказать, что будешь сражаться со мной этой палкой? — Изумленно произнесла она, — я тогда и начинать не стану, ещё мученицей тебя сделаю.

— Ну что там у вас? — не удержался Курт, ему не терпелось посмотреть на поединок.

— Уже начинаем, но Бьянка взяла вместо сабли палку!

— Она в праве выбирать оружие, — усмехнулся он.

«Ну что ж хорошо», — подумала про себя Аина. Не дожидаясь больше никаких указаний, она подняла саблю над головой и побежав в перед обрушила удар на Бьянку, но та во время поставила палку над головой и отразив удар, пнула в живот девушку. Та не ожидала такого глубоко вздохнула от резкой боли, это ее разозлило, собрав силы, она опустила саблю и нанесла ещё один удар, только уже с низу в верх ближе к боку. Девушка снова отразила удар и хотела было ударить, но Аи помешала поставив блок.

— Ты начинаешь меня злить, подруга, — прошипела она, как кошка.

— Мне все равно, — ответила Бьянка.

Снова завязался бой, было видно как Аина уступала девушке, хоть она и была чуть меньше ее, но выучина она была искусней, она побеждала даже простой тростью.

Бьянка выбила из рук соперницы саблю и взяв её сама, направила на подругу:

— Я выиграла.

Ромул с победоносным видом смотрел на Курта, было видно, что он рад за Бьянку, наклонившись чуть к мужчине, он прошептал:

— Тебе нравится разрушать дружбу? Зная что всегда окажешься прав? Никогда не думал, что может быть наоборот?

— Ты радуешься рано, этой кучке предстоит ещё кое-что сделать прежде, чем они попадут в свою вонючую Венецию. Наш эмир решил обезопасить свою дочь, тебе ведь известно, что она якобы должна выйти замуж за короля, когда ей исполнится определенное количество годков, — гадко улыбнувшись, он почесал нос, — эмир думает, что ее попытаются убить, чтоб не существовало мира меж нашими странами, которого кстати нет и так. Только дурак может заключить союз о перемирии тамплиеров и ассасинов.

— Не тебе смеяться с эмира, думаешь он не узнает об этом? Наказание будет страшно, — больше не захотев разговаривать с этим человеком, Ромул направился к девушке, которая стояла вогнав палку в землю и смотрела на Аину, которая осматривала своё тело находя то один, то другой синяк, — Ты молодец Бья.

— Спасибо, — губы тронула лёгкая улыбка, — из-за тебя и твоей общины я лишилась подруги. Я вообще всего лишилась.

— Хочешь открою тебе один секрет? — он вынул трость и повертев в руках не дожидаясь пока девушка ответит, дал ей по ее пятой точке, — у тебя ничего и не было. Скажи спасибо, что я вообще возился с тобой.

Бросив гневный взгляд, она неожиданно рассмеялась. Она любила этого человека, нет не той любовью, которой женщина любит мужчину, любила как дорогого человека, как родного отца.

— Не трогай это место!

— Как называется это место? Неужели ты боишься назвать его в слух? — он ещё раз ударил ее.

— Не трогай мой зад, достал, лучше скажи, я теперь попаду в Венецию?

— Да, ну после того, как спасешь одну особу, точнее мы повезём ее с собой, будет твоё первое боевое крещение.

— Мда, лучше б я в рабство пошла, — выхватив трость Бьянка выкинула ее в сторону.

— Можешь стать моей рабыней, я буду ничего не делать, а ты боготворить меня, хочешь?

— О нет, все, лучше я пойду и обниму Вито.

— Ты многое теряешь! — крикнул Ромул ей вдогонку, она лишь повернувшись, улыбнулась ему.

Бьянка подошла к Вито, который стоял оперевшись на стену крепости. Он смотрел на нее с нескрываемой завистью и интересом.

— Я б ее так не уложил, ты молодец, ммм, — он растерялся перед ней, как мальчишка, — поздравляю тебя.

Вместо всех слов, девушка бросилась ему на шею, обнимая.

— Я скучала по вам, но вижу многое изменилось с того времени, как я ушла учится.

Растерявшись от данного напора подруги, юноша нерешительно начал гладить ее плечи, после крепко обнял, поняв, что это его родная Бья. Когда с приветствиями было покончено, он повел ее внутрь крепости.

Тот же день. Крепость Аламут.

В покоях эмира бушевали немыслимые страсти, главный советник все спорил со своим господином.

— Это немыслимо! Эмир, подумайте ещё раз, мира меж нами как не было, так и не будет, они не содержат слово, уверяю Вас, мы сможем дать им отпор, — советник ходил перед своим господином в зад перед по залу. Одет он был очень богато, одежда тёмного​ синего цвета и расшита золотой нитью, на голове красовался белый большой тюрбан.

— Я сам решаю, что мне делать, мы нужны юному королю, так же как и он нам, у нас общий враг. Ты думаешь, что мне охото отдавать свою дочь им на поругание? Мы не справимся одни, нас перебьют, какими бы искусными воинами мы бы не были, — Эмир встал. Это был высокий мужчина, время ещё не тронуло его волосы и бороду сединой, но оставило след на лице.

— Королю нет для нас дела, все решает его святая братия, она не желает с нами мира, единственное что они желают, чтоб принцесса умерла, они все сделают ради достижения цели. Они не содержат слово, даже не пустят близко к своему монарху.

— Значит мы не будем встречаться с ними, пойдем сразу к моему будущему супругу, — из покоев вышла девушка, которой на вид было около шестнадцати лет. Она была одета в дорогие одежды, на руках сверкали золотые браслеты и перстни. Темные волосы скрывало покрывало покрытое на голову. Глаза смотрели с грустью, в них читались тоска и осознание неизбежности. Да, она все понимала: то что ей угрожает смертельная опасность, то что придется жить далеко от дома с незнакомым ей человеком, забыть все чем жила.

— Хаше…(дочь…с араб.) — прошептал Эмир.

Советник просто поклонился в знак почтения, девушка подойдя к трону отца продолжила:

— Я знаю, что должна уехать. Но единственный способ, это доставить меня прямо к королю, уверена, он сдержит слово…я пойду собираться к дороге — повернувшись к ним спиной, она пошла снова в покои не оборачиваясь, чтоб не видели ее слёз.

IV

Рано утром наши герои стали собираться в дорогу. У Бьянки было мало вещей, точнее их вообще не было, осматривая потрёпанную рубашку и штаны, она не могла сдержать вздоха сожаления.

— Я тебе скажу, что ты выросла из них, — как по взмаху волшебной палочки, рядом оказался Ромул. Он был одет во все темное, темный плащ надвинут на глаза, а тёмно-синяя повязка закрывала лицо. На поясе висел меч, а на одной из рук множество маленьких клинков. От него довольно сильно пахло вином.

— Опять напился? С утра по раньше, — заворчала девушка, краем глаза уловив фигуру Вито, который проскользнул мимо.

— Какое тебе дело, напился я или же нет? Вообще это после вчерашнего, и это благодарность? Я тут старался искал ей одежду и оружие, а ее видите ли пугает мой перегар, — с этими словами Ромул опустил повязку и вынув из внутреннего кармана флягу с вином, начал жадно пить.

— Как тебе не противно? — скорчив гремассу, она отвернулась.

— Знаешь, не капли не противно. Ты просто не пробовала вкусного и дорогого вина. Кстати, держи и пей, — сунув в ее руки флягу, он ушел.

Смотря недоуменно ему в след, Бьянка не могла понять что же такого в вине, пойло как она считала. Понюхав жидкость в фляге, она все же решилась попробовать ее на вкус. В это мгновение она подумала, что умирает, дыхание сперло, горло обожгло как огнем.

— Вижу тебе тоже понравилось, — рассмеялся Ромул, он вернулся держа в руках большой меч и синий плащ, — зачем ты там много сразу выпила? Пей маленькими глотками, не торопясь.

— А я больше не хочу пить эту гадость!!! — выкрикнула Бьянка.

— Знаешь мне чхать хочешь ты или нет, пей я тебе говорю, тебе людей сегодня убивать, я вот меч тебе спер, а и плащ.

— Тоже спер? — она с ужасом смотрела в флягу.

— Нет, его я снял с убитой мной шлюхи, — рассмеялся он, смотря на шокированное лицо девушки, — шучу конечно, я его купил. Не буду тебе мешать, верни мне вино, если не будешь его пить и я пойду. Не хочу смотреть на тебя голую.

— Я не красивая? — протянула ему флягу, забирая второй рукой одежду и меч.

— Да, нет, ты довольно красивая, но не мой эталон, я жду тебя в низу, — взяв своё сокровище, он скрылся за колоннами.

Посмотрев на вещи, Бьянка стала одеваться, накинув плащ, она с удовольствием отметила про себя, что Ромул угадал с размером. Надев маску, она перекинула через плечо ремень на котором висел меч. Оглядев себя, девушка направилась на улицу, выйдя за колонну, наткнулась на Вито. Юноша стоял в длинном плаще, рыжие волосы лежали на плечах, на лице стала проступать такая же рыжая как и волосы борода. С собой он взял саблю.

— Хорошо выглядишь, не чета нам, в тебе читаются иные корни, — проговорил он, смотря как-то мимо нее.

— Спасибо, прекрати, это мне Ромул отдал.

— У вас любовь? — он спросил это пытаясь казаться равнодушным, но бегающий взгляд выдавал его.

— Да. Я его очень люблю, — ответила Бьянка, улыбаясь, но улыбка пропала, когда она увидела осуждающий взгляд юноши.

— Я так и знал, — повернувшись к ней спиной он пошёл в перед, — удачи тебе.

Не понимая, на что он обиделся, девушка пошла к Ромулу, который смотрел в небо:

— Погода скверная, дождь будет.

— Это плохо? — спросила девушка.

— Не знаю, тебе идёт данное одеяние, почему твой дружок так резко отстал от тебя? — он оторвал взгляд от неба и стал рассматривать ее.

— Не знаю, он спросил, люблю ли я тебя, я ответила, что да, — пожала плечами, как не в чем не бывало.

— Что? — громко рассмеялся он, — ты меня любишь?

— Ну да, ты мне заменил отца, — нахмурились девушка, — а что? Ты против?

— Боже, и это наивное дитя собирается проливать кровь? Ты думаешь он понял, что ты меня любишь, как отца?

— Конечно! Он же не глуп!

Закатив глаза к небу, он взял ее за руку и повел к лошадям:

— Поговорим об этом позже, тебе нужно объяснить, что происходит между мужчиной и женщиной, возможно даже показать.

Они ехали к крепости Аламут, этой горстке нужно было противостоять не известно чему. Ещё не оперившиеся птенцы учились летать, летать по взрослому, в злом и коварном мире.

Ромул и Бьянка ехали с лева чуть впереди остальных. Они разговаривали так безмятежно, что можно было подумать, что их ждёт дружеский бал, а не трудное задание. Неожиданно конь Ромула начал лягаться и навалился на кобылку Бьянки, чтоб удержаться, девушка схватилась за плечо друга. В тот же момент она погрузилась в забвение, перед ней поплыла череда картин, но тут все остановилось, она видела Ромула в окружении каких-то людей, они окружили его в кольцо, на лице мужчины были свежие кравоточащии раны, он был безоружен. Кто-то из недоброжелателей подошёл к нему и тут же девушку вернул к реальности громкий оклик Рома:

— Бьянка!? Бьянка! Чертова ты девка, что с тобой!?

— Тебя ждёт опасность, — прошептала она в ответ, — опасность…

— С чего это ты взяла? — нахмурил брови мужчина.

— У меня было видение, прошу поверь мне, давай…давай повернём назад? Я не хочу чтоб с тобой случилось что-то!

— О чем ты? У нас пути назад нет, девочка, все будет хорошо, обещаю, — обернувшись назад, он посмотрел на Вито, который ехал и замыкал колонну, вздохнув ночной воздух, повернул голову к девушке, — обещаю, что буду тебя оберегать!

Вокруг дворца собралась группа людей, они все были одеты одинаково, на них были темные штаны и светлые накидки, на головах белоснежные тюрбаны. Это были воины эмира, среди них был один совсем молодой юноша, точнее даже не юноша, а совсем мальчик. Одежда выдавала то, что он был высшего сословия. Наши герои уже успели подобраться к крепости, но открывать себя они не захотели. Курт и Ромул разместились на каменном балконе, остальные зашли за колонны и стали наблюдать.

— Кто из них принцесса? — спросил Ромул.

— Вон тот мальчик, — мужчина указал пальцем на юношу. В тот же момент просвистела стрела прям в сердце одного из воинов. Затем послышался звук топота копыт и в дали появились всадники. Это были воины-крестоносцы. Впереди ехали двое. Отец и сын. Седые волосы отца развивались по ветру, глаза смотрели сурово, черты лица состарились, но фигура ещё не утратила своей силы и ловкость. Сын, был точная его копия, посмотрев на него, можно было бы представить, как выглядел его отец молодым. Черные, как смоль волосы лежали на плечах, голубые глаза смотрели в даль, они были мягче и ярче, чем у его отца. Чуть вздернутый нос, чувственные губы, этот юноша был любимцем у девушек.

Они все были ближе и ближе.

— В перед! — выкрикнул Курт и спрыгнув с балкона оголил саблю.

— Нет, стой! — но было поздно, воины эмира бессознательно кинулись в атаку, только мальчик остался стоять на месте, — Бьянка, охраняй принцессу. Аина, Вито, приведите лошадей.

Ромул соскочил так же с балкона, и во время, к принцессе уже приближался один из воинов-крестоносцев. Выстрелив в него клинком, он добил его ударом в живот. Вытащив саблю, мужчина побежал в гущу сражения. К нему тут же подскочил седовласый. Вынув свой меч, он пошёл на Ромула. Замахнувшись, нанес резкий удар, который тут же был отражен. Все его движения тут же отражались, но сдаваться старик был явно не намерен. Сделав резкое движение, он не рассчитал и наткнулся на саблю Ромула, которая и пронзила его на сквозь.

— Неет! — выкрикнул молодой юноша и помчался из гущи сражения к мужчине. Бьянка тем временем бежала к лошадям об руку с царской особой, но и там их ждала засада. Пять рыцарей, окружили Аину и избивали ее. Лицо девушки было все в крови. Оружие валялось рядом, но поднять его ей не позволяли.

— Беги по той тропе, там один из нас, — сказав это, Бья толкнула девочку в сторону и вытащив свой меч, кинулась к обидчикам. Она отражала их удары, все что было слышно, так это удары мечей. И вот упали четверо из пяти, найдя в себе силы, Аина поднялась и сделав резкий выпад сразила последнего из рыцарей.

— Спасибо, — прошептала Аи.

— Иди к лошадям, — сказав это, девушка побежала назад. Добежав до дворца, Бьянка увидела это…ее ведение. Толпа рыцарей окружила Ромула, черноволосый мужчина подошёл к нему, он уже занёс меч над его головой, девушка пыталась успеть добежать, но не успела, удар обрушился на него

Земля ушла из под ног, Бьянка стояла и не могла пошевелиться от того, что только что произошло. Окончив свою расправу над Ромулом, точнее Бьянка не видела, что произошло, ибо на глазах были слезы, горстка рыцарей повернулась к ней.

— А вот и утешительный приз, — прошипел один из кучки.

— Девчонку не трогать, брать живой, — прокричал черноволосый, заскочив на коня, он двинулся по направлению, где их ждали лошади. Сжав крепко меч, девушка приготовилась к атаке, но в дали показались несколько всадников, двое воинов спустились по каменной стене в низ. Один из них был одет во все темное, кожаные ремни на штанах, плащ надвинут на глаза, маска. Лицо нельзя было увидеть, только прядь каштановых волос. Вторым воином оказалась женщина. Ее лицо и тело было разукрашено какими-то знаками, короткие волосы цвета соломы, торчали в разные стороны. В руках она держала два кинжала.

— Эй, красавчики, шестеро на одну девчонку это много, — проговорила женщина, — я тоже хочу с вами повеселиться

Пока все находились в смятении, кинжал полетел в одного, затем во второго воина. Второй ассасин так же кинулся в бой, размахивая саблей, он успел убить троих прежде чем в остальных выстрелили ножами, прибывшие всадники. Бья смотрела то на трупы, то на спасателей, в ее голове крутилось очень много мыслей, почему они не прибыли чуть раньше? Вот, что беспокоило больше, успели ли уехать Вито и Аина с принцессой? Опомнившись, девушка пошла к трупу Ромула и упав на колени стала рыдать. Сердце сжимала невыносимая скорбь, душа разрывалась и металась, она не хотела сдерживать напор эмоций. Стянув маску, она не заметила, что в боку мужчины торчала стрела, повалилась на землю рядом с телом, слезы так и били по лицу, тело сжалось в истеричной конвульсии, ртом она глотала воздух. Вынув клинок, девушка стала вгонять его в землю, крича:

— Я убью его!!! Я убью! Убью!

— Идём, оставим девчонку, пусть по грустит, нам нужно проверить как там справились остальные, — женщина с соломенными волосами вывела всех из оцепенения, — идём же, встали как идиоты.

— Мы не вернёмся больше, ее нужно забрать, — один из всадников подошёл к девушке, — идем, идём же, его похоронит эмир, нельзя терять времени! — не долго думая, он схватил ее и повалив на плечо понес, — чего стали, идём.

Они пошли в перед, туда, где стояли лошади. Принцесса сидела верхом на коне, Вито держался за раненое плечо, Аина смотрела на приблежающиюся процессию, лицо было в ссадинах, а глаза пылали гневом.

— Он не позволил ее забрать, — Аи указала на Вито, — он почему-то повернул назад.

— Нам нужно уезжать, он вернётся и не один. Едим в Венецию.

— Пусти меня, ну же, я уже успакоилась, — Бьянка лежала на шеи лошади, все тело затекло, ныло и станало.

— Извини, — всадник хлопнул девушку по заду, смеясь, — но все лошади заняты, а мы спешим, поэтому ты должна лежать и наслаждаться.

— Я обещаю, что когда слезу, то я….я. ты пожилеешь об этом! — гнев и злость переполняла ее, в тоже время угнетало то, что ничего нельзя сделать.

— Да? — он ещё раз хлопнул девушку, его явно забавляло это, — значит, пока я не пожалел, могу делать все, что хочу?

— Эй, Алвиз, уже заигрываешь с девчонками? Не ранова-то ли? — к нему подъехал второй всадник и стал смеяться, — мы ещё до Венеции не доехали. Хотя, я думаю, что не зря ты так…фигура у нее то, что нужно.

К смеющимся мужчинам подъехал Вито, он явно был недоволен их поведением, схватив коня того, кто вез Бьянку, за узду, потянул к себе:

— Она поедет со мной, если ещё раз коснешься ее, я оставлю тебя без руки.

От резкого поворота Бьянка упала, скорчившись от боли. Юноша протянул ей руку, схватив посадил к себе на лошадь и поехал в перед, где уже ехали девушки.

— Спасибо тебе, — прошептала Бья.

— Не за что, не люблю смотреть как тебя так нагло лапают, — он смотрел в даль, что-то в его взгляде было не так, возможно Вито повзрослел благодаря этой битве.

— Не понимаю, почему это так тебя волнует, — она терла руки, чтоб те приняли прежнюю подвижность.

— Извини, я забыл…

— Про что? — ей все не удавалось справится со всеми эмоциями в душе, только сейчас все притупляла боль.

— Просто, я думал если умер твой возлюбленный, ты не захочешь чтоб к тебе…

— Возлюбленный? Ты совсем уже с катушек поехал! Я любила Ромула, как отца! И он так же обращался ко мне! Почему все такие…..

— Эй ты, слащавая! Хватит орать, — соломеноволосая везла с собой принцессу.

Девушка резко заткнулась, весь остаток пути они провели в тишине, но это не значит, что не было никаких вопросов. Обрадовало, только то, что вскоре показалась гавань, нужно было пересесть в лодки, начиналась новая жизнь для каждого, но никто не знал, что она за собой несёт.

Венеция

V

Плаванье было долгим, в начале на лодках к кораблю, после прибытие и плаванье на гандоле к нужному зданию.

Нашим героям город открылся, как великолепие архитектуры, здания были построены на манер античных сооружений. Высокие резные колонны, великолепие церквей. Мосты и все это окружённо нежно-голубой водой. Но измученным дорогой странникам было не до всего этого, каждый думал о своём. Только на корабле стало известно, что Курт их на самом деле предал и сбежал. А в самом городе волновались о принцессе, поэтому и прислали на помощь лучших воинов. Соломенноволосую даму звали Андреина. Двух друзей: Алвиз, он был красив собой, темные волосы, выраженные губы, темные глаза, лицо украшали несколько шрамов, самый большой на губе. Бунтарский характер и весёлый нрав, делали из него фаворита дам. Винсент, характером был более добрым и мягким, у него были зелёные проницательные глаза, такие же темные волосы как и у друга, тонкая линия губ. Этим двоим очень понравилось шутить и подтрунивать над новичками, не трогали они только Бьянку, ибо та была убита горем по утрате. Она мало общалась, почти не ела и ещё больше замкнулась в себе, девушка точно решила отомстить тому, кто убил Ромула. Она запомнила его лицо, все запомнила. Принцесса все своё время проводила с Аиной и Доминикой, второй девушкой ассасином, которая позже должна была вернуться назад в Сирию. У Доминики были большие карие глаза, пухлые губки и коротенькие каштановые волосы.

И вот, они находились в большом заброшенном на первый взгляд соборе. Здание было очень большое, потолок ещё не везде рухнул, было даже деление на комнаты. Встретили их радушно. Пятеро ассасинов, один из них вышел в перед. На нем были надето: бело-красный плащ с узорами, белоснежная рубашка, темно-коричневые штаны, сапоги в тон. Большой кушак на котором был большой знак братства. Он расставил руки в стороны, приветствия, благодаря этому стало видно клинки на руках.

— Добро пожаловать домой, — послышался его шепот.

В этот день не только наши герои прибыли в город. Леонардо Инганнаморте, знакомый нам тем, что убил Ромула. Он вернулся на родину после стольких путешествий. Его задание было привезти папе Римскому особу царской крови, но они вместе с отцом не справились. В этой битве он потерял родного человека, отомстил за него, но это никак не насыщало душу, она стонала и ныла от боли. В тот день, Лео дал себе обещание истребить как можно больше ассасинов, найти эту принцессу и наконец с достоинством предстать перед королем и папой. С думами о том, что делать, мужчина направился в бордель, запивать горе и удариться во все тяжкие до утра.

Леонардо проснулся в окружении двух совершенно голых женщин, поморщившись от резкой головной боли, он поднялся, рассматривая комнату в которой находился и пытаясь вспомнить что же творил вчера.

«Это ж нужно было вчера так нажраться», — это была его первая мысль, встав с кровати, он направился к маленькому деревянному столику на котором стоял кувшин с вином, взяв его он начал пить. После этого оглянулся в поисках своей одежды. Одна из шлюх успела проснуться и без всякого стыда наблюдала за ним, улыбаясь.

— Меньше б скалилась, — Лео нашел свои штаны и уже надел их, а вот рубашку никак не мог найти, — помогла б найти все остальное.

— Вот она, — смеясь девушка вынула из-под кровати его рубашку, — вчера ты был нежней.

— Я был просто пьян, не обольщайся, — надев рубашку и сапоги, мужчина кинул на стол несколько золотых монет и пошел прочь.

На улице было многолюдно, основная масса были бедняки, изредка можно было увидеть мужчин, которые следили за порядком, точнее им хотелось чтоб окружающие так считали, сами же они занимались бесчинством. Естественно прикрываясь папой и церковью, молодому королю не было до всего дела, все за него решала святая братия. Порядок в городе творили ассасины, из-за этого их и считали разбойниками и преступниками.

Леонардо был молодой человек, который ещё не знал всего этого, святой орден казался ему чем-то совершенным, он вырос в сказке и не хотел верить в реальность. Он ступал по вымощенной белым камнем мостовой и не догадывался, что за ним наблюдают любопытные женские глаза. Добравшись до главного кафедрального собора, Леонардо поднялся по ступенькам в верх и зашёл внутрь, там его уже ожидал папа. Он был одет во все красное, на бритой на голо голове высился белый колпак, встав и направившись к нему, он начал улыбаться:

— Леонардо! Наконец ты сюда прибыл, я уж думал мы потеряли лучшего воина, слышал о твоём горе, очень сочувствую, я напишу бумагу о твоём отце, он станет святой, ибо сражался с варварами, они хотели убить собственную принцессу, напали на своего же эмира, это братство, это отребье…они опасны. Отбросы общества, висельники, предатели, я напишу бумагу о том, что ты прощаешься в грехе о убийстве.

— Я лучший воин, только для провинции, — рассмеялся польщенный мужчина, — спасибо за все, что делаете Папа, не слышал о такой бумаге, разве можно сделать так, что все грехи будут прощены?

— Папа может все, сын мой, ступай, отдохни на сегодня, а завтра я назначу тебя капитаном армии смотрящий за городом, да, я знаю что это честь для тебя, ступай, мне ещё нужно помолиться о народе, — папа с очень милой улыбкой вытолкали Леонардо за дверь, — отлично, с этим дураком я тоже справлюсь.

VI

После приема у главного ассасина, которого кстати звали Эрнест, его фамилии и звания никто не знал, знали только имя и прозвище, страшный. Наших героев развели по каморкам, принцессе досталась лучшая из них, вечером всех новичков ждало официальное посвящение в ряды ассасинов.

Вы когда-нибудь видели замок царственной особы?

Дворец короля. Это сооружение поистине впечатляет своими размерами, оно содержит тридцать шесть огромных колонн. На втором ярусе их намного больше, но меньше по диаметру. Парадная часть чем-то отдалённо напоминает перевёрнутое корабельное судно, именно через этот зал проводили к монарху дорогих гостей. Во внутреннем дворике находится несколько прекрасных галерей, где любит гулять беззаботный мужчина, туда можно зайти через разные врата, поэтому везде стоят часовые, только два раза в день, король приказывает им уйти, когда сам хочет побыть один.

В северной части, или как еще называют крыле, так вот в северном крыле располагается множество статуй различных знаменитых философов. Здесь по углам стоят архангелы, символизирующие собой войну, торговлю, мир.

На втором этаже находится большая площадка, именно здесь среди крылатых львов, на виду у народа и короновали нашего короля.

Немного о нем, это мужчина красивейшей внешности, выделенные скулы, чистые и доверчивые глаза, темные волосы и сильное молодое тело, он любит окружать себя красивейшими картинами, да и совершенно не умеет обращаться с людьми, поэтому за него правит папа и церковь, во многом обманывая его и выставляя перед народом чуть ли не тираном…

Вечер. Спальня короля. Около камина сидел молодой монарх, а рядом верный советник, папа Франциск. Он что-то доказывал королю:

— Уверяю вас, они сделали свой выбор, они убили собственную госпожу, эти варвары почти разорвали ее и наших всадников, которые хотели привести ее к Вам, о, наш святлейший.

— Я слышал, что не всех они убили, остался один, Леонардо, он кажется сын…

— О да, да милейший, — прошептал папа, — но откуда нам знать, что он не на их стороне? Сейчас никому нельзя доверять, у нас есть один свидетель, — щелкнув пальцами, бритоголовый кивнул на дверь в которую вошел целый и невредимый Курт, — вот он, он видел как Лео предал корону, он последовал за ассасинами и возможно помогал им. Послушайте, — он взял монарха за руку, — Эзио, он нам враг. Они все враги короне.

Посмотрев на Франциска, а после на Курта, он проговорил:

— Это правда, он предал корону? Леонардо предал нас? Заметь, что за ложь, ты будешь казнен.

— Да, я сражался как мог, пытался сберечь малышку, а он…он им помог…

В эту минуту Эзио поднялся, в его глазах гуляла злость, твердой поступью он вышел на балкон и сжав резные перила прошептал:

— Доставить его ко мне во дворец!

— Ваше величество, — коварно улыбнувшись, папа встал, махнув рукой он отослал лжеца за дверь, — вы же понимаете, что действовать нужно осторожно? У меня есть п

Вечером началось торжество, ну как торжество, обычное на первый взгляд собрание. Помимо наших героев и уже известных нам ассасинов, в зале находились еще четверо. Трое мужчин и одна девушка, сегодня они все были одеты в длинные мешковатые рясы, все, кроме Вито, Аины и Бьянки, они остались в своей одежде.

Все стали в круг, Эрнест вошел в центр и начал говорить свою речь:

— Братство, в этот вечер в свои ряды мы выпускаем юных ассасинов. Они выдержали проверку, выполнили задание. Кто-то потерял что-то, либо кого-то, а кто-то наоборот приобрел, я не говорю о ценностях физических, я о том, что творится в душе. Наше братство, это не просто красивые слова и злостные поступки, мы творим добро в темноте, чтоб служить свету. Никогда и никого, не держали насильно, тут у каждого своя история, каждый поделился ею с нами, здесь. Те кто остаются, прошу вас на мое место, прошу рассказать о том, что тревожит, о том, что у вас в прошлом. Прошу.

Посмотрев на новеньких, Эрн отошел и встал в круг, ожидая. Долго ждать не пришлось, на середину вышел Вито.

— Я хочу рассказать о своем прошлом, хотя рассказывать нечего по сути, но нужно начать. Помню себя маленьким, мой отец пек булки, пил и бил меня. Добывал я себе на хлеб с помощью воровства, однажды я наткнулся на руины, там был умирающий мужчина, который дал мне это, — Вито распахнул рубашку и показал всем кулон ассасина, — после я помню лишь то, что на город напали, а меня спасли. Я обязан жизнью братству… и, благодаря Вам, я нашел, — он посмотрел на Бьянку, та не поняла почему юноша так смотрит на неё, — смысл жизни. У меня все.

Ассасины слушали тихо, каждый из наших героев рассказал о своей прошлой жизни. Их приняли, после этого главный приказал выдать им новую одежду…

— Красивая ткань, жаль что она порвана, — милая белокурая девушка рылась в большом деревянном сундуке, выбирая одежду новичкам. Она была миловидной, аккуратной и что притягивало взгляд, так это волосы, они были белоснежного цвета. Это сокровище совсем маленькой крохой принес в братство Эрнест, никто не знал ее настоящего имени, даже она сама. Поэтому друзья назвали её Доната, что переводилось, как маленькая девочка. Передав костюмы Бьянки и Вито, она осмотрела на Аину, — а тебе, а для тебя остался только белый, на возьми.

— А для меня? — неожиданно ко всем подошла принцесса, — я же тоже член нашей общины, для меня есть что-нибудь?

— Боюсь…

— Я хочу носить туже одежду, что и вы, прошу вас, — девушка смотрела на нее своими темными глазами с мольбой.

— Я найду для Вас платье, Ваше высочество, самое красивое наше платье!

— Эрнест? Когда мы отведем Фелуцу во дворец? Для этого же мы рисковали жизнью, — на лестнице рядом с главным ассасином стоял высокий мужчина, на нем были одеты черные одежды, а черный плащ окутывал фигуру. Короткие волосы и щетина, пронизывающие глаза и усмешка на губах.

— Тогда, Данте, когда найдем предателя и убьем его, тогда уже король и узнает правду, а пока девочку надо скрыть.

VII

Бьянка сидела в своей каморке, не смотря на то, что было мало места, все было уютно. Вместо кровати лежали доски обтянутые тканью, легкое одеяло из ласкутков, стол и ночной горшок. После пережитого, девушке требовался покой, спокойствие, приняв одежду, она направилась к себе. Сняв плащ, Бья начала снимать рубашку, когда услышала сзади шорох, обернувшись она увидела перед собой Вито. Прикрыв грудь, уже снятой вещью, с гневным взором посмотрела на него:

— Стучать тебя не учили? Кричать, спрашивать разрешения? Почему входишь не спросив, можно ли? Такое впечатление, что…

Она не успела договорить, как на нее нахлынула волна, девушка погрузилась в забытье. Бьянка видела, как она мчится на своем коне за кем-то, этот силуэт, был знаком ей. Всадник повернул голову и она узнала в нем его, того кто убил её друга. Назад вернул оклик и то, что кто-то тряс за плечи, очнувшись от этого всего, Бьянка посмотрела на Вито.

— Что с тобой происходит?

— Я вижу… вижу…не важно, — уловив его взгляд на грудь, девушка дала ему пощёчину, — на свои смотри.

— У меня не такие, — огрызнулся юноша, убирая от нее руки, — я пришел сказать о том, что нас зовёт Эрн.

— Мог бы сказать это и за дверью, зачем мы ему? — девушка начала одевать рубашку, а поверх корсет, — его принцесса с ним, что ещё нужно?

Бьянка сказала это с неприязнью не задумываясь о том, что их могли слышать.

— Мы часть братства и обязаны служить ему, — подойдя к ней, он снова положил руки ей на плечи, — послушай, давно хотел сказать тебе, что ты мне очень дорога.

— Мы не собаки, чтоб служить кому-то и я не золото, чтоб быть дорогой…

— Я люблю тебя, — прошептал Вито.

Это признание сбило с толку Бьянку, ошарашенная и удивлённая, она повернулась к нему, посмотрев в глаза, девушка все молчала.

Приподняв рыжую бровь, Вито улыбнулся краем губ:

— Ты ничего мне не скажешь?

— Я не знаю, что сказать, правда, я наверно не умею любить, — промолвила она.

— Я буду ждать пока, пока сумеешь…поспеши, нас ждут…

Леонардо начал вживаться в роль, новая должность доставляла ему удовольствие, нравилось когда он заставал стражников или охрану города в окружении беспутных женщин, хотя и сам был не прочь поразвлечся с ними, однако нельзя было допускать беспредела. В этот день, один из солнечных дней, мужчина находился на пристани, наблюдал как поблескивает нежная голубая вода. Вздохнув, он подумал про себя:

«Как плохо, что отца здесь нет».

Вдруг его взгляд упал на женскую фигуру в темном плаще, которая наблюдала за ним.

— Нашей будущей королеве нужно знать улочки в нашей стране, поэтому прошу вас, прогуляться с ней, заодно и сами изучите город, но — Эрнест стоял рядом с ассасинами и отдавал приказы, — пойдете не одни, Данте и Андреина проводят вас. Вечером так же ждёт задание, поэтому советую изучить все улочки и проходы к замку.

— А сами, Вы не пойдете на задание? Можете только приказы отдавать, чужими жизнями играться, — выкрикнула Бьянка.

Эрнест уже повернулся чтоб уйти, но слова девушки заставили его остановится и замереть на месте, не поворачивая головы, он проговорил:

— Если не нравится, ты можешь уйти. А можешь остаться и лично отомстить за Ромула.

Вито, Бьянка, Фелуца и Данте с Андреиной ходили по улица города. Теперь нашим героям Венеция предстала и с грязной ее стороны. Существовали «высшие» и «низшие» улицы, они очень отличались друг от друга, на «низших» жили бедняки, творились на них нищета, беспредел и грязь. На других же такой грязи не было, но беспредел был и на ней.

Данте был очень добр ко всем и очень ясно и доходчиво все объяснял и показывал.

Женщина тем временем шла рядом с Вито и решила завести с ним разговор:

— Она тебе нравится? Ведь так? Но не отвечает тебе взаимностью? Почему такой красивый мужчина, ты ведь уже мужчина? Почему ты должен хранить себя для нее и не пробовать других женщин?

— Что тебе нужно от меня!? — он даже не повернул к ней голову.

— Что нужно каждой женщине от мужчины? — рассмеялась она, — приходи сегодня ко мне и все узнаешь, — продолжая смеяться Андри, прошла в перед как бы нечаянно задев плечом Бьянку, — Данте, ты будешь им все говорить и разжёвывать? Пусть они сами везде походят, разобьёмся на пары, я с этим симпотяжкой, а ты иди с девушками.

— Что ты задумала? — прошептал мужчина ей на ухо.

— Ты проведешь прекрасное время с девушками, а я с этим девственником.

Мужчина привел девушек к церкви, Бьянке не понравилось это, почему? Может потому, что она не разу не была в храме Божьем? Худенький батист вышел им на встречу, улыбаясь, в его глазах, улыбке и движениях читались доброта и мягкость, а ещё смирение. Взяв Бьянку за руку, он повел ее к алтарю:

— Я вижу, милое дитя, что ты потерялась.

— В смысле? Ты бредишь? — девушка хотела казаться грубой

— Потерялась твоя душа.

После слов батиста Бьянку как-будто обожгло, кто может знать о том, что творится в ее душе? Кто вообще может знать ее душу, кроме ее самой? Никто. Ей нужно было высказать все, освободится от бремени, нужен был человек, который поймет, но такого не было. Это худенький человек внушал доверие, от него веяло смирением. Он повел её в комнатку, которая находилась рядом с алтарем, окна этой комнатки закрывали большие темно-алые шторы, сев с ней вместе, старичок задал вопрос:

— Что тебя тревожит, дитя моё. Расскажи мне всё и я постараюсь тебе помочь.

— Я не знаю с чего начать. Может с того, что потеряла близкого мне человека? Его убили, убили из-за той, с которой мне сейчас приходится находиться рядом! Да, святой отец, это всё произошло из-за неё и с другой стороны…моя душа разрывается из-за того, что я понимаю, фактически она не виновна, вот так. И ещё, я не умею любить, даже восхищаюсь этим. Сегодня мне признались в любви, а я ничего не почувствовала. Почему, что со мной не так? Почему, Бог меня так не любит? — ее душа рыдала, но внешне девушка казалась спокойной.

— Ты еще найдешь свою любовь, либо она найдет тебя, Бог никого не оставляет без любви, только не все люди принимают любовь такой, какая она есть. Не волнуйся, дитя моё, всё будет хорошо, а сейчас ступай, пора, — он поднялся и вывел ее из комнатки, где уже ожидал ассасин и принцесса. Они вышли на улицу и девушка решила осмотреться, точнее ее привлёк мост на котором заметила знакомую фигуру: мужчина на коне, очень внимательно рассматривал воду. Да, вода была очень красива, блестела на солнце, перелевалась всеми цветами радуги.

Леонардо тоже увидел ее, благо рассмотреть лица не мог, он хотел было подскочить на коне к тому, кто нарушил его маленький покой, но на площади в дали послышался гул колокола. Пришпорив коня, Лео поскакал на зов, но не он один сорвался с места, наши герои тоже, то что они увидели на площади поразило их. Вито и его спутницу держали четыре стражника под руки.

«Вот и настал этот час, еще одно боевое крещение, только в городе», — пронеслось в голове у Бья.

— Почему их схватили? — прошептала Бьянка на ухо Данте.

— Извини, но я не знаю, если ты не заметила, то был рядом с вами, а не гулял где-то, — прошипел так же шепотом мужчина, осмотревшись он снова начал говорить, — уходи вместе с Фелуцей к братству.

— И не подумаю, — девушка вдруг запротестовала, — почему я должна уходить?

Тяжело вздохнув, Данте поднял глаза к небу как бы спрашивая: почему девушка так глупа, и почему именно он остался с ней. Но сказать ничего не успел, потому, что толпа, которая собралась там, начала гудеть и суетиться. Заключенных повели к позорным столбам.

— Уходите, мигом! — выкрикнул Данте, в туже минуту он побежал сквозь толпу. Повернувшись к принцессе, Бья взволновано стала объяснять ей:

— Спрячся в церкви, в той что мы были недавно, не выходит не к кому! Ты поняла меня!? Слышишь!?

Фел кивнула ей в знак согласия и быстро побежала по улице, которая вела к нужному для нее месту. Сама девушка оглянулась по сторонам: «чему меня учил Ромул? А! Святой Боже, если ты есть, помоги мне».

Данте сбросив свой плащ, стоял в первых рядах около столба. Стражники поставили пленных около большого каменного стола, первым подвели Вито, как только его руку положили на стол, Данте кинул в одного из стражников клинок. Пользуясь замешательством солдат, Вито ударил одного из них в нос, второму наступил на ногу. Андреина не отставала, вытащив у одного из стражников меч, пронзила им его же. Данте заскочил на арену и стал помогать справится друзьям. Леонардо был сбит с толку, его конь то и дело остановился на дыбы от людского крика. Началась толкотня, не удержавшись в седле, Лео упал. Быстро вскочив на ноги, он хотел ринуться в бой, но плечо пронзила резкая боль, а затем перед ним возникла Бьянка с обнажённым клинком:

— Ну здравствуй, как видишь, мы снова с тобой увиделись, ну как насчет того, чтоб драться на равных, а не нападать кучей?!

— Я всегда дерусь на равных! — он выкрикнул это сквозь боль в плече, — Брось, я не дерусь с женщинами.

Девушка не слушала его, ею обуревали эмоции и злость:

— Ты лжец! Не дерешься говоришь? Тебе же хуже! Бери меч, я не хочу убить тебя так просто!

— Ты ничего не знаешь, — свободной рукой, Лео вынул меч, — прошу выслушай, многое не знаешь.

Но она уже не хотела слушать, картины недавнего прошлого всплыли перед глазами, замахнувшись мечом, Бья нанесла удар, но Леонардо быстро отразил его. Он заметил, что соперница отступилась, быстрым движением толкнул ее и выбил меч ногой. Направив острие ей в лицо, произнес:

— А ты самонадеяна, ох, лучше б ты дома сидела.

— У меня нет дома..

— Тогда найди себе богатого покровителя, — рассмеялся он, затем скривился от боли, — сколько проблем от такой маленькой занозы, ты…

Он не договорил, поскольку упал рядом с девушкой, рядом с ним стоял Вито. Без лишних слов, он поднял Бьянку и повел ее по узким улочкам, уводя от шума.

— Где все? Куда мы идём? — через несколько минут, девушка нарушила молчание.

— Мне показала этот путь Андреина, — проговорил Вито, — он не сделал тебе больно?

— Нет, погоди, — только сейчас Бья вспомнила, что принцесса в церкви, — мы забыли Фелу…, - в этот момент произошло неожиданное, мужчина повернулся к ней и поцеловал в губы. Девушка была обескуражена, на это никак не рассчитывая, она просто стояла как-будто зарыли в землю. Оторвавшись от ее губ, Вито проговорил:

— Прости, прости меня прошу. Я не удержался, хотел утешить, хотел…

— Утешить? Оо ты…ты…

— Неужели все было так плохо? — он взял ее за плечо, — хочешь убежим? Хочешь ничего этого не будет, прекратим..

— Нет, — резко вырвалась, — я не хочу.

— А ответ на первое?

— Я ничего не почувствовала, извини, — отвернувшись, она пошла вперед.

— Нам нужно зайти в церковь, — Бьянка свернула с дороги по направлению к намеченной цели.

— Сейчас не лучшее время для молитв, учитывая то, что нас уже ищут, — Вито хотел ей возразить и догнать.

— Там Фелуция, — выкрикнула девушка, — не хочу, чтоб смерть Ромула была из-за этой девчонки напрасной.

Вернулись они в братство без особых происшествий, благо с высокопоставленной особой ничего не случилось. Данте с Андреиной вернулись быстрее их и уже волновались за друзей.

— Я же просил, — начал было Дант.

— Я помогла, она цела, не ори, — ответила Бья.

— Тебя могли убить, почему ты лезешь туда, куда не стоит? И я не ору.

— Ты мне никто чтоб запрещать, — огрызнувшись, девушка пошла к Эрнесту, он стоял и разговаривал о чем-то с Вито. Когда подошла Бья, они мигом прекратили разговор. Заметив это, девушка произнесла:

— Хотела спросить, сказали, что вечером мы куда-то пойдем, задание или что-то такое, это правда?

— Да, хотел отпустить тебя, твою подругу и Данте, но теперь передумал, я пойду с вами вместе, у тебя рукав рубашки порван, кстати, — он опустил глаза на ее плечо, рассматривая, — тебе новую дадут.

— Куда пойдем? — она как бы не обращала внимание на его слова.

— Все вечером, и советую выспаться, — ассасин пошел, чтоб выяснить какие-то свои дела с Данте. Бьянка смотрела ему в след со злостью.

— Пошли, я дам новую…

— Не нужно, — она огрызнулась на Донату, которая подошла к ней. И пошла в свою каморку. Милый белокурый ангел слегка скривила губки, пытаясь не заплакать, но ей на плечо легла мягкая, теплая рука Аины:

— Не стоит растраиваться из-за грубых девиц. Идем со мной, поговорим.

Бьянка сидела в своей каморке и пыталась понять смысл своей жизни, она никак не понимала, зачем она здесь, в этом братстве. Почему такая странная? Не такая как все, не умеющая любить, бесчувственная. Она не чувствовала угрызений совести за совершенные убийства, они не приходили во сне, было пусто…пусто даже в душе. С этими мыслями она заснула, разбудил стук в и голос за дверьми:

— Собирайся, нам уже пора.

Поднявшись с постели, девушка сняла корсет, а затем и порванную рубашку, отбросив ее в угол, она снова надела корсет, но уже на голое тело. Черные перчатки и остальные пластины похожие на когти. Меч и метательные ножи, ей хотелось выделяться, быть лучшей, пусть и убийцей. Выйдя она увидела, что дверь у Андреины приоткрыла, заглянув туда, увидела голого Вито. Вито сидел на стуле обнаженным, Андреина, стояла на коленях меж его ног и целовала живот, плавно поцелуями, опускаясь все ниже и ниже. Когда она достигла своей цели, то нежно взяла в рот его достоинство, мужчина застонал от наслаждения и опрокинул голову назад. Когда Вито поднял голову, увидел, что за ними наблюдают, без капли стеснения, он посмотрел в глаза Бьянки, а затем прижал ближе к себе голову Андри.

Не желая больше смотреть на это, Бья отвернулась и пошла к тем, кто ее ждал.

VIII

Бьянка была немного огорчена тем, что она увидела. Почему-то ей было больно на это смотреть, но она не знала почему, он ей не нравился, не считая дружбы. Просто было обидно, потому что он ее обманул, на самом деле не любил, а просто хотел воспользоваться. Когда же получил отказ, пошел к другой. Решив больше не думать об этом, девушка последовала к выходу, где ее уже ждали.

— Почему-то, ты не весела сегодня, страшно? Вон, твоя подруга веселиться, — к Бьянке подошел Данте, — нужно брать с нее пример.

— Я не с кого, брать пример не хочу, зачем мы вообще идем? — девушка посмотрела на веселящуюся около Эрна Аину. На ней был белый плащ, который окутывала почти всю фигуру. Рыжие волосы и красную рубашку, почти не было видно. Эрнест, тоже был одет в такой же плащ.

— Тебе не сказали зачем мы идём? Нам нужны доказательство того, что указ короля не для кого ничего не значит, то есть мы ищем улики предательства.

Подойдя к замку, девушки с восхищением начали осматривать его строение, величественных ангелов об руку с горгульями.

— Хватит глазеть на все, мы здесь на задании, а не просто на прогулке, нам нужно пробраться в замок, точнее в покои папы и прошариться по его документам, этим займусь я и Аина, вы с Данте останетесь около двери, охранять нас, — без лишних слов, Эрнест взобрался аккуратно по стене замка в верх, используя выступы и ножи. Аи последовала вслед за ним.

— Нашел себе фаворитку, — прошептала недовольно Бьянка.

— Идем, осторожно, тут стража, потом будешь возмущаться, — потянув ее за руку, мужчина спрятался в тени балкона, подождав пока пройдет стража, они направились ко входу. Пройдя осторожно на второй этаж, герои очутились около дверей, которые вели в спальню нужного им человека. Там находились четыре стражника, только Данте успел проговорить о том, что двое его, как тут же на них напали. Выстрелив в одного ножом, Бьянка вынула уже у него мертвого меч и прежде чем, второй одумался, пронзила его в живот. Данте к тому моменту уже разделился со своими стражниками:

— Идем…

Но не успели они перевести дух, как у двери раздался голос:

— Рано радуетесь….

Но он резко оборвался, на под упал Леонардо, а сзади стояла Аина с золотой статуэткой в руках:

— Мы нашли то, что искали, идем.

Вито был огорчён тем, что Бьянка не отвечает на его чувства, в удрученном состоянии, он пошел к себе, но по дороге встретил Адреину. Женщина стояла около полога, который закрывал взор в маленькую, но уютную каморку.

— Я ждала тебя, — начала разговор из далека, — ты не особо весел, что снова случилось? Хотя, я знаю, знаю причину по которой не весел. Хочу сказать, что на одной женщине мир не рухнул.

Не удостоив слишком настойчивую особу вниманием, он хотел было пройти, но Андреина не желала отступать. Удержав мужчину за руку, она поцеловала его губы, но он не отвечал, ей было все равно. Ей нравится этот мальчишка, и она не собирается отступать, сделала поцелуй более настойчивым, положила руку ему на плечи и потащила по направлению к своей комнате.

Наши герои наконец вернулись назад, сегодня им повезло, улыбнулась фортуна. Сумели разыскать некоторые бумаги, дневник папы, но самым главным трофеем был Леонардо. Бьянка с отвращением смотрела на мужчину, которого волокли почти без сознания в подземелье под собором. Зачем было построено подземелье под собором? Скорее всего для того, что б хранить бочки с вином, которое предназначалось для причащения, либо проводить инквизицию и допрос ведьм и колдунов.

— Что с ним станут делать? — спросила Бья у Аины.

— Не знаю, расспросят обо всем, что он знает, если не захочет говорить, то наверное…., - глаза девушки блеснули, — не знаю. А что? Тебе стало его жаль?

— Нет.

— О смотри, кто идёт.

Обернувшись вслед за девушкой, Бьянка увидела Вито, который с довольной улыбкой двигался к ним.

— Я наверное пойду, — сказала Бья.

— Чего же так сразу и резко? Кажется мы не ссорились, что б ты избегала меня, — он подошёл к ним и взглянул на нее пронизывающим взглядом, — или ты скрываешься после того, что увидела? Так в этом нет ничего плохого, только хорошее, рано или поздно ты осознаешь это, если конечно….

Но девушка не хотела больше ничего слушать, оттолкнув мужчину, направилась к себе.

— Что между вами происходит?

— Ничего, совсем ничего.

IX

Бенедикт был в ярости, он ходил по своим покоям и не мог поверить в то, что кто-то его перехитрил, обокрал и тем самым заставил испугаться. Да, пугался он редко, любил когда его бояться, а не он кого-то. Если записи в дневнике, можно было опровергнуть, то Леонардо мог сказать то, что надо было скрыть. Остановившись около письменного стола, он начал думать, посвящать в свои дела короля в планы не входило. Зачем? Ведь этот щенок ничего не в чем не смыслит! Это же нужно додуматься, предложить мир этим язычникам, убийцам, хотя, ему было выгодно если б началась война. В одиночку они б не выстояли, и тогда б…тогда он, стал бы свят, возвысился, свергнул бы короля и призвал на помощь более сильный клан рыцарей. Рыцари…вот, вот что ему нужно сейчас. Курт должен знать, где же их убежище, нужно позвать его и убить там всех… особенно царскую девчонку и этого поганца…

Леонардо открыл глаза, голова очень сильно болела, обведя взглядом комнату, он понял, где находится, это была камера. Подвальное помещение, руки были прикованы над головой, затекли и доставляли боль, которая мучала и без того больную голову.

— Я рад, что наконец открыл глаза, уже боялся, что Аина переборщила с силой удара, — перед ним стоял Эрнест, с улыбкой, он наблюдал за пленником, — как тебе твои новые покои? Извини, более шикарных, чем эти у нас не было.

— Ужасный вкус, мне не нравится, в прочем, если ты освободишь мне руки, то это поможет чуть сгладить впечатление.

— Прости, нужно было предусмотреть это неудобства, — усмехнувшись, он достал из кармана ключ и неожиданно нанес удар в нос, пользуясь эффектом неожиданности, мужчина повернул ключ в замке и освободил пленнику руки, не давая ему опомнится, он снова нанес ему удар в живот, — это чтоб не напал на меня, пока выхожу.

Выйдя за дверь, он плотно закрыл ее и отдал ключ Бьянки, которая должна была охранять его вместе с Вито, пока не придут их сменщики.

— Почему мы не можем допросить его? — спросила девушка.

— Рано ещё, кажется тут я главный и позволь мне самому решать, что и когда делать.

— Да.

Она решила молчать, ссорится с кем-то сейчас ей не хотелось, она молча когда уходил Эрнест и приближался Вито. Не обращая внимание на пленника, она села по одну сторону и начала играть с маленьким ножечком. Вито прошел мимо и хмыкнув, присев на другую сторону:

— Так и будешь молчать? Ты ведь отказала мне, думаешь я должен быть один или меня не за что любить? Неужели, я так плох?

— Ты хороший, — отозвалась она, — и любить тебя есть за что. Только ты хотел воспользоваться мной, а теперь воспользовался другой. Извини меня, мне просто стыдно, что я увидела…это. ну то, чем вы занимаетесь.

— Это называется занятие любовью, ну так, чтоб ты знала, — Леонардо вдруг решил вмешаться в разговор, который происходил при нем, он уже успел встать и сесть, ожидая когда руки придут в гибкость.

— Заткнись, — крикнула Бьянка.

— Трудно это говорить, но это так, — Вито встал прислушиваясь к чему-то, — ты слышишь?

Стоял вечер, теплый, тихий. За окнами собора можно было услышать, как тихо и мирно шелестит вода. Месяц освещал комнату и того, кто в ней обитал. Мужчина лежал в гамаке и увлечённо читал какую-то книгу похожую на тетрадь, темная прядь упала на лоб, но он не обращал внимание на это, ему было более интересно содержимое. Перевернув страницу, которая была исписана лёгким мужским почерком, он хотел было снова приняться за чтение, но тут в дверь постучали и не ожидая ответа вошли, точнее вошла. Это была девушка, темно-рыжие волосы волнами лежали на полуобнаженных плечах, голубые глаза смотрели на мужчину с нескрываемой нежностью. Фигуру окутывало лёгкое голубое платье.

— Тебе не кажется, что время очень позднее для чтения? — проговорила она бархатным голосом.

Он поднял голову и почти пожирал ее взором:

— Нет, не кажется, нужно прочесть все, как можно раньше, где ты взяла столь чудную…тряпочку?

— Эрнест, — девушка рассмеялась, — Нашла в старых сундуках у малышки, я думала оно красивое, а тут ты выдаешь, что это тряпка, ты крайне не вежлив.

— На тебе хорошо бы стматрелось дорогое платье, а вообще лучше будет, если ты вообще будешь без него. Мужчина встал и неспешно прошел к девушке, отчего ее дыхание участилось. Она знала, что сейчас будет. Его руки легли ей на талию и притянули девушку к себе вплотную, отчего она слегка охнула.

— Аина, как же ты хороша, девочка моя, — наклонившись к ее шеи, он начал нежно целовать ее, вдыхая аромат тела. Руки блуждали по спине и медленно двинулись к упругим ягодицам, он прижал их к себе и Аи ощутила, что он уже возбуждён.

— Я люблю тебя, — выдохнула она, сдаваясь на его милость, обвив руками шею, начала искать губами его губы. И они нашли друг друга, сладкий, пьянящий поцелуй. Его язык глубже проникал в ее рот и касался ее языка. Руки Эрнеста двинулись к плечам девушки и в одно мгновение скинули с ее плеч ненужную на его взгляд тряпку. Обнаженное тело, прильнула к нему и просило все более откровенных и смелых ласк. Оторвавшись от сладких губ, Эрн наклонил голову и взял в рот ее сосок, тело Аины выгнулось на встречу, а руки вцепились в темные кудри волос. Он посасывал его и дразнил языком, вторая рука уже начала ласкать влажный треугольник меж ее ног. В его крови бушевал пожар, он был готов уже взять ее прям на полу, но нужно удержаться.

Аина стонала от наслаждения, когда его пальцы проникли внутрь, то она тихо вскрикнула, если б Эрнест не держал ее, то она упала б. Пальцы входили и выходили из нее, даря удовольствие, а губы и язык принялись за вторую грудку. Дева больше не могла сдерживаться, тело просило его:

— Прошу, прошу тебя…, - шептала она.

Эрн понял чего она требует, быстро скинув с себя одежду, взяв за руку Аину, повел к гамаку. Он лег на него и усадил на себя возлюбленную, приподняв ее за ягодицы начал входить своим возбуждённым естеством в нее. Она тихо застонала, когда он уже был весь в ней, девушке самой хотелось вести на этот раз и мужчина позволил ей это. Она стала насаживаться на него все быстрее, комната наполнились стонами, издав громкий стон она умчалась в наслождении. Оно заполнило все ее тело, сотрясали его, она упала ему на плечо и прикусив его. Эрнест требовал и своего заключения ибо он ещё не испытал пика, обняв ее, он начал быстро двигаться в ней и наконец изторгся прям в девушку….как раз во время, ибо в двери постучали.

Курт знал, прячется братство. Знал все лазейки, а так же он прекрасно понимал, что если станет известно где он находиться, то головы ему не сносить. Братство жестоко расправляется с предателями. Этой ночью в свои покои его вызвал папа, дал поручение…это поручение, он должен выполнить.

Никто из наших героев ещё не знал, что отряд из ночной стражи города направляется к собору…

Алвиз и Винсент несли дозор как раз в эту ночь, они весело смеялись рассказывая друг другу о похождениях по дамам.

— Вчера был у одной вдовы, — начал Алвиз, его окутывал серебристый плащ, капюшон которого был надвинут на лицо. Только свет месяца освещал ели проступающие черты красиво лица.

— Ну и как там? Она совсем уж наверно отвыкла от ласк настоящего мужчины, — с ухмылкой ответил второй, он так же был в плаще, только травяного зелёного цвета.

— Вряд ли она вообще знала, что такое настоящие ласки и страсть, — Ал улыбнулся, — она, — но мужчина не договорил потому, что увидел стражников, которые пытались войти в руины, — смотри, разбуди Донату, пусть бьёт тревогу и скорее бежит к Эрнесту.

Винсент, осторожно, как большой кот стал передвигаться по уступам к месту, где спала белокурая девушка. Она открыла глаза от того, что кто-то взял ее за руку:

— Беги к Эрнесту, скажи что на нас напали, бегом, нужно спасать принцессу!

Девушка быстро поднялась и побежала к ветхой лестнице, которая вела к покоям главного. Сам же Винсент начал бить в колокол извещая о том, что пришла беда.

Доната была так взволнована, поэтому не дожидаясь ответа Эрнеста вошла, но то, что девушка увидела изумило ее. Нет, она догадывалась, о том, что у Аины есть что-то с мужчиной. От нее не скрылась и то, какими взглядами они обмениваются, но она никак не ожидала застать их вместе.

— Простите, — она мельком взглянула на рыжеволосую девушку, которая, скрыла свое тело за плащом Эрнеста.

— Тебя не учили, что нужно дождаться разрешения…

— Тс, Аина, — он ласково улыбнулся ей, — не стоит, ничего здесь такого она не увидела, да и к тому же давно пора всем знать, — он хотел было сказать ещё что-то, но услышал звук колокола, — что случилось?

— Об этом я и хотела сказать, на нас напали…

Все следующие несколько минут были как в тумане, Эрнест бегал и трубил тревогу, сунув дневник в руки Аины, он тихо произнес:

— Бери оружие, Фелуцу, дневник и скорее в подземелье, где находится пленник, запомни, он должен остаться живым. Там есть ход, в самой последней камере, под рычагом, где дыба. Мы задержим их, а вы должны убежать. Скажи Бьянки, она отведет вас к батисту, он должен скрыть всех. Прошу, — он взял ее лицо в руку и поцеловал в губы, — если я не вернусь через четыре дня, прочти дневник до конца, ты поймешь, что делать…

На помощь к Алвизу и Винсенту, уже бежал Данте, Доната, Андреина и Эрнест. Скрывшись за нишами, они наблюдали, как входят пятнадцать человек стражи и шестнадцатая фигура. Эрнест дал знак не нападать, когда они прошли дальше, двери резко закрылись. Все погрузилось во тьму и тут началось…испуганные крики стражников, в темноте можно было различить только звук ножей, которые царапая броню погружались в плоть. Готовя ловушку, эти люди сами оказались в ней, они хотели взять числом, но не умением. Кто-то всё-таки сумел зажечь факел и драка продолжалась уже при свете. Курт видел свой проигрыш, но сдаваться не хотел, вынув из мертвого стражника нож, он метнул его в спину Винсенту. Тот замычал от боли, пользуясь замешательством, он крикнул двоим остальным стражникам они побежали в глубь собора. Винсент не понимал, что происходит, в голове помутнело, он упал в руки друга и посмотрев ему в глаза, прошептал:

— Спасибо за то, что всегда был рядом.

Последний раз вздохнув, он закрыл глаза. Бережно положив умершие тело на каменный пол, мужчина хотел было кинуться туда, где скрылся убийца, но его остановил Эрн, схватив за плечо.

— Но почему?!

— Он нужен нам ещё живым, очень нужен, возьми Вина, мы должны воздать ему честь.

— Эрнест? — Доната громко позвала ассасина. Обернувшись он увидел, как у Данте на руках лежит раненная Андри. У нее было ранение в бок.

— Берём тело, Андреину и выходим через боковой выход, здесь уже не безопасно, — мрачно прошептал он.

— А как же остальные? Как наша госпожа? — спросил Данте.

— Надеюсь, что они уже на пути к батисту.

Вито прислушивался к шуму, пытаясь понять, что же там происходит.

— Я слышал сигнал колокола, это значит что-то серьезное, — произнес он.

— Какой же всё-таки ты умный, — Леонардо сверкнул глазами в их сторону, — даже не могу выразить, какой ты проницательный, а может просвятишь свою подругу, что произошло? А то вон побледнела, утешь ее.

— Замолчи, ты сидишь здесь в качестве пленника, и не думаю, что умно так швыряться фразами…, - он не успел договорить, потому что пришлось удерживать чуть не упавшую Бьянку. Она действительно побледнела, глаза стали как-будто стеклянные и смотрели в одну точку. У нее снова было ведение, она видела все…все, что творилось сейчас там в низу, видела как из горло одного раненого фонтаном бьёт кровь, видела как один из стражников ранил Андри. Но тут девушка увидела Курта, он метнул нож в Винсента и скрылся с двумя мужчинами. Задыхаясь, Бьянка вынырнула из ведения, она жадно хватала воздух ртом, как утопающий, которого только недавно вытянули на берег. Схватившись за руки Вито, она взглянула ему в глаза и прошептала:

— На нас напали, Винсент…мертв.

Лео поднялся на ноги и внимательно осматривал девушку, взгляд стал немного серьезнее, ему показалось, что он чувствует некое облегчение. За ним пришли, его хотят спасти, но тут в голову пришла и другая мысль, по сути этим варварам он безнадобности, и они могут его сейчас убить, а он так и не дождется помощи. Можно сказать, что его мысли и мысли Вито совпадали, поэтому взяв меч, он направился к решетке, намереваясь открыть ее.

— Позвольте, но если ты хочешь убить меня, то хотя бы дай умереть достойно, дай мне меч, сразимся на равных, ты же воин, а не убийца, — Лео понимал, что нужно выиграть хотя бы время.

— Ты сам убил человека, не дав ему шанса, — Бья сжала кулак от ярости, — ты воин?

— Я не убивал его, — он сощурил глаза и посмотрел на нее. Она хотела возразить, сказать что-нибудь, но ошибкой было то, что девушка решила взглянуть в его глаза. Голубые, похожие на темный аквамарин. В них читались грусть, горе, и… искренность…в душе мелькнуло сомнение, но как? Она же видела. Тем временем, мужчина открыл камеру и уже двигался к Леонардо.

— Стой! Не нужно!

— Все святые, Бьянка, неужели ты веришь ему? — Вито повернулся к ней и что-то в его взоре, который раз напугало девушку.

— Не трогай его, пока я не разберусь во всем, понял?!

— Прости милая, но я не собираюсь оставлять врага в живых, когда там, умирают наши братья, знаешь, я не одобряю Курта, но ты правда…ты не создана быть ассасином, слишком мягкая, — он уже занёс меч чтоб ударить Леонардо, но вдруг ему в руку вонзился один из кинжалов Бьянки. Пользуясь моментом, мужчина схватил меч и хотел было броситься на девушку, но тут в проеме показались два трупа стражников, а в след Аина с принцессой. Выстрелив одним из кинжалов в Леонардо, она попала в плечо:

— Уходим, его не трогать, он нам нужен живым, таков приказ, Бьянка, покажи дорогу к батисту….что с Вито?

— Дрянь, — выкрикнул озлобленный Ви, он поднял свою рыжую голову и с ненавистью посмотрел на ту, которую как ему казалось любил.

— Потом разберётесь, — сказала Аи, — сейчас не….берегись, — выкрикнула она, около туннеля, который вел к каналу показался силуэт, он метнул нож в сторону Леонардо и быстро исчез. Мужчина во время отошёл в сторону.

— Тебя хотят убить свои же? — прошептала Бья.

— Идемте, Бьянка впереди, ты за ней, — указала на Лео, — следом все остальные, и запомни, что если тебя нельзя убивать, это не значит, что нельзя ранить.

Х

Наши герои вышли на улицу, там их ожидали три лошади.

— Нас больше, чем лошадей, — произнесла Бьянка.

— Неужели, — усмехнулся Леонардо. У него ныло плечо, но посмеяться над этой глупышкой…как он мог упустить такой шанс?

— Замолчите оба, Бьянка, ты поедешь на одной лошади с… — Аина запнулась, взглянув на Лео.

— Леонардо, я не уверен, что вы запомните мое имя полностью, поэтому…

— Бьянка, ты поедешь с Леонардо, — продолжила Аи, не обращая внимание на мужчину, — Я поеду с Фелуцей. Вито один.

— Почему я должна ехать с ним? Почему я не могу поехать с Вито? — Бья была возмущена, щеки горели румянцем злобы и негодования.

— Нет, ты…не приближайся ко мне сейчас, — Вито кинул на нее злобный взгляд в котором мелькнула нескрываемая тоска, — почему его не посадить со мной?

— Потому, что вы не переносите друг друга на дух. Из-за того, что он может сбежать, то его нельзя сажать одного, а поскольку я обязана защищать госпожу, то поеду с ней. Ты ранен и сейчас уязвим. Я думаю сейчас не время спорить.

Скрепя сердце Бьянка вскочила на коня и с недовольным видом стала ожидать, когда мужчина заберётся к ней. Лео не заставил себя долго ждать, правда вышло это неуклюже, боль из-за раны в плече мешала. Когда он сел сзади Бьянки, Аина тут же связала ему руки около груди девушки.

— И помни, я поеду сзади и все буду видеть, без глупостей.

Они двинулись в путь, конь Бьянки двинулся в перед, то и дело мужчина пытался прижаться к ней, его забавляло то, что она начинала тяжело дышать, точно не знал от чего, толи от гнева, или же от смущения. Решив ещё больше подразнить ее, он набрался смелости и поднял руки выше, отчего они коснулись упругой девичьей груди. Девушка была возмущена, но…возмущение ее было больше на себя, чем на его. Тело вело себя как не родное, почему то ей нравились все его движения, она даже поймала себя на мысли, что хочет чтоб он коснулся ее обнажённого тела своими руками. Встряхнув головой, девушка как бы опомнилась, пора прекращать все это пока этот мерзавец не решил, что ей нравится. Когда Леонардо очередной раз прижался к ней, Бья дала ему тычок под ребра локтем, мужчина замычал от боли, чего собственно и хотела девушка. На губах заиграла усмешка, эту битву она выиграла.

Всю оставшуюся дорогу они ехали в молчании, Лео больше не захотел играть в эти игры, ибо всегда получал под ребра или в живот. От боли в плече и под ребром, он проклинал их всех и готовил месть, особенно ей, этой маленькой выскочке. Наконец показались огни церкви, подойдя к воротам, они спешились и направились к дверям, постучав молоточком в деревянные прочные двери, они замерли в ожидании…казалось, что им пришлось ожидать вечность, но все же дверь отворилась и на пороге показался батист, осмотрев всех их серыми водянистыми глазами, он без лишних слов отворил дверь шире, пуская путников.

Они сидели и зализывали раны, как раненые звери. Эрнест прибыл через час после того, как прибыли другие. У Андри были тяжёлые раны, но батист омыл их и сказав, что все руках Господних, принялся за остальных. Фелуца ходила грустная, ничего почти не замечая, ей было жаль всех, видимо ее ещё детское сердечко понимало, что все это ради нее. Сев рядом с Бьянкой, она еле сдерживала слезы.

— Только этого сейчас не хватало, ты будущая королева, не нужно слезы лить, — Бьянке было жаль ее, но стоило научить, что эмоции нужно скрывать.

— Она не такая каменная, как ты, — проговорила проходящая мимо них Аина, — иногда лучше выпустить эмоции, так легче. Нас всех ждёт Эрнест, около главного колокола, хочет сказать что-то важное.

Все были в сборе, Эрн стоя рядом с Леонардо, у которого обработали и забинтовали рану, он начал свою речь:

— Сейчас мы в очень опасной ситуации, наше логово было раскрыто, наши тайны преданы предателем. У нас на руках будущая королева, которую хотят убить и развязать войну.

— Может скажешь, что же нам делать, — не выдержал Данте, — это-то мы все знаем, по существу нам нужно, по существу.

— Не перебивай, — недовольно осек его мужчина, — я не закончил. Так вот, но наши враги не знают, что у нас есть на руках несколько козырей, — он подошёл к Аине и принял из его рук дневник, — знаете, что это? Это дневник, нашего «святого» папы, в котором он пишет, как мечтает о власти. Готовит план мести, а главное…тут сказано, что с помощью предателя из наших рядов, он узнал где назначена встреча с принцессой. Туда он послал лучший отряд, — от Эрна не скрылась, как у Бьянки потемнели глаза и появилась усмешка на губах, — погибло много славных воинов. Но никто не виновен. В Венеции ждут королеву, как спасение, надежду на лучшее будущие. Он обманул воинов, сказав, что наше братство придет с намерением убить ее, либо пытать и мучать. Обе стороны были обмануты. Сейчас, я предлагаю отправить грамоту эмиру и рассказать в ней, что происходит в городе и братстве. А так же обговорить план, чтоб поговорить с королем с глазу на глаз и вручить ему доказательства, вместе с будущей женой.

— Это все чудесно и прекрасно, но что нам делать с ним? — Вито до этого стоял молча, в стороне, внимательно слушая все, что говорил ассасин.

— Он теперь член нашего братства, и наш второй козырь, он единственный их отряда кто живой, и сегодня ночью приходили не за нами, не за дневником, а за его жизнью.

— А где гарантии, что он будет верен нам? Где гарантии, что он не всадить нож в спину кому-то из нас и не убежит, — Бьянку переполнял гнев и раздражение, пусть она на секунду поверила ему, но нет, этого больше не повторится, он повинен в смерти, и чтоб не говорили, это он убил ее друга.

— Он дал честное слово..

— С каких пор мы верим слова, Эрнест? Бьянка права, что нам с его слова, где доказательства? — проговорил Алвиз.

— Извините, но я дворянин, и дал честное слово, — Леонардо до селе просто наблюдавший подал голос.

— Спасибо, что благородный дворянин дал понять нам, кто мы все есть, но только словам именно дворянина верить нельзя…

— Вы не встречали благородных и честных дворян, я хочу искренне помочь вам, да и показываться на улицах одному мне нельзя.

— Вот оно что, благородный решил прикрыть свой зад нами, — вмешалась Бья.

— Судя по тому, как ты дерешься, то прикрывать стоит тебя, — парировал Лео, осматривая девушку с интересом.

— Я уже все решил, Бьянка будет за ним следить и введёт его в курс всех наших дел, — Эрнест поставил решающую точку в споре, — это не обсуждается, вы оба из высшего сословия, должны сойтись характерами.

— Только через мой труп, — прошипела Бья.

— Вы будете крайне очаровательным трупиком, сеньора.

— Если тебя и привязали за мной, это не означает, что мы будем ходить вместе везде и всюду, — Бьянка все никак не могла смириться с тем, что Леонардо всегда и неотступно следует за ней. Он ничего не говорил, что ещё больше бесило девушку, просто везде следовал за ней, как тень. Отступал только когда та уходила к себе, спать, — и не молчи, сколько раз тебя просить, ты язык проглотил? Умоляю.

— Я ждал, когда ты начнёшь меня умолять, — он откровенно издевался над ней.

— Мерзавец, — прошипев это, Бья пошла к алтарю, где уже собралось остальное братство. Там были все…кроме Вито и Данте.

Эрнест сидел вместе с Аиной вместе, чуть поодаль по левую сторону, Алвиз с Фелуцей. По правую Доната, туда же села и Бьянка, стараясь уместиться так, чтоб сидеть как можно далее от ненавистного ей субъекта.

— Данте уехал по моему поручению, Вито остаётся с Адреиной, сейчас ей не становится лучше, хочу обратиться к вам всем, — Эрн не стал говорить долгих речей, а приступил сразу к основному, — Аина и Доната, разыщут нам еды. Я и Ал, пойдем за оружием, вы двое останетесь здесь и будете помогать, вечером вас обоих ждёт особое задание.

Андреина прибывала в забытье, тело ныло, бил озноб. Раны конечно обработали, но легче не становилось, даже без сознания, она чувствовала всю боль и не только физическую, но и душевную. Немногие знали, что же привело некогда хрупкую, пятнадцатилетнюю девчонку в братство, она пыталась забыть все, спрятать глубоко в душе, но это вырвалось наружу сейчас…сейчас когда металась в бреду, всплывали картины из прошлого….

Она стояла на балконе, длинные волосы уложены в элегантную прическу, алые шелка, все о чем можно было мечтать юной девочке, а девочка из бедного сословия…Сказочно повезло. Родители продали ее богатому господину, она не огорчилась, нет, это лучше чем жить на улице и питаться невесть чем, но делить постель с сорока пятилетним мужчиной, увы это не то о чем мечтала ее ещё по детски наивное сердечко. День когда это произойдет приближался, точнее оставались считанные часы до того момента, как она станет женщиной…

Адри приподняла голову и открыла глаза, но ничего не видела, не того, как Вито смотрит на нее, не того, как молится священник, опустив голову, снова погрузилась в забытье. На этот раз мозг выдал другую картинку…

Хрупкое девичье тело, кровь на белоснежных простынях, многочисленные ссадины и синяки на руках, ногах. Глаза полные слез, теперь Адри поняла, что такое взрослая жизнь и на сколько может быть жесток человек, он взял ее силой. Без нежностей, без ласк, на протяжении всей ночи бедняжка терпела его на себе. После он выставлял обнаженную на показ своим друзьям, продавал как ненужную вещь, насиловал на глазах у себе подобных…чудом ей удалось бежать, только чудом выжить. Пережить то, что никому не удалось, кажется судьба решила ещё раз сыграть с ней в игру, но нет, она должна выжить, должна быть сильной. Открыв резко глаза, девушка часто задышала, затем снова закрыла их, погрузившись в глубокий сон.

Девушке стало чуть легче. После того, как она проснулась, то почувствовала жуткую потребность что-нибудь съесть. Вито исполнял любую ее прихоть, как волшебник.

— Присядь, ты бегаешь целый день по моей вине, — Андри удержала его за руку и усадила около своей лежанки, — поговори со мной.

— О чем? — он сел подле ее, поглаживая по волосам.

— Не знаю, что происходит в братстве?

— Эрнест всем командует, да играет в любовь с Аиной, Данте отплыл к эмиру с просьбой о помощи. В наших рядах пополнение, Леонардо, ну помнишь пленника? Теперь он якобы с нами, но Эрн проверяет его, все это знают, кроме Бьянки.

— Почему кроме нее? — девушка попыталась подняться, но тело тут же отозвалось жгучей болью.

— Не вставай, — мужчина остановил ее рукой, строго взглянув, — она не знает потому, что может рассказать ему, не то, чтоб мы ей не доверяем, просто ей сказали следить за ним, и если… — он внезапно запнулся, но быстро взяв себя в руки, начал снова свою речь, — если она сблизиться с ним, то может рассказать о том, что не особо следует знать чужаку.

— Зачем его тогда приняли? — Андриине было интересно все, ведь она столько много пропустила, поэтому слушала и вникала в каждое слово.

Вито же наоборот раздражал этот разговор:

— Я не знаю, он зачем-то нужен Эрну, давай больше не будем о этом всем?

— Ты ее до сих пор любишь и тебе не нравится, что около нее вьется кто-то? — да, она умела загнать в тупик.

— Кого?

— Ох, даже сейчас ты играешь со мной, прекрасно понимая о чем я, — с трудом улыбнувшись, девушка стала рассматривать его, красивые огненные волосы, сильные плечи, щетину на щеках. Он ей нравился, но душа прекрасно понимала, что кроме близости физической иной она не получит.

— Я не знаю, — честно признался Вито, — я думал, что люблю, скажем так, она симпотична мне, но то, что произошло меж нами, это глубокая пропасть между мной и ей. Бьянка изменилась, не в ту сторону, которую хотел я.

— А ты хотел, что она кинулась тебе на шею, при упоминании о твоей любви? Мальчик мой, никогда этого не будет…

— Как ты попала сюда? В братство.

— Не уверена, что это нужная тема для разговора, — призадумавшись, она закрыла глаза и начала, — мои родители были бедны, как церковные мыши. Мать, сразу отказалась даже кормить меня, мне повезло, что соседка оказалась доброй. До тринадцати лет меня воспитывала улица, только уму меня трущебы не научили. За гроши меня продали в услужение одному графу, который питал слабость к нищим, маленьким девочкам. Год, я жила с прислугой, пока взор его не упал на меня. Ещё год, маленькое существо по имени Агата, жило в жизни, о которой и не могла мечтать. Омрачало одно, нужно было делить постель с этим животным, — запнувшись на минуту, продолжила, — он даже не дал мне раздеться, сказал, что у него есть подарок мне на день рождение, этот «подарок» он мне дарил на протяжении всей ночи.

— Если тебе тя…

— Нет уж, слушай, он имел собственную шлюху, продавал на ночь, пользовался сам, и так на протяжении двух лет, пока не сумела сбежать, меня полуживую тогда нашли, приютили и обогрели, тут нашла свою семью, и решила, стереть даже упоминание о прошлой жизни, сменив даже имя, — по ее щекам покатились маленькие бусины слез, — иди, не хочу чтоб ты видел меня такой.

— Я хочу понять, почему ты на меня пялишься и лыбишься? — Бьянка сидела на ступеньки, около места, где должны были происходить исповеди и точила свой меч. Напротив находился Леонардо, который рассматривал ее с ног до головы, он до сих пор не мог понять, почему эта девчонка ему интересна.

«Просто это из-за того, что я давно не был с женщиной, нужно срочно найти сговорчивую и не болтливую куртизанку», — от этих мыслей, он улыбнулся, что Бьянка не совсем так поняла.

— Изволь извинить меня, но кажется нам сказали всегда быть вместе..

— О, я просто забыла, что ты всегда и покладисто выполняешь приказы, которые тебе дадут, — выпалила она, — и нападаешь на одного человека…

— Я не убивал его! — Леонардо не выдержал и встал, приближаясь к девушке. Почувствовав опасность, она сжала рукоять меча и не сводя взгляда с соперника тоже встала. Его аквамариновые глаза были наполнены гневом, подойдя в плотную к ней, он схватил девушку за горло и прижал к стене. Наклонившись к ее лицу и смотря прямо в ее глаза, произнес чеканя каждое слово:

— Я не убивал его, он был обречён, потому, что был ранен стрелой, которую кто-то смазал ядом. Когда так выгодно занёс меч, он упал сам, и ты…маленькое создание, упала на землю ничего не поняв.

— Допустим, что я верю тебе лжец, но откуда ты это узнал, м?

— Я видел эту стрелу, мне далеко плевать, веришь ты мне или нет, просто знай это, — внезапно он понял, что разговор его забавляет, чуть ослабив хватку, провел рукой по шеи девушки в низ, остановив руку около ложбинки меж грудей, — даже не пытайся вырваться, у тебя это не выйдет.

Сглотнув, Бьянка тяжело задышала, как ей казалось от гнева, но глубоко внутри ее тела распускался цветок страсти, которую заглушал разум. Сжав руку в кулак, девушка поняла, что в другой руке у нее меч. Лео, как бы прочёл ее мысли, чуть наклонившись к шеи, он вдохнул пьянящий аромат кожи и запечатлел поцелуй на ней:

— Давай же, — прошептал, — стоит только поднять его и меня нет, ты ведь мечтала об этом, хотела ещё тогда, помнишь? Смелее.

Слова произвели на Бья обратный эффект, она была в растерянности, руки почему-то стали дрожать и оружие с грохотом упало на холодный мрамор.

— Отойди, — взмолилась девушка, близость с ним начала пугать, по сути и не хотелось, что б он отходил, душа требовала объятий. Этот кажется нечайный поцелуй взбудоражил тело, давая почувствовать то, чего никогда не было.

— Зачем? — Леонардо провел носом вверх, приближаясь к ее уху, — не дрожи, — прошептал.

Посмотрев ей в глаза, мужчина улыбнулся и прикоснулся к ее чуть приоткрытым губам своими. Не встретив сопратевления, он стал настойчивей. Проникнув языком в мякоть ее рта, начал исследовать. Бьянка не ожидала это, с минуту она стояла, как столб, когда его язык начал ласкать ее рот, то девушка испытала не с чем не сравнимое наслаждение. Обхватив руками его за шею, она прижалась к мужчине и еле слышно застонала, этот стон был для Лео, как красная тряпка для быка. Прижав теснее ее к себе, начал углублять поцелуй, стараясь сделать его более нежным, руки чуть сжали ее грудь. Это движение вывело из оцепенения, Бьянка резко оттолкнула его от себя. Леонардо смотрел на нее затуманенным взором, пытаясь восстановить дыхание:

— Извини. меня..

— Не смей больше меня трогать. Никогда!!

XI

Фелуцу все покинули, сейчас она была вольная делать все, что ей хотелось. На данный момент, прогуливалась по комнатам церкви. Выходя на лестничный пролет она заметила Бьянку и Леонардо, которые целовались. Решив не мешать им, она отступила назад и вдруг чьи-то руки легли ей на плечи, мягкий добрый голос произнес:

— Идем дитя мое, оставим два любящих сердца биться воедино.

Чуть вздрогнув, она узнала голос священника, повернув голову, она качнула ей в знак согласия. Теперь девочка привыкла, что ведут ее куда угодно не спрашивая, а хочет ли она это? Долг…долг перед страной и людьми, король, который не может постоять за свое королевство и себя, его пророчат ей в мужья. Мысли о том, что придется выйти замуж без любви все не давали покоя ей, ведь жить так невыносимо. Фелуца мало с кем общалась из братства, больше замыкаясь в себе, ей нравилась Бьянка, но обратится к ней…она не знала как, девушка казалась ей грозной, неподступной. Бьянка по думам не любила ее, да и за что любить девчонку из-за которой убили половину братства? Часто по ночам, девушка вспоминала то время, когда она жила на родине…нет, не то, что бы здесь ей не нравилось, но родина оставалась родиной, там был ее отец…

— Давай найдем красивое место в саду, посидим, поговорим, точнее ты будешь говорить, а я сплету тебе венок, — он повел ее к двери, которая вела к саду рядом с замком…

Они сидели в саду, на принцессе красовался венец из маленьких розовых цветков, батист оказался на редкость добрым к ней и внимательным слушатем, не перечил, не перебивал, давал совет и нежно гладил девушку по голове. Он рассказал ей разные истории, просил не печалиться и быть умной, стойкой правительницей в будущем…

— Значит он держит в страхе весь народ? Почему я это узнаю сейчас? — Эзио сидел и был подавлен, у него в голове не укладывалось, что его, короля этой страны могли так унижать. Как он был наивен и глуп, как слеп, что не видел всего этого. Не замечал, что пригрел змею на груди.

— Потому, что не выходите из своего дворца, не видите всего, что творится вокруг, полностью поручили все ему, а он желает Вашей смерти высочество, мой господин передает письмо, — слуга одетый в шелковый халат и тюрбан, поклонился и положил около ног свиток, медленно удаляясь.

Эзио долго думал, что же ему делать, ведь в его дворце почти все были подкуплены папой. Не особо долго думая, он решил сам проверить, что же творится на улицах города, о чем говорят, думают горожане. В голову пришла мысль о том, что можно надеть одежду бедняка и прогуляться по улочкам, поговорить с кем-то. Отодвинув от себя стопку писем, где говорилось о придателе, угрозе нападения повстанцев.

Эрнест поручил Бьянке и Леонардо пройтись ночью по городу, подойти как можно ближе к замку и постараться понаблюдать за действиями его высочества.

— Глаз не сводите с него начиная с полуночи, и до утра, — отдав приказания он и удалился, однако от него не скрылось то, что эта парочка странно ведёт себя по отношению друг к другу, — советую надеть рясу перед тем как идти, иначе могут узнать.

Так они и сделали, Леонардо облачился в черную рясу, подвязывая около пояса верёвку, в тоже время пытаясь спрятать кинжал. Бьянка все это время находилась рядом с ним и незаметно бросала взгляды на него, сама девушка уже была облачена в темно-красное одеяние, которые очень ей шло.

Они шли по темной улице, которую освещала лишь луна и звёзды, однако Лео не спешил ко дворцу, он неожиданно свернул и направился к одному из лучших борделей.

— Что ты делаешь? — возмутилась Бьянка, когда они уже входили внутрь заведения, — нас могут увидеть, вычислить, ты что, ты что собрался спать с…с пад…

— Именно, — усмехнулся он.

— Не смей, нам нужно, ты помнишь приказ?

— Ещё два часа, я успею, а ты попытайся расслабиться и получать удовольствие, ты кого предпочитаешь? Мальчика помоложе, постарше, а может девочку? — в его красивых аквамариновых глазах блестели озорные чертики.

— Ты самый невежественный, самый гнусный из всех мужчин, которых я встречала! Я не собираюсь здесь находится, если ты…

— Тсс, молчи, — мужчина начал оглядываться по сторонам, ему не нравилась эта обстановка, все девочки конечно улыбались, но чувствовался напряжение, — я тут ради того, чтоб узнать кое-что, для этого нужно встретиться с ним.

Пройдя несколько залов, он поднялся по лестнице вверх, и вместе с девушкой зашёл в дверь, темно-вишневого цвета. Там за столом сидел один из стражников, а рядом блондинка, которая обещала ему чудную ночь.

— Молчи и не говори не слова, — прошептал Лео на ухо Бьянке, и пройдя к столу, поздоровался с другом, — здравствуй, сын мой. Я от нашего папы, хотел бы узнать у тебя несколько вопросов.

Стражник, который больше походил на камбалу окинул взглядом обоих:

— Откуда мне знать, что ты не лжешь, уж очень напоминаешь мне того…сбежавшего командира.

— Разве б я был здесь если сбежал, стал бы порочить имя нашего святого отца? Я веду для него очень аппетитную и сговорчивую девку. Она должна искупить свои грехи, — Леонардо больно сжал руку девушки, чтоб та не издала не звука, — он уже ожидает нас. Мы не хотим чтоб его светлейший спускался к нам, да и чтоб стражники видели эту грешницу, вы понимаете меня? За это Вас честно и щедро наградят.

У стражника загорелись глаза при разговоре о награде, забыл даже о блондинке, которая трясла своими прелестями у его носа, он произнес:

— Там, около главных ворот есть люк, за ним ход, прямиком к покоям милейшиго, сегодня он будет там около полуночи.

Эзио замаскировался под жителя среднего сословия. Светлый плащ, усы, борода, в этом мужчине теперь нельзя было признать короля, убедившись, что может уйти незамеченным, высочество вышел из дворца и медленно пошел по направлению к самой темной улице.

Бьянка и Леонардо уже сидели на дереве и наблюдали за окнами, после борделя они так же незаметно скрылись, как и пришли.

— Мы знаем когда придет самый главный объект, тогда будем внимательно наблюдать, а сейчас можно и расслабиться, — сказал Лео.

— Я не желаю с тобой общаться.

— Однако ты же общаешься, — улыбнулся он, своей красивой улыбкой от которой многие женщины сходили с ума. Но Бьянка старалась не попадаться на удочку, она старалась как можно далее огородить себя от этого мужчины. Да, голос разума говорил, чтоб она не верила этому мужчине, но сердце и душа, почему то они тянулись к нему. А тело…ох ее придальское тело, отчего-то оно так рвалось, так и хотело его ласк. На нее нахлынули воспоминания их поцелуя, прикосновение его губ к шее…восхитительное ощущение. Бьянка вдруг густо покраснела от нахлынувших чувств и воспоминаний, это конечно же не укрылось от Лео:

— Ты про нас вспомнила?

— Почему ты решил так? — отвернувшись от него, она сосредоточила все внимание на окне.

— Ты когда-нибудь была с мужчиной? — неожиданно для себя и для нее, спросил он. Девушка была в замешательстве, да, этого ну никак нельзя было ожидать.

— Это не твое дело, — набравшись смелости крикнула она.

— Это значит нет? Что бы ты ответила на то, если бы я предложил тебе, скажем так…, - он запнулся на минуту, а затем продолжил, — стать моей любовницей.

Но тут же Леонардо пожалел о сказанном, на его щеке пылал свежий румянец пощёчины, сама Бьянка никак не могла успакоится. Это же надо, такое ей предложить, да как он мог?! Подлец! Она хотела ещё нанести удар, но мужчина схватил ее руку и резко притянул к себе:

— Не стоит так делать, придупреждаю первый и последний раз.

— Что будет, если…если не послушаю тебя? А? Ты ударишь меня? У Вас богатых это принято, да? — глаза у нее стали темного травяного цвета, она все пыталась вырваться руку, но это не получалось, он крепко держал ее.

— Нет, — Леонардо и сам начал сердится на это маленькое злое существо рядом с собой, — я тебя поцелую так, что ты об этом никогда не забудешь.

Они шли назад, каждый в своих думах, уставшие. Каждый мечтал о своем: Леонардо о еде и женщине, Бьянка о сне. На повороте к дороге они увидели тяжело раненного мужчину без сознания, остановившись около него Лео не мог понять, где же видел его, ведь лицо казалось до жути знакомым.

— Нам нужно его спасти, — сказал он.

— Не уверена, что это хорошая мысль, — Бьянке хотелось конечно спасти несчастного, но согласится с эти напыщенным богачем, ну нет.

— Не будь такой жестокой, он может умереть, главное правило братства это что? Это спасение несчастных, а ты бросаешь…для меня ты пала сейчас, — больше не желая с ней говорить, он взвалил на себя несчастного и молча пошел к церкви.

Леонардо и Бьянка вернулись в братство в полном молчании, мужчина за всю дорогу не очнулся и не подавал признаков жизни. Эрнест с первого взгляда понял кто это, однако почему-то ничего никому не сказал, кивнув батисту, он подозвал к себе Фелуцу:

— Ваше высочество, будет лучше, если Вы поухаживаете за этим человеком, конечно если не хотите, то…

— Нет, — принцесса была очень рада, что хотя бы сейчас она сможет чем-нибудь помочь, — я согласна, скажите, что именно нужно сделать, я сделаю, мне не сложно.

— Идём со мной, дитя мое, — священник повел ее в одну из комнат куда отнесли раненного, — ты сейчас будешь мне нужна.

К ассасину подошла Аина, мягко положив руку ему на плечо, она прошептала ему на ухо:

— Зачем ты сделал это?

— Родная, это не просто раненный, это наш король, если они сблизятся сейчас, возможно не будет всего этого кровопролития, — он повернулся к ней и обнял, притянув к себе, — останется лишь убрать папу и его приближенных.

— Почему ты, — она поцеловала его в щеку, и уткнулись в нее носом, — не сказал ей?

— Я сам не знаю, зачем он переоделся в такое одеяние и сбежал из дворца, пока не узнаю никто не будет знать кто это на самом деле, — мужчина вдохнул запах волос возлюбленной.

— А если он сам все расскажет?

— Пусть будет так, но не я…

Бьянка весь оставшийся день сидела и думала о том, что она всё-таки не правильно себя повела.

«Мужчина и в правду мог погибнуть, а я дала волю эмоциям и чуть не бросила умирающего, о чем я могла только думать, а Леонардо, он ведь прав оказался. Ну он тоже виновен! Предложить ей такое…как он могу, но извиниться за поведение все же стоило, ведь он все же оказался человечнее ее», — с такими мыслями, девушка встала и направилась к двери, выходя в коридор она осмотрелась и тихо, как вор направилась к двери, постучавшись, она ожидала когда же скажут войти.

— Да? — произнес мягкий мужской голос.

Почему-то заволновавшись, девушка замялась, сама не понимая почему она так себя ведёт, ведь по сути она ничего плохого не сделала. Открыв дверь, она переступила через порог и быстро закрыла ее за собой. Обернувшись, она увидела перед собой Леонардо. Он сидел на старом сундуке, оперевшись рукой на колено. Его пронзительные аквамариновые глаза внимательно наблюдали за ней, а рот был изогнут в усмешке. Темные волосы ниспадали на плечи, что делало его поразительно красивым.

— Что привело тебя сюда в столь, — он задумался, — поздний час?

— Я хотела извиниться перед тобой, за…, - отчего-то у нее в горле пересохло.

— За? — приподнял он бровь.

— За свое поведение, — опустив глаза в деревянный пол, она даже не думала из поднять, боясь сама не зная чего.

Рассмеявшись, он встал и лениво направился к ней:

— За что? За то, что отвергла мое предложение стать моей…

— Я никогда не стану твоей! Никогда! Понял!? — все мысли о извинении куда-то улетучились, на его вместо вступил гнев, подняв полный злобы взор, она посмотрела на него с ненавистью, — ты привык, что тебе достается все вот так. Животное, которое не знает и не мыслит о любви, боли, сострадании…

Ее слова больно укололи его, прям в самое сердце, решив, проучить маленькую нахалку, он подошёл к ней и оперевшись рукой на дверь около ее головы, произнес, понизив голос до шёпота:

— Раз ты считаешь меня животным, будь посему, но только я докажу, что ты хочешь это животное, докажу, что покоришься мне.

С этими словами, он поцеловал ее. Он целовал ее отнюдь не с нежностью как первый раз, этот поцелуй был груб и напорист, причинял ей боль. Девушка пыталась оттолкнуть его, но не вышло, Лео крепко прижимал ее к двери собой. Однако неожиданно для самой себя, она ответила ему, приоткрыв рот и впуская его язык внутрь. Почувствовав, что сопротивления больше нет, Лео смягчился, пытаясь быть более нежным. Его язык скользил по ее, переплетаясь с ним, их обоих захватило пламя, которое теперь было очень трудно затушить. У обоих голос разума подсказывал, что потом придет раскаяние, но сейчас…сейчас они хотели одного: быть друг с другом.

Простонав от нахлынувшего на нее наслаждения, Бьянка не понимала даже, каких усилий стоило Лео удержаться и не взять ее прямо около двери. Оторвавшись от ее губ, он стал осыпать шею девушки поцелуями, плавно опускаясь к вырезу ее рубашки. Разорвав ее, он нежно коснулся руками к ее обнаженной коже. В голове у Бьянки стало мутно, не было ничего вокруг, кроме него, его рук, его ласк. Опустив глаза, мужчина посмотрел на ее грудь. Он никогда не был обделён вниманием женщин, но не одну так не хотел, не одна не вызывала в нем таких эмоций. Сейчас Лео рассматривал: ее белую кожу, твердую, упругую грудь с светло-персиковыми на ней сосками. Наклонившись, он взял один из них в рот и слегка пососал, чуть прикусывая их. Девушку как-будто обожгло, невыносимо сладкое наслаждение пронзило тело, схватившись руками за его голову, Бья прижалась к нему и почувствовала, что что-то твердое уперлось ей в живот.

Леонардо не собирался останавливаться, чуть прикусывая сосок, он рукой начал ласкать вторую грудь. Приоткрыв рот, Бьянка стала тяжело дышать и постанывать. Оторвавшись от ее груди, Лео поднял голову и посмотрел в ее глаза:

— Я знаю, что придет сожаление, раскаяние, но сейчас не хочу думать об этом, позволь мне..

Она даже не поняла, что он ей говорит, ей хотелось, чтоб это не прекращалось. Посчитав ее молчание за согласие, Лео взял Бьянку на руки и понес к кровати. Аккуратно положив на нее, он стал снимать с девушки штаны. Когда дело было сделано, он с явным наслаждение стал осматривать ее тело: плоский живот, длинные ноги, но взгляд задержался на темном треугольнике меж ее ног. Улыбнувшись, как кот, он начал целовать ее, не пропуская не единой частички божественного тела. Бьянка извивалась под ним, ей самой хотелось прижаться к нему, погладить его тело. Приподнявшись, Бьянка дрожащими руками хотела расстегнуть на нем рубашку, но Лео остановил ее:

— Я сам, — прошептал он.

Встав, мужчина стал раздеваться…когда последняя часть его туалета лежала на полу, он двинулся к ней. Бьянка с удовольствием рассматривала его тело. Невольно взгляд скользнул туда и сердце на миг замерло, она буквально поглощала взглядом его естество, меж ног уже было мокро и тянуло. Хотелось, чтоб он скорее коснулся ее там.

Леонардо лег с ней рядом, наклонившись, он начал целовать ее губы, а рукой двинулся к самому сокровенному ее месту. Он гладил ее там, тер большим и указательным пальцем маленький островочек желания. Бья выгиналась ему на встречу, стонала, а когда он проник в нее пальцем чуть вскрикнула. Мужчине нравилась ее реакция на его ласки, он сам был возбуждён до предела. Вынув палец, он раздвинул ее ноги и лег сверху. Прижав ее хрупкое тело к себе, резко вошёл, Бьянку пронзила боль, впившись ногтями в его спину, она произнесла:

— Больно, мне больно.

Поднявшись и оперевшись руками о изголовье кровати, он прошептал:

— Прости меня, прости девочка.

Лео поцеловал ее и стал медленно входить и выходить из нее, она замерла, не отвечая на его ласки, как-будто прислушиваясь к своему телу. Однако через мгновение боль сменилась пронзительным удовольствием, девушка стонала, прикусывая плечо мужчины. Бьянка стала двигаться ему на встречу, она буквально потонула в его объятиях, ещё раз простонав, она выгнулась у нему, целуя в шею. Ее тело буквально распалось на несколько кусочков, поглощая всю с головой в пучину наслождения. Через несколько резких толчков, он достиг пика вслед

XII

Фелуца сидела около раненного, угрозы смерти не было, организм у мужчины был молодой и крепкий, поэтому он должен был выкарабкаться. Почему-то девушке он понравился, что-то в нем было то, что она не увидела здесь в этой стране. Хотя, она не видела этого и на родине…родина, закрыв глаза она представила эту природу, красоту дворца и улочек. Дворец, она так любила играть в внутреннем дворике, он был украшен мазайкой, высокие колонны уходили ввысь…открыв глаза, девушке помотала головой, как бы скидывая наваждение. Повернув голову к раненому, она заметила, что тот открыл глаза и с интересом изучает ее.

— Кто Вы? — прошептал еле слышно.

— Не волнуйтесь, все хорошо, Вы в безопасности, я…, - она запнулась, Фел не знала стоит ли открывать незнакомцу кто она есть или нет, хотя, какое это имеет значение, а вдруг он может помочь, — я принцесса Сирийская.

— Вы шутите, — не мог поверить Эзио в только что услышанное.

— Я говорю серьезно, а вот Вам сейчас напрягаться не стоит, слишком слабы, — ее очень забавляла его реакция на слова.

— Если б я только знал, что придется переодеться, попасть в руки пьяной страже, чтоб увидеть тебя…

Его слова тронули Фелуцу, ласково, почти любовно прикоснулась к губам мужчины пальцами и прошептала:

— Не говорите, Вам рано ещё, поспите.

— Но… тебе не интересно, кто я?

— Я узнаю это, когда Вы окрепнете, мне нужно позвать моего друга, чтоб он позаботился о Вас, — девушка встала и направилась уже к двери, она хотела привести батиста.

— Не уходи…

— Я вернусь к Вам, обещаю…

Данте уже давно, как уехал из Венеции его путь пролегал через море прямиком к Сирии. К эмиру…

Дворец Эмира был велик, поражал искусным дизайном. Данте уже неделю находился в владениях господина и все никак не мог свыкнуться с столь роскошной обстановкой.

— Что теперь нам делать? — спросил он в один из дней у господина.

— Я соберу нужное количество людей и мы направимся в Венецию, но нам нужно получить соглашение самого короля, именно этого я жду, а пока ты будешь находится здесь, — задумчиво он потер подбородок, — ты гость и бояться здесь нечего.

— Я вовсе не боюсь. Письмо, которое недавно получил не самое хорошее, понимаете, что от короля возможно и не дождемся ответа, — Данте взглянул в темные глаза эмира, — папа может перехватить его. Там находится Ваша дочь, силы братства скудеют, если вдруг их найдут, то…

— Довольно! — мужчина выкрикнул, вставая, — На третьи лунные сутки мы двинемся в путь…

Утром Бьянка проснулась радостная, но окинув взглядом фигуру мужчины, ею овладел стыд. Осуждала она себя за то, что произошло? Нет. Ей было хорошо, она была счастлива, но как теперь она сможет посмотреть ему в глаза, что будет теперь? Увы не знала, как поведет себя, для него это ничего не значило, потому, что было много женщин, а она? Очередная дурочка, которая испытывает к нему симпатию…симпатию? Ооо нет, далеко не ее, пора открыть себе, что любит его. Решив, что будет легче, если Леонардо как и она обдумает все, девушка оделась и вышла за дверь, где и наткнулась на Вито.

— Доброе утро…

Он обвел ее взглядом, понимая что произошло:

— Ты спала с ним? Ты спала с этим убийцей?

— Он не убийца! — выкрикнула Бьянка, — он не убивал Ромула. Да, я с ним спала, и кажется ты тоже не о философии говорил с Андреиной.

— Это он тебе сказал, что не он убийца, — проигнорировав ее реплику, ответил Вито.

— Да..

— И ты ему веришь?!

— Верю…

Неожиданно, юноша замолчал и кинул взгляд на дверь, она отворилась и на пороге стоял Леонардо, улыбаясь:

— Уважаемый человек, ты что-то имеешь против меня? Так пройдем к Эрнесту и сразимся на публику.

Посмотрев ещё раз на Бьянку ненавидящими глазами, он не проронив не слова, ушел.

— Так значит ты веришь мне? — приподнял бровь Лео.

Она не оборачиваясь, чувствовала, что он улыбается, взяв всю волю в кулак, она ответила:

— Да, будь ты проклят.

Подойдя к ней, он обнял ее и прошептал на ухо:

— Зачем ты ушла?

По телу пробежала дрожь, сердце бешенно заколотилось, превозмогая нахлынувшие на нее сердце бешенно заколотилось, превозмогая нахлынувшие на нее желание, Бьянка ответила:

— Я…я не знаю, что теперь меж…

— Это решать только тебе, родная, — поцеловав ее в шею, — увидеться в низу.

Папа уже все продумал, мощь повстанцев ему была нужна для того, чтоб окончательно свергнуть его ненавистного врага в лице мальчишки короля. Он был настроен решительно, планировал напасть на город, перед этим отравив конечно мальчишку, после всего можно подставить этого дурачка Курта. Когда будет перебита половина стражи, то он выйдет и прекратит войну, да, в глазах народа он станет святым. А что насчёт эмира и его дочери, мужчина поморщился, так с ними он сможет справится с помощью безвольной толпы его фанатиков. Осталось только выяснить, где может быть царское отродье, где вообще скрываются эти ничтожества…ладно, это дело он поручит верному слуге, если прошлое он провалил, то это должен выполнить, ведь куда ещё проще?

Ночью папа пробрался в покои Эзио, но там его не было, план с отравлением пропал, что привело в бешенство…

Короля во дворце не было уже несколько дней, что делать он не знал, как быть, что говорить и главное, куда он мог пропасть? Это все настораживало, но до поры нужно было придумать версию, что монарху нездоровиться…

Прошло несколько дней.

Эзио все так и не решился открыть кто он Фелуце, да и остальным тоже, никто кроме Эрнеста и Аины не знали об его происхождении. Леонардо догадывался, но так же покорно молчал.

Эзио сам не мог понять почему же скрыл от нее тот факт, что он ее будущий муж. Возможно не хотел, чтоб она воспринимала его как жениха, хотел стать ей другом. Узнать будущую жену с иной стороны. Они много времени проводили вместе, гуляли по двору, или же сидели и разговаривали о разной ерунде. Она ему нравилась, такую поразительную девушку он ещё нигде не видел. Фелуце тоже нравился новый знакомый, он будил в ней желания, которые должна была пересечь на корню, ведь обещана она иному…часто по ночам девушка думала о нем, он был очень интересен, понимал ее, слушал, о таком муже она мечтала, а не о неизвестном, чужом короле…

Вито все свое время проводил с Андрииной, пытаясь как можно меньше общаться с Бьянкой, последнее время она его выводила из себя, особенно когда видел ее в окружении этого напыщенного мужлана. Что только она в нем нашла, неизвестно, но он чувствовал, что между ними что-то есть и этому он не хотел мешать. Андри не нравилась ему так, как Бья, но с ней можно было быть открытым, к тому же девушка знала, что он ее так не любит, как любит Бьянку.

Сама же Бьянка была счастлива, в-первые за всю свою жизнь, она чувствовала себя нужной, одно только напрягало ее, Леонардо не разу не сказал что любит ее, он желал ее тела, но о чувствах не было речи. Да, он был нежен к ней, внимателен, но этого было мало.

Остальные члены братства жили своей привычной жизнью, один Эрнест пребывал в задумчивости, он получил письмо от Данте, скоро грядет битва и стоит найти место, где можно устроить тренировки, а так же все продумать.

XIII

— Да, — Эзио сидел рядом с Эрнестом и рассматривал дневник, — как же я был глуп.

— Не то слово, теперь понимаете, чем и как живёт город, — Эрнест стоял рядом с королем, — я получил письмо от Данте, послезавтра, а может и завтра они прибудут, и. думаю эмиру не по вкусу придется, то, что его дочь до сих пор не живёт во дворце. Кстати, почему не рассказали принцессе о своем происхождении?

— Я не планирую пока об этом вообще говорить, пусть все останется так, как есть, будет сюрпризом, — Эзио встал со стула и направился к двери, — завтра вернусь во дворец, хорошо будет, если вернусь не один.

— Я понял Вас, я дам двух лучших людей.

Бьянка лежала рядом с Леонардо, размышляя о своем, ей было хорошо, спокойно, ничего не хотелось, кроме вот этой идиллии, только одно мешало в душе, это то, что она до сих пор не знала, а любит ли ее он? Как бы почувствовав то, что она не спит, Лео тихо прошептал:

— Думал спишь, о чем ты думаешь?

— О тебе, — честно призналась она.

— Поделишься? — он провел пальцами по ее плечу.

— Ты любишь меня? — она сама не поняла, как эти слова вырвались из ее губ. Девушка напряглась, ожидая ответа.

— А ты меня? — Лео был удивлен не меньше ее.

— Да.

— За что? Ведь в самом начале терпеть не могла, думала, что я убил твоего друга, стоило нам…

— Стоило, что!? Ты думаешь, да ты…ты, — в душе клокотал гнев, поднявшись она с горечью поняла, что слезы предательски катятся из ее глаз, стараясь не смотреть на него, девушка начала одеваться.

— Ну стой, я не это хотел сказать, — ему было стыдно за то, что так обидел ее.

— Все, что хотел, уже сказал, — одевшись, девушка быстро вышла за двери.

Стояла солнечная погода, город как всегда жил своей жизнью, Данте уже соскучился по всей этой суете, красоте и жизни. Наконец они прибыли к родным берегам. Эмир не спешил дать знать обо всем королю, тем более, что ему было известно, что короля во дворце нет, но это и не особо волновало его. Отдав несколько приказаний, он стал думать о грядущей битве.

— Фелуца? — Эзио зашел в комнату к девушке без стука, она сидела около окна и смотрела в него, на голос друга даже не обернулась, все мысли были далеко от этого места. Она размышляла о том, что скоро нужно надо будет выйти замуж за того, кого совсем не знала, тем более, что уже глубоко в душе любила другого. Невольно по щекам покатились слезы, чтоб не показать их только что вошедшему мужчине, она не оборачивалась.

— Фел? Ты слышишь меня? Мне уйти? — ответа снова не последовало, он закрыл дверь и медленно направился к ней. Девушка продолжала сидеть и безмолвно смотреть в окно. Эзио, подошел и повернул ее к себе, — что такое? Почему ты плачешь?

Больше сдерживаться Фел не могла, бросившись к нему, обняла и дала волю чувствам, зарыдав в его грудь:

— Я не могу, не могу, хочу домой, я не хочу, не хочу выходить замуж за того, кого не знаю, хочу по любви, хочу за тебя…

Сердце в его груди застучало быстрее, он все же добился своего, добился того, что она привязалась к нему, возможно любит, если хочет, чтоб он стал ее мужем. На миг, ему захотелось, чтоб она узнала кто он, все рассказать, но нет, нужно играть свою роль до конца.

— Послушай, я…поверь мне, мы будем вместе, — он провел рукой по ее волосам, — поверь мне, Фелуца, я обещаю тебе это, ты будешь моей женой, а я твоим мужем и никому тебя не отдам.

Она с горечью покачала головой:

— Это не возможно, я обещала другому.

— Ты не вещь, чтоб тебя обещали, просто дай мне знать, слышишь? — он посмотрел в ее темные глаза, — дай знать, что любишь меня, что всегда будешь моей.

Вместо всех слов, девушка приблизилась к его лицу и нежно чмокнула в губы. Поцелуй был очень невинен и по детски наивен, но хватило, чтобы мужчиной завладела страсть. Обняв, он поцеловал ее, не особо вдумываясь в то, что может напугать девочку.

— Открой рот, приоткрой, — прошептал Эзио, отрываясь от губ.

— Я не могу, не умею, нам не стоит…

— Просто доверься мне, — он принялся осыпать поцелуями ее щеки, шею, спускаясь чуть ниже к груди.

И она доверилась, глупый и наивный ребенок, она даже не думала, о последствиях, о том, что скажет своему мужу потом. Она доверилась ему, приоткрыла рот и поддалась в перед, сама не понимая, но бестыдно предлагала себя мужчине. Он целовал ее губы нежно, Эзио хотел, чтоб девушка запомнила это, не хотел, что она делала это по принуждению. Хотел сейчас, чтоб она хотела этого сама.

Его руки мягко легли ей на плечи и стянули грубое церковное платье в низ. Его взору открылась прекрасная картина, маленькая, упругая грудь с нежным светло-розовым ореолом сосков. Оторвавшись от ее губ, он начал осыпать поцелуями шею и плечи, начиная мягко массировать мягкие окружности. Фелуца закрыла глаза наслаждаясь его прикосновениями, когда он взял один сосок в рот и слегка пососал, девушка не смогла сдержать стон, ей хотелось, чтоб это не прекращалось. Вцепившись руками в его волосы, она прижала его к себе теснее. Оторвавшись от груди девушки, Эзио прошептал:

— Тише, тише милая. Не так сильно.

Затем снтянул с нее платье, начал пожирать глазами ее тело, Фелуца густо покраснела, осознав, что полностью обнажена перед ним, она начала прикрывать руками наготу.

— Не надо любимая, не стоит, ты прекрасна, расслабся.

Отойдя от нее, Эзио начал раздеваться. Фелуца следила за его действиями, с удовольствием изучая его тело, а когда взгляд скользнул в низ, туда, где бестыже восставало то, чем он должен принести ей не мало наслождений, перехватило дыхание.

— Тебе нравится?

— Да, — шепотом ответила она, не отводя взгляда от него. В-первые она видела голого мужчину перед собой.

Снова подойдя к ней, мягко толкнул на кровать и навис сверху, начиная целовать ее живот, двигаясь губами в низ. Добравшись до темного треугольничка меж ее ног, он коснулся пальцем по бугорку, заметив, как та выгнулась на встречу, начал тереть бугорок меж пальцев. Девушка начала громко стонать, те ощущения, которые он ей дарил сводили с ума и в конец лишали воли, хотелось еще и еще. Убрав руку, он припал губами к ней и начал уже языком и следовать каждую клеточку. Его язык проникал внутрь, губы то и дело посасывали заветный бугорочек, так продолжалось пока она не издала почти нечеловеческий крик наслождения.

Эзио больше не мог терпеть, поднявшись в верх, он резко вошел в нее. Фелуца зажмурилась, но не от боли, а от подступившего к ней наслождения, она стала его. Принадлежала душой и теперь телом мужчине, которого любила.

Бьянки было горько от того, что она так безумно поверила этому человеку, хотя чего она ожидала, он привык, что ему все можно и дозволено. Привык покупать и распоряжаться, как и все богатые, хоть она и не знала особо о их жизни, но рассказов хватило. Но она и сама была знатного рода, значит сама была такая же…если б только можно хоть одним глазком снова увидеть родителей, маму и папу. Она помнила их очень смутно, лица из памяти были почти стёрты, ведь была тогда совсем маленькая, но память оставила ей воспоминия о тепле, которое они дарили ей. О слуге… будь проклят тот день и человек, который затеял все это, лишил всех того, что дорого, ну по крайней мере ее. Из задумчивости ее вывел скрип двери, обернувшись, девушка увидела Леонардо.

«Ну почему он такой красивый..», — сердце предательски сильно забилось, но Бья старалась не выдать себя.

— Зачем ты пришел?

— Я сегодня ухожу, поэтому хотел бы сказать кое-что, прежде чем покину тебя, — усмехнувшись, он направился к ней.

— Ты уходишь? — что-то внутри оборвалось, слезы подступили к глазам, — куда? То есть, что ты хотел сказать? — пытаясь придать голосу безразличие.

— Не играй, ты не умеешь притворяться, — Лео неожиданно повернулся и направился назад к двери, — я зашел сказать, что тоже тебя люблю, прощай.

— Стой! Прошу, — Бьянка поднялась с кровати и кинулась к нему, чуть не стукнувшись о его спину, — не уходи, не бросай меня, возьми меня с собой, я…я..

— Я не могу не идти, был отдан приказ сопровождать его величество во дворец..

— Король был здесь?

— Он до сих пор здесь, это наш раненный, вот его и нужно сопровождать во дворец, и охранять, но не бойся, я пойду с твоим рыжим другом, Вито по моему, — он обнял её за плечи.

Как только он коснулся ее, девушка увидела картину: Лео раненный падает с лошади, вокруг много народа, которые сражаются между собой.

— Что с тобой?

— Не уходи! Прошу тебя, Леонардо, не уходи, останься!

— У нас есть еще время, я уйду, но обещаю вернуться за тобой!

Провести время вместе хотели не только король с принцессой и Бьянка с Леонардо, но и остальные герои. Вито сидел рядом с Андрииной на полу, сидели они молча не говоря лишних слов, первой нарушила молчание девушка:

— Долго собираешься молчать?

— Не знаю, — ему порядком все надоело, — что ты хочешь?

— Ничего, я не хочу, знаешь мне хватило уже раз служить подстилкой для кого-то.

— Я не пользуюсь тобой, как тот…, - он нахмурился и не знал, как продолжить.

— Да? По мне разница только в том, что ты мне симпотичен.

— В чем причина тогда? — он отодвинулся от нее и обвел взглядом с ног до головы.

— В том, что больше не хочу спать без любви, а ты меня не любишь. Ложись спать, — она повернулась на бок и закрыла глаза, якобы засыпая.

— Откуда ты знаешь кого я люблю? А кого нет, — он резко повернул ее к себе.

— Пусти, ты любишь эту Бьянку.

— Она давно мне безразлична, знаешь ли любовь увядает от того, что нет взаимности, а ты всегда была рядом…

— Не неси банальщины, прошу, — она внезапно рассмеялась, возможно осознавая то, что всё-таки не безразлична ему и счастье наконец повернулась к ней нужной стороной.

— Но я тебя лю…

— Заткнись, — Адри закрыла ему рот поцелуем…

Аина уже несколько дней чувствовала себя неважно. Эрнест всячески старался угодить ей, но настроение у возлюбленной быстро менялось.

— Я не могу понять, как тебе угодить? Что с тобой происходит?

— Не знаю, что это со мной, но мне тошнит, — она вышла в сад и уселась прям на траву, вдыхая аромат цветов, пытаясь запахом сбить поступающую к горлу тошноту, но резкий дурманящий запах лишь делал хуже.

— Аи, а ты…может..

— Что ты там говоришь? — ее резко вывернуло в кусты.

— Ты беременна?

— Я же говорю тебе, я не знаю, что ты за дурак…

Папа готовил нападение, как только на улицу опустится ночь. Город уснет и будет разгромлен до половины. Войско повстанцев во главе с Куртом стояло около замка и ожидало, когда же отдадут приказ…

И вот этот момент наступил, повстанцы вырвались в дома, убивали мужчин и насиловали женщин. Страже приказали бездействовать. Как раз в это время на улице оказались наша троица: Вито, Эзио, Леонардо.

— Что происходит? — озираясь по сторонам, произнес Вито.

— Мы слишком поздно вышли, — ответил Эзио, озираясь по сторонам, — нужно скорее во дворец.

— Нет, — возразил Леонардо, — если прийти во дворец сейчас, то либо убьют, либо сделают виновным. Вито, отправляйся в братство, предупредить всех. Я направлюсь к бухте и буду ожидать когда же прибудет подмога, а вы выше сиятельство к страже, она должна поддержать короля.

— С чего ты взял, что я буду тебя слушать…

— Тебе отдали приказ, выполняй его, — крикнул Эзио, — удачи вам, надеюсь у нас все получится.

Вито из всех сил побежал к церкви, чтоб предупредить братство, на было поздно. Когда он начал приближаться, то увидел, что двери открыты. Ринувшись в перед, он забежал и увидел: Бьянка загораживала собой Фелуцу. А Андреина сидела на полу и держала бездыханное тело батиста, по ее щекам стекали слезы.

— Что произошло? — закричал он.

— Люди в черной одежде, ворвались сюда, они громили все на своем пути, первым кого убили это его, — Бьянка указала глазами на тело, — они врывались в комнаты, Эрнест убил двоих, я одного, остальные сбежали. Они вернуться. Где Леонардо!?

— Он куда-то пошел, Андри, с тобой все хорошо? — мужчина подошел к ней и поднял.

— Да…

— Куда он убежал? — глаза Бья заблестели от гнева, — стой здесь, — обернулась к Фелуце, — отвечай мне! Немедленно!

— С ним все хорошо, он пошел вдохнуть свежего воздуха, сбежал проще говоря, где Эрнест и Аина?

— Побежали к дворцу, — поднялась Андри, — нам нужно спрятать ее, пока что-нибудь не случилось.

Фелуце было все равно на все, проснувшись от шума, она не обнаружила подле себя своего любимого, горечь и стыд забрались в душу и ели ее изнутри. Осознание, что ее бросили, по пользовались, налгали. Все больше эта страна не нравилась ей, все указывали, пользовались, хватит, это нужно прекращать.

— Хватит указывать что мне делать, хватит! Я пойду с вами, пойду во дворец к этому королю и выскажу все в лицо, нужно прекращать это все!

— А я согласен с ней…

Король сумел уговорить стражников, они двинулись по улицам города, вырезая повстанцев, но двинулась еще одна во главе с Куртом. Силы стали ослабевать и стражники во главе со своим предводителем начали отступать. В это время на улице оказались наши герои, Фелуца была облачена в асассинский наряд. Бьянка и Вито старались защититься от то и дело нападающих на них людей.

— Куда нам теперь? Они скоро перережут всех и нас в том числе! — закричал Ви.

— Есть предл…, - ее речь оборвалась, потому, что в сражающуюся толпу надвигалось многочисленное войско во главе с Леонардо….

Эмир и Данте сумели пробраться во дворец, стража без препятствий их пропустила в нужные комнаты, а точнее в комнату, где находился папа. Он стоял на балконе и наслаждался видом.

— Все кончено, — произнес Данте.

— Я не победим, моя армия не победима.

— Одумайся, твоей армии скоро не будет, безумец! — неунимался Дан.

— Ее уже нет, последнии повстанцы скоро падут, — в комнату неожиданно вошел Эзио в сопровождении Эрнеста и Аи.

Большинство повстанцев уже полегло на улицах города. Остальная часть была взята в плен вместе с Куртом. Бьянка стояла рядом с Леонардо:

— Думаю, что тебе решать его судьбу, — произнес Лео на ухо Бьянке.

— Нет, пусть король сделает это, — кинув меч, девушка оглянулась в поисках остальных.

— Почему?

— Больше не хочу никого убивать, смотри, — она указала пальцем на балкон, на которой вышел Эзио в сопровождении эмира и папы.

— Дорогие мои, — король начал речь, — очень долгое время я был в неведении, долгое время вас и меня обманывали. И виной этому всему он, — он подтолкнул папу в перед, — полагаясь на него, я думал, что возлагаю город в надежные руки, но это не так. Это он отдал приказ о том, чтоб город разгромили, хотел власти и в подтверждение всему этот дневник! — мужчина поднял высоко над головой дневник, — я отдаю этого предателя вам. Еще новость, Сирию и Италию нужно соединить, соединить союзом. Меня и принцессы Сирийской. Я хочу чтоб воины, которое долгое время скрывали ее, привели во дворец…

Фелуца была не удивлена, она была ошарашена новостью о том, что ее любимый Эзио и есть тот самый король, радость сменилась гневом, как он мог не сказать ей? Как мог так смеяться, издеваться и пользоваться ее не ведением! Однако, когда все-таки его увидела, то вся злость ушла куда-то и наступила радость, дикое счастье, что она выйдет замуж за любимого человека…

Прошло уже несколько месяцев с тех событий. Жизнь в городе восстановилась. Папу отдали толпе, разъяреные жители не смогли простить ему того, что с ними произошло, челоческая масса растерзала его.

Курта казнили публично, на эшафоте. Вместе со всеми остальными предателями. Эзио и Фелуца поженились, пока король и королева живут вместе, слушая и помогая друг другу. Бьянка ушла из братства и стала жить с Леонардо в его поместье. Вито и Андреина, медленно, но все же развивают свои отношения, в домике с прекрасным видом на набережную. Да, король сделал каждому подарок, дал золота и проживание, зато, что с ним так хорошо обходились. Аина и Эрнест, так же счастливы и ждут первенца. Эмир вернулся к себе в страну и мудро правит. Наступил мир, но долго ли он продержится? Кто знает…будем надеяться, что да.


Оглавление

  • Начало
  •   I
  • Взрослая жизнь
  •   II
  •   III
  •   IV
  • Венеция
  •   V
  •   VI
  •   VII
  •   VIII
  •   IX
  •   Х
  •   XI
  •   XII
  •   XIII