КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 579489 томов
Объем библиотеки - 869 Гб.
Всего авторов - 231838
Пользователей - 106469

Впечатления

a3flex про Кощиенко: Сакура-ян (Попаданцы)

Я думал автор забросил этот цикл. Рад возвращению хорошего чтива.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про (Cyberdawn): Музыка Имматериума (СИ) (Космическая фантастика)

Общее впечатление начала книги - словесный панос. Однозначно в мусорную корзину. Не умеет автор содержательно писать, не матом (Краб), не псевдоумным философствованием. Философия - это инструмент доказывания с элементами логики, а не пустой трёп, типа я вот какие слова знаю и какой я умный, дивитесь мной! Не писатель, а чудо-юдо какое то. Детсад, штаны на лямках с комплексами. А кому это надо? У хороших авторах даже мат и пошлости в тему и к

подробнее ...

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Влад и мир про Евдокимов: Котяра (СИ) (Самиздат, сетевая литература)

Простенько, но читается легко и интересно.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Довбенко: Сбор и заготовка грибов (Справочная литература: прочее)

Уважаемые пользователи!
В нашей библиотеке появилась новая функция. Теперь вы можете добавить в "Избранное" понравившиеся вам книги, авторов, серии и жанры. Все они появятся в секции "Избранное" вашей "Книжной полки". Просто нажмите на сердечко возле книги, автора, серии или жанра. Это значительно упростит вам навигацию по нашей библиотеке.
Данная функция особенно полезна для

подробнее ...

Рейтинг: +10 ( 10 за, 0 против).
DXBCKT про Доценко: Срок для Бешеного (Боевик)

Самое забавное — что прочитав 2-ю, 3-ю и четвертую части, я так и не удосужился прочитать начало... В конце концов в той стопке книг (которую я взял по случаю) ее не было... вот я и решил пропустить часть первую «по уважительным обстоятельствам»)). Но начав читать — все же решил (пусть и с опозданием) соблюсти хронологию и ознакомиться с первой книгой данного цикла.

С одной стороны — первая часть книги такова, что я уже хотел

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Калашников: Гнев орка (Публицистика)

Вообще-то не совсем в моих правилах комментировать (еще) непрочитанную книгу, но поскольку поток мыслей «уж очень велик»)), рискну сформулировать кое-что прямо сейчас (ибо к финалу боюсь забуду если не все, то большее) из того что пришло на ум...

С одной стороны, на «вторичном рынке» (книг!)) полным полно всяческой литературы, написанной десятилетия назад... Так опять зайдя в старый «книжный развал» (на самом деле — мини-магазинчик),

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про серию Гром

Книга сухая, читается как справочник. Много повторов и пафоса. И глупости с крышей. Оказывается, что бы одному человеку или 50, без разница сколько, жить в своё удовольствие нужно всех поставить раком и враждовать со всеми. Спрашивается, что есть счастье? Посидеть утречком или вечерком с удочкой на речке, сходить в лес за гребками или плюнуть в чужой огород? Есть тонны взрывчатки для уничтожения прохода к нам и никаких проблем. Хочется

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Второе лицо, настоящее время [Дэрил Грегори] (fb2) читать постранично

- Второе лицо, настоящее время (пер. Нина Киктенко) (а.с. Лучшее за год: Научная фантастика, космический боевик, киберпанк - xxiii -4) 121 Кб, 29с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Дэрил Грегори

Настройки текста:




Дэрил Грегори Второе лицо, настоящее время[1]

Если вы думаете: «Я дышу», то «я» здесь лишнее. Нет того, кто произносит «я». То, что мы называем своим «я», — это просто вращающаяся дверь, которая движется, когда мы вдыхаем и когда мы выдыхаем.

Сюнрю Судзуки[2]
Я долго думал, что мозг — самая важная часть моего организма. Потом я понял, кто внушает мне эту мысль.

Эмо Филипс
Войдя в кабинет, я вижу доктора С, который, облокотившись о стол, ведет серьезную беседу с родителями умершей девочки. Ему не до веселья, но, подняв на меня взгляд, он изображает на лице улыбку.

— А вот и она, — весело говорит он, совсем как ведущий развлекательного шоу, демонстрирующего грандиозный приз.

Сидящие на стульях люди оборачиваются, и доктор Субраманьям незаметно ободряюще подмигивает мне.

Отец встает первым, это мужчина с квадратным, в старческих пятнах лицом, с тугим, как баскетбольный мяч, животом, который он гордо несет перед собой. Как и в предыдущие наши встречи, выглядит он насупленным, но изо всех сил старается придать лицу приличествующее его чувствам выражение. А мать уже вся в слезах, лицо ее полностью открыто всем эмоциям: радости, страху, надежде, облегчению. С таким лицом идут в атаку.

— Ой, Тереза, — говорит она. — Ты готова ехать домой?

Их дочь звали Терезой. Она умерла от передозировки почти два года назад, и с тех пор Митч и Элис Класс без конца ездят в этот госпиталь, чтобы навестить ее. Им так отчаянно хочется, чтобы я была их дочерью, что они в этом уже не сомневаются.

Моя рука все еще лежит на дверной ручке. — А у меня есть выбор?

Согласно документам, мне всего семнадцать лет. У меня нет ни денег, ни кредитных карточек, ни работы, ни машины. Только кучка одежды. Да еще Роберто, дородный палатный санитар, который стоит в коридоре у меня за спиной, отрезая мне путь к отступлению.

У матери Терезы, похоже, на мгновение перехватывает дыхание. Это стройная, худощавая женщина, из тех, что выглядят высокими лишь в сравнении с другими людьми. Митч поднимает руку к ее плечу, затем опускает.

Как всегда во время визитов Элис и Митча, у меня возникает ощущение, будто я оказалась в гуще какой-то «мыльной оперы», где никто не может подсказать, как мне играть свою роль. Я в упор смотрю на доктора С, но его лицо застыло в профессиональной улыбке. Несколько раз за последние годы он убеждал их в необходимости еще подержать меня здесь, но они больше его не слушают. Они мои законные опекуны, и у них Другие Планы. Доктор С, отвернувшись от меня, потирает кончик носа.

— Так я и думала, — говорю я.

Отец хмурится. Мать разражается новой порцией слез и не успокаивается, пока мы не выходим из здания. Доктор Субраманьям, засунув руки в карманы, стоит у входа и наблюдает за тем, как мы отъезжаем. Никогда в жизни я так не злилась на него — за все эти два года.

Название этого наркотика — дзен, или «зомби», или просто «Z». Благодаря доктору С. я довольно хорошо представляю себе, как дзен убил Терезу.

— Резко взгляни влево, — сказал мне однажды доктор. — Теперь быстро посмотри направо. Видишь ли ты комнату как бы в дымке, когда переводишь взгляд? — Он подождал, пока я проделаю это снова. — Нет никакой дымки. Никто ее не видит.

Такого рода вопросы приводят доктора в состояние возбуждения и беспокойства. Эту дымку не только никто не видел, она начисто вычеркивалась из сознания. Мозг перепрыгивал через нее — взгляд налево, затем взгляд направо, а между ними — полное отсутствие чего бы то ни было. Мозг так играет с чувством времени человека, что ему кажется, что никаких пропусков и вовсе нет.

Ученые установили, что мозг всегда вымарывает лишнее дерьмо. Они подключали пациентов к приборам, приказывая им поднять палец и подвигать им столько раз, сколько им захочется.

Каждый раз после того, как мозг направлял сигнал, проходило до ста двадцати миллисекунд, прежде чем пациент сознательно решал пошевелить пальцем. Доктор С. говорил, что можно видеть, как мозг разогревается перед тем, как человек сознательно подумает: «Пора».

Это странно и становится еще более странным по мере того, как вы над этим размышляете. А я много об этом думала.

Вот, к примеру, сознательное желание: «Я, — думает мое „я", — да ведь я пить хочу». Я потянусь за стаканом холодной воды, но на самом деле это еще ничего не решает. К тому времени, как вы еще только осознаете, что вас мучит жажда, сигнал к началу движения вашей руки уже проделал половину пути. Мышление — это слишком поздно пришедшая в голову мысль. Между прочим, говорит мозг, мы решили двинуть вашей рукой, так что будьте добры, подумайте об этом.

Интервал обычно составляет максимум сто двадцать миллисекунд. Дзен растягивает эту цифру до минут. Часов.

Если вы столкнетесь с человеком, подсевшим на дзен, вы не очень-то