КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 584617 томов
Объем библиотеки - 881 Гб.
Всего авторов - 233424
Пользователей - 107298

Впечатления

Серж Ермаков про Ермаков: Человек есть частица-волна. Суть Антропного ряда Вселенной (Эзотерика, мистицизм, оккультизм)

Вот ведь не уймется человек. Пишет и пишет, пишет и пишет... И все ни о чем. Просто Захария Ситчин и Елена Блаватская в одном флаконе. И темы то какие поднимает. Аж дух захватывает, и не поймет чудак-человек, что мир в принципе непознаваем людьми. Мы можем сколь угодно долго и с умным видом рассуждать и дуализме света (у автора то же самое и о человеке), совершенно не объясняя сам принцип дуализма и что это за "штука" такая. Люди!!! Не тратьте

подробнее ...

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Stribog73 про Уемов: Системный подход и общая теория систем (Философия)

Некоторые провайдеры стали блокировать библиотеку https://techlibrary.ru/. Пока еще не официально. Видимо, эта акция проплачена ЛитРес.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Annanymous про Свистунов: Время жатвы (Боевая фантастика)

Мне зашло

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Xa6apoB про Bra: Фортуна (Альтернативная история)

Фу-фу-фу подразделение " Голубые котики"

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Azaris4 про (Айрест): Играя с огнём (СИ) (Фэнтези: прочее)

Прочитав почти половину книги, могу ответственно сказать, что это фанфик на мир Гарри Поттера. Время повествования 30-е годы 19-ого века. Попаданец с системой, но не напрягучей. Квадратных скобок и записей на пол страницы о ТТХ ГГ тут нет. Книга читается легко, где то с юмором, где то нет(жалко было кошку в первых главах). В общем не плохая такая книга-жвачка на пару дней. На твердую 4.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
DXBCKT про Гравицкий: Четвертый Рейх (Боевая фантастика)

Данная книга совершенно случайно попалась мне на глаза, и через некоторое время (естественно на работе) данная книга была признана «ограниченно годной для чтения»))

Не могу не признаться (до того как ее открыть) я думал, что разговор пойдет лишь об очередном «неепическом сражении» с «силами тьмы» на новый лад... На самом же деле, эта книга оказалась, как бы разделена на две половины... Кстати возможность полетов «в никуда» и «барахлящий

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Доронин: Цикл романов"Черный день". Компиляция. Книги 1-8 (Современная проза)

Автор пишет-9-ая активно пишется. В черновом виде будет где-то через полгода, но главы, возможно, начну выкладывать месяца через 2-3.Всего в планах 11 книг.Если бы была возможность вместить в меньшее число книг - сделал бы. Но у текста своя логика, даже автору неподвластная. Только про одиннадцать могу сказать, что это уже всё, точка.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Две стороны справедливости (ЛП) [Animepaige] (fb2) читать онлайн

- Две стороны справедливости (ЛП) (пер. (акиэла.)) 562 Кб, 104с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - (Animepaige)

Настройки текста:



— Тебе не кажется, что это немного странно? Я все еще думаю, что слишком поспешно назначать его на такую должность в настолько юном возрасте–

Шепот утих, стоило офицерам заметить Майлза Эджворта, идущего позади. Не то чтобы в этих словах было что-то особенное, чего Эджворт еще не слышал за последний месяц. По прежнему глядя вперед, Эджворт прошел в кабинет и закрыл дверь, стряхивая с плеч плащ, чтобы убрать его на ближайшую вешалку. Кабинет все еще ощущался слишком холодным и лишенным обжитости, даже несмотря на то, что принадлежал ему вот уже тридцать дней. Его взгляд скользнул по окружению, прежде чем замереть на столе, где маленький металлический кусочек демонстрировал: “Майлз Эджворт. Шеф полиции”. Чувства от этого были горько-сладкие, ведь здесь уже не сидел его отец, предыдущий шеф полиции, и не мог поздравить сына. Прошло шесть лет после инцидента, и хотя Эджворт твердил сам себе, что он перестал горевать, он знал — его сердце никогда не перестанет оплакивать отца. Этот человек был всем для Эджворта, пока не оказался резко вырван из его жизни в тот роковой снежный вечер.

Эджворт хлопнул руками по столу и потряс головой. У него не было времени на рассуждения о таких вещах. Есть работа, которую нужно завершить. Эджворт сел на офисный стол, потратил мгновение на то, чтобы успокоиться, и наклонился вперед, намереваясь завершить часть бумажной работы. Он знал, что они давали ему документы, чтобы не выпускать в поле, но не понимал, почему. Боялись, что он сделает что-нибудь безрассудное или глупое из-за своего возраста? Ему, может, и было всего двадцать четыре, но на самом деле он провел всю осознанную жизнь в полиции благодаря отцу. Он был полон решимости во что бы то ни стало доказать, насколько способным является и что может справиться со всем, что подкинет судьба. Однако была в этом плане небольшая загвоздка.

В дверь его кабинета постучали два раза, и Эджворт оторвался от бумаг, чтобы позвать человека, так как он уже знал, кто это. Дородный детектив вошел внутрь, закрыв за собой дверь. Под мышкой у него была газета, а в руке — свежезаваренный кофе. По выражению его лица Эджворт уже мог сказать, что произошел еще один… инцидент.

— Доброе утро, детектив Гамшу.

Этот мужчина входил в тот узкий круг лиц, который полностью поддерживал его быстрое повышение. Самое меньшее, что Эджворт мог сделать — это вести себя доброжелательно. Гамшу ответил застенчивой улыбкой.

— Ага… Доброго утра, — крупный мужчина прошел ближе к столу Эджворта и положил на него газету и кофе.

Ах. Вот оно что, — объяснение сразу бросилось в глаза. Линчеватель, Темный Феникс, снова нанес удар. Эджворт вздохнул и снова откинулся на спинку стула, одной рукой держа стакан кофе, а другой массируя переносицу.

— Я не в настроении вычитывать об убийстве из романтизированных журналистских пересказов. Дай мне краткий отчет о произошедшем.

Детектив застыл и громко отдал честь, выкрикнув:

— Сэр!

Если верить детективу, их любимая заноза в боку уничтожила склад, который использовался для торговли контрабандой. Виновных обнаружили прямо на складе без сознания лишь с несмертельными ранениями, как и обычно. Темный Феникс ни разу не убил никого во время своих “героических” выпадов. Если здание, которое он поджигал, выглядело небезопасным, он перетаскивал преступников наружу и связывал их чем-нибудь до прибытия правоохранительных органов.

— И мы уверены, что это дело рук линчевателя? — спросил Эджворт, не поднимая взгляда на детектива.

— Ага! Его предательское голубое пламя было повсюду!

Даже не поднимая головы, Эджворт мог с уверенностью сказать, что детектив улыбается. Темный Феникс был местной знаменитостью, поэтому и последователей у него немало; даже большая часть полиции — его фанаты. Вот почему Эджворта так беспокоило, что именно ему выпала участь привлечь линчевателя к ответственности. Выдали уже несколько ордеров на его арест по всем пунктам обвинения в вандализме, нападении и воровстве, и они быстро накапливались. Как только Эджворта повысили в должности, то сообщили, что это дело является его наивысшим приоритетом, и от этого у него свело живот. Именно благодаря линчевателю убийца его отца был признан виновным, а теперь Эджворт отвечал за то, чтобы его посадили. От этого ему поплохело.

Эджворт потянулся, чтобы отхлебнуть кофе, который ему принесли, но быстро отстранился и недоверчиво посмотрел на стакан. Его взгляд переместился на детектива, который потирал затылок.

— У меня не было времени зайти в вашу обычную кофейню, сэр. Я решил, что все лучше, чем ничего, и забежал в новое кафе по соседству.

— Новое кафе? — он приподнял бровь. Неужели он и правда был настолько отвлечен, что даже не заметил открытия?

Гамшу счастливо кивнул.

— Ага! Оно называется “Медиум обжарка”. Я разговаривал с одной из работниц, и она сказала, что семья владельца принадлежит какому-то роду спиритических медиумов, — Гамшу пожал плечами, выглядя неуверенным. — Скорее всего, это что-то типа какого-то тематического кафе.

Эджворт уже начал отвлекаться от собеседника, но потом поднял взгляд на стакан кофе и сделал еще один восхитительный глоток.

— Их кофе превосходен. Благодарю, детектив.

Лицо Гамшу засияло от похвалы.

Когда детектив ушел, Эджворт допил кофе и вскоре вернулся обратно к работе, поскольку теперь ему нужно было написать рапорт о недавней атаке линчевателя. Во время работы он продолжал тянуться к пустому стакану, как будто надеялся, что в нем снова магическим образом появится кофе. Раз уж это кафе, значит, они подавали и чай, и, судя по особенному кофе, он тоже обещал запомниться — Эджворт был в небольшом предвкушении. Большинство местных кафе находились слишком далеко от полицейского участка, и это было неудобно.

И все же Эджворт считал странным, что кафе появилось так быстро. Конечно, он был немного отвлечен своими мыслями последнее время, но не настолько, чтобы проигнорировать небольшой ремонт в открывающемся кафе. К тому же, ресторан, который был в том помещении до этого, закрылся не так давно. Каким бы хорошим ни был их кофе, Эджворт становился слишком настороженным из-за стольких удачных событий. Может быть, ему стоит посетить кафе после работы и взглянуть на все своими глазами.

Комментарий к Глава 1

окей, начало положено….. 😨 палками не бейте, я впервые перевожу что-то больше драббла. надеюсь, найду в себе силы перевести все от начала до конца (включая экстры, конечно же) ✊

========== Глава 2 ==========

Его ручка почти слетела со стола от того, с какой силой он швырнул ее, когда закончил подписывать последнюю часть документов. Эджворт облокотился о спинку стула, поднимая руку к лицу, чтобы потереть глаза. Судя по отсутствию шума снаружи двери, было уже довольно поздно. Он повернул руку, чтобы посмотреть время — 19:12. Больше двенадцати часов рабочего дня, потраченного исключительно на бумажную волокиту. Замечательно.

Эджворт поднялся со стула, потягиваясь и разминая запястья, чтобы расслабить одеревеневшее тело. Когда он почувствовал себя немного лучше, то принялся собирать свой дипломат. Из-за нынешней обстановки в участке Эджворт не был уверен, что вещи, которые он оставляет в офисе, не окажутся испорчены. Не очень здорово думать о подчиненных в таком ключе, но что поделаешь. За Эджвортом присматривал только он сам, а это означало, что он не может доверять остальным. Если бы с ним что-то случилось, это было бы “О нет! Только не начальник полиции!”, а не “О нет! Только не Майлз Эджворт!”. Глубокая хмурость украсила его черты, и он быстро двинулся к двери, как будто уход из офиса мог заставить мысли остановиться.

Он замер на месте, когда слегка задел что-то ногой. Сбитый с толку, он посмотрел вниз и увидел одноразовый стаканчик из-под кофе с нарисованной на нем зеленой цифрой девять. А, кофе.

Он поднял стакан и оглядел его. Логотип был довольно простым: надпись “Кафе “Медиум обжарка” незамысловатым шрифтом, а рядом девятка, и, к слову, хвостик цифры выглядел немного странно. Вспоминая сегодняшнее утро и болтовню Гамшу, он сообразил, что это, должно быть, что-то вроде призрака. Он забросил стакан в мусорку и прошел к вешалке, чтобы снова надеть плащ.

Может быть, ему стоит зайти в это кафе — если не из-за возникших подозрений, то хотя бы ради неплохой чашечки чая. Это был тяжелый день, и он точно заслужил ее.

***

Толкнув вперед неожиданно тяжелую деревянную дверь, Эджворт вошел в кафе. Интерьер был странной смесью японского традиционного стиля и обыкновенного кафе, однако, вместо более светлых оттенков, которых можно было ожидать от стен, кафе оказалось более темным; мрачным. Свет приглушен; горели лишь свечи, чтобы озарять столы. Если бы не изначальная диковинность кафе, голубое пламя свечей вызвало бы всевозможные тревожные звоночки. У затемненных окон стояло несколько мягких сидений с небольшими книжными полками под ними. Либо дизайнеры не могли определиться, либо стиль был компромиссом между несколькими сторонами. У прилавка была U-образная зона отдыха с кофейной станцией и персоналом в центре дальней стены. Эджворт поднял глаза и увидел, что его радостно приветствовала черноволосая девочка-подросток.

— Добро пожаловать в кафе “Медиум обжарка”! Что я могу наколдовать для вас?

Эджворт не догадывался, была ли это игра слов или просто странная фраза. Его размышления не продлились долго, и он, наконец, взглянул на меню, мгновенно ошеломленный множеством предложенных вариантов. Через мгновение он услышал девичий смешок, который заставил хмурость вернуться на лицо.

— Знаю, глаза разбегаются! Не торопитесь! — она развернулась к закрытой двери позади и поднесла руку ко рту, чтобы сделать голос громче. — Эй, Ник! Я хочу сделать перерыв!

На мгновение воцарилась тишина, пока из помещения, которое, по предположению Эджворта, было кухней, не вышел мужчина.

Мужчина был такого же роста, как и Эджворт, и выглядел на тот же возраст. “Ник” уставился на Эджворта со странным выражением лица. Несколько эмоций, казалось, проявились на нем, но Эджворт только вздернул бровь в замешательстве. Эта тяжелая тишина и долгий зрительный контакт продлились еще мгновение, прежде чем лицо другого мужчины стало печальным, и он наконец отвел взгляд. Возможно, он подумал, что Эджворт похож на кого-то знакомого, а потом понял, что обознался?

Ник носил белую маску, закрывающую его нос и рот, и был одет в мешковатый темно-синий свитер. Это… не слишком шло ему, но не то чтобы Эджворт осуждал. Тем, что привлекло внимание Эджворта, стали зачесанные назад колючие волосы. Это была странная прическа, очень напоминающая ту, что у линчевателя, разве что у Ника она направлялась четко назад, тогда как у Темного Феникса часто расходилась в стороны. Когда его голубые глаза, похожие на океан, наконец снова посмотрели на Эджворта в ответ, мужчина, казалось, вышел из того транса, в котором пребывал.

— Прошу прощения за это. Вы выглядели знакомо, и я подумал… хе-хе, неважно, — мужчина почесал затылок и легко было догадаться, что он посмеивался за маской. — Вы определились с тем, что хотите заказать?

Эджворт вспомнил, зачем он пришел и прочистил горло, прежде чем заговорить:

— Как хорош ваш чай?

Ник обхватил свой подбородок, поглаживая его указательным пальцем.

— Я не особо чаеман, но могу сказать, что он неплох. Хотите какой-нибудь определенный сорт?

— Я бы хотел эрл грей, если это возмо–

Он был прерван девочкой-подростком:

— Погодите секундочку! Вы же новый шеф полиции!

Эджворт помедлил с ответом.

— …Да. Шеф полиции Майлз Эджворт к вашим услугам.

Девочка выглядела воодушевленной.

— Тот большой неряха-парень забрал ваш кофе утром? — Эджворт снова вздернул бровь, но кивнул в ответ. — Ну и как? Ник очень старался, потому что большой парень сказал, что вы очень придирчивый!

Брови Эджворта нахмурились. Кажется, ему предстоит провести серьезную беседу с детективом. Краем глаза Эджворт заметил, что Ник, казалось, ждал его ответа.

— Если бы мне не понравилось, стоял бы я здесь, чтобы заказать что-нибудь? — он пострался сдержать раздражение в голосе. Девочка и Ник переглянулись. Оба выглядели… расслабившимися? Почему его мнение так много значило? Из-за его статуса? Нет. Разве нужно новому кафе, чтобы он был на его стороне? Эджворт снова оказался выдернут из мыслей голосом, но на этот раз его обладателем оказался Ник:

— Если вам понравился мой кофе, могу ли я посоветовать чай?

Эджворт взвесил варианты. Если будет совсем плохо, он просто выльет напиток.

— И о каком же совете речь, мистер Ник?

Ник выглядел обрадованным тем, что Эджворт согласился его выслушать.

— Вы когда-нибудь пробовали лондонский туман?

— Не думаю.

— Понял! Чтож, это что-то вроде латте с эрл греем, но с примесью ванили, — Нику, казалось, было трудно объяснять, хотя рецепт выглядел достаточно простым. Эджворт решил: почему бы и нет?

— Если вы сделали тот утренний кофе, то тогда доверюсь вашему суждению.

Ник поблагодарил его и быстро приступил к работе. Благодаря планировке прилавка Эджворт мог наблюдать за ним, и делал это из чистого любопытства. Ник заварил чай как обычно, но также добавил что-то фиолетовое в него. Хотя Эджворту и показалось это странным, он не произнес ни слова. Ник оставил чай настраиваться на несколько минут, прежде чем процедить его в чашку парного молока. Ложечка сахара и щепочка ванили — и напиток готов. Как только Ник закончил размешивать его, он с нетерпением протянул чай Эджворту. Эджворт взял его, но все никак не решался выпить. Может быть, всему виной были две пары нетерпеливых глаз, таращившихся на него сверху вниз. В конце концов чашка поднеслась к губам Эджворта, и он сделал глоток. Его зажмуренные глаза сразу же распахнулись, стоило сладкому, насыщенному и странно успокаивающему вкусу коснуться языка. Он посмотрел на Ника, который просто ухмыльнулся из-под своей маски. Эджворт сделал еще глоток, наслаждаясь теплым напитком. Молчание затянулось на мгновение, прежде чем Эджворт наконец вынес свой вердикт.

— Это очень вкусно. Большое спасибо.

Подросток обрадовалась:

— Уиии, Ник! Два из двух!

Ник только усмехнулся в ответ, снова потирая затылок:

— В этом нет ничего особенного, Майя, — пусть он и сказал это, мужчина, очевидно, был очень доволен результатом.

— Чем были те фиолетовые бутоны, которые вы добавили в чай? — Эджворт чувствовал знакомые нотки, но не настолько, чтобы идентифицировать их.

Ухмылка Ника тут же стала шире:

— Просто лаванда. Вы выглядели так, будто нуждались в отдыхе.

Ох. Неужели его и правда так легко прочесть? Отбросив надвигающиеся мысли, Эджворт пошевелился, собираясь достать бумажник, но Ник заметил это и остановил его.

— Не стоит! Это за счет заведения.

Эджворт моргнул, замирая на миг, чтобы осмыслить сказанное.

— Сомневаюсь, что это надежная бизнес-практика. Пожалуйста. Позвольте мне, — несмотря на настойчивость Эджворта, Ник просто выставил руки крестиком и потряс головой:

— Считайте это извинением за мой непрофессионализм ранее.

Кажется, Эджворту здесь не победить. Вздохнув, он вернул бумажник в карман.

— Как скажете. Большое спасибо. Хорошего вечера.

Поскольку его руки были заняты, он слегка кивнул головой на прощание и вышел, толкнув дверь плечом. Направляясь к парковке полицейского участка, он вспомнил, что еще недавно расстроился из-за чего-то, но так и не определил, из-за чего. Глядя на чай, он был даже рад забыть о причине. Возможно, сегодняшний день все-таки не настолько ужасен.

========== Глава 3 ==========

Недовольный шеф полиции едва ли не хлопнул дверцей машины. Мало того, что у него не было времени заварить кофе утром, так он еще и заснул прямо за рабочим столом, из-за чего у него теперь болело все тело. Брови нахмурились, и мрачное настроение отразилось на его лице, пока Эджворт стремительно приближался ко входу в участок. Он уже положил руку на дверь, чтобы открыть ее, как вдруг замер и обернулся на соседнее кафе.

После его первого визита туда месяц назад, Эджворт стал местным завсегдатаем. Каждое утро он заходил за стаканом кофе, а каждый вечер — за чашкой чая. Однако из-за участившихся атак Темного Феникса Эджворт слишком много стрессовал и перетруждался, чтобы найти время для похода в кафе. Ник, должно быть, переживал. Он казался чувствительным человеком, который слишком зацикливается на таких вещах.

Не успел Эджворт опомниться, как уже входил в кафе.

Внутри не было ни души, как и обычно сразу после открытия. Эджворт выяснил несколько вещей о работниках за последние несколько недель. Ник и Майя были единственными сотрудниками, которые остались после того, как Мию, владелицу кафе и старшую сестру Майи, убили внутри прежнего, оригинального кафе. Ник был ее учеником в то время, а Майя — единственной оставшейся семьей. Кафе должно было перейти ей в собственность после ухода Мии, но она слишком юна для этого, поэтому было принято решение передать его Нику, бросившему кулинарную школу. Когда Эджворт спросил, почему он не стал доучиваться, Ник просто ответил, что ему не нравился путь, по которому он шел. Эджворт решил, что выпытывать подробности не стоит.

Уход Мии также стал причиной переезда. По словам Майи, старое место вызывало слишком много воспоминаний, и Эджворт прекрасно это понимал. У него самого ушло очень много времени на то, чтобы набраться смелости и ступить в кабинет шефа полиции после смерти отца, а ведь это даже не было местом его гибели. Он сочувствовал бедной девочке.

Потерянный в мыслях, Эджворт не сразу заметил, как Ник выскочил из кухни, чтобы поприветствовать его. Он понял это только потому что услышал тяжелое дыхание из-под белой маски Ника. Она, похоже, приносила практическую пользу. У Ника был очень чувствительный нос, а так как он пекарь, его всегда окружают порошки вроде муки или пудры, которые легко раздражают нос и вынуждают чихать. Вместо того чтобы снимать маску всякий раз, когда он ходит туда-обратно из зала на кухню, Ник предпочел всегда держать ее на носу и благодаря этому не забывать надевать ее обратно. Ник сказал, что даже один случайный чих уничтожит несколько партий ингредиентов и выпечки. Эджворт на мгновение хотел попросить его снять маску, чтобы увидеть спрятанное за ней лицо, но это было только из чистого любопытства, поэтому он прикусил язык и отступил.

— Эджворт! Вот ты где! Я так волновался, что ты поранился или еще что-нибудь! Ты вдруг так внезапно прекратил заходить… — в глазах Ника промелькнула грусть, и у Эджворта слабо заныло в груди.

— Я просто был чересчур занят. Не следует ждать меня каждый день, — прямолинейно ответил он, подходя к прилавку. Кофе всегда был одним и тем же, поэтому Нику не понадобились инструкции. Работая, Ник старался разговорить Эджворта, но тот не слушал. Он положил на прилавок газету, которую все это время держал в руках, и пристально смотрел на нее. Его хмурое выражение лица стало еще мрачнее. Только когда на него внезапно опустили чашку, он поднял угрюмый взгляд.

— В чем дело? Почему ты– оу, — Нику понадобилось слишком много времени, чтобы осознать, что из-за удара из чашки выплеснулось немного кофе и попало на газету, которую читал Эджворт. Ник запаниковал и тут же забрал чашку, коротко извиняясь, но было уже поздно. Эджворт вздохнул и взял салфетку, чтобы промокнуть кофе.

— Забудь об этом. В любом случае, я по большей части рассматривал фото.

Брови Ника заинтересованно поднялись, и он заглянул в газету.

Молчание между ними возрастало, пока не нарушилось громким голосом Ника:

— Это и правда фиговое фото. Немного грустно, что это по прежнему самое четкое изображение Темного Феникса.

Эджворт согласно хмыкнул.

— Похоже, камера по какой-то причине автоматически сфокусировалась на луне. Ох, технологии не перестают мне досаждать, — Эджворт украдкой взглянул на другого мужчину, который, несмотря на жалобы, все равно выглядел воодушевленным из-за фотографии. Ник определенно фанат Темного Феникса, и он даже пытался повторить его прическу, но так и не смог уложить ее веером. Чтобы не рисковать волосами, он решил оставить все так. И даже несмотря на то, какой странной выглядела его прическа, Ник не жалел.

— Эй. Раз уж ты отвечаешь за поимку этого парня, может, знаешь, почему его прозвали “Темным Фениксом”? Он записки с подписями оставляет или что-то в этом духе? — Ник рассмеялся, позабавленный своими словами, тогда как у Эджворта они вызвали только вздох.

— СМИ использовали это прозвище, и оно просто прижилось. В полиции его обычно называют линчевателем.

Ник скрестил руки на груди и облокотился локтями о прилавок, вздыхая.

— Чтож, теперь из-за этого прозвища люди думают, что я и есть линчеватель. Я конечно думаю, что он крутой и все такое, но тем не менее!

Эджворт посмотрел на него, вздернув бровь.

— Почему прозвище должно иметь к этому какое-то отношение? Как с ним связано имя Ник?

Ник тут же взглянул на него, поначалу удивленный, и, казалось, вспоминал что-то про себя.

— О! Ник это просто сокращение, которое придумала Майя. Меня зовут Феникс Райт, так что люди частенько в замешательстве… хе-хе. Я забыл, что никогда не говорил тебе. Извини.

Эджворт смотрел на него с отсутствующим выражением лица:

— Тебя зовут… Феникс.

Ник тут же выпрямился обратно и замахал руками перед собой, как будто защищаясь:

— Только не говори, что и ты считаешь меня Темным Фениксом!

— Нет. Просто я думаю, что это странное имя.

— Эй! Вини моих родителей! Это они меня так назвали! — Феникс подцепил бумажник из кармана и показал свое удостоверение. Конечно же, в нем было написано “Феникс Райт”. Но не это привлекло внимание Эджворта.

— Почему в месте проживания указан адрес кафе?

Феникс рассмеялся, убирая удостоверение обратно.

— Очевидно, потому что я здесь живу! На втором этаже, вместе с Майей. Как же еще мы бы умудрялись работать с пяти утра и до десяти вечера?

Эджворт неторопливо скрестил руки на груди.

— Я предполагал, что вы просто живете неподалеку, но теперь, когда ты сказал об этом… здание действительно слишком высокое, чтобы быть просто кафе.

— Агась, а еще мы экономим деньги на дорогу и аренду! Одни плюсы! — Феникс широко улыбнулся, скрытый маской, и Эджворту стало немного грустно, что он не мог этого увидеть.

Эджворт проверил часы и взял газету, с недовольством посмотрев на нее, прежде чем убрать. Он схватил кофе и развернулся, чтобы уйти, как вдруг негромкий искренний оклик остановил его. Эджворт обернулся к Фениксу, немного растерянный, и удостоился скромной улыбки.

— Просто чтобы ты знал… Может я и фанат Темного Феникса, но я понимаю, почему вы стараетесь поймать его. Просто хочу, чтобы ты знал, что я не расстроюсь, когда ты неизбежно схватишь его! — улыбка Феникса стала шире, и губы Эджворта слабо изогнулись в ответ.

— Спасибо, Райт.

— Ооо не-е-ет! Мне уже пора жалеть, что я сказал тебе мое имя? Ты стал таким официальным со мной! — Феникс надулся, опустив голову и опустив руки. Эджворт просто покачал головой, чтобы скрыть растущую на лице улыбку.

— Это полностью твоя вина, Райт.

Феникс продолжал притворно дуться, когда Эджворт собрался уходить. Он открыл дверь и крикнул в ответ:

— Увидимся после работы, — это, казалось, значительно приободрило Феникса. Направляясь в полицейский участок, Эджворт лелеял эту маленькую победу.

Комментарий к Глава 3

в оригинале прямо к третьей главе прикреплена картинка с изображением той газеты, которую обсуждали эджворт с фениксом, но я не могу прикрепить на нее ссылку 😡 если будет интересно, загляните в оригинальный текст на архиве

========== Глава 4 ==========

Эджворт не смог сдержать свое обещание Райту. За выходные в его кабинете скопилось несколько отчетов — отчетов, которые привели Эджворта в бешенство. Если верить этим документам, Темный Феникс активно издевался над полицией. Абсолютно бессмысленно! Это совсем ему несвойственно! Должно быть, очередная подделка. Они ловили множество подражателей, и этот явно не был исключением.

Когда прибыл офицер, подавший рапорт последним, его немедленно вызвали в кабинет шефа полиции. Мужчине было неуютно, и он нервничал под взором Эджворта, который был направлен поверх сложенных рук. Они разделяли тяжелую тишину, пока Эджворт наконец не заговорил:

— Есть идеи, зачем я вызвал тебя сюда?

— Инцидент прошлой ночью, да..?

— Верно. Расскажи мне… По какой причине меня не проинформировали до того, как я прочел отчет? Было официально объявлено, что о любых изменениях в поведении линчевателя должно быть доложено лично мне сию же секунду, — глаза Эджворта сузились, и мужчина заметно съежился.

— Я-я думал, что вы уже знаете, потому что на выходных в участке только об этом все и говорили… Б-было уже очень поздно, поэтому я решил–

Громкий хлопок разнесся по кабинету — Эджворт внезапно встал, хлопнув руками по столешнице. Офицер застыл по стойке смирно, несмотря на побледневшее лицо.

— У тебя есть только прямые приказы. Предположения неуместны! — чуть ли не зарычал Эджворт. Мужчина отдал честь и рассыпался в извинениях. От такого жалкого поступка гнев Эджворта поутих, и он сел обратно на офисный стул и слегка откинулся назад. Ему потребовалось мгновение, чтобы собраться с мыслями, сесть прямо и заговорить снова:

— Мы уверены, что это настоящий линчеватель, а не подделка, как в прошлый раз?

Офицер поторопился кивнуть:

— Сэр! Нет никаких сомнений, это точно он!

Эджворт не выглядел впечатленным и махнул рукой, чтобы мужчина поведал свою версию произошедшего.

По словам офицеров, — всех тех, кого поодиночке вызвали для пересказа воспоминаний, — Темный Феникс на самом деле играл с ними. Он подошел вплотную и начал атаковать их. Офицеры пытались усмирить его, но Темный Феникс каждый раз исчезал в вихрах пламени, чтобы возникнуть где-нибудь неподалеку, смеясь над всеми. Офицеры страдали от уязвленного самолюбия, но Эджворта это не колышело. Главный вопрос заключался в другом — зачем? Зачем линчеватель дразнил их? Со скуки? Возможно. Конечно, у Эджворта уже было четыре разных отчета по отдельным случаям, но все они произошли в один короткий период времени.

Эджворт вздохнул и откинулся на спинку стула. Все, что он мог сделать — это наблюдать и пытаться установить какую-нибудь закономерность. Раздражало, что это единственное, на что он был способен. Эджворт снова нахмурился, быстро поднялся и выскочил из своего кабинета. Здесь не обойтись без совещания — пора напомнить подчиненным, как выполнять свою работу.

***

Прошло уже несколько недель с начала издевательств, и все становилось только хуже. Темный Феникс потешался над патрулями, даже не совершая преступлений, и это по-настоящему выводило Эджворта из себя. Самое худшее — то, что линчевателю удавалось сбежать каждый раз, когда он того желал. Это убивало моральный дух офицеров.

Эджворт положил файлы на кофейный столик и откинулся на спинку дивана, так, чтобы видеть кухонные часы. 02:36. Ему в самом деле нужно хотя бы попытаться поспать. Сон стал еще более эфемерным, чем обычно, из-за смеси стресса и повторяющихся кошмаров.

Как только он пошевелился, чтобы убрать файлы, приглушенно заиграла знакомая мелодия. Эджворт сначала взглянул на телевизор, но тот даже не был включен, а это значило только одно..! Он пробежал по дому так, как не бегал никогда. Открытие двери в спальню подтвердило его мысли — громкость мелодии усилилась. Он выдернул зарядку из телефона и ответил на звонок, не проверяя, кто это был.

— Говорит Эджворт, — он старался звучать ровно и одновременно пытался бесшумно отдышаться.

Голос на другом конце был неуверенным:

— Простите за поздний звонок, сэр, но мы… эм…

— Выкладывай уже. Что произошло?

— Л-линчеватель, сэр… Он сдался полиции под стражу…

Эджворт не знал, что ответить. Из всего, что ему могли сообщить, эта новость была последней, которую он только представлял услышать.

— Чт– Что именно он сказал?

— …Он сказал, что хочет встретиться с вами, сэр. Он отказывается говорить с кем-либо еще и, если мы подходим слишком близко, он отгоняет нас своим огнем..!

— Он ранил кого-нибудь?

— Нет, сэр! Похоже, он использует огонь только чтобы отпугнуть нас…

— Я буду там через двадцать минут. Сделайте все, что в ваших силах, чтобы привести его в допросную комнату.

— Сэр! Вы уверены, что это–

— Это приказ. Двадцать минут.

Эджворт повесил трубку и снова накинул пальто. Хорошо, что он еще не переоделся ко сну. Этот человек, может, и преступник, но Эджворт хотел выглядеть презентабельно во время встречи с ним. Потратив мгновение на то, чтобы привести в порядок волосы и одежду, Эджворт схватил ключи и помчался в участок. Реальность ситуации стала доходить до него только за рулем. С чего вдруг линчевателю сдаваться полиции? Что замышлял этот человек и зачем ему понадобилась встреча с Эджвортом?

Вытащив ключ зажигания, он замер в машине на короткий момент. Он успокоил нервы несколькими глубокими вздохами и наконец собрался с силами и вошел в участок. Независимо от того, чего хотел этот человек, его преступное правление закончится здесь.

========== Глава 5 ==========

Эджворт не мог отвести взгляда от одностороннего зеркала. Там сидел человек, которого он должен был поймать, не заботясь ни о чем на свете. Этот человек годами ускользал от детективов и офицеров и поднял на смех все полицейское управление. Несмотря на то, что Темный Феникс был прикован наручниками к столу, он вальяжно разлегся на стуле и закинул ногу на ногу. Улыбка застыла на его лице, пока взгляд был направлен в никуда, а сам линчеватель время от времени посмеивался бог знает с чего. Может быть, с того, насколько абсурдная сложилась ситуация.

Эджворт обернулся к присутствующим полицейским:

— Оставайтесь здесь и будьте начеку. Я позову, если понадобится ваша помощь.

Офицеры одновременно воскликнули громкое “Сэр!” и отдали честь.

Эджворт взялся за дверную ручку и засомневался. Эта комната — обычное помещение для допросов со столом в центре и стульями по обе стороны от него. Существовал только один выход из комнаты, единственный маршрут для побега. Это было хорошо с точки зрения поимки линчевателя, если он вдруг надумает скрыться, но плохо для Эджворта — он мог оказаться в ловушке.

Эджворт потряс головой. Это был единственный его шанс и, как шеф, он должен оставаться храбрым и сильным перед своими подчиненными.

Он с трудом сглотнул, прежде чем толкнуть дверь и зайти внутрь. Она закрылась позади него с громким щелчком, но Эджворт сдержался и не отскочил, потому что встретился взглядом с парой глаз напротив, внезапно уставившихся на него. Владелец этих глаз ухмыльнулся шире. Эджворт уверенно прошел внутрь и сел напротив линчевателя, сложив руки вместе на столе. Ухмылка Темного Феникса, казалось, стала только шире под взором Эджворта, и мужчина повернулся лицом, поставил ногу на пол и наклонился вперед, готовый уделить шефу полиции все свое внимание.

Никто не собирался начинать говорить, поэтому Эджворт воспользовался возможностью рассмотреть преступника перед собой. Прошло около шести лет с их последней встречи, но даже она была очень короткой. Его взгляд скользнул по облегающему темному костюму, по прическе в форме птичьего крыла и по странной маске. И вообще, как ему удалось так уложить волосы? Он лег на пол и вылил на голову две банки лака для волос, пока они не застыли в этом положении? Возвращаясь к наблюдениям, единственной голой кожей на лице линчевателя была область губ, лоб и уши, и нигде не нашлось ни одной уникальной отметины. Эджворт не ждал многого, оставался лишь небольшой проблеск надежды — найти отличительный знак с такого близкого расстояния. Теперь и он почти угас.

Темному Фениксу, казалось, наскучила тишина, и он решил прервать ее чересчур самоуверенным тоном:

— Надо же. Ты очень подрос, — поддразнил он. Эджворт в ответ только прищурился. Звучало так, будто линчеватель каким-то образом повышал свой голос, но Эджворт не мог сказать, в каком регистре он звучал обычно. — Ой, не смотри на меня так. Не похоже, что ты вообще настроен на беседу, так что я застрял в разговоре с–

— Что ты вытворяешь? Каков твой план?

Темный Феникс будто просиял под суровым взглядом шефа полиции.

— Ну? — надавил Эджворт.

Темный Феникс вздохнул и покачал головой.

— Ты такой скучный. Весь в работе, никаких игр с занудой-Майлзом~

Несмотря на жалобы, он все еще улыбался. Крохотный голубой огонек возник из ниоткуда, коснулся наручников преступника и расплавил сдерживающий замок. Линчеватель с легкостью освободился. Когда он поднялся со стула и подошел к Эджворту, тот не пошевелился, а его лицо даже не дрогнуло. Эджворт не позволил глазам избегать взгляда преступника, он не желал поддаваться запугиванию. Темный Феникс облокотился бедрами о стол и приблизился к Эджворту; его эмоции скрывала маска. Линчеватель внезапно схватил подбородок Эджворта согнутыми указательным и большим пальцами и повертел его голову под несколькими углами, чтобы рассмотреть. И без того мрачный Эджворт нахмурил брови еще сильнее.

— А раньше я думал, что ты милый, — линчеватель ухмыльнулся, пытаясь вывести Эджворта из себя.

Лицо шефа полиции оставалось свирепым и решительным.

— Зачем ты насмехаешься над полицией? Какова конечная цель твоей игры?

Темный Феникс только хмыкнул и пожал плечами, все еще держа подбородок Эджворта, бережно погладил его большим пальцем. Эджворт стиснул зубы и, наконец, с рычанием оттолкнул руку линчевателя, отказываясь быть его игрушкой.

Выражение лица Темного Феникса сменилось притворной гримасой, когда он потер пострадавшую руку в перчатке.

— Ты ранишь меня, Майлз. После всего, что я сделал, чтобы помочь тебе с тем парнем вон Кармой… тц-тц, — его ухмылка стала шире, ведь он знал, что задел за живое — Эджворт вздрогнул и напрягся.

Эджворт резко вскочил, ударяя ладонями по металлической поверхности перед собой. Его голос стал громче, что, казалось, только обрадовало мужчину напротив:

— Какова твоя цель?! Зачем ты делаешь все это??

Линчеватель, самодовольный ублюдок, имел наглость как можно комичнее пожать плечами. Терпение Эджворта лопнуло; он схватил мужчину за нелепый галстук и притянул к себе, их лица оказались в нескольких дюймах друг от друга, и эмоции на них резко контрастировали. Линчеватель даже не напрягся. Презрительная усмешка Эджворта стала ярче:

— Отвечай!

Нахальное выражение лица Темного Феникса стало искреннее.

— Я просто хотел поглядеть, как справляется новый шеф полиции, — Эджворта выбило из колеи такое внезапное изменение, и линчеватель хохотнул. — Но, как бы сильно я не хотел тебя покидать, долг зовет.

Он вырвался из рассеянной и ослабевшей хватки шефа, и тело преступника поглотили знакомые голубые всполохи. Пламя превратилось в огненный шар в форме птицы, ростом Эджворту по колено. Прежде чем Эджворт успел среагировать, птица быстро облетела его, оставляя огромный голубой след пламени. Было жарко, но не так, как если бы он на самом деле горел. Не зная этого, офицеры снаружи запаниковали и открыли дверь. Как только это произошло, птица вылетела, оставив после себя лишь горящий стул. Офицеры тут же погнались следом, но Эджворт знал — это бессмысленно. Темный Феникс исчезнет сразу, как покинет участок.

Завыла пожарная сигнализация и активировались разбрызгиватели, заливая водой Майлза Эджворта и все помещение. Мужчина не сдвинулся с места, замерев в допросной комнате, и склонил голову, чтобы челка скрыла лицо. Руки свисали по бокам, а кисти сжались в кулаки настолько сильно, что ногти оставили след на ладонях.

— Я не позволю тебе сделать из меня посмешище, — прорычал он в пустую комнату. Эджворт остался в ней еще надолго и не ушел даже когда разбрызгиватели отключились.

========== Глава 6 ==========

Комментарий к Глава 6

комментарий от автора:

✨ Итак, эта глава в два раза длиннее всех остальных, хаха, упс! Кроме того, поглядите на арт баристы Феникса! https://animepaige.tumblr.com/post/649979382301130752/just-a-pic-of-barista-phoenix-from-my-fanfic

Он был в ярости, и это еще мягко сказано. Прошло почти две недели с того случая, а Эджворт до сих пор злился. Этот преступник выставил его идиотом на глазах у доброй половины офицеров, которые в свою очередь растрепали обо всем остальным. Когда Эджворт пришел в участок на следующий день, полные жалости или превосходства взгляды удушали. И так продолжалось с той злополучной ночи. Эджворт изо всех сил сохранял невозмутимый вид, пока шел к кабинету, но, судя по тому, как люди обходили его за пять футов, похоже, это никого не обмануло. Как только Эджворт вошел в свой кабинет, он абсолютно забыл и о брошенной куда-то сумке, и о том, что нужно снять пальто. После нескольких недель подготовки он, наконец, сделал следующий шаг. Это его работа, черт возьми! И у него все получится, независимо от того, о чем там шепчутся остальные!

***

Он разговаривал по телефону все утро и отложил трубку лишь ближе к полудню. Стул слегка покачнулся назад, когда Эджворт тяжело оперся о него с закрытыми глазами. Несколько звонков были просто смехотворными, но, в конце концов, он победил. После мгновения тишины и спокойствия, Эджворт поднял взгляд на часы и решил немного прогуляться. Он все еще был зол, но один конкретный бариста нашел способ заставить его забыть о проблемах, пусть и ненадолго.

Эджворт толкнул тяжелую дверь немного сильнее, чем собирался. К счастью, она никого не задела и не издала громкого шума. Эджворт прошел внутрь, медленно проводя рукой по лицу. Ему нужно успокоиться, иначе он переживал, что устроит сцену.

Обычно Эджворт приходил сразу после открытия кафе, и тогда оно было абсолютно пустым. А сейчас его заполонили как офицеры, так и гражданские, и все наслаждались выпечкой и теплыми напитками. К удивлению, здесь не было шумно, несмотря на множество людей; царил лишь слабый гул разговоров. Эджворт ожидал, что будет громче.

Райт заметил зашедшего Эджворта и взволнованно выскочил с кухни, чтобы поприветствовать его улыбкой. В день после инцидента Эджворт пытался посетить кафе, чтобы расслабиться, но оно оказалось закрыто. Эджворт, слегка обеспокоенный, набрал указанный номер кафе. Трубку взяла мисс Фэй и сказала, что Райт слег с простудой, поэтому ей нужно приглядывать за ним. Эджворт, на тот момент все еще разъяренный после наглости линчевателя, просто пожелал ему здоровья и умчался на работу. Он удивился, увидев кафе открытым на следующий же день, да и Райт вел себя так, словно никогда не болел. Эджворт заметил легкую бледность на лице Райта и мешки под глазами, но не сказал ни слова — это не его дело.

— Приииивееееет? Земля вызывает мистера Эджворта?

Шеф полиции вынырнул из мыслей и посмотрел на немного обеспокоенного Феникса, который держал его чашку кофе.

— А. Спасибо, — Эджворт быстро забрал кофе из чужих рук, немного смущенный тем, что его застали врасплох.

Выражение лица Райта не изменилось. Он скрестил руки и облокотился о прилавок, чтобы быть поближе к Эджворту.

— Ты в порядке? Последнее время ты выглядишь очень подавленным, — Феникс понизил голос так, чтобы посторонние не услышали их.

Эджворт мягко покачал головой:

— Просто кое-что на уме, как и обычно. Я уверен, что ты в курсе, но у меня и правда есть несколько обязанностей.

— Да, но… Ты никогда не приходил в кафе на обед, — беспокойство Феникса стало заметнее. Эджворт сделал глоток кофе, чтобы скрыть удивление от осознания, что Райт был, ну… прав{?}[Та самая легендарная непереводимая игра слов с фамилией Wright и словом “прав” — right, которые звучат одинаково]. Эджворт часто пропускал обед, если только Гамшоу не напоминал ему о нем, предлагая поесть вместе.

— Я не зашел выпить утренний кофе, а Гамшу сегодня не на смене, — Эджворт бросил взгляд на смягчившееся выражение лица Райта и прикрыл глаза, чтобы немного насладиться напитком. — Кроме того, я уже заходил во время полуденной суеты, но ты был на кухне. Мисс Фэй обычно принимает мой заказ. Я удивлен, что она ни разу не сказала тебе об этом.

Чашка остановилась возле губ, чтобы спрятать небольшую улыбку, возникшую из-за реакции Райта. Тот потрясенно замер и уставился на мисс Фей, которая только подмигнула и показала язык в ответ.

Феникс вздохнул и склонил голову:

— Это нечестно…

Эджворт не мог сказать, надулся ли Райт на самом деле или только притворился расстроенным из-за пропажи Эджворта, но в груди слегка потеплело. Он решил, что это из-за кофе.

— А, я хотел попросить тебя кое о чем, Райт, — Феникс посмотрел на него снизу вверх, по-видимому, преодолев эмоции. — Не мог бы ты поменять мой утренний и вечерний напитки местами?

Феникс выглядел слегка озадаченным:

— Так, ты хочешь чай с утра и кофе перед сном? — Эджворт подтвердил коротким кивком. — Как ты собираешься спать, если будешь пить кофе так поздно? Может, хочешь кофе без кофеина?

Непринужденный вид Эджворта развернулся на сто восемьдесят градусов, и он пристально посмотрел на мужчину, который осмелился произнести эти проклятые слова.

— Ты как никто другой должен знать, что кофе без кофеина — оскорбление для кофе, — почти прорычал Эджворт. Феникса это явно не смутило, потому что он рассмеялся, и Эджворт снова расслабился.

— Шучу, шучу! Но серьезно, употреблять кофеин так поздно — не круто, да и к тому же ты говорил, что у тебя проблемы со сном.

Эджворт допил кофе и поставил чашку на прилавок:

— Я перехожу в ночную смену, вот и все, — его глаза встретились с очередным беспокойством баристы.

— Никакой больше бумажной волокиты, да? — он явно выдавливал из себя улыбку, даже если она и была скрыта маской. Феникс знал о произошедшем с Темным Фениксом благодаря слухам перекусывающих офицеров. Лицо Эджворта немного смягчилось, и он снова просто кивнул. Он наблюдал, как Феникс тихо вздохнул, поднимая и опуская плечи. Через мгновение беспокойство Феникса сменилось на ухмылку. — Это круто! Ты казался очень несчастным, пока пытался поймать кого-то, будучи запертым в кабинете круглые сутки! Я рад за тебя!

Эджворт почувствовал, как легкая улыбка опять озарила его лицо. Он не знал, в какой момент они стали так близки и с каких пор слова Феникса имели такой вес, но Эджворт не возражал. Оказывается, приятно обзавестись другом. Это ведь и есть дружба? Эджворт еще раз взглянул на мужчину. Он только что назвал его другом, но ни разу не видел половины его лица.

— Ты слишком много улыбаешься для того, кто постоянно носит маску.

Его слова застали Феникса врасплох. Он сразу стал немного застенчивым и почесал затылок.

— Это вполне естественно! Мне жаль, что ты не знаешь, как улыбаться! — поддразнил Феникс с розовеющими щеками. Эджворт мягко фыркнул в попытке сдержать вырывающийся смешок.

— Ты не понял. Я не смеюсь над тобой– ну, не совсем, — Феникс снова надулся, но Эджворт продолжил. — Я спрашивал, не снимешь ли ты свою маску, чтобы я мог увидеть, как ты улыбаешься.

Эджворт поддерживал зрительный контакт, пока говорил это, и наблюдал, как лицо Феникса все сильнее краснело. В мозгу Феникса, кажется, произошло короткое замыкание, так как он слишком долго молчал, прежде чем вдруг резко вернуться к жизни.

— Е-если ты этого хочешь… Ну, там ничего особенного, — он рассмеялся и опять почесал затылок. Жест волнения, предположил Эджворт.

— В любом случае, я бы хотел знать, что упускаю, — осторожно надавил Эджворт. Он не хотел командовать, по крайней мере надеялся, что это так не выглядит. Он не хотел принуждать его. Феникс положил руку на подбородок и слегка почесал его, размышляя о чем-то. И с чего бы ему так колебаться?

Должно быть, замешательство Эджворта было заметно, потому что когда их взгляды встретились, Феникс заволновался и поспешил объяснить:

— Я сомневаюсь, потому что забыл побриться сегодня!.. и, может быть, вчера тоже…

Эджворт вскинул бровь, не понимая, почему это так важно. Он скрестил руки на груди и продолжил выжидающе смотреть на него. Румянец Феникса увеличился, но он снял маску с ушей и сжал ее в руках с застенчивой улыбкой.

Щетина не была слишком уж большой, но на Фениксе выглядела не очень. Ему больше подошло бы быть гладко выбритым, и возможно поэтому он так долго не решался снять маску. Это не имело значения, поскольку улыбка привлекла все внимание Эджворта. Он почувствовал, что его лицо потеплело, а в груди снова растекся жар.

Эджворт понял, что пялился, когда Феникс снова почесал затылок и нервно рассмеялся:

— Плохо выглядит, да? Я иногда слишком устаю, чтобы бриться.

Эджворт с трудом сглотнул и отвел глаза, чувствуя, что краснеет еще больше, и откашлялся, прежде чем заговорить:

— Я согласен, что растительность на лице тебе не идет, но, полагаю, твоя улыбка хорошо компенсирует это.

Глаза Эджворта слегка распахнулись, когда губы Феникса расплылись в широкой улыбке. Тепло, которое он чувствовал, росло и наполняло туманом его мысли. Он даже не попытался вспомнить, почему эта ухмылка показалась такой знакомой.

========== Глава 7 ==========

— Спасибо, что заглянул! — радостно сказал Феникс вслед последнему уходящему посетителю — Майлзу Эджворту. Было бы ложью сказать, что его взгляд не провожал удаляющуюся спину. Майя закатила глаза с короткой усмешкой, которая выдернула Феникса из транса.

— Если ты закончил строить глазки посетителям, то нам нужно прибраться, — Майя бросила ему швабру, и смущенный мужчина поймал ее.

— Я-я не строил ему глазки! Ты знаешь, я–

— Да-да. Просто помоги мне с этим.

На столах стояло множество оставленных тарелок, а под ними — куча скомканных оберток и салфеток. Немного раздражало, что это место всегда становилось таким грязным после часа пик, но что поделаешь. Майя собрала посуду и использованные тарелки позади прилавка и отнесла их на кухню, чтобы засунуть все в посудомоечную машину. Фениксу всегда приходилось мыть чашку после кофе Майлза, потому что никто кроме него не приходил так поздно, но он и не возражал. Хотя прошла уже неделя — ему пора бы найти другой способ избавлять Майю от дополнительной работы.

Феникс выключил свет, так, что только голубое пламя свечей озаряло помещение. Он не хотел, чтобы кто-то подумал, что они еще открыты. Света было немного, и Майя часто жаловалась на это, поэтому Феникс предложил самостоятельно убраться в главном зале, если она помоет посуду и выставит выпечку на ночь. Да и работенка в главном зале не пыльная, скорее монотонная: стряхнуть крошки со столешниц, вернуть передвинутые стулья на нужные места, протереть сиденья, пройтись шваброй. Если на все про все уходило только двадцать минут, тогда день можно считать хорошим. И, несмотря на весь мусор, что пришлось вынести, сегодняшний день заслужил назваться неплохим.

Феникс встал на входе в кухню, восхищаясь своей умелой работой и убеждаясь, что он ничего не пропустил. Когда он удостоверился, его глаза вспыхнули неестественным синим светом, и голубое пламя вмиг погасло. Он волновался, когда Майя предложила использовать его огонь как часть декора; боялся, что это насторожит полицию. Но идея сделать обманный механизм для поджога свечей обвела всех вокруг пальца. Конечно, у людей возникали подозрения, и они проводили расследования, но обнаруживали только механизм и ничего кроме него. Фениксу трудно держать силы под контролем, не используя их несколько дней, а поджог свечей облегчал напряжение. К счастью, накопившаяся энергия последнее время не приносила проблем, ведь он часто выходил из дома по ночам.

Феникс убрал швабру и ведро в кладовку и поднялся по лестнице с кухни, чтобы найти Майю за компьютером. Сняв обувь перед дверью, Феникс вошел в квартиру. Он проскользнул мимо Майи к единственному книжному шкафу и нажал на обманный словарь, чтобы открыть спрятанную дверь. Ничего необычного, просто чулан с костюмом и украденным барахлом — улики, которые Феникс еще не придумал, как сдать, или подарки от духов, попросивших его о помощи. Он пробовал отказать им, но духи настаивали, мол, ты сможешь продать парочку вещей и выручить денег. В любом случае, Фениксу приходилось ждать, когда утихнет суета, прежде чем избавиться от найденного. Например, продажа недавно украденного единственного в своем роде предмета явно навлекла бы неприятностей — даже головорезы на черном рынке сдали бы его с поличным.

Феникс решил, что сейчас не время для этого, и зашел в чулан, прикрыв дверь так, чтобы Майя не увидела его переодевающимся. Раньше он не догадывался, как легко, оказывается, сделать дверь за книжным шкафом, поэтому теперь, глядя на потайной ход, всегда немного улыбался. Все, что нужно — это затвор от садовой калитки и тонкая веревка. И хотя со стороны конструкция выглядела так себе, Феникс гордился ею. Спасибо богу за интернет и мастеров-самоделкиных. Он даже умудрился прицепить несколько классных синих светодиодов, которые включались при открытии двери.

Переодевание не заняло много времени — за последнее время он успел натренироваться надевать костюм; даже укладка волос стала быстрее. Когда он разобрался с галстуком, то услышал, как Майя разлеглась в своем старом офисном кресле.

— Ты, конечно, любишь торопиться, Ник! — окликнула Майя с места, и Феникс вздохнул, но улыбка возникла на его лице. Он открыл дверь чулана и увидел хрустящую чипсами Майю напротив компьютера. Она наконец оглянулась на его и проглотила кусочек. — Итак, я нашла новую информацию. Очевидно, что этот парень попросил защиты у полиции на ночь. Уверен, что припугнуть его было хорошей идеей? Он реально готов в любую минуту сорваться прочь!

— Ага, ведь сейчас он в панике, а паника делает людей неосторожными. Теперь будет еще легче отыскать информацию.

Майя только закатила глаза, пока Феникс наклонился над ней и заглянул в открытый на компьютере файл. Цель на сегодня — Редд Уайт. Они получили как минимум три просьбы о правосудии от духов — четыре, если считать Мию, убитую Уайтом. Феникс до сих пор не мог смириться с тем, что это произошло прямо перед его носом и, скорее всего, по его вине. Кто-то, должно быть, видел, как он возвращался в предыдущее помещение кафе “Медиум обжарка” в образе Темного Феникса. Еще больше злило, что на поиск информации ушло несколько месяцев, но Редд Уайт занимал видное место в системе безопасности. Дело требовало тщательного планирования.

Вместе с направленными Майей духами они сумели раздобыть чертеж штаб-квартиры Блюкорп. Обычно духи запрашивали ограбления, а в качестве оплаты предлагали собственные знания и навыки. Они полны жажды мести, и Феникс разглядел в этом способ уничтожить организованную преступность, пользуясь предоставленной духами информацией. Взаимовыгодный и беспроигрышный вариант. Духи полицейских и хакеры были особенно полезными, а некоторые просто предоставляли свою внешность Майе, чтобы она могла разузнать сведения лично. Феникс ненавидел этот способ, но, к счастью, с развитием технологий от Майи чаще всего требовалось только установить прослушку или камеры.

— Я слышала, что мистер Эджворт тоже будет там, — внезапный голос Майи заставил задумавшегося Феникса чуть ли не подпрыгнуть.

— Я так и думал. Они ждут меня сегодня, а он все так же зол за тот случай в участке, — усмехнулся Феникс.

— Агаааа. Скажи-ка еще раз, зачем ты это вытворил? Абсолютно безрассудно! Ты еще и шлепнулся в обморок, потому что использовал слишком много сил просто чтобы привлечь его внимание! Держу пари, он теперь супер настороже. Он маячит здесь каждый день, — проворчала Майя и отправила в рот горсть чипсов.

— Мне всего-то нужно было проверить его.

— Но ты же и так постоянно видишь его в кафе?

— Здесь я для него чужой. Он не будет честен. Мне нужно было увидеть его настоящего.

— Ага, и поэтому ты пошел и разозлил его, — Майя скомкала пустую упаковку чипсов и бросила ее, и та попала Фениксу в голову, сразу же отскочив.

— Хе-хе… Я понял только когда все провернул. Не было способа выбраться, не огорчив его еще больше, — нервно ухмыльнулся Феникс и опять почесал затылок.

— И все же, почему ты так одержим им? Мия рассказала мне о том, что ты сделал для него шесть лет назад, — Майя отхлебнула напиток и повернулась к файлам на компьютере, все еще ожидая ответа.

— Кажется, я никогда не говорил тебе… Что ж… если коротко, мы были друзьями в детстве. Кое-что произошло, и он был единственным, кто попытался помочь мне. В результате он получил серьезную травму.

— Та травма головы из медицинской карты? — Майя посмотрела на него, казалось, понимая, как это важно для Феникса, и уделяя ему все свое внимание. Феникс просто кивнул в ответ. С того момента как Эджворт стал заглядывать в кафе, Майя начала присматриваться к нему. Она использовала дух хакера, чтобы украсть любую информацию о нем. — И поэтому ты не очень расстроился, когда он не узнал тебя? Потому что ты знал, что он потерял некоторые воспоминания.

И снова кивок. Майя развернулась к экрану.

— Извини, Ник. Должно быть, это больно.

— Так и есть. Из-за меня он лишился драгоценных воспоминаний, поэтому я просто хочу ему помочь. Он заслуживает быть счастливым, но с того дня, кажется, несчастья преследуют его.

На какое-то время они оба погрузились в тяжелую тишину, пока Майя не заговорила снова:

— …Он не проявит милосердия, когда поймет, что ты Темный Феникс, и мне страшно, Ник. Он подбирается все ближе. У тебя есть какой-нибудь план? Он видел твое лицо и, уверена, уже собирает все совпадения воедино, — Майя опять взволнованно обернулась на него, но Феникс улыбнулся и потрепал ее по голове.

— У меня есть план. Я собью его со следа сегодня ночью. Не волнуйся обо мне! — говоря это, Феникс похлопал Майю по руке, и она, хоть и немного растерянная, кивнула в знак доверия.

Феникс надел маску, закончив готовиться к выходу, и достал лестницу, ведущую на крышу. Майя наблюдала за ним с маленькой улыбкой.

— Удачи, и не забудь сохранить наушник в этот раз! Я буду указывать тебе дорогу, а то заблудишься!

Феникс рассмеялся и забрался на крышу.

Феникс — вернее, Темный Феникс — закрыл люк на крышу и сделал глубокий вдох. Было что-то такое в спокойствии и тишине ночи, что расслабляло его. Жаль, что он превратит эту тишину в хаос. Он еще раз глубоко вздохнул. Войти, получить улики шантажа и убийства Мии, выйти, анонимно доставить улики в полицию. Легко. Линчеватель задрал голову к далекому небу. Голубое пламя маленькими линиями пробежало по его телу, встречаясь с верхней частью спины. Медленно возникли огромные огненные крылья, и он несколько раз махнул ими. Выглядело круто, но для срочного побега они не годились — слишком долго формировались. Зато они отлично пригождались, когда требовалось долго лететь высоко над землей вне поля зрения.

Несколько раз взмахнув крыльями, Темный Феникс взлетел в сторону штаб-квартиры Блюкорп.

========== Глава 8 ==========

Когда Эджворт патрулировал коридоры, в них царила устрашающая тишина. Он настоял на том, чтобы пойти одному, несмотря на протесты Гамшу. У него не было права еще сильнее рисковать уважением подчиненных. Кроме того, ему требовалось время поразмыслить, зачем Темному Фениксу охотиться за Реддом Уайтом. Конечно, в последнее время действия линчевателя были совершенно не в его характере, но полиции все равно время от времени присылали компрометирующие улики. Это значило, что намерения линчевателя по прежнему верны. Оставался лишь один логичный ответ. Поддразнивание, должно быть, началось со скуки или вроде того.

Эджворт завершил обход коридоров и замер возле кабинета генерального директора. Редда Уайта прятали на первом этаже ради его же безопасности. Не хватало еще, чтобы он пострадал, пока офицеры ждали лифта. С этой мыслью Эджворт положил руку на пистолет, который лежал в наплечной кобуре. Эджворту не нравилось носить оружие на поясе. Черт возьми, сама идея наличия пистолета ему претила, но это необходимо на случай если Темный Феникс все же надумает явиться. Линчеватель показал, что он может сбежать почти из любой ситуации, но что, если он будет ранен? От этой мысли Эджворту стало дурно, и он быстро убрал руку с пистолета и сильнее натянул на него пальто. Если дело дойдет схватки, сумеет ли он на самом деле выстрелить? Эджворт стиснул зубы и потряс головой. Не время думать об этом. Ему нужно сосредоточиться!

Шеф полиции открыл дверь в кабинет генерального директора и в который уже раз вошел внутрь. Он не стал включать свет — того, что излучала луна через открытое окно, вполне достаточно. Мужчина нахмурился, когда еще раз оглядел состояние офиса. Прошлой ночью мистер Уайт был взбешен настолько, что перевернул все ящики вверх дном в поисках чего-то. Ветер, проникший через окно, сдул еще больше бумаг со стола на пол, и Эджворт не смог сдержать вздоха.

Перешагивая через беспорядок, Эджворт заметил, что стопки изменились. Он патрулировал этот этаж уже несколько часов, поэтому наизусть запомнил, как должна выглядеть эта комната. Здесь все еще царил беспорядок, но он казался более организованным, как если бы кто-то проник через– Стоп… Раньше окно не было открыто!

Эджворт резко обернулся на звук движения, рука легла на пистолет. Это был он. Темный Феникс сидел на книжном шкафу, закинув ногу на ногу. Он вчитывался в файлы и напевал песню, дергая ногой в такт мелодии. Эджворт тихо зарычал. Он проскользнул прямо позади него! Проявив усилие, Эджворт наконец заговорил:

— Ты припозднился. Зачем пришел сюда, преступник?

Эджворт чуть не плюнул в этого человека, но улыбка Темного Феникса стала лишь шире, когда он захлопнул папку.

— Вау. Вы, ребята, дали мне имя, но ты не используешь его. И в чем смысл? — сказал он с притворной гримасой, которая быстро превратилась в еще одну ухмылку. — Итак, почему же я появляюсь тут и там, Майлз? Правосудие.

Темный Феникс скрестил ноги, но не спустился с высокого шкафа.

— Правосудие для кого? — Эджворт сделал шаг навстречу, не ослабляя бдительности.

— Для трех людей, которых Редд Уайт шантажом довел до самоубийства. О! И еще для женщины, которую он убил.

Эджворт опешил. Они уже провели расследование на счет слухов о шантаже, но убийство? Эджворт покачал головой в недоверии — он никак не мог упустить подобного. Конечно, тот мужчина — абсолютный мерзавец, но он не из тех, кто делает грязную работу собственными руками.

— Я полагаю, у тебя есть дока–

Слова Эджворта замерли у него на языке, стоило снова встретиться взглядом с линчевателем. Выражение его лица стало совершенно серьезным и суровым, и Эджворт обнаружил, что, глядя на него, не в силах и звука выдавить.

— Ради этого я и здесь. Чтобы передать тебе мои доказательства, — Темный Феникс поднял ногу и ударил ею по шкафу, на котором сидел, разбивая механизм, скрывающий телевизор. Линчеватель держал в руке пульт. Даже когда он заговорил, ухмылка не вернулась. — Ты знаешь о небольшом кафе возле участка? Медиум-что-то-там.

Эджворт напрягся, когда понял, о чем речь.

— Кафе “Медиум обжарка”, — он с трудом сглотнул. Линчеватель слабо улыбнулся на его ответ.

— Настоящий позор. Владелица была убита прямо внутри собственного кафе человеком, которого твои парни сейчас охраняют внизу, — он немного откинулся назад и вздохнул, как будто эта история вызывала у него дискомфорт.

— Но зачем Редду Уайту убивать ее? Владелицу кафе?

Слова Эджворта, казалось, застали линчевателя врасплох, судя по широко распахнувшимся глазам. Губы мужчины быстро расплылись в довольной улыбке.

— Действительно, зачем же? — мягко сказал он.

Прежде чем Эджворт успел что-то сказать, кнопка пульта оказалась нажата, и на телевизоре загорелось видео с камеры видеонаблюдения. На нем очень четко было видно, как Редд Уайт напал на, как Эджворт предположил, Мию Фэй. Уайт вошел в кафе, и они, кажется, начали ругаться из-за чего-то, пока Уайт не схватил одну из деталей аппарата с прилавка и не ударил Мию этим по голове. Осознав, что натворил, убийца огляделся по сторонам, увидел камеру и снял ее. На этом моменте видео остановилось.

Оба мужчины стояли в тишине. Майлз был слишком ошарашен, чтобы говорить, а Темный Феникс дал ему время на осознание. Это преступление вообще расследовали? Редд Уайт вел себя слишком небрежно. Были ли улики, которые полиция проигнорировала?

Спустя время, казавшееся вечностью, Темный Феникс спрыгнул со своего места и вынул диск из проигрывателя. Он подошел и вложил в руку по прежнему потрясенного Эджворта улики — и диск, и файл.

— Тебе же не нужно объяснять, как делать свою работу? — мужчина одарил его теплой улыбкой, развернулся к огромному открытому окну и подошел к нему. Эджворт мгновенно пришел в себя — он осознал, что линчеватель собрался уходить. Он не мог позволить этому случиться!

— Замри! — Эджворт выхватил пистолет и направил его на линчевателя. Темный Феникс повернулся к нему с веселым лицом. Эджворт надеялся, что он не заметит, как далеко палец находился от спускового крючка и что предохранитель все еще на месте. — Ты арестован.

— Неплохая игрушка. Лучше опусти ее, пока никто не поранился, — фирменная ухмылка вернулась, когда линчеватель сделал шаг назад, к окну. Эджворт вытянул руку сильнее, прицеливаясь в преступника.

— Я сказал, замри! — его рука немного дрожала, но он надеялся, что это не заметно.

— Как-нибудь в следующий раз. У тебя уже есть работенка, — линчеватель подмигнул ему на прощание и выпрыгнул на улицу спиной вперед. Эджворт бросился к окну и увидел, как вокруг лодыжек линчевателя вспыхнул огонь, и преступник легко приземлился на соседнюю крышу. У мужчины хватило наглости помахать рукой и побежать по крыше, перепрыгивая со здания на здание.

Эджворт выхватил рацию из кармана так быстро, как мог:

— Замечен Темный Феникс! Прицел на юг, быстро!

Верно. В этом и заключался план. Эджворту не нужно было нажимать на спусковой крючок, ведь два снайпера уже сидели наготове. План — вывести из строя, не убить, и снайперы знали это. Не убить.

Бах!

Прозвучал первый выстрел, и Эджворт увидел, как Темный Феникс проделал странный маневр, чтобы избежать его, но–

Бах!

Второй выстрел раздался слишком быстро, чтобы мужчина успел среагировать. Все словно замедлилось. Даже с огромного расстояния Эджворт видел, как кровь брызнула из руки Темного Феникса — туда попала пуля. Выстрел вывел мужчину из равновесия, его огонь сильно затух. Из-за этого грудь линчевателя встретилась с крышей соседнего здания, а потом он рухнул в переулок. Раздался громкий треск — должно быть, тело линчевателя приземлилось на что-то.

Эджворт оцепенел, в груди все сжалось. Он же не приказал убить его… да? Паника стала пожирать его, и Эджворт не понимал, почему. Этот мужчина — преступник, вот и все. Эджворт не виноват, что его довели до таких крайних мер!

Из рации раздался голос одного из снайперов:

— Попадание зафиксировано, сэр.

Эджворту нужно сфокусироваться на работе. Он скрипнул зубами и стал выкрикивать приказы в рацию: забрать тело линчевателя; арестовать Редда Уайта и доставить его в следственный изолятор. Не отвечая ни на какие вопросы, он поспешил освободить руки и подобрать улику, которую неосознанно выронил. Выбежав в коридор, Эджворт бросил усталый взгляд на лифт, прежде чем толкнуть плечом дверь на лестницу и помчаться вниз по ней так быстро, как только мог, по пути перемахивая через ступеньки.

Шеф полиции ворвался в машину сразу же, как только выскочил на улицу, и помчался туда, где лежало тело– Даже от одной мысли об этом у него скручивало живот. Да, этот человек — преступник в глазах большинства, но… все, что он делал — это старался помочь людям. Как все дошло до такого? О чем я только думал?

Эджворт подъехал к месту преступления и на мгновение собрался с духом, готовясь увидеть то, что может оказаться мертвым героем. Он выбрался из машины и направился в переулок. Два нервных офицера встали у него на пути, прежде чем Эджворт успел завернуть за угол. Наконец, один из них заговорил:

— С-сэр… Линчеватель… О-он…

Внутри Эджворта все скрутилось от напряжения. Покончи с этим уже!

— Он скрылся, сэр! — быстро закончил второй офицер.

— …а? — Эджворт уставился на них с потрясенным выражением лица. Миг — и он уже протиснулся между офицерами и посмотрел за угол.

Эджворт не сказал ни слова, рассматривая окружение. Огромная куча мусора, похоже, стала подушкой при падении, но нигде не было тела. Остался кровавый след, но и он резко оборвался в глубине переулка. Может быть, линчеватель использовал свои силы, чтобы прижечь рану? Подоспевшие полицейские, казалось, были сбиты с толку отсутствием гнева Эджворта. Он выглядел скорее… немного облегченным тем, что Темный Феникс скрылся. Офицеры начали шептаться друг с другом. Через мгновение вернулся фирменный суровый взгляд Эджворта, и тогда все быстро принялись за работу.

Эджворт вышел из переулка, чтобы вызвать судмедэкспертов для взятия пробы крови. И хотя линчеватель сбежал, теперь они наконец-то смогут сопоставить кровь подозреваемых с результатами экспертизы.

Когда Эджворт подумал о подозреваемых, на ум пришел один из них — и вместе с этой мыслью снова расцвели противоречивые и сбивающие с толку чувства.

========== Глава 9 ==========

На следующую ночь Эджворт решил остаться в кабинете, поскольку Темный Феникс редко устраивал такие нападения два раза подряд. К тому же, мужчина был ранен, и предпринимать что-либо в таком состоянии — чистейшая глупость. Эджворт припарковался в отведенном ему месте и, удостоверившись, что взял все необходимое, вышел из машины. Он мог только представить количество накопившихся на столе бумаг, не говоря уже об уликах, которые привели к предстоящему суду над Реддом Уайтом. Конечно, он уже передал фактические доказательства назначенному прокурору, но ведь еще нужно заполнить бог знает сколько документов и бланков по делу. Сейчас Эджворт как никогда нуждался в чашке кофе.

Эджворт вышел с парковки и завернул за угол, направляясь к кафе, но мгновенно застыл на месте, когда посмотрел на здание. Одно из передних окон было сильно разбито. Обеспокоенный, что кто-то мог совершить преступление, Эджворт ворвался внутрь и не увидел никого, кроме мисс Фэй. Стоя за прилавком, она весело помахала рукой.

— Как делишки, мистер Эджворт?

Она не выглядела подавленной или даже напуганной, и Эджворт растерялся. Едва отошедший от легкой паники, Эджворт был не в силах заставить свой рот произнести ни слова, поэтому просто вздернул бровь и указал на разбитое окно.

Майя нервно рассмеялась и легонько почесала затылок:

— Дааа уууж. Тут вроде как… небольшая драка случилась.

— Драка? С чего вдруг?

— Если честно, я не знаю. Это произошло между утренней и обеденной суетой. Какой-то парень болтал о чем-то с другим, а потом вдруг слетел с катушек! Он начал орать на него и в порыве ярости просто швырнул стол в окно! Повезло, что стол цел.

— Ясно… Надеюсь, никто не пострадал.

Волнение на ее лице доставляло дискомфорт. Он заметил, какой притихшей сегодня была кухня.

— Ника слегка потрепало, пока он пытался оттащить того парня, но он в порядке! Ник — настоящий боец! Парочка синяков его не остановят!

— Если это так, то где он сейчас? — Эджворт заставил свой голос звучать ровно. Сама мысль, что кто-то вроде Феникса мог пострадать, заставляла кровь кипеть, но Эджворт не хотел вымещать гнев на молодой девчушке.

Майя фыркнула и скрестила руки на груди, надув губы:

— Хоть я и сказала, что синяки ему нипочем, это не значит, что Ник будет сидеть здесь, внизу. Я заставила его подняться и прилечь ненадолго. О, точно! Чуть не забыла! Он передавал привет, — надутые губы Майи тут же превратились в улыбку, и она вздохнула. — Я пообещала ему, что скажу это, иначе он отказывался подниматься.

Эджворту пришлось сдержать маленькую улыбку, которая пыталась коснуться губ.

— Надеюсь, вы подали заявление в полицию, — увидев, как мисс Фэй кривит глуповатую улыбку, мужчина снова вздернул бровь. — Мисс Фэй?

— Эхе-хе-хе… Мы не вызывали полицию.

Выражение лица Эджворта стало пустым. Он многозначительно повернулся в сторону полицейского участка, потом снова посмотрел на Майю. Он сделал так еще раз, пока Майя наконец не объяснилась:

— У нас нет камер, а свидетелей не было, и мы не можем четко описать, как выглядел тот парень. Единственный, кому досталось, — это Ник, поэтому мы не видели в этом смысла. Тот парень смылся сразу же, как подвернулся момент. Он повредил только окно, так что мы не стали поднимать шум. Ник сказал, что проще просто заменить окно, и дело с концом.

— Возможно, у вас и нет камер, но снаружи их предостаточно, поскольку вы соседствуете с полицейским участком, — Эджворт нахмурил брови, снова взглянув на нервную ухмылку девушки.

— Все в порядке, мистер Эджворт. Честное слово. Ник так и думал, что вы взбеситесь из-за этого!

Майя руками откинула челку назад, имитируя прическу Райта:

— Убедись, чтобы он не беспокоился из-за ситуации с окном! У него и так слишком много дел! — сказала она заниженным голосом, а потом опустила волосы обратно с более естественной улыбкой. Эджворт нахмурился, но Майя продолжила. — Он не хочет волновать тебя. Ты же не заставишь своего суженого грустить, правда ведь?

Майя подмигнула, и Эджворт всполошился в попытке поправить ее. Майя только рассмеялась и заявила, что шутит, что заставило мужчину заворчать, ведь жар, поднявшийся к его щекам, усилился.

Когда Майя отвернулась, чтобы заварить Эджворту кофе, он постарался успокоиться и задумался. И снова, стоит чему-то случиться с Темным Фениксом, что-то происходит и с Райтом, и это наводит на определенные мысли. Хотя да, это все — совпадения, но нельзя просто игнорировать их. Он мог бы получить ордер на обыск квартиры Райта, но Эджворт не знал, хватит ли ему на это смелости. Пытаться обыскать чей-то дом, не имея четких доказательств, — это уже огромный риск, и он не хотел заставлять Райта беспричинно проходить через это. Доказательства… Стоп! Результаты анализа крови! Как он мог забыть о них??

Так быстро, как только мог, Эджворт схватил кофе из рук ошеломленной девчушки и бросил на прилавок деньги — даже больше, чем нужно. Быстро попрощавшись, Эджворт толкнул плечом дверь и буквально выбежал из кафе. Он помчался в участок, прямо в свой кабинет. Слава богу, что в коридорах никто не повстречался — так торопиться на глазах у других было бы неловко.

Стол, как он и предполагал, оказался вдоль и поперек перекрыт стопками бумаг, требующих внимания. Обычно Эджворт вздохнул бы, сел за стол и сразу же принялся бы за работу, но не в этот раз. Адреналин волнения и ужаса, охвативших его, заставил забыть все привычки и броситься на поиски присланной криминалистами папки. Он убрал кофе куда-то в сторону и принялся рыться на столе, чуть ли не откидывая все ненужные файлы прочь.

Шквал бумаг вскоре был разобран, стол — опустошен, а Эджворт остался с пустыми руками. Невозможно. Криминалисты позвонили ему в семь вечера и сказали, что результаты уже лежат у него. Эджворт рухнул на четвереньки и начал лихорадочно копаться в хаосе из документов. Жалкое зрелище, но Эджворту наплевать. Он должен узнать — и сделать это прямо сейчас.

Каким-то образом куча бумаг только увеличилась и окружила шефа полиции, умудрившись превратиться в беспорядочную массу на полу. Спустя еще несколько минут и порезов от бумаги, Эджворт рухнул обратно на стул с результатами анализа в руке. Он крепко стиснул его, наслаждаясь маленькой победой, и потратил мгновение, чтобы успокоить паническое дыхание. Он испугался, что папку украли.

Но теперь его ждало самое тяжелое испытание: хотел ли Майлз Эджворт узнать правду? Если Феникс Райт на самом деле линчеватель, он обязан его арестовать. Эджворт прикусил губу, встревоженный предположением. Трудно представить, что Райт — подозреваемый номер один в деле линчевателя. Этот человек похож на ангела. Этот человек… его смех, звучащий прекраснее самой чарующей песни… его чистые голубые глаза, в которых Эджворт тонул раз за разом… его заразительная улыбка, которая могла бы посоперничать с солнцем в излучаемом блаженном тепле… его–

Эджворт быстро потряс головой и прикрыл горящее лицо папкой, будто кто-то мог увидеть его. Как он мог так низко пасть? Влюбиться в простого баристу, который просто вел себя вежливо из-за рабочих обязанностей? Да и кто вообще сказал, что он влюбился?? Это мимолетное увлечение. Ничего больше!

Эджворт швырнул папку на колени и уставился в никуда, как будто мысли на самом деле замаячили перед глазами. Через мгновение он вздохнул и провел рукой по лицу. Ему нужно сосредоточиться. Сидя в почти пустом полицейском участке, в своем темном кабинете, Эджворт наслаждался светом луны, льющимся из окна, и тишиной ночи. Его глаза еще раз метнулись к папке. В ней хранилась информация о крови на месте преступления, медицинская карта Феникса Райта и документ, сравнивающий данные. Ему нужно открыть папку, ему нужно получить ответ, но руки сковало невидимым грузом. Почему он не мог пошевелиться?

Он знал, почему. Ему страшно. Он не хотел сажать Феникса на пожизненное, если это действительно был он, но долг Эджворта — арестовывать преступников, и линчеватель — не исключение. Он попытался перевернуть ход мышления; попытался проигнорировать то, что Феникс Райт оказался вовлечен; попытался сконцентрироваться на деле Темного Феникса. Но это ни капли не помогло. Его мысли вернулись к вчерашней ночи, ко встрече в кабинете Редда Уайта. Серьезное лицо линчевателя произвело впечатление. Темный Феникс делал это не ради славы или известности, — он делал это ради справедливости; он хотел устранить беззаконие, причинившее боль тем, кто не сумел противостоять ему самостоятельно.

Мысли Эджворта метнулись еще дальше — к смерти отца и времени, когда шокированный от вида его мертвого тела Эджворт поднял лежащий рядом пистолет и из-за этого стал подозреваемым. Он вспомнил, как громко рыдал в тюремной камере, когда осознал, что отец погиб. Его отвлек только лязг металлических прутьев на окне. Он не знал, почему встал и посмотрел туда. Наверное потому что тогда его уже не волновало, что с ним случится.

Когда он подошел к окну, то встретился со странным подростком в маске, и тот улыбался со знакомой яркостью. Мальчик сказал Эджворту оставаться сильным, и что все будет в порядке. Эджворт до сих пор чувствовал себя виноватым за то, как тогда отреагировал: он резко рявкнул на оптимистичного подростка. Но мальчик не ушел и даже не дернулся, словно знал, что так и будет. Вместо этого он сочувственно улыбнулся и выслушал Эджворта от начала до конца, пока тот не замолчал, задушенный собственными слезами. Когда возникла тишина, мальчик заговорил снова и сказал, что отец Эджворта хотел бы, чтобы сын оставался сильным и высоко держал голову. Эджворт поднял глаза, чтобы спросить мальчика, откуда он это знает, но тот исчез, оставив на подоконнике один-единственный цветок, охваченный голубым пламенем.

Эджворт подумал бы, что ему все приснилось, если бы не суд на следующий день. Его легко оправдали. Анонимный источник предоставил улики, доказывающие, что Манфред фон Карма — убийца его отца. Грегори Эджворт пытался пролить свет на тактику сокрытия доказательств со стороны фон Кармы и подобрался слишком близко. Майлз вспомнил, что улики тоже были странными: телефон, воняющий морской водой, но все еще волшебным образом работающий; квитанции о переводе крупных средств на банковский счет фон Кармы; видеозапись встречи фон Кармы с неизвестными лицами. Фон Карме почти удалось выйти сухим из воды, пока не выяснилось, что на указанном телефоне хранился записанный телефонный звонок. Это стало неоспоримым доказательством, и фон Карма отправился в тюрьму, а вскоре был казнен.

Вот почему этот анализ так ценен. Эта маленькая улика может спасти Феникса Райта от клейма преступника! Черт возьми… он снова вернулся к мыслям о нем. Это не важно! Правда — вот и все, что имеет значение. Правда.

Эджворт открыл папку с такой силой, что содержимое чуть ли не вывалилось на пол. Его глаза проскользили к низу страницы, пока… Вот оно. Он перечитал результаты, должно быть, раз пять, прежде чем расслабить руки и позволить папке свалиться на колени.

Кровь Феникса Райта не совпала, и захлестнувшую Эджворта волну разочарования и облегчения было невозможно измерить.

Комментарий к Глава 9

ммм стекло))

========== Глава 10 ==========

Все было как в тумане, когда он проснулся; голова пульсировала после потери сознания. Эджворт попытался размять одеревеневшее тело, но понял, что не может. Со всех сторон его окружали стены из дешевого дерева и держали его в позе эмбриона. Не помогало и то, что запястья были связаны под коленями, а из-за тесноты он не мог разогнуть ноги, чтобы освободиться. Где он? Что произошло? И что за приглушенный спор раздавался вдалеке?

Эджворт попытался открыть глаза, но и это оказалось сложной задачей. Как долго он пролежал в отключке? Когда веки наконец повиновались, он встретился по большей части лишь с темнотой. Единственным тусклым источником света служило небольшое отверстие в верхнем углу деревянного ящика, куда его засунули. Он слышал голоса, но они доносились словно из соседней комнаты. Эджворт напряг мозг, чтобы вспомнить, что произошло.

Он пришел в библиотеку за парочкой книг, а потом ему позвонил отец. Мужчина звучал взволнованным и сказал Майлзу, что совершил прорыв в самом главном деле и теперь хочет поделиться находками. Майлз слегка улыбнулся радостному тону отца и сказал, что встретится с ним, так как библиотека находилась всего в двадцати минутах ходьбы от участка. Положив трубку и забрав книги, Майлз вышел на улицу, но на полпути к участку все погрузилось во тьму, — и теперь он здесь.

Все тело протестовало, пока Эджворт боролся с веревками, чувствуя, как торчащие занозы старого деревянного ящика царапали кожу. Вдруг в соседней комнате раздался хлопок двери и громогласный крик прервал спор головорезов… Отец??

Голос Грегори был пропитан ядом, и он требовал вернуть ему сына. Майлз в заложниках? Это имело смысл, учитывая его положение, но для чего? И почему не слышно звука сирен снаружи? Между головорезами и Грегори началась словесная перепалка. Майлз не мог разобрать, о чем они говорили — мешали стены и все еще затуманенный разум. Это не имело значения, у Майлза в голове билась лишь одна мысль — он должен помочь отцу.

В коробке было мало места для маневров, но, судя по отверстию в углу, целостность нарушена. Используя все доступное пространство, Майлз неуклюже перенес вес на поврежденную сторону коробки, стараясь не опрокинуть ее. Перепалка снаружи набирала обороты; головорезы разбрасывались оскорблениями в адрес отца. Как они посмели. Майлз стиснул зубы и навалился сильнее, чувствуя, как дерево начало поддаваться.

Ссора на миг внезапно затихла, вынудив Майлза замереть и затаить дыхание. Спустя, казалось, вечность, Грегори наконец заговорил, но звучал теперь совсем не как обычно. Его голос был печальным и покорным, он пытался найти компромисс с мужчинами. Он умолял, он просил забрать его и отпустить Майлза, а преступники имели наглость смеяться над ним. Майлз пришел в ярость. Не говори такого, отец! Я иду!

Майлз еще дважды навалился на стену ящика и неожиданно вывалился на бетонный пол. Перевернувшись на спину, Майлз смог подогнуть колени к груди и вытащить связанные кисти из-под ног. У него не было времени распутывать веревки. Ему нужно увидеть того, кто в нем нуждался.

Подняться — совершенно отдельная проблема. Видимо, он пробыл здесь настолько долго, что ноги онемели и ощущались так, словно Майлз олененок. Оперевшись на стену и другие ящики, Майлз добрался до двери и дернул ручку — конечно же заперто. Дверь выглядела старой. Майлз понимал, что завтра будет изнывать от боли, но не время думать об этом. Восстановив равновесие, Майлз толкнул дверь плечом и закричал отцу, что с ним все в порядке.

Он слышал, как Грегори стал звать его в ответ — и тут же раздался хлопок. Все погрузилось в тишину. Майлз застыл, замахнувшись, и кровь отхлынула от его лица. Зазвучали торопливые шаги, потом слабые ругательства и… радостные возгласы.

Майлз отчаянно звал отца, продолжал колотить дверь маленькой душной кладовки — звуки ударов эхом разносились по опустевшему пространству. Панические слезы затуманили зрение. Крики шквалом вырывались из горла только для того, чтобы быть встреченными никем.

В конце концов дверь поддалась, и Майлз рухнул на пол снаружи, прикусывая губу до крови. Ему было наплевать.

Он оказался на огромном складе, заполненном металлическими ящиками для транспортировки. Майлз вынудил себя подняться и бросился бежать на поиски отца. Он звал его кучу раз, а потом остановился как вкопанный; его глаза распахнулись, размером с блюдце.

— О-отец…?

Грегори Эджворт лежал на спине, окруженный темной лужей, медленно стекающей в канализационный сток. Майлз заставил ноги сделать шаг за шагом, как ржавый робот. Чем ближе он подходил к бледному неподвижному телу отца, тем сильнее сжимался его желудок. Этого не могло случиться…

Майлз рухнул на колени напротив отца, игнорируя боль от падения на бетон. Он шепотом снова позвал отца, прижимая связанные руки к его груди, прямо рядом с огнестрельным ранением. Грудь была неподвижна, а тело уже остывало. Майлзу казалось, что он должен плакать, кричать, вопить, делать что-нибудь — но не мог. Он просто стоял на коленях в луже крови напротив трупа отца, и в голове было пусто.

Внезапно вокруг него вспыхнул огромный столб голубого пламени и заставил отвести взгляд от фигуры отца. Майлз вздрогнул, когда часть потолка рухнула на пол. Он должен подняться. Его отец, по крайней мере, заслужил достойных похорон!– но когда Майлз снова посмотрел на прохладное тело в собственных руках, это был уже не его отец, а Феникс.

Феникс в своем знакомом синем костюме, на который Майлз не обратил внимания. Он смотрел лишь на пулевые отверстия в его теле. Паника охватила Майлза; он начал трясти Феникса, как будто пытался разбудить. Из-за этого голова Феникса безвольно повернулась к нему — некогда чистые, ясные глаза теперь остекленели и опустели. Майлз Эджворт закричал.

Эджворт вскочил так быстро, что все мышцы свело судорогой. Горло горело от вырвавшегося крика. Он задыхался, но не мог даже глотнуть воздуха. Он едва успел схватить прикроватную мусорку, и его вырвало. Эджворт соскользнул с кровати и упал на пол.

Прошло минимум полчаса, прежде чем Эджворт наконец почувствовал себя в безопасности и отодвинул мусорное ведро. Его все еще трясло на полу, но по крайней мере уже не тошнило.

Пытаясь привести в порядок мысли, Эджворт подумал о той части сна, что была связана с реальными событиями. До тех пор, пока не появилось голубое пламя, сон повествовал о том дне, когда из-за Эджворта убили его отца. Чувство вины давило со всей силы, но пока он попытался отогнать его прочь. Почему ему приснился мертвый Феникс? За что подсознание так жестоко с ним?

Прошел почти месяц с того момента как Феникс Райт был исключен из списка подозреваемых по делу Темного Феникса, а теперь он снится погибшим от рук линчевателя? Эджворт тяжело вздохнул. Ему предстояло подготовиться к следующему дню, но нет ни шанса, что он сможет снова лечь спать. Оперевшись о кровать, мужчина сумел подняться и восстановить равновесие. Он сделал несколько неуверенных шагов на заплетающихся ногах, прежде чем смог идти сам без риска свалиться на пол.

Не успел Эджворт достать одежду из шкафа, как зазвонил телефон. Мужчина только вздохнул. Слишком много событий для одного выходного, но этого стоило ожидать — он все-таки шеф. Эджворт взял телефон и увидел на идентификаторе вызывающего абонента надпись “Гамшу”. Здорово. Еще больше стресса.

Эджворт прочистил горло и собрался с духом, надеясь, что его прежняя паника не отразится на его голосе.

— Эджворт слушает.

— Мистер Эджворт! У меня плохие новости! — Эджворт попытался подавить рвущийся вздох, но безуспешно. Гамшу никак не отреагировал и продолжил. — Прошлой ночью случилось еще одно нападение… два офицера в больнице. Мне сказали, что они полностью восстановятся, но какое-то время не смогут вернуться к работе.

Голос мужчины больше не был таким жизнерадостным, как обычно, и это объяснимо, но все равно звучало как-то неправильно.

— …Я понял. Скоро буду в участке и разберусь со всем лично. Спасибо, что проинформировал.

Гамшу продолжил тараторить:

— Без проблем, мистер Эджворт! Знаете, это… — Эджворт перестал слушать и лишь изредка что-то мычал в ответ, создавая иллюзию присутствия.

Гамшу наконец положил трубку и оставил Эджворта наедине с мыслями.

Второй раз за неделю, когда линчеватель на самом деле напал на полицейских, и теперь уже три офицера вышли из строя. Может, в этом и заключается причина того сна. Если линчеватель атакует полицию, кто сказал, что он не тронет гражданских? В голове мелькнула мысль: Феникс находится под угрозой, близко общаясь с шефом полиции. Эджворт сразу отогнал ее. Они не близки. Можно избегать реальности, но скрыться от последствий избегания реальности невозможно. Эджворт быстро отмахнулся от этого.

Эджворт наконец принял душ и переоделся, сумев достаточно успокоиться после сна, чтобы хотя бы нормально функционировать. Потягивая чай из кружки, он достал ноутбук и прочел электронное письмо о раненых офицерах. Все в точности как и в прошлый раз. Полицейские патрулировали город, когда на них напали из ниоткуда. Ранения даже близко не смертельные, но их достаточно, чтобы отстранить офицеров от работы минимум на месяц, и даже после этого они останутся прикованы к кабинетам.

Сначала Эджворт думал, что это подражатель — некто, использующий таинственность Темного Феникса, чтобы сеять хаос. Но эта мысль быстро была опровергнута. Когда подражатели пытались имитировать голубое пламя, на месте происшествия обнаруживали хлорид меди, в то время как истинный Темный Феникс не оставлял следов. За исключением одной детали — загадочная визитная карточка. Маленький горящий цветок, который каждый раз оказывался на месте преступления. Странно, но цветок никогда не превращался в пепел и даже выглядел свежим, когда огонь утихал.

При этой мысли взгляд Эджворта переместился на книжный стеллаж, расположенный вдоль дальней стены гостиной. Мужчина отставил ноутбук и кружку на кофейный столик и встал. Неохотными, но четкими движениями он пересек комнату и достал со стеллажа особенную книгу — бархатный фотоальбом. На обложке — слово “Семья”. В середине переплета был заметный зазор, и Эджворт открыл его.

Между пустой страницей слева и двумя фотографиями справа лежал засушенный цветок. На обоих фото были запечатлены Грегори и Майлз с праздника за несколько дней до смерти Грегори Эджворта. А цветок — тот самый, что Темный Феникс оставил на подоконнике тюремной камеры — назывался тунбергия. Эджворт потратил некоторое время на поиск значения и узнал, что тунбергия олицетворяет справедливость и поддержку. Оглядываясь назад, стоило выбрать другой способ сохранить цветок, но этот казался… подходящим. Теперь цветок служил закладкой и указывал на то, что его семья, возможно, исчезла, но справедливость восторжествовала над виновными. И за это Эджворт должен сказать спасибо Темному Фениксу.

Эджворт захлопнул книгу и прижал ее к груди, свернувшись вокруг нее почти калачиком. Он не выдерживал тяжесть этих противоречивых чувств. В голову и сердце словно раз за разом вонзали нож. Он хотел плакать и кричать, но не мог — и лишь молча обнимал книгу, а время казалось вечностью. Он даже не заметил, как фотография трех девятилетних мальчиков выскользнула и приземлилась на пол.

Комментарий к Глава 10

✨ примечания переводчика:

рубрика познавательные факты: цветок тунбергию так же называют черноглазой Сюзанной (Black-eyed Susan). и у нее интересное значение!

олицетворение справедливости, символ поддержки и мотивации; пожелание оставаться в благополучии и стремиться к лучшему. кроме того, тунбергия символ детского удивления 😭

я считаю, очень подходит местным райтвортам, прямо-таки идеально. да и выглядит просто очаровательно, погуглите обязательно 💞

========== Глава 11 ==========

Эджворт не хотел больше торчать в квартире, но и не думал, что готов приступить к работе. Он был очень изнурен, но сон — не вариант. Он попытался придумать, куда мог пойти отдохнуть хотя бы на час, и долго упрямо игнорировал очевидное место, пришедшее в голову. Мысленно вздохнув, Эджворт уступил желаниям сердца и схватил ключи. Этому есть простое объяснение: кафе близко к работе — и все, никаких больше причин. Он также проигнорировал теплое чувство в груди, возникшее при мысли о времени, проведенном рядом с Фениксом.

Припарковавшись возле полицейского участка, Эджворт направился к кафе. Был уже поздний будний вечер, поэтому в кафе находилось несколько человек. Большинство скорее всего пришли за едой и напитками на вынос. Эджворт ждал в очереди, пользуясь возможностью понаблюдать за Фениксом, нахмурив брови.

Феникс выглядел изможденным; темные круги под глазами и бледный цвет лица. Его привычному оптимистичному настрою тоже не хватало запала. Кажется, Эджворт не единственный сегодня встал не с той ноги.

Очередь быстро уменьшилась. Феникс, судя по всему, работал на автопилоте: приветствовал посетителя, принимал заказ, выполнял его и желал хорошего дня. Когда Эджворт наконец вышел вперед, Феникс удивленно пригляделся. Эджворт не смог скрыть небольшую улыбку, расцветшую на лице. Глаза Феникса снова ожили, стоило им встретиться взглядами, и улыбка Эджворта стала чуть шире.

— Эджворт? Вау, ты никогда не приходил в такое время, если только… тебя перевели обратно на дневную смену? — голос Феникса был пронизан беспокойством, и это определенно не должно было согревать Эджворта так сильно.

— Нет. Я просто не хотел оставаться дома.

Феникс понимающе кивнул и принялся заваривать обычный кофе Эджворта: медиум обжарка, сливки, без сахара, двойная порция эспрессо. По крайней мере, так думал Эджворт, пока Феникс не вытащил маленькую чашку для соуса и не налил в нее молока. Эджворт собирался что-то сказать, но слова замерли у него на языке, когда он увидел, насколько сосредоточен бариста.

Феникс налил в чашку молоко и положил немного белой шоколадной крошки и несколько минут перемешивал. Затем он налил немного кофе в одну из чашек кафе, прежде чем добавить шоколадное молоко и аккуратно перемешать. Затем Феникс украсил напиток взбитыми сливками и посыпал сверху мускатным орехом. Удовлетворенный, Феникс протянул блюдце и чашку Эджворту с ослепительной улыбкой, все еще скрытой за его маской.

— Что это? — наконец вымолвил Эджворт, аккуратно забирая посуду из рук Феникса.

— Моккачино с белым шоколадом. Я просто хотел угостить тебя чем-нибудь новеньким. Кроме того… — выражение лица Феникса вдруг стало более серьезным, и его пристальный взгляд впился в Эджворта. Эджворт почувствовал себя придавленным и не сумел отвести взгляда, чтобы разорвать зрительный контакт. Глаза Феникса были такими красивыми, глубокими и загадочными, что Эджворт снова утонул в них. Он даже не понял, что Феникс заговорил снова, пока не прозвучало его имя.

— И-извини. Что ты сказал? — он почувствовал, как лицо вспыхнуло от смущения, и быстро отвел взгляд от мужчины перед собой. От смешка Феникса румянец на щеках стал еще сильнее.

— Я сказал, что, похоже, тебе нужно что-нибудь сладкое. Не думай, что я не замечал, как ты реагируешь, когда я добавляю моккачино в твой ежедневный кофе, — о боже, эта улыбка ослепительна даже сквозь маску. Эджворт не думал, что его лицо может покраснеть еще сильнее, но этот человек явно собирался доказать обратное. — В любом случае, можешь присесть за столик и отдохнуть немного. Книги тут стоят не только для антуража, знаешь ли. Уверен, здесь найдется что-нибудь тебе по вкусу.

Закрыв глаза, чтобы не встречаться с пристальным взглядом Феникса, Эджворт просто кивнул и направился к столикам. Он оглянулся в поисках лучшего места, откуда можно было бы наблюдать за Фениксом– э-эм, читать. Будьте прокляты, чертовы мысли.

Эджворт нашел место сбоку от прилавка баристы. Он сел за двухместный столик и поставил чашку. Чтение — неплохая идея, но Эджворт знал, что все равно не сможет сфокусироваться. Сероволосый мужчина взглянул на Феникса, который принимал чей-то заказ и теперь был больше похож на самого себя. Он почувствовал странное напряжение, смешанное с неосознанным облегчением.

Шеф полиции решил, что ему нужно устроиться поудобнее, иначе следующий час будет раздражающим. Он расслабился, положил локти на столешницу и подпер подбородок кулаком. Он осознал, что это идеальное место, чтобы наблюдать за Фениксом, потому что тот большую часть времени отворачивается от этой стороны и– Подождите. Притормозите. Полный стоп. О чем он, во имя всего святого, вообще думает? С каких пор он стал таким жутким? Эджворт крепко зажмурил глаза и нахмурился.

Но, несмотря на все усилия держать себя в руках, глаза все же открылись и в тот же миг устремились обратно на Феникса. Он хотел бы, чтобы тот носил более обтягивающую одежду. Может быть, раньше он весил больше и не мог позволить купить себе новые вещи? Взгляд Эджворта переместился на чашку в руках. Очень красивый фарфоровый предмет, но, что важнее — очень дорого выглядящий фарфоровый предмет. Оглянувшись, Эджворт заметил, что все пьют из таких же чашек. Если они могут позволить незнакомцам пользоваться такими дорогими вещами, тогда нет никакого смысла в том, что Феникс не в состоянии купить вещи по размеру. Эджворт видел, насколько велика ему одежда, по тому, как туго завязан фартук на талии. Это просто не имело смысла.

Эджворт вздохнул и сделал глоток кофе. Восхитительно, как и ожидалось. Он подавил желание осушить всю чашку за раз и поставил ее обратно на стол. Эджворт почувствовал, что у него остались взбитые сливки на верхней губе, но понял, что не взял ни одной салфетки. Не в настроении вставать, Эджворт медленно слизал белую пену с верхней губы. Он посмотрел на Феникса как раз вовремя, чтобы поймать на себе его пристальный взгляд. Пойманный с поличным, Феникс густо покраснел до ушей и быстро ретировался на кухню под предлогом пополнения витрины. Эджворт усмехнулся. По крайней мере он не единственный, кто пялился.

Большая часть часа прошла за переменным наблюдением за Фениксом и простыми размышлениями, наверное, обо всем. Если он заподазривал, что Феникс собирается посмотреть на него, Эджворт просто опускал веки настолько, чтобы издалека глаза выглядели полностью закрытыми. Шеф полиции мысленно поблагодарил покойную маму за длинные ресницы, из-под которых он мог спокойно наблюдать за Фениксом. Боже, он пугал сам себя все больше и больше. Ему стоило просто поговорить с ним — но нет, лучше же жутко наблюдать со стороны и зачитываться медицинской картой в поисках информации. Эджворт вздохнул, подавленный. Он разузнал о Фениксе только дату рождения, и что они оба выросли в одном городе. Эджворт задавался тихим вопросом: что, если они встречались в детстве? Он не помнил. Все события до десятого дня рождения расплывались в голове. Удивительно, как легко кто-то может потерять большинство воспоминаний просто неудачно упав на тротуар.

Телефон Эджворта зажужжал в кармане, успешно остановив поток его мыслей. Он пошевелился, чтобы достать его и отключить будильник. Время работы. Эджворт допил кофе и встал, чтобы уйти. Из-за конструкции сидений ему пришлось проскользить со своего места и пройти между двумя маленькими столами. Когда он продвинулся ближе к одному из столов, его колено задело что-то странное. Эджворт убедился, что никто не смотрит, прежде чем нагнуться и схватить то, что дотронулось до ноги из-под столешницы. Потребовались некоторые усилия, но ему удалось вытащить небольшой объект. Он присел и изучил его; глаза распахнулись. Это было похоже на какое-то маленькое записывающее устройство — на прослушку. Почему оно здесь?

Оглянувшись, Эджворт понял, что он единственный не ушедший посетитель. Он посмотрел на Феникса под другим углом. Стоит ли говорить ему? Что, если он и есть прослушиватель? Нет, у Феникса нет причин вынюхивать информацию в своем же ресторане.

Эджворт выключил устройство, спрятал его в карман и отнес грязную посуду в отведенное место. Затем он прошел к прилавку, стараясь выглядеть как обычно непринужденным.

— Хэй, Эджворт. Хочешь кофе на вынос? — щеки Феникса порозовели, когда он увидел Эджворта, но выражение его лица омрачилось, стоило заметить напряженный вид Эджворта.

— Райт. У меня беспокойные новости, — Эджворт достал устройство из кармана и протянул его Фениксу, внимательно наблюдая за его реакцией. — Твое кафе прослушивают.

Он видел, как глаза Феникса на мгновение расширились, прежде чем он тяжело вздохнул. Это была… мягко говоря, странная реакция, и из-за нее сердце Эджворта тревожно ускорило свой ритм. Он должен надавить.

— Ты не выглядишь удивленным, Райт, — его голос звучал сурово, а глаза слегка сузились, изучая собеседника. Феникс даже не дрогнул, как многие под этим пристальным взглядом.

— Потому что не сказать, что я удивлен. Просто подумай об этом. Мы прямо напротив самого большого полицейского участка в этой части города. Следовательно, здесь проходит много копов. Если бы преступнику надо было разузнать все о планах полиции, это — лучшее место, — Феникс сделал еще один вздох, все еще немного огорченный произошедшим. Эджворт не заметил очевидных признаков лжи и решил убрать прослушку обратно в карман.

— У тебя есть идеи, кто мог установить это? Какие-нибудь подозрительные личности?

— Не думаю. На самом деле, никто особо не сидит там, да и у нас нет камер.

Эджворт вспомнил случай с разбитым окном и что мисс Фэй сказала то же самое. Эджворт снова вздохнул.

— Я заберу это как улику. Следи за всеми, кто появится, и если что-то случится — сразу звони в полицию, — потребовал Эджворт строгим тоном.

— Будет сделано! Предоставь это мне! — Феникс снова улыбнулся, и подозрения Эджворта немного ослабли.

Выпив кофе на вынос, Эджворт зашел в кабинет и немедленно сел за компьютер. По обе стороны кафе установлены камеры: одна наблюдала за входом в полицейский участок, а другая — за углом улицы. Обе камеры фиксировали стены здания, но не вход. Тем не менее, на камеры попадала остальная часть улицы, так что любой, кто выходил, был бы пойман объективом, когда отходил подальше.

Эджворт провел час, просматривая видеозаписи, прежде чем сдался и откинулся на спинку стула. Из-за долгих рабочих часов в кафе слишком много материала нужно изучить. Не говоря уже о том, что никто не знал, как долго там установлен жучок.

Еще одна мысль пришла ему в голову, когда он смотрел на приостановленную запись. Одна из камер фиксировала ту сторону кафе, где было разбито окно. Он знал, что его попросили оставить тот случай в покое, но разыгралось любопытство. К тому же, хотя это и была пугающая идея, но что, если человек, который разбил окно, также установил жучок? Это произошло довольно давно, но было вполне возможно.

Прокрутив отснятый материал назад к тому дню, Эджворт увидел, как маленький стол действительно вылетел в окно, однако никто не покинул кафе, как сказала мисс Фей. Воспроизведя два видео вместе, Эджворт не увидел на улице ни души. Майя появилась в кадре примерно через двадцать минут, чтобы забрать вышвырнутый стол, но из здания по прежнему никто не выходил.

Что это значит? Тот человек вообще покидал пределы кафе, как утверждала мисс Фей?

Комментарий к Глава 11

ЭДЖВОРТ СУКА ТЫ ЧТО ТАКОЙ УМНЫЙ И ПОДОЗРИТЕЛЬНЫЙ—😨😨😨😨😨😨

а вы тоже умерли со сцены с облизавшим губу майлзом? потому что я — да

========== Глава 12 ==========

Завывания ветра снаружи было достаточно, чтобы разбудить Эджворта, уснувшего за столом в своем домашнем кабинете. Он медленно поднял голову и глянул на часы: 04:27. Он проспал, наверное, минут двадцать пять и, кажется, мог снова вырубиться в любой момент. Стресс, навалившийся буквально отовсюду, сделал сон еще менее крепким, оставляя Эджворту меньше энергии, чем обычно. Он вздохнул с облегчением, радуясь, что еще ни разу не засыпал в участке — по крайней мере, пока что.

Эджворт опустил взгляд на файлы, на которых уснул. Несмотря на выходной, он все равно принес работу домой. Снова. Грешникам не положено отдыхать, подумал он. Снова подняв документы, он принялся просматривать их заново.

Еще три нападения и еще три офицера, попавших в больницу. Каждый полицейский страдал от одинаковых ранений: незначительные ожоги по всему телу, синяки от ударов и переломы. На бумаге это — мелочи, если не знать, какие кости сломаны. У каждого из них сломана нога или рука, причем до такой степени, что она уже никогда не станет прежней. Некоторым офицерам пришлось уволиться. В полиции появилось столько рабочих мест, что их можно было раздаривать. Эджворт потерял шесть офицеров за один месяц только из-за одного линчевателя.

Эджворт провел рукой по лицу и вздохнул, возвращаясь к документам. Он принес домой досье офицеров, чтобы посмотреть, есть ли какая-то связь с каждым из них; что-то, что могло привести к нападению на них. Конечно, в файлах ничего не нашлось, но Эджворт славился скурпулезностью.

Эджворту потребовалось всего двадцать минут, чтобы снова впасть в отчаяние. Он швырнул бумаги на стол, встал и вышел из кабинета в сторону кухни. Может быть, чай поможет ему расслабиться и сосредоточиться. Эджворт прошел по коридору квартиры, но притормозил в гостиной, чтобы выглянуть через большие эркерные двери, ведущие на балкон. Он наблюдал, как сильный ветер заставил облака закрыть яркую полную луну. Вероятно, можно было бы использовать какую-то метафору, но он слишком устал, чтобы утруждаться.

Из-за того, что лунный свет оказался перекрыт, комната стала заметно темнее. Эджворт направился на кухню, его план полюбоваться луной был полностью испорчен погодой. Как только он развернулся, сильный поток ветра неожиданно нагрянул в комнату, и от него по спине пронесся табун мурашек. Неужели ветер распахнул двери? Эджворт повернулся, чтобы закрыть их, но застыл — в возрожденном лунном свете стоял линчеватель.

Темный Феникс не улыбался, и новый холод пронзил тело, вынуждая отступить. Он здесь, чтобы напасть, как на остальных? У Эджворта нет ничего, чтобы защититься. Это даже не имело значения — он замер, страх сковал ноги. Эджворт придал лицу суровое выражение. Не показывай слабости!

— Зачем ты здесь? — потребовал Эджворт.

Линчеватель ничего не ответил, но направился к нему. Эджворт неосознанно отступил, фактически прижимая себя к стене, когда Темный Феникс стоял уже даже не в футе от него. Колени Эджворта угрожали подогнуться, и в результате линчеватель возвышался над ним, пока Эджворт использовал стену, как единственную опору.

Эджворт изо всех сил старался сохранить хладнокровное выражение лица, не позволяя страху нарушить его. Конечно, Темный Феникс никого не убивал, но что, если он решит прикончить Эджворта, потому что он шеф? Линчеватель медленно протянул руку к лицу Эджворта, замирая в дюйме от его щеки. Эджворт прерывисто выдохнул и с трудом сглотнул. Другой мужчина, кажется, заметил это — мгновение поколебавшись, он быстро убрал руку.

— Возвращайся к работе в участке. Поле слишком опасно для тебя, — мужчина говорил нехарактерно серьезным тоном. Его требование позволило страху Эджворта перерасти в ярость.

— Что, прости? Да кто ты такой, что–

Слова прервались громким ударом в стену рядом с головой Эджворта. Лицо исказил испуг, глаза на миг расширились, прежде чем Эджворт снова сглотнул и вернул свирепый взгляд.

— Если ты продолжишь в том же духе, то пострадаешь, — этот твердый, серьезный тон был на удивление эффективен для угроз. Эджворт сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться и снова обрести дар речи.

— Ты будешь тем, кто ранит меня, если я продолжу?

Линчеватель замер и на мгновение отвел взгляд, сожаление отразилось на его лице, прежде чем снова уступить невозмутимой хмурости.

— Держись подальше от мест преступлений.

Несмотря на то, что его глаза скрывала маска, Эджворт чувствовал гнев, нарастающий во взгляде мужчины, и это снова лишило его голоса. Маленькие синие языки пламени метались по телу линчевателя острыми искрами — чем злее он, тем больше их, кажется, становилось. Эджворт рискнул глянуть в ту сторону, где его не блокировала рука мужчины. Домашний телефон стоял на журнальном столике примерно в семи футах от него. Если бы удалось вырваться, Эджворт мог бы вызвать подкрепление.

Эджворт снова посмотрел на Темного Феникса, который не сводил с него глаз. Они уставились друг на друга; между лицами — жалкие дюймы. Эджворт смутился бы, не будь он до смерти напуган. Он сосредоточился на том, чтобы снова почувствовать свои ноги.

На счет три. Раз… Два… Три!

Эджворт врезался лбом в линчевателя, который от неожиданности немного отшатнулся. Эджворт бросился к телефону и нажал кнопку быстрого набора участка. После первого гудка Эджворт рискнул оглянуться только для того, чтобы увидеть, что мужчина ушел.

Эджворт сполз на пол, возвращая телефон на док-станцию. Что, черт возьми, это вообще было?

Эджворт потер покрасневший лоб. Он не мог сильно замахнуться из-за маленького расстояния, но цель была в том, чтобы удивить. Эджворт знал, что не справится в драке против линчевателя. Обтягивающий костюм Темного Феникса отлично демонстрировал его мускулистость, и это уже опасно, даже если не брать в расчет преимущество в виде мощи огня. Мужчина не был качком, но явно превосходил Эджворта в силе. Поскольку линчеватель, казалось, довольно хорошо знал Эджворта, единственным вариантом было действовать совершенно не в характере, чтобы выбить его из колеи. Эджворт тяжело вздохнул и закрыл глаза, радуясь, что это сработало.

Мгновение спустя глаза снова распахнулись. Что, если он не ушел, а спрятался? Жуть пробежала по телу. Эджворт вынудил себя подняться, опираясь о журнальный столик, и успокоиться. Он огляделся: в комнате не было ни души, и лишь ветер колыхал занавески возле открытых дверей. Эджворт обошел диван и увидел что-то горящее голубым пламенем прямо возле дверного прохода. Тело немного расслабилось. Оставленный цветок значил, что Темный Феникс ушел. Эджворт сумел пройти, не цепляясь за мебель, и поднять бутон. Огонь медленно угас, обнажив стебли желтых цветов длиной в фут. Как и обычно, несмотря на пламя, цветы остались невредимыми.

Эджворт закрыл и запер балконные двери, прежде чем вернуться в гостиную. Он оставил цветы на кофейном столике и взял книгу со стеллажа. С тех пор как Темный Феникс выбрал цветы своей визитной карточкой, Эджворт начал интересоваться их значением, хотя большинство и не имело никакого смысла.

Он потратил минимум двадцать минут, листая книгу в поисках нужной фотографии. Почему здесь вообще столько разных цветов? Эджворт наконец нашел то, что нужно:

Вербаскум (более известный как Коровяк), значение: Коровяк — символ мужества, защиты и здоровья.

Защиты? Зачем линчевателю оставлять цветок, символизирующий защиту? Только два вероятных сценария пришли в изможденный разум Эджворта: либо этот цветок — случайность, либо угроза на самом деле была не угрозой, а предупреждением. Эджворту вдруг стало страшно идти завтра на работу, и он не был уверен, почему. Он заверил себя, что первый вариант — верный, но что-то глубоко внутри него твердило об обратном.

Комментарий к Глава 12

✨ примечания переводчика:

продолжая нашу увлекательную рубрику познавательных фактов о цветах… я тут немного покопалась в интернете и нашла про коровяк интересные штуки

коровяк помимо прочего означает добродушие, смелость и отвагу, а в магическом травничестве так вообще принято считать, что он отгоняет зло и защищает от всех негативных намерений. в Индии его даже называют одной из самых сильных защитных трав. в народе он также известен как огонь-трава (иронично, что это подарок от Темного Феникса 🌚), потому что из сухих веток коровяка получается отличный трут, который замечательно горит, и раньше он на самом деле использовался для фитилей в лампы

вот так вот! а вы говорите, Феникс в цветах не разбирается ахахызвж вон поглядите, какую полезную штучку Майлзу подарил! вот это я понимаю конфетно-букетный период ыхвддыдвы

========== Глава 13 ==========

Эджворт прислонился к двери полицейской машины, наблюдая за пролетающим в окне пейзажем. Они только получили сообщение о выстрелах и голубом пламени на складе рядом с погрузочными доками, и крейсер из Эджворта и еще двух вызвавшихся офицеров выехал на проверку. Учитывая… события прошлой ночи, Эджворт немного нервничал. Он делал именно то, что ему было сказано не делать. Шеф полиции мысленно вздохнул и отвел взгляд к окну, усилием воли игнорируя ревущую полицейскую сирену и внезапные скачки машины из-за ужасного вождения офицера.

Когда они приехали, царила странная тишина. Можно было подумать, что все уже закончилось, но что-то в воздухе ощущалось нетронутым, как если бы никто и не приходил сюда после конца рабочего дня. Эджворт в сопровождении прибывших офицеров обошел здание в поисках входа.

Вход находился в переулке, перегороженном металлической сеткой забора. Эджворт проверил дверь. Заперто, и ни намека на взлом. Мог ли тот звонок быть розыгрышем? Такое уже не раз случалось. Он закрыл глаза и вздохнул. Снова беспричинный стресс.

Эджворт развернулся и пошел на выход из переулка, где его ждали офицеры. Звук пистолетов, покинувших кобуры, вынудил его резко распахнуть глаза. Оба офицера вытащили оружие и направили дула четко на Эджворта. Был ли кто-то позади него? Нет. На асфальт под лунным светом ложилась лишь одна тень. Они целились в него.

Все резко обрело смысл. Эджворт почувствовал себя чертовым идиотом. Предыдущего шефа полиции арестовали за взяточничество и признали виновным. Эджворт должен был догадаться, что коррупция затронула куда больше, чем одного начальника. Не удивительно, что его невзлюбили. Человека, который не только презирал грязную игру, но и помог посадить предыдущего шефа. Теперь это казалось настолько очевидным, что Эджворт чуть не рассмеялся в лицо тем, кто сейчас прожигали его убийственными взглядами.

Заставив себя сдержать жалкую улыбку, Эджворт сверкнул глазами в ответ. Не поймите неправильно, он был в ужасе, но ни за что бы не позволил им об этом узнать. Руки вытянулись вдоль туловища, любое движение приблизило бы пальцы к куркам. Он в ловушке. Неужели такой будет его смерть? Жертва ложного звонка в полицию; его утащат куда-нибудь, где тела легко… поддаются забвению. Он судорожно сглотнул — волны бухты неподалеку оглушающе зашумели в ушах.

Он нахмурился сильнее, а мужчины, все еще держа его на прицеле, рассмеялись. Низкое рычание покинуло его горло. Он в ловушке. Отсюда нет выхода. Офицеры слишком далеко, чтобы ударить, и их больше. Шеф полиции изо всех сил искал способ сбежать — ничего не вышло. Эджворт крепко зажмурился, и выступившие слезы закололи глаза. Страх нарастал, самообладание уступало ему. Кто-нибудь… Помогите мне!

Забор позади задребезжал. Эджворт распахнул слезящиеся глаза и обернулся. Темный Феникс стоял на цыпочках наверху и смотрел вниз на Эджворта с улыбкой.

— Извиняйте, припозднился чутка, — прозвучало привычным небрежным тоном. Быстрая слеза облегчения скатилась по щеке Эджворта.

Теперь полицейские нацелились на линчевателя, чья улыбка исчезла. Мужчина настолько быстро оттолкнулся от забора, что Эджворт не понял, куда он делся, пока не услышал болезненный вопль одного из офицеров. Темный Феникс ударил его ногой. Мужчина отлетел на огромное расстояние и врезался в бетонное основание уличного фонаря. Одна только инерция выбила из него весь дух. Впечатляюще. Оставшийся офицер дважды выстрелил в линчевателя, но обе пули прошли мимо. Темный Феникс набросился на него. Офицер попытался сбежать, но, схваченный за волосы, был впечатан в кирпичную стену возле входа.

— Я бы извинился, но ты и правда меня выбесил.

Он схватил ведущую руку мужчины, и от ухмылки линчевателя по спине Эджворта пронесся холодок. Одно быстрое движение — и мужчина заорал от боли; его предплечье сломалось надвое об угол здания. Его рыдания не продлились долго: линчеватель, раздраженный ими, снова швырнул офицера головой в стену. Офицер потерял сознание. Темный Феникс бесцеремонно отбросил его безвольное тело и переключился на другого полицейского, который отчаянно хватал ртом воздух.

Полицейский попытался отползти, но был без труда поднят за лацканы пиджака. Темный Феникс занес кулак для удара, но заметил взгляд офицера. Он был направлен вдаль, на крышу соседнего здания. Линчеватель обернулся — его глаза расширились. Там притаился третий полицейский с оптической винтовкой в руках; прицел был направлен четко на Эджворта, который просто таращился на линчевателя. Офицера в ту же секунду отшвырнули на бетон. От удара головой он потерял сознание. Темный Феникс рванул обратно к Эджворту; поток горячего воздуха подгонял его.

— Майлз!!!

Эджворт вынырнул из транса и увидел направленное на себя дуло. Его спина ударилась о забор… остальное происходило как в тумане.

Раздался выстрел; в ушах зазвенел чужой вскрик боли. Вспыхнувшее маленькое голубое пламя на миг затмило зрение. Эджворт медленно соскользнул по забору, глядя вверх на нависшего над ним человека — тот вцепился в звенья забора, чтобы устоять. Линчеватель, тяжело дыша, обхватил раненое плечо, где из пулевого отверстия непрерывно валило пламя. Напоминало огонь из новостей, который появился после выстрела в баллон с пропаном.

Кровь капнула на лицо Эджворта, и выдернуло его в происходящее. Темный Феникс только что получил пулю, защищая его. Линчеватель зарычал, выпрямляясь, и остервенело обернулся на нападавшего. Щелкнули пальцы — из ниоткуда вырвалось огромное голубое пламя, а через мгновение улицу заполонил визг офицера. Линчеватель, двигаясь теперь намного медленнее и морщась от раны, стиснул дверную ручку. Крохотный огонек соскочил с его пальцев прямо в замок. Миг — и ручка поддалась, а Темный Феникс схватил Эджворта за руку и втащил их обоих в здание.

Теперь уже Эджворт запер дверь на засов изнутри. Линчеватель рухнул на колени сразу же, как только вошел. Он тяжело дышал и изо всех сил терпел боль.

— Ч-черт… Я и забыл… насколько же… это… больно… — он выдавил широкую улыбку и усмехнулся Эджворту, чье лицо только сильнее исказило беспокойство.

Пуля, судя по всему, была крупнокалиберной, раз таким образом прошла через плечо и все же умудрилась оставить вмятину на бетоне. Эджворт опустился на корточки и протянул руку к раненому Темному Фениксу, но тот сразу же встал и отошел подальше, замерев в тени ящиков для транспортировки. Казалось, он уже собирался ринуться прочь, но все же бросил секундный взгляд на потрясенную фигуру Эджворта и неохотно остался в тени неподалеку.

— Н-не волнуйся об этом… Все не так плохо… как кажется. Я-я просто… я как взрослый… ребенок… — лицо мужчины освещал небольшой огонек на плече, и он все еще выдавливал улыбку.

Теперь, когда страх смерти отступил, разум Эджворта медленно осмысливал ситуацию. Вполне логично, что разыскиваемый преступник не хотел, чтобы шеф полиции приближался к нему, но Эджворту плевать. Он беспокоился, черт возьми. Эджворт придал лицу мрачное, но решительное выражение и двинулся навстречу мужчине.

— Майлз… Я в порядке. Честно. Она уже заживает.

Прозвучавшее имя заставило Эджворта замереть на месте. Он не удивился, что линчеватель знал его; озадачило скорее то, что он использовал именно его. Эджворт посмотрел на капли крови, оставленные отступающим в темноту Темным Фениксом; кровотечение в самом деле замедлилось и– стоп.

Брови Эджворта нахмурились, пока он разглядывал кровавый след. Был еще один — тот, что Темный Феникс оставил во время побега из Блюкорп. Эджворт приказал снайперам стрелять в линчевателя… вторая пуля попала в цель… но огня, как сейчас, не было. Эврика!

Эджворт настолько яростно зыркнул на скрытое во тьме лицо, что линчеватель нервно хмыкнул:

— Неужто выяснил чего?–

— Твоя рана. Той ночью в Блюкорп, когда пуля попала в тебя. Огня не было, — Эджворт обвиняюще ткнул в него пальцем. Мужчина в тени просто испустил смиренный вздох поражения, не в силах сопротивляться.

— Ты прав. Когда пуля попала в меня той ночью, огня не было.

— Потому что это была постановка. Ты знал о двух снайперах, — надавил Эджворт, и мужчина в тени просто кивнул. Эджворт продолжил. — Откуда? Я пользовался засекреченными каналами, только я и снайперы были посвящены в детали плана.

Темный Феникс пошевелился, чтобы сесть на небольшой ящик неподалеку, все еще прячась во мраке:

— Ммм. Взломал твое радио. Узнал все, даже их четкое местоположение.

Эджворт приблизился на шаг, стараясь разглядеть чужие эмоции.

— Почему ты позволил этому случиться? Почему добровольно подставился под пули? — это вызвало короткий смешок от другого мужчины, отчего Эджворт еще сильнее нахмурился.

— Технически, в меня не попадали. Той ночью пуля задела только пакет с кровью, который я спрятал в костюме.

Эджворт скрестил руки на груди, выглядя недовольным:

— Это не ответ на мой вопрос.

Между ними повисла тишина; линчеватель отвел взгляд, тогда как Эджворт нетерпеливо отстукивал пальцем по плечу. Это ни к чему не приведет.

— Если не собираешься ничего мне объяснять, тогда позволь мне взглянуть на твою рану.

Темный Феникс удивленно повернул голову, чтобы снова посмотреть на него.

— Но она практически зажила… Я не–

— Выбор за тобой, — Эджворт не собирался позволить ему съехать с темы. Теперь беспокойство удерживало верх над потребностью в информации. Ответ линчевателя мог легко привести к его аресту, но шефа полиции сейчас это не волновало.

После еще одной минуты тяжелого молчания линчеватель натужно вздохнул и принялся развязывать галстук, чтобы приспустить рубашку. Эджворт спешно шагнул вперед. Когда он приблизился, линчеватель повернулся так, чтобы в лунном свете виднелось только его плечо.

Шеф полиции осторожно взялся за свободный край рубашки и оттянул ее в сторону, чтобы увидеть рану. Он удивленно моргнул: рана уже полностью затянулась, хотя на ее месте по прежнему оставался покрасневший шрам. Эджворт ощутил гложущее чувство вины и пошевелил пальцами, чтобы осторожно прикоснуться к коже. Если бы только он послушался, тогда Темный Феникс не получил бы пулю, защищая его. Его пальцы дотронулись до шрама, но сразу же замерли, когда линчеватель резко вздохнул.

— Он все еще нежный.

Эджворт кивнул и стал ощупывать кожу гораздо нежнее. Маленький огонек постепенно угасал теперь, когда рана затянулась, но все еще был достаточно ярким, чтобы пролить свет на шрамы, которые покрывали оголенную полосу кожи. И хотя все его раны заживали в считанные минуты, зато шрамы, казалось, оставались навсегда. Неведомая печаль нахлынула на Эджворта, и, не давая себе отчета, он прижался лбом к обнаженной коже линчевателя. В ответ донесся тихий вздох. Губы Эджворта изогнулись в очень слабой улыбке. От мужчины пахло древесным углем, пеплом и кровью. Поди разберись.

— …Майлз? — голос мужчины звучал мягче, как будто он боялся спугнуть хрупкий момент. Эджворт не ответил и сосредоточился на согревающем тепле мужчины напротив. Был ли он человеческим воплощением пламени? Ощущалось, словно прикосновение солнечного света к коже. Это успокаивало… словно грело самую глубину души Эджворта… этот человек, столько раз выручавший его… его спаситель.

Плечи затряслись. Темный Феникс столько раз спасал его, и что получал в ответ? За ним охотились, в него стреляли. Он только что поймал пулю вместо Эджворта, черт возьми! Кто знает, сколько еще травм он заработал, пытаясь помочь. Эджворт сдавленно всхлипнул, чувствуя, что слезы угрожают пролиться.

— Я-я… я… Мне жаль… Из-за меня… ты… — удалось выдавить из себя, прежде чем рыдания взяли верх. Последствия произошедшего навалились на него мертвым грузом.

Поначалу линчеватель никак не реагировал, но в конце концов положил руку на спину Эджворта и начал утешающе поглаживать.

— Не волнуйся об этом. Ради тебя я готов сделать все возможное. Прямо как ты сделал для тебя…

Эджворт не успел спросить — момент нарушил звук приближающейся сирены. Должно быть, один из офицеров очнулся и вызвал подкрепление. Черт бы все это побрал. Как только линчеватель услышал приближающийся вой сирен, он быстро отступил, заставив опирающегося на него Эджворта немного пошатнуться. Как только он восстановил равновесие и выпрямился, что-то мягкое внезапно коснулось лица и заставило рефлекторно закрыть глаза. Он почувствовал тепло перед собой и прикосновение целомудренного поцелуя к макушке.

Он тут же убрал ткань с лица, но Темный Феникс уже ушел. Что-то осталось лежать возле ног — еще один коровяк. Эджворт поднял его и вздохнул от боли в груди, которую отказывался признавать.

Полицейские сирены теперь звучали прямо во дворе. Эджворт протер лицо платком, который ему отдали, и направился к двери. Но вдруг он замер, заметив небольшой кровавый след, оставленный линчевателем. Эджворт нашел бутылку с чистящим раствором в каком-то из ящиков и вылил его на кровь — та почти полностью утекла в канализационный сток. Он спрятал бутылку обратно и лишь после этого наконец поднял засов для почти рыдающего детектива. Платок он держал в руке, в кармане плаща. Тот все еще излучал знакомое тепло, и оно помогало Эджворт успокоиться.

Комментарий к Глава 13

✨ иллюстрация ключевой сцены главы от автора:

https://animepaige.tumblr.com/post/652505419921735680/work-on-the-final-chapter-of-the-fanfic-no-no-no

✨ примечания переводчика:

ЕЩЕ БОЛЬШЕ СТЕКЛААА🥳🥳🥳

обожаю эту главу

========== Глава 14 ==========

Ежедневная газета оказалась скомкана и брошена в мусорку. Все одно и то же. Темного Феникса везде звали убийцей, и это заставляло кровь Эджворта кипеть. Смерть офицера — несчастный случай. Он был там, но никто не желал слушать. СМИ извратили произошедшее; теперь офицеры, напавшие на него, считались героями.

Не в силах сдержать ярость, Эджворт вмазал кулаком по стене. Каждый считал, что Темный Феникс собирался убить Эджворта, а офицеры получили раны, защищая его. Никто не верил ему, все списывали на шок и испуг. Единственное, чего надо бояться — идиотизма и высокомерия народа!

Эджворт прислонился лбом к стене, сделал несколько глубоких вдохов. Ему нужно успокоиться. Если он продолжит так заводиться, может натворить дел. Вздохнув, он выпрямился обратно и поправил рубашку.

Мысли так и возвращались к Темному Фениксу, как бы он не желал их остановить. Был ли мужчина в порядке? Эджворт никак не мог перестать волноваться. Этого человека обвинили в убийстве, пока он пытался защитить его, и чувство вины пожирало. Эджворт достал из кармана платок и нежно прижал его к лицу. Все еще немного теплый. О, как же ему хотелось просто поговорить с ним.

Отложив ткань, Эджворт вышел на балкон. Его отправили в отпуск из-за “околосмертельного опыта” и оставили скучать этой ночью четверга, в 03:26.

Глупая мысль всплыла в голове. Что, если линчеватель приглядывает за ним? Он уже навещал его пару дней назад, следовательно, либо выслеживал Эджворта, либо раздобыл где-то его адрес. Эджворт не знал, какой вариант звучал утешительнее.

Эджворт подумал, а что, если ему удастся вытащить линчевателя из укрытия (если он и вправду наблюдал)? Ему же просто нужно вытворить что-нибудь безрассудное, чтобы мужчина вмешался, но что? Глаза скользнули по балконным перилам.

Мысленно пожав плечами, Эджворт подошел к ограждению балкона и провел по нему рукой. Сделанное из стали, оно смотрелось довольно прочным. Эджворт присел на перила, удостоверившись в их надежности, а потом подтянул ноги и развернулся спиной к своему зданию. Он жил не на самом высоком этаже, но открывшийся вид все равно заставлял пальцы на свешенных вниз ногах поджиматься.

Он коротко улыбнулся сам себе. Что, черт возьми, он делает? Чудить что-то настолько опасное из-за крохотного шанса, что линчеватель действительно наблюдает за ним. Щеки покраснели от легкого смущения, и хмурое выражение тут же сменило улыбку.

Эджворт ухватился за заднюю часть перил и немного наклонился вперед, разглядывая проезжающие внизу машины. Некоторое время он оставался в таком положении, только иногда поправляя хватку, но никогда не подвергая себя риску упасть. В какой-то момент он вдруг почувствовал на себе теплые руки — они возникли из-за спины, схватили за плечи и быстро затащили обратно на балкон.

Эджворт в удивлении моргнул, а когда повернулся, то столкнулся с мрачным Темным Фениксом.

— Что ты делаешь?

Эджворт вдруг осознал, настолько плохой выглядела ситуация, и слегка побледнел, с трудом вставая обратно на балкон. Темный Феникс сразу отпустил его, стоило ногам благополучно коснуться пола, и скрестил руки на груди. Он казался по прежнему угрюмым.

— Серьезно, ты в порядке? Со стороны смотрелось… тревожно, — хмурость Темного Феникса обратилась в печаль, от которой у Эджворта защемило сердце.

— Я… да. Я в норме. Я просто… наблюдал, — Эджворт отвел взгляд. — Прощу прощения, что напугал.

Эджворт заметил, как часть напряжения покинула позу линчевателя, и в свою очередь немного расслабился сам.

— Не пугай людей так. Вряд ли умышленно, конечно, но ты продолжал шевелить руками — я боялся, что случайно упадешь. Ну, то есть, я бы в любом случае поймал тебя, но речь не об этом, — привычное поведение Темного Феникса вернулось, заставив Эджворта облегченно выдохнуть, хотя другой мужчина, кажется, списал это на раздражение. Эджворт попытался быстро сменить тему:

— Ты в порядке?

— Чего? Ну, да? С чего бы мне не быть в порядке?

— Голословные обвинения… в убийстве.

Темный Феникс слабо фыркнул и провел рукой по волосам.

— Все нормально. Не сказать, что я не был преступником до этого.

У Эджворта все сжалось в груди от воспоминаний о том, как часто он называл его так.

— Да, но… ты не убивал его.

— Технически, вина на мне, — сказал Темный Феникс с мрачным, небрежным тоном, который поколебал Эджворта и заставил его уставиться на собеседника. — Случайность или нет, я — тому причина.

Улыбка мужчины была настолько болезненно искусственной, что Эджворта передернуло. Руки сжались в крепкие кулаки, ногти впились в кожу. Он не мог просто стоять здесь и позволять ему нести такую чушь. Этот человек — не убийца!

Эджворт подскочил к линчевателю, застав его врасплох. Темный Феникс пятился от приближающегося Эджворта, пока не уперся спиной в стену. Эджворт практически стоял на цыпочках перед ним, настолько близко они находились, и гнев все еще легко угадывался на его лице.

— Темный Феникс. Ты — не убийца.

Линчеватель на короткое мгновение уставился на него, разинув рот, не в силах вымолвить что-нибудь в ответ. Эджворт хлопнул ладонью рядом с его головой, чтобы довести дело до конца и отсечь любые аргументы, которые только могли возникнуть в голове линчевателя.

Надо же, как изменились роли.

Они замерли так, должно быть, на целую вечность, но все длилось лишь пару минут. Темный Феникс первым разорвал зрительный контакт и тяжело вздохнул.

— Слушай, Майлз. Какой бы ни была правда, нет никаких доказательств, способных убедить остальных. Если у машины отказали тормоза и ты насмерть сбил кого-то, то ты все еще виноват. Я напугал его — и он упал с крыши, потому что я напугал его. Я — причина, вина на мне.

Когда мужчина посмотрел обратно на Эджворта, то застыл. Лицо Эджворта скрывало слишком много эмоций за стиснутыми зубами, глубоко нахмуренными бровями и глазами, полными слез.

Теперь, на таком маленьком расстоянии, стало очевидно, как события прошедших нескольких дней повлияли на него. У Эджворта появились темные круги под глазами, а его лицо бледнее, чем обычно. Скорее всего, он плохо питался на фоне всего этого стресса.

— Ты сделал это, защищаясь. Ты сделал это, чтобы спасти… — Эджворт крепко зажмурился, прикусывая внутреннюю сторону щеки. Он так и не смог закончить фразу — чувство вины снова начало душить его.

Их молчание затянулось; Эджворт силился удержаться от лишних эмоций, а линчеватель наблюдал за ним с жалостливым видом.

— …Эй.

Глаза Эджворта распахнулись, когда он почувствовал на запястьях две теплые руки. Они мягко опустили их напротив груди, чтобы линчевателю удалось снова выпрямиться. Эджворт уставился на Темного Феникса, все еще не в силах выдавить ни слова после печальной улыбки на лице напротив.

— Не хочешь немного полетать, чтобы прочистить мозги? Кажется, тебе это нужно.

Эджворт вскинул бровь, глядя на мужчину; его грусть сменилась замешательством. В ответ улыбка Темного Феникса стала более естественной.

— Что значит “полетать”? — теперь вместо замешательства возник скептицизм.

Темный Феникс залепетал в попытке быстро объяснить:

— Т-то есть, полетать над городом! Не наркотики, ничего такого!

Скептицизм Эджворта только увеличился.

— Ты умеешь летать, — заявление сочилось недоверием, Эджворт выглядел невеселым. По крайней мере, это лучше, чем граничить со слезами.

— Агась! Так. Давай-ка я лучше покажу, — с этими словами запястья были отпущены. Темный Феникс отступил на несколько шагов, и Эджворт сразу затосковал по теплу вокруг себя.

Линчеватель сделал глубокий вдох, прикрыл глаза. Вокруг стали появляться маленькие огоньки. Постепенно их становилось все больше и больше; они собирались в одну огромную огненную массу возле лопаток Темного Феникса.

Эджворт вздрогнул, когда из горящей массы внезапно показались крылья. Его глаза с благоговением следили, как они несколько раз трепыхнулись. Темный Феникс встал к краю балкона и одним махом вскочил на перила. Вдруг он спрыгнул вниз — Майлз тут же бросился к нему. И увидел, что мужчина с широченной ухмылкой завис в нескольких футах от него, а не упал. Эджворт выдохнул задержанный воздух и внимательно посмотрел на линчевателя, улыбка которого стала немного застенчивой.

— Та-дам! — Темный Феникс коротко развел руками. — Я не очень часто ими пользуюсь — слишком заметные, выдадут с потрохами. Но на долгих расстояниях приходятся кстати. Так что..?

Эджворту потребовалось больше времени, чем он мог признать, чтобы заметить приглашающе протянутую руку Темного Феникса. Эджворт переводил взгляд с мужчины на его ладонь и на землю внизу. Он сглотнул и остановил взор на Темном Фениксе, а затем все же взобрался на перила и схватился за руку.

Слегка пугало, насколько силен этот мужчина. Он легким движением подтянул Эджворта к себе; ладонь легла на спину, а вторая оказалась под коленями. Эджворт тут же вцепился в Темного Феникса, обернув руки вокруг его шеи, и спрятал лицо в чужих плечах. Теплый человек в его объятиях хмыкнул, и Эджворт покраснел.

Они начали двигаться, но Эджворт отказался оглядываться. Он не боялся высоты, но между ним и неминуемой смертью стоял лишь Темный Феникс — и эта мысль пугала. Но дело точно не в недоверии. Этот человек, черт возьми, поймал пулю ради него!

Мысли Эджворта прервал толчок плечом, в которое он уткнулся. Эджворт заворчал и попытался строго зыркнуть на мужчину, но вдруг осознал, насколько близко они находились друг к другу, и весь эффект хмурости развеял предательский румянец.

Когда Эджворт все же решился оглянуться, то сразу понял, зачем потребовалось его внимание. Они летели высоко над городом. Можно было подумать, что Эджворт еще сильнее испугается, но на самом деле он в восторге вгляделся в город. Все огни рисовали восхитительную мозаику занятой цивилизации. Каждый маленький кусочек света — это кто-то, кто живет своей собственной жизнью, совершенно не подозревая, что двое в небе наблюдают за ним. Было странно чувствовать себя вне этого, наблюдать за всем сверху. Но в то же время это ощущалось необычным расслаблением — долгожданное освобождение от городских ограничений.

Темный Феникс двинулся вперед, подлетев немного ближе к городу — так, чтобы Эджворт мог видеть все детали отсюда. Разум Эджворта затуманился; он любовался пейзажем, ветер бил ему в лицо, а теплые руки прижимали крепче.

Эджворт наконец повернулся и посмотрел на мужчину, держащего его. Взгляд зацепился за что-то и устремился на второе плечо, противоположное тому, на котором он лежал. Дырка в костюме была грубо зашита, и Эджворт тихонько рассмеялся про себя. Его замершая улыбка стала печальной, он протянул руку и нежно провел пальцами по отверстию.

Темный Феникс слегка повернул голову, чтобы посмотреть на Эджворта; его опьяняющая улыбка чуть ли не ослепляла в лунном свете. Мужчина прислонился щекой к протянутой руке Эджворта. Все было в порядке. Он был в порядке. Эджворт прижался головой к сгибу между шеей и плечом, наслаждаясь теплом и краем глаза любуясь пейзажем. Это… Он отогнал возникшую мысль. Он боялся ей уступить; страшился признания, которое может отобрать у него все это, как и многие другие дорогие сердцу вещи.

Эджворт закрыл глаза и вновь сфокусировался на ощущениях на коже. Ветер от движения; разливающееся тепло двух прижатых друг к другу тел; руки, периодически сжимающиеся сильнее без всякой видимой причины. К черту. Настолько потрясающе, что Эджворт чуть ли не мечтал, чтобы этот момент никогда не заканчивался.

Увы, все подошло к концу гораздо раньше, чем он надеялся. Хотя и казалось, что минуло лишь несколько мгновений, на самом деле прошел целый час, прежде чем Темный Феникс приземлился обратно на балкон Эджворта. Он опустил ноги Эджворта на пол. Линчеватель выглядел немного вымотанным, но его улыбка оставалась такой же яркой, как и всегда.

— Хотел бы я поболтать еще немного, но мне нужно уходить. Скоро рассветет.

Эджворт взглянул на солнце, что медленно возвышалось над горизонтом, и проклял его.

Неожиданный зевок вырвался у Эджворта, который тут же прикрыл рот ладонью. Все бессонные ночи и пропущенные обеды, кажется, настигли его сейчас. Темный Феникс засиял, как рождественская елка, но когда Эджворт вопросительно выгнул бровь, он просто пожал плечами.

Темный Феникс вернулся к перилам, взялся за них и собрался прыгнуть, но был остановлен — Эджворт схватился за его запястье. Удивленный, линчеватель обернулся к нему, и прежний растерянный вид снова возник на лице.

Эджворт покраснел — сильно покраснел. Сердце застучало в ушах. Видеть, как мужчина уходит, оказалось неожиданно и отчаянно больно, но он не знал, почему. Дрожащие пальцы крепче стиснули чужое запястье. Этот человек всегда был на его стороне; помогал, когда Эджворт больше всего в этом нуждался. Он рисковал жизнью ради него и не ждал ничего взамен.

— Я… Я думаю… Я…!!–

Слова Эджворта быстро прервались; Темный Феникс прижался губами к его губам.

Тело Эджворта напряглось, а мозг судорожно пытался сообразить, что происходит. Так же быстро, как все и случилось, Темный Феникс отстранился. Раньше, чем Эджворт успел как-то отреагировать, мужчина метнулся к ограждению балкона и, перемахнув его, скрылся в темноте улиц. Эджворт рванул к перилам, больно врезался в них и чуть не выбил из себя дух, но все равно наклонился вперед, чтобы посмотреть вслед. Темный Феникс ушел.

Эджворт медленно осел на колени; пальцы слабо коснулись оставшегося на губах тепла, которое хотелось смаковать из-за замершего жутко знакомого крепкого вкуса. Что только что произошло? Знал ли он, что Эджворт задумал сказать, или наоборот не желал, чтобы он что-то говорил? Может быть, он просто хотел поцел… Эджворт потряс головой. Он даже не знал, что собирался произнести. Ради всего святого, Темный Феникс — незнакомец! Только то, что он спасал его жизнь несколько раз, еще ничего не значит…

Почувствовав нарастающую головную боль, Эджворт поднялся и вернулся внутрь. Он позволил себе рухнуть на диван, оставив одну ногу твердо стоять на полу, а вторую закинуть на подлокотник. Одной рукой он прикрыл глаза, а вторая коснулась пола и вдруг нащупала маленькую бумажку под диваном. Странно. Эджворт заворчал, но все же достал ее и взглянул. О. Фотография. Должно быть, она вывалилась, когда он…

Шеф полиции выпрямился настолько резко, что будто почувствовал удар хлыстом. Глаза впились в фотографию трех мальчиков — особенно в того, что стоял в синем, с зачесанными назад колючими волосами.

Усталость мгновенно покинула разум, и Эджворт сорвался с места в душ. Ему необходимо наведаться в кое-какое кафе.

Комментарий к Глава 14

✨ примечания переводчика:

мы дожили!!!🥳🥳🥳🥳

ждите, сейчас начнется мясо.

========== Глава 15 ==========

Майя только-только повернула табличку “Открыто” и едва развернулась, как ворвался Эджворт. Дверь так врезалась в стену, что девчушка аж подпрыгнула. Она дернулась, чтобы с недоумением зыркнуть на него, и тут же все возмущение сменилось беспокойством. Эджворт тяжело дышал и, пусть и освежился в душе, все еще выглядел абсолютно измученным.

— Где Райт? — выдавил Эджворт сразу, как только смог нормально дышать, и попытался привести себя в порядок. Майя вернулась за стойку баристы и протянула долгий “Хм”, прежде чем ответить:

— Он все еще в душе. Проспал, потому что я отказалась его разбудить, — ухмыльнулась она, достала маффин с витрины и откусила кусочек.

— Сколько еще он там пробудет? Мне необходимо с ним поговорить. Это не терпит отлагательств.

Эджворт заметил, как девчушка коротко вздрогнула, но сразу развернулась и стала рассеянно помешивать ингредиенты для кофе.

— Хммм… Может, еще минут десять? Его волосы так тяжко укладывать. А я-то раньше думала, что девушки долго прихорашиваются! — она рассмеялась, но все еще стояла спиной к Эджворту. — Выпьете кофе, пока ждете? Или, может, чаю, если всю ночь работали?

Эджворт покачал головой. Он слишком нервничал и боялся, что напиток просто вызовет тошноту. Фотография ощущалась неподъемным грузом в руке; пальцы сжались и тут же расслабились, чтобы не повредить бумагу.

— Могу я попросить у вас стакан воды со льдом?

Девчушка Фэй обернулась через плечо и вздернула бровь. Не сказав ни слова, она наполнила пластиковый стакан льдом и водой и отдала ему. Эджворт скорее забрал его, чтобы девчушка не заметила, как тряслись его руки.

— Вы в порядке? Выглядите бледным.

Эджворт внутренне проклял себя за очевидность — он был каким угодно, но точно не в порядке.

— Да. Пожалуйста, не волнуйтесь из-за меня, — по крайней мере голос все еще звучал ровно, и это слегка успокоило мисс Фэй.

Между ними повисло неловкое молчание, пока они оба не услышали звук открывшейся двери на кухне. Эджворт почувствовал, что сердце забилось быстрее и ухватился за прилавок. Нет ни малейшего шанса, что тем мальчиков с фотографии был кто-то кроме Феникса Райта; чистые глаза цвета океана и широкая сияющая улыбка тому подтверждение. И ко всему прочему, уникальная прическа. Если подумать, Райт сказал, что начал укладывать волосы так уже после появления Темного Феникса, но линчеватель существует только последние семь лет. Зачем ему врать о чем-то настолько простом, как прическа?

Дверь между кухней и кафе открылась, на пороге возник уставший Феникс Райт. Он выглядел даже хуже Эджворта, и это полностью отвлекло его от предыдущей тревоги из-за заботы о мужчине.

— Ты кажешься слегка потрепанным, — Эджворт вынудил свое выражение лица расслабиться и попытался говорить небрежно, пока Райт вытаращился на него распахнутыми глазами.

— Эджворт? Почему ты здесь? Ты же обычно приходишь около семи, если работаешь. Ранний денек?

Райт еще не надел свою маску, а измученный мозг Эджворта мог сосредоточиться только на одной вещи одновременно. Вместо мыслей о разговоре разум решил, что пялиться на бритую линию подбородка Райта — отличная идея. Он был прав: чисто выбритый Райт выглядел гораздо лучше.

Рука, маячащая перед его лицом, вернула к реальности — Эджворт аж отшатнулся. Напугавшая его Майя хихикнула над реакцией, и щеки Эджворта порозовели в ответ. Он отвел взгляд и схватился за локоть.

— Эджворт? — Райт подошел ближе, теперь только прилавок разделял их. Он облокотился на него, пытаясь заглянуть в лицо Эджворту, тревога легко читалась на его уставшем лице. Эджворт тяжело вздохнул, мысленно напомнив себе, для чего он вообще явился сюда. Он отпустил локоть, вытащил из кармана фотографию и протянул ее Райту лицевой стороной вниз.

— Я нашел это. Потрудишься объяснить?

Феникс слегка напрягся. Он медленно забрал фотографию и оглядел ее. Лицо, на миг ставшее совершенно непроницаемым, изменилось из-за печальной улыбки. Майя подошла, чтобы тоже взглянуть на фото.

— Это же ты, верно? — надавил Эджворт. Феникс не сводил взгляда с фотографии еще мгновение, а потом положил ее обратно на прилавок, коротко вздохнув, и убрал руки в карманы толстовки. Грустная улыбка ни на миг не покидала его лица.

— Судя по твоему тону, ты и сам знаешь ответ, — признался мужчина, пожимая плечами. Все в груди Эжворта сжалось от эмоции на лице Райта. Почему он выглядел таким побежденным?

— У меня только один вопрос: почему ты соврал на счет прически? Странный повод для лжи.

Феникс отвел взгляд, слегка опустив голову, но улыбка осталась.

— Я был… напуган, наверное, — когда Эджворт вскинул бровь, Феникс продолжил. — Я слышал, что ты потерял память. Я подумал, что если ты попытаешься вспомнить забытое, это может тебе навредить. Если бы ты узнал, что я носил такую прическу еще в детстве, это могло бы спровоцировать воспоминания, а я не хотел рисковать. Я просто не хотел навредить тебе.

Прошло мгновение, прежде чем одна из сторон заговорила:

— …Это объясняет твою первоначальную реакцию.

Ответ Эджворта задержался — у него раскалывалась голова. Феникс был прав в своих рассуждениях, потому что Эджворт отчаянно хотел вспомнить потерянное детство, но если так должно было случиться, то пускай.

— Ага… Я частично надеялся, что это неправда, но, сам знаешь, как говорится: увидеть — значит поверить, — Феникс усмехнулся и медленно покачал головой. — Прости, что скрывал это от тебя.

Эджворт больше не слышал собеседника. Его голова пульсировала и кружилась — сказалось истощение. Колени ослабли, равновесие ускользнуло от него, и Эджворт оперся на стойку локтями, чтобы не рухнуть. Он смутно слышал, как кто-то окликнул его по имени, но стук в голове был слишком громким. Свет стал невыносим, но закрыть глаза оказалось недостаточно, чтобы остановить боль. Он в отчаянии зажмурился и схватился за голову. Мир отдалялся.

Феникс в панике потянулся, чтобы прикоснуться к Эджворту, но тут же отдернул руку, не зная, что делать. Когда Эджворту стало хуже, Феникс перепрыгнул через стойку и успел подхватить Эджворта, прежде чем он столкнулся с деревянным полом.

— Эджворт?? Ты слышишь меня? Эй! Майлз!!!

Его имя звучало знакомо, слетая с языка другого мужчины — последнее, что он смог разобрать. Окутанный внезапным теплом, Эджворт позволил тьме поглотить себя.

***

Идя в школу не только с рюкзаком на спине, но и тяжелым шоппером в правой руке и ланч-боксом в левой, Майлз мысленно заворчал, когда начал потеть. Ему и правда стоит слегка сдержаться с библиотечными книгами в следующий раз. Никто в классе особо с ним не общался, так что большую часть времени он просто читал, хотя сейчас это уже выходило за рамки приличного. Майлз остановился и задрал голову к яркому солнцу, из-за которого сегодняшнее утро стало дискомфортно жарким. Майлз поправил сумки и собрался возобновить шаг–

БУМС!

В Майлза кто-то врезался, и он свалился на землю. Он заворчал и сел, потирая голову, и испепеляюще зыркнул на мальчика в синем, точно так же трущего лоб.

— Оуу… Ой, блин! Ты цел?? Прости-прости, пожалуйста! — мальчик вскочил на ноги и протянул руку Майлзу, чтобы помочь встать. Майлз мгновение разглядывал мальчика. Они учились в одном классе. Как же его звали? Не важно. Им нужно идти.

Майлз нерешительно принял помощь и поднялся, отряхиваясь. Мальчик оглянулся и шустро присел на корточки, подхватывая упавшие книги Майлза. Почему их раскидало повсюду? Простое падение не– ох. Майлз взглянул на дно шоппера и тяжело вздохнул. И как ему теперь возвращать целую стопку книг в школу?

— Ты готов? — голос мальчика выдернул Майлза из мыслей, и он резко повернул голову к нему. Мальчик держал все книги в руках и ярко улыбался. — Надо поторопиться, а то опоздаем!

Мальчик направился к их школе. Майлз поспешно подхватил свой ланч-бокс и разорванный шоппер и бросился следом.

Так и началась их дружба. Воспоминания все еще ощущались смутными, но уже отчетливее, чем изначально. Тогда они немного поболтали по дороге и получше узнали друг друга. Феникс начал сближаться с ним в школе и представил своего друга Ларри. Они начали делать все вместе, втроем, и Майлз был… счастлив. Что же случилось?

Эджворт замычал сквозь сон, его лоб покрылся потом, и он чувствовал растущее отчаяние. Еще немного!

Очень расплывчато и туманно, но Эджворт наконец что-то вспомнил. Он шел вместе с отцом к дому Феникса, чтобы пригласить его поиграть, но там собралась огромная толпа. В самом центре суматохи двое мужчин пытались запихнуть перепуганного Феникса в микроавтобус. На Фениксе были какие-то странные наручники, но он все еще сопротивлялся изо всех сил, пинался и кричал, срывая голос, пока слезы текли по его лицу. Что происходит?

Майлз обернулся на отца, но даже тот был сбит с толку. Когда он оглянулся обратно, то увидел, как Феникс укусил одного мужчину за руку и в ответ получил тяжелую пощечину. Эджворт был вынужден заткнуть уши — крики Феникса разбивали его маленькое сердце.

Феникс продолжал бороться; кричать, что не хочет уходить. Почему никто не пытался вмешаться?? Майлз посмотрел на мистера и миссис Райт, стоящих в дверном проходе. Они ничего не делали. Кто-нибудь! Спасите его!

Майлз почувствовал, как на глаза навернулись слезы, и сжал свои крошечные кулачки. Прежде чем отец успел остановить его, Майлз бросился вперед, лавируя между всеми бесполезными взрослыми, которые стояли без дела. Отпусти его!!! Майлз накинулся на одного из мужчин, дергая его за ногу и требуя, чтобы он отпустил друга. Мужчина попытался оттолкнуть его, но Майлз не сдавался. Майлз старался изо всех сил и слышал, как Феникс с облегчением слабо выдохнул его имя.

А потом случилось это. Мужчина схватил Майлза за волосы и отбросил от себя. Грубый толчок, — мощнее, чем необходимо, — и голова Майлза врезалась прямо в тротуар. Все в тот же миг потемнело.

Эджворт, вздрогнув, проснулся, тут же сел и положил руку на шрам на затылке. Он отчаянно пытался отдышаться, его глаза бесцельно смотрели вперед.

У Эджворта душа чуть в пятки не ушла, когда он почувствовал чье-то прикосновение к своей ладони на затылке. Он обернулся и увидел Феникса, сидящего на компьютерном кресле напротив дивана, на котором лежал Эджворт. Должно быть, после того, как Эджворт потерял сознание, Райт перенес его наверх.

Выражения лица Феникса полно беспокойства, тогда как у Эджворта оно исказилось в отчаянии; он судорожно пытался найти подходящие слова. Эджворт не сводил взгляда с человека напротив, и слезы потекли по щекам. Так все и было…? Неужели Феникса так жестоко разлучили с ним?

Быстрее, чем Эджворт осознал, он протянул руки и привлек Феникса к себе, цепляясь смертельной хваткой сквозь объятия и утыкаясь лицом в изгиб его шеи. Феникс поколебался, прежде чем медленно ответить на объятия и начать утешающе поглаживать спину всхлипывающего Эджворта.

Эджворт прильнул к необычайно теплым объятиям Феникса, как будто без них замерз бы до смерти. Никто не произнес ни слова.

Комментарий к Глава 15

🥳🥳🥳🥳🥳🥳🥳🥳🥳🥳🥳🥳🥳🥳🥳🥳

еще чуть-чуть до мяса..😌 готовьтесь

========== Глава 16 ==========

Феникс стоял на кухне, ожидая, когда выпечка будет готова. Изо рта вырвался широкий зевок, и как раз в этот момент Майя открыла дверь, чтобы поболтать, не покидая главного зала.

— Боже. Ты что, вообще не выспался?

Сейчас они готовились к обеденному наплыву. А до этого Феникс и Эджворт задремали в объятиях друг друга, оба измученные бессонными ночами. Они закрыли кафе после утренней суеты, чтобы Феникс мог присмотреть за Эджвортом после потери сознания, но не могли позволить себе пропустить обеденный перерыв. Кто бы мог подумать, что в кафе будет так многолюдно в середине дня?

Когда Майя разбудила их обоих, Эджворт смутился, настоял, что ему нужно работать — и умчался прочь. Феникс знал, что тому дали отпуск, но не стал поправлять и просто позволил уйти.

От воспоминаний с его губ сорвался тяжелый вздох, и Майя вопросительно склонила голову:

— Ты чего такой тихий и унылый? Это странно.

Майя следила за ним взглядом, пока Феникс сновал туда-сюда по кухне, завершая выпечку.

— Я просто… думаю.

— О чёёём?

Феникс заколебался. Он никогда не рассказывал Майе всю историю целиком. С очередным вздохом Феникс сел возле остывающей выпечки и облокотился спиной о стойку.

— Я знаю, что Майлз вспомнил некоторые детали, но он убежал раньше, чем я смог спросить, какие именно. Судя по его пробуждению, то он, должно быть, вспомнил, как нас разлучили, но не могу сказать, помнит ли он о том, почему это случилось. Если да, тогда концерт окончен, — Феникс зарылся пальцами в волосы, стараясь успокоить собственные нервы.

— О чем ты, Ник? — теперь Майя явно разволновалась, это стало слышно по голосу. Феникс бросил на нее короткий взгляд и тут же отвел его к полу, колеблясь, прежде чем объяснить:

— Я показал свои новые силы двум своим лучшим друзьям, а один из них — известный болтун, особенно когда взволнован — рассказал обо всем своим родителям. Те пожаловались моим — и они позвонили людям, которые забрали меня прочь, — руки Феникса неосознанно вцепились в край стойки.

— Кому — людям?

— Той организации, которая… тренирует детей со способностями. По крайней мере, так они о себе заявляют. Существует гораздо больше людей со способностями, чем все думают, но то место вселяет настолько глубокий ужас, что многие просто прекращают ими пользоваться. Организация работает над тем, чтобы определить, представляешь ли ты угрозу, а потом поступают соответствующим образом, — на последней фразе Феникс съежился.

Майя ненадолго засомневалась, прежде чем заговорить снова:

— Как твои родители узнали, кому звонить?

— Если ребенок рождается с какими-нибудь сверхъественными аномалиями, — неважно, какой силы — организация дает контактный номер на случай, если родители испугаются своего ребенка. При рождении мои глаза были неестественно ярко голубыми.

Майя мгновенно пожалела о своем вопросе, и печаль расцвела на ее лице. Феникс посмотрел на нее снизу вверх и ободряюще улыбнулся.

— Все в порядке, Майя. Это в прошлом; даже Ларри извинился, когда мы снова встретились. Он не знал, что так случится. Да и я не виню его, он был ребенком, — Феникс встал с места и начал раскладывать выпечку для витрины. — Возвращаясь к нашей теме: если Майлз вспомнит, что я показывал им свой огонь, тогда это без сомнений подтвердит, что я Темный Феникс.

— Итак, значит, ты хочешь сказать, что разбивать окно ради твоего алиби после того постановочного попадания пули и столкновения со зданием было бессмысленно?

И хотя Феникс мог довольно быстро залечивать любые проникающие раны, такие вещи, как столкновение с кирпичным зданием на большой скорости, оставляли затяжную боль по крайней мере на несколько дней. После инцидента с Блюкорп Феникс не мог даже нормально шевелиться из-за повреждения ребер, и ему потребовался целый день, чтобы восстановиться ровно настолько, чтобы суметь нормально дышать. Он разбил окно и велел Майе сказать, что произошла драка и что во время нее он заработал травму. Если бы кто-то увидел, что ему больно, эта история бы все прояснила.

Надутое лицо Майи заставило Феникса рассмеяться, настроение улучшилось. Майе всегда это удавалось, даже когда казалось, что его уже ничего не обрадует.

— Эй, мне вообще-то пришлось продать несколько сокровищ, чтобы расплатиться!

Улыбка Феникса стала только шире, а беспокойство рассеивалось, пока они вот так перекидывались словами.

Феникс знал, что он уже вернулся в список подозреваемых — тот трюк с пакетом крови провалился, когда его подстрелили, и он самостоятельно опроверг свое собственное алиби. Майя не в курсе, что произошло, так как Феникс не хотел, чтобы она волновалась понапрасну. Феникс старался держать ее как можно дальше от своих преступлений. Неизбежно, что однажды его поймают, и будь он проклят, если позволит втянуть Майю как соучастницу.

— В любом случае, давай-ка отнесем десерты на витрину. Обеденная суета вот-вот начнется.

***

Майя осталась в главном зале принимать и выполнять заказы, пока Феникс спрятался на кухне, чтобы заняться прослушкой через жучки — теперь уже получше запрятанные. Это основной способ сбора информации. Их кафе — единственное в районе, поэтому большинство копов, коррумпированных или нет, приходят сюда во время перерывов. Феникс и Майя слушают их разговоры и делают заметки, чтобы потом действовать в соответствии с ними. Таким образом Феникс узнал о нападении на Майлза, но даже так он чуть не потерял его из-за своей беспечности…

Феникс покачал головой и сосредоточился на прослушивании записей. Майя выясняла имена копов, когда отдавала заказы, и через спрятанный за кофейными аппаратами планшет сообщала, за каким столиком они устраивались. Если Майе становилось тяжело справляться самой, они менялись местами, потому что Феникс быстрее заваривает кофе. Но Феникс все же предпочитал прослушивать самостоятельно и быть уверенным, что никакая деталь не ускользнула.

Они занимались этим уже несколько месяцев, и только Майлз поймал их. Феникс не гордился тем, насколько хорош в блефе, но это несомненно пригодилось, когда пришлось столкнуться с шефом полиции и обвинением в чем-то нелегальном.

Феникс выписал несколько имен, на которые необходимо обратить внимание. Должен ли он действительно это сделать? Он сомневался не с моральной точки зрения, нет, — только беспокоился о том, как ситуация повлияет на Майлза. Столько офицеров в больнице… это не могло пойти на пользу его репутации. Может быть, Фениксу стоит просто назвать имена и привлечь к ответственности старомодным способом? Он мог бы раздобыть улики и просто передать их Майлзу, поскольку теперь, кажется, они в одной команде.

Феникс вспомнил их поцелуй, и его лицо вспыхнуло. Зачем он сделал это? В тот момент он настолько сильно смутился, что просто сбежал, не дав Майлзу сказать и слова! Несмотря на то, что он был один, Феникс закрыл лицо руками и застонал. Просто Майлз стоял там такой растерянный и милый; он не смог устоять!

Феникс выпрямился и хлопнул себя по щекам, заставляя сконцентрироваться. Он может помечтать и позже. Безопасность Майлза на кону!

***

Прошло несколько дней с того момента как Майлз пришел в кафе, и Феникс все больше волновался. Поэтому, оправившись после злоупотребления силами, Темный Феникс снова вышел на охоту. Мягко приземлившись на крышу дома Майлза, а потом и на его балкон, Феникс заглянул внутрь и попытался отыскать взглядом свой предмет воздыхания{?}[В оригинале используется слово краш (буквально crash), но, на мой взгляд, в русском языке оно все еще чересчур сленговое, чтобы употребляться вне диалогов; хотя я так и не смогла подобрать какой-то более сносный синоним, поэтому теперь все звучит слегка драматично.]. Хотя окна гостиной и были огромными, все еще оставалось достаточно места между ними, чтобы стоять здесь и не быть замеченным.

Поскольку мужчины его мечты все еще нигде не было видно, Феникс скользнул к двери и попробовал открыть ее — на удивление, не заперто. Это заставило его напрячься: выглядело как ловушка. Отбросив возникшее чувство, Феникс бесшумно прошел в квартиру и закрыл за собой дверь. Он искал свет в кабинете или спальне. Может, Майлз просто не дома? Нет, его ярко-красная машина стояла в гараже.

Феникс подошел ближе к проходу в коридор и посмотрел в сторону спальни. Может, Майлз уже заснул? Как бы сильно Феникс не хотел его увидеть, этому лучше не случаться. Особенно сейчас, спустя какое-то время после их последнего разговора… Простая мысль вернула Фениксу румянец.

Феникс решил, что оставить визитную карточку и улики на кофейном столике будет лучше. Подойдя к упомянутому столику, он достал из сумки на бедре небольшой пучок цветов тысячелистника. Визитки не всегда что-то символизировали; раньше это были просто случайные цветы. Так было, пока Феникс не навестил Майлза в его тюремной камере — тогда он оставил бутон с намерением потом отыскать Майлза. Он даже не знал, волновал ли Майлза язык цветов, но, в любом случае, это было забавно.

Он разбросал несколько бутонов поверх пучка тысячелистников. Этот цветок символизировал защиту, а также удачу. Учитывая все происходящее, он подумал, что Майлзу и правда пригодится удача. Феникс поджег цветы, прежде чем положить их на стол. Он мог контролировать свой огонь, так что он не нанес бы вреда ни столу, ни цветам. Понадобилось много практики и усилий, только чтобы спокойно флиртовать с Майлзом, но он бы сделал ради него что угодно. Эта мысль вызвала улыбку на лице.

Феникс оставил сверток с уликами против коррумпированных полицейских рядом с горящим букетом. Решив, что смотрится неплохо, он повернулся к выходу — и услышал, как открылась дверь дальше по коридору.

Феникс запаниковал. Он стоял вне поля зрения из коридора, но времени на то, чтобы тихо выскочить через дверь, не было. Не имея выбора, Феникс запрыгнул в самый темный угол прямо над коридором и подтянулся к потолку, упираясь ногами и руками в стены — как раз вовремя. Майлз прошел под ним.

Майлз выглядел так, словно пытался заснуть и долго ворочался в кровати. Это было настолько мило, что Феникс почти соскользнул со стены. Майлз сразу заметил цветы и осторожно подошел к ним, взглянув на балкон. Майлз поднял цветы за стебли и снова принялся осматриваться вокруг. О нет. Если бы он развернулся, то увидел Феникса, похожего на растянувшегося таракана на фоне стены. Похоже, этого не избежать.

Ровно перед тем, как Майлз полностью повернулся, Феникс тихо приземлился и небрежно прислонился к стене, тут же принимаясь поправлять перчатки, чтобы казаться незаинтересованным. Он услышал, как у Майлза перехватило дыхание, когда тот увидел его. Феникс поднял взгляд в ответ, стараясь сохранить невозмутимость перед лицом краснеющего Майлза Эджворта. Феникс щелкнул пальцами, и огонь на цветах потух. Недолго Майлз просто смотрел на них, прежде чем взять их в руки и немного повертеть, изучая.

— Что это значит?

— Ты уже должен быть в курсе, как работает эта игра, — ухмыльнулся Феникс в ответ на хрупкий взгляд.

— Я имел в виду значение цветов. Ты мог бы избавить меня от необходимости искать его.

Фениксу с трудом удалось подавить собственное волнение от того, что Майлз действительно искал значение цветов. Он был уверен, что его ухмылка стала шире.

— Как на счет подсказки? Они называются тысячелистники.

Майлз возмущенно засопел на отсутствие прямого ответа. Он прикрыл глаза, словно пытался успокоиться.

— А что на счет свертка?

— Улики, — внезапно серьезный тон Феникса заставил глаза другого мужчины распахнуться и уставиться на него.

Отложив цветы на стол, Майлз начал рыться в свертке и вытаскивать предметы, чтобы рассмотреть их. Пока он был повернут спиной, Феникс решил, что это его шанс попытаться “исчезнуть”. Он стоял слишком далеко от каких-либо комнат или окон, из которых можно было бы сбежать. У него оставался только один вариант.

— Что, черт возьми, все это–

Фраза Майлза прервалась, когда он оглянулся и увидел, что Темный Феникс исчез. Куда же он делся? Спрятался в кладовке в коридоре. Это была единственная дверь, достаточно близкая к нему, и которую он сумел бы бесшумно открыть и закрыть. И хотя Майлзу он мог показаться хладнокровным и загадочным, в тот момент он чувствовал только стыд из-за своего затруднительного положения. Феникс умер бы от смущения, если бы Майлз каким-то образом обнаружил, где он спрятался.

Феникс прислушивался к движениям Майлза. На мгновение воцарилась тишина, а потом он уловил шорох поднятого свертка улик и приближающиеся шаги. Сердце Феникса заскакало от страха, пока он не услышал, как соседняя дверь открылась и закрылась. Эджворт перенес улики в свой кабинет. Это его шанс!

Феникс выскочил из кладовки и закрыл за собой дверь с тихим щелчком. Он перескочил через гостиную, затормозил перед балконными дверьми и спешно прошмыгнул за них, убедившись, что не забыл прикрыть вход после себя. Феникс запрыгнул на крышу и разлегся на бетоне, чтобы дать сердцу успокоиться. Он так сильно хотел выглядеть крутым, что тревога оказаться пойманным не прекращала душить.

Успокоившись, Феникс рискнул снова глянуть в квартиру. Он увидел стоящего спиной к окну Майлза, с книгой в одной руке и цветами в другой. Книга была открыта на развороте о “Цветах тысячелистника”, и ухмылка Феникса стала в десять раз шире. Майлз несколько раз перевел взгляд с текста на цветы, потом закрыл книгу и отложил ее в сторону. Он осмотрел букет, который теперь держал двумя руками, и мягко коснулся его. Через мгновение Майлз совсем ненадолго нежно прижал цветы к груди, а потом скрылся на кухне. Легкая ласковая улыбка Майлза в момент, когда он обнимал букет, отправила сердце Феникса на седьмое небо.

Феникс быстро вернулся на крышу и радостно запрыгал, как будто был маленькой школьницей. Он просто чувствовал себя безмерно счастливым из-за того, что хоть немного порадовал Майлза. Он не знал, любил ли Майлз его так же, как он его, но если нет — все в порядке. Феникс просто хотел, чтобы Майлз наслаждался полноценной, счастливой жизнью. И он сделал бы что угодно ради этого. Все, что угодно.

Комментарий к Глава 16

✨ примечания переводчика:

…все, что угодно… зловещая музыка

А МЫ МЕЖДУ ТЕМ ВОЗОБНОВЛЯЕМ НАШУ РУБРИКУ ПОЗНАВАТЕЛЬНЫХ ФАКТОВ О ЦВЕТАХ (я обожаю язык цветов, если вы еще не заметили)

тысячелистник на повестке дня. его значение немного разнится; где-то писали, что он приносит неудачу, а где-то — наоборот. возьмём то, что поближе к фанфику

латинское название тысячелистника Achillea происходит из древнегреческих мифов об Ахиллесе, который лечил этим цветком своих солдат. даже в нынешнее время тысячелистник используется как лекарственное средство, а раньше так вообще у каждого воина в кармане должен был лежать порошок из него — им присыпались раны (его даже прозвали солдатской полынью). тысячелистник также вплетали в венки, как символ непокоренности, стойкости, живучести, а в европейских странах он превратился в символ юношеской любви и молодости. там же, в европе, считается, что тысячелистник защищает от зла и обеспечивает успех и удачу. в Ирландии молодые девушки клали цветки под подушку, чтобы им приснился сон о будущей любви.

если подытожить, традиционно тысячелистник значит не только защиту и удачу, но и исцеление и успех. и, возможно, чуть-чуть любовь. но этого мы с вами никогда не узнаем 🌚

========== Глава 17 ==========

Последние несколько недель можно назвать как угодно, но точно не приятными. Воспользовавшись уликами от Темного Феникса, Эджворт попытался привлечь нечестных офицеров к ответственности, но в итоге наткнулся на все возможные сложности. Всякий раз, когда он пытался передать другим полицейским улики на хранение, они таинственным образом исчезали. Своевременно осознав, что коррупция укоренилась сильнее, чем он думал, Эджворт решил сделать все самостоятельно. Единственным офицером в участке, кому Эджворт доверял, был Гамшу, но вовлекать мужчину не хотелось. Этот болван — святая простота, и он мог ненароком посодействовать коррупции.

Эджворт отодвинулся от ноутбука и откинулся на спинку офисного кресла. Теперь он не мог даже принести улики в участок, потому что кто-то точно уже дважды шарился в его кабинете. Хотя Темный Феникс, как правило, мог вернуть все доказательства до их уничтожения, Эджворт не хотел полагаться на мужчину. С нынешней проблемой он справится сам. Это исключительно его обязанность, как шефа.

Изо рта вырвался широкий зевок. Между долгими ночами планирования и распределения доказательств и поездок в суд в качестве свидетеля, Эджворт устал сильнее, чем когда-либо. Далеко не все офицеры получили повестки в суд. Большинство просто заработали штраф и увольнение за свои выходки, и это слегка напрягало Эджворта. Некоторые полицейские выглядели… нестабильными, когда им сообщили невеселые новости, и заставляли Эджворта опасаться за собственную безопасность.

Эджворт поднялся, вытягиваясь вверх, пока не хрустнула спина. Он пошел на кухню, чтобы заварить чай. Квартира погрузилась в полумрак, из-за чего Эджворту казалось, что сейчас позднее, чем на самом деле. Он задернул все шторы, чтобы скрыться от посторонних глаз. Линчеватель высказал свое недовольство на этот счет, заявив, что так его сложнее проверить. Эджворт тепло улыбнулся возникшему воспоминанию.

Линчеватель приходил по крайней мере раз в неделю, чтобы навестить его. Они договорились встречаться, чтобы обмениваться уликами лично, а не просто класть их на стол. Линчеватель время от времени приносил выпечку или еду на вынос, чтобы убедиться, что Эджворт не забывает питаться, потому что, судя по всему, уже отлично знал, как глубоко тот погружается в работу. Если Эджворта не было дома, Темный Феникс ждал его в темноте гостиной. У Эджворта чуть не случилось несколько сердечных приступов из-за этого, но теперь он привык и с нетерпением предвкушал появление лучезарной улыбки, что встречала его после возвращения.

Свист чайника выдернул из мыслей, и он быстро снял его с плиты. Эджворт потянулся к шкафчику за чаем, но вдруг замер и взглянул на часы. Оставалось несколько минут до половины десятого. Если он поторопится, то сможет выпить чай в кафе.

Эджворт стал более частым посетителем, после того как прошло смущение после того обморока. Они неспроста были друзьями раньше. Разговоры с Фениксом лились рекой, а от его улыбки Эджворт чувствовал тепло и покалывание по всему телу. Воспоминания все еще оставались смутными, и он часто просил Феникса рассказывать истории из их детства. Феникс без проблем отвечал на любые вопросы, если речь не шла о людях, которые забрали его. Не важно, сколько раз Эджворт спрашивал “Почему?” — Феникс всегда менял тему.

Надев ботинки и плащ, Эджворт схватил ключи и отправился в кафе. Он надеялся, что оно будет безлюдно, чтобы суметь подольше поговорить с Фениксом с глазу на глаз. Жизнерадостность и энергия Феникса очень заразительны, и, господь свидетель, Эджворту не помешала бы новая их доза прямо сейчас.

***

Предположение Эджворта оказались верны; в кафе стояла гробовая тишина. Мисс Фэй уже убрала столы, пока Феникс протирал аппараты на стойке баристы. Когда Эджворт вошел, лицо Феникса озарилось ослепительной улыбкой. Он так бесконечно мило воодушевился, увидев Эджворта; как преданный щеночек. Эджворт подошел к прилавку. Губы уже неосознанно расплылись в улыбке.

— Добрый вечер, Райт. Надеюсь, я не слишком поздно?

— Вовсе нет! Чай или кофе сегодня? Я уже совсем запутался, — смех у мужчины ангельский, и, казалось, он даже отогнал легкую головную боль, которую Эджворт не успел заметить.

— Просто чай. Я работаю завтра днем.

— Бо-о-о-оже. Ты очень много работаешь последнее время! — мужчина отвернулся, чтобы за беседой приготовить заказанный напиток.

— Как говорится, нет покоя грешникам. Я всегда довольно занят, не только последнее время.

— У тебя вообще бывают выходные? — хотя Феникс и стоял спиной, Эджворт заметил на его ушах слабый румянец. Его улыбка стала шире, а щеки слегка порозовели в ответ.

— Иногда. Почему ты спрашиваешь?

Бариста подскочил за стойкой, чудом не пролив на себя горячий чай. Его румянец стал ярче:

— Я-я просто… Ты выглядишь очень занятым, и я просто… не хочу чтобы ты перерабатывал, вот и все–!

В какой-то момент мисс Фэй показалась из-за угла и ткнула Феникса локтем. Бедняга дернулся и все-таки разлил чай.

— Мы это уже проходили! Ты обещал, что сделаешь это, когда он зайдет в следующий раз! Я уже устала видеть одно и то же раз за разом. Когда там новая глава уже! — девчушка надулась и прищурилась, глядя на застенчивую улыбку мужчины, потирающего затылок.

— Я-я сделаю… Дай я сначала уберу все это, — Феникс переключил внимание на Эджворта. — Извини, Эджворт. Придется переделать твой чай.

— Не торопись. Я никуда не спешу.

Облегчение отразилось на лице Феникса, а потом он присел на корточки и принялся вытирать чай тряпкой. Эджворт скрестил руки на груди и облокотился локтями на прилавок. Он наблюдал, как оба баристы перекидывались колкостями, но на самом деле не слушал ни одного из них. У них троих набралось уже много таких моментов. Они казались расслабляющими и… домашними. Эджворт не догадывался, что ему чего-то не хватало, пока не сблизился с этими двумя.

Перегнувшись через прилавок, Майлз заметил засунутые за угол аппарата маркер и бумажный стаканчик. Пока остальные отвлеклись, Эджворт вытащил его и осмотрел — лицо тут же окрасилось в ярко-розовый. На стакане было написано его имя, а вокруг — несколько милых рисунков с его изображением и парочка сердечек. Сердце наполнилось радостью, а улыбка снова стала шире. Пока Феникс не встал, Эджворт успел спрятать стакан в карман плаща.

Феникс быстро переделал чай. Майя стояла в дверях кухни, скрестив руки на груди и прислонившись к косяку. Что бы ни пообещал Феникс, она собиралась убедиться, что он не отвертится.

— Держи! Извини за ожидание! — Феникс протянул стакан Эджворту, который счастливо забрал его и сделал долгожданный глоток. Идеально, как и всегда. Эджворт улыбнулся из-за чашки, когда услышал, как Феникс прочистил горло. Он потирал затылок и смотрел в сторону, его румянец стал гораздо ярче.

— Итак… возвращаясь к нашему разговору о выходных… есть шанс, что один из них намечается где-нибудь на днях? Если да… не хотел бы ты, ну, знаешь… сходить куда-нибудь?

Лицо Эджворта потеплело, а сердце забилось быстрее, но на губах возникла ухмылка:

— Надо же, Райт. Сегодня захотелось быть посмелее, не так ли? — Феникс разволновался и начал нести бессвязную чепуху, но Эджворт перебил его смешком. Волнение этого человека слишком прелестно. — Мое расписание довольно сбивчивое, но я должен быть свободен в следующий вторник.

Эджворт вытащил салфетку и маркер из-за аппарата. Он написал свой телефонный номер на салфетке и протянул ее ошеломленному Фениксу.

— Это…?

— Не нужно делать вид, что ты удивлен. С моим плавающим расписанием было бы невозможно скоординироваться без средств связи. Я оставил телефон в машине, поэтому просто отправь мне сообщение, когда будет возможность, и я сохраню твой контакт.

Феникс, похоже, утративший дар речи, предпочел нетерпеливо кивнуть; это вызвало у Эджворта еще один смешок.

Часы в кафе пробили час, сообщая о времени закрытия. Эджворт развернулся на каблуках и подошел к двери. Он уже открыл ее, когда оглянулся через плечо на мужчину, смотрящего ему вслед. Легкая улыбка все еще не сходила с лица Эджворта.

— Я жду скорых вестей от тебя, Феникс.

С этими словами Эджворт вышел из кафе. Он сохранял самообладание, пока не добрался до машины. Там его лицо вспыхнуло, и он тут же закрыл его руками. Эджворт не мог поверить, что только что произошло. Бесконечное множество эмоций пронеслись через него — как хороших, так и плохих, — но в основном хороших. У него кружилась голова и заходилось в волнении сердце, что только усиливало смущение.

Во время недолгой поездки домой Эджворт поглядывал на телефон больше раз, чем мог бы признаться. Звук уведомлений был включен, так что он в любом случае услышал бы пришедшее сообщение, но все равно проверял экран, чтобы не пропустить. Он все сильнее смущался своих действий, но даже это не могло заставить его прекратить бросать короткий взгляд на телефон каждые несколько минут.

Эджворт приехал домой и открыл входную дверь. Оказавшись внутри, он убрал ключи и поставил чай на тумбочку возле кухни, чтобы снять плащ. Как раз в этот момент он услышал звякнувший телефон и ринулся доставать его из кармана. Плащ путался и мешался, как никогда раньше.

Он наконец вытащил телефон и открыл сообщение:

+Х(XXX)XXX-XX-XX: Угадай, кто~ ☕( ゚ヮ゚☜ )

Эджворт прикрыл рот рукой, когда тихое урчание в груди превратилось в смешок, а в конце концов переросло в полноценный смех. Такая дурацкая глупость, но Эджворт чувствовал себя счастливым — и это все, что важно. Эджворт вытащил стакан из кармана и посмотрел на него с теплой улыбкой; большой палец мягко провел по одному из сердечек.

А следующим, что почувствовал Эджворт, была резкая пульсация в ушах и затылке. Его лицо соприкоснулось с полом. Затуманенным взором Эджворт попытался посмотреть туда, куда из рук выпали телефон и стакан. Он попробовал дотянуться до них, но тело стало тяжелым, как свинец. Еще один сильный удар по голове погрузил мир во тьму.

Комментарий к Глава 17

С ДНЕМ ДНЯ, ТОВАРИЩИ

ДА ЗДРАВСТВУЕТ СТЕКЛО ✊✊✊

(осталась одна глава и эпилог, а дальше только экстры 😨)

========== Глава 18 ==========

Комментарий к Глава 18

вы готовы, дети?)))

молитесь. 👹

Все болело и ныло, когда Эджворт наконец очнулся. Даже открытие глаз потребовало огромных усилий — не то чтобы это как-то помогло, поскольку он все равно ничего не видел. Он попытался заставить тело выпрямиться из скрюченной позы — не вышло. Должно быть, пока он был без сознания, ему вкололи снотворное. Но даже так Эджворт пытался ерзать и выбраться из сковывающего состояния.

Только когда связанные руки коснулись шероховатой поверхности вокруг, затуманенный разум Эджворта немного прояснился, но только для того, чтобы уступить место панике. Он снова оказался в ловушке внутри деревянного ящика. Ему все снится? Нет. Во время кошмаров Эджворт никогда не мог думать свободно, лишь заново переживал ужасные воспоминания. Кем бы ни был похититель, он знал о деле DL-6. Они пытались заставить его запаниковать.

Не секрет, что Эджворт избегал замкнутых пространств вроде кладовых или лифтов, и многие, включая его самого, считали это клаустрофобией на почве посттравматического стрессового расстройства. Сейчас же все немного иначе. Кем бы похититель ни был, он знал, что именно произошло той ночью. Эджворта заперли в ту же ловушку и, судя по звукам, он точно так же находился в соседней от похитителей комнате.

Эджворт попытался мыслить логично и спокойно, и паника быстро отступила. Он попробовал пробить стену ящика, но тело слишком ослабло из-за снотворного. Быстро запыхавшись в замкнутом пространстве, он выругался про себя и попытался восстановить дыхание.

Шаги и голоса стали ближе — двое. Эджворт притаился и прислушался.

— Парни сказали, что он уже в пути, значит, совсем скоро явится! Ты уверен, что все сработает?

— Не сомневайся во мне. Все идет по плану, — второй голос хохотнул так, что у Эджворта по коже пронеслись мурашки. Дверь его комнаты открылась, и шаги приблизились к ящику. Неожиданно по краем воткнули нож. Должно быть, они заклеили ящик скотчем — поэтому Эджворт и не смог пробить его.

Передняя стенка ящика упала с громким хлопком. Эджворт постарался как можно суровее взглянуть на двух мужчин напротив и узнал в них недавно уволенных офицеров. Они просто посмеялись над его попыткой. Мужчина покрупнее схватил Эджворта за волосы и вытащил на ноги. Эджворт стиснул зубы; он не доставит им удовольствия визгом или хныканьем.

Из основного складского помещения донесся голос — кто-то крикнул, что к ним пришли. Сердце Эджворта упало. Это ловушка для Темного Феникса. Эджворт попытался вырваться из хватки, но был слишком слаб, чтобы что-либо сделать; в глазах все двоилось. Двое мужчин выволокли Эджворта на середину склада. Один из них обхватил Эджворта за плечи и прижал к себе. Эджворт едва мог поднять голову, вынужденный оглядываться из-под ресниц. Был ли он на том же самом складе, где погиб отец…?

Темный Феникс молниеносно ворвался через огромное окно на крыше и приземлился в нескольких шагах. Эджворт мог поклясться, что слышал и другие голоса, но сейчас здесь не стояло никого, кроме них четверых. У него возникло плохое предчувствие.

— Передайте его мне, — потребовал Темный Феникс. Он сделал шаг навстречу, но тут же остолбенел — охотничий нож замер возле шеи Эджворта. Холодная сталь плотно прижалась к коже. Эджворт не мог оторвать глаз от лица линчевателя, полного первобытной злобы. Маленькие огоньки дрожали по всему его телу, потрескивая от бешенства.

— Из-за вас двоих много проблем, знаешь ли. Взяли и перекрыли столько источников бабла… мы просто захотели сказать вам большущее спасибо.

Нож сильнее надавил на шею Эджворта, густая капля крови скатилась по лезвию. Эджворт изо всех сил скрывал боль, не давая похитителям никакой реакции. Темный Феникс резко бросился навстречу и–

БАХ!

Линчеватель рухнул на пол с простреленной ногой. Темный Феникс поднялся на одно колено, когда несколько бывших и нынешних полицейских вышли из укрытий и окружили их; все с пистолетами наготове. Лицо линчевателя стало еще яростнее, он издал низкое рычание, а мерцающий огонь полыхнул выше и сильнее. Несмотря на маску, было видно, как его глаза пылали ярко-синим за тканью. Никто не осмеливался заговорить или пошевелиться.

БАХ!

Из ниоткуда прозвучал новый выстрел и пронзил другую ногу линчевателя. Он тяжело дышал, пытаясь справиться с болью, но отказывался отводить взгляд от огромного мужчины, держащего Эджворта.

— Теперь, когда ты у нас, не думаю, что нам еще нужно это избалованное отродье, — огромный мужчина убрал нож от шеи Эджворта, только чтобы замахнуться и вонзить его в плоть. Эджворт зажмурил глаза и приготовился к боли, но вместо этого оказался швырнут лицом в пол. Из-за встречи с бетоном изо рта вырвался резкий вскрик.

Огромный мужчина заорал от боли. Эджворт слышал оглушающий треск огня и тошнотворно-сладкий запах горелой плоти. А потом — еще больше огня, выстрелов и криков. Много криков. Со связанными запястьями и тяжелым телом Эджворт не мог посмотреть на что-то кроме пола. Немного вытянув руки, он осознал, что веревка ослабла из-за пламени.

Адреналин наконец подействовал, и Эджворт заставил тело пошевелиться. После долгих попыток он смог разорвать путы и выпрямился, чтобы осмотреться. Только тогда Эджворт понял, что крики затихли, остался лишь охвативший все здание хлесткий рев синего пламени. Обгоревшие тела валялись на полу, и Эджворту пришлось прикрыть рот и нос, чтобы не вдыхать ядовитые пары.

В центре склада — места кровавой бойни — стоял Темный Феникс, окропленный лунным светом из разбитого окна. Он не шевелился и смотрел в небо. Эджворт собирался окликнуть его, но в этот момент зрение прояснилось — и все слова застряли в горле. Время замедлилось. Несколько маленьких огоньков вырывались из ран по всему телу линчевателя. Темно-фиолетовые полосы на его костюме вели к резко контрастирующей алой луже под ногами.

Линчеватель вдруг рухнул.

Эджворт кинулся к нему — наполовину бегом, наполовину ползком, спотыкаясь о собственные ослабевшие ноги. Он сел возле Темного Феникса и в панике посмотрел на его упавшее тело. Ему удалось перевернуть мужчину на спину и попытаться надавить на некоторые раны, чтобы остановить кровотечение. Горячий воздух и пламя обдали руки жаром, он отдернул их. И тут же попробовал еще раз — до того момента, пока его ладонь не сжала чужая холодная рука. Эджворт метнулся взглядом к мужчине. Тот тепло улыбался, несмотря на то, что по челюсти стекала кровь и капала в быстрорастущую кровавую лужу.

— Не вреди себе… — слабый голос хрипел из-за крови в горле мужчины. Эджворт затряс головой и снова попытался перекрыть раны, но чужие руки не позволили. Эджворт почувствовал подступающие к глазам слезы и больше не мог сдерживать их, глядя на бледнеющее лицо мужчины.

— Ф-феникс… — голос Эджворта звучал слабо и дрожаще. Улыбка линчевателя стала шире.

— …с каких пор?…

— С поцелуя… О-он был на вкус совсем как твой кофе, — Эджворта слишком трясло, чтобы стесняться чего-то.

Глаза мужчины на миг распахнулись, и он тут же разразился смехом. Смех сразу превратился в болезненный хрип — еще больше крови вырвалось изо рта. Эджворт взволнованно выкрикнул имя мужчины и положил руку на его щеку. Тот поднял взгляд с еще одной теплой улыбкой, но она ощутимо потускнела.

— После всех предосторожностей… я попался, выпив свой собственный кофе… — мужчина хохотнул снова и тут же слабо закашлялся.

Эджворт сходил с ума от беспомощности, а слезы все продолжали обжигающе бежать вниз по щекам. Осторожно проведя рукой по лицу мужчины, Эджворт стянул его маску и увидел, как прекрасные, яркие и чистые глаза, которые он так любил, потускнели и померкли. Все стало расплываться из-за слез. Он ничего не мог сделать. Этот человек спасал его столько раз и умирал из-за этого. Эджворт ничего для него не сделал. Вина безжалостным ножом провернулась в сердце.

— ЗАЧЕМ?! ЗАЧЕМ ТЫ СДЕЛАЛ ЭТО?! ИЗ-ЗА МЕНЯ… Из-за меня… ты… — Эджворт не мог вымолвить это. Он не мог признать, что этот человек умирал.

— Потому что я люблю тебя… Полюбил еще когда мы были детьми… Ты — единственный, кто пытался спасти меня, так что теперь мой черед спасать тебя… — Феникс изобразил свою лучшую улыбку, несмотря на боль, которую испытывал. Эджворт не мог выразить словами то, что чувствовал — слезы беспрерывной рекой стекали по лицу.

Эджворт тут же наклонился и прикоснулся губами к чужим, чтобы выразить, как сильно беспокоился об умирающем мужчине. Все, что он мог для него сделать — показать, что чувства взаимны. В отличие от их первого разделенного поцелуя, этот ощущался холодным и пах железом, но Эджворту было все равно. Феникс должен знать.

Они отстранились раньше, чем хотелось Эджворту, но Фениксу и так было трудно дышать. Пока Эджворт пристально наблюдал за выражением его лица, рука Феникса переместилась к шее Майлза, и тот почувствовал короткий прилив тепла над небольшой ножевой раной. Майлз тут же выпрямился, чтобы пощупать кожу — рана закрылась. Он взглянул на Феникса; тот изо всех сил старался одарить его выцветшей широкой улыбкой, запятнанной кровью.

— Пожалуйста… побереги силы… пожалуйста, — тихо взмолился Майлз. Его глаза блуждали по телу мужчины. Маленькие огоньки из ран полностью исчезли, но кровотечение не остановилось. Шея Феникса была настолько бледной, что казалась серой. Колени Эджворта пропитались чужой кровью, но это его не заботило. Он наклонился в попытке прижать охладевающего мужчину как можно крепче. Эджворт чувствовал, что вот-вот потеряет сознание, но не имел на это права. Он должен остаться с Фениксом.

— Майлз… — голос мужчины абсолютно ослаб. Эджворт сразу выпрямился и взглянул в лицо Фениксу, только чтобы почувствовать, как сердце еще сильнее ломается на куски. На коже медленно проступали серые пятна, один из прекрасных глаз уже закрылся. Несмотря на это, фирменная теплая улыбка этого человека ни на миг не уменьшалась.

— Извини, кажется, не получится сходить на свидание во вторник… — он слабо рассмеялся.

Эджворт зажмурился и затряс головой:

— Не неси чепухи! Ты еще… ты…! — горло Эджворта сдавило, он не мог говорить. Получалось лишь смотреть, как серый цвет скрывал все больше восхитительных черт Феникса.

— Майлз… окажешь мне… услугу…?

— Все, что угодно! — Эджворт крепко сжал руку Феникса, боясь отпустить.

— Позаботься о Майе… Мне плевать, что станет с Темным Фениксом, но… позаботься, чтобы она не попала в беду…

Феникс больше не мог удерживать глаза открытыми.

— Я позабочусь… Я позабочусь!! — голос дрожал. Эджворт прикусил губу, чтобы проглотить рыдание, грозившееся вырваться изо рта. Он снова закрыл глаза, чтобы попытаться остановить слезы, и прижал руку Феникса ко лбу. Этого не может быть. Пожалуйста. Кто-нибудь, спасите его!!

— Майлз…

Слова Феникса теперь были едва слышны, как шепот. Глаза Эджворта распахнулись, он наклонился, чтобы не пропустить ни звука. Феникс слабо повернул к нему голову, едва приподняв веки, только чтобы взглянуть в ответ. Единственная слеза скатилась из мертвых голубых глаз. Голос Феникса дрожал, когда он заставил себя улыбнуться шире:

— Спасибо… что доверился мне… что…

Его глаза изо всех сил пытались оставаться открытыми, когда серый полностью покрыл лицо. Майлз прижался лбом к чужому, его рыдания снова вырвались наружу.

— Н-нет… Спасибо тебе! Без тебя я бы… я бы… — Эджворт не мог сформулировать слова. Так много нужно было сказать, и так мало осталось для этого времени.

Эджворта вырвал из мыслей неощутимый поцелуй ледяных губ.

— Спаси… бо… — тело Феникса полностью обмякло и посерело.

Эджворт в одночасье выпрямился и затряс окоченевшее тело, отчаянно выкрикивая имя Феникса и отказываясь отпускать его руку. Он раздирал саднящее горло в рыданиях, выл и умолял Феникса откликнуться.

Тело Феникса издало трескающий звук и в мгновение ока рассыпалось пеплом, обратилось лишь кучкой внутри костюма. Эджворт остался только смотреть на перчатку в своей хватке — из нее медленно высыпался прах.

Эджворт не мог дышать. Не мог думать. Не мог даже пошевелиться. Не было слов для того, что он чувствовал — и он сделал единственное, на что был способен. Он закричал громче, чем когда-либо в своей жизни. Он звал того, кто больше никогда не услышит.

Комментарий к Глава 18

НУ КАК?)))))))))))))🤡

остался эпилог. я пошла биться башкой о стены

========== Глава 19 ==========

Прошло почти четыре месяца с той ночи на горящем складе. Жизнь вернулась в норму — по крайней мере, Эджворт хотел, чтобы так выглядело. Внутренне он в полном беспорядке. Чувство вины за смерть Феникса съедало его, оставляя опустошенным и потерянным. Он просто проживал день за днем. Само воспоминание о той ночи заставляло тело напрячься, затрястись и вызвать прилив желчи.

После того, как Феникс… распался, на Эджворта нахлынуло нервирующее спокойствие, которое перешло в жужжащее оцепенение. Тот факт, что здание вот-вот грозилось разрушиться прямо с ним внутри никак не волновал бедного шефа полиции, когда он поднялся и прошелся по помещению. Кровь на штанах сделала их жесткими и липкими, но Эджворту было наплевать. Он начал копаться в маленьких транспортных ящиках, которые еще не настиг огонь. Найдя в одном из них партию ваз, Эджворт взял одну и вернулся к останкам своего падшего ангела-хранителя. Полностью отключившись от происходящего, Эджворт голыми руками сгреб останки в вазу и заткнул ее костюмом, как крышкой.

Когда спасатели нашли его, Эджворт свернулся калачиком вокруг вазы в центре обугленного склада и цеплялся за нее изо всех сил. Сначала спасатели пытались забрать ее, чтобы заставить Эджворта пошевелиться, но тот отказывался сдвинуться с места. В конце концов им пришлось воспользоваться носилками. Из-за крови на его лице спасатели предположили, что Эджворт ранен. В больнице убедились в обратном и начали расспрашивать обо всем, но он отказался разговаривать. В конце концов его отпустили домой; он так и не выпустил вазу из рук.

После освобождения Эджворт сразу пошел к Майе. Сначала она попыталась отпустить несколько шуток о его взъерошенном состоянии, но, очевидно, волновалась из-за Феникса, который все еще не вернулся. Не говоря ни слова, Эджворт протянул ей вазу — руки дрожали настолько, что он едва мог ее удержать. Майя, сбитая с толку, забрала ее. Она собиралась бросить очередную шутку, пока не увидела ткань вместо крышки. Ее лицо мгновенно побледнело, она коснулась костюма и медленно провела пальцем по знакомой дырке, которую сама же недавно зашивала. Майя вскинула голову и уставилась на Эджворта отчаянным взглядом, безмолвно умоляя сказать, что она ошибается. Эджворт закрыл глаза, неспособный смотреть ей в лицо, и покачал головой. Из глаз Майи брызнули слезы. Она упала на колени и заревела в фарфор. Эджворт присел на корточки рядом и гладил ее по спине, не зная, как можно утешить, когда сам был на грани новых рыданий.

Майя не могла управлять кафе самостоятельно, поэтому Эджворт взял на себя все финансовые проблемы, чтобы бедная девчушка не потеряла дом, пока оплакивала смерть своего последнего члена семьи. Время от времени он заходил, чтобы убедиться, что с ней все в порядке и иногда таскал ее в забегаловки с жирными бургерами, просто чтобы убедиться, что она хотя бы что-то ест. Феникс попросил Эджворта позаботиться о ней, и будь он проклят, если не справится с этим только потому, что его больше нет рядом. Кроме того, было приятно разговаривать с тем, кто знал Феникса; с тем, кто знал правду.

Майя не похоронила прах. Она абсолютно не хотела расставаться с приемным братом, и Эджворт не задавал вопросов. Она оставила вазу в комнате Феникса. Из-за этого Эджворт спал на диване каждый раз, когда оставался на ночь. Он в любом случае не мог заснуть в собственной комнате — осталось слишком много воспоминаний.

После того, как Эджворт частично восстановил память, новые моменты возвращались небольшими рывками. Он вспомнил детство с Фениксом, и каждый миг пронзал его сердце обжигающе горячим лезвием. Он стал сомневаться — возможно, у него всегда были чувства к Фениксу, даже в детстве. Эджворт вспомнил и то, как Феникс впервые показал свои способности. Он сначала подумал, что это какой-то фокус, а когда узнал — не испугался огня, а забеспокоился из-за безопасности Феникса. Из-за недавних событий все воспоминания обрели горько-сладкий привкус.

Он сидел за столом, положив лоб на сложенные в замок руки, и резкая усмешка сорвалась с губ. Каждая мысль о Фениксе заставляла чувство вины за бездействие зажимать сердце в тиски и перехватывать дыхание. Эджворт не успел даже сказать “Я тоже люблю тебя”.

Эджворт медленно выпрямился на стуле, делая глубокий вдох, и краем глаза взглянул на застекленный стеллаж в кабинете. Внутри — стакан, который Эджворт забрал из кафе той ночью, а рядом все те цветы, что Феникс оставлял ему на протяжении долгих лет. Он сохранил их в смоле, чтобы необычный букет прослужил как можно дольше, и его пламя не погасло в забытье.

Эджворт посмотрел на бумаги и снова вернулся к работе. Он больше не выходил в поле. В этом не осталось никакого толку. Хотя он и не сообщил, что Темный Феникс погиб, атак больше не будет — значит, все бессмысленно. Зато теперь он мог беспрепятственно скорбеть в одиночестве кабинета.

По крайней мере, так он думал, пока не услышал стук в дверь. Не отрывая глаз от работы, Эджворт позволил человеку войти. Дверь открылась и закрылась, и комнату наполнил сильный крепкий запах, дразняще пробуждающий знакомые чувства.

Эджворт поднял взгляд на вошедшего. Первым делом он заметил поношенные кроссовки, наполовину прикрытые старыми широкими джинсами. Он посмотрел выше — мешковатая синяя толстовка, белая маска… Сердце Эджворта бешено забилось — казалось, вот-вот разорвется, — он увидел зачесанные назад колючие волосы и услышал тот самый глубокий мелодичный голос–

— Специальная доставка из кафе “Медиум обжарка”!