КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 605663 томов
Объем библиотеки - 923 Гб.
Всего авторов - 239871
Пользователей - 109878

Последние комментарии


Впечатления

ASmol про Кречет: Система. Попавший в Сар 6. Первообезьяна (Боевая фантастика)

Таки тот случай, когда написанное по "мотивам"(Попавший в Сар), мне понравилось, гораздо больше самого "мотива"(Жгулёв.Город гоблинов), "Город гоблинов" несколько раз начинал, бросал и домучил то, только после прочтения "Попавшего в Сар" ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ASmol про Понарошку: Экспансия Зла. Компиляция. Книги 1-9 (Боевая фантастика)

Таки не понарошку, познакомился с циклом "Экспансия зла" Е.Понарошку, впечатление и послевкусие, после прочтения осталось вполне приятственное ... Оценка циклу- твёрдое Хорошо, местами отлично.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
srelaxs про серию real-rpg (ака Город Гоблинов)

неплохая серия. читать можно хоть и литрпг. Но начиная с 6ой книги инетерс быстро угасает и дальше читать не тянет. Ну а в целом довольно неплохо

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
pva2408 про Тамоников: Чекисты (Боевик)

Обложка серии не соответствует. В таком виде она выложена на ЛитРес
https://www.litres.ru/serii-knig/specnaz-berii/ в составе серии Спецназ Берии.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
lionby про Шалашов: Тайная дипломатия (Альтернативная история)

Серия неплохая. Заканчиваю 7-ю часть.
Но как же БЕСЯТ ошибки автора. Причём, не исторические даже, а ГРАММАТИЧЕСКИЕ.
У него что, редактора нет?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Рыбаченко: Рождение ребенка который станет великой мессией! (Героическая фантастика)

Как и обещал - блокирую каждого пользователя, добавившего книгу Рыбаченко.
Не думайте, что я пошутил.

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
Stribog73 про Соколов: Полька Соколова (Переложение С.В.Стребкова) (Самиздат, сетевая литература)

Можете ругать меня и мое переложение последними словами, но мое переложение гораздо ближе к оригиналу, нежели переложения Зырянова и Бобровского.

Еще раз пишу, поскольку старую версию файла удалил вместе с комментарием.
Это полька не гитариста Марка Соколовского. Это полька русского композитора 19 века Ильи А. Соколова.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Неужели мало спасающихся? [Дмитрий Шашков] (fb2) читать онлайн

- Неужели мало спасающихся? 274 Кб, 51с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Дмитрий Андреевич Шашков

Настройки текста:



Дмитрий Шашков Неужели мало спасающихся?

Вступление

"Неужели навсегда отринул Господь,

и не будет более благоволить?

Неужели навсегда престала милость Его,

и пресеклось слово Его в род и род?

Неужели Бог забыл миловать?

Неужели во гневе затворил щедроты Свои?

И сказал я: «вот мое горе

– изменение десницы Всевышнего."

(Пс.76:8-11)
Вопрос, на который (пока существует время) нет ответа, но на него невозможно не искать ответа. Неужели мало спасающихся? "Где смерть твоё жало? Где ад твоя победа?" – говорят апостол Павел и пророк Осия. Неужели возможен дерзкий ответ из бездны: "Большинство чад Божиих навеки тут, со мною! Вот моя победа!"? Да не будет!

Мучительная антиномия христианства – любовь ко всем людям и идея спасения только "малого стада", "много званных, но мало избранных", – создаёт тем самым его важный нерв ("всё премудростью устроил Ты"!): Церковь, собрание немногих избранных, не может, однако, замкнуться в себе, в самоуспокоенности обетованными немыслимыми благами; она послана в погибающий мир, чтобы быть "светом миру". "Не любите мира…", но "так возлюбил Бог мир, что послал Сына Своего Единородного". (Эту и другие великолепные антиномии христианства подмечает С.И.Фудель в книге «У стен Церкви»: «Очень нужно понять, что христианское отречение от мира не только не есть отречение от любви к миру, но, наоборот, – ее первое истинное утверждение.»)

В святоотеческой литературе вопрос о соотношении спасающихся и погибающих едва ли не самый «безответный», – точнее, ответы на него звучат почти диаметрально противоположенные – в то время как по многим другим вопросам отцы, напротив, поражают единомыслием, несмотря на то что писали, зачастую, в разные эпохи и на разных языках… Попробуем исследовать немного этот вопрос. Для начала, один из самых авторитетных отцов Церкви – свт. Григорий Нисский – отвечает почти невероятно для православной традиции: спасутся все.

1. Апокатастасис?

1.1 Свт. Григорий Нисский говорит следующее: "Но порок не столько могуществен, чтобы превозмогать ему добрую силу; и безрассудство естества нашего не выше и не тверже Божественной премудрости. Да и невозможно превратному и изменяемому быть сильнее и постояннее того, что всегда то же и водружено в добре. Совет же Божий всегда и непременно непреложен, а нашей природы превратность не тверда даже и во зле. И непременно всегда движимое, если оно на пути к добру, по беспредельности проходимого дела никогда не прекратит стремления вперед и не найдет никакого конца искомому, достигнув которого могло бы со временем остановиться в движении, а если уклонилось оно в противоположное, то, когда совершит путь порока и достигнет самой крайней меры зла, тогда приснодвижность стремления, по природе своей не находя никакого покоя, как скоро пройдет поприще порока, по необходимости обращает движение к добру. Ибо, так как порок не простирается в беспредельность, но ограничен необходимыми пределами, то по этому самому за пределом зла следует преемство добра; а таким образом, по сказанному, всегдашняя подвижность нашей природы опять наконец возвращается на добрый путь, памятью прежних несчастий уцеломудриваемая не отдаваться снова в плен подобным бедствиям. Поэтому нам снова будет возможно течение на поприще добра, потому что порок по природе своей ограничен необходимыми пределами" ("Об устроении человека", гл.21)

Блестящая логика Григория Нисского о достижении некоего «дна» во зле и необходимого после этого движения вверх находит интересный отклик-параллель через полтора с лишним тысячелетия, в XX веке, у другого греческого святого – Паисия Святогорца: «Знаешь, что делают, когда хотят запустить ракету в космос? Ведут обратный отсчет: “Десять, девять, восемь, семь… один, ноль!» Когда доходят до нуля, ракета стартует. Ты дошел до нуля – теперь полетишь вверх». (Паисий, однако, имеет здесь в виду обращение при земной жизни.)

В некоторых произведениях святителя Григория, однако, можно встретить упоминание о вечности страданий, например: "Внимательны и не шутят стражи врат царствия; они видят душу, имеющую знаки отлучения; как бы узника, который имеет на себе следы зловония и нечистоты темничной, они гонят ее с пути ведущего к блаженству, не дозволяют видеть лики праведных и ангельское веселие. Жалкая же душа много обвиняя тогда себя в неразумии, плача, скорбя и стеня, будучи заключена в мрачное некое место, как бы в затвор, останется там, казнясь нескончаемым и во веки непрекращающимся плачем." ("Против тяготящихся церковными наказаниями")

Однако сочинение это имеет обличительно-наставительный характер, обращено к некоторому духовному чаду свт. Григория, причём чаду настолько строптивому, что Григорий, епископ Нисский, вынужден говорить ему: "не порицай меня по углам"! (Там же). Не использует ли епископ Григорий представление о вечности мук в педагогических целях? Как пишет далее: "Послушен ли кто и удобопреклонен к назиданию? Для него прилично простое и кроткое слово. Упорен ли и необуздан? Для него нужны розги. Что же нам делать, когда розог мы не употребляем? Неужели оставить такого без вразумления? Нет! Но мы при помощи слова дадим ему иной вид, соответственный тому, какой будет нужен. И как кушанье чрез малую прибавку приправ получает противоположный вкус, из горького делаясь сладким, и из сладкого переменяясь в горькое; так и наше слово чрез приложение новых форм, приспособляется к различным нуждам, дабы соответствовать воспитанию каждого." (Там же). Аналогичное «страхом спасайте» встречаются и в его слове «Против ростовщиков».

Кроме того, (и тут исследователь сошлётся на серьёзное исследование) в Православной энциклопедии в статье «Апокатастасис» по поводу особенностей используемой святителем терминологии указано следующее: "Во всех этих случаях он употребляет слова αἰών («век») и αἰώνιος («вечный»), которые, по мнению митр. Макария (Оксиюка), исследовавшего эсхатологическое учение свт. Григория Нисского, означают здесь «чрезвычайно долгую продолжительность». Когда же свт. Григорий размышляет о «вечности в абсолютном смысле», то использует слова ἄπειρος («беспредельный», «бесконечный») и ἀΐδιος («постоянный», «вечный»). С их помощью он описывает, напр., вечность Божественной жизни, Бога как Царя предвечного, Который «будет царствовать вовеки и в вечность» (Исх 15. 18), и т. п. (Макарий (Оксиюк), митр. Эсхатология св. Григория Нисского. К., 1914. М., 1999р. С. 386–387)."

Так, в другом месте свт. Григорий прямо говорит об исцелении даже дьявола: "когда по истечении долгого времени изъято будет из естества зло, ныне к ним примешанное и сроднившееся с ними, поскольку совершится восстановление пребывающих ныне во зле в первоначальное состояние, единогласное воздастся благодарение всей твари и всех, претерпевших мучение при очищении, и даже не имевших нужды в начале очищения. Это и подобное этому преподает великое таинство Божия вочеловечения. Ибо тем самым, что приобщился человечеству, приняв на себя все свойственное естеству: рождение, воспитание, возрастание, и дошедши даже до смерти, совершил Он все сказанное прежде, и человека освободя от порока, и врачуя самого изобретателя порока." ("Большое огласительное слово", гл.26)


1.2 Отдельного исследования требует эсхатология прп. Исаака Сирина (еп. Ниневийского)

В первом собрании сочинений прп. Исаака, которое известно русскоязычному читателю под названием «Слова подвижнические», Исаак по меньшей мере дважды обращается к теме мучений грешников в аду, подробно раскрывает её, не упоминая при этом никак о конечности этих мучений. Так, в Слове 18 он пишет: «Говорю же, что мучимые в геенне поражаются бичом любви! И как горько и жестоко это мучение любви! Ибо ощутившие, что погрешили они против любви, терпят мучение вящшее всякого приводящего в страх мучения; печаль, поражающая сердце за грех против любви, страшнее всякого возможного наказания. Неуместна никому такая мысль, что грешники в геенне лишаются любви Божией. Любовь есть порождение ведения истины, которое (в чем всякий согласен) дается всем вообще. Но любовь силою своею действует двояко: она мучит грешников, как и здесь случается друг другу терпеть от друга, и веселит собою соблюдших долг свой. И вот, по моему рассуждению, геенское мучение есть раскаяние. Души же горних сынов любовь упоявает своими утехами.»

В слове 58 читаем: «Спаситель многими обителями у Отца называет различные меры разумения водворяемых в оной стране, т. е. отличия и разность духовных дарований, какими наслаждаются по мере разумения. Ибо не разность мест, но степени дарований назвал Он многими обителями. Как чувственным солнцем наслаждается каждый соразмерно чистоте и приемлемости силы зрения и как от одного светильника в одном доме освещение бывает различно, хотя свет не делится на многие светения, так в будущем веке все праведные нераздельно водворяются в одной стране, но каждый в своей мере озаряется одним мысленным солнцем и по достоинству своему привлекает к себе радость и веселие, как бы из одного воздуха, от одного места, седалища, видения и образа. И никто не видит меры друга своего, как высшего, так и низшего, чтобы, если увидит превосходящую благодать друга и свое лишение, не было это для него причиною печали и скорби. Да не будет сего там, где нет ни печали, ни воздыхания! Напротив того, каждый, по данной ему благодати, веселится внутренне в своей мере. Но зрелище, находящееся вне всех, есть одно, и место одно, и кроме сих двух степеней нет иной посредствующей степени, разумею же одну степень горнюю, другую дольнюю, посреди же их разнообразие в разности воздаяний.

Если же это справедливо (как и действительно справедливо), то что несмысленнее или неразумнее такой речи: «Довольно для меня избежать геенны, о том же, чтобы войти в Царство, не забочусь»? Ибо избежать геенны и значит это самое – войти в Царство; равно как лишиться Царства – значит войти в геенну. Писание не указало нам трех стран, но что говорит? «Егда приидет Сын человеческий в славе Своей… и поставит овцы одесную Себе, а козлища ошуюю» (Мф. 25, 31, 33). Не три наименовал сонма, но два – один одесную, другой ошуюю. И разделил пределы различных обителей их, сказав: «и идут сии», т. е. грешники, «в муку вечную, праведницы же» в животе вечном (Мф. 25, 46) просветятся яко солнце (Мф. 13,43). И еще: «от восток и запад приидут, и возлягут» на лоне Авраамовом «во Царствии Небеснем; сынове же царствия изгнани будут во тму кромешную, где плач и скрежет зубом» (Мф. 8, 11, 12), что страшнее всякого огня. Не уразумел ли ты из сего, что состояние, противоположное горней степени, и есть та мучительная геенна?»


Однако в заключительных трактатах второго тома прп. Исаака обнаруживается совсем другая эсхатология, утверждающая апокатастасис:

"Не для того милосердный Владыка сотворил разумные <существа>, чтобы безжалостно подвергнуть их нескончаемой скорби – тех, о ком Он знал прежде их создания, во что они <превратятся после сотворения>, и которых Он <все-таки> сотворил." (II,39.6)

"Утвердившись в том, что всемудрый наш Бог, Который благ, делает все для нашего исправления и не попускает ничего для нашей погибели или во зло нам, а также в том, что есть конец у этих болезненных <наказаний>, но не у тех благ. Ибо Он попускает первые для того, чтобы мы изменились и воспользовались тем, что ведет нас к добру и чтобы утверждались в <добре>. Таким образом, все виды и формы наказаний и мучений, которые <происходят> от Него, попускаются Им не для того, чтобы воздать за деяния прошлого, но использует Он их ради <последующей> пользы, происходящей от них." (II,39.15)

"Где любовь, там нет возмездия; а где возмездие, там нет любви. Любовь, когда совершает добрые дела или исправляет прошлые поступки, не воздает тем самым за дела прошлого. Но заботится она о том, что наиболее полезно в будущем: она исследует грядущее, а не прошедшее.

И если противным образом думаем мы, тогда, в соответствии с таким ребяческим взглядом, Создатель окажется немощным, – я говорю как человек, – ибо после того, как созданное Им растлилось против Его воли, Он задумал какое-то другое средство и в воздаяние за его растление уготовал для него <множество> зол. Такие мнения являются немощными по отношению к Создателю!" (II,39.17)

"Хотя и <говорится> о ярости, гневе, ненависти и прочем применительно к Создателю, мы не должны представлять, что Он также и делает что-либо из гнева, ненависти или зависти. Многие образы употреблены в божественных Писаниях по отношению к Богу, которые весьма далеки от естества Его. И как разумное естество мало помалу все более просвещается и умудряется в святом знании о тайнах, сокрытых в словах о Боге, – то есть, что мы не все должны понимать как написано, но <что мы> должны видеть под телесной внешностью повествований сокровенное домостроительство вечного знания, которое ведет всех, – точно так же многое предстоит нам постичь и ощутить, <по отношению к чему> наше теперешнее знание окажется противоположным <тому, каким оно будет> тогда; и все тамошние устроения уничтожат всякое точное мнение, которое мы имеем сейчас в наших предположениях относительно истины. Ибо много поистине бесконечных вещей, которые даже не приходят в наше сознание здесь – даже в качестве обещаний или обетований" (II,39.19)

"Если бы Царство и геенна с самого появления добра и зла не были предусмотрены в сознании благого Бога нашего, тогда не были бы вечными помыслы Божии о них; но праведность и грех были известны Ему прежде, чем они проявили себя. Таким образом, Царство и геенна суть следствия милости, которые в своей сущности задуманы Богом по Его вечной благости, а не <следствия> воздаяния, даже если Он и дал им имя воздаяния.

Если бы мы, опять же, говорили или думали, что <это> действие не преисполнено любви и милосердия, это было бы мнением, исполненным богохульства по отношению к Господу Богу нашему."(II,39.22)

"ни демоны не останутся в своем демоническом <состоянии>, ни грешники – в грехах своих; но к единому равному <состоянию> совершенства по отношению к Своему собственному Бытию намеревается Он привести их – <к состоянию>, в котором святые ангелы находятся сейчас, в совершенство любви и бесстрастного сознания" (II,40,4)


1.2.1 Высказываются сомнения в принадлежности заключительных трактатов 2-го тома прп. Исааку – см. статьи иеромонаха Никона (Скарга) «Бичом любви» и «Второй том преподобного Исаака Сирина. Текстологический обзор изданных трактатов на русском языке». Есть и более радикальное мнение – что весь 2-й том прп. Исааку не принадлежит.

О. Георгий Максимов в статье "Вечны ли адские муки" замечает, что "та специфическая интерпретация идеи «всепрощающей» Божией любви, являющаяся исходным пунктом эсхатологического богословия Псевдо (?) Исаака Сирина, встречается не только в 39–40 беседах, но является сквозной для всего 2-го тома и при этом ни разу не встречается в томе 1-ом."

А.И. Сидоров также высказывает сомнения в принадлежности прп. Исааку ряда трактатов 2-го тома («Разумный воздержан в писаниях своих. По поводу книги иеромонаха Илариона (Алфеева) «Мир Исаака Сирина»»), кроме того, обращает внимание на "сослагательное наклонение, в котором высказываются Исааком (или неизвестным автором Бесед 39–41) указанные воззрения. Оно показыва¬ет, что здесь высказываются не более чем частные мнения. И именно в качестве таковых они и должны рассматриваться."

Однако митр. Иларион в защиту принадлежности всего 2-го тома прп. Исааку приводит аргумент источниковедческий, который на корню подрубает все отвлечённые построения критиков. «Беседы из 2-го тома преподобного Исаака полностью или частично содержатся в общей сложности в девяти известных сегодня науке рукописях» ("Духовный мир преподобного Исаака Сирина"; "Введение. Исаак Ниневийский как духовный писатель церкви Востока").

Сомнения критиков, кажется, связаны во многом с тем, что они (как, кстати, и автор этих строк) пользовались переводом, сделанным с исправленной (западно-сирийской) редакции 1-го тома, известном как «Слова подвижнические». (Хотя ставить точку в столь серьёзной научной дискуссии никак не входит компетенцию автора данных строк, сам автор, поражённый тонким, глубоким и исключительно подробным исследованием митр. Илариона, в этом вопросе всецело «внемлет арфе серафима».)


1.2.2 Оригеновскую идею о приведении всех Богом к равному состоянию всё же неожиданно слышать из уст прп. Исаака, если вспомнить как ярко у него звучит противоположенная идея преимущественного избрания Богом: «знаю, что никто не возлюблен Тобою паче меня, и потому возвеличил Ты меня над многими. И дал мне познать чудные и славные силы Твои так, как не дал ни одному из другов моих, апостолов. И наименовал меня «сосудом избранным» (см. Деян. 9, 15), как могущего сохранить чин любви Твоей … для Тебя не столько важно то, чтобы множилось наипаче дело проповеди Евангелия Твоего в мире, сколько то, чтобы мне была польза от искушений моих и чтобы душа моя сохранилась у Тебя здравою» («Слова подвижнические», слово 47).

В то же время 1-м трактате Второго тома (который по крайней мере у о. Никона сомнений не вызывает) есть слова о "надежде, которая уготована роду людскому в новом веке, особенно же христианам"(II,1,37), что, с одной стороны, является как будто намёком на апокатастасис, но, в то же время, христиане здесь выделены, в отличие от уравнивающего всех «оригеновского» апокатастасиса в 40-м трактате.

Можно понять это если не как намёк на апокатастасис, то, во всяком случае, как то, что всеобщее воскресение мертвых рассматривается прп. Исааком как радость для всех вообще людей, а для христиан – особенно. ЧтО как будто входит в противоречие со словами Писания о "воскресении жизни" и "воскресении осуждения" (Ин.5:29)? Или даже горечь осуждения отступает по сравнению с радостью воскресения?..

В том же 1-м трактате прп. Исаак явно высказывается и о возможности погибели: «Боже, удостой меня причаститься того величия, которое уготовал Ты друзьям Твоим в новом веке, и ощущения этого познания любви Твоей, и этого нераздельного союза и этой неразрывной связи наслаждения от видения Тебя.» (II,1,83) О грядущем воскресение мертвых говорит: "Господи, да не пробужусь для того, чтобы претерпеть осуждение и лишение Тебя." (II,1,86) О характере мучений в аду: "Погибель же, Господи, <заключается в том>, чтобы человек был всецело лишен того видения Тебя, которое дарует всякую радость." (там же)

Впрочем, эти молитвы прп. Исаак пишет в качестве наставления, так что нельзя исключать, что упоминания о погибели имеют, как и в случае некоторых текстов свт. Григория Нисского, характер педагогический… Да и возможность погибели не означает ещё, что кто-либо действительно погибнет.

В 5-м трактате Второго тома читаем: «Для тех же, кто перешел из этого мира лишенным добродетельной жизни и не имевшим веры, будь для них защитником, ради тела, которое Ты взял у них, чтобы от единого соединенного тела мира мы вознесли славу Отцу, Сыну и Святому Духу в Царстве Небесном и том наслаждении, которое не имеет конца во веки веков.» (II,5,30)

Опять намёк на апокатастасис? Или просто надежда?..

В 8-м трактате: «Откровения нового века суть движения восхищения Богом. Этими тайнами движимо все словесное естество в том грядущем существовании, в том небесном жилище.

Ибо святые силы существуют теперь в этих побуждениях; и таков их образ бытия; этой тайной восхищены они на всякое мгновение благодаря откровениям, которые получают они различным образом через устремленность свою к божественному Естеству. Это и есть тот чин, в котором все существует после воскресения.» (II,8,5–6)

Возможно, для грешников это восхищение будет мучением («бичом любви»?), однако здесь прп. Исаак об этом тоже не упоминает, да и не согласуется такое предположение с тональностью этих слов…

В 78-м трактате I тома прп. Исаак, опять же, разделяет величину воздаяний и ставит её в зависимости от тяжести прижизненных искушений. «Если душа в немощи и нет у нее достаточно сил для великих искушений, а потому просит, чтобы не войти в них, и Бог послушает ее, то знай наверняка, что, в какой мере не имеет душа достаточных сил для великих искушений, в такой же она недостаточна и для великих дарований, и как возбранен к ней доступ великим искушениям, так возбраняются ей и великие дарования. Ибо Бог не дает великого дарования без великого искушения. Соразмерно с искушениями определены Богом и дарования… Итак, по жестоким скорбям, посылаемым на тебя Божиим Промыслом, душа твоя постигает, какую честь приняла она от величия Божия. Ибо по мере печали бывает и утешение».


Можно заметить, что идея апокатастасиса у прп. Исаака основана не на уравнивании праведников и грешников, и не на отсутствии благих воздаяний за перенесённые скорби, а на идее ненарушимости замысла Божьего о мире – абсолютной неизменяемости как свойства Бога. «Ибо не могу я сказать также того, что какой-то опыт заимствовал Он от них и что окончательное воздаяние, которое Он совершит, <будет основано> на этом <опыте>: это не Его образ действий – чтобы от твари заимствовать начало Своих мыслей, которые безначальны, ибо бытиями являются все Его мысли, как и Он сам есть Бытие. И в отношении знания исхода Его действий я утверждаю: столь возвышено Естество сие, что нельзя говорить, <будто в Нем> есть «помыслы», или «мысли», или что оно мыслимо, умопостигаемо или созерцаемо. Что же касается <реальностей> будущего века, то Он знает, как определить волю Свою по отношению к каждой <из них> таким образом, чтобы это соответствовало тварям; и не нуждается Он в чём-либо вне Себя для познания; впрочем, термины «вне» и «внутри» неприменимы к Нему.» (II,10,22)


Неизменяемость Божия и необходимость воздаяния тварям в зависимости от их дел действительно как будто входят в противоречие, однако не предположить ли, что в предвечном замысле существует самоумаление воли Божией ради реализации свободной воли тварей?

Также и с милосердием Божием необходимость воздаяния за зло как будто входит в противоречие, однако напрашивается предположение, что требование справедливости исходит от жертв несправедливости, как сказано в Апокалипсисе про «души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели. И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святой и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу? И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число.» (Откр. 6:9-11)


1.2.3 Митр. Иларион в заключительной главе своей книги «Духовный мир прп. Исаака Сирина» приходит к выводу, что прп. Исаак, упоминая не раз о геенне, всегда имеет в виду временный и очистительный характер гееннского страдания, за которым последует вечное спасение. Однако, даже в этом случае, обращает на себя внимание противоречие между идеей равного состояния всех словесных тварей в Царствии Небесном, высказанной в 40-м трактате Второго тома, и неоднократно повторяющейся идеей преимущественного избрания Богом как самого Исаака (I, 47), так и всех христиан по сравнению с остальными людьми (II,1,37 и др.) И уж совсем парадоксально выглядит мысль, что «большинство людей войдет в Царство Небесное без опыта геенны.» (II,40,12)

Возможно, следует дерзнуть утверждать противоречивость эсхатологических взглядов прп. Исаака? Или предположить, что он пришел к идее апокатастасиса ко времени написания Второго тома? На последнее как будто указывают слова Исаака из восточной (неисправленной) версии Первого собрания (тома) о том, что конец геенны неизвестен: «Было время, когда грех не существовал, и будет время, когда он не будет существовать. Геенна есть плод греха. В какой-то момент она получила начало, конец же ее неизвестен.» (Беседа 26 по изданию Беджана). Причём здесь Исаак чётко разделяет грех и следствие греха – геенну; утверждает, что грех перестанет существовать, но не утверждает, что вместе с ним перестанет существовать геенна, – лишь говорит, что конец её неизвестен. (Хотя можно понять эти слова и как неизвестность времени конца геенны, при известности того, что у неё конец всё-таки есть; кажется, всё же более вероятным прочтение: неизвестно, есть ли вообще конец её, – в противном случае непонятно противопоставление геенны и её причины, греха, про который известно, что он конечен.)

Должны ли смущать противоречия эсхатологии Первого и Второго собраний? Восхищаясь духовной мощью творений даже величайших отцов, не будем забывать, что «всяк человек ложь» (Пс.115:2). Свт. Афанасий Великий этот стих псалма поясняет: «всяк человек ложь, потому что помыслы человеческие обманчивы», да и сам прп. Исаак много об этой изменчивости говорит, например, «что весьма близко к нам это изменение, а именно переход от добродетели к пороку, что человек и естество его удобно приемлют в себе противное», «при всем этом я, человек совершенный о Христе, недостаточен для того, чтобы охранять себя самого, потому что есть нечто такое, что по тонкости своей не может быть постигнуто моею силою, хотя и приобрел я ум Христов» («Слова подвижнические», Слово 47)

А.И. Сидоров (в вышеупомянутой статье) высказал по этому поводу следующую мысль: "При изложении взглядов преподобного Исаака следует обращать особое внимание на тот факт, что он был преимущественно писателем аскетическим и тайнозрителем. И если вообще любому церковному писателю трудно выразить высокие истины христианского вероучения «плотским языком» (выражение св. Кирилла Александрийского), то тем более тайнозрителям, взлетающим порой к самым истокам небесных тайн. Поэтому ожидать от такого рода писателей догматической точности и богословской строгости вряд ли приходится".

2. Против Апокатастасиса

Тем не менее, эсхатологические взгляды свт. Григория Нисского и прп. Исаака Сирина являются исключением и противоречат мнению абсолютного большинства свв. отцов. "Но что редко, то не закон для Церкви, так как одна ласточка не показывает весны, или одна черта не делает геометром, или одно краткое плавание – мореходом." (свт. Григорий Богослов, слово 39, "На святые светы явлений Господних")

(Впрочем, такие две ласточки ужели совсем ничего не значат? Ведь воистину гнёзда их у алтарей Господних!)

Более подробно этот принцип, получивший название «согласие отцов», был сформулирован прп. Викентием Лиринским: «Должно сносить суждения только тех отцов, которые живя, уча и пребывая в вере и в кафолическом общении свято, мудро, постоянно, сподобились или с верою почить о Христе, или блаженно умереть за Христа. А верить им должно по такому правилу: что только или все они, или большинство их единомысленно принимали, содержали, передавали открыто, часто непоколебимо, как будто по какому предварительному согласию между собою учителей, то считать несомненным, верным и непререкаемым; а о чем мыслил кто, святой ли он или ученый, исповедник ли и мученик, не согласно со всеми или даже вопреки всем, то относить к мнениям личным, сокровенным, частным, отличным от авторитета общего, открытого и всенародного верования; дабы, оставив древнюю истину вселенского догмата, по нечестивому обычаю еретиков и раскольников, с величайшей опасностью относительно вечного спасения, не последовать нам новому заблуждению одного человека».


2.1 Нередко можно встретить утверждение, что апокатастасис осужден на Пятом Вселенском Соборе 553 г. Однако анафематизмы Пятого Собора направлены против учения Оригена, но не против апокатастасиса как такового. 12-й анафематизм V Вселенского Собора, на который нередко ссылаются как на осуждающий апокатастасис, звучит так: "Если кто говорит, что соединяются с Богом Словом так неизменно небесные силы и все человеки, и диавол, и духи лукавства, как сам ум, называемый у них Христос, во образе Божием сущий и истощивший, как говорят, себя, и что будет конец царствия Христова: да будет анафема." Как можно видеть, осуждаемое мнение содержит условия, скреплённые союзом «и», – с точки зрения правил построения логических суждений, которые отцы Соборов, воспитанные на синтезе христианской духовности и эллинистической философии, знали блестяще, – это подразумевает ни что иное как выполнение всех перечисленных условий (в противном случае, если для осуждения достаточно хотя бы одного из перечисленных условий, стоял бы союз «или»; то есть здесь логическая операция конъюнкция, а не дизъюнкция).

Ссылаются также на Константинопольский Поместный Собор XI века (также в Постной Триоди в чине Торжества Православия): "Приемлю́щим и пода́ющим … Я́ко конѐц е́сть му́це, или устрое́ние па́ки зда́ния и человеческих ве́щей. И тако́веми словесы̀ Царство Небесное разру́шенно вся́ко, и преходя́щее вво́дят. … – анафема." Опять же два условия для анафематствования – конечность мучений и преходящее Царствие. Впрочем, здесь можно понять и иначе "конечность мучений", откуда следует "преходящее Царствие", однако в любом случае можно заметить, что возмущение отцов Соборов вызывает именно кощунственная идея конечности Царствия Небесного, а вовсе не идея конечности мук сама по себе.

А вот 9-й анафематизм Константинопольского Поместного Собора 543 г. действительно осуждает именно апокатастасис как таковой: "Кто говорит или думает, что наказание демонов и нечестивых людей временно и что после некоторого времени оно будет иметь конец, или что будет после восстановление демонов и нечестивых людей, – да будет анафема."

Хотя Собор поместный, а не вселенский, то есть его решения нельзя считать строго обязательными для всей Церкви, он, безусловно, обладает огромным вероучительным авторитетом. И, что интересно, если насчёт Григория Нисского мы можем сказать, что раз он жил до этого Собора, то мог думать, как угодно (а если бы после – анафема?..), то прп. Исаак жил после и, как минимум, иногда высказывал мнение о всеобщем спасении… (Хотя точнее было бы сказать, что у него довольно противоречивая позиция.)


2.2 Тем не менее, ясно одно, что представление о всеобщем спасении (само по себе, вне оригенизма) хоть и не является в строгом смысле слова ересью (раз его придерживались двое таких почитаемых свв. отцов и общецерковного осуждения принято не было), но безусловно противоречит учению Церкви. Можно привести множество высказываний свв. отцов, прямо отрицающих апокатастасис. Большая подборка святоотеческих опровержений апокатастасиса в статье о. Георгия Максимова "Вечны ли адские муки?", ниже приведём только некоторые из них. (Ещё более подробно эту тему разрабатывает о. Николай Баринов "Опровержение учения о всеобщем спасении на основании Священного Писания, трудов святых отцов и деяний Вселенских Соборов. К вопросу о вечных муках".)

2.2.1 О. Георгий Максимов, среди прочего, упоминает Архиерейский Собор 1935 года, проходивший под председательством заместителя патриаршего местоблюстителя митрополита (впоследствии – Патриарха) Сергия (Страгородского) и посвященный учению протоиерея Сергия Булгакова. Собор постановил: «Нельзя забывать, что диавол уже не может обратиться, а равно и все ему всецело предавшиеся. Значит, рядом с “градом Божиим” и “вне” его (Откр.22:15) навеки останется область отвержения, “смерть вторая” (Откр.21:8). Откровение не знает апокатастасиса всей твари, а лишь обожение тех, кто будет со Христом. “Бог будет все” лишь в “сынах Царствия”, все во всех, чья воля сознательно отождествилась с волей Божией».

Отметим, что Собор, таким образом, подтвердил истину православного учения о вечности как спасения праведных, так и погибели отпавших, однако о. Сергий Булгаков, в отличие от Оригена, не был ни анафематствован, ни запрещён даже в служении – подразумевающем проповедь, наставление в вере. Собор, следовательно, не счёл его взгляды опасными, подобно оригеновским.


2.2.2 Св. Ириней Лионский: «Всем соблюдающим любовь к Нему Он дает Свое общение. Общение же с Богом есть жизнь и свет и наслаждение всеми благами, какие есть у Него. А тех, которые по своему произволению отступают от Него, Он подвергает отлучению от Себя, которое они сами избрали. Разлучение с Богом есть смерть, и удаление от света есть тьма, и отчуждение от Бога есть лишение всех благ, какие есть у Него. Но блага Божии вечны и без конца, поэтому и лишение их вечно и без конца, подобно тому как относительно неизмеримого света сами себя ослепившие или ослепленные другими навсегда лишены сладости его не потому, чтобы свет причинял им мучение слепоты, но сама слепота доставляет им несчастие» (Ириней Лионский, «Против ересей»)

Святитель Григорий Богослов: «Бессмертная душа… будет вечно или наказываема за порочность, или прославляема за добродетель» («Третье слово»).

Преподобный Максим Исповедник: «Подвиги в добродетели… бывают виновниками для нас Царствия Небесного, как страсти и неведение – виновниками муки вечной» (Главы о любви, 2. 34). «И сотворит Он отмщение Своим противникам, отделив, через святых ангелов, неправедных от праведных, проклятых от святых… И, как гласит истина божественных словес, Он воздаст на бесконечные и нескончаемые века праведное воздаяние каждому соответственно достоинству прожитой им жизни» (Мистагогия, XIV).

Преподобный Иоанн Лествичник: «Кто поистине стяжал память о вечном мучении и страшном суде… тот не возлюбит уже ничего временного… и без попечений и лености последует Христу, непрестанно взирая на небо и оттуда ожидая себе помощи» (Лествица, 2. 1). «Воспоминание о вечном огне каждый вечер да засыпает с тобою и вместе с тобою да восстает» (Лествица, 7. 21).

Против популярного довода о якобы несправедливости вечного воздаяния за временные преступления святитель Григорий Двоеслов: «Справедливо было бы это недоумение, если бы раздражительный Судия рассматривал не сердца людей, а одни дела. Нечестивые потому имели конец грехов, что имели конец жизни. Они желали бы, если бы могли, жить без конца, чтобы иметь возможность грешить без конца».

Свт. Василий Великий обращает внимание на множество прямых указаний Писания на нескончаемость мучений: "Господь то решительно говорит, что пойдут сии в муку вечную (Мф. 25, 46), то отсылает иных в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его (41), а в другом месте именует геенну огненную и присовокупляет: где червь их не умирает и огонь не угасает (Мк. 9, 47–48); и еще древле о некоторых предрек чрез пророка, что червь их не умрет, и огонь их не угаснет (Ис. 66, 24); потому, если при таком числе подобных свидетельств, находящихся во многих местах богодухновенного Писания, многие еще, как бы забыв о всех подобных изречениях и определениях Господних, обещают себе конец мучению, чтобы свободнее отваживаться на грех, то сие, конечно, есть одна из козней диавольских." Заключительное, впрочем, указание-предостережение как будто указывает, что данные его слова имеют наставительно-обличительный смысл, а не отвлечённо богословский…

(«Правила, кратко изложенные в вопросах и ответах. Вопросы, изъясняющие некоторые слова и выражения из Евангелия», вопр.267)

Свт. Феофан Затворник в своих письмах в ответ на недоумение собеседника, как совместить благость Божию с вечностью мук грешников, пишет: "Вы все упираетесь на благость Божию, а о правде Божией забываете, – тогда как Господь «благ и праведен» (…) Иным думается, что без наказания и мук грешников, конечно, нельзя оставить, но эти муки не будут вечны: помучатся-помучатся отверженники, а потом и в рай. Страсть как хочется нам казаться милосерднее Самого Господа! Но и эта выдумка несостоятельна: ибо ад не есть место очищения, а место казни, мучащей, не очищая. Сколько ни будет жечь кого ад, жегомый все будет такой же нечистый, достойный того же жжения, а не рая. Жжению потому и не будет конца."

Также на недоумение собеседника, как могут праведники наслаждаться блаженством, зная о вечных мучениях грешников, пишет следующее: "ад не человеческая выдумка, а Богом учрежден, и по Божиему же присуждению будет наполнен. Так открыл Он нам в Слове Своем. Если так, то, стало быть, такое действие не противно Богу и не нарушает, скажем так, внутренней гармонии божеских свойств, а напротив, требуется ею. Если в Боге так, то как это может расстроить блаженное благонастроение праведных, когда они един дух суть с Господом? Что Господь считает правым и должным, то – и они. Сочтет Господь должным послать в ад нераскаянных, так будут сознавать сие и они. И состраданию тут места нет. Ибо отверженные Богом отвергнуты будут и ими; чувство сродности с ними пресечется.

Вы забываете, что там будет вечность, а не время; стало быть, и все там будет вечно, а не временно. Вы считаете мучения сотнями, тысячами и миллионами лет, а там ведь начнется первая минута, да и конца ей не будет, ибо будет вечная минута. Счет-то дальше и не пойдет, а станет на первой минуте, да и будет стоять так» (Феофан Затворник, «Созерцание и размышление».)

Действительно, единственный истинный этический закон – это Закон Божий, и нет никакой другой этики, или другого милосердия, как той и того, что от Бога. Дерзающий судить Бога некоей другой этикой вводит тем самым другого бога-этику… Поэтому, если Бог там не милует, то и праведники, причастники Божии, не знают сострадания! Безупречная логика святителя Феофана, однако, интуитивно не кажется уместной – Тот ли это Бог, Который не хочет смерти грешника? Бог неизменен и после Своего второго пришествия и конца мира – Он и тогда всё тот же…


2.2.3 И совсем радикально по этому вопросу прп. Симеон Новый Богослов в «Гимнах» говорит о том, что едва ли один из тысячи или один из десяти тысяч спасается. И даже само по себе избавление от страданий нимало не утешит в аду, так как намного страшнее страданий лишение небесных благ…

"Но, конечно, не все мы познали благодать,

Озарение и приобщение, потому что не (все)

Таким образом родились, но это едва

Один из тысячи или десятка тысяч

Познал в таинственном созерцании;

Все же прочие дети – выкидыши,

Не знающие Родившего их.

Ибо как дети, крестившись водою

Или и огнем, совершенно не ощущают (того);

Так и они, будучи мертвы по неверию

И скудны по причине неделания заповедей,

Не знают, что с ними было

….

Если же ты не станешь подражать смирению,

Страданиям и поруганиям Создателя

И не пожелаешь претерпеть их,

То либо мысленно, лучше же чувственно

Ты (сам) остался, о безумие,

Во мраке и тартаре своей плоти,

Которая есть тление. Ибо что иное,

Как не смерть в бессмертном сосуде [быть]

Заключенным (в нем), конечно, на веки,

Лишаясь всех благ, которые во свете,

И самого света? я ведь не говорю уже

О предании огню и скрежету

Зубов, и рыданию и червю,

Но (об одном) обитании в теле, как в бочке,

После воскресения, как и прежде этого,

И (чтобы) никуда ни вне не выглядывать,

Ни внутрь совершенно не воспринимать света,

Но лежать таким образом, лишаясь

Всех здешних наслаждений и будущих,

Как и прежде сказал я.

Итак, скажи, слушатель,

Говорящий: я не хочу быть

Внутри самого царствия,

Ни наслаждаться теми благами,

Но мне бы только быть вне мучения

И хотя бы не принять совершенно огненного испытания.

Какая тебе будет польза (от этого), как сказал я?"

(Гимн 46)


О количестве спасающихся как будто прямо полемизирует прп. Исаак Сирин: «Поскольку знал Бог Своим милосердным знанием, что если бы абсолютная праведность требовалась от людей, тогда только один из десяти тысяч нашелся бы, кто <мог бы> войти в Царство Небесное, Он дал им лекарство, подходящее для каждого, <а именно> покаяние, так, чтобы каждый день и на всякий миг было для них доступное средство исправления посредством силы этого лекарства и чтобы через сокрушение они омывали себя во всякое время от всякого осквернения, которое может приключиться, и обновлялись каждый день через покаяние.»(II,40,8)

А вот мысль о бессмысленности самой по себе ненаказанности у Исаака Сирина весьма схожа («Слова подвижнические», 58-е слово), её мы уже рассматривали выше. Похожим образом и свт. Иоанн Златоуст говорит, что самое страшное в аду не муки, а лишение небесных благ. Словно с другой точки зрения ту же мысль раскрывает блаженный Августин: «Человек, который, преуспевая, дойдет до такого состояния, что будет больше любить Бога, чем бояться геенны, так что если бы Господь Сам сказал ему: «пользуйся во веки плотскими наслаждениями, греши как только можешь – ты не умрешь, не попадешь в геенну, но только не будешь со Мной», – он придет в ужас и перестанет совсем грешить не из страха, чтобы не случилось то, чего он боялся, а чтобы не обидеть Того, Кого он так любит, – в Нем же Едином покой, которого ни глаз не видел, ни ухо не слышало, и не восходило на сердце человека, что приготовил Господь любящим Его.» («Об обучении оглашаемых», Глава 23,2)

Далее Августин, как и Симеон, говорит о немногих спасающихся и предупреждает от известного смущения по этому поводу: «Нас не должно тревожить, что много людей соглашаются с диаволом, и мало кто следует за Господом; ведь и пшеничных зерен так мало по сравнению с мякиной. Но как земледелец знает, что ему делать с огромной кучей мякины, так и для Бога множество грешников – ничто; Он знает, как с ними быть, чтобы Царство Его не знало ни волнения, ни посрамления. Не следует думать, что диавол остался победителем потому, что увлек за собой множество: его победят немногие.» (Там же, Глава 24,11)

Августин здесь как будто переворачивает ординарную логику рассуждений: немногие победили от дьявола, но в этом не победа его, а посрамление, потому что он потерпел поражение от немногих, немногочисленных. Может показаться, что это логическая ошибка, игра слов. Но, кажется, мысль Августина в другом: дьявол, несмотря на многочисленность его добровольных сторонников, не смог взять малочисленный "стан святых и город возлюбленный" (Откр. 20:8). Действительно, ведь если бы христиане не были в меньшинстве по отношению к людям века сего, но составляли бы большинство общества, вести благочестивую христианскую жизнь было бы несравненно проще! Массовая культура и её бесчисленные жертвы не навязывали бы ищущим истины душам культ лёгкой жизни, не обманывали бы пестротой лжеучений, не соблазняли бы всевозможной распущенностью, не оскорбляли бы поминутно безвкусицей и пошлостью… Не ужасали бы, наконец, и собственной своей жалкой участью! (Не говорю уже о временах гонений.)

Погибель же, вместе с дьяволом, многочисленных его сторонников не приносит ему славу, так как они поддержали его добровольно, – поэтому, он и их не побеждал. Поэтому – нет у него ответа из бездны!


"Если, претерпев обиды и притеснения за имя Христово, ты не отпадешь от веры и не свернешь с правого пути, то получишь большую награду; те, кто в таких обстоятельствах уступят диаволу, потеряют и малую." (Там же, 35,4)

3. О множестве спасающихся

"…как звезды небесные и как песок на берегу моря"

(Быт. 22:17)


3.1.1 Укоряя ленивых и нерешительных, свт. Григорий Богослов приводит в пример решительность как возможность спастись вопреки тяжести грехов: "не медлите приступить к благодати, но поспешайте, чтобы не предварил вас разбойник, не предускорил прелюбодей, не взял перед вами преимущества лихоимец, не предвосхитил блага убийца, мытарь, блудник, или кто-нибудь из тех, которые берут царствие силой и хищнически (Мф.11:12), а оно, по благости, добровольно терпит насилие и хищение." (Слово 40)

Ерм пишет следующее (Пастырь, 3:7)

"Прочие же камни, которые ты видел, были отброшены далеко от башни, катились по дороге и с дороги скатывались в места пустынные, означают тех, которые, хотя уверовали, но, по сомнению своему, оставили истинный путь, думая, что они могут найти лучший. Но они обольщаются и бедствуют, ходя по путям пустынным. Камни, упавшие в огонь и горевшие, означают тех, которые навсегда отказались от живого Бога и которым, по причине преступных похотей, ими творимых, уже не приходит мысль покаяться.

– Кого же означают камни, которые падали близ воды и не могли скатиться в нее?

– Тех, которые слышали Слово и желают креститься во имя Господа, когда приходит им на память святость истины, но потом они уклоняются и опять предаются своим порочным пожеланиям.

Так она окончила объяснение башни. Но я, будучи настойчив, спросил ее:

– Есть ли покаяние для тех камней, которые отброшены, и будет ли им место в этой башне? Она сказала:

– Есть для них покаяние; но в этой башне не найдут они места, а попадут в иное, низшее место, причем тогда, когда они пострадают и исполнятся дни грехов их. И за то они будут переведены, что приняли Слово истинное. И тогда избавятся они от наказаний своих, когда содрогнутся сердцем от порочных дел, ими сотворенных, и они покаются. Если же они не опомнятся, то не спасутся из-за упорства своего сердца."

Мысль про "другое, низшее место … избавятся от наказаний" здесь совсем в ином ключе, чем мы встречали выше у свв. отцов Симеона, Исаака и Иоанна, – здесь уже про небессмысленность избавления от страданий, даже про вид спасения, хоть и как бы низший! Похожая мысль содержится также у свт. Григория Нисского в трактате "О младенцах, преждевременно похищаемых смертью", также у прп. Ефрема Сирина в труде "О Рае" (см. статью о. Алексея Попова «Посмертная участь некрещеных младенцев…»; мы ещё коснёмся этого вопроса ниже), свт. Григорий Богослов говорит как бы примирительно: "Ибо не всякий, недостойный наказания, достоин уже и чести; равно как не всякий недостойный чести достоин уже наказания" (Слово 40). Итак, эти отцы выделяют три посмертных варианта: блаженство, наказание, отсутствие и наград и наказаний.


3.1.2 Несколько схожие, однако своеобразные эсхатологические взгляды демонстрирует свт. Лука Крымский, говоря фактически об относительно немногих погибающих – только за тяжкие грехи. И о различии воздаяний.

«Были великие святые, которые при жизни становились ангелами во плоти, которые уже в теле своем возвысились до необычайной высоты богопознания и получили драгоценные дары Святого Духа. Такие святые, когда переходили в жизнь вечную, способны были к самому глубокому, самому чистому и непосредственному общению с Богом, ибо сердце их уже при жизни стало храмом Божиим.

А мы, далекие от такой святости, – чего мы можем ждать? Если не творили дел совершенно беззаконных, не заслужили муки вечной, то ждем радости и покоя в жизни вечной. Но так как сердце наше чрезвычайно далеко от такой меры чистоты, до какой дошли сердца праведных, так как много в нас еще нечистоты, то не способны мы к такому глубокому, великому, непосредственному общению с Богом, к какому способны святые. Мы не можем жить в светозарных обителях Божиих, в которых обитает Сам Бог, мы еще недостойны этого, для нас уготованы обители малые, ибо много обителей у Отца Небесного. Есть у Бога великие и преславные обители, есть средние, есть малые обители. И по заслугам своим, по степени очищения сердца своего, получим ту или иную обитель от Бога.

Но и те, которые вселятся в самые малые обители, будут способны к бесконечному, беспрерывному совершенствованию душ своих в жизни вечной. То, чего не успели и не смогли сделать во время жизни земной, они сделают в этих малых обителях. И будет постепенно возвышаться дух их, постепенно просвещаться и освящаться от Бога. И ждет их, как и великих святых, вечная радость. Это утешение для всех нас, слабых и плохих христиан, далеких от того совершенства, какое заповедал нам Господь Иисус Христос: «Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48). Далеко нам до этого. Но не будем падать духом: если и плохие мы христиане, будем знать, что у Отца Небесного обителей много.

Если только мы не такие великие, тяжкие грешники, которые возненавидели Бога, которые богохульствуют, о которых говорит апостол Павел в Первом послании к Коринфянам: «Или не знаете, что неправедные Царства Божия не наследуют? Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют» (1Кор. 6:9–10). Если вы не таковы, то не теряйте надежды на то, что и для вас уготована обитель в доме Отца Небесного.» (На слова: «В доме Отца Моего обителей много» // Спешите идти за Христом)

Далее, однако, напоминает о невозможности спасения без сознательного следования за Христом через исполнение Его заповедей: «Он есть путь наш к Богу, путь в Царство Божие, и никто не приходит к Отцу, как только этим путем. Это запомните. Веруйте всем сердцем в Него, исполняйте заповеди Его, примите твердое решение идти по указанному Им пути. И только тогда, когда это сделаете, сможете прийти к Отцу Небесному, только тогда откроется вам вход в Царство Божие.» (Там же)

Данная проповедь свт. Луки обращена православным христианам, в связи с чем здесь остаётся незатронутым вопрос, какова участь не знавших Христа, но и не совершавших тяжких грехов язычников…


3.2 О возможности спасения для язычников.

«…и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал»

(1 Пет.3:19)

Отметим, что именно проповедовал, не просто забрал тех, кто и так ожидал Его!


3.2.1 Преподобный Иоанн Дамаскин также писал, что Господь в аду проповедовал всем, но для одних эта проповедь была во спасение, а для других – в обличение: «Обоженная душа [Христа] сходит в ад, чтобы, подобно тому как для находившихся в земле воссияло Солнце правды, таким же образом и для находившихся под землей, пребывающих во тьме и тени смертной воссиял свет; чтобы, подобно тому как находившимся на земле Господь проповедал мир, пленным освобождение и слепым прозрение и для уверовавших сделался причиной вечного спасения, а для неуверовавших – обличением неверия, таким же образом проповедал и находившимся в аду» (Точное изложение православной веры. 3, 29).

Свт. Григорий Двоеслов в письме к двум Константинопольским клирикам: «После отбытия вашего я узнал (…) что ваша любовь говорила, будто бы Всемогущий Господь Спаситель наш Иисус Христос, сойдя во ад, всех, которые там исповедали Его Богом, спас и освободил от заслуженных наказаний. Желаю, чтобы ваше братство думало об этом совсем иначе, а именно, что Сошедший во ад освободил по благодати своей только тех, которые и веровали, что Он приидет, и жили по Его заповедям. Ибо известно, что и по воплощении Господа никто не может спастись, даже из тех, кто верует в Него, если не будет жить по вере, как написано: “Кто говорит: «я познал Его», но заповедей Его не соблюдает, тот лжец” (1Ин.2:4); “вера без дел мертва” (Иак.2:26). Итак, если ныне верующие без добрых дел не спасаются, а неверующие и осужденные спасены без добрых дел Господом, сошедшим во ад, то участь тех, которые не видели воплотившегося Господа, гораздо лучше тех, которые родились уже после тайны воплощения. Сколь же глупо так говорить и думать, об этом свидетельствует Сам Господь, когда говорит ученикам: “Многие пророки и цари желали видеть, что вы видите, и не видели” (Лк.10:24). Но чтобы долго не занимать мне любви вашей моим рассуждением, советую вам прочитать, что написал о сей ереси Филастрий в книге своей о ересях. Вот его слова: “Есть еретики, которые говорят, что Господь, сойдя во ад, проповедовал там о Себе всем уже после их смерти, дабы те, которые там Его исповедуют, спаслись, тогда как это противно словам пророка Давида: во аде же кто исповестся Тебе (Пс.6:6), и словам апостола: те, которые, не имея закона, согрешили, вне закона и погибнут (Рим.2:12)”. С его словами согласен и блаженный Августин в своей книге об ересях. Итак, рассудив обо всем этом, не содержите ничего, кроме того, чему учит истинная вера Кафолической Церкви.» (Святого Григория Двоеслова письмо 179-е, Григорию пресвитеру и Феодору диакону Константинопольскому о том, кого Господь извел с собою из ада, когда сходил в оный)

Блаженный Феофилакт Болгарский объясняет: «Те, которые хорошо провели время своей жизни, и тогда получили спасение чрез сошествие Господа во ад, как думает святой Григорий [Богослов]. Он говорит: “Христос, явившись к находящимся во аде, спасает не всех без изъятия, но одних верующих”. Ибо от произволения каждого зависело не оставаться бесчувственным к богатому дару Творца, но представить самого себя достойным благости Подателя» (Толкования на Новый Завет блаженного Феофилакта, архиепископа Болгарского)

"Всё, о чем мы читаем в Священном Писании, написанном до прихода Господа, имеет целью приготовить к Его приходу и в прообразах показать будущую Церковь, Тело его, т. е. народ Божий, состоящий из всех племен; сюда же надо добавить и причислить всех святых, которые жили на этой земле до Его прихода и так же верили, что Он придет, как верим мы, что Он пришел." (Августин, "Об обучении оглашаемых", глава 4)

Однако веровали в Него тогда не только в просвещённой через пророков иудейской традиции, так как видим также Мелхиседека и Иова, не только веровавших в Единого Бога, но и прославленных Церковью. Интересно, что из Книги Иова ясно видно, что и всё окружение Иова верило в Истинного Бога, хотя и не отличалось праведностью Иова. И в конце Книги Иова Бог, обличая «друзей»-обвинителей Иова, говоря, что не примет их молитв, тем не менее не отвергает их самих, но говорит, чтобы просили Иова за них молиться, «дабы не отвергнуть вас» (Иов 42:8). Ветхий Завет также свидетельствует о вере в Единого Бога царя Авимелеха, перед которым Авраам представил Сарру своей сестрой (Бытие, глава 20); и затем подобный эпизод повторяется с Исааком (Быт.26:6-11); также о вере фараона, понявшего, что Бог с Иосифом (Быт.41:38–39); а также о Иофоре, тесте Моисея (Исх.3:1), священнике Мадиамском (Исх.2:16), прославляющего Истинного Бога и приносящий Ему жертвы (Исх.18:10–12). Наконец, ниневитяне покаялись от проповеди Ионы – зачем бы он был послан к ним Богом, если бы не во спасение было их покаяние? «Тогда сказал Господь: ты сожалеешь о растении, над которым ты не трудился и которого не растил, которое в одну ночь выросло и в одну же ночь и пропало; Мне ли не пожалеть Ниневии, города великого, в котором более ста двадцати тысяч человек, не умеющих отличить правой руки от левой, и множество скота?» (Иона 4:10–11)


3.2.2 Однако остаётся вопрос о не слышавших, которые могли бы уверовать, о чём ясно упоминает Писание: «…не к народам многим с невнятною речью и с непонятным языком, которых слов ты не разумел бы; да если бы Я послал тебя и к ним, то они послушались бы тебя; а дом Израилев не захочет слушать тебя; ибо они не хотят слушать Меня, потому что весь дом Израилев с крепким лбом и жестоким сердцем» (Иез. 2.1–3.7).

А также «…в Тире и Сидоне, давно во вретище и пепле покаялись бы…»

Ведь избрание Божие не от дел, не от праведности… Но ведь не может Бог быть несправедлив к неизбранным Им, когда Он выше, чем справедлив, – милосерд! Значит, не следует ли ожидать утешения тех, кто "послушались бы", "покаялись бы"?..

Тем не менее было бы явным упрощением думать, что это "покаялись бы" ставит их, потенциально покаявшихся, в один ряд с верными, покаявшимися реально, ведь тогда возникает вопрос, почему Промысел Божий не устроил обстоятельства для их обращения и действительного покаяния? Возможно, их обращение было бы временным и неплодотворным? Впрочем, Пасхальным благовестием звучат слова свт. Иоанна Златоуста: "Господь и намерение целует", – поэтому очевидной ошибкой было бы также думать, что это, хотя бы только потенциальное, покаяние не значит совсем ничего, а также, что ничего не значит упоминание о нём в Писании… Господь находит повод спасти человека. Спасение исходит из милосердия Господа…


3.3 О загробной участи некрещеных младенцев

"Неужели Бог извращает суд,

и Вседержитель превращает правду?"

(Иов 8:3)

Подробнее вопрос рассматривает о. Алексей Попов в статье "Посмертная участь некрещеных младенцев: вечное блаженство или горькие муки?", здесь отметим, что мнения свв. отцов распадаются на два взаимоисключающих…

Блаж. Августин и прп. Макарий Великий считали, что таковые попадают в ад. То же мнение в Послании Патриархов Восточно-Кафолическия Церкви о Православной вере (1723 г.):

"Если же младенцы имеют нужду в спасении, то имеют нужду и в крещении. А не возродившиеся и посему не получившие отпущения в прародительском грехе необходимо подлежат вечному наказанию за сей грех, и следовательно, не спасаются. Итак, младенцам необходимо нужно крещение." Однако в том же послании ниже сказано: "Веруем, что души умерших блаженствуют или мучатся, смотря по делам своим."


Противоположенного мнения придерживаются:

свт. Григорий Богослов: «Иные даже не имеют возможности и принять дара, или, может быть, по малолетству, или по какому-то совершенно не зависящему от них стечению обстоятельств, по которому не сподобляются благодати, хотя бы сами того и желали… Последние не будут у праведного Судии ни прославлены, ни наказаны, потому что, хотя не запечатлены, однако же и не худы и больше сами потерпели, нежели сделали вреда» (Слово 40). Однако также говорит и о потребности младенцев в крещении "что скажешь о тех, которые еще младенцы, не чувствуют ни вреда, ни благодати? Крестить ли нам и их?» – Непременно, если близится опасность. Ибо лучше без сознания освятиться, нежели умереть незапечатленным и несовершенным." (Там же)

Прп. Ефрем Сирин: «Незнающих и неразумных <…> Благий поселит подле рая, и будут они питаться от райских крупиц» («О Рае»)

"О младенцах…" свт. Григория Нисского: «Не искусившийся же во зле младенец, поскольку душевным очам его никакая болезнь не препятствует в причастии света, пребывает в естественном состоянии, не имея нужды в очищении для восстановления здравия, потому что в начале не принял в душу болезнь»

Святитель Стефан, архиепископ Вифлеемский: «Не следует отвергать младенцев, кои родились мертвыми и не успели быть окрещены: они не виноваты, что не получили Крещения, а у Отца Небесного “обители многи суть”, в числе которых есть, конечно, и такие, в коих неродившиеся на свет младенцы будут покоиться за веру и благочестие верных своих родителей, хотя сами по неисповедимым судьбам Божиим и не получили Крещения»

Феофан Затворник в своих письмах о некрещеных младенцах пишет так: «А дети – все Ангелы Божии суть. Некрещеных, как и всех вне веры сущих, надо предоставлять Божию милосердию. Они не пасынки и не падчерицы Богу, потому Он знает, что и как в отношении к ним учредить. Путей Божиих бездна!»

4. Сотериологические границы Церкви

Вне Церкви спасение невозможно – эти слова произносил ещё Ориген, который верил во всеобщее спасение. То есть верил, что в Церкви будут абсолютно все… Противоположенная крайность считать, что сотериологические границы Церкви совпадают с формально юридическими. Тут возникают явные противоречия как с Писанием, что ясно видно из приведённых выше примеров из Ветхого Завета, так и с Преданием Церкви: прп. Исаак Сирин принадлежал к «несторианам», Ассирийской Церкви Востока. Св. равноап. Константин Великий был крещён в конце жизни от арианина. (Какая, кстати говоря, крещальная формула над ним могла быть произнесена… Арианином?! Не верующим Божество Сына…) Однако в Троице Единый Бог их принял, и не просто принял, но прославил великой славой и поставил в пример на века многим поколениям христиан. А какой Символ веры исповедовал благоразумный разбойник? Только "помяни меня, Господи, когда приидеши во Царствии Твоем"…


4.1 Известный русский патролог архиепископ Василий (Кривошеин) по поводу принадлежности прп. Исаака к Церкви Востока пишет следующее: "…хотя самый факт принадлежности его (хотя бы формальной) к несторианской Церкви ставит перед православным богословским сознанием серьезные проблемы о природе Церкви и о возможности благодатной жизни и святости вне видимых ее пределов" (цитирую по митр. Иларион "Духовной мир Исаака Сирина…"; "Введение…."; "Русская богословская наука об Исааке Сирине"). А также отмечает, что в творениях прп. Исаака "конечно, нет никакого «несторианства»." (там же)

Подобно и А.Сидоров пишет, что почитание и канонизация прп. Исаака показывает, что "Святой Дух проницает и зрит все и что для него нет формальных пределов и границ косного вещества" (там же)

"Следует учитывать, что границы между Церквами во времена Исаака Сирина не были очерчены с той же четкостью, с какой они очерчены сегодня. В эпоху догматических споров (IV–VIII вв.) эти границы еще только формировались, и не все святые оказывались в наиболее догматически безупречной церковной юрисдикции. Достаточно вспомнить о преподобном Исаии Скитском, составителе известного сборника поучений, и святителе Петре Ивере, епископе Маиумском, выдающемся аскете и подвижнике, почитаемом в Грузинской Православной Церкви: оба святых жили во второй половине V века, не признавали Халкидонский Собор и придерживались монофизитских взглядов." (Там же)


4.2 «Не бойся малое стадо, Отец благоволил дать вам Царствие» можно также понять в том смысле, что в Церковь воинствующую (Царствие на земле) входят немногие, и им не следует бояться своей малочисленности; а вовсе не в смысле эсхатологических судеб человечества… Отметим, что святые отцы вообще не так часто говорят о соотношении погибающих и спасающихся, как о принципиальной возможности вечной погибели и вечного спасения. И тут важно отметить, что, хотя свободная воля человека подразумевает возможность ада, однако в связи с этим достаточно было бы потенциальной возможности ада, пустого ада – как наличие в раю до грехопадения древа познания добра и зла (Нельзя ведь также сказать, что до падения Люцифера не было у разумных существ свободы.)


4.3 Другой парадокс: адские муки не должны быть невыносимы – не должны ломать волю человека или беса. Более того, предположить, что муки в аду ломают волю к безбожию означает, фактически, отрицать Богом данную свободу воли.

Так, свт. Андрей Кесарийский в «Толкованиях на Апокалипсис» не рассматривает их как безмерные, но даже уступающие страданиям земным, и именно этим объясняет необходимость апокалиптических кар Божиих на не покаявшихся – они тем самым, пострадав «пять месяцев», на земле более тяжко, затем в вечности понесут менее тяжкое страдание. (на Откр. 9:1–5)

Вообще, муки в аду иного характера, как о том говорит прп. Исаак, "муки раскаяния", – они не есть некоторое огненное испытание, не есть то, что преодолевают или не преодолевают, выносят или не выносят… Здесь скорее про осознание ошибочности всей своей жизни, всего пути, которым человек шёл, и невозможности уже ничего исправить. И дело тут не в прощении Божием, а в совершившемся человеческом выборе. Понятно, что Бог не мстит и не карает – это "ребяческие" мнения о Боге, по выражению прп. Исаака. Проблема в другом: Царствие Небесное "не пища и питие", по словам Ап. Павла, но "праведность, мир и радость во Святом Духе", – то есть такие вещи, которые нужно ещё человеку суметь оценить, полюбить… Если они тут ему не интересны, почему там вдруг станут нужны?.. Если, например, некий человек любит бутылку, то для него источник вечных страданий именно в том и будет, что её там нет. Кажется, именно об этом страшные рассуждения прп. Симеона Нового Богослова про заключённых в теле как в бочке… К тому же, у погибшего будут также и угрызения совести, причины которых уже не исправить, так как время делания, жизнь земная, – прошло. Об этом и пишет прп. Исаак, что "муки грешников в аду – это муки раскаяния", и что "поражаются бичом любви", то есть осознанием своего преступления против любви…

Свобода ведь подразумевает и ответственность. Свобода бывает выбором в процессе своей реализации, и свобода оборачивается результатом выбора в вечности – своим совершением, результатом реализации. Поэтому и земные страдания, по свт. Андрею, позволят в вечности страдать не так сильно, ведь "страдающий телесно перестаёт грешить"(1Пет 4:1), а значит, в вечность перейдёт уже менее зависимым от греха, хоть и не стяжавший, при этом, добродетели…


4.4 Свт. Григорий Богослов, слово 40:

"Знаю огонь и не очистительный, но карательный, или Содомский, который «на» всех «нечестивых прольет Господь», присоединив «серу и палящий ветер» (Пс.10:6), или «уготованный диаволу и ангелам его» (Мф.25:41), или тот, который «идет перед» Господом и «попаляет вокруг врагов Его» (Пс.96:3). Есть еще и этих ужаснее огонь, который действует заодно с червем неусыпающим, не угасим, но увековечен для злых. Ибо все это показывает силу истребительную, если только не угодно кому и здесь представлять это человеколюбивее и сообразно с достоинством наказующего."

Едва ли здесь речь об апокатастасисе, тем более что в другом месте свт. Григорий прямо говорит о вечных мучениях (слово 3), однако свт. Григорий, возможно, намекает, что и в аду мучения грешников могут быть срастворены милосердием Божием.

Похожим образом в слове "На святые светы…" говорит об ушедших в раскол сторонниках Новата:

"Итак, эти, если хотят, пусть идут нашим путем и Христовым; если же нет, то своим. Может быть, они будут там крещены огнем – этим последним крещением, самым трудным и продолжительным, которое поедает вещество, как сено, и потребляет легковесность всякого греха."

Имея в виду слова ап. Павла:

"Ибо никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос. Строит ли кто на этом основании из золота, серебра, драгоценных камней, дерева, сена, соломы, – каждого дело обнаружится; ибо день покажет, потому что в огне открывается, и огонь испытает дело каждого, каково оно есть. У кого дело, которое он строил, устоит, тот получит награду. А у кого дело сгорит, тот потерпит урон; впрочем сам спасется, но так, как бы из огня." (1 Кор.3:11–15)

Впрочем, об очистительном огне говорит, кажется, только свт. Григорий Богослов, другие отцы понимают иначе (подборка толкований с сайта bible.optina.ru):

Свт. Иоанн Златоуст: "Эти слова означают следующее: он сам не погибнет так, как дела, не обратится в ничто, но останется в огне."

Свт. Кесарий Арелатский предупреждает от излишне легкомысленного понимания этих слов: "Многие люди понимают этот текст неправильно и обманываются своей ложной уверенностью. Они полагают, что, строя свои тяжкие грехи на основании Христа, смогут очиститься от этих грехов через сходящий на них огонь и войти затем в жизнь вечную. Но такое понимание, возлюбленные братья, должно быть исправлено, потому что люди, тешащие себя такими мыслями, заблуждаются. В огне же том, о котором говорит апостол, лишь от незначительных грехов очистится человек, не от серьезных."

Прп. Ефрем Сирин: "А чье здание сгорит, тот потерпит вред, то есть мучение; ибо хотя воскресение воздвигнет его и оживит, так, однако, жалко он оживет, как бы чрез огонь (в огне)."

Прп. Анастасий Синаит: "Если скажем, что у [вечного] наказания есть конец, то признаем весь Новый и Ветхий Завет лживым. Но не только: мы признаем, что и блаженный Павел сам себе противоречит и с самим собою сражается. Ведь если он говорит, что [вечное] наказание имеет конец, то почему [в другом месте] изрекает: «Не обманывайтесь: ни блудники, ни прелюбодеи, ни малакии, ни злоречивые, ни хищники Царства Божия не наследуют» (ср. 1Кор. 6.9-10). И Господь говорит, что грешники пойдут «в муку вечную» (Мф. 25.46). А если вечный огонь имеет конец, то ясно, что и жизнь вечная также имеет конец. Ибо понятие «вечное» имеет равный смысл как для праведных, так и для грешных, поскольку первые [определяются Господом] «на жизнь вечную», а вторые – «на муку вечную»."


Отметим, что и свт. Григорий говорит здесь только «может быть» – предполагая, допуская, но не утверждая. И у него даже получается как будто противоречие: Ап. Павел говорит об единственном основании – Христе (1 Кор.3:11), а свт. Григорий: «эти, если хотят, пусть идут нашим путем и Христовым; если же нет, то своим», – и после этого, после того как они не путём Христа идут, допускает их спасение очистительным огнём?..


Свт. Феофан Затворник (очевидно, будучи знаком с этим расхождением во мнениях свт. Григория Богослова и других древних отцов) пишет как бы примирительно: "Что же будет тем, которого домик сгорит?! – Он спасется, такожде якоже огнем. Место это темно и подало повод к разным толкованиям. Слово: спасется означает, что он останется цел: домик его сгорит, а он не сгорит, не уничтожится. Что же будет с ним? Слова: такожде якоже огнем – указывают на сравнение. Возьмем это сравнение, и получим: спасется так же, как спасаются те, которых огонь захватывает в доме. Кругом огонь, надо бежать сквозь него. Что тут бывает? Иной пробежит почти не опаленный, другие – в разных степенях опаления, а иной так и остается в огне. Подобное сему будет и с теми, коих на огне суда домики погорят. Одни пойдут в огонь, другие получат иные разные степени наказания; а иные и помилованы будут. Ибо хотя все они виноваты, что строили не из прочного материала, но виновность их может иметь разные степени. Иной может быть и без вины виноват; трудился над строением непрочным, не зная лучшего образа строения; или может быть по обстоятельствам не успел взяться за лучшее, или еще почему-либо заслуживает извинения."


(В том же «Слове на святые светы…» свт. Григорий говорит изумительные слова: "Если же дело сомнительно; пусть победит человеколюбие", – перефразируя древнеримскую юридическую формулу: "при сомнении – в пользу обвиняемого".)


4.5 Блаж. Иероним Стридонский в Толкованиях на книгу Исаии (66:24) пишет: "И как мы уверены в том, что мучения диавола и всех отверженных и нечестивых, говоривших в сердце своем: несть Бог (Пс. 13:1), будут вечными; так полагаем, что приговор относительно грешников и хотя нечестивых, однако остающихся христианами, дела которых будут испытаны и очищены посредством огня (1 Кор. 3), будет не строгий, но растворенный милосердием Судии." Как будто противоположенное мнение высказывает блж. Феофилакт Болгарский в толковании на 1 Кор. 10, 6: "Как благодеяния, так и наказания иудеев были образами. Показывает, что грешники из христиан не только будут наказаны, но гораздо больше, чем иудеи, поскольку благодеяния сих были образами, а блага тех истина, и как в дарованиях преимущество на стороне христиан, так и в наказаниях."

Хотя здесь, возможно, понять следует так, что у Феофелакта грешниками названы неверующие из христианских сообществ, то есть он акцентирует внимание на грехе неверия, в то время как Иероним говорит о грешниках верующих, хоть и согрешающих в чём-то другом. Также и в толковании на 1 Кор. 10, 11: "мы должны ожидать наказаний, и тем ужаснейших, чем больших дарований мы удостоились", – можно понять либо в смысле принадлежности к человеческому сообществу, удостоившемуся дара быть просвещенным христианством, либо в значении даров Духа, прежде полученных человеком, от которых он затем отрекается, впадая в неверие или другие грехи.

5. Возможно ли посмертное спасение?

«Неужели навсегда престала милость Его?»

(Пс.76:9)


5.1 Против возможности посмертного спасения высказывается целый ряд святых отцов.

Прп. Симеон Новый Богослов: «Кто не постарается достигнуть Царствия Небесного и внити в него, пока находится в сей жизни, тот и в то время, когда выйдет душа его из тела, окажется находящимся вне сего Царствия».(Слово 50)

Прп. Варсонофий Великий говорит об этом: «Касательно же ведения о будущем – не заблуждайся: что здесь посеешь, то там и пожнешь. По исходе отсюда никому нельзя уже преуспеть… Брат, здесь делание – там воздаяние, здесь подвиг – там венцы» (Варсонофий Великий и Иоанн, преподобные. «Руководство к духовной жизни в ответах на вопрошения учеников»)

Также и свт. Иоанн Златоуст пишет: «Только настоящая жизнь есть время для подвигов, а после смерти – суд и наказание. “Во аде же, – сказано, – кто будет исповедовать Тебя?” (см.: Пс.6, 6)»

О том, что сейчас время делания Григорий Богослов: "Примите просвещение, пока есть время, «да тьма вас» не преследует «и не обнимет» (Ин.12:35), удалив от просвещения. Наступит ночь, и тогда – по отшествии отсюда никто не может делать." (Слово 40)


5.2 Однако встречаются и иные мнения. Так, свт. Андрей Кесарийский в "Толкованиях на Апокалипсис", с одной стороны, предполагает о множестве погибающих (на Откр.8:7): «Мы же думаем, что мучимых в будущем веке будет не третья только часть из всего множества человеческого, но более, ибо сказано: «широк путь, ведущий к погибели» (Мф. 7, 13)», с другой, намекает как будто на возможность посмертного спасения, – по его мнению, в аду можно оставаться только добровольно, не желая спасаться (на Откр.16:10–11): «Я, слыша о вечной муке, не могу не верить предлагающему сие изречение; но, зная о постоянной Его благости и благоутробии, думаю и убеждаюсь в том, что Он никогда не стал бы угрожать или же предавать вечному осуждению достойных его, если б осужденных видел покаявшимися и возненавидевшими зло, которое возлюбили они самопроизвольно: ибо мучаются они ради него (зла) не по необходимости, но по собственному желанию.»

О фактической добровольности пребывания в аду бесов говорит прп. Максим Исповедник в толковании на Иуд.1,6: «А “вечные узы” есть совершенная и постоянная неподвижность их относительно блага, [осуществляемая] добровольно, в силу которой они никоим образом и никогда не наслаждаются божественным покоем…" (Вопросы и ответы к Фалассию. Вопрос XI.)

Да и как иначе понять слова, повторяющиеся у Иоанна и у Исаии, что врата Града Небесного не будут запираться? (Откр.21:25); "будут всегда отверсты врата твои, не будут затворяться ни днем ни ночью, чтобы приносимо было к тебе достояние народов и приводимы были цари их." (Ис.60:11) Свт. Андрей комментирует: "сие означает или твердость и безопасность жителей его, или что там будут открыты для всех Божественные врата Апостольского учения для полнейшего научения." Не уточняя, впрочем, означает ли это "для всех" только спасённых, или вообще для всех, сотворенных Богом?.. На что-то подобное как будто намекают и «листья дерева для исцеления народов» (Откр. 22:2). "Эти листья будут во исцеление или во очищение неведения тех народов, которые стоят низшими в делании добродетелей» (там же)


5.3 Однако сказано также: "только те, которые написаны у Агнца в книге жизни" (Откр. 21:27). Что, видимо, всё же следует понимать как "не все". (Написание в книге жизни – предведение Божие, но не предопределение.) Или, например, притча о десяти девах прямо говорит о закрытых вратах, также и притча о богаче и Лазаре показывает, что «не переходят», да многие другие места Писания. Или только для некоторых врата закроются, другие же ещё смогут войти? Но это противоречит обоим вариантам, так как нигде не сказано о таковом разделении среди погибающих, однако сказано, что врата – и открыты, и закрыты!.. Возможно, потому закрыты, что ничего уже не исправить, время делания, жизнь земная, прошло, но потому вечно открыты, что не прейдет милосердие Божие?..

В толковании на Откр. 16:10–11 свт. Андрей прямо полемизирует с идеей о всеобщем спасении через очищающие страдания: «если Он, умоляемый Моисеем, удостаивал пощады и освобождал от наказания Фараона, хотя и знал, что он смягчится только на время казней, после же ожесточится снова, то тем более освободил бы сих, если бы видел, что чрез огонь они очистятся подобно золоту, которое некоторые приводят в пример в сем отношении. Но к золоту нечистота пристает как к веществу бездушному, к разумным же она приходит по их желанию, точнее же – в них самих и зарождается. Посему, считающие благость, предведение и силу Божию препятствием вечной муке пусть присовокупят к ним и правосудие определяющее каждому по достоинству, и не думают о каком бы то ни было изменении Божественного определения.»

Действительно, если описанные в Откровении грешники после кар не покаялись, а только озлобились, если и дьявол только больше озлобился, когда узнал, что осуждён, то как более или менее продолжительные мучения могут привести их к исправлению? Ведь очищение от грехов не есть некий механический процесс, как очищение телесной грязи. Без добровольного обращения и покаяния нет и очищения. Однако, как тогда быть в случае, если только после смерти человек осознаёт свою неправоту и чувствует раскаяние? Возможность этого необходимо следует из наличия свободной воли, более того, это тем более вероятно, ведь именно после смерти человек оказывается перед лицом Истины…

6. Отступление разума?

6.1 Рациональные философии и религии взаимно отрицают друг друга самим фактом того, что их много – ведь рациональное рассуждение должно было бы приводить всякий раз к единственному результату. Вслед за ними, по той же причине, гибнет и сам принцип рационалистического философствования. Истина Православия побеждает в своей апофатичности, даже кажущейся абсурдности, или лучше – в озарениях того Разума Христова, перед которым разум человеческий есть безумие (1 Кор.3:19).

При многословии в приземленных, наставительных, символических, даже в духовно-практических вопросах, даже в религиозно-философских (насколько возможно о них говорить катафатически), святые отцы умолкают при восхождении собственно ввысь…

Применим понятие «апофатика» не к познанию Бога, а лишь к познанию творения Его – понятие это и здесь правомочно в силу отпечатков на творение перст Ваятеля. В Сущности Своей непостижимый Бог дал нам инструмент для постижения Его творения – разум, однако разум не плоский в своей падшей рациональности, но ту сверхлогику и металогику, о которой пока лишь догадываемся, которая, в частности, открывается подвижникам в мистическом опыте…

Чем ближе к Богу, тем больше апофатики! Конечно, это не мёртвое невежество агностицизма, но благоговейное молчание допущенных заглянуть в бездну пресветлого мрака:

«Ибо, по мере нашего восхождения вверх, речи вследствие сокращения умозрений сокращаются. Так что и ныне, входя в сущий выше ума мрак, мы обретаем не малословие, но совершенную бессловесность и неразумение», – так пишет в 3-й главе "О мистическом богословии" Дионисий Ариопагит (или он не Дионисий? Он и сам словно скрылся от нас в том Пресветлом Мраке, о котором писал, – как Моисей, возшедший во мрак облака), – «а оттуда, сверху, до пределов нисходя, слово по мере нисхождения соответствующим образом распространяется. Но теперь, восходя от нижнего к высшему, по мере восхождения оно сокращается и после полного восхождения будет вовсе беззвучным и полностью соединится с невыразимым.»

"Следует знать, что наш разум обладает способностью к познанию, благодаря которой созерцает умопостижимое; соединение же, через которое он приобщается к тому, что́ выше его, превосходит природу разума. Путем этого соединения Божественное постигается не нашими силами, но мы сами всецело выходим из самих себя и становимся Божиими, ибо лучше принадлежать Богу, чем самим себе; таким образом, Божественное будет даровано тем, кто стали едины с Богом. Сию бес-словесную, без-умную, не-мудрую Премудрость славословя превознесенно, скажем, что Она есть Причина всякого разума и слова, всякой премудрости и постижения» (он же, «О Божественных именах», VII, 1)


6.2 О тайне эсхатологических судеб Писание говорит по преимуществу апофатически: "не видел глаз, не слыхало ухо, на сердце не взыдоша…", "на третье небо… слышал слова, которые не пересказать", "громы … скрой, не пиши"

Спасение есть обожение, и никак иначе спастись невозможно, потому что только Невместимый может наполнить общением с Собою жизнь вечную. Всякая иная вечность неизбежно станет адом. «Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа.» (Ин.17:3) Именно поэтому «избежать геенны и значит это самое – войти в Царство; равно как лишиться Царства – значит войти в геенну.»

Поэтому подход к вопросу сотериологии с точки зрения рациональной логики дать ответ не в силах – обожение есть выход далеко за пределы всякой вместимой миром сим логики. Но ведь такая постановка вопроса, как или вечная погибель, или вечное спасение, и есть подход с точки зрения рациональной (классической) логики с правилом исключенного третьего. И если ограниченная логика негодна для вопросов премирных, можем ли мы чем-то заменить её? В молчании слушать тайнозрителей Пресветлого Мрака! «мне сверх этого дал Ты достигнуть откровений и созерцаний, которых невозможно объяснить плотским языком» (прп. Исаак Сирин, I,47); «О Христос! Возвышена сила наслаждения надежды Твоей над человеческой мыслью!» (он же, II,1,69)


6.3 На самом деле, рациональная логика зачастую недостаточна даже для вопросов мира материального, как ясно можно видеть из достижений естественных наук, а особенно физики и математики XX века: индетерминизм в квантовой физике, принцип неопределённости Гейзенберга, теоремы Гёделя о неполноте. (Поэтому вульгарный материализм является лишь отмирающим пережитком прошлого, устаревших научных представлений XIX века, а существование до сих пор данного умонастроения связано преимущественно с низким уровнем образования или научной эрудиции его носителей.) Места Замысла и Промысла Божьего в современной научной картине мира мы уже касались (см. эссе «Сотворение эволюции…»), отметим ещё раз, что, критикуя рациональную логику, ведём речь вовсе не о нелогичности, не о хаотичности мира, не об абсурде – отнюдь! – речь скорее тогда уж о незнаемой сверхлогике и металогике произведения Божьего искусства, которым является всё в совокупности Творение, носящее на себе отпечатки перст своего Ваятеля! «Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы» (Рим. 1:20). Как, например, материальный свет в подражание Свету истинному, просвещающему мир, имеет в себе не смешивающиеся и не разделяющиеся две природы (природу частиц и природу волн – см. корпускулярно-волновой дуализм).

Ещё интереснее с вопросами, касающимися мира духовного. Например, вопрос о свободе воли. Рационально-логические варианты ответа – это либо строгое предопределение, либо абсолютный произвол индивидуальной воли; в первом случае свободы не существует как таковой, во втором – индивидуальная свободная воля растворяется в хаосе других индивидуальных свободных воль, её словно затаптывает толпа. Только сочетание индивидуальной свободы воли с промыслом Божиим, казалось бы, противоречивое, на самом деле позволяет этой свободе быть! Свободе ведь, для её действительной реализации, необходимо не только позволить ей существовать как таковой, но и создать условия для самореализации, как цветок недостаточно просто посадить в произвольной точке пространства, но ему необходима почва, влага, воздух… (Именно поэтому у неверующих в Промысел Божий не получается и свобода воли – получается всякий раз какое-нибудь унылое «бытие определяет сознание».) Только благой и сверхрациональный промысел Божий позволяет свободе всякого человека реализоваться, создавая для того условия, при этом содержа всю вселенную в порядке.

И необходимым следствием из реализации свободной воли человека является то, что помимо великого множества спасаемых, существует и великое множество погибающих – сознательных предателей, отвратившихся от пришедшей к ним Истины – от Христа. И если "лучше было бы тому человеку не родиться"(Мф.26:24), то не лучше ли было бы его и не создавать? Но любовь Божия к Своим творениям, хотя, безусловно, преисполнена милосердия и сострадания, к милосердию и состраданию тем не менее не сводится. Делать вывод, что лучше было бы не создавать, означает как раз сводить любовь Божию только к состраданию, а сотворённую жизнь – только к бессмысленно страдающему субъекту. Но любовь Божия – это ещё и сверхрациональное уважение к каждому сотворённому! (Творец вселенной "стоит у двери и стучит" (Откр.3:20), и не входит без разрешения!) Именно поэтому возможна не только благость, но и строгость Божия (Рим.11:22) – строгость эта, однако, ничего общего не имеет с гневливостью; с «гневом» в человеческом понимании этого слова.


6.4 Всё это далеко за пределами рациональной логики! Третье – не исключено! Не исключено и четвёртое, и пятое, и бесконечное! Такова «широта и долгота, и глубина и высота» (Еф.3:18), что всякие попытки выразить словами оборачиваются антиномиями. Неизреченные глаголы как бы выступают во все стороны из рамок слов человеческих. Почему вообще правила Церкви и святоотеческие рассуждения оказываются так бессильны перед вопросом о спасении? Не потому ли, что спасение от Господа, а Он вне правил и рассуждений. Правила и рассуждения хороши и полезны для нас, чтобы нам не заблудиться и не погибнуть по собственной глупости, но совершеннейшее безумие пытаться уместить в них волю и промысел Божий… ("суббота для человека, а не человек для субботы; посему Сын Человеческий есть господин и субботы." Мк. 2:27–28)

Как вообще спасся благоразумный разбойник? О, у него были большие проблемы и с ортодоксией, и с ортопраксией!..


6.5 Вряд ли можно предположить, что простой вере людей, несведущих в догматике, но волею своих давних предков оказавшихся в составе церквей еретических, не оказана будет милость. Как пишет свт. Григорий Богослов,

"И немудреной веры нам достаточно,

И в ней как раз для большинства спасение,

А будь она уделом образованных,

Насколько бедным Бог наш оказался бы!" («О моей жизни», ст. 1228–1231)

Однако, когда кто-то в еретическом сообществе начинает восходить от простой веры к вере более «мудрёной», он вместо спасительных истин попадает в ловушку еретического богословия…

Зачем тогда вообще разум человеку, если спасение возможно и без него, и если в ряде случаев он даже приводит к погибели? Однако спасение не тождественно спасению, динарий, как ни странно, не тождествен динарию, как показывает притча о талантах; полнота радости спасения у всякого спасшегося совершенна, однако не равна полноте радости другого – «звезда от звезды разнится в славе», и даже очень разнится…


6.6 Разум отнюдь не тождествен привычному логическому аппарату, рациональной логике. Хоть и не разработан аппарат применения «сверхлогики-металогики», его в течение всей истории так или иначе используют лучшие умы человечества, далеко перешагнувшие рамки рациональной логики. На основе этой сверх- или металогики построено, кажется, Писание, иначе как объяснить успех проповеди христианства, в течение двух тысячелетий и до сих пор, вопреки тому, что Писание не содержит сладких обещаний рая (разве что намёки, апофатика), зато ужасы прошлого живописует словно назло себе?! Действительно, ведь разум мира сего требует противоположенного: любая программа любой человеческой партии живописует в подробностях обещанное «светлое будущее», «рай», и умалчивает о страшном. Писание же о рае говорит «не видел глаз, не слышало ухо…», зато в подробностях рассказывает про геноцид ханаанеев, про пророка Елисея и 42-х детях, про невинные страдания Иова… Много про что ещё! Вот про что сказать бы, «скрой, не пиши» – никто и не знал бы теперь! Давно забыли бы через три тысячи лет – ведь других источников об этом нет! Но «сила Божия в немощи совершается» – как будто в немощи интеллектуальной, как бы в явных «политических ошибках» совершается победа веры… И раскрывается разум высший!


6.7 Почему вообще грядущие блага обозначены лишь апофатически? Из-за непостижимости для слабого ума человеческого? Но почему не сделать ум сильнее? Только ли ради священного трепета? Только ли, чтобы была тайна, таинство, чтобы самое высшее скрыть до времени?.. Чтобы вера была свободным выбором, а не расчётом на воздаяние?.. И в дополнение к этим – ещё смыслы и смыслы! «Кто, Господи, возможет исчерпать мыслью одно из Твоих изречений? Мы оставляем больше того, чем берем, подобно жаждущим, пьющим из источника.» (прп. Ефрем Сирин, «Толкование на Четвероевангелия», Глава 1)

И где теперь те древние ханаанеи? Или те 42 ребёнка? Спасение Иова – это намёк и о них? Пусть они и не праведники, как он, но их грехи пресечены были вмешательством Божиим, или даже предотвращены заранее; и они слышали проповедь Христа в аду, не отягчённые грехами…

Вряд ли мыслимо допустить то, что многим людям, положим, великому множеству страдающих от нескончаемых войн нищих язычников (будь то в Палестине Бронзового века или современной Африке) было попущено Богом родиться при таких обстоятельствах, чтобы они и земную жизнь проводили в страданиях, и Царствия Небесного не могли, фактически, достичь, по причине отсутствия среди них проповеди Евангелия. "На что дан свет человеку, которого путь закрыт, и которого Бог окружил мраком?", – не об этом ли восклицает Иов? (Есть, впрочем, логически безукоризненное, но интуитивно сомнительное объяснение Августина: они и не обратились бы – Промысел Божий и в том, что они оставлены без проповеди Евангелия, так как всё равно не обратились бы, лишь вина их за отвержение Евангелия увеличилась бы…) Это, однако, противоречит заповедям блаженства у Луки, противопоставляющим земное благополучие и вечное спасение; а также словам Откровения о "тех, кто пришли от великих скорбей", "отрет Бог всякую слезу…" и многим другим местам Писания. Вообще, не на спасение ли таковых страдальцев указывает пример не принадлежащего формально к народу Божьему Иова? "[Раньше] я только слышал о Тебе, а теперь мои глаза видят Тебя" (Иов 42:5)

Или пример доброго самаритянина, свидетельствующий, что среди иноверцев бывают праведники. Могут ли таковые погибнуть? Авраам отвечает: «Не может быть, чтобы Ты поступил так, чтобы Ты погубил праведного с нечестивым, чтобы то же было с праведником, что с нечестивым; не может быть от Тебя! Судия всей земли поступит ли неправосудно?» (Быт.18:25)


6.8 Знаменитые слова прп. Серафима: "Стяжайте себе дух мирен, и тысячи душ спасутся возле вас". Как же это понимать? За каждым, стяжавшим дух мирен, увидев в нём этот плод Духа, в канонические пределы земной Церкви пришли тысячи? Но тогда стяжавшими дух мирен можно считать разве что апостолов и св. равноапостольных… Или по молитвам каждого подвижника, стяжавшего дух мирен, спасаются тысячи?.. Или же слова эти скорее призыв к практической духовной деятельности, чем попытка приоткрыть завесу эсхатологических судеб?

Писание с определенностью говорит лишь о том, что "великое множество" как спасающихся, так и погибающих (Откр.). Что многие идут путем погибели, и немногие – спасения; но из этого не следует, что множество первых так и погибнет, что не обратятся в конце жизни, например, или после смерти, что не будут помилованы… «И листья дерева для исцеления народов.» (Откр.22:2) Народов! Языков? Язычников? Или речь просто о великом множестве? Но во всяком случае множество это далеко за пределами множества тех, кто и так в мире и покаянии век свой скончал… Их-то от чего было бы исцелять?..

Суд будет по Благовестию о милосердии Божием, которое превыше справедливости.

«Велика тайна, сокрытая в домостроительстве Господа нашего: она выше, чем оставление грехов и уничтожение смерти, о, возлюбленные мои. Досточудна и велика надежда, которая сокрыта от нас ныне, братья мои: она превышает все, в чем мы упражняемся ныне для пользы и возрастания. Те, кто остается на земле, должны упражняться в немощных вещах, поскольку не весь мир достиг совершенного понимания веры и добродетельной жизни, и большая часть его еще нуждается в том, чтобы быть научаемой через вещи устрашающие и смиряющие.» (прп. Исаак Сирин, «Главы о знании» 4.84)


Сам Христос на вопрос: «Неужели мало спасающихся?», не даёт прямого ответа, но отвечает практическим наставлением: «Подвизайтесь войти сквозь тесные врата, ибо, сказываю вам, многие поищут войти, и не возмогут. Когда хозяин дома встанет и затворит двери, тогда вы, стоя вне, станете стучать в двери и говорить: Господи! Господи! отвори нам; но Он скажет вам в ответ: не знаю вас, откуда вы. Тогда станете говорить: мы ели и пили пред Тобою, и на улицах наших учил Ты. Но Он скажет: говорю вам: не знаю вас, откуда вы; отойдите от Меня все делатели неправды. Там будет плач и скрежет зубов, когда увидите Авраама, Исаака и Иакова и всех пророков в Царствии Божием, а себя изгоняемыми вон. И придут от востока и запада, и севера и юга, и возлягут в Царствии Божием. И вот, есть последние, которые будут первыми, и есть первые, которые будут последними.» (Лк. 13:23–30)


Оглавление

  • Вступление
  • 1. Апокатастасис?
  • 2. Против Апокатастасиса
  • 3. О множестве спасающихся
  • 4. Сотериологические границы Церкви
  • 5. Возможно ли посмертное спасение?
  • 6. Отступление разума?