КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 615405 томов
Объем библиотеки - 957 Гб.
Всего авторов - 243187
Пользователей - 112863

Впечатления

kiyanyn про Meyr: Как я был ополченцем (Биографии и Мемуары)

"Старинные русские места. Калуга. ... Именно на этой земле ... нам предстояло тренироваться перед отправкой в Новороссию."

Как интересно. Значит, 8 лет "ихтамнет" и "купили в военторге" были ложью, и все-таки украинцы были правы?..

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
Влад и мир про Форс: Т-Модус (Космическая фантастика)

Убогое и глупое произведение. Где вы видели общество с двумя видами работ - ловлей и чисткой рыбы? Всё остальное кто делает? Автор утверждает, что вся семья за год получает 600 и в тоже два пацана за месц покупают, то ли одну на двоих, то ли каждому игровую приставку, в виде камня, рядом с которой ГГ по многу суток не выходит из игры, выходит из неё не сушоной воблой, а накаченным аполлоном. Ну не бред ли? Не знаю, что употребляет автор, но я

подробнее ...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про Первухин: Чужеземец (СИ) (Фэнтези: прочее)

Книга из серии "тупой и ещё тупей", меня хватило на 15 минут чтения. Автор любитель описывать тупость и глупые гадания действующих лиц, нудно и по долгу. Всё это я уже читал много раз у разных авторов. Практика чтения произведений подобных авторов показывает, что 3/4 книги будет состоять из подобных тупых озвученных мыслей и полного набора "детских неожиданностей", списанных друг у друга словно под копирку.

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
Влад и мир про Поселягин: Погранец (Альтернативная история)

Мне творчество Владимира Поселягина нравится. Сюжеты бойкие. Описание по ходу сюжета не затянутые и дают место для воображения. Масштабы карманов жабы ГГ не реально большие и могут превратить в интерес в статистику, но тут автор умудряется не затягивать с накоплением и быстро их освобождает, обнуляя ГГ. Умеет поддерживать интерес к ГГ в течении всей книги, что является редкостью у писателей. Часто у многих авторов хорошая книга

подробнее ...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про Мамбурин: Выход воспрещен (Героическая фантастика)

Прочитал 1/3 и бросил. История не интересно описывается, сплошной психоанализ поведения людей поставленных автором в группу мутантов. Его психоанализ прослушал уже больше 5 раз и мне тупо надоело слушать зацикленную на одну мысль пластинку. Мне мозги своей мыслью долбить не надо. Не тупой, я и с первого раза её понял. Всё хорошо в меру и плохо если нет такого чувства, тем более, что автор не ведёт спор с читателем в одно рыло, защищая

подробнее ...

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Телышев Михаил Валерьевич про Комарьков: Дело одной секунды (Космическая фантастика)

нетривиально. остроумно. хорошо читается.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Визит [Нина Стожкова] (fb2) читать постранично


Настройки текста:




Нина Стожкова Визит

«Боже, как орут птицы за окном! Интересно, который час?

Янина Ивановна оглядела комнату. Она вставала с постели не раньше восьми утра, предварительно помахав в воздухе руками и ногами. Теперь, на пенсии, можно было позволить себе делать зарядку не торопясь, без угрызений совести, что она куда-то опоздает или что-то не успеет.

«Да нет, какая зарядка, рано еще! Солнце только что встало», – подумала она и попробовала опять заснуть. Это ей почти удалось, но птицы за окном вновь заорали так пронзительно, что дрема слетела, словно легкое покрывало.

– А ну, кыш! Разорались тут! – крикнула в окно Янина Ивановна. Черно-серые простецкие воро’ны, хабалистые и горластые, как базарные торговки, гоняли за окном большого иссиня-черного во’рона.

Ворон лениво перелетал с ветки на ветку и презрительно поглядывал на хулиганок. Наконец уселся на подоконник и принялась с достоинством чистить перья.

Янина Ивановна вздохнула и отправилась на кухню варить кофе. Врачи, обсуждая с ней диету, настаивали на овсянке. Можно подумать, они сами варят себе кашу в шесть утра! В столь ранние часы мысль о каше вызвала у Янины Ивановны отвращение. Она сделала бутерброд с сыром, порезала на блюдце маленькую буроватую помидорину и поставила на стол плошку с горсткой блестящей, тщательно вымытой черешни. Лето все-таки!

Ворон внимательно наблюдал за Яниной Ивановной, сплевывавшей черешневые косточки в изящное блюдце. Цепкий взгляд пернатого хищника нацелился на кусок сыра. лежавший на тарелке. Женщина вздрогнула и прикрыла бутерброд рукой. Ворону это явно не понравилось. Он недовольно каркнул и стукнул в окно большим черным клювом.

– Ладно, лови! И проваливай, куда летел, – буркнула дама.

Ворон ловко подхватил ломтик сыра, брошенный из форточки, и плюхнулся на старую липу напротив окна Янины Ивановны.

Женщина улыбнулась. Роли в известной басне поменялись с точностью до наоборот! Плутовкой оказалась не лиса, а птица, ловко выклянчившая у нее кусок чеддера.

– Надо написать об этом пернатом наглеце Борису, – подумала Янина. – Пускай посмеется!

Борисом звали ее друга по переписке. Они обменивались посланиями уже больше десятка лет, однако, как сейчас говорят, офф лайн, виделись каких-то два-три раза, не больше. Сотни километров между ее Москвой и его Петербургом, да и невеликая пенсия не позволяли ездить в другой город на выходные, как принято нынче у молодых.

Они познакомились лет пятнадцать назад, когда в электронный журнал, где тогда работала Янина Ивановна, прилетел небольшой симпатичный рассказик, подписанный «Борис Рутман, Санкт-Петербург». Редакторша и автор перекинулись пару раз деловыми письмами, и вскоре оказалось, что на многие вещи они смотрят одинаково. Если бы эти двое были людьми других профессий, то, наверное, переписка вскоре прекратилась бы. Однако писательская привычка складывать слова в предложения сыграла с ними злую шутку. Незаметно переписка сделалась неотъемлемой частью их жизни. Так выпивоха подсаживается на, казалось бы, легкий напиток, к примеру, пиво, если принимает его регулярно и в больших количествах. Вот и у них привычка писать друг другу старомодные длинные письма постепенно переросла в безобидную, однако неизлечимую зависимость. Молодняк давно уже перекидывался короткими фразами в социальных сетях и в мессенджерах, а Янина и Борис год за годом делились подробными размышлениями на волновавшие темы. И он, и она были, так сказать, графоманами в первоначальном значении этого слова, то бишь, маньяками создания текстов.

Когда посланий от одного долго не было, другой начинал волноваться и, наконец, потеряв терпение, писал: «Что случилось? Какие новости?». Ну и дальше, как говорится, «по повестке».

Как ни странно, даже пищевые и кулинарные предпочтения у них были одинаковые. Неудивительно, что переписка, поначалу официальная, постепенно проросла множеством сюжетов и ответвлений. Тонкие, едва заметные нити, перекинутые между ними, постепенно крепли, разрастались, скручивались и через несколько лет стали чем-то вроде прочного, просмоленного каната, завязанного морским узлом.

Как ни странно, ни он, ни она ни разу не попытались перевести переписку в романтическую плоскость. В первые годы их эпистолярной активности Борис был счастливо женат третьим браком, а у давно разведенной Янины не было ни малейшего желания вносить в налаженную жизнь очередную сумятицу. Уединение, возможность писать и читать по ночам ее вполне устраивали, и точка.

Прошло лет десять с начала их бурной переписки. Однажды Янина с трудом разлепила глаза и увидела себя в больничной палате. Тяжелая операция и сутки в реанимации были позади. Она выжила, значит, надо было возвращаться к обычной жизни. Янина вспомнила, как с трудом дотянулась до телефона и открыла почту. Первое письмо было, конечно, от Бориса. Он весело шутил о врачах, подбадривал ее, призывал скорее вылезать из больничной тягомотины. Ей внезапно захотелось встать с