КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 585025 томов
Объем библиотеки - 882 Гб.
Всего авторов - 233541
Пользователей - 107408

Впечатления

Lyusten про Винокуров: Начало (Боевая фантастика)

Какойто детский бред напополам с матами. Дальше пары десятков страниц ниасилил.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
renanim про Осадчук: Бастард (СИ) (Героическая фантастика)

давненько не встречал книгу которая затягивает.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про Зайцев: Разрушитель (Фэнтези: прочее)

Понос слов. Начал читать и тут же бросил. ГГ - непонятно кто, куда то прется, попутно описывая всё что видит. Стиль Чукча - что вижу о том пою и без смысла и желательно на одной струне. Автор наслаждается, что может описывать предметы, но меня это почему то не восхищает, а даже просто грузит кучей не нужной и не интересной информацией. Спрашивается: А мне это интересно? Отвечаю: Нет.Не ценитель я художественной живописи в литературе при

подробнее ...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
greysed про Ланцов: Фрунзе. Том 2. Великий перелом (Альтернативная история)

Мерзкий этап нашей истории ,банка с пауками,ну и Ланцов тот ещё прозаик .

Рейтинг: 0 ( 4 за, 4 против).
s_ta_s про (Айрест): Играя с огнём (СИ) (Фэнтези: прочее)

На тройку с натяжкой. Грамотность автора оставляет желать лучшего, знание реалий Британии 30-х годов не выдерживает никакой критики, логика хромает на обе ноги.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Абезгауз: Справочник по вероятностным расчетам. - 2-е изд., доп. и испр. (Математика)

Вот вы, ребята, странные люди. Хотите иметь хорошую книгу на халяву. Вам эту книгу на халяву делают, но вы даже не утруждаете себя тем, чтобы сказать спасибо чуваку, который сделал для вас на халяву книгу. Это ведь так утомительно - нажать две кнопки.
А я е..ся с этой книгой целый день. Нигде не найдете этой книги в лучшем качестве.
Так и с другими книгами и книгоделами. Хамство - норма жизни!

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
Серж Ермаков про Ермаков: Человек есть частица-волна. Суть Антропного ряда Вселенной (Эзотерика, мистицизм, оккультизм)

Вот ведь не уймется человек. Пишет и пишет, пишет и пишет... И все ни о чем. Просто Захария Ситчин и Елена Блаватская в одном флаконе. И темы то какие поднимает. Аж дух захватывает, и не поймет чудак-человек, что мир в принципе непознаваем людьми. Мы можем сколь угодно долго и с умным видом рассуждать и дуализме света (у автора то же самое и о человеке), совершенно не объясняя сам принцип дуализма и что это за "штука" такая. Люди!!! Не тратьте

подробнее ...

Рейтинг: +5 ( 5 за, 0 против).

Грей. Продолжение [Катерина Коротеева] (fb2) читать онлайн

- Грей. Продолжение [СИ] (а.с. 50 оттенков -1) 1.94 Мб, 564с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Катерина Коротеева

Возрастное ограничение: 18+

ВНИМАНИЕ!

Эта страница может содержать материалы для людей старше 18 лет. Чтобы продолжить, подтвердите, что вам уже исполнилось 18 лет! В противном случае закройте эту страницу!

Да, мне есть 18 лет

Нет, мне нет 18 лет


Настройки текста:



Грей. Продолжение

Пролог

Он возвращается. Мама лежит на диване, спит, или ей опять плохо.

Я прячусь на кухне под столом, прижимаюсь к стене, чтобы он меня не заметил. Закрываю лицо руками. Сквозь пальцы вижу маму, ее руку на грязном зеленом пледе. Его огромные ботинки с блестящими пряжками останавливаются напротив нее.

Он бьет маму ремнем. «Вставай! Вставай! Сука драная! Сука! Сука драная! Вставай! Вставай! Вставай!..»

Мама всхлипывает. «Не надо. Пожалуйста, не надо!..» Мама не кричит. Мама свернулась в клубок и прячет лицо.

Я закрываю глаза и затыкаю уши. Тишина. Открываю глаза.

Он поворачивается и топает на кухню. С ремнем в руке. Ищет меня.

Наклоняется и заглядывает под стол. Мне в нос ударяет отвратительная вонь, смесь сигарет и виски. «Вот ты где, гаденыш…»

Он просыпается от леденящего кровь завывания. Господи! Он весь в поту, сердце бешено колотится.

Что за черт?

Он резко садится и трясет головой. Дьявол, они вернулись…Выл он сам. Он делает глубокий вдох, потом медленный выдох, пытаясь успокоиться, выбросить из ноздрей и из памяти запах дешевого бурбона и вонючих сигарет «Кэмел».

Глава 1. Встреча

Ана согласилась поехать со мной в Портленд, на выставку ее, так называемого, «друга». Это было третьим пунктом моего плана по захвату Стил — стадия реализации.

Мы договорились, что я заеду за ней на работу в семнадцать сорок пять. В половине шестого Тейлор припарковал Ауди у СИП и вышел из машины.

Мне показалось, или он тоже нервничает?

Ожидание тянулось бесконечно. Я проверил свои часы, черт знает в какой раз, они показывали семнадцать сорок четыре. Через мгновение она выйдет.

Я молил бога, чтобы она в последний момент не передумала. Нет, она не должна передумать, потому что хотела поехать на вернисаж к фотографу.

Был ли я для нее удобным вариантом, чтобы добраться до Портленда? Надеюсь, что она не из-за этого согласилась со мной встретиться.

Я нервно поправил свои манжеты и пробежался рукой по волосам.

Скучала ли она по мне? Захочет ли ко мне вернуться? Понятия не имею. Но я должен воспользоваться этим шансом, чтобы вернуть ее. Я почувствовал, как паника сдавила моё горло.

Боже, успокойся, Грей. Попытайся расслабиться.

Я взглянул еще раз на вход в СИП — она появилась в зоне видимости и направилась ко мне. Черт. Весь воздух покинул моё тело, словно его вытянули сильным вакуумом. Я усиленно вздохнул. Она была там — в том платье, которое мне нравилось, а на ногах черные сапоги на высоченных каблуках. Она подошла ближе и в этот момент, по ее внешности, я понял… я точно знал — она страдала также сильно, как и я. Боль пронзила все моё тело.

Ее лицо было бледным, почти прозрачным. Огромные яркие глаза казались потерянными, подчеркнутыми темными кругами под ними… и… она похудела. Черт. Мой шок от ее внешнего вида перерос в ярость.

Проклятье, она что, ничего не ела? Кажется она потеряла… сколько? Пять… шесть килограмм за последние несколько дней?

Она оглянулась на какого-то парня позади нее.

Кто, черт возьми, это был?

Как только она приблизилась к машине, я почувствовал, как гнев закипел в моей крови. Тейлор открыл дверь, чтобы впустить ее, и она села рядом со мной. В этот момент я уже себя еле сдерживал.

— Когда ты ела в последний раз? — бросил я, как только Тейлор закрыл дверь.

— Привет, Кристиан. Да, я тоже рада тебя видеть.

Что. За. Черт! Откуда столько сарказма? Она что, издевается?

— Не надо мне сейчас демонстрировать возможности своего дерзкого ротика. Отвечай мне! — она выглядела так, словно ее отчитывали, сидела, уставившись на свои руки, лежащие на коленях. Я был в такой ярости, когда она нерешительно сказала какое-то неубедительное объяснение.

— Эмм… на обед я съела один йогурт. О, и банан.

Это не было гребаной едой! Господи, дай мне сил! Мое терпение никогда еще ТАК не испытывали на прочность.

— Когда ты ела нормально в последний раз?

Она проигнорировала меня и помахала рукой тому ублюдку, который вышел за ней из здания.

— Кто это?

— Мой босс.

Значит это и есть Джек Хайд?! Я мысленно пробежался по личному делу, которое я просмотрел этим утром. Из Детройта. Стипендия Принстона. Начал свой путь с места посыльного в издательстве. А еще, мне показалось странным, что его ассистенты не задерживались у него больше трех месяцев. Я буду за ним следить, и Уэлч узнает о нем больше.

Разберешься с этим позже, а сейчас сосредоточься на заданном вопросе, Грей.

— Ну? Твоя последняя еда?

— Кристиан, это действительно тебя не касается, — прошептала она.

О нет… не говори так, детка. Меня касается всё, что с тобой происходит. Я так просто не сдамся… Не списывай меня со счетов, Анастейша.

— Всё, что ты делаешь, касается меня… так что скажи мне.

Она со стоном закатила глаза, сознательно раздражая меня. И затем я увидел это — мягкая улыбка тронула уголки ее губ. Она старалась не рассмеяться. Это было настолько освежающе после всех страданий, которые я перенес, что я не мог больше на нее злиться. Это была настолько Ана. Я понял, что неосознанно улыбаюсь ей в ответ.

— Ну? — спросил я, уже мягче.

— Паста с моллюсками… в прошлую пятницу, — пробормотала она.

Она не ела с тех пор, как мы ужинали вместе! Нет. Я в этом виноват. Но это лишний раз доказывает, как сильно она нуждается в заботе. Эта новость укрепляет мою решимость быть тем, кто позаботится о ней. Я стараюсь задушить в себе целую бурю эмоций, не хочу все испортить.

— Я понимаю. Похоже, ты потеряла, по меньшей мере, пять килограмм, возможно больше, за очень короткое время. Пожалуйста, ешь, Анастейша. — Я должен заставить ее правильно питаться. Она снова опустила глаза на свои руки.

У меня пальцы горят, как я хочу прикоснуться к ней.

— Как ты? — Спросил я. Хочу услышать ее голос.

Мне до сих пор не верится, что она здесь, со мной.

— Если я скажу тебе, что хорошо, то совру.

Она страдала — и это твоя ошибка, Грей.

— Я тоже. Я скучаю по тебе, — сказал я, взяв ее руку. Она была такой маленькой.

— Кристиан… я… — ее голос надломился, но она не выдернула свою руку из моей.

— Ана, пожалуйста… нам нужно поговорить.

— Кристиан… я… пожалуйста… я так много плакала… — пробормотала она.

— Не надо, малышка! — Это выше моих сил. Я потянул ее за руку и посадил на свои колени, обнимая ее. Я зарылся носом в ее волосы, вдыхая опьяняющий, успокоительный аромат Анастейши. Я испытывал чувство эйфории и покоя. Я чувствовал, будто получил отсрочку от смертельного приговора.

— Я так скучал без тебя, — прошептал ей на ухо.

Она не представляет, как сильно я скучал по ней. Сначала она напряглась и сопротивлялась в моих объятиях, но потом я почувствовал, что она расслабилась и положила голову на моё плечо. Я поцеловал ее в макушку и просто сидел, наслаждаясь этим моментом. Я не надеялся на то, что она мне когда-нибудь позволит быть к ней так близко.

Тейлор добрался до вертолетной площадки Сиэтла, которая была в центре города, в рекордные сроки.

— Пойдем, — я неохотно отпустил ее со своих колен, — мы на месте.

Она пристально посмотрела на меня темным озадаченным взглядом.

— Вертолетная площадка — она на крыше здания, — пояснил я.

А как еще мы доберемся до Портленда? На машине наша поездка заняла бы три часа. Тейлор открыл для нее дверцу машины, а я вышел со своей стороны.

— Я должна вернуть вам носовой платок, — тихо сказала она Тейлору.

— Оставьте его себе, мисс Стил, с моими наилучшими пожеланиями.

Я смотрю на Тейлора… что между ними происходит? Он смотрит на меня кротко, и вдруг до меня доходит, что грубый, сильный, молчаливый Джейсон Тейлор, который никогда прежде не взаимодействовал ни с кем из моих предыдущих саб, очень мягок по отношению к Ане. Кажется, он чувствует что-то уникальное и особенное в ней, а он, несомненно, очень хорошо разбирается в людях. Итог таков — он ее одобряет.

Почему это так важно для тебя, Грей? Он просто твой секьюрити. А еще, я понял, что меня бесит любое внимание, со стороны мужского пола, к моей девочке. Даже если оно из лучших побуждений.

— В девять? — Резко сказал я, прерывая их общение, и напоминая ему о нашей договоренности.

— Да, сэр.

На самом деле, Ана оказывает такой эффект на большинство людей. На мою маму особенно. Она действительно любит Ану, а это много для меня значит. Она тоже чувствует, что эта девушка особенная.

Скоро моя семья будет проводить бал-маскарад. Миа меня доставала своими звонками, а я отчаянно все это время ее игнорировал. Я знаю, что она будет в бешенстве, когда доберется до меня. Может быть, если каким-то чудом удастся уговорить Ану пойти со мной на это мероприятие, моей сестре будет настолько приятно ее видеть, что забудет обо всех неотвеченных звонках, и простит своего безразличного старшего брата?

Даже доктор Флинн хочет встретиться с Аной, после всего, что он слышал о ней. Анастейша удивительная и уникальная молодая женщина. Я надеюсь, что в скором будущем их познакомлю.

Мы зашли в лифт, чтобы подняться на вертолетную площадку. И в этом замкнутом пространстве: магнетизм, притяжение, электричество начало потрескивать между нами, сильнее, чем когда-либо.

Я хочу ее.

Чувствую, что она хочет меня.

Прямо здесь, прямо сейчас. Эта близость возбуждала, как всегда.

Черт.

— Боже мой! — Воскликнула она.

— Я чувствую тоже самое, — пробормотал я и потянулся за ее рукой, нежно потерев пальчики Аны своим большим пальцем. Она пристально посмотрела на меня своими темными бездонными глазами, потемневшими от желания, и прикусила свою губу.

Черт. Я моментально затвердел.

— Не кусай, пожалуйста, свою губу, Анастейша. — Я хотел наклониться и поцеловать ее. Сделать снова своей. — Ты знаешь сама, что ты для меня значишь.

Она моргнула и ее губы нежно приоткрылись. Я подавил стон.

Что она со мной делает?

Она ускользала из-под моего контроля, а я так привык всё контролировать, что чуть не накинулся на нее здесь и сейчас, когда увидел ее зубы, сжимающие эту губу.

— Ты знаешь, как это действует на меня.

Детка, прямо сейчас я хочу трахнуть тебя в этом лифте, но я не уверен, что ты мне это позволишь.

Внезапно створки лифта раздвинулись, разрушая чары, и мы вышли на крышу. Тут ветрено. Ана моментально сжалась от холода. Я обнял ее за плечи и прижал к себе. Мы быстро прошли на середину вертолетной площадки к «Чарли Танго», лопасти которого медленно вращались.

Мой пилот, Стивен, подбежал к нам и в знак приветствия пожал мне руку.

— Машина готова, сэр. Она в вашем распоряжении!

— Всё проверил?

— Да, сэр.

— Заберешь ее примерно в восемь тридцать?

— Да, сэр.

— Тейлор ждет тебя у входа.

— Благодарю вас, мистер Грей. Счастливо слетать в Портленд. Мэм.

Я взял за руку Ану, кивнул пилоту и, пригнувшись, повел ее к вертолету.

Я знаю, что ей нравится летать со мной. А я люблю летать с ней. Особенно мне нравится ее пристегивать. В этот момент она выглядит такой беспомощной, из-за того, что не может двигаться. Одна мысль о ней связанной, меня сводит с ума и это никогда не изменится.

Стоило мне только пристегнуть ремень, ее дыхание сбилось. Этот звук направился прямо ко мне в пах. Я стянул ремни плотнее, стараясь игнорировать реакцию своего тела. Она такая соблазнительная.

Грей, успокойся! Иначе твой план с треском провалится!

— Вот теперь ты никуда не денешься, — пробормотал я. — Должен признаться, мне нравится на тебе этот бондаж. Да, ни к чему не прикасайся.

Она вспыхнула. Наконец-то, на ее прекрасных щеках проявился этот румянец — я больше не могу сопротивляться. Я провел указательным пальцем по ее щеке, очерчивая линию скул.

Боже, как же я хочу эту женщину!

Она нахмурилась. Я вручил ей наушники, сел и пристегнул ремень. Пробежался по своим предполетным проверочным приборам. Всё было установлено и готово к полету. Я надел свои наушники, включил рацию и увеличил дроссель до двух тысяч оборотов в минуту.

Когда я повернулся посмотреть на нее, она пристально наблюдала за моими движениями.

— Готова, детка?

— Да.

Она выглядела такой невинной и впечатленной.

Я не мог сдержать улыбки, когда передавал по радио в башню, чтобы проверить, что они меня слышали.

— Вышка Ситак, это борт «Чарли Танго», отель «Гольф-Эхо», готов к рейсу в Портленд через PDX. Как слышите меня? Прием.

— «Чарли Танго», вас понял. Ситак дает разрешение на вылет. Высота восемьсот метров, направление семьдесят пять градусов на юго-запад, скорость сто шестьдесят пять.

— Роджер, вышка, говорит борт «Чарли Танго», вас понял, конец связи.

Я щелкнул двумя тумблерами, взялся за ручку управления, и вертолет медленно и плавно взмыл в вечернее небо.

Черт, как же я люблю всё это! Я еще раз взглянул на свою красивую девочку, которая сидела рядом со мной.

— Когда-то мы гнались за зарей, а она убегала от нас, теперь мы прогоняем тьму, — я улыбнулся ей, за что был вознагражден застенчивой улыбкой. Надежда зашевелилась в моей груди снова… Да, я смогу вернуть ее.

Пришло время ослеплять, Грей.

— На этот раз, при вечернем солнце, всё будет выглядеть гораздо красивее.

В прошлый раз, когда мы летели в Сиэтл, было темно. Сегодня же вечером вид открывается потрясающий, буквально неземной. Мы набрали высоту, пролетая между небоскребов. Я решил устроить ей экскурсию.

— Вон там моя «Эскала», — я показал на дом, из которого она сбежала от меня пять дней назад, — «Боинг» там, а на той стороне «Спейс Нидл».

— Еще ни разу там не была, — вздохнула она, забавно вытягивая шею.

— Я покажу тебе его. Как-нибудь я отвезу тебя туда поужинать, там прилично готовят.

— Кристиан, мы расстались.

Черт, зачем она мне об этом напоминает? Спокойней Грей, пропусти эту фразу мимо ушей!

— Знаю. Но я всё-таки туда тебя свожу и накормлю.

Если я не получу второй шанс, то, по крайней мере, я буду точно знать, что ты не голодаешь. Мне невыносима одна только мысль об этом. Что бы ни случилось, я всегда буду рядом, чтобы позаботиться о тебе. И пусть в твоих глазах я буду выглядеть, как преследователь, мне всё равно.

Она покачала головой, видимо поняла, что лучше не спорить.

Хорошая девочка.

— Тут очень красиво, спасибо.

Ха, она решила сменить тему.

— Впечатляет, не правда ли?

— Впечатляет то, что ты можешь показать мне всё это.

— Грубая лесть, да, мисс Стил? Но я действительно наделен многими талантами.

— Я прекрасно вижу это, мистер Грей.

Я ухмыльнулся ей, она полностью расслабилась.

Поговори со мной, Ана!

— Как тебе новая работа?

— Спасибо, хорошо. Интересная.

— А что представляет собой новый босс?

— Ну, нормальный, — сказала она, с некоторым напряжением.

Неужели этот слизняк приставал к моей девочке? Я должен это выяснить!

— Что-то не так?

Расскажи мне, Ана. Если он до тебя домогался, я оторву ему яйца!

— Нет, всё в порядке, не считая очевидного.

— Очевидного? — о чем она?

— Ох, Кристиан, честное слово, ты меня иногда просто достаешь.

Чт-о-о-о?

— Достаю? Я? Мне что-то не нравится ваш тон, мисс Стил, — язвительно сказал я.

— Не нравится — и ладно.

Ну и ну, какая же ты дерзкая штучка. Как же мне этого не хватало!

— Я скучал без твоего милого дерзкого ротика, Анастейша. — ответил я, пытаясь сдержать улыбку.

Ана замолчала и посмотрела в лобовое стекло вертолета. Она вздохнула и вспыхнула еще раз.

Ох, что бы я хотел сделать с ее дерзким ротиком. Я поерзал на своем сиденье.

Сконцентрируйся, Грей, ради всего святого.

Я проверил данные — всё хорошо. Мы были на пути к Портленду.

Ана притихла, и я украдкой взглянул на нее. Она такая красивая. Какой же я дурак! Как я мог позволить ей уйти из моей жизни? Я почувствовал себя расслабленным и сдержанным, пока она здесь, рядом со мной, в нашем собственном пузыре, высоко в небе. Господи, я надеялся, что мой план работает… Мне просто нужно подобрать правильные слова. Эти последние пять дней показали мне, что я действительно нуждаюсь в ней. Я хочу ее… но будет ли она со мной? Время покажет…

Грей — просто успокойся. Не спугни ее снова.

Я мягко приземлился на единственную вертолетную площадку Портленда. Всё спокойствие, которое я чувствовал рядом с ней, потерялось в облаках. Мне нужно сказать ей, что я чувствую. Я просто должен выбрать правильный момент. Я расстегнул свой ремень безопасности и наклонился, чтобы расстегнуть ее.

Мне нравится, когда она связана. Интересно, находила ли она наш эксцентричный секс неприятным? Насколько я помню, она наслаждалась им также сильно, как и я. Я мог развлечься, не причинив при этом ей боль. Мысль оказалась очень привлекательной, настолько привлекательной, что я стремительно начал возбуждаться.

— Понравился полет, мисс Стил?

— Да, благодарю вас, мистер Грей, — вежливо ответила она.

— Ну, теперь пойдем смотреть фотографии твоего приятеля.

Я галантно подал ей руку и помог выбраться из «Чарли Танго».

Лифт временно не работал. Я взял ее за руку, и мы пошли к лестнице. В этих сапогах ее ноги выглядели еще длиннее, но сейчас, когда нужно было спускаться по лестнице, меня приводили в ужас эти высокие каблуки. Я очень хорошо помню, как она упала в моем офисе.

— Хорошо, что здесь всего три этажа, с такими-то каблуками.

— Тебе не нравятся эти ботильоны? — спросила она, невинно хлопая ресницами.

— Очень нравятся, Анастейша. — непрошеное видение о них, сцепленных на моей талии, пришло мне в голову.

Надеюсь, что мое выражение лица не выдавало похотливые мысли.

— Ладно. Пойдем не спеша. Еще не хватало, чтобы ты споткнулась и сломала себе шею.

На самом деле, мое предложение было предлогом, чтобы прикоснуться к ней. Я взял ее за талию, и мы начали медленно спускаться по лестнице.


Шофер вез нас в галерею. Мы сидели молча; тревога вернулась и мучила меня с прежней силой. Я понял, что время полета в «Чарли Танго» было затишьем перед бурей.

Не нравится мне этот мистер Родригес. Как она может считать его другом? Друзья не бросают друг друга в беде, а он, зная, что Ана сильно пьяна, оставил ее с незнакомцем на улице и ушел. А перед этим, сам пытался засунуть свой язык в ее рот. Может они созванивались в ближайшие дни… говорили… может Ана собирается дать ему шанс, а я добровольно везу ее к нему на свидание?

Черт, я надеюсь, что это не так.

— Хосе просто друг, — произнесла она мягко.

Она знала, о чем я думаю? Я так очевиден? С каких пор?

С тех пор, как она пробила всю твою броню, Грей.

Я подвинулся, пристально уставившись на нее в удивлении. Когда она успела так хорошо меня узнать? Ана уставилась на меня в ответ, и мой живот напрягся.

Ее глаза были слишком большими на лице. Я уверен, Флинн посоветовал бы мне перестать давить на нее, но я ничего не мог с собой поделать. Я хочу, чтобы она пообещала мне, что будет есть. Как я могу перестать беспокоиться о ней, если она сознательно морила себя голодом?

Ведь я не так много прошу, правда?

— Твои красивые глаза теперь занимают половину лица, Анастейша. Пожалуйста, обещай мне, что ты будешь есть.

— Да, Кристиан. Я буду есть, — пробормотала она, ее голос был пропитан сарказмом.

— Я серьезно.

— Да ну? — Сарказм продолжился, и я почти уселся на свои руки.

Пора рассказать ей о своих намерениях.

— Я не хочу воевать с тобой, Анастейша. Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне, и хочу, чтобы ты была здоровой.

Я вперился в нее взглядом, ожидая реакции на мои слова? Она нервно сглотнула.

— Но ведь ничего не изменилось, — ответила она тихо.

Мое сердце замерло, не такой реакции я ждал. Хотя, чему я удивляюсь? Ее мысли всегда были для меня загадкой.

Ох, Ана, еще как изменилось! Ты перевернула во мне всё с ног на голову.

Мы подъехали к галерее, и у меня не осталось времени, чтобы поговорить с ней перед выставкой.

— Давай поговорим об этом на обратном пути. Мы уже приехали.

Мы остановились возле галереи. Я вышел из машины, открыл ее дверцу и подал руку. Ее лицо изменилось, она злилась?

Что я опять сделал не так?

— Зачем ты так делаешь? — прокричала она.

— Что я делаю?

Дьявол, да что с ней творится? Я не понимаю!

— Говоришь такие вещи, а потом…

Какого черта? Она что, действительно сейчас хочет об этом поговорить? Здесь слишком много людей, чтобы продолжать эту тему!

— Анастейша, мы приехали туда, куда ты хотела. Давай пойдем в галерею. Потом поговорим. Я не хочу устраивать сцены на улице.

Она огляделась по сторонам. Наконец-то она заметила, что мы здесь не одни. Она крепко сжала губы и раздраженно пробормотала:

— Хорошо.

Я взял ее за руку и направился в здание, потянув за собой.

Глава 2. Вернисаж

Вот мы и пришли. Помещение представляет собой переделанный склад с кирпичными стенами, темным деревянным полом и белыми потолками. Сейчас модно делать подобные выставки в таких помещениях, по крайней мере, это выглядело претенциозно.

Ана нехотя признала, что улица — это не то место, для того, чтобы выяснять наши отношения, за что я ей был очень благодарен. Теперь я мог немного расслабиться, зная, что хотя бы сейчас, пока мы здесь, она не будет провоцировать меня на эмоции.

Здесь было много посетителей. Они ходили по залу, разглядывали фотографии и потягивали дешевое вино, тихо обсуждая работы фотографа. Радовало, что здесь мы будем недолго. Эта выставка для меня была всего лишь поводом, чтобы встретиться с Аной, и сделать всё возможное, для того, чтобы вернуть ее назад. Но больше всего, я хотел отвезти Ану в кафе, и, как следует, накормить, прежде чем мы смогли бы серьезно поговорить о нашем будущем. Затем, за нами заедет Тейлор и нас ожидает долгая дорога домой на машине. Поэтому, она от меня никуда не убежит и ей придется меня выслушать. Из мыслей меня вырвал женский голос.

— Добрый вечер, милости просим на вернисаж Хосе Родригеса.

Нас приветствовала молодая женщина в черном. У нее очень короткие каштановые волосы, ярко-красная помада, в ушах крупные серьги. Она мельком посмотрела на Ану, потом гораздо дольше, чем это необходимо, на меня.

Детка, ты не в моем вкусе, моя цель эта восхитительная дама, которую я сопровождаю.

Ее взгляд вернулся к Ане — и она часто заморгала, как будто не поверила своим глазам. Ана заметила, что эта девушка откровенно пожирала меня взглядом. Выражение ее лица заставило меня улыбнуться. Это одно из тех выражений, которые я люблю — она удивлена, и это удивление смешано … с чем? с ревностью? По крайней мере, я на это надеялся. Если Ана меня ревнует, значит, я ей небезразличен. Эта мысль грела мне душу.

— А, это ты, Ана. Мы хотим, чтобы ты тоже поучаствовала во всем этом…

Растянув губы в улыбке, она вручила ей брошюру и направила к столу, заставленному напитками и закусками.

Ого, так они знакомы?

— Ты ее знаешь?

Она отрицательно покачала головой, озадаченная не меньше меня. У нее между бровей образовалась галочка. Мне всегда хотелось убрать ее поцелуем. Я пожал плечами. Это Портленд, видимо, здесь все друг друга знают.

Я решил поменять тему и предложил ей выпить.

— Что ты будешь пить?

— Пожалуй, бокал белого вина. — Не уверен, что это хорошая идея — пить на голодный желудок, но я воздержался от комментариев, не хотел начинать очередную ссору.

Без сомнения, вино, которое здесь предлагали, было отвратительным, но я покорно пошел в бар.

Как только я подошел к столу, то услышал, что Ану громко кто-то позвал.

Черт побери, это был гребаный фотограф.

Он одет в классический костюм. Должен признать, что он — хорошо выглядящий сукин сын, который сейчас обнимал мою девушку!

Убери от нее свои грязные лапы!

Я не слышал, о чем они говорили, но он точно что-то у нее спросил. В ответ на его вопрос она закрыла глаза, и я подумал, что она сейчас разрыдается. Однако она выглядела сдержанной, в то время, как он держал ее на расстоянии вытянутой руки, оценивая ее состояние.

Да, она выглядела так, как будто несчастна по моей вине.

Она, кажется, пыталась его успокоить. Я стоял и беспомощно смотрел на всю эту картину. Он так на нее смотрел, как будто ему хотелось ее обнять. Думаю, он заметил, что она похудела. И он выглядел очень озабоченным и внимательным к моей девушке. Мне захотелось разорвать его на куски, чтобы места живого не осталось.

Так, дыши глубоко Грей, контролируй себя. Отвали дружок, она моя!

— Эти работы впечатляющие, вы так не думаете? — спросил меня изнеженный молодой человек, который каким-то образом оказался рядом со мной.

— Я еще не смотрел, — ответил я и повернулся к бармену:

— Два бокала белого вина.

Я снова повернулся в сторону Аны. Они с минуту поговорили, а потом Ана повернулась и посмотрела на меня. За несколько секунд, всё вокруг перестало существовать, я не видел никого, кроме нее. Какая она красивая. Я так сильно по ней скучал. Ее волосы спадали к груди, повторяя овал ее лица. Она, наверно, даже представления не имела, насколько потрясающе сейчас выглядела. Наша связь так сильна, что ощущалась на расстоянии, ее хоть трогай. Это как особая химическая реакция. У меня никогда ни с кем не было такой сильной связи. Флинн это называл любовью. Возможно ли это вообще? Что такое любовь?

Ты ничего не знаешь о любви, Грей, потому что Элена тебе всегда говорила, что в вашем мире для нее нет места.

Мальчишка задал ей вопрос, и она прервала наш зрительный контакт. Я нахмурился. Она ярко улыбнулась ему, когда он что-то сказал ей. Как бы я хотел, чтобы так она улыбалась мне… Затем он наклонился и поцеловал ее в щеку.

Ублюдок.

Я выхватил бокалы с вином у бармена, и, проигнорировав молодого человека рядом со мной, который рассуждал о фотографии вообще или о каком-то таком дерьме, и быстрым шагом направился к ней. Фотограф отошел, а она, задумавшись, смотрела на одну из фотографий. Это была картина «Озеро в Ванкувере»: ранний вечер, розоватые облака отражались в тихой воде. Она оглянулась, ее глаза были оценивающими и беспокойными. Я подал ей бокал вина и сделал небольшой глоток.

Господи, это было еще хуже, чем я себе представлял! Отвратительное «Алиготе».

К моему большому удивлению, я был впечатлен работами фотографа. Должен признать, что у него есть талант. Фотографии получились неплохими. Если бы это был кто-то другой, то я мог бы даже рассмотреть возможность покупки пары из них.

— Кристиан Грей? — Ко мне подошел фотограф из «Портленд Принц». — Можно вас сфотографировать, сэр?

— Конечно, — я притянул Ану ближе к себе, хочу, чтобы весь мир знал, что она моя. Фотограф посмотрел на нас и не смог скрыть удивления.

— Благодарю вас, мистер Грей, — он несколько раз щелкнул затвором. — Мисс?.. — спросил он.

— Ана Стил, — ответила она.

— Благодарю вас, мисс Стил, — сказал фотограф и торопливо удалился.

— Кейт искала в интернете твои фотографии с подружками, но ни одной не нашла. Поэтому, она предположила, что ты гей.

Вот оно в чем дело! Помню, в каком она была потрясении, когда по бумажке прочитала этот вопрос. Я не смог скрыть своей усмешки.

— Теперь мне понятен твой нелепый вопрос. Нет, я никому не назначаю свидания, Анастейша, только тебе. Но ты и сама это знаешь.

Я не знаю, КАК уже доказать ей, что для меня она очень важна, что кроме нее мне больше никто не нужен?!

— Так, значит, ты нигде не появлялся со своими… — она нервно огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не слышит, — …сабами?

— Иногда появлялся. Но не назначал свидания. Это шопинг, понимаешь? Только с тобой, Анастейша, — прошептал я и посмотрел ей в глаза. — Твой друг, похоже, больше любит снимать пейзажи, а не портреты, — сказал я, вспоминая, что именно его она позвала на мою фотосессию для статьи Кейт. — Давай поглядим его работы. — Я протянул ей руку.

Выставка, на самом деле, очень интересная. Очевидно, что мальчишка — мастер своего дела. По картинам понятно, что он больше специализируется на съемке пейзажей. Мы тихо прогуливались вдоль картин, временно останавливаясь у каждой их них. Люди, которые проходили мимо нас, смотрели на Ану и кивали ей, будто они ее знали. Я не ожидал, что будет столько внимания к моей девушке, да она, наверно, и сама не ожидала. Но когда мы повернули за угол, я понял причину прикованных к ней взглядов.

Я испытал настоящий шок. Ана была тоже удивлена не меньше меня. На дальней стене висели семь огромных портретов — и на них Анастейша…

Они потрясающие… Она смотрела с портретов в зал. Ана выглядела на них сногсшибательно. На одном, она надувала губы, так же сексуально, как она это делала в жизни. На соседнем улыбалась, дальше смеялась, хмурилась, удивлялась, и грустила. Всё было снято на предельном приближении в черно-белых тонах.

Мальчишка знает ее очень хорошо. Эти фотографии говорят о том, что он ее изучал в течение длительного времени. Ему удалось поймать ее великолепную улыбку, и я думаю, что этот портрет будет моим любимым, хотя трудно выделить один из них. Там, где она дулась, он смог запечатлеть ее сексуальность. Фото, где она хмурилась, заставило меня внутренне рассмеяться, потому что на этом портрете она выглядела настолько Аной. Ее прекрасные глаза потрясающе выглядели на фото, где она серьезная, несмотря на черно-белую картинку.

Я всё еще ненавидел его, но сейчас, я невольно проникся уважением к его таланту.

— Похоже, я не один такой, — пробормотал я.

Мальчик явно целиком и полностью очарован Аной. Я считал его полной мразью, которая просто хочет получить ее в свои лапы, но теперь я понял, что его чувства очень глубоки. Эти портреты были поклонением ей. Он боготворил ее. Он серьезно относился к ней и являлся реальным претендентом на ее чувства!

Полюбоваться на фото Аны собралось много желающих, поэтому я, не раздумывая, направился к стойке регистрации, прежде чем кто-либо еще предпримет такие же шаги.

— Я хочу купить фотографии, где изображена мисс Стил, — пока я ждал ответа от женщины за стойкой, подумал, что у нее слишком короткая стрижка. Я не люблю, когда у женщины короткие волосы. И зачем она накрасила губы красной помадой? Из-за этого цвета ее рот выглядел как свисток. Она кокетливо похлопала ресницами, а я невольно улыбнулся, но не ей, а своим мыслям.

— Какой портрет вы выбрали? — спросила она, явно пребывая в небольшом шоке, ведь выставка открылась несколько минут назад, и она явно не ожидала, что так быстро появится первый покупатель.

— Я хотел бы приобрести все семь портретов.

— Разве вам неинтересно, сколько они стоят? — спросила она, шокировано глядя на меня. Очевидно, она понятия не имеет, кто я такой.

— Мне всё равно сколько они стоят. Они все должны быть моими. И чем быстрее, тем лучше.

— У мистера Родригеса есть цифровые оригиналы, поэтому, думаю, у нас не должно возникнуть никаких проблем со скоростью заказа, — она мне заговорщически подмигнула.

— Нет, меня это не устраивает, я хочу подписать с ним соглашение о том, что никакие другие копии не будут показаны или проданы в любом другом месте. Они должны быть единственными в своем роде. — Я не хочу, чтобы эти фотографии выкупил кто-то еще, кроме меня.

— Я… эээ… не знаю… думаю, что это возможно… но за это нужно будет доплатить, — сказала она, почуяв, что на этом можно сделать дополнительные деньги.

Неважно, какие цели она преследует, я не могу позволить кому-то еще заполучить фотографии Аны.

Мне просто невыносима мысль, что кто-то еще будет пожирать глазами то, что принадлежит мне.

Хорошо, что на них изображено только лицо, а не тело. Иначе, они бы уже здесь не висели. Эти портреты раскрывали Ану с другой стороны. Мальчик проделал потрясающую работу. Я огляделся. Меня, всё-таки напрягали все эти люди, которые разглядывали мою девушку.

— Я хочу, чтобы их убрали.

— К сожалению, мы не можем этого сделать. Эта выставка демонстрирует талант Хосе. Как только она закончится, вы можете сразу их забрать.

Я хотел возразить, но понял, что если буду ругаться с ней, то они могут отказать мне в продаже. Так что придется довольствоваться нашим договором и фотографии будут отправлены мне в единственном экземпляре, как только выставка закончится.

Изобразив вежливую улыбку, я развернулся и пошел обратно к Анастейше. Вот черт, я оставил ее на мгновение, а волки уже сбежались. Высокий, молодой блондин пускал рядом с ней свои слюни.

Я подошел к Ане сзади, и взял ее за локоть, показывая этому блондину, что эта девушка здесь не одна.

— Ты счастливчик, — ухмыльнулся он мне.

— Конечно, счастливчик, — пробормотал я и взял Ану за руку, чтобы увести подальше от него.

— Ты купил один из портретов?

— Один?

— Ты купил не один, а больше?

Почему ее это так удивляет?

— Я приобрел все, Анастейша. Я не хочу, чтобы всякие там типы купили эти снимки, повесили их у себя дома и каждый день таращились на тебя.

Они должны быть только для моих глаз.

— Ты предпочитаешь делать это сам? — она дразнит меня?

— Честно говоря, да.

— Извращенец. — Я опешил от такой оценки, но, должен признать, она попала в точку.

— Ничего не могу возразить против такой оценки, Анастейша.

Она сейчас такая забавная.

— Мы потом еще поговорим с тобой об этом, но я обещаю полную конфиденциальность, я же подписала договор о неразглашении, — гордо сказала она.

Почему она всегда к этому возвращается? Как бы я хотел поставить ее сейчас на место! Предпочтительно подо мной. Ее дерзость не знает границ!

— И о том, что я сделал бы с твоим милым, дерзким ротиком, — еле слышно сказал я.

Она ахнула в притворном ужасе, хорошо понимая, что я имел в виду.

Я решил посмотреть еще раз на фотографии, и не мог оторвать от них глаз.

— На этих фото ты такая непринужденная. Я нечасто вижу тебя такой, — эти фотографии показывали другую сторону Аны. На них она была счастливой, беззаботной и расслабленной. Со мной она редко бывала такой, из-за чего я ощутил укол чувства вины.

Я повернулся к ней и мысленно попросил посмотреть на меня. Хотел бы я знать, о чем она думает. Наклонившись вперед, я поднял ее руку вверх и ее дыхание замерло, как только мои пальцы вступили в контакт с ее кожей. Снова этот звук… Я почувствовал жар в своем паху.

— Я хочу, чтобы ты со мной была такой же непринужденной, — прошептал я.

— Если ты хочешь этого, тогда перестань меня пугать, — огрызнулась она.

— А ты научись общаться и говорить мне, что ты чувствуешь.

Поверить не могу, что мы здесь выясняем отношения. Нам срочно нужно уединиться и серьезно, без свидетелей, поговорить. Иначе такие разговоры, как сейчас, ни к чему хорошему не приведут.

Она посмотрела мне в глаза и устало сказала:

— Кристиан, ты хочешь видеть меня своей покорной рабыней, сабой. Вот в чем проблема. Вот определение прилагательного «Сабмиссивная» — ты как-то прислал мне его по почте, — она замолчала, видимо старалась дословно припомнить мое послание. — Кажется, синонимами были, цитирую: «мягкая, покладистая, податливая, уступчивая, сговорчивая, пассивная, послушная, смиренная, терпеливая, кроткая, безвольная, робкая…». Я не должна поднимать на тебя глаза. Не должна говорить без твоего разрешения. Чего же ты ожидал? — с сарказмом спросила она. — Я вообще не понимаю, чего ты хочешь. То тебе не нравится, что я спорю с тобой, то ты хвалишь мой «дерзкий ротик». Ты ждешь от меня повиновения, чтобы при непослушании меня можно было наказать. Я просто не знаю, куда тебя занесет, когда я буду с тобой.

Боже правый, женщина, да тебя не остановить!!! Ты мне даже слова вставить не даешь!

— Что ж, мисс Стил, в логике вам, как всегда, не откажешь, — как можно спокойней сказал я. — Нам пора уходить.

— Но ведь мы тут пробыли всего полчаса.

— Ты посмотрела фотографии; ты поговорила с парнем.

— Его зовут Хосе.

— Ты поговорила с Хосе. Между прочим, когда я видел его в прошлый раз, ты была пьяна, и он пытался засунуть свой язык в твой рот.

— Он ни разу не ударил меня, — выплюнула она.

— Это запрещенный удар, Анастейша, — прошептал я сердито.

Но это правда, Грей. Он не развратный ублюдок, который получает удовольствие от того, что избивает ее своим любимым кожаным ремнем.

— Ты срочно должна что-то съесть. Ты вянешь на глазах. Найди парня и попрощайся с ним.

— Пожалуйста, давай побудем здесь еще немного.

Мы должны выбраться отсюда, чтобы поговорить, почему она этого не понимает?

— Нет. Иди. Немедленно. Попрощайся. — Я изо всех сил старался не накричать на нее.

Я узнал этот непоколебимый, вытянувшийся в линию ротик. Она была зла как черт, и, несмотря на всё, через что я прошел за прошедшие несколько дней, сейчас не уступлю этому дерьму. Мы уедем, даже если мне придется тащить ее отсюда против воли. Она бросила на меня уничтожающий взгляд и повернулась на пятках так резко, что ее волосы взлетели и ударили меня по плечу. Она сердито последовала прочь к Хосе. Как только она отошла от меня, я изо всех сил попытался вернуть часть своего самообладания.

Что я там говорил в начале этой выставки? Я смогу здесь расслабиться? Черта с два! Я хотел кричать на нее, пороть и трахать. Здесь. Сейчас. И не обязательно в таком порядке.

Фотограф снова засиял, увидев ее, словно она освещала всю его проклятую жизнь, проигнорировав поклонниц, окружающих его. Он внимательно выслушал всё, что она должна была сказать, будто ему было не всё равно, затем он притянул ее за руки и заключил в свои медвежьи объятья.

Я считаю про себя до десяти, сжимая кулаки, чтобы держать себя в узде. Дальше Ана обнимает парня за шею и что-то на ухо ему отвечает, обнимая его еще крепче.

Теперь мне всё ясно, я не идиот. Я понял, что она это делала исключительно для того, чтобы заставить меня ревновать. Она ведет себя, как глупая маленькая девочка, но я ничего не могу с собой поделать. Ее план сработал.

Каково это, когда она дергает тебя за веревочки, Грей?

Я почувствовал укол зависти и ревности. Она могла к нему свободно прикасаться, а он, с удовольствием, позволял ей это делать, в отличие от меня…

Во мне всё закипало, если не уйду сейчас же отсюда, я убью его.

Отвали от моей девушки, или я за себя не ручаюсь!

Она взъерошила своими руками его волосы и что-то прошептала ублюдку!

Ну, всё!

Прежде, чем я осознал что делаю, я зашагал в их сторону, готовый разорвать его на куски. Я сделал глубокий вдох и подошел к ним. Я чувствовал, как чистая ненависть струится по моим жилам. К счастью, для него, он отпустил ее, как только я к ним подошел.

— Не пропадай, Ана… О, мистер Грей, добрый вечер, — пробормотал мальчишка.

— Мистер Родригес, я очень впечатлен. К сожалению, МЫ не можем здесь больше оставаться, так как должны вернуться в Сиэтл. Анастейша? — Я взял ее за руку, показывая, что это не просьба. Это приказ.

— Пока, Хосе. Еще раз поздравляю.

Она подарила ему быстрый поцелуй в щеку. Это был контрольный выстрел мне в голову. Наверно у меня будет сердечный приступ. Я резко развернулся и повел ее за собой на улицу. Потребовался весь мой контроль, чтобы не перекинуть ее через плечо. Я чувствовал, что она натыкалась на меня, пытаясь поспевать, но мне было плевать… Прямо сейчас… Я просто хочу сделать ее снова своей.

Я выволок ее из здания. На улице быстро осмотрелся вокруг, пытаясь найти какое-нибудь уединенное место. Втащил ее в переулок и толкнул изо всех сил к стене. Обхватил ладонями ее лицо, чтобы заставить посмотреть мне в глаза. Ее дыхание участилось, а зрачки потемнели. Эта девочка сводила меня с ума… моя девочка. Я не мог больше себя контролировать… Не хотел… Наши губы слились в яростном поцелуе.

Это не тот сладкий и нежный поцелуй, который я представлял себе на нашем свидании, с помощью которого мы могли бы возобновить наши отношения. Это отчаянный, голодный поцелуй, наполненный тоской и страстью. Я крепко держал ее в своих объятьях, напоминая ей, что она моя и только моя! Она принадлежит мне! Я не отпущу ее. Не смогу… Желание воспламенилось в моем теле, подобно пожару в сухом лесу из-за брошенной спички. Чувствую, как плавятся мои мозги. Я уже ничего не соображал.

Ана не оттолкнула меня. Она ответила мне таким же страстным поцелуем.

Наши языки сплелись, а зубы столкнулись в порыве страсти. Ана зарылась пальцами в моих волосах и потянула их изо всех сил, притягивая меня ближе к себе. Я люблю, когда она так делает, это так возбуждает.

Я хотел раствориться в ней.

Я так давно этого хотел…

Я так скучал по ней!

Ее желание одурманивает — это заставляет меня непроизвольно стонать, признавая чистую, отчаянную потребность в ней. Я лихорадочно прошелся рукой вдоль ее тела, чтобы почувствовать изгиб ее бедер, линии ее потрясающих ног. Мое воображение уже нарисовало картинку, в которой я срываю с нее трусики, беру ее грубо и жестко, прижав к стене. Ее ноги сжаты плотно вокруг моей талии. Я чувствую ее возбуждение. Я хочу привязать ее к себе, хочу полностью обладать ею, создать неразрывную связь между нами. Сделать всё, чтобы она не смогла снова уйти от меня. Но смутные, последние остатки разума проникают в мой перегретый мозг.

Мы не можем заняться сексом здесь. Это очень плохая идея по многим причинам. Не так я хотел вернуть ее себе.

Тяжело дыша, я прервал наш поцелуй. Она тоже тяжело дышала, а ее глаза светились желанием.

Возьми себя в руки, Грей! Ты что творишь!

— Ты. Моя! — Как тебе еще это внушить? Я просто в отчаянии — Ты. Моя!

Я оторвался от нее, чтобы обрести хоть какой-то контроль над собой.

Наклонился и положил руки на колени, чтобы отдышаться. Чувствую себя так, как будто пробежал марафонскую дистанцию на сорок километров.

— Клянусь Богом, Ана!

Она прислонилась к стене, пытаясь взять под контроль судорожную реакцию собственного тела, и обрести равновесие.

— Прости, — прошептала она.

— Ты должна быть моей. Я понимаю, что ты колеблешься. Ты хочешь быть с фотографом, Ана? Он явно неравнодушен к тебе.

Она виновато покачала головой.

— Нет. Он просто друг.

— Всю мою сознательную жизнь я старался избегать крайних эмоций. А ты… ты вытаскиваешь из меня чувства, совершенно мне чуждые. Это очень… Тревожно… Я люблю всё держать под контролем, Ана, а рядом с тобой это просто… — и до меня, наконец-то, дошло, — невозможно.

Ведь так и есть, я сам не свой, когда она рядом… Всё, нам пора уходить, пока я снова здесь на нее не накинулся.

— Ладно, пойдем. Нам нужно поговорить, а тебе — еще и поесть.

Этот весомый аргумент, заставил меня унять в себе дикое желание.

Глава 3. Ужин в «Ле-Пикотин»

По дороге мы оба успели успокоиться. Я привел ее в небольшой ресторанчик «Ле-Пикотин». Это, конечно, не мой формат, но выбора не было. Он был лучшим, из тех, что я смог разыскать в этом районе. Не могу сказать, что я впечатлен его интерьером… Он во многом напоминал мою игровую комнату, но в отзывах все хвалили кухню. Вот и посмотрим, насколько она хороша. Радовало, что нам предоставили столик в уединенном месте, чтобы мы могли спокойно поговорить.

Сегодня вечером, я должен выяснить, хочет ли Ана вернуться ко мне, пустив свет обратно в мою жизнь, или оставит меня в вечном мраке?

— У нас мало времени, — сказал я официанту. — Пожалуйста, два стейка из вырезки средней прожарки, под соусом беарнез, если есть, картофель фри и свежие овощи на выбор шефа. И принесите винную карту.

— Конечно, сэр.

Пока я делал заказ, он стоял и улыбался моей девушке. Потом быстро пришел в себя и удалился.

Так, теперь с чего начать?

— А если я не люблю стейк?

Вот дерьмо! Сколько еще она будет надо мной издеваться?

— Анастейша, опять ты за старое?

— Кристиан, я не ребенок.

— А ведешь себя как ребенок.

— Я ребенок, потому что не люблю стейк? — обиженно сказала она.

— Потому что нарочно заставляешь меня ревновать. Совершенно по-детски. Неужели тебе не жалко своего приятеля, когда ты так поступаешь? — она покраснела.

И хорошо, пусть тебе будет стыдно, за то, что ты издевалась надо мной весь вечер. Чуть до инфаркта меня не довела!

Вернулся официант с винной картой.

У меня возникла идея. Хорошо, раз ты так сопротивляешься, дам тебе возможность самой выбрать вино, хотя, я очень сомневаюсь, что ты в этом хорошо разбираешься.

— Хочешь выбрать вино?

Давай детка, удиви меня.

— Выбери ты, — ответила она, хмуро, но покорно.

Вот это новость, покорная Ана… мне это нравится. Хорошая девочка.

— Пожалуйста, два бокала «Баросса Вэлли Шираз».

— Э-э… Мы подаем это вино только бутылкой, сэр.

Дерьмо в квадрате… Как же всё сложно!

— Тогда бутылку, — прорычал я.

Вообще не пойму в чем проблема, и почему он еще здесь?

— Хорошо, сэр.

Иди уже отсюда… У меня и без тебя вечер с самого начала не задался.

— Ты очень вздорный.

Смотрю на нее в удивлении, учитывая все обстоятельства…

— Интересно, с чего бы это? — с сарказмом ответил я, и тут же пожалел, что сказал в таком тоне.

Не так я представлял себе наше примирение.

— Ладно, может, лучше найдем верный тон для честного и откровенного обсуждения нашего будущего? — она посмотрела мне в глаза и улыбнулась.

Я поражен ее смелостью, но она права. Я должен успокоиться. Ее улыбка полностью обезоружила меня, и я почувствовал, что улыбался ей в ответ.

— Извини, — пробормотал я.

— Извинения приняты. И я с удовольствием сообщаю тебе, что за время, прошедшее с нашего последнего совместного ужина, я не перешла на вегетарианство.

Какое к черту вегетарианство? Лишь бы ты от еды не перешла вообще!

— Тогда ты в последний раз ела что-то существенное? Так что, по-моему, это умозрительный факт, далекий от практической реальности.

— Вот, опять это слово, «умозрительный».

Как всегда, внимательна. Но я готов держать удар, детка.

— Да, умозрительный, не бесспорный.

Она ничего не ответила, когда я сказал, что хочу вернуть ее. Чувствую, как паника подкрадывается к моему горлу. Я сделал глубокий вдох. Пора начинать разговор.

— Ана, в последний раз, когда мы говорили с тобой о важных вещах, ты ушла от меня. Я немного нервничаю. Я уже сказал, что хочу тебя вернуть, а ты… не ответила мне.

Пожалуйста, скажи, что согласна, прошу тебя. Вернись ко мне…

Я замер в ожидании ответа. Мое сердце подскочило в горло и теперь колотилось там, в бешеном ритме. Я посмотрел на нее, пытаясь оценить реакцию, но снова ничего не мог прочитать.

Я умираю здесь.

Мне нужен от нее, хоть какой-то намек… Я должен знать… Вдруг, я зря трачу свое время? Вдруг, надежды больше нет? Есть ли у меня вообще шанс вернуть ее обратно?

Она заерзала на своем стуле, обдумывая мои слова, но эта реакция мне ничего не обещала…

Я жду. Ненавижу ждать… но у меня нет выбора.

— Я скучала без тебя… ужасно скучала, Кристиан. Последние дни были… очень тяжелыми… но ничего не изменилось. Я не могу быть такой, как нужно тебе.

Это не отказ.

Я глубоко вздохнул, понимая, что вообще перестал дышать, пока ждал ее ответа. Я должен убедить ее попробовать начать наши отношения с чистого листа.

— Ты будешь такой, как нужно мне…

Бесспорно. Потому что последние пять дней были чистилищем для меня.

— Нет, Кристиан, не буду.

Она не понимает. Я должен ей всё объяснить.

— Ты расстроена из-за того, что произошло в тот последний раз. Я вел себя глупо, а ты… Да и ты тоже. Почему ты не сказала стоп-слово, Анастейша? — Она уставилась на меня и шокировано заморгала.

Я до сих пор не понимаю, почему она не сказала стоп-слово, если ей не понравилось то, что я делаю? Я бы остановился мгновенно. Почему она меня не остановила? Пыталась быть храброй? Пыталась доказать свою точку зрения? Она боялась признать поражение? Боялась меня? Это разъедает меня изнутри, мне нужно понять.

— Ответь мне.

— Не знаю. Я была не в себе. Я старалась быть такой, какой тебе нужно, старалась перетерпеть боль. Поэтому я просто забыла. Понимаешь… я забыла.

— Ты забыла! — она пожала плечами.

Теперь в шоке был я. Из всех возможных вариантов… я думал, что Ана сможет назвать какую-нибудь причину, почему она не сказала стоп-слово … Но то, что она могла просто его забыть, никогда не приходило мне в голову. Она забыла…

Она его забыла, черт побери!

Как можно забыть стоп-слово в такой ситуации?

— Вот как я могу доверять тебе? Как?

Я просто в ужасе от ее глупости и откровенного пренебрежительного отношения. Если она забыла стоп-слово в сложившейся ситуации, то когда она могла бы вообще его использовать?

Я хмуро посмотрел на нее, заставляя понять, насколько безответственна она была. Она решительно смотрела на меня, по-видимому, не поняла, что виновата. Она же легко согласилась пойти в комнату для игр; это была её просьба! Она хотела увидеть, что значит больно. Это была её идея, а не моя. Хотя я признаю, что добровольно пошел вместе с ней. Решил продвигаться дальше в наших контрактных отношениях. Она бросила мне вызов, я не мог его не принять. Но я не принуждал ее!

Я пошел в игровую, только потому, что я был уверен, что она произнесет стоп-слово, если я вдруг причиню ей больше боли, чем она сможет стерпеть. Такой был уговор. Но она нарушила правила. Она забыла… с ума сойти!

Вот, что бывает, когда саба не подготовлена. Так сказала бы Элена, если бы узнала, почему Ана ушла. Она хорошо разбиралась в этом дерьме, поэтому она всегда подбирала мне девушек.

Появился официант с заказанным вином, а мы сидели и пристально смотрели друг другу в глаза, голубые в серые. Я пытался припомнить, использовала ли она стоп-слово хоть раз? Ни разу…

Если бы только она… черт… я сам во всем виноват, я не напомнил ей… Если бы я напомнил, тогда, возможно, мы могли бы избежать весь этот кошмар. Каким же самонадеянным дураком я был!

Официант с нелепой торжественностью откупорил бутылку и налил мне немного вина.

Кого он хотел впечатлить?

Я машинально взял бокал и попробовал вино.

— Хорошо, — кивнул я. Весьма неплохое.

Официант аккуратно наполнил бокалы, поставил на стол бутылку и поспешно удалился. Все это время я не отрывал от Анастейши глаз. Она первая прекратила эту игру и сделала большой глоток.

— Извини, — печально прошептала она.

Извини? Что она имеет в виду? Ей жаль, что у нас ничего не выйдет? Жаль, что всё кончено? За что извинить?

— За что? — Это единственное, что я смог произнести, потому что у меня образовался комок в горле и кончились все слова…

— Что не сказала стоп-слово. — Я вздохнул с облегчением.

Она не сказала, что это конец. Пока не сказала, во всяком случае. Я передать не могу, какое облегчение я испытал.

— Мы могли бы избежать всех этих страданий, — я не мог поверить, в каком же она была отчаянии, что не смогла вспомнить и произнести одно простое короткое слово, которое привело нас сюда.

— Выглядишь ты, тем не менее, хорошо.

Ты шутишь? Нормально? Это просто маска, детка.

— Внешность обманчива, — спокойно сказал я. — Мне было очень плохо, Ана. Пять дней я жил во мраке, без солнца. В вечной ночи. Ты обещала, что никогда не уйдешь от меня, а сама из-за какого-то недоразумения — и сразу за дверь.

— Когда это я обещала тебе, что не уйду?

— Во сне. Анастейша, это была самая приятная вещь, какую я слышал в жизни. Я так обрадовался. Твое признание заставило меня расслабиться.

Люди не лгут во сне, поэтому, я подумал, что она действительно этого хочет. Я просто ждал, когда она проснется и повторит это наяву. Но этого так и не произошло, а потом она сбежала от меня.

Но сейчас мне нужно, чтобы она ответила на один простой, но очень важный вопрос. Флинн посоветовал мне добиваться ее, и мой следующий шаг зависит от ее ответа. Как спросить? Почему это так сложно? Потому что это совсем не знакомая территория, я никогда ни с кем не говорил об этом.

Я чувствую себя уязвимым и неуверенным в себе.

— Ты говорила, что любишь меня, — прошептал я. — Что, теперь это в прошлом?

В ожидании ответа, я горел, словно в адском огне. Мое сердце заработало сверхурочно.

— Нет, Кристиан, нет. — Она посмотрела на меня пронзительными голубыми глазами, как будто смотрела прямо в душу. Этот взгляд успокоил меня, потому что она говорила искренне.

— Хорошо, — я выдохнул с облегчением, не знаю, что со мной было бы, если бы она сказала нет…

Тогда, есть надежда . Может быть, Флинн был прав, когда сказал, что если она по-настоящему любит меня, то не сможет просто уйти. Настоящая любовь… что это такое? Я не могу поверить, в то, что я способен полюбить. Я всегда был уверен в том, что эта история не для меня. Я другого склада. А теперь, что со мной происходит?

Вернулся официант. Быстро поставил перед нами тарелки и исчез.

— Ешь. — Я действительно не смогу расслабиться, пока не увижу, что она ест.

Меня тревожит состояние ее здоровья. Почему она так пренебрежительно к себе относится? Может мне стоит найти врача, который сделает ей полное обследование? Или к Флинну отвезти? Он хотел бы с ней встретиться. Она запаниковала, когда она увидела перед собой тарелку с большой порцией. Я надеялся, что к этому моменту у нее разыграется здоровый аппетит, я ведь забрал ее с работы, и она сказала, что за весь этот гребанный день съела йогурт и банан. Нужно правильно питаться, как же она этого не понимает?

— Клянусь богом, Анастейша, если ты не будешь есть, я прямо тут, в ресторане, положу тебя к себе на колени и отшлепаю. И это никак не будет связано с моими сексуальными пристрастиями. Ешь!

Если она не будет есть, я буду сам ее кормить.

— Ладно, я поем. Уйми, пожалуйста, зуд в твоей доминантной ладони, — сказала она, оглядываясь по сторонам.

Она хотела пошутить, но мне совсем не до шуток. Во мне все кипело. Под моим пристальным взглядом она взяла вилку и нож с таким видом, как будто находилась под страхом смертной казни. Она медленно порезала стейк и, наконец, начала есть, закрывая глаза от удовольствия и облизывая губы. И этого маленького движения языком было достаточно, чтобы возбудить меня.

Господи, хватит уже так реагировать, Грей! Будет время для этого позже, если она скажет «да».

Она продолжала есть, и я немного расслабился. На вкус стейк был очень вкусным. Местная кухня оказалась неплохой. Ужинали молча. Какая же она упрямая… Позже мне нужно будет как-то решить проблему с ее питанием. Но, несмотря ни на что, я наслаждался ее обществом. Мне было хорошо просто находиться с ней рядом.

— Ты знаешь, кто это поет? — спросила она, стараясь завязать нормальную беседу.

Я перестал жевать и прислушался. Только сейчас заметил, что в зале играла музыка. Нежный женский голос исполнял грустную песню.

— Нет. Но поет она хорошо.

— Мне тоже нравится.

Я внутренне улыбнулся, думая о плей-листе, который я составил на iPad специально для Аны. Надеюсь, что она примет мой подарок и ей понравится моя музыкальная подборка. Вот, что еще нас объединяет — музыка. Мы могли бы ходить с ней на всякие концерты. Я бы хотел проводить свое свободное время вместе с ней.

— Что? — Ее вопрос застал меня врасплох. Вот дерьмо, я опять попался. Меня до сих пор удивляет ее проницательность. Она что, видит меня насквозь?

— Ешь, — мягко сказал я.

Поверить не могу, что она опять меня раскусила!

— Все, я сыта. Сэр, как, на ваш взгляд, я съела достаточно? — неуверенно спросила она.

Я постарался не обращать внимания на ее дерзкий тон. Хотел бы я заставить ее доесть до конца, но когда я посмотрел на часы, понял, что нам пора уходить. К тому же это была большая порция, и она съела примерно половину. Это прогресс.

— Я, в самом деле, наелась, — добавила она, допивая свое вино.

— Нам пора собираться. Завтра тебе нужно идти на работу. Тейлор скоро будет здесь. — Я должен помнить, что она работает, и должна высыпаться.

— Тебе тоже.

— Мне требуется гораздо меньше времени для сна, чем тебе, Анастейша. Что ж, по крайней мере, ты поела.

— Мы снова полетим на «Чарли Танго»?

— Нет, я ведь пил вино. Нас отвезет Тейлор. Побудем вместе хотя бы пару часов, поговорим. Угадай, чем мы сможем заняться еще, помимо разговоров?

Я подозвал официанта, попросил чек и позвонил Тейлору.

— Мы в ресторане «Ле-Пикотин», юго-запад, Третья авеню, — сказал я и повесил трубку.

— Ты очень резок с Тейлором, да и с другими людьми тоже.

Странная претензия. А как я должен разговаривать с человеком, который на меня работает? Я говорю ему то, что он должен знать.

— Просто я быстро излагаю суть, Анастейша, и быстро ее схватываю.

— Сегодня вечером ты не добрался до сути. Ничего не изменилось, Кристиан.

Еще как изменилось… Я надеялся, что она согласится, иначе я буду потерян…

— У меня к тебе предложение.

— Я уже слышала твое предложение.

— Это другое предложение. — Теперь я был уверен в том, что хотел ей сказать. Ей просто нужно меня выслушать.

Официант принес счет. Мне понравилось обслуживание и еда в этом ресторанчике, поэтому я выписал ему неприлично большие чаевые и вписал туда свое имя. Мальчишка просиял.

Вот так, лучше смотри на меня, а не на мою девушку!

Я протянул ему свою карту, не отводя глаз от Аны. Мой телефон подал сигнал входящего сообщения, значит, Тейлор ждет на улице.

— Пошли. Тейлор приехал.

Мы встали, и я взял ее за руку.

— Я не хочу терять тебя, Анастейша, — я сказал ей, как только мы вышли на улицу. Я поднес ее руку к своим губам и нежно поцеловал пальчики. Ее губы приоткрылись, и она шумно выдохнула.

Она не слышала моего нового предложения, пока не слышала…



Глава 4. Примирение

Тейлор ждал нас у входа. Я помог Ане сесть в машину и подал знак Тейлору, чтобы он вышел на улицу. Мне нужно было с ним поговорить тет-а-тет.

— Тейлор, твой iPod у тебя с собой? — спросил я.

— Э… да, сэр, — удивленно ответил он, не понимая, к чему я веду.

Я знаю, что он часто слушал его, когда ждал меня в машине.

— Нам с мисс Стил по дороге домой, нужно многое обсудить. Это будет личный разговор. Нам нужно поговорить открыто, но в твоем присутствии, я боюсь, что она не сможет расслабиться и быть со мной откровенной. А для меня этот разговор очень важен. Я понимаю, что для тебя неприемлемо слушать музыку через наушники во время движения, но я, всё же, хочу попросить сделать это для меня.

Я знаю, что он очень ответственно относится к своим обязанностям и никогда не позволит себе отвлекаться от дороги, зная, что несет ответственность за безопасность своих пассажиров. Я очень ценю его за это. Но сейчас, я надеюсь на его понимание. Я смотрю на него и вижу, что до него медленно доходит смысл моих слов.

— Нет проблем, я понял, мистер Грей. Я могу поставить какую-нибудь музыку в машине… м-м… создать подходящую атмосферу… Если, Вам это поможет, сэр?

— Да, выбери, пожалуйста, музыку на свое усмотрение.

За те несколько лет, которые Тейлор на меня работает, я заметил, что у него хороший музыкальный вкус. Он слушает классическую музыку. Ни за что бы ни подумал, что он любитель Пуччини, когда я увидел его в первый раз. У Тейлора много талантов. От выбора классической музыки до понимания того, как быстро и тихо кого-то убрать. Тейлор — моя находка. Он уже многое видел и слышал, работая на меня. Если он и был когда-нибудь в шоке от происходящего, то никогда не показывал этого. Естественно, я за это ему хорошо плачу, и даю ему много дополнительных бонусов. Он, один из немногих, кому я могу доверять. Мне бы не хотелось потерять его. Конечно, мне нужны еще сотрудники для личной охраны, ведь Тейлор не может быть в двух местах одновременно и работать двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, триста шестьдесят пять дней в году. Жаль, что его нельзя клонировать.

Глубоко вздохнув, я сел в машину. Сейчас начнутся самые главные переговоры в моей жизни.

В салоне заиграла нежная музыка — опера Пуччини «Богема». Тейлор влился в поток машин и взял курс на I-5 и Сиэтл.

Я повернулся к Анастейше.

— Как я уже сказал, Анастейша, у меня есть предложение.

Она нервно посмотрела на водителя.

Так я и знал. Я все уже организовал, детка.

— Тейлор нас не слышит, — заверил я.

— Как это?

— Тейлор, — позвал его. Тейлор не отреагировал. Я окликнул его снова, опять без ответа. Я подался вперед и хлопнул его по плечу. Тейлор снял наушники.

— Да, сэр?

— Спасибо, Тейлор. Все в порядке, слушай дальше.

— Да, сэр.

— Теперь довольна? Он слушает музыку. Пуччини. Забудь о его присутствии. Я забыл.

— Ты нарочно попросил его это сделать?

— Да.

— Хорошо, твое предложение? — спросила Ана. Она заметно расслабилась, понимая, что нас не подслушивают.

Это сделка по соглашению моей жизни, я не могу ее продуть. Итак, начнем…

— Позволь мне сначала тебя спросить: ты предпочитаешь правильный, «ванильный» секс? Без всякой эксцентрики?

Мне важно знать, что она считает приемлемым в наших отношениях, чтобы больше не допускать недоразумений, из-за которых она могла бы снова меня бросить. У меня нет права на ошибку. Не хотел бы я вернуться обратно в последние несколько дней.

— Эксцентрики? — Взвизгнула она, видимо в шоке от моей терминологии.

А что такого? Я думаю, что это точное описание того, что, как мне кажется, нам обоим нравится делать. Но я должен услышать ее мнение на этот счет.

— Эксцентрики, со всякой хренотенью, — добавил я.

— Не верю своим ушам, неужели это говоришь ты?

— Да, я. Ответь мне, — спокойно сказал я.

Она покраснела. Интересно, какую картинку сейчас нарисовало ее воображение? Мое рисует «ваниль» с большим количеством дополнительных вкусностей. Эксцентричная ваниль… думаю, мы смогли бы, в будущем, сочетать эти две вещи. Одна мысль об этом меня сильно возбуждала. Как же я хочу ее… сил моих нет…

Так сконцентрируйся, Грей! Сейчас очень важный момент! Не отвлекайся!

Пару минут она обдумывала этот вопрос, а затем ответила:

— Мне нравится твоя эксцентричная хренотень, — прошептала она.

Да! Я знал это!

— Так я и думал. Тогда что же тебе не нравится?

Я знаю ответ на этот вопрос, но я хочу, чтобы она произнесла это вслух. Я хочу, чтобы она была со мной предельно откровенна.

— Мне не нравится угроза жестокого и необычного наказания.

— Ты о чем?

— Меня жутко пугают хлысты и плетки в твоей игровой комнате. Мне не хочется, чтобы ты опробовал их на мне.

Помню, как Флинн был поражен ее смелостью. Она не сбежала от меня без оглядки, когда впервые увидела мою игровую.

— Ладно, договорились: никаких плеток и хлыстов, а также ремня.

В любом случае, я никогда не смогу себе позволить использовать ремень.

— Ты пытаешься заново определить жесткие рамки? — озадаченно спросила она.

— Не совсем. Я просто пытаюсь понять, что тебе нравится, а что нет.

— Самое главное, Кристиан, мне трудно примириться с тем, что ты с удовольствием причиняешь мне боль. А еще, мысль о том, что ты будешь это делать, потому что я выйду за какую-то условную случайную черту.

Она думает, что я садист… Черт… Мне и возразить нечего.

— Но она не случайная; правила у нас записаны.

Я думал, что упростил эту задачу. Я написал, что мне не нравится. Вот в этом прелесть контрактных отношений. Я не беру ничего с «потолка».

— Мне не нужен набор правил.

Она совсем не готова подчиняться.

— Вообще? Никаких?

Может быть, всего лишь несколько самых важных из них? Я не могу позволить ей прикасаться к себе. Это мое табу для всех окружающих.

— Никаких. — Она решительно кивнула.

Дерьмо. Придется мне, как-то по-другому, решать эту проблему. Она не знает причину. Может, если я ей расскажу, она с пониманием отнесется к моему страху чужих прикосновений?

Хорошо, а теперь вопрос на миллион долларов.

— А если я тебя отшлепаю? Не будешь возражать?

Мне кажется, что ей нравится, когда я ее шлепаю. По крайней мере, она позволила мне сделать это дважды.

— Чем отшлепаешь?

— Вот чем. — Я поднял и продемонстрировал свою ладонь.

Думаю, что с ее дерзким ротиком, хорошая порка ей никогда не помешает.

— Пожалуй, не буду, — ответила она.

Слава Богу темно, иначе она получила бы инсульт от моей широченной улыбки, когда я услышал этот ответ.

— Особенно, если с теми серебряными шариками… — продолжила она.

О да, я очень рад, что ей понравились вагинальные шарики. Они хорошо тренируют интимные мышцы, к тому же, они на обоих действуют возбуждающе.

— Что ж, тогда было забавно, — сказал я с улыбкой.

— Тогда было хорошо, — прошептала она.

Да, я люблю задавать тебе хорошую трепку, детка. Это так меня заводит.

— Так ты можешь вытерпеть чуточку боли?

— Да, пожалуй.

Видишь, у нас много общего, раз ты сейчас спокойно сидишь и разговариваешь со мной на эту тему. Боль — это сильный афродизиак, как только ты научишься впитывать и направлять ее. Я думаю, что у нас все получится.

Я уверен, что она с удовольствием разрешит делать с ней разные вещи. Для этого ей нужно освободить свой разум и довериться мне, в этом весь смысл. Если она даст мне второй шанс, я буду двигаться постепенно. Хочу, чтобы она мне доверяла. Уверен, что ванили ей будет не достаточно. В ней есть авантюрная жилка, и она поразила меня высоким либидо. Мы подходим друг другу, и может быть, поэтому я так сглупил в тот раз. До той ужасной ночи, она соглашалась на всё, что я ей предлагал. А когда она попросила меня ее выпороть, я подумал, что она готова, что она понимает, что боль может принести больше удовольствия, но я ошибался. Теперь я знаю, какой боли она боится. Я больше никогда не посмею так к ней прикоснуться, даже если она сама попросит. Я не буду больше рисковать, зная, что она может забыть стоп-слово.

— Анастейша, я хочу начать всё сначала. Остановимся пока на ванильных радостях. Может быть, потом, когда ты начнешь больше мне доверять, тогда мы выйдем на более высокий уровень общения, шагнем вперед и станем делать кое-какие вещи, которые нравятся мне.

Она молча смотрела на меня. Мне сложно говорить в темноте, потому что не видел ее лица. Вдруг она сидит в ужасе, хотя я надеюсь, что она позитивно реагирует на мои слова. Думаю, что она не станет отрицать, что у нас был фантастический секс. И мы могли бы продолжить получать общий опыт.

— Как же наказания?

— Никаких наказаний. — Я кивнул, в подтверждении своих слов. — Никаких. — Сказал ей непреклонно.

Если она это хочет услышать, и это даст мне гарантии, что я получу ее обратно, то я готов на всё. Для меня это будет нелегко, но мне придется адаптироваться.

— А правила?

— Никаких правил. — По крайней мере, никаких формальностей. Я все равно найду способ держать все под контролем, а ее под своей защитой, и ей не обязательно об этом знать.

— Вообще никаких? Но тебе ведь нужны правила.

Скажи еще, что у меня есть свои потребности — это любимое слово Элены. Она бы точно не одобрила то, что я здесь делаю. Но я докажу, что они обе не правы. Я смогу справиться с этим.

— Ты нужна мне еще больше, чем они, Анастейша. Последние дни показались мне адом на земле. Моя интуиция, мой здравый смысл убеждали меня, что я должен тебя отпустить, что я не заслуживаю твоего внимания. Те снимки, которые сделал парень… Мне стало ясно, какой он тебя видит. Ты выглядишь на них беззаботной и красивой. Ты и сейчас красивая, но я вижу твою боль. Мне тяжело осознавать, что я стал виновником этой боли… Да, я эгоист. Я захотел тебя мгновенно, в тот момент, когда ты рухнула на пороге моего кабинета. Ты необыкновенная, честная, добрая, сильная, остроумная, соблазнительно невинная. Твои достоинства можно перечислять бесконечно. Я обожаю тебя. Хочу тебя. И мысль о том, что ты будешь с кем-то другим, словно нож ранит мою темную душу.

Вот и всё… Я сказал ей о своих чувствах. Это было нелегко, но она должна знать, что значит для меня. Теперь ей решать: казнить или помиловать.

— Кристиан, почему ты считаешь, что у тебя темная душа? Я бы никогда так не сказала. Печальная, да, возможно… но ты хороший! Я вижу это… ты великодушный, щедрый, добрый и ты мне никогда не лгал. Я не сильно страдала в тот раз от боли. Просто минувшая суббота стала для меня шоком. Или пробуждением, моментом истины. Я поняла, что ты жалел меня, что я не смогла быть такой, какой ты хотел меня видеть. Потом я ушла и вскоре осознала, что физическая боль, которую ты мне причинил, не идет ни в какое сравнение с болью потери, если мы расстанемся. Я хочу тебе нравиться, но это трудно.

— Ты мне очень нравишься, — прошептал я. — Сколько раз я должен это повторять?

Я никогда ни от кого не получал столько энергии и эмоций, как от тебя, детка.

— Мне сложно понять, о чем ты думаешь. Иногда ты такой замкнутый… как островное государство. Ты меня пугаешь. Вот почему я молчу. Потому что не знаю, какое настроение будет у тебя в следующий момент. За наносекунду оно переносится с севера на юг и обратно. Это сбивает меня с толку. И ты не позволяешь прикоснуться к тебе, а мне так хочется показать, как сильно я тебя люблю.

Об этом мне говорил Флинн, в этом была вся причина. Черт, этот парень знает, о чем говорит.

Она неожиданно отстегнула ремень безопасности и забралась ко мне на колени. Обхватила ладонями мою голову, чтобы взглянуть мне прямо в глаза.

О, Господи.

— Я люблю тебя, Кристиан Грей, — прошептала она. — Ты готов пойти на это ради меня. Я не заслуживаю такой жертвы, и мне очень жаль, что я не могу делать все эти штуки. Ну, может, со временем, я не знаю… однако я принимаю твое предложение, да, принимаю. Где я должна поставить свою подпись?

— Ох, Ана!

Это единственное, что я смог сказать. Мне не верилось, что это происходило наяву. Я вернул ее обратно! Она снова сказала, что любит меня, и я готов принять эти чувства. Было бы хуже, если бы она больше не испытывала этого ко мне. Она сказала «да»! Я крепко ее обнял и прижал к себе.

Прости меня за всё, что я натворил. Я не заслуживаю тебя, детка, но я не боюсь быть счастливым, когда теперь ты со мной. У меня появился шанс, чтобы начать всё сначала, в этот раз я не облажаюсь. Чувствую, как свет обратно проникает в мою жизнь.

Ана прижалась ко мне и положила голову на плечо, а я нежно погладил ее по спине. Она здесь, в моих объятьях, я никогда ее не отпущу. В этот момент в машине заиграло самое романтичное произведение классической фортепианной музыки. Рапсодия на тему Паганини, Рахманинова.

Тейлор, ты чертов гений! Цены тебе нет!

Осталась еще одна тема, которую мне необходимо обсудить с Аной.

— Я не переношу, когда ко мне прикасаются, Анастейша, — прошептал ей.

— Знаю. Только не понимаю почему, — тихо пробормотала она.

Я ненавижу говорить на эту тему, но понимаю, что у нее должно быть хотя бы представление, почему я таким стал.

— У меня было ужасное детство. Один из сутенеров матери… — все это дерьмо сидит в бессознательном. Вспоминать об этом — как заново пережить свой ночной кошмар, и это заставило меня невольно вздрогнуть. Я помню, как сутенер вытащил меня из-под кровати — моего укрытия. Он пинал меня сапогами, потом бил кожаным ремнем, снова и снова. Помню, как я сидел, съежившись в углу комнаты, не имея возможности убежать от него. Он получал удовольствие, когда медленно тушил об меня свои сигареты. Моя спина и грудь были для него пепельницей, и он решал с какой стороны затушить очередную. Каждый раз, боль была мучительной.

— Я ничего не забыл.

Ана инстинктивно нежно обняла меня за шею, чтобы утешить. Я почувствовал себя намного лучше. Как же мне сейчас хорошо, рядом с ней. Она такая ласковая, сладкая, нежная. Она прекрасна.

— Она обижала тебя? Твоя мать? — дрожащим голосом, спросила она.

Я знал, что эта информация ее расстроит. Я хотел пожалеть ее, но думаю, она имеет право знать, почему я не переношу, когда ко мне прикасаются. Больше никаких секретов. Наши отношения должны быть открытыми и честными. Это нелегко, но так будет лучше.

— Нет, не помню. Но она меня почти не замечала. Она не защищала меня от своего дружка. По-моему, это я заботился о ней, а не наоборот. Когда она, в конце концов, свела счеты с жизнью, прошло четыре дня, прежде чем кто-то забил тревогу и нашел нас… Я это помню.

Анастейша вскрикнула в ужасе, а меня накрыли эти воспоминания.

Мне было четыре года. Я не понимал, почему моя мама спит на полу так долго? Я помню, как расчесывал ее волосы, чтобы разбудить. Я знал, что ей это нравилось, но она не двигалась. Я помню, какой она была холодной, и как я укрывал ее своим одеялом, чтобы согреть. Я сидел рядом с ней, играл с двумя маленькими машинками и ждал, когда она проснется, но она не просыпалась. Я был очень голоден. Все, что я смог найти — горох в морозилке и еще что-то, я даже не знаю, что это было, но я все это съел. Потом притащил стул, чтобы подняться наверх, к раковине. Я хотел попить воды из-под крана, чтобы все это запить. У меня разболелся живот, а мама все еще спала. Затем с грохотом открылась дверь. Это был он. Он кричал и ругался. Я стоял на стуле, как раз у него на пути. Он толкнул меня. Я упал со стула и больно ударился головой. Потом он ушел, закрыв дверь на ключ. Наступила тишина. Я не знаю, сколько времени прошло после этого, но следующее, что я помню — тетя полицейский тащит меня подальше от моей мамочки. Как я кричал, когда она коснулась меня. Я пытался сказать ей, что хочу остаться с мамой, пока она не проснется. Но я не мог говорить. У меня как будто не было слов, одни слезы, панический страх и боль.

— Хреново тебе пришлось, — прошептала Ана. Она нежно погладила меня по щеке, чтобы показать свое сострадание.

— На мою долю выпали все пятьдесят оттенков мрака, — пробормотал я.

Ана всем телом прижалась ко мне. Я вдохнул ее божественный аромат. Как мне его не хватало! Она нежно и ласково поцеловала меня в шею. Я млел и не хотел ее останавливать, если она хочет быть ближе ко мне, я могу ей позволить, хотя бы это.

Анастейша заснула в моих объятиях, свернувшись калачиком у меня на коленях, как маленький котенок. Я должен был заставить ее пересесть и пристегнуться, но я не мог оторваться от нее. Я хотел чувствовать ее тепло и мне нравилось смотреть, как она спит. Чувствовать ее спокойное дыхание. Сейчас мы дышали душа в душу. Она выглядела настолько красивой и расслабленной. Темные пушистые ресницы, аккуратный носик, мягкие волосы, маленькие ушки, с тонкими серебряными сережками. Я подарю ей серьги с бриллиантами. Хочу, чтобы у нее было всё самое лучшее. Как много всего я хочу ей дать. Ее красота такая естественная, я мог бы смотреть на нее всю ночь. Я хочу разделить с ней всё, что у меня есть, потому что без нее, все мои богатства не имеют смысла. Она стала моим самым ценным и невосполнимым активом. Она дала мне еще один шанс, и я чувствовал себя самым счастливым человеком на планете.

Когда мы приехали в Сиэтл, она пошевелилась и сонно потянулась.

— Прости, — промурлыкала она.

Не извиняйся, детка. Мне было хорошо.

— Ана, я могу целую вечность смотреть, как ты спишь.

— Я что-нибудь говорила?

— Нет. Мы уже подъезжаем к твоему дому.

— Мы не поедем к тебе?

— Нет. — Она повернулась и вопросительно посмотрела на меня.

— Почему нет?

— Потому что тебе завтра на работу.

Я должен дать ей выспаться перед работой. Если я останусь, я не смогу себя контролировать, я так сильно ее хочу… Лучше подождать до завтра.

— А-а-а… — Ана очень мило надулась. Она так неотразима и сексуальна. Кроме того, я должен сопротивляться. Мне нравится ее дразнить.

— Ты что-то задумала?

— Возможно.

Подразнила в ответ. Знаю, я тоже хочу тебя, детка. Но не сегодня.

— Анастейша, я не собираюсь прикасаться к тебе, пока ты не попросишь меня об этом.

— Как?

— Мне нужно, чтобы ты шла на контакт со мной. В следующий раз, когда мы займемся любовью, ты должна точно сказать мне, что ты хочешь. Точно и подробно.

Да. Я собираюсь заниматься с ней любовью. Я не хочу эгоистично и жестко ее трахать, как было со всеми предыдущими девушками. Анастейша, безусловно, не та, которую я мог бы использовать для удовлетворения своих сексуальных потребностей. Она заслуживает большего.

Тейлор остановился возле ее дома. Я вышел из машины и открыл для нее дверь.

— Я кое-что для тебя приготовил.

Я открыл багажник и достал большую, красиво упакованную, коробку.

— Откроешь, когда поднимешься к себе.

Тогда ты не сможешь вернуть всё обратно.

Пожалуйста, просто прими эти вещи. В коробку я упаковал «Макбук Про» и ее «блэкберри». Это мои средства связи с ней. А еще, я туда положил новый «айпад», который, я надеюсь, ей понравится.

— А ты не пойдешь со мной?

Не искушай меня.

— Нет, Анастейша.

— Когда же я тебя увижу?

— Завтра.

— Мой босс хочет, чтобы я пошла с ним завтра в ресторан.

Да неужели?! Она работает там меньше недели, а этот подонок уже успел положить глаз на мою девушку?

— В самом деле? Зачем?

Я знал, стоит расслабиться, кобели тут же сбегутся. Я разберусь с этим куском дерьма, позже.

— Чтобы отпраздновать окончание моей первой рабочей недели.

— И куда же?

Где бы это ни было, я буду там, детка. Можешь быть в этом уверена.

— Не знаю.

— Я могу забрать тебя оттуда.

Нужно приставить к ней охрану, которая тайно будет ее сопровождать. В офисе она в безопасности, но этот ублюдок может куда-нибудь ее заманить и наброситься на нее.

— Хорошо, я сообщу тебе по почте или в смс.

— Договорились.

Даже если ты мне не скажешь, я все равно найду тебя.

Я проводил ее до входной двери и подождал, пока она найдет ключи в своей сумочке.

Зачем женщины носят в сумке столько всякого дерьма, из-за которого они там никогда ничего не могут найти?

После того, как она открыла дверь, я наклонился и, держа ее за подбородок, провел дорожку из нежных поцелуев от уголка глаза до уголка рта. Она простонала. На этот звук откликнулся мой член, как будто она напрямую с ним о чем-то договаривалась. Мои движения ее заводили, и я чувствовал, что она хочет меня. Но уже поздно. Я не должен поддаваться искушению.

— До завтра, — прошептал ей.

— Доброй ночи, Кристиан. — хрипло ответила она.

— Пока, детка.

Я заставил себя вернуться к машине. Теперь я понимал, что означает выражение «быть на седьмом небе». Я чувствовал такую легкость, как будто Ана сбросила с меня весь груз отчаяния и подарила крылья. Чувствую себя другим человеком. Я должен стать для нее тем, кого она заслуживает.

Я сел в машину, и мы поехали в Эскалу. Я откинулся на кожаное сидение, закрыл глаза и глубоко, с облегчением, вздохнул. Я получил отсрочку от вечной тьмы. Теперь я могу начать жизнь заново.

Мы приехали в Эскалу и Тейлор решил уточнить:

— Мне нужно знать все поправки в вашем расписании на завтра, сэр.

— Я сообщу, как только получу более подробную информацию. У меня будет встреча с мисс Стил в пять сорок пять. О наших планах на вечер я не знаю. Я буду держать тебя в курсе. Остальное расписание на завтра остается неизменным.

— Очень хорошо, сэр.

— И Тейлор…

— Сэр?

— Поручи Уэлчу перепроверить личные данные на этого засранца Джека Хайда по СИП. Скажи ему, чтобы копал глубже. Я не могу отделаться от мысли, что мы упустили что-то важное. Это просто шестое чувство, а моя интуиция меня никогда не подводила. Я знаю, что Ана не сидит с ним в одном кабинете, и это хорошо. Я уже распорядился по установке скрытых камер во всем издательстве, везде, где она может находиться.

Может, я просто завидую мудаку, что Ана работает на него?

Он ее босс… хозяин… он видит ее весь день на работе. Он может свободно смотреть на ее восхитительную задницу и возбуждаться, представляя, чтобы он хотел с ней сделать. Он слишком близко к ней подошел. Пользуясь своим служебным положением, он позвал ее выпить после работы. Завтра я лично с ним встречусь, когда буду забирать Ану из его цепких лап, пусть знает, что она моя. Хочу посмотреть на него в этот момент, просто сгораю от нетерпения.

— Конечно, мистер Грей. Я займусь этим вопросом.

— Ты подобрал очень хорошую музыку сегодня, спасибо.

— Рад стараться, мистер Грей.

Он развернулся и ушел в свой кабинет, думаю, он собой доволен.

— Добрый вечер, Гейл. Что на ужин?

— Добрый вечер, мистер Грей. Мясная лазанья под соусом «Бешамель». Через десять минут будет готово.

— Хорошо, спасибо, Гейл, — она посмотрела на меня в удивлении, но в ответ тепло улыбнулась.


После ужина я принял душ, и лежал в своей кровати, глядя в потолок. На телефон пришло сообщение. Я включил телефон и увидел электронное письмо от Аны.

От кого: Анастейша Стил

Тема: iPad

Дата: 9 июня 2011 г. 23:56

Кому: Кристиан Грей

Ты опять заставил меня плакать.

Я люблю планшет.

Я люблю песни.

Я люблю приложение «Британская библиотека».

Я люблю тебя.

Спасибо. Доброй ночи.

Ана:-*


Я никогда не устану слушать ее признание в любви… Она меня любит… Это чертовски приятно осознавать. А еще, она приняла мой подарок.


От кого: Кристиан Грей

Тема: iPad

Дата: 10 июня 2011 г. 00:03

Кому: Анастейша Стил

Дорогая, Анастейша,

Рад, что он тебе понравился. Я купил и себе такой же.

Если бы я был рядом, я осушил бы твои слезы поцелуями.

Но я не рядом — так что ложись спать.

Кристиан Грей,

генеральный директор холдинга «Грей энтерпрайзес»


От кого: Анастейша Стил

Тема: Мистер Ворчун

Дата: 10 июня 2011 г. 00:07

Кому: Кристиан Грей

Ты верен себе — как всегда, властный и, возможно, возбужденный, возможно, сердитый.

Я знаю способ, как облегчить такое состояние. Но ты не рядом — ты не позволил мне остаться у тебя и ждешь, что я стану тебя умолять…

Мечтать не вредно, сэр.

Ана:-*

P.S. Я обратила внимание, что ты включил в плей-лист группу «Сталкер», ее антем «Каждое твое дыхание». Мне нравится твое чувство юмора, но знает ли о нем доктор Флинн?


Нет, дорогая, я не сердитый, я окрыленный. И лучше не искушай меня… Я не могу приехать, тебе нужно выспаться. К тому же, тебе нужно научиться говорить мне все, что чувствуешь.


От кого: Кристиан Грей

Тема: Спокойствие Будды

Дата: 10 июня 2011 г. 00:10

Кому: Анастейша Стил

Дражайшая мисс Стил

Порка встречается и при «ванильных» отношениях, как тебе известно.

Как правило, при обоюдном согласии и в сексуальном контексте… но я более чем счастлив сделать исключение.

Тебе будет приятно узнать, что доктору Флинну тоже нравится мое чувство юмора.

Теперь, прошу тебя, ложись спать, ведь тебе предстоит напряженный день.

Между прочим, ты будешь умолять меня, поверь. И я жду этого.

Кристиан Грей,

генеральный директор холдинга «Грей энтерпрайзес»


Очень жду. Мой член согласился со мной.


От кого: Анастейша Стил

Тема: Доброй ночи, сладких снов

Дата: 10 июня 2011 г. 00:12

Кому: Кристиан Грей

Ну, раз ты так просишь и раз мне нравится твой восхитительный подарок, я свернусь клубочком, обнимая «айпад», и засну, слушая музыку, которая тебе нравится, и шаря по «Британской библиотеке».

А.:-***


От кого: Кристиан Грей

Тема: Еще одна просьба

Дата: 10 июня 2011 г. 00:15

Кому: Анастейша Стил

Думай обо мне. Я хочу тебе присниться.

Кристиан Грей,

генеральный директор холдинга «Грей энтерпрайзес»


Лежу и улыбаюсь в темноте, как гребаный чеширский кот. Завтра я верну ее тело себе. Она моя. Навсегда. Я закрыл глаза и через несколько секунд уснул.



Глава 5. Свои планы

Ана написала мне, что они всем офисом будут в баре «У пятидесяти». Она посмеялась над названием, да и я, если честно, увидел в этом иронию. Уэлч, когда искал информацию о Хайде, зашел на сервер СИП и заметил, что электронная почта Аны и еще нескольких работников издательства мониторились. Может, это обычная проверка, чтобы знать, чем занимаются сотрудники на рабочем месте? Если это так, то Ана должна переписываться со мной только с «блэкберри».

Бар «У пятидесяти» — обычный среднестатистический бар, чем-то напоминающий пещеру. На стенах развешана бейсбольная атрибутика и постеры. Я приехал раньше Аны и сел в углу бара. Через несколько минут зашли трое мужчин и три девушки, среди них была Ана. К счастью, она не осмотрелась по сторонам и не заметила меня.

Да, я веду себя как преследователь, но я должен увидеть Хайда в действии, прежде чем обозначу свое присутствие. Я хочу посмотреть, как он ведет себя по отношению к Ане. Я умею читать язык тела и быстро распознаю истинные намерения человека. В бизнесе этот навык мне помогает понять, стоит ли с конкретным человеком заключать какие-либо соглашения.

А вот и он, сегодня утром я еще раз просмотрел его дело и запомнил его физиономию на фото. В жизни он выглядит обычным куском дерьма, на фото лучше. Потом рассмотрел всех работников СИП и удивился, они пришли сюда после рабочего дня в обычной одежде. Мужчины были в джинсах и в повседневных рубашках, а девушки в блузках и в юбках до колен. На Хайде джинсы и черная рубашка, волосы затянуты в дурацкий конский хвост, в ухе серьга. Возможно, у него есть еще татуировка, типаж ясен. Их форма одежды никуда не годится. Неряшливый вид приводит к небрежности в работе. Этика должна соблюдаться всегда, не зависимо от дня недели. Пятница — это просто еще один рабочий день. Сотрудники «Грей Хауса», когда подписывали трудовой договор, читали прописанные требования к их внешнему виду и, если кого-то что-то не устраивало, они знали, где дверь.

Раз я взял СИП под свое крыло, то должен внести там некоторые изменения, и дресс-код будет одним из первых в моем списке. Когда мы с руководством СИП вели переговоры о предварительном договоре соглашения, они утверждали, что в издательстве дела обстоят иначе. Что работникам нужна спокойная и доброжелательная атмосфера для того, чтобы поощрять творчество своих авторов и редакторов. Меня такая позиция не убедила. Это все-таки бизнес, поэтому должна применяться одна и та же схема, несмотря ни на что.

Информация о поглощении СИП была строго конфиденциальной сроком в четыре недели. За это время руководству издательства нужно будет внести некоторые изменения. На мой взгляд, здание издательства находится в плачевном состоянии. Нужно сделать капитальный ремонт и усовершенствовать компьютерную систему. У Тейлора и Уэлча есть право доступа во все помещения здания, а Барни уже врезался в их сервер. Теперь я могу все контролировать.

Я перевел взгляд на Ану, сегодня она надела бледно-голубую рубашку, ту, которую Тейлор купил для нее, когда она впервые ночевала со мной в Хитмане, и узкие обтягивающие джинсы, они подчеркивали ее длинные стройные ноги и красивую, совершенную задницу. Мне приятно, что Ана надела рубашку, которую купил я, и этот цвет ей очень идет. Она выглядит потрясающе, как всегда. Как можно не испытывать к ней влечение?

Джек и Ана держали в руках по бутылке пива "Бад". Он что-то ей сказал, а потом повернулся к другой девушке и продолжил разговор с ней. Хорошо. Ана разговаривала с другими женщинами, так что я немного расслабился. Они сидели и весело общались, Ана взяла уже третью бутылку пива. Она такая худенькая, наверняка толком сегодня ничего не ела. М-да… ей действительно нужно быть осторожнее с алкоголем. Вот когда ублюдок, вроде Хайда, сможет воспользоваться ею. Неужели ее ничему не научил эпизод с Хосе Родригесом? Хорошо, что я здесь, чтобы присмотреть за ней.

Мистер-конский-хвост договорил с девушками и направился к Ане. Видимо ждал подходящего момента. Он подошел к ней и что-то при этом сказал. Хайд подошел слишком близко и наклонился, вторгаясь в ее личное пространство. По выражению лица Аны, и по ее попыткам от него отстраниться, стало понятно, ей неприятна его близость. Улыбаясь, он подошел еще ближе к ней и облокотился на стойку бара. Всё, она оказалась в ловушке.

Я был прав насчет него. Он хочет ее. Он хочет то, что принадлежит мне. Настало время для моего выхода.

Я небрежно подошел к Ане сзади. Обнял ее за плечи и поцеловал в макушку, заявляя на нее свои права. Посмотрел Хайду в глаза, мысленно говоря, чтобы отвалил от моей девушки. Она мгновенно расслабилась, понимая, что я здесь. Я был прав, ей рядом с ним некомфортно.

Не волнуйся детка, я здесь, с тобой. Я всегда буду рядом.

— Привет, малышка, — пробормотал я, целуя ее волосы, глядя Хайду в глаза.

Отвали от нее.

Я притянул Ану ближе к себе, а затем наклонился и поцеловал ее в щеку, я не мог сдержать улыбки.

Моя, а не твоя, ты самонадеянный ублюдок. Ана улыбнулась мне в ответ, видимо радуясь, что я подошел вовремя. Хайд неохотно отошел от нее. Сообщение получено громко и ясно.

— Джек, это Кристиан. Кристиан, Джек, — Ана представила нас друг другу, и в воздухе повисло напряжение. Но для своей женщины, главный здесь я, и я никому не позволю вертеться возле нее.

— Я ее парень, — сказал я, пожимая ему руку.

Надеюсь, мое сообщение дошло до абонента. Я ее парень, а не он. Я умею контролировать свои эмоции и цивилизованно решать любые проблемы, но если он понимает на другом языке, могу отвести в подвал и там все доступно объяснить.

Хайд, пристально глядя на меня, ответил:

— Я босс. Ана упоминала о каком-то бывшем парне, — с вызовом сказал он.

Ну и ну, какой крутой малый. Неужели думает, что может ее увести у меня? Значит, босс… Высокомерный ублюдок.

— Ну, я больше не бывший. Пойдем, малышка, нам пора.

Она уйдет со мной. А ты останешься здесь.

— Оставайтесь с нами. Выпьем вместе, — сказал Хайд, глядя на Ану.

Он достал свой козырь «я твой босс», пытаясь в ней вызвать чувство вины, стыда и страха, чтобы она проигнорировала меня и подчинилась ему. Как же тебя легко прочитать, Хайд. Скоро ты узнаешь, кто здесь, чей босс. Поверь, я буду ждать этого момента, чтобы насладиться твоей реакцией.

— У нас свои планы. Может быть в другой раз. Пошли.

Я взял Ану за руку, и она делала то, что ей сказал я. Она моя. Отвали от нее, Хайд. Если по-хорошему не поймешь, я умею доходчиво объяснять.

— До понедельника, — сказала Ана, улыбаясь своему боссу и всем остальным, и послушно пошла за мной.

Смотри, как она уходит со мной! Я был вознагражден обозленным взглядом Хайда. Он получил мое послание, но это был не конец, а только первый раунд.

— Почему вы вели себя как мальчишки, которые соревновались, кто кого переплюнет? — спросила Ана, когда я открыл для нее дверь. Она все прекрасно поняла.

— Потому что так оно и было, — я улыбнулся ей.

И я выиграл. Когда я сел в машину со своей стороны, увидел, что Тейлор улыбался Ане в ответ на ее приветствие. Обычно он так не делал, так что я немного удивлен. Надеюсь, он не размяк на старости лет.

Вот и все, мы здесь. Я с нетерпением ждал этой встречи с Анастейшей. Думаю, что она тоже. Примерно в четыре часа вечера она написала, что ей скучно. Мне пришлось предупредить, что ее письма мониторятся, поэтому ей нужно быть осторожней в том, что пишет. Лично мне было бы неприятно, если бы мой новый сотрудник сказал, что ему на работе скучно. Если бы она согласилась работать в «Грей Хаусе», ей точно не пришлось бы скучать. Всю ночь я думал об Ане. Ей очень понравился «айпад», мой плей-лист и приложение «Британская библиотека». Она написала мне вчера об этом. И еще, она сказала, что любит меня. Я до сих пор не могу до конца поверить, что это правда, и, что она даст мне еще один шанс.

Это больше, чем ты заслуживаешь, Грей.

Мы сидели на заднем сидении Ауди, я сжал ее руку и ласково поцеловал пальчики.

— Привет, — сказал я, вдыхая сексуальный магнетизм между нами. Нужно много самообладания, чтобы не поцеловать ее в губы, потому что если я это сделаю, то, вероятно, не смогу остановиться, чтобы не взять ее прямо здесь, в машине. Не хотелось бы шокировать Тейлора. Я никогда не был сексуальным эксгибиционистом. У меня есть небольшой опыт в этом, когда я учился быть доминантом. Мне пришлось проигрывать сцену в присутствии других доминантов. Тогда я понял, что выполнять эти действия перед аудиторией — не моё. Еще, я пробовал групповой секс, но это тоже не для меня. Я не люблю во всем этом принимать участие или наблюдать за происходящим со стороны. А вот Элена наоборот, она была совсем не против этого и наслаждалась зрелищем.

Подозреваю, что поэтому она мне всегда предлагала помочь потренировать своих саб. Возможно, она надеется на то, что я позову ее посмотреть на нас с Анастейшей, чтобы она могла оценить. Может, ей просто скучно с Айзеком и она ищет другой источник развлечений? Может быть, поэтому она в последнее время часто мне звонила. Я никогда бы не позволил Элене присутствовать на наших с Аной сессиях, если их так можно назвать, да и Ана, думаю, тоже была бы не в восторге от такого предложения. Она моя. Вся моя и только для моих глаз.

— Привет, — прошептала Ана сексуальным голосом. Она тоже хотела остаться со мной наедине.

— Чем ты хочешь заняться сегодня вечером?

Я, например, знаю, чем хочу заняться. Начинается на «т» и заканчивается на «я».

— По-моему, ты сказал про какие-то планы. — Да, детка. На это я и намекал.

— О-о, Анастейша, я-то знаю, чего мне хочется. Я спрашиваю тебя, что ты хочешь, — в ответ, я увидел ее непристойную улыбку.

— Понятно. Тогда я жду, когда ты попросишь меня. Где это произойдет, у меня или у тебя? — Я вернул ей ее же улыбку.

— Вы очень самонадеянны, мистер Грей. Но для разнообразия мы можем поехать ко мне.

Она прикусила губу, прекрасно понимая, как на меня это действовало.

— Тейлор, пожалуйста, к мисс Стил.

— Да, сэр, — ответил Тейлор и влился в поток машин.

— Как прошел твой день? — спросил я. Длиннее моего?

— Хорошо. А твой?

— Спасибо, хорошо.

И он стал еще лучше, потому что ты здесь, рядом со мной. Мы сидели и просто улыбались друг другу. Я был счастлив, что она дала мне второй шанс.

— Ты отлично выглядишь, — сказал я, целуя ее нежные пальчики. Она такая сладкая.

— Ты тоже.

Мне нужно у нее кое-что узнать о Джеке Хайде. Я планирую уволить его задницу из СИП, но знаю, что по трудовому договору, я не могу просто так это сделать. В «Грей энтерпрайзес» у меня на такие случаи предусмотрены другие правила. Со своими сотрудниками я подписываю контракт, в котором все оговорено, а здесь, мне нужны законные основания для его увольнения, чтобы он не смог подать на меня в суд.

— Твой босс, Джек Хайд… он хороший работник?

Она нахмурилась

— А что? Это имеет какое-то значение? Влияет на ваше соревнование? — С подозрением спросила она.

— Парень хочет залезть тебе в трусики, Анастейша.

Она настолько наивна и доверчива.

— Ну, мало ли что он хочет… Зачем вообще говорить об этом? Ты ведь знаешь, что он мне неинтересен. Он просто мой босс.

Она и в самом деле не понимает, что сильно привлекает его. А этот ублюдок способен на многое.

— В этом все дело. Он посягает на то, что принадлежит мне. Мне нужно знать, хороший ли он профессионал.

Мне нужен любой повод, любая причина, давай, колись Ана. Выдай мне его с потрохами.

— Пожалуй, да.

Дерьмо…

— Ну, пускай он оставит тебя в покое, иначе в два счета вылетит на улицу.

— Ой, Кристиан, что ты говоришь? Он не сделал ничего дурного…

Ну да, не считая того, что он зажал тебя в углу бара… И она говорит не слишком убедительно. Я видел, что ей некомфортно в его компании, хотя в тот момент они были не на работе. Я знаю, почему он так себя ведет. Потому что он хочет её. Я видел, как он смотрел на нее своими жадными глазенками.

— Если хоть раз попробует, скажи мне. Это называется грубое попрание общественной морали или сексуальное домогательство.

Мне не хотелось бы дожидаться момента, пока он сделает что-то больше, чем стоять и тяжело дышать над ней.

— Мы просто пили пиво после работы. — Запротестовала она.

С этого все и начинается. Казалось бы, невинная беседа за бокалом пива, потом еще бокал и еще, а потом она напивается, и тогда он может делать с ней всё, что захочет. Она ничего об этом не знает. Мне нужно быть особенно бдительным.

— Я не шучу. Одна попытка, и он вылетит.

Надеюсь, она понимает, что я говорю серьезно и очень надеюсь на то, что она расскажет мне, когда он что-нибудь предпримет в отношении нее, любую мелочь. Я распорядился, чтобы за ним наблюдали через скрытые камеры, как можно лучше, но все же, мне будет сложно контролировать его на расстоянии.

— У тебя нет такой власти. — Ана резко замолчала, и я увидел, что до нее начало доходить. Господи, разве можно быть настолько проницательной? Или я так очевиден? — Или есть, Кристиан?

Я попался. Черт. Я знал, что об этом будет неловко разговаривать, но я понятия не имел, что она меня так быстро раскусит.

— Ты покупаешь фирму, — прошептала она и в ужасе посмотрела на меня. Я предполагал, что этот разговор будет трудным, но не ожидал, что она так негативно отреагирует.

— Не совсем, — с улыбкой сказал я.

— Ты уже купил ее. Уже.

— Возможно, — уклончиво ответил.

— Купил или нет?

Так, Грей, скажи ей, не будь трусом.

— Да.

— Зачем? — пораженно спросила она.

— Потому что я могу себе это позволить, Анастейша. Ради твоей безопасности.

— Но ведь ты сказал, что не будешь вмешиваться в мою карьеру!

— Я и не буду.

Она вырвала руку из моих ладоней.

— Кристиан… — кажется, у нее нет слов.

— Ты злишься на меня?

Никто никогда не злился на меня. Это совершенно новый опыт.

— Да. Конечно. Злюсь. Разве в серьезном бизнесе так делают? Разве принимают такие решения в зависимости от того, с кем трахаются?

О, да, мисс Стил злится на меня. Бурлящий, безумный вулкан. Я не знаю, что сказать, поэтому я промолчу. Мы приехали к ее квартире, и она пулей вылетела из салона, не дожидаясь, когда Тейлор откроет ей дверь.

— Я думаю, тебе лучше подождать здесь, — сказал я Тейлору и вышел вслед за ней.

Ну и ну, вот это она взорвалась! Почему она так сильно на меня злится? Теперь, я не уверен, что она позволит мне остаться у нее. Я понятия не имею, как с этим справиться, но предполагаю, что мне нужно оставаться спокойным и рассудительным. Я уверен, что так бы посоветовал Флинн. Он был доволен тем, как обстоят дела между нами, когда я разговаривал с ним сегодня.

Как обычно, она изо всех сил пыталась найти свои ключи в сумочке, по крайней мере, она не смогла ворваться в подъезд и захлопнуть дверь перед моим носом. Я тихо подошел и встал у нее за спиной.

— Анастейша, — я спокойно старался привлечь ее внимание, но когда она посмотрела на меня, понял, что Ана настолько зла, что не могла говорить.

Черт. Нужно призвать к диалогу ее рассудительную сторону.

— Во-первых, я давно тебя не трахал — уже целую вечность. Во-вторых, я давно собирался войти в издательский бизнес. В Сиэтле четыре компании этого профиля, из них СИП — самая прибыльная, но сейчас она оказалась на пороге стагнации. Ей нужно расширяться.

Это правда, хотя я захотел попасть в издательский бизнес, только после того как узнал, что Ана собирается там работать. Но бизнес есть бизнес. Это хорошо для диверсификации. И будет для меня новым опытом, но суть в том, что СИП — хорошая инвестиция.

Она уставилась на меня насыщенно голубыми глазами. Ее гнев буквально проходил сквозь нее. Я никогда не видел ее такой раньше. Она выглядела адски сексуально. Маленькая, вспыльчивая злюка.

— Так, значит, ты теперь мой босс, — рыкнула она.

— Технически я босс босса твоего босса.

— И технически это грубое попрание общественной морали — факт, что я трахаюсь с боссом босса моего босса.

Называй это как хочешь, детка.

— В данный момент ты с ним пререкаешься, — она такая смешная.

— Потому что он такой осел.

Что-о-о? Она только что назвала меня ослом?

— Осел? — Я не мог поверить ушам.

Никто никогда не называл меня ослом! Никто не осмеливался. Еще одно «впервые», мисс Стил.

— Да, — сказала она, цепляясь за остатки своей злости.

— Осел? — Я почувствовал улыбку, которая невольно подергивалась в углу моего рта. Как всегда, непредсказуема. С моей злюкой никогда не соскучишься!

— Не весели меня, когда я на тебя злюсь! — крикнула она.

Но я заметил, что она расслабилась и улыбалась мне в ответ. Я никогда не встречал никого, похожего на нее. Никому и никогда такое обращение ко мне не сошло бы с рук.

Ты осел, не так ли, Грей? Она просто сказала то, что есть на самом деле.

— Не придавай значения моей дурацкой улыбке — я все равно зла как черт, — крикнула она, но поняв, что это бесполезно, в итоге тоже рассмеялась.

Как бы я хотел сейчас ее поцеловать, но пока не рискну, вместо этого уткнулся носом в ее волосы. Она пахла сладко и сексуально, все смешалось вместе. Не понимаю как такое возможно, но в этом вся Ана. Милая и невинная, но дерзкая и сексуальная. Совершенно неотразимая.

— Вы неожиданны, как всегда, мисс Стил.

Откинувшись назад, посмотрел на нее, пытаясь оценить ее реакцию.

— Так ты приглашаешь меня к себе? Или я поеду, чтобы реализовать демократическое право американского гражданина, предпринимателя и потребителя на покупку всего, что взбредет мне в голову?

— Ты говорил об этом с доктором Флинном?

О да, детка, он знает, что я на многое способен.

— Так ты пустишь меня к себе или нет?

Наконец-то она уступила! Она улыбнулась и открыла чертову дверь. Я подал знак Тейлору, что он свободен. Он вернется позже, чтобы привезти Ауди А3, которую я подарил Ане на выпускной. Со следующей недели, она сможет ездить на работу на своей машине, а не на автобусе. К счастью, она приняла мои предыдущие подарки, так что, я надеюсь, что она не будет сопротивляться и примет ключи от своей машины обратно.

Мы поднялись в ее апартаменты. Я осмотрелся вокруг. Квартира маленькая, но мне нравится и находится она в одном из безопасных районов Сиэтла.

— Приятная квартирка.

Правда, заметно, что еще не обжита.

— Ее купили для Кейт родители.

Имон Кавана купил ее для своей любимой дочери. Интересно, живя здесь, Ана чувствовала себя обязанной Кейт? Иногда я вообще поражаюсь их дружбе. Они такие разные… Но несмотря на то, что Кейт была очень обеспеченной девочкой, она относилась к Ане очень хорошо, я видел это.

Помню, как она хотела меня выкинуть из квартиры в Портленде, в тот вечер, когда я впервые отшлепал Ану… бесстрашная Кавана… Я рад, что она есть у Аны. Моей девочке нужна защита. Все было бы хорошо, если бы эта особа не совала свой любопытный нос в наши с Аной отношения. Она очень навязчива, а я не люблю таких людей. Как Элиот с ней справляется? Кстати, когда Элиот помогал им с переездом, то сказал, что я много не потерял, пропустив это событие, потому что у Аны, было очень мало вещей, по сравнению с Кейт. Эта новость меня расстроила, и я намерен в ближайшее время это исправить. У моей девочки должно быть много вещей и все самое лучшее.

— Э-э… хочешь чего-нибудь выпить? — неуверенно спросила Ана.

— Нет, спасибо, Анастейша.

Я хочу кое-что другое.

— Чем ты хочешь заняться, Анастейша?

Кажется, целая вечность прошла с тех пор, как мы оказались вдвоем. Просто находясь с ней в одной комнате, я чувствую, что мой член готов и ждет. Медленно начал к ней приближаться.

— Я-то знаю, чего хочу.

Она попятилась от меня, пока не уперлась в кухонный островок. Я мог бы взять ее прямо сейчас… Я так скучал по ней… Как же я ее хочу… Я хочу забыться в ней, уверен, что она хочет того же…

Соберись, Грей. Ты должен разговорить ее, не отступай от своей игры. Я хочу от нее услышать, что она хочет и как.

— Все-таки я сердита на тебя, — не отступает она, но я вижу, что уже остывает.

Моя пантера, хотел бы я укротить эту дикую кошку в ее спальне.

— Знаю.

Я улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой, чтобы она это приняла как извинение. Мне жаль, что Ана так сильно из-за этого расстроилась, но я не жалею, что купил СИП.

— Хочешь есть? — спросила она.

Я медленно кивнул, оценивая ее реакцию.

— Да. Тебя, — сказал, так, что я не узнал собственный голос. Наверно, это уже не я говорил, а мой член. Я смотрел в ее глаза и утопал в них. Она смотрела на меня, и ее дыхание участилось. Я еле себя сдерживал, чтобы не накинуться на нее.

— Ты ела сегодня что-нибудь? — я должен это выяснить сейчас, а не после того, как она на мне отключится.

— Сэндвич во время ланча.

Один сэндвич? О нет, так не пойдет.

— Надо есть.

— Я, честное слово, не хочу сейчас… есть.

— Чего же вы хотите, мисс Стил? — спросил я, зная ответ заранее.

— Вероятно, вы догадываетесь, мистер Грей.

Догадываюсь… Я наклонился к ней, предельно близко, не прикасаясь.

— Хочешь, чтобы я поцеловал тебя, Анастейша? — прошептал ей на ухо.

— Да, — на выдохе сказала она. Черт. Моя эрекция моментально достигла своего пика и дернулась в ответ.

— Куда?

— Везде.

— Говори конкретнее. Я уже сказал, что не дотронусь до тебя, пока ты не попросишь об этом и не скажешь, что я должен делать.

Я дразнил ее, потому что хотел, чтобы она говорила со мной. Для меня это огромное испытание. Я привык управлять, а теперь я обязан сдерживать свои диктаторские замашки и прислушаться к ее желаниям. Мне необходимо о них знать, для того, чтобы ее удержать.

— Пожалуйста, — прошептала она.

— Пожалуйста — что?

— Трогай меня.

— Где, малышка?

Все шло хорошо, пока она не протянула руку, чтобы ко мне прикоснуться.

— Нет, нет!

Я мгновенно почувствовал, как тьма ослепила меня, схватила за горло и начала душить. Я инстинктивно отшатнулся от Аны.

— Что? — Ана выглядела озадаченной.

— Нет.

Я не могу позволить ей прикоснуться ко мне. Это выше моих сил. Я вчера говорил с ней об этом. Она что забыла?

Она шагнула ко мне, и теперь я не знал, что она собирается сделать. Я отступил и поднял руки. Улыбка все еще была приклеена к моему лицу. Надеюсь, этого хватит, чтобы она поняла, на что я намекал.

— Иногда ведь ты не против. Может, я найду маркер, и мы отметим те места, которые не надо трогать?

Это неплохая идея.

— Идея интересная. Где твоя спальня?

Она кивнула в сторону комнаты.

— Ты приняла таблетку? — У меня есть паршивое подозрение, что она про них забыла.

— Нет, — призналась она.

Я был прав.

Дерьмо. После того ада, через который нам пришлось пройти, она добила меня тем, что перестала принимать чертовы таблетки. С другой стороны, меня радовало, что она не планировала вступать в новые сексуальные отношения. Придется вернуться к резинкам. Хорошо, что я прихватил парочку с собой. А сейчас, нам нужно успокоиться, и поесть.

— Ясно… Ладно, давай что-нибудь поедим.

— Я думала, что мы ляжем в постель! Я хочу!

— Знаю, малышка, — я подошел к ней и прижал к себе всем телом, давая почувствовать свою эрекцию. — Тебе надо поесть, да и мне тоже, не хочу, чтобы ты позже отключилась на мне. К тому же предвкушение — ключ к соблазнению, и сейчас я наслаждаюсь отложенным удовлетворением.

— Я уже соблазнилась и хочу получить удовлетворение немедленно. Ну, пожалуйста.

Господи, она сейчас воплощение Евы. Такая соблазнительная. Слишком сложно ей сопротивляться, но я не могу себе этого позволить, пока не увижу, что она поела. Она такая худенькая, совсем не заботится о себе. Я улыбнулся ей.

— Ты должна поесть. Ты слишком худенькая.

— Я уже и так злюсь на тебя за приобретение издательства, а теперь к этому добавляется то, что ты заставляешь меня ждать, — она так сексуально надула губы.

— Маленькая, злая мадам, ты подобреешь, когда хорошенько поешь.

— Я знаю, после чего я подобрею.

— Анастейша Стил, я шокирован. — Вот это новость. Мой план работал на всю катушку!

— Перестань меня дразнить. Это нечестно, — жалобно произнесла она, но я был непоколебим.

Я сейчас собой так горжусь, как ребенок, ей-богу.

— Я могу что-нибудь приготовить — только для начала, нам придется купить продукты.

— Купить продукты?

— Да, что-нибудь.

— У тебя тут вообще нет ничего? — я в ужасе.

У нее вообще нет еды!!! Чувствую, как меня накрывает ярость. Почему она так пренебрежительно к себе относится? Неудивительно, что ее узкие джинсы на ней повисли, раньше они были в обтяжку. Я нужен ей, чтобы позаботиться.

— Тогда пошли в супермаркет. — Я резко развернулся, пошел к двери и распахнул перед ней.



Глава 6. Кулинарные способности

— Когда ты в последний раз был в супермаркете?

Поход в супермаркет — еще один мой новый опыт. Я никогда не ходил в магазин за продуктами и не готовил, за меня это делают наемные работники. В Эскале, это входит в обязанности миссис Джонс, а в Нью-Йорке и Аспене — домработниц.

— Не помню.

Я взял металлическую корзинку и пошел за Аной. Она хорошо здесь ориентировалась и быстро выбирала то, что ей нужно. Моя еда уже в готовом виде появлялась передо мной, поэтому я понятия не имел, что нужно купить для того, чтобы приготовить что-то нормальное.

— Продукты покупает миссис Джонс?

— Кажется, ей помогает Тейлор. Но я точно не помню, — ответил я.

— Тебе нравятся блюда, которые жарят с перемешиванием? Их быстро готовить.

— Жарение с перемешиванием? Соблазнительная штука.

Не могу дождаться, когда получу ее обнаженное тело. Но сначала, она должна подкрепиться.

Я осмотрелся по сторонам. Здесь было очень много людей. Шумные дети бегали по проходам. Навстречу мне шла жирная женщина и смачно жевала жевательную резинку. Она одета в дешевые спортивные штаны, видимо для того, чтобы спрятать весь этот кошмар. Она шла и смотрела прямо на меня. Ана потянула меня за руку, чтобы отвлечь, прежде чем я что-нибудь ей скажу. Я рад, что позволил ей себя увести. Господи, как хорошо, что я не посещаю такие места. Что со мной будет, если в следующий раз она затащит меня прокатиться на автобусе?

— Они давно у тебя служат?

Зачем ей эта информация?

— Тейлор — четыре года, вроде бы. Миссис Джонс — тоже около того. Почему у тебя дома шаром покати? — меня это больше всего сейчас волновало.

— Ты знаешь почему, — смущенно пробормотала она.

— Это ведь ты ушла от меня, — напомнил я.

Если бы ты от меня не ушла, у меня бы не было самой дерьмовой недели в жизни.

— Знаю, — неохотно ответила она.

Мы подошли к кассе и молча стояли в очереди. В следующий раз, мы пойдем либо ко мне, либо в ресторан. Не хочу больше посещать такие места, без острой необходимости.

— Что мы будем пить? У тебя найдется что-нибудь?

Скорее всего, у них есть пиво. Но я надеюсь, что нет, или хотя бы она не пила все эти дни, пока у нее в холодильнике мышь готовилась к суициду. Я сегодня не за рулем, так что могу расслабиться и позволить себе насладиться бокалом вина, а может парой бокалов, я еще не решил.

— Пиво… вроде… — Как я и думал.

— Я куплю вина.

Я пошел в винный отдел, но ничего там не нашел, кроме дешевого, мерзкого пойла. Может быть, мы все-таки пойдем ко мне?

— Здесь рядом есть винный магазин, — быстро сказала Ана, когда увидела, что я иду, насупившись, с пустыми руками.

— Пойду, посмотрю, что там удастся мне найти.

Я нашел бутылку «Пино Гриджо», на мой взгляд, это достойное вино из того, что у них было в ассортименте.

Я вышел из винного магазина, забрал у Аны пакеты с продуктами и мы направились обратно в квартиру. По дороге она рассказывала о том, как прошла ее неделя. Рад, что она не вспомнила о покупке СИП.

— Ты выглядишь совсем… одомашненным.

Похоже, что ее это очень забавляло. На самом деле, я всегда был занят другими делами. У меня была цель — заработать много денег, поэтому у меня всегда были люди, которым я поручал выполнять домашние дела. Но с ней мне, определенно, нравилось быть одомашненным.

— До сих пор никто не обвинял меня в этом, — я поставил пакеты на кухонный островок.

Пока она выкладывала продукты, я достал бутылку вина и огляделся в поисках штопора.

— Я здесь недавно и не все знаю. Возможно, штопор лежит вон в том ящике.

Я очень рад тому, что она не топила свое горе в вине последнюю неделю. Ана задумалась, а потом покраснела… интересно, о чем она подумала?

— О чем задумалась? — Спросил я, снимая свой пиджак.

— О том, как мало я тебя знаю. — Сказала она задумчиво.

— Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо другой.

Это была правда. Я мало кому так раскрывался, и только она могла меня «читать». Я вообще не люблю о себе рассказывать, а она из меня вытянула достаточно информации, чтобы составить обо мне свое собственное мнение.

Я открыл бутылку вина с той же театральностью, на которую был способен тот официант в ресторане Портленда.

— Не думаю, что это так.

Я уверен, что сейчас она подумала об Элене. Но с ней мы говорили только о моих потребностях, не о чувствах.

— Так, именно так, Анастейша. Я очень замкнутый человек.

С моим образом жизни, я обязан быть таким. Даже моя семья не знала о некоторых вещах, которые я рассказал тебе.

Я наполнил бокалы белым вином и один протянул ей.

— За нас… — сказал я.

— За нас… — эхом отозвалась она и отпила глоток.

Я убрал бутылку в холодильник и наблюдал за тем, как Ана начала готовить. Очевидно, что она оказалась в своей стихии. Я вспомнил, она рассказывала, что несколько лет жила с отчимом. Наверно тогда она и стала самостоятельной. Слишком рано повзрослела. И должен признать, что она очень независимая штучка. А мне бы так хотелось, чтобы она нуждалась во мне…

— Тебе помочь? — она посмотрела на меня так, как будто я объявил, что Земля плоская.

— Нет, все нормально, посиди.

— Я с удовольствием помогу, — искренне заверил я. Флинн советовал делиться новыми ощущениями, я бы мог прямо сейчас начать.

Она еще раз посмотрела на меня в удивлении.

— Тогда нарежь овощи, — с сомнением сказала она и дала мне нож.

Черт… И как мне это сделать?

Должен признаться, что никогда этим не занимался. В юности мама пыталась меня научить, но еще тогда было всем понятно, что у меня руки не оттуда растут. А дальше миссис Джонс и мои сабы всегда готовили для меня .

— Я не умею готовить, — признался я, разглядывая разделочный нож, который она мне вручила.

— Тебе это и не нужно.

Она положила передо мной разделочную доску и пару стручков красного сладкого перца.

И что, черт возьми, я с этим должен делать?

— Ты никогда не нарезал овощи? — с недоверием спросила она.

Зачем держать собаку и лаять самому? Для этого у меня есть специально обученные люди, в обязанности которых входит делать за меня всю эту работу.

— Никогда.

Услышав мой ответ, Ана усмехнулась.

Она смеялась надо мной из-за того, что я не умел готовить? Знаешь ли, я был немного занят другими делами.

— Тебе смешно?

— Оказывается, есть что-то, что я могу делать, а ты нет. Согласись, Кристиан, это забавно. Вот, я покажу тебе, как надо резать.

Она прижалась ко мне плечом, а я резко отодвинулся, потому что мое сексуальное напряжение уже зашкаливало. Если она так будет делать, я перестану мыслить рационально.

— Вот так. — Она разрезала стручок пополам и тщательно очистила его от семян .

Выглядит очень легко.

— Хм, оказывается, все довольно просто.

— У тебя не должно возникнуть сложностей, — сказала она с сарказмом.

Мне что, пять лет? Почему она разговаривает со мной как с идиотом? Я докажу, что я смогу победить этот гребаный овощ.

Я резал перец соломкой, медленно, тщательно, пусть не так быстро, как Ана. Вот черт, еще эти семена, они здесь повсюду! Когда это делала она, всё выглядело намного проще. Пока я занимался перцем, Ана нарезала кубиками курицу. Потом ополоснула руки и достала сковородку, оливковое масло и прочие нужные ингредиенты. Попутно она прикасалась ко мне — то бедром, то рукой, то спиной. Как бы случайно. Легкими, казалось бы, невинными прикосновениями. И каждый раз я старался внешне не показывать свою реакцию. Она дразнила меня. Знала, как отчаянно я ее хочу и теперь, она со мной заигрывала.

— Я знаю, что ты делаешь, Анастейша, — мрачно пробормотал я, пытаясь сосредоточиться на перце.

— Кажется, это называется приготовлением ужина, — ответила она, невинно хлопая ресницами.

Взяла другой нож и встала возле меня — почистила и порезала чеснок, лук-шалот и зеленую фасоль. И опять, как бы невзначай, задела меня.

Она сводит меня с ума.

— Ловко ты орудуешь, — пробормотал я, принимаясь за второй стручок.

— Нарезаю? — Игривый взмах ресниц. — У меня многолетняя практика.

Она опять потерлась об меня, на этот раз своей великолепной, сексуальной задницей. Я почти на пределе.

— Анастейша, если ты проделаешь этот трюк еще раз, я овладею тобой прямо здесь, на полу кухни.

Я и так себя еле сдерживал, а она еще сильней дразнила меня. У меня сейчас штаны разорвутся от возбуждения.

— Сначала ты должен попросить меня об этом.

Черт, ее глаза были полны желания…

— Это вызов мне?

— Возможно.

Я положил нож на доску и медленно повернулся к ней. Ее глаза горели. Протянул руку и выключил газ. Масло в сковороде сразу затихло. Я не мог больше ждать.

— Пожалуй, мы поедим позже. Положи курятину в холодильник.

Она взяла миску с нарезанной курятиной, кое-как накрыла тарелкой и убрала в холодильник. Я уже стоял рядом.

— Так ты будешь просить меня?

— Нет, Анастейша, не буду.

В одно мгновенье атмосфера между нами поменялась, я почувствовал, как в воздухе начало потрескивать электричество. Я схватил ее за бедра и прижал к себе. Ее руки потянулись к моим волосам, а мои губы жадно нашли ее. Я толкнул ее к холодильнику, и услышал протестующее дребезжание бутылок и банок, а мой язык уже властно ласкал ее. Она простонала прямо в мой рот. Я взял ее за волосы, откинул назад ее голову, и яростно поцеловал. Я хочу полностью завладеть ее ртом. Наш поцелуй отчаянный и необузданный, полный желания и тоски.

Это было так давно, слишком давно. Она нужна мне. Я нужен ей. Мы больше не можем сопротивляться. Я безумно хочу ее.

— Чего ты хочешь, Анастейша?

Я заставил себя оторваться от нее, чтобы задать ей этот вопрос. Я должен довести свой план до конца.

— Тебя, — прошептала она.

— Где?

— В постели.

Я подхватил ее на руки и понес в спальню, быстро и легко. Там поставил ее возле кровати и включил прикроватную лампу. Быстро окинул взглядом комнату и торопливо задернул бледно-кремовые шторы. Мельком посмотрел в окно — это была именно та комната, за которой я наблюдал во время своего тайного караула.

— Что теперь? — В нетерпении спросил я.

— Займись со мной любовью.

Я уже задыхаюсь от страсти.

— Как? Ты должна мне сказать, малышка.

— Раздень меня.

Хорошее начало. Я улыбнулся, запустил загнутый крючком указательный палец в вырез на ее блузке и потянул ее к себе.

— Хорошая девочка, — пробормотал я и, глядя в ее горящие, полные желания, глаза, принялся медленно расстегивать ее блузку. Чтобы не упасть, она нерешительно схватилась за мои руки. Ана вопросительно посмотрела на меня. Я не возражал. Мои руки — безопасная зона, так что никаких проблем на этот раз. Наблюдая за моей реакцией, она расслабилась. Она поняла меня, это хорошо. Поразительно, мы понимаем друг друга без слов. Это со мной впервые. Закончив возиться с пуговицами, я стянул блузку с ее плеч, она отпустила мои руки, и блузка упала на пол.

О, Боже… Как она красива… Я не устану смотреть на ее идеальную грудь. Я взялся за пояс ее джинсов, расстегнул пуговицу и потянул вниз молнию.

— Скажи мне, Анастейша, чего ты хочешь. — Ее глаза затуманены страстью, из губ вырвалось учащенное дыхание.

— Поцелуй меня отсюда досюда, — прошептала она и провела пальцем от уха до ямки на горле.

Я откинул ее волосы на одну сторону, наклонился и оставил сладкие и нежные поцелуи вдоль проведенной ею дорожки. Ее опьяняющий аромат сводил меня с ума. Мягкая, нежная, теплая. Господи, какая же она соблазнительная.

— Джинсы и трусики, — ее голос хриплый и возбуждающий.

Я улыбнулся и опустился перед ней на колени. Запустив в джинсы большие пальцы, я аккуратно стянул их вместе с трусиками. Она сбросила с ног плоские туфли, перешагнула через одежду и осталась в одном бюстгальтере.

— Что теперь, Анастейша?

Я все еще стоял на коленях.

— Поцелуй меня, — застенчиво прошептала она, и посмотрела на меня сверху вниз.

— Куда? — это магические слова для меня, детка.

— Ты знаешь.

Конечно, знаю, я хочу, чтобы ты сама мне это сказала. Ну же Ана, смелей!

— Куда? Я понятия не имею.

Она должна дать мне четкие инструкции. Импровизации сейчас с моей стороны не будет.

Смущаясь, она показала пальцем на сокровенное местечко. Ну, слава тебе, Господи, она сделала это. Ана закрыла глаза, смущаясь, и находясь, одновременно, в страшном возбуждении.

— С огромным удовольствием. — Я в восторге!

Я осторожно развел ее ноги шире, и медленно начал водить языком вокруг клитора. Я ласкал ее сладкое место, заставляя громко стонать. Она запустила пальцы в мои волосы. Я продолжал ее мучить, мой язык дразнил, гулял, доводя ее до безумия. Я почувствовал, как задрожали ее ноги, она уже была близка к разрядке.

Я хочу, чтобы она умоляла меня трахнуть ее.

— Кристиан… пожалуйста! — простонала она. Ана хочет меня, так же сильно как я.

— Что «пожалуйста», Анастейша?

— Займись со мной любовью.

— Я и занимаюсь, — ты должна говорить конкретней, детка. Я нежно подул на клитор.

— Нет, я хочу, чтобы ты вошел в меня.

— Точно?

— Пожалуйста.

Я не прекратил свою сладкую, изысканную пытку. Она издавала громкие стоны, снова и снова. Умоляй меня, детка.

— Кристиан… пожалуйста!

Я встал и посмотрел на нее сверху вниз.

— Ну? — Посмотри на меня.

— Что «ну»? — Она тяжело дышала и смотрела на меня с яростной мольбой.

— Я все еще одет.

Ана вопросительно посмотрела на меня и потянулась рукой к моей рубашке. Я отступил назад, давая понять, что не хочу, чтобы она ко мне прикасалась. Мне нужно, чтобы она расстегнула и сняла с меня джинсы. Ана поняла мой намек и опустилась передо мной на колени. Быстрым движением она расстегнула пуговицу на джинсах и дернула их вниз вместе с боксерами. Я вышел из них и снял носки. Мой член был готов к действию. Она посмотрела на меня сквозь ресницы и взяла мой член, плотно сжимая рукой. Затем толкнула руку назад, поглаживая его по всей длине так, как я показывал ей тогда в ванной. Она выглядела чертовски сексуально. Я застонал от переизбытка эмоций и удовольствия. Мое дыхание со свистом вырвалось через стиснутые зубы.

Чуть поколебавшись, она взяла мой член в рот и медленно его облизала, крутя языком вокруг чувствительной головки. Затем она начала жестко сосать и это… почти болезненно.

— Ахх… Ана… ой, мягче.

Я нежно держал ее за затылок, а она еще глубже заглатывала мой член в свой мягкий, теплый рот.

О, Боже, это фантастическое ощущение.

Она плотнее сжала губы и сосала изо всех сил, подталкивая меня ближе к пику наслаждения. Этого не было в моих планах.

— Хватит Ана. — прошипел я. — Черт.

Я не смогу долго сопротивляться, а она, как будто специально, продолжала это делать снова и снова, мастерски используя язык.

Она что, посещала секретные курсы по обучению навыкам фелляции? Откуда она знает, что, если ударит по головке моего члена кончиком языка, я получу невероятное наслаждение? Это просто удивительно.

Потом она наклонила голову назад, и взяла его еще глубже. Я почувствовал, что мой член попал в ее горло. Ну, ни хрена себе! Это продвинутая техника в оральных ласках. Она какой-то естественный гений в минете!

Ох, черт.

— Ана, хватит. Больше не надо. Я не хочу кончать тебе в рот.

Но она не остановилась, продолжая жестко сосать, снова кружила языком вокруг головки. Она выглядела потрясающе.

Я понял. Она мне мстит. Зуб за зуб, мисс Стил?

Теперь она хочет, чтобы ты умолял, Грей.

Ты создал монстра. Сексуального маленького монстра. И она вся твоя. Не могу больше играть в эту игру. Я безумно ее хочу. Я хочу забыться в ней.

— Ана, ты увлеклась, — прорычал я сквозь зубы. — Так ты всего меня проглотишь.

Я наклонился, схватил ее за плечи и швырнул на постель. Стащил через голову рубашку, протянул руку к своим джинсам и достал из кармана презерватив. Мое дыхание сбилось. Я просто задыхался от желания.

— Сними лифчик.

Она села и выполнила мой приказ.

— Ляг. Я хочу посмотреть на тебя.

Когда мы расстались, я думал, что больше никогда не увижу ее идеальное тело. Для меня это очень сладкий момент. Ана лежала и смотрела, как я медленно надеваю презерватив, а я смотрел на нее, облизывая губы.

— Красиво смотришься, Анастейша Стил.

Я наклонился над кроватью и поцеловал ее, потом спустился ниже и поочередно целовал ее груди, втягивая сосок. Я поклонялся каждому сантиметру ее тела. Сколько в ней страсти, она такая горячая, она извивалась подо мной, но я не остановился. Я смаковал этот момент, целуя ее возбужденные соски, посасывая, покусывая.

— Кристиан, пожалуйста!

— Что «пожалуйста»? — Спросил я, уткнувшись в ее роскошную грудь.

— Я хочу, чтобы ты был внутри меня.

— Прямо сейчас?

— Да-да, пожалуйста.

Глядя в ее прекрасные глаза, я раздвинул ее ноги коленями и вошел в нее в восхитительно медленном темпе.

Ч.Е.Р.Т.

Я здесь… я дома… Она вся такая горячая и влажная, только для меня…

Закрыв глаза, издавая громкие стоны, она наслаждалась полным, изысканным ощущением моего обладания, инстинктивно приподнимаясь мне навстречу. Я выходил из нее и медленно наполнял снова. Она погрузила пальцы в мои волосы. Я медленно двигался, получая невероятное блаженство. Она, как чертов рай на земле. Господи, как я скучал по этому. Ни одна женщина не дарила мне такие ощущения .

— Быстрее, Кристиан, быстрее… пожалуйста.

Да! Она сказала мне, что хочет. Это хорошо, очень хорошо. Я счастлив, как ребенок! Я дам ей все, что она попросит. Я поцеловал ее еще глубже, когда начал двигаться быстрее и сильнее, теряя себя в этой женщине, толкая нас обоих к наивысшей точке блаженства. Ни один из нас не мог ждать, мы оба близки, очень близки сейчас, и я почувствовал, что ее ноги напряглись.

— Давай, детка, отдайся мне.

Она вскрикнула, пульсируя вокруг меня, втягивая меня еще глубже в себя, забирая меня с собой. Ее имя сорвалось с моих губ, когда я взорвался глубоко внутри нее.

— Ана! Ох, Ана!

Мое тело расслабилось. Я вдавил ее в матрас, приникая губами к ее шее, и вдыхая сладкий аромат. Я не мог отдышаться. Нам чертовски хорошо вместе. Мы идеально друг другу подходим. Боже, она так нужна мне.



Глава 7. «Бен и Джерри и Ана»

Я лег рядом с Аной, пытаясь отдышаться. Это был потрясающий ванильный секс. Теперь я уверен, что смогу это делать для нее. Я нежно поцеловал ее.

— Я скучал по этому!

— Я тоже, — прошептала она.

Я взял ее за подбородок и поцеловал — страстно, глубоко, чтобы она поняла, что теперь, я никогда ее не отпущу.

Ни-ког-да.

— Не бросай меня снова, — я умоляюще посмотрел в ее удивительные голубые глаза, пытаясь проникнуть в ее душу, как она проникала в мою.

— Хорошо, — прошептала она, и затем одарила меня одной из своих чудесных улыбок.

Она поражала меня своей чистой, красотой и искренностью. Она понимала меня и чувствовала то, что чувствовал я. Она больше никуда от меня не денется. Я улыбнулся ей, испытывая облегчение и радость. Может, стоило опуститься на самое дно, чтобы испытать душевный подъем, который захлестывал меня прямо сейчас. В мою жизнь снова начал проникать свет. Я вернул ее себе. Теперь никто не заберет ее у меня.

Мы лежали в постели. Ана поблагодарила меня за «айпад», а я мысленно поблагодарил ее за то, что она приняла его. Мне сложно привыкнуть к тому, что от меня не принимают подарки.

— Я очень рад, что он тебе нравится, Анастейша.

— Какая у тебя самая любимая песня в подборке?

— Ну, это мой секрет, — хотел сказать «Токсик», чтобы снова увидеть ее потрясение, как тогда в Саванне. Вспомнив ее выражение лица, я не сдержал усмешки. — Пойдем, девочка! Приготовь мне пожрать. Я умираю от голода.

Спрыгнул с кровати и потащил ее за собой.

— Девочка?

— Девочка. Еды мне, скорее, пожалуйста.

— Ну, раз вы так просите, сэр, я немедленно примусь за приготовление.

Вставая с кровати, она задела подушку, а из-под нее появился спущенный воздушный шарик с надписью «Чарли Танго». Это тот самый шар, который Андреа прислала вместе с бутылкой вина «Боланже» по моему поручению на их новоселье? Что он здесь делает? Я взял его в руки и вопросительно посмотрел на нее.

— Это мой шарик, — заявила она, надевая халат.

— В твоей постели? — я не мог скрыть своего удивления.

— Да. — Она покраснела. — Он составлял мне компанию.

— Счастливый «Чарли Танго».

Моя маленькая сентиментальная девочка. В этом я от нее недалеко ушел, планер до сих пор украшает мой рабочий стол. Почему мы так похожи?

— Это мой шарик, — повторила она, развернулась и ушла на кухню.

***

Прежде чем Анастейша свалилась в мой кабинет и мою жизнь, я тщательно планировал свои сцены с сабами. Я привык к такому образу жизни и расслаблялся, играя с ними, в своей игровой комнате, каждые выходные. Я всегда учитывал предпочтения сабы в соответствии с ее пределами допустимого, но всё что мы делали, было только для моего удовольствия. С тех пор, как в моей жизни появилась Ана, всё перевернулось с ног на голову. Я больше не хотел делать все для собственного удовлетворения, мне нравилось, что мы оба наслаждались нашими сексуальными отношениями. Мы могли взаимно радовать друг друга. Она призналась мне, что ей нравится секс с эксцентрикой, а это значит, что для меня не все потеряно. Думаю, что в будущем, мы могли бы разнообразить наши отношения, для этого у меня достаточно фантазии. Я бы назвал это эксцентричная ваниль. Фактически, я никогда этого не делал с кем-то другим. Очередной первый раз. Интересно, как далеко мы с ней сможем зайти? Знаю одно: мне нужно быть очень осторожным и прислушиваться к ее желаниям. Не хочу снова ее потерять.

Мне нравится, что мы вместе прокладываем новый путь в наших отношениях. Она назвала это компромиссом. Что ж, меня это устраивает.

Я включил музыку на «айпаде». Заиграла Буэна Виста «Сошиал клаб». Мы сидели на персидском ковре, общались и ели палочками из белых фарфоровых мисок лапшу с курятиной, запивая охлажденным белым «Пино Гриджо». У нас обоих проснулся зверский аппетит, после нашего великолепного первого секса.

— Вкусно, — я не мог не похвалить ее за прекрасную стряпню.

— Обычно готовлю я. Кейт не любит с этим возиться.

— Тебя научила мать?

— Не совсем, — усмехнулась она, — когда я начала готовить, мать жила с супругом-номер-три в Техасе. А Рэй, если бы не я, питался бы тостами и фаст-фудом.

— Почему ты не осталась в Техасе с матерью? — это очень странно.

— Ее муж Стив и я… мы не ладили. И я скучала без Рэя. Мама недолго прожила со Стивом. Вероятно, опомнилась. Она не любит говорить о нем.

Что значит не ладили? Какая-то темная история… Нужно будет позже озадачить Уэлча. Хочу посмотреть, что собой представлял этот супруг-номер-три…

— Так что, ты осталась в Вашингтоне у отчима?

— Я очень недолго жила в Техасе. Потом вернулась к Рэю.

— Похоже, ты заботилась о нем.

Поразительно. Она заботится обо всех, кроме себя.

— Наверное, — ответила она, пожимая плечами.

— Ты привыкла заботиться о других.

Если она привыкла заботиться о других, то никогда не позволит мне заботиться о ней. А я так этого хочу…

— В чем дело? Тебя что-то не устраивает?

— Я хочу заботиться о тебе.

— Я уже заметила. Только ты делаешь это странным образом.

Странным образом? И что, черт побери, это значит? Если она имеет в виду, то, что я ее контролирую, то я по-другому не умею.

— Это единственный способ, которым я владею.

— Я все-таки злюсь на тебя за покупку СИП.

— Знаю, малышка, но твоя злость меня не остановит.

— Что я скажу моим коллегам, Джеку?

Какого черта ее волнует, что скажет этот хвостатый? Ему работать осталось всего ничего. Я найду способ, чтобы уволить его задницу, как можно скорее.

— Этот хрен еще у меня дождется.

— Кристиан! Он мой босс.

Он ублюдок, который мечтает затащить тебя в постель. Пусть для него это будет сюрпризом.

— Не говори им.

— Чего не говорить?

— Что я их купил. Соглашение о намерениях было подписано вчера. О сделке будет объявлено через четыре недели, когда руководство СИП выполнит кое-какие условия и внесет изменения в издательскую политику.

— О-о… я могу оказаться без работы? — ее лицо показалось мне встревоженным.

Чего она так испугалась? Я из-за нее его купил!

— Искренне сомневаюсь в этом, — ответил я.

— Если я найду другую работу, ты купишь и ту компанию?

Так стоп, как это найдет другую работу? Иногда она меня пугает.

— Но ведь ты не собираешься уходить, верно?

— Возможно. Я не уверена, что ты позволишь мне выбирать.

Так вот в чем дело? Она проверяет мои границы?

— Да, я куплю и ту компанию, — твердо ответил я.

— Тебе не кажется, что ты переходишь все пределы разумного?

— Да. Я полностью отдаю себе отчет в том, как это выглядит.

— Спасибо доктору Флинну.

Причем тут Флинн? Только хотел задать этот вопрос, но она резко встала, собирая посуду. Правильное решение, я тоже не хочу продолжать эту тему. Еще войны мне не хватало.

— Десерт хочешь? — неожиданно спросила она.

— Конечно! Ты можешь мне что-то предложить? — я бы хотел тебя получить на десерт.

— Не меня. — она что, читает мои мысли? — У меня есть мороженое. Между прочим, ванильное, — усмехнулась она.

— В самом деле? Думаю, мы можем придумать что-нибудь интересное.

Если она разрешит мне остаться. Я хочу провести с ней ночь. В своей постели я скучал без нее. Люблю засыпать и просыпаться с ней рядом. А еще, она — мой ловец снов.

— Я могу остаться? — Спросил я.

Не хочу показаться самонадеянным, все-таки это правила этикета и хороших манер.

Ана в удивлении вскинула брови.

— Что ты имеешь в виду?

— У тебя, на ночь?

— По-моему, это предполагалось с самого начала.

— Хорошо. Где мороженое?

— В духовке. — С сарказмом ответила она.

Ну и дерзкая же ты! Тебе не помешало бы сейчас задать хорошей трепки. С удовольствием это сделал бы.

— Сарказм — низшая форма остроумия, мисс Стил. Я ведь могу и отшлепать тебя.

— Ты захватил с собой серебряные шарики? — неожиданно спросила она.

Я все понял и продолжил эту игру. С серьезным выражением лица похлопал себя по карманам и развел руками.

— Знаешь, как это ни смешно, но я не ношу с собой запасной комплект. В офисе он мне без надобности.

— Очень рада это слышать, мистер Грей. А еще, кажется, вы сказали, что сарказм — низшая форма остроумия.

— Анастейша, мой новый девиз таков: «Если ты не можешь одолеть кого-то, присоединись к нему».

Довольный собой, я открыл морозилку и достал мороженое «Бен и Джерри».

— Это нам подойдет… «Бен и Джерри и Ана». — Каждое слово я выговорил медленно и отчетливо.

Ее рот раскрылся от удивления, когда она поняла, что я предлагаю. Думаю, мое предложение ее шокировало. Я в предвкушении. По ее реакции я понял, что моя идея ей понравилась. Это будет весело. Я начинаю понимать, что при наличии фантазии, наши ванильные отношения скучными не будут. А у меня хорошее воображение.

— По-моему, тебе слишком жарко, — прошептал я. — ты перегрелась. Я буду охлаждать тебя. Пойдем.

Я взял ее за руку, привел в спальню и поставил мороженое на прикроватный столик. Приготовил постель. Думаю, у нее есть запасная простынь. Я взял в руки «Чарли Танго».

— Не испачкай мой шарик! — грозно предупредила она.

Я улыбнулся. Мне приятно, что она сохранила спущенный шарик «Чарли Танго», просто потому, что он напоминал обо мне.

— И не собираюсь, малышка. Я испачкаю тебя и эти простыни. Я привяжу тебя, согласна?

Она задумчиво взглянула на меня.

— Только руки. К кровати. Мне так нужно, — уточнил я.

Она должна доверять мне. Это для меня имеет решающее значение после всего, что было.

— Ладно, — прошептала она, и ее глаза широко открылись в предвкушении.

— Мы возьмем вот это. — Глядя ей в глаза, я взялся за пояс ее халата и очень медленно, дразня, начал его развязывать и аккуратно вытаскивать из петель. Я снял халат с ее плеч. Теперь она стояла передо мной обнаженная. Я погладил ее лицо и нежно поцеловал, хочу, чтобы она расслабилась. Я приказал ей лечь на спину и она послушно выполнила. Хорошая девочка.

— Я могу смотреть на тебя весь день, Анастейша, — прошептал я, разглядывая ее в приглушенном свете.

Я не устану повторять, что она очень красивая девушка. Мне кажется, что она этого не осознает. Она должна гордиться своим шикарным телом, вместо того, чтобы его стесняться, хотя она очень мило выглядит, когда стесняется.

— Руки над головой, — приказал я.

Я обвязал концами пояса ее левое и правое запястья, и продел его через металлические прутья в изголовье кровати. Убедился, что она хорошо привязана. Теперь она не сможет случайно распутаться, когда начнет подо мной извиваться. Как же я люблю, когда она такая беззащитная, а еще она не сможет ко мне прикоснуться. Теперь она под моим контролем. Я взял ее за лодыжки и резко потянул на себя. Ее руки выпрямились так, что теперь она не может ими двигать. Идеально.

Я быстро разделся, взял мороженое, вернулся на кровать и сел на нее верхом. Она нервно на меня посмотрела, не понимая, что я собрался с ней делать. Я медленно снял крышку из фольги и воткнул ложку в ванильную массу.

— Хм-м… оно еще твердовато.

Зачерпнул мороженое и отправил себе в рот.

— Поразительно, каким вкусным бывает простое ванильное мороженое. Хочешь попробовать?

Она застенчиво кивнула.

Я набрал в ложку еще мороженого и протянул ей. Она открыла рот, а я быстро развернул ложку и сам проглотил мороженое, хочу немного ее подразнить.

— Слишком вкусно, чтобы делиться.

— Эй! — Воскликнула она. Такая забавная, когда возмущается.

— Как, мисс Стил, вы любите ванильное мороженое?

— Да, — решительно сказала она и попыталась вырваться из плена. Безуспешно.

— Ах, мы сердимся! Я бы на твоем месте поостерегся.

Ее сопротивление меня еще больше заводило. Поиграем, детка?

— Хочу мороженого! — умоляла она.

Мне нравится ее попрошайничество.

— Ладно уж, мисс Стил, ведь вы так порадовали меня сегодня.

Я поднес к ней ложечку с мороженым, а потом еще.

— Ах, вот как можно заставить тебя есть — путем принудительного кормления. Надо иметь это в виду.

С удовольствием связывал бы ее три раза в день и кормил. Тогда я точно был бы уверен в том, что она правильно питается, после чего, обязательно занимался бы с ней сексом, потому что против нее связанной, я точно не смог бы устоять. Она отказалась от очередной ложки. Тогда, я дал ему растаять и капнул ей на горло и ключицу. Потом медленно слизал с нее мороженое.

— Хм-м. мисс Стил, оказывается, так мороженое еще вкуснее.

Как я и ожидал, Ана начала извиваться, пытаясь освободить руки, но это бесполезно. Она не сбежит, я в этом специально убедился. Я не против небольшого сопротивления. Ощущение власти над ней — возбуждает. Сопротивление бесполезно. Я взял другую ложку, и на этот раз я тонкой струйкой налил на ее грудь и выложил небольшой кусочек с задней части ложки. Холод заставил ее соски вмиг затвердеть. Медленно наклонился и слизал лакомство с груди, посасывая ее соски.

М-м-м, сладкая девочка. Это так эротично. Жарко и холодно, одновременно.

Мороженое растаяло и стекало с нее струйками на простыню. Мои губы продолжали медленную пытку: то с силой всасывал, то нежно ласкал ее кожу.

— Пожалуйста… — она учащенно дышала.

— Поделиться с тобой?

Она не успела ответить, я поцеловал ее, сливаясь с ее языком, делился мороженым. Я сел и вылил подтаявшее мороженое узкой полоской от груди к животу, и на ее пупок положил большой комок.

— Ну вот, лежи спокойно, иначе все мороженое окажется на постели, — предупредил я, зная, что для нее это будет невозможно.

Я целовал обе груди, сильно сосал соски, затем слизал полоску мороженого на теле. Она простонала. Из-за сильного возбуждения, ее бедра начали двигаться. Я переместился ниже, съел мороженое с ее живота и ввинтил кончик языка в пупок. Моя вкусная, сладкая девочка. Я спустился ниже и налил мороженое на лобок и клитор. От новых ощущений, Ана громко вскрикнула.

— Тише, тише, — прошептал я.

Я слизал мороженое с клитора, ритмично кружа вокруг и всасывая. Я скользнул одним пальцем внутрь, и начал поглаживать ее второе сладкое местечко — точку G, которая находилась на передней стенке влагалища. Я неумолимо лизал, всасывал, поглаживал, зная, что вся эта стимуляция приведет ее к сногсшибательному оргазму. И я в этом быстро преуспел. Она стонала и выгибала свое тело, утопая в умопомрачительном оргазме. Я надел презерватив и вошел в нее быстро и жестко, чтобы мы вдвоем успели насладиться ее удовольствием.

— О да, детка! — простонал я, вторгаясь в нее.

Мы липкие и скользкие — остатки мороженого размазались между нами. Это странное ощущение меня отвлекало. Я вышел из нее и перевернул на живот.

— Вот так, — пробормотал я, и снова резко вошел в нее.

Я хочу трахать ее во всех возможных позах. Развязал ее руки и притянул к себе, так, что она практически сидела на мне. Ее спина уперлась в мою грудь, но тьма спала, такое прикосновение для меня приемлемо. Я обхватил ладонями ее грудь и сжал соски. Я входил в нее всё глубже и глубже, медленно наполняя. Она со стоном откинула голову на мое плечо. Я ласкал ее шею, покусывал, одновременно двигая бедрами, медленно, снова и снова. Она стонала от удовольствия. Нам так хорошо вместе. Мое тело настроено на нее и отзывалось на ее стоны на каком-то глубоком уровне. Это удивительно. Это совершенно новые для меня ощущения. Она потрясающая и вся моя.

— Знаешь ли ты, как много ты для меня значишь? — прошептал ей на ухо.

Понимает ли она, что теперь она — весь мой мир.

— Нет, — задыхаясь, ответила она.

Она понятия не имеет, как важна для меня? Я держал ее за челюсть и горло плотно, чтобы подчеркнуть мои слова.

— Знаешь, знаешь. Я никуда тебя не отпущу.

Ты принадлежишь мне. Ты моя навсегда.

Она начала сжимать мой член своими интимными мышцами в тугое кольцо. От этого ощущения сорвались все шестеренки в моей голове. Трахать ее в такой позе — умопомрачительно, я не мог больше сдерживаться. Я набрал темп, чтобы войти в нее сильнее и быстрее. Какая же она такая горячая.

— Ты моя, Анастейша.

— Да, твоя, — она простонала, наклонив голову назад.

— Я забочусь обо всем, что принадлежит мне, — сказал я, прикусывая ее ухо.

Ни один мужчина не узнает, как она хороша в постели. Я никому не позволю приблизиться к ней, потому что всегда защищаю то, что принадлежит мне.

Она кричала.

— Правильно, малышка, я хочу слышать твой голос.

Одной рукой я обхватил ее талию, другой держал бедро и врывался в нее еще жестче, вынуждая ее закричать еще раз. Ее дыхание сделалось хриплым, неровным, под стать моему. Она в ловушке, беспомощная в моих руках. Ей ничего не оставалось, кроме того, чтобы взять всё, что я ей давал.

— Давай малышка, — прорычал я сквозь стиснутые зубы. Она снова закричала, а я освободился глубоко внутри нее, чувствуя, как ее оргазм затягивал, пульсируя вокруг меня. Мы вместе погрузились в блаженную агонию.

Она лежала в моих объятьях на липких простынях. Я прижался грудью и животом к ее спине, уткнувшись носом в ее волосы.

— Я боюсь моей любви к тебе, — прошептала она. Ее слова застали меня врасплох.

Она озвучила то, что чувствовал я. Для меня — это неожиданное открытие и настоящее откровение. Она испытывала то же, что и я. Мы оба чувствовали себя уязвимыми.

— Я тоже, детка, — прошептал я в ответ.

Приятно осознавать, что я не один такой, но в тоже время я не верил, что так бывает. Это очень необычно.

— Вдруг ты меня бросишь?

Она эхом повторила мои мысли и страхи. Это выглядело так, как будто у нас в руках по одинаковой книге, открытых на одной и той же странице.

Разве ты не понимаешь, девочка моя — это никогда не произойдет!

— Я никуда не денусь, Анастейша. По-моему, я даже не смогу никогда насытиться тобой. — Улыбаясь, я заправил прядь волос ей за ухо.

— Мне никогда еще не было так плохо, после того, как ты ушла, Анастейша. Я сделаю все что угодно, горы сдвину, лишь бы не страдать так опять. Если ты снова от меня уйдешь, то я не смогу это пережить.

Она опять поцеловала меня и посмотрела с грустью в глазах. Мне захотелось вернуть наш веселый настрой, поэтому я решил сменить тему разговора.

— Ты пойдешь со мной завтра к моему отцу на торжественный летний прием? Это ежегодная благотворительная акция. Я уже обещал, что приду.

Миа никогда мне не простит, если я не приведу Ану. Она уже сделала план рассадки и нам сидеть с ней за одним столом, а еще, она приготовила специальные маскарадные маски для нас обоих. Ей нравится делать такие штуки. Должен признать, что моя младшая сестра очень хорошо разбирается в этих вопросах. Ана застенчиво мне улыбнулась.

— Конечно, пойду. — Сказала она, но затем, ее лицо помрачнело, как будто она вспомнила что-то неприятное.

— Что ты помрачнела?

Может быть, на самом деле, она не хочет со мной туда идти и не знает, как мне об этом сказать?

— Так, ничего.

— Скажи мне, — мне нужно знать.

— Мне нечего надеть.

И это все? Это легко исправить. У меня дома целый шкаф одежды, которой я купил для нее.

Черт, она, скорее всего, не примет их, но, если я буду вслух логически рассуждать, возможно, она передумает и примет эти вещи?

— Не обижайся и не сердись, но у меня дома остались все вещи, купленные для тебя. Я уверен, что там найдется парочка платьев.

Я очень надеюсь, что она примет их от меня. Это всего лишь красивые тряпки, в которых она будет выглядеть сногсшибательно. Лишь бы она смогла переступить через свою гордость, или что там за херня стоит у нее на пути, чтобы благосклонно принять от меня эту одежду.

Она недовольно надула губы.

— Посмотрим. Может у меня найдется что-то подходящее. Сегодня мне не хочется ссориться.

В этом я серьезно сомневаюсь, вспомнив те ужасные тряпки, в которые она была одета в нашу первую встречу.

— Сейчас я собираюсь принять душ. А тебе предлагаю послушать этот трек, он первый в плей-листе. Эта песня скажет тебе все за меня, — сказала она. Наклонилась, нежно поцеловала меня и погладила по щеке. Затем повернулась и ушла в ванную, прихватив с собой халат. Я лежал на кровати, слушал трек и улыбался. Песня называлась «Искупление». Кажется, что милая и невинная мисс Стил считает, что у меня доброе сердце и добрая душа.

Как мало она знает о тебе, Грей!



Глава 8. Ночной кошмар

Я проснулся от жуткого крика, и на этот раз дело было не во мне. Кричала Анастейша.

Господи, Ана!

Я осторожно начал ее трясти, пытаясь разбудить. Она проснулась и постепенно начала приходить в себя. Она вспотела, и ее всю трясло от страха. Представляю, как она хреново себя чувствует, по себе знаю.

— Детка, ты в порядке? Тебе приснился плохой сон.

Что ей приснилось, чтобы довести до такого состояния? Видимо не я один мучаюсь от ночных кошмаров. Я включил прикроватную лампу и внимательно всмотрелся в ее лицо.

— Та девушка, — прошептала она.

— Что-что? Какая девушка? — Осторожно спросил я, пытаясь ее упокоить.

— Сегодня, когда я уходила с работы, возле СИП стояла девушка. Она выглядела почти как я… правда, не совсем.

Твою ж мать! Лейла!

Какого хрена она там делала? Она разговаривала с Аной? Откуда она узнала о ней? Как она нашла ее? Я подозревал, что ее действия были как-то связаны с тем, что наши отношения с Аной отличались от тех, что были у меня раньше. Лейла хотела большего, но мне это было неинтересно. Она всегда была довольно хитрой молодой женщиной — мы до сих пор не выяснили, как ей удалось попасть в мою квартиру. Хотя Тейлор предполагает только два варианта: служебный лифт или пожарная лестница.

Он продолжает расследование, и я знаю, что для него важно узнать, каким образом она это сделала. Он беспокоится за Гейл, и я его прекрасно понимаю. Может быть, Лейла увидела в газете наше с Аной фото с церемонии вручения дипломов, и у нее сработала какая-то реакция, потому что она поняла его значение? Фото в газете — публичное заявление, что я даю Ане больше. Если у нее на этом фоне поехала крыша? Я не хочу, чтобы она подходила близко к Ане.

— Когда это было? — В ужасе спросил я.

— Сегодня вечером, когда я уходила с работы. Ты ее знаешь?

— Да.

За что мне все это дерьмо? Я не хочу ей ничего рассказывать, но она так просто от меня не отстанет.

— Кто она?

Вот, началось…

Я молчал, перебирая в голове возможные варианты ответа, который был бы отдаленно похож на правду, но, как назло, ничего в голову не приходило. Я в ужасе!

— Кто она? — Как же она давит на меня. — Скажи!

— Лейла.

— Та девушка, которая записала «Токсик» на твой «айпод»?

— Да. Она что-нибудь тебе говорила?

— Она сказала: «Что в тебе есть такого, чего нет у меня?», а когда я спросила, кто она, ответила «Никто».

Твою ж мать. Я был прав. Ее появление связано с Аной. Лейла хочет узнать, почему я даю Ане больше. Я так хотел уберечь Ану от моего гребаного прошлого. Хотел держать ее подальше от всего этого дерьма, но сейчас это невозможно! Она только слегка этого коснулась, и у нее начались адские кошмары. Она не должна ничего знать об этом. Лейла больна; я хотел ей помочь, но она постоянно убегала, прежде чем мы могли добраться до нее. В какую игру она играет? Я не могу так рисковать.

Я встал с кровати, натянул свои джинсы, схватил «блэкберри» и пошел в гостиную. Я набрал Уэлча, плевать я хотел, что сейчас пять утра, он работает на меня круглосуточно, и за это я ему хорошо плачу.

— Мистер Грей? — Сонно сказал Уэлч.

Я коротко объяснил, что произошло. Он мгновенно проснулся, когда понял всю серьезность того, что могло случиться с Аной при встрече с Лейлой. Хорошо, что я успел установить камеры возле СИП. Почему Ана мне раньше об этом не сказала? Это новая зацепка о Лейле. По крайней мере, мы теперь знаем, что она не уехала из Сиэтла. Такой вариант мы тоже рассматривали. Ана вышла в гостиную в моей белой рубашке. Несмотря ни на что я не мог не обратить внимания, что она выглядела соблазнительно — у нее красивые длинные ноги.

— Мистер Грей, мне нужно знать точное время их встречи. Чем больше деталей мисс Стил сможет вспомнить, тем быстрее я смогу найти этот момент в записях с камер видеонаблюдения.

— Назови точное время. — Сказал я, глядя на Ану.

— Примерно без десяти шесть, — пробормотала она.

Черт, в это время я только зашел в бар «У пятидесяти». Возможно, Лейла следила за мной, и, по какой-то странной иронии судьбы, увидела Ану? Она следила за мной или за Аной? Как она вообще узнала, где Ана работает? Господи, нет… В моей голове разворачивался жуткий сценарий.

— Узнайте, как… — сделал намек Уэлчу, не хочу, чтобы Ана слышала весь разговор.

— Как она разыскала мисс Стил?

— Да… — рад, что он меня понял.

— Я уже работаю над этим, сэр.

Я слышал, как он лихорадочно стучал по клавиатуре. Думаю, он чувствовал, что если не справится с этой задачей, то для меня его профессионализм будет стоять под сомнением.

— Если исходить из вашего личного опыта общения с мисс Уильямс, как вы считаете, может ли она представлять опасность для мисс Стил?

— Я бы этого не сказал, но ведь и тогда я не мог подумать, что она способна на такое…

— Тогда у нас нет другого выбора. К мисс Стил мы приставим телохранителя, до тех пор, пока не найдем мисс Уильямс. В этой ситуации, скрытое наблюдение не сможет обеспечить ей безопасность.

Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Знаю, что Уэлч прав, но не представляю, как отреагирует Ана на то, что ее личное пространство и свобода передвижения будут временно нарушены.

Черт, она возненавидит его и меня тоже…

— Неизвестно, как все обернется.

— Мистер Грей, боюсь, что по-другому, я не смогу гарантировать ее безопасность. Вам придется убедить ее.

— Да, я поговорю…

— Это временная мера в целях безопасности, до тех пор, пока мы не найдем мисс Уильямс, сэр. Если она в Сиэтле, мы быстро ее обнаружим. Это единственный способ.

— Да… знаю… Выясни и сообщи мне. Обязательно найди ее, Уэлч, она в беде. Найди ее.

Я закончил разговор. Ана стояла и вопросительно смотрела на меня. Я знаю, что она хочет больше информации…

Что, черт возьми, я должен ей сказать?

Направляясь в сторону кухни, Ана предложила попить чай. Я не хотел пить чай, мне нужно отвлечь ее от предстоящего разговора, который, как мне казалось, неизбежен. Она налила в чайник воды, стоя в моей рубашке, и я знал, что под ней она абсолютно голая. Она так сексуально сейчас выглядела.

— Вообще-то я хочу вернуться в постель, — хитро улыбаясь, предложил я.

Я хочу уйти от допроса, я хочу ее… Это мой шанс избежать этот ад.

— Знаешь, мне нужно выпить чашечку чая. Присоединишься?

Я чувствую, как грозовые тучи сгущаются внутри маленького помещения. Она не поддалась на мою провокацию, чем совершенно обезоружила меня. У меня нет выбора, теперь мы играем по ее правилам. Черт.

— Да, пожалуй, выпью, — еле сдерживая свое раздражение, я все-таки согласился.

Ана взяла инициативу в свои руки. Ее голос дрожал, а я не хотел, чтобы она переживала и забивала голову этим дерьмом. Я хочу ее защитить. Это моя проблема, и ей не нужно знать больше того, что она уже знает. Но вряд ли она захочет остаться в неведении. Неспроста она предложила попить чай — будет вытягивать из меня все, что я знаю. Я всячески пытался уклониться от ее вопросов, но она не отступала и технично загоняла меня в тупик. Каждый ее вопрос попадал в яблочко, и чем дальше она продвигалась в своем допросе, тем ближе подбиралась к сути проблемы.

— Как она узнала обо мне? Как узнала, где я работаю? Я думаю, что имею право знать, что здесь происходит, — на одном дыхании сказала Ана.

От нее ничего невозможно скрыть.

Вот, если бы Ана была твоей сабой, все было бы намного проще, не правда ли, Грей? Как, черт побери, я должен теперь выпутываться? Я не хочу начинать наши отношения с обмана… Нужно говорить правду… Боже, помоги мне…

— Пожалуйста, — ласково попросила Ана.

Я глубоко вздохнул. Она снова победила и да, она заслуживала знать правду. Мне всего лишь нужно правильно преподнести ей информацию, чтобы не напугать ее. Мне не хотелось, чтобы Ана как-то соприкасалась с моим грязным прошлым, но я не хотел с ней ссориться. Я с неохотой рассказал, что произошло в моей квартире с Лейлой и Гейл, когда я был с ней в Джорджии. И почему мне пришлось так неожиданно уехать в Сиэтл. Ее вопросы не давали мне возможности что-то скрыть от нее. Она, видимо, тоже поняла, что появление Лейлы как-то связано с ней и нашими отношениями. Вероятно, она заметила, что они с Лейлой похожи друг на друга. Боюсь, что скоро она сможет ковырнуть глубже и добраться до сути моей проблемы, связанной с одной бледнокожей брюнеткой.

Если она до этого доберется, ты будешь в полной заднице, Грей. Она не должна знать, насколько ты извращенный ублюдок, и каковы твои настоящие мотивы в выборе для себя худеньких, бледных девушек с каштановыми волосами.

Чтобы отвлечь ее и себя от опасной темы, куда ей не столо забираться, я переключился на Лейлу и рассказал ей всё, что знаю: о больнице, о муже, и о том, что она скрывается от нас.

— Почему ты не сказала мне вчера? — спросил я.

Это меня сейчас очень беспокоило. По горячим следам, нам удалось бы ее быстрее найти.

— Забыла, — ответила она, виновато пожимая плечами. — Понимаешь, междусобойчик после работы, в конце моей первой рабочей недели. Потом ты появился в баре. Твой… тестостеронный клинч с Джеком; потом мы приехали сюда. Эта встреча совсем выскользнула из моей памяти. Ты заставляешь меня забыть обо всем.

— Тестостеронный клинч?

Так ты это называешь? Я просто поставил Хайда на место.

— Да. Кто кого переплюнет.

— Я тебе покажу тестостеронный клинч!

На ней была только моя рубашка, которую я с легкостью мог снять и получить доступ к ее божественному телу. Хватит болтать. Я хочу ее. Снова. Прямо сейчас. Я медленно подошел к ней ближе и увидел, как ее зрачки расширились.

— Разве ты не будешь пить чай?

Пить чай вместо секса с тобой? Ана ты серьезно?

— Нет, Анастейша, не буду. Забудь о ней. Просто замолчи женщина и приготовься к чертовски хорошему сексу.

Рубашка едва прикрывала ее соблазнительное тело, открывая для меня ее обнаженные длинные ноги. Ее волосы были распущены, аккуратно спадая к груди. Я не мог остановить адреналин, который пробежался по всему моему телу. Мне нужно снять напряжение. Она сейчас мне очень нужна. Я наклонился, чтобы поцеловать ее. Резко ее подхватил на руки, посадил на кухонный стол и встал у нее между ног.

— О, детка, я хочу взять тебя всеми возможными способами.

Промурлыкал я, страстно целуя, затем перешел на шею и, быстро сняв с нее рубашку, плавно перешел к груди. Она простонала и откинула голову назад, предоставляя мне больше пространства. Она запустила пальцы в мои волосы, притягивая ближе, когда я нежно щекотал языком и покусывал ее соски. От нее исходил божественный аромат. У меня окончательно снесло крышу.

— Кристиан, ты ненасытен, — пробормотала она.

— Только тобой, Анастейша. Мне никогда не насытиться тобой. Ты околдовала меня.

Я немного отступил назад, расстегивая свои джинсы. Из кармана я достал презерватив, разорвал пакетик зубами и быстро раскатал по всей длине. Я не мог больше ждать, я хотел забыться в ней, сейчас.

— Готова ли ты для меня, детка? — прошептал я, нежно посасывая мочку ее уха.

Она вся такая сладкая. Я готов целовать каждый сантиметр ее тела. Она — моя богиня и я преклоняюсь перед ней.

— Я всегда готова для тебя, Кристиан, — хрипло ответила она.

Сексуальней этого, я ничего не слышал. Я посмотрел в ее глаза, которые блестели в чувственном обещании. Они потемнели и приобрели более насыщенный синий оттенок. У нее такие удивительные глаза, я мог бы потеряться в них навсегда.

Я схватил ее бедра и притянул на край стола, ближе к себе. Она сидела на идеальной для меня высоте, обхватив меня ногами. Я ворвался в нее, овладевая своей сладкой девочкой. О, Господи, она уже готова. Она безумно хочет меня тоже! Простонав от удовольствия, она страстно поцеловала меня в шею. Как бархат, она обволакивает всю мою длину и затягивает меня все глубже. Я медленно двигался и смаковал каждую секунду, владея ее телом. Меня захлестывали ощущения. Ее сладкий сексуальный аромат, ее стоны — звуки чистого наслаждения. Она еще сильнее притянула меня ногами, привязывая меня к себе, приглашая меня войти еще глубже.

Нет больше ни времени, ни пространства. Все наши проблемы исчезли. Есть только мы, а все остальное не имело значения. Двигаясь в одном ритме, мы становились одним целым и дарили друг другу наслаждение. Наше дыхание участилось и превратилось в стоны. Нам не требовались слова, наши тела говорили на одном языке. Она предназначена для меня. Я предназначен для нее. Ни одна женщина так мне не подходила.

— Я. Так. Тебя. Хочу. Детка. — Медленно проговорил каждое слово. Я не мог больше себя сдерживать. Набрал темп. Ритмично и беспощадно входил в нее, все глубже и глубже. Меня поглощала эта страсть, я забывался в ней. Она учащенно дышала, и ее тело затрепетало в моих руках. Она близка к разрядке. — Давай, детка, отдайся мне, — прорычал я сквозь зубы. Она забилась в конвульсиях, выкрикивая мое имя, и я взорвался в ней. Мое освобождение было настолько интенсивным, что я увидел звезды, выкрикивая ее имя.

Как она может быть такой, чертовски удивительной каждый раз? Я всегда любил секс, но то, что происходило между нами, это нечто запредельное. Я не мог этого объяснить. Я не понимал, как это возможно, но это правда.

Я медленно вышел из нее, затем помог ей спуститься со стола, обнимая и нежно целуя.

— Это было намного приятней, чем чашка чая, не так ли, мисс Стил?

— Да, мистер Грей, не могу с вами не согласиться. Секс с вами намного лучше предполагаемого чаепития, но я вынуждена вас предупредить о том, чтобы вы не строили иллюзий, что меня это отвлекло от нашего разговора. Мне все еще нужно знать, что происходит между тобой и Лейлой. И что ей нужно от меня.

С этими словами она приветливо улыбнулась и отошла в сторону, чтобы заварить себе свежий чай, так как тот уже остыл, пока мы были заняты другими делами .

Я бросил на нее сердитый взгляд и пошел в туалет, чтобы выбросить презерватив в мусорное ведро. Пусть что хочет, то и говорит, я не хочу испортить наш сладкий момент, разговаривая о моем грязном прошлом. Она должна знать только то, что поможет мне убедить ее согласиться на телохранителя, пока не поймаем Лейлу. Я должен быть уверен, что она в безопасности. Но сейчас я устал и хочу спать. Я потянул Ану за собой в постель, обнял ее сзади и уплыл в мир сновидений.

***

Проснулся я от странного ощущения, и первое что я увидел — любопытные голубые глаза Аны, которые смотрели на меня.

— Привет, — сказала она с виноватой усмешкой.

— Привет, — настороженно ответил я. — Что ты делаешь?

Неужели она прикасалась ко мне?

— Смотрю на тебя.

Она пробежалась нежными пальчиками по дорожке волос от пупка и ниже. Соблазняет меня? Обычно я наблюдал за спящими сабами, а потом, когда они просыпались, это переходило в то, что приносило мне удовольствие. Теперь Ана делала тоже со мной? Убирая подальше эти воспоминания, я лег на нее сверху, схватив за запястья и вытягивая их у нее над головой. Я потерся носом об ее носик.

— Кажется, мисс Стил, вы задумали что-то нехорошее, — заявил я строгим тоном, но с улыбкой.

— Я люблю думать о нехорошем, когда лежу рядом с тобой.

— Правда? Секс или завтрак?

Ее глаза потемнели, и я понял, что ответ был секс. Я быстро надел свой последний презерватив и вошел в нее, она приняла меня, выгибая свое восхитительное тело.

— Правильно, молодец, — пробормотал я, склоняя свою голову к ее шее, вдыхая головокружительный аромат.

***

Сложные выдались выходные, в эмоциональном плане. В наших отношениях с Аной всё происходило не так гладко, как мне бы хотелось. Нас бросало из стороны в сторону, с севера на юг и обратно. В одно мгновенье я был на седьмом небе, когда Ана согласилась встретиться с моим личным тренером, Клодом, а в следующий миг, мы поссорились из-за этой чертовой машины, которую она не хотела принимать обратно. Я подарил ей машину в честь выпускного, а она отказалась от нее. Сказала, что хочет выкупить у меня «Ауди» деньгами, полученными Тейлором за ту ловушку смерти, которую она называла своей машиной. Меня бесило, что она отказывалась от моего подарка, пытаясь вручить мне гребаный чек, который я не брал. После нескольких неудачных попыток отдать его мне, она порвала чек у меня на глазах!

Черт побери, что не так с этой женщиной? Она бросила мне перчатку, и я готов принять этот вызов!

Я позвонил Андреа и распорядился, чтобы эти деньги были переведены на ее банковский счет как можно скорее.

Бесполезно мне сопротивляться, я все равно сделаю так, как я считаю нужным.

Когда она узнала, что я знаю ее банковские реквизиты, то была в бешенстве. Я не понял, почему она так разозлилась? Почему я не должен их знать? Эта информация находилась в общем доступе! В чем проблема?

Мы смотрели друг на друга, так, что от злости летели искры в разные стороны. А потом, неожиданно, возникал магнетизм, который притягивал нас друг к другу. И в следующую секунду, мы уже страстно целовались. Я держал ее за попку и прижимал к себе, а другой рукой тянул за волосы, запрокидывая ее голову и углубляя свой жаркий поцелуй. Она тоже запускала свои пальчики в мои волосы и крепко за меня держалась, не отпуская от себя. Я терся всем телом, задыхаясь от возбуждения. Я хотел взять ее прямо сейчас, и единственное, что меня останавливало — отсутствие презервативов. Она умопомрачительная, потрясающая женщина, которая доводила меня до безумия. Я думал, что тех резинок, которые я взял с собой, будет достаточно. Как я ошибался. Мы до сих пор не могли насытиться друг другом. В следующий раз захвачу с собой целый ящик. А вообще, мне нужно будет связаться с доктором Грин, чтобы она помогла решить вопрос с контрацепцией. Думаю, что если Ана будет делать раз в месяц укол, то это будет самым надежным способом контрацепции, ей тогда не придется каждый день принимать таблетки.

Я взял ее за руку, и увел прочь из квартиры. Мне нужен был глоток чистого воздуха, чтобы разогнать туман в моей голове. Нам нужно было позавтракать. После того, как мы поели, она смехотворно настаивала на оплате. Она не понимает, что я миллиардер? Но я решил ей уступить в этой борьбе, когда она сказала, что может себе это позволить, потому что стала богаче на двадцать четыре тысячи. Для меня это означало, что она приняла от меня деньги. Мне не выносима мысль, что ей может не хватить на что-то денег. Ведь я могу столько всего ей дать…

Я никогда не встречал девушку с таким нежеланием принимать подарки или деньги от меня. Типичная Ана — это неприятно, но в тоже время, очень освежающе, и думаю, что я должен уважать ее за это.

Анастейша сказала, что хочет подстричься, и я подумал об «Эсклаве» — одном из салонов красоты, которым я владею вместе с Эленой. Как раз, он находился всего в паре кварталов отсюда. Всю дорогу Ана спорила со мной о длине своих волос. Она считала, что ее волосы слишком длинные, а я говорил, что ей идет такая длина.

Что поделать, я люблю, когда у девушки темные длинные волосы.

В «Эсклаве» работали настоящие профессионалы. Туда я водил всех своих саб. В салоне у работников были четкие инструкции, и они знали о моих предпочтениях. А еще они знали, если я буду недоволен их работой, то они будут уволены. Поэтому я был уверен в том, что если приведу туда Ану, она не выйдет оттуда блондинкой с короткой стрижкой. Не хотел бы я таких сюрпризов от моей упрямой и сильной духом девушки.

Когда мы вошли в салон, нас вежливо встретила Грета — администратор «Эсклавы». Она знала, кто я и зачем привел Ану. После ее вопроса, сделать ли как обычно? По лицу Аны я увидел, что она поняла, что это за место и кого я сюда приводил. Кажется, что она недовольна. Дерьмо. Нужно срочно исправлять ситуацию.

— Мисс Стил сама скажет вам, что она хочет, — сказал я Грете, нервно поглядывая на Ану. Над ее головой уже висело грозовое облако. Дерьмо в квадрате.

— Почему здесь?

— Я владею этой сетью салонов.

Она в удивлении меня слушала, когда я ей это объяснял, не упоминая о роли Элены во всем этом деле. Уверен, что как только она узнает о ней, и секунды здесь не задержится. Я рассказал ей о том, что она может здесь воспользоваться любой услугой, которой только захочет: от массажа до косметических процедур по уходу за лицом и телом.

Женщины любят подобные вещи, ведь так?

Ана уточнила про воск, и я с нетерпением подтвердил, что она могла бы сделать это здесь, если бы захотела. М-м-м, я уже представил себе Ану после депиляции, голую и легкодоступную. Все мои сабы в обязательном порядке делали интимную депиляцию. Но по шокированному лицу Аны, я понял, что она не готова сделать это сейчас.

— Я бы хотела постричься, пожалуйста, — сильно краснея, попросила Ана, обращаясь к Грете.

Думаю, что это от мысли об интимной депиляции.

Я был счастлив, когда выяснилось, что Франко будет свободен через пять минут. Я знал, что он — гей, поэтому он единственный мужчина, которому я разрешу приблизиться к Ане, и к которому я не буду ревновать. Он опытный стилист и работает в этом салоне с открытия, так что он знает мои предпочтения очень хорошо, и понимает, что я жду от него. Ана согласилась. Я выиграл. Нелегко вступать в борьбу с мисс Стил. Я удовлетворенно вздохнул, перевел взгляд от своей девушки и увидел знакомое лицо в конце салона.

Что за день-то такой? Какого черта здесь делает Элена?



Глава 9. Решение о переезде

Элена была здесь. Сказать что я в ужасе — ничего не сказать. Почему именно сегодня она сюда приехала? Ее тут вообще быть не должно, потому что она управляла другим салоном.

Твою ж мать… тебе сегодня очень везет на всякое дерьмо, Грей.

В последнее время, я избегал ее звонков, уверен, что она злилась на меня за это. Теперь, раз уж мы здесь столкнулись, я должен был поговорить с ней. Не хочу, чтобы она сама ко мне подходила и разговаривала при Ане. Одному только Богу известно, как Ана может на нее отреагировать, поэтому я торопливо направился к Элене, извиняясь перед Аной. Надеюсь, что она ничего не заподозрит. Что-то мне подсказывало, что нужно держать этих двух женщин подальше друг от друга.

— Кристиан, дорогой, какая приятная неожиданность. Что тебя сюда привело? — Элена поприветствовала меня, поцеловав в обе щеки, слегка касаясь моей руки. Она знала, где ко мне можно прикасаться.

Клянусь Богом, я почувствовал, как Ана взглядом просверлила дыру в моей спине, внимательно разглядывая меня и мою собеседницу. Конечно, она поняла, кто эта женщина, она же умная девочка, помнишь Грей?

— Я могу задать тебе тот же вопрос. Ты должна сейчас быть в другом салоне? — ответил я вопросом на вопрос.

— О, я просто заменяю сегодня одну из мастеров. Девочка заболела, а у нее на сегодня записано много клиентов, и я согласилась ей помочь. Да и клиентов терять не хочется, — объяснила она, быстро глянув через мое плечо, чтобы посмотреть, с кем я сюда пришел. — Так, давай, рассказывай, что ты здесь делаешь?

— Анастейша хочет подстричься.

— Так это и есть та самая Анастейша? Но я думала, что вы расстались!

— Мы снова вместе. Она дала мне еще один шанс.

— Ого! ОНА ДАЛА ТЕБЕ ШАНС? С каких это пор ТЕБЕ дают шанс? Ты уверен, что тебе это нужно, Кристиан? Я имею в виду, после того, что с тобой было в прошлые выходные, ты действительно хочешь рискнуть и снова пройти через это? Я так беспокоилась за тебя, хотела увидеться, поговорить, а ты избегал меня. Думаешь, я не поняла этого? Ты же знаешь, что всегда можешь поговорить со мной о чем угодно и когда угодно, я всегда буду рада тебе помочь. — Она выглядела так, как будто переживала за меня. Но мне действительно было в тот момент так плохо, что я не хотел никого видеть, и ни с кем общаться, поэтому я не отвечал на ее звонки.

— Я знаю, Элена, и я ценю твою заботу, правда. Я уверен в том, что сейчас делаю. Она нужна мне. Я хочу измениться ради нее, чего бы мне это не стоило.

Элена бросила на меня скептический взгляд и покачала головой.

— Это что-то новое для тебя.

— Что ты имеешь в виду?

— Кристиан, ты привык к тому, что красивые женщины валяются у твоих ног, стоит тебе едва щелкнуть пальцами. А сейчас, я тебя не узнаю, ты бегаешь за этой девчонкой, как щенок на веревочке, ей-богу! Ты стал игрушкой в руках маленькой девочки, которая играет роль недотроги. Ты уверен, что это не очередной твой трофей? Если так, то может пока не стоит себя насиловать, ради той, которая надоест тебе через пару месяцев?

— Нет, это не так. Я никогда ни к кому ничего подобного не испытывал. Поэтому мне было так плохо, когда она ушла.

Элена поморщилась и покачала головой.

— Может, тебе просто стоит подобрать новую нижнюю, которая смогла бы полностью тебя удовлетворять? Можно, например, придумать новую сцену, где ты от сабы будешь получать немного сопротивления и неповиновения, если это тебя привлекает в Анастейше. Так ты сможешь выпускать пар, не меняя своего образа жизни. Думаю, так ты сможешь сохранить свое равновесие.

Я знаю, что Элена просто пыталась мне помочь, и если бы она это предложила раньше, ее идея могла бы меня заинтересовать, но сейчас, откровенно говоря, меня от этой мысли стало тошно.

— Элена, тебе этого не понять, да и я еще пока не знаю, как это объяснить.

Она успокаивающе потерла руку, прикусывая губу. Забавно, что для меня это выглядело сексуально только тогда, когда так делала Ана.

— Может, мне стоит поговорить с твоей Анастейшей, просто по-дружески. Я могла бы дать ей несколько советов, которые помогут разрядить обстановку. Вы ведь знакомы всего несколько недель. Я могла бы тебе помочь, потому что тебя никто не знает лучше меня, не так ли?

— Я не думаю, что это хорошая идея. Анастейша не понимает наших с тобой отношений. Она до сих пор называет тебя миссис Робинсон.

— До сих пор? Это очень забавно.

Я увидел что Элена бросила взгляд в сторону Аны и улыбнулась ей.

— Я заметила, что хотя бы в своем выборе, ты остался верен себе. Маленькая, бледная, худенькая брюнетка — определенно твой тип. Ты возьмешь ее с собой сегодня на благотворительный вечер? Я не собиралась туда идти. Не хотелось бы провести еще один скучный вечер в одиночестве, но если она придет, у нас будет прекрасная возможность с ней пошептаться.

— Нет, Элена, я, правда, не думаю, что это хорошая идея. Нет никакой необходимости тебе в это ввязываться. Мы сами разберемся.

— Как это на тебя не похоже, Кристиан. Скажи, а ты все еще ходишь к Флинну? Может это он сбивает тебя своими бредовыми идеями, вытягивая из тебя деньги?

Элена против того, чтобы я ходил к Флинну. Может быть, она считает его странным, но он единственный специалист, в присутствии которого я чувствую себя комфортно. У меня к нему абсолютное доверие. Поэтому я решил не рассказывать ей об очень полезной встрече, которая была у меня с Флинном вчера. Он сказал, что я изменился в лучшую сторону и считает, что эти изменения начались тогда, когда Ана сказала, что любит меня. Он думает, что я, наконец-то, начал признавать, что достоин любви. Или что-то типа того, мы все еще обсуждаем последствия, но он думает, что наш разрыв с Аной, мог оказаться лучшим, что могло со мной произойти. Мне трудно с этим согласиться, но думаю, что он прав. Флинн очень хочет познакомиться с Анастейшей, возможно, он сегодня увидит ее.

— Просто, в какой-то момент, я могу украсть ее у тебя, — предупредила она меня с улыбкой.

— Хотел бы я посмотреть на твои безуспешные попытки, когда ты захочешь это сделать, — я усмехнулся ей в ответ.

Конечно, она знает, какой я собственник. Я очень хочу, чтобы Ана вечером составила мне компанию на маскараде. Не хочу, чтобы Элена все испортила. Я знаю, как Ана враждебно настроена по отношению к ней, поэтому я не вижу смысла в их общении.

— Ей не нужны твои советы, Элена. Мы уже выяснили свои отношения сами.

— Как пожелаешь, Кристиан. Я тебя полностью поддерживаю, желаю тебе всего наилучшего и удачи в достижении твоей цели.

Я оглянулся и посмотрел на Ану. Она стояла, скрестив руки на груди, и гневно на меня смотрела. Ее прекрасные голубые глаза метали молнии.

Ты в полном дерьме, Грей.

Я быстро попрощался с Эленой и пошел к Ане.

— Все в порядке? — Настороженно спросил я.

— Не совсем. Ты не хочешь нас познакомить? — Холодно спросила она.

Вот сейчас я в шоке!

— Но я думал… — я запутался. Я думал, что Элена — последний человек на планете, с которым бы она хотела познакомиться.

— Что ж, и умные люди иногда…

Я что, похож на гребаного телепата? Я не могу угнаться за этими перепадами в ее настроении. Ее гормональные всплески тяжело предугадать. Почему, черт возьми, всё так сложно?

Я извинился и попытался объяснить все Ане, но она не хотела слушать! Она быстро развернулась и вышла из салона, не оглянувшись. Ей совсем не интересно иду ли я за ней? Я быстро сказал Грете, что услуги Франко нам не потребуются, и вышел на улицу, вслед за своей разъяренной девушкой.

Я понятия не имел, что я должен сказать или сделать, так что я просто шел за ней в ожидании, что она сама со мной заговорит. Первое, что она хотела знать, водил ли я в этот салон своих саб. Я ей честно ответил, что водил. На данном этапе наших отношений, мне нет смысла это отрицать.

— Неужели ты не понимаешь, как все это мерзко? — Сказала она, повернувшись ко мне, и глядя мне в глаза.

— Да. Прости. — Я согласен, и мне очень жаль, что так все вышло, но меня больше беспокоило, чтобы она не испортила свои красивые волосы, если зайдет в неизвестный салон и попадет к мастеру с кривыми руками.

Ты совершил огромную ошибку Грей, не продумав этот момент.

Но с другой стороны, как я мог все это предвидеть? Никто и никогда раньше мне так не возражал. Как же она не похожа ни на одну из моих предыдущих женщин. Я должен всегда помнить об этом. Ее реакция сбила меня с толку. Стоп. А может она решила сейчас уйти от меня?

— Ты ведь не сбегаешь от меня? Нет? — Я не мог скрыть своего волнения.

Вдруг, я не нужен ей со всем этим дерьмом и она не намерена больше тратить на меня свое время?

— Нет. Я, черт побери, просто хочу подстричься. Где-нибудь. Желательно там, где не будет веять твоими бывшими. Я хочу сесть в парикмахерское кресло, закрыть глаза и забыть про всю фигню, которая тебя сопровождает.

Так, мы в порядке. Успокойся, Грей.

Она сейчас очень злилась на меня. Но я должен признать, что она права. Не хочу, чтобы она в порыве эмоций сейчас пошла и испортила свои волосы. Я просто не могу этого допустить, поэтому я предложил позвать Франко к ней домой, там он сможет сделать все, что она захочет.

Но теперь Ана хотела знать об Элене. Почему я не с ней, ведь она очень привлекательна и все такое дерьмо.

Наш разговор прервал звонок моего сотового. Это Уэлч. У него, наконец-то, появилась кое-какая информация о Лейле. Ему, наконец-то, удалось выведать у ее мужа, что она ушла от него около трех месяцев назад, сбежав с другим парнем, но четыре недели назад, он погиб в ДТП. Возможно, сейчас она убита горем, и поэтому так неадекватно себя ведет. По крайней мере, у нас сейчас есть какое-то объяснение ее поведению.

— Знаете ли вы о текущем местонахождении мисс Стил? — задал Уэлч следующий вопрос.

— Она здесь, рядом со мной.

— Она в курсе сложившейся ситуации?

— Да…

— А насчет группы личной охраны?

— Нет…

— Вы приняли решение о точном количестве команды и режиме работы, сэр?

— Два или четыре и двадцать четыре на семь, — сказал я.

Зависит от того, буду ли я рядом с ней в тот момент, когда она захочет куда-то пойти, что меня, конечно, не радует.

— Мисс Стил не будет возражать против охраны?

— Я еще не объявил об этом.

Я посмотрел на Ану, она смотрела на меня с любопытством.

— Мистер Грей, Вы должны поговорить с ней об этом, желательно в ближайшее время. Мисс Уильямс удалось получить разрешение на ношение оружия.

— Что…?

Оружие? Зачем ей оружие? Становилось всё хуже и хуже…

— Это значит, что она может сейчас пойти и купить себе пистолет, — он объяснил мне, на случай, если я не понял значение этой шокирующей информации.

— Понятно. Когда?

— Вчера, сэр.

— Но каким образом?

Это какой-то гребанный кошмар наяву! Получается, она могла иметь при себе пистолет еще вчера, когда разговаривала с Аной возле СИП.

— Для того чтобы получить разрешение на ношение оружия, ей нужно было заполнить стандартную форму заявления. Сейчас это просто, мистер Грей.

— Никаких биографических данных?

— Была стандартная проверка, но поскольку у нее нет судимости, и она не состоит на учете у психиатра, то не было причины, чтобы ей отказать. Я получил копию ее заявления на разрешение, так, по крайней мере, у нас сейчас есть какие-то детали. Вы должны понимать, что ее действия означают, что она, возможно, враждебно настроена по отношению к мисс Стил, так как видит в ней соперницу.

— Понятно. Пришли мне на почту имя, адрес и фото, если есть.

— Хорошо, мистер Грей. Думаю, что нам срочно требуется повысить уровень безопасности для вас и мисс Стил.

— Двадцать четыре на семь с сегодняшнего дня. Поддерживай связь с Тейлором.

Я дал ему выходной, чтобы он мог навестить свою дочь. Думал, что он мне сегодня не понадобится, потому что собирался пробыть весь день с Аной. Он должен был вернуться только вечером, но теперь ему придется приехать. По крайней мере, он провел с дочкой все утро. Для меня важно сейчас увести Ану в безопасное место. Теперь, ее квартира, таковой не являлась. Она должна поехать ко мне. Черт, Ана сейчас злилась на меня, но эта ситуация слишком критическая, чтобы ее вспышка гнева смогла помешать мне позаботиться о ней. Не хочу ее напугать и надеюсь, что Лейла еще не успела приобрести оружие. Но в любом случае, нам нужно отсюда убираться, чем быстрее, тем лучше.

Я не успел положить трубку, как на меня посыпались вопросы.

Господи, я когда-нибудь смогу к этому привыкнуть?

Пока рассказывал, кто мне звонил, я схватил ее за руку и потащил в сторону ее квартиры, но Ана снова заговорила о «моей миссис Робинсон» и по-прежнему настаивала на том, что она хочет подстричься. Поэтому, чтобы она заткнулась, я позвонил в салон и сказал, что хочу, чтобы Франко приехал ко мне домой через час. Грета, любезно записала мою просьбу и пообещала, что он будет вовремя. Я сейчас с удовольствием засунул бы ее в такси и увез в безопасное место, но как назло, ни одной машины не было поблизости. Нам придется вернуться в ее квартиру, чтобы она могла взять с собой вещи, которые ей понадобятся на то время, которое поживет у меня. До «Эскалы» мы доберемся на «Ауди». Я делал все спокойно, как будто ничего страшного не случилось, не хочу ее напугать.

— Анастейша, у Лейлы явно нервный срыв. Я не знаю, за кем она охотится, за тобой или за мной, и что задумала. Сейчас мы поедем к тебе, соберем твои шмотки и поедем ко мне. Ты поживешь у меня, пока мы не разыщем Лейлу.

— Зачем мне это надо?

Что за упрямая, несносная, несговорчивая женщина!

— Ради твоей безопасности.

Это ради твоего же блага, детка.

— Но ведь…

— Никаких «но». Ты поедешь ко мне, даже если тебя придется тащить за волосы.

Мне сейчас совсем не до игр. Сейчас я мечтаю о том, чтобы Тейлор был здесь, но его нет и теперь я вынужден самостоятельно выходить из этой ситуации. Как можно быть такой упрямой?

— По-моему, ты преувеличиваешь опасность.

Конечно же она не понимает, что ей может угрожать.

— Нет. Пошли. Продолжим разговор у меня дома.

Я стараюсь вести себя сдержанно, учитывая сложившуюся ситуацию. Она с вызовом посмотрела на меня и встала на месте, как вкопанная, скрестив руки на груди.

— Нет, — упрямо сказала она.

Мне вспомнился мультфильм Тарзан и Джейн. Тот момент, где он тащил ее на плече — а что, это будет интересная ролевая игра, только я с удовольствием бы с ней поиграл в нее, когда был бы уверен, что она в безопасности.

— Ты либо пойдешь сама, либо я тебя понесу. Меня устраивают оба варианта.

— Не посмеешь, — усмехнулась она, не веря, что я это сделаю.

— Ну, малышка, мы оба знаем, что если ты бросаешь мне перчатку, то я с радостью принимаю вызов.

Я смотрел ей прямо в глаза и видел, что она не собиралась отступать. Я мог бы спорить с ней до посинения, но сейчас, мы теряли драгоценное время. Мне надоело ждать, поэтому я решил принять меры. Я быстро схватил Ану за ноги, перекинул через плечо и понес домой. Она очень легкая, поэтому мне будет несложно ее нести два квартала. Она протестующе закричала.

— Опусти меня!

Я просто игнорировал ее. На самом деле, мне потребовалось приложить все свои силы и терпение, чтобы держать под контролем свою своенравную девушку. Я поддался искушению и жестко шлепнул по ее прекрасной, сексуальной заднице, чтобы удержать ее на месте. Получилось отличное представление. Пока я ее нес, на нас с улыбкой оборачивались люди, им было смешно. По крайней мере, мы выглядели как пара влюбленных, а не так, как будто я похищаю женщину средь бела дня.

Через некоторое время она настояла на том, что пойдет сама. Я поверил и поставил ее на землю. Она в ярости затопала прочь в сторону своей квартиры. Я поймал ее за руку, не хотел далеко ее отпускать. Ей по-прежнему нужна моя защита, пока я не отвезу ее в безопасное место. Но потом она резко остановилась.

— Что произошло? — Грозно спросила она.

— Ты о чем? — Я решил косить под дурачка, хотя прекрасно понимал, что с ней это не прокатит.

— С Лейлой.

Почему она все хочет знать?

— Я уже сказал тебе.

— Нет, не сказал. Тут что-то еще. Вчера ты не настаивал на том, чтобы я перебралась к тебе. Так что же случилось?

Я старался игнорировать ее вопрос, но от нее не отвертеться.

— Кристиан! Отвечай! — Требовательно произнесла она.

— Вчера она ухитрилась получить разрешение на ношение оружия.

— Значит, она может купить себе пушку, — шокировано прошептала.

— Ана, я не думаю, что она наделает глупостей, но не хочу, чтобы ты подвергалась какому бы то ни было риску.

Я обнял ее, чтобы попытаться успокоить. Я боюсь, что это может быть последней каплей для ее терпения, и она уйдет.

— Я-то ладно… а вот как быть с тобой? — Прошептала она.

Я был поражен. Она продолжала сохранять спокойствие. Не билась в истерике и не паниковала. Моя милая, отважная девушка. Она обняла меня за талию, прижимаясь ближе. Беспокоилась за меня и совершенно не волновалась о собственной безопасности, в этом вся Ана.

— Пойдем, — пробормотал я, наклонился и поцеловал ее в макушку.

Теперь Ана, наконец, поняла всю опасность этой ситуации и больше не сопротивлялась. Мы пришли в ее квартиру, чтобы собрать необходимые вещи. Она решила взять с собой сдутый воздушный шарик. Так мило с ее стороны, оставить этот хлам лишь потому, что это было моим подарком. Ана сказала, что брат Кейт, Итан, на днях должен приехать из Барбадосса в эту квартиру. Оказывается ее переезд ко мне очень даже вовремя.

Чтобы Ана одна жила с другим мужчиной под одной крышей? Только через мой труп!

Я видел, как он смотрел на нее на выпускном вечере, как он обнимал ее. Этот парень неплохо физически сложен, а я не терплю конкуренции. По крайней мере, теперь мне не придется спорить с ней из-за этого.

Чем больше я думал о том, что она будет жить со мной под одной крышей, тем больше мне нравилась эта идея. Полная безопасность… в этом гораздо больше смысла. Я всегда буду знать, где она, когда легла спать, когда проснулась, когда и что ела… да, у такого подхода много преимуществ. Это похоже на полную передачу контроля над телом.

Хм… здесь определенно было над чем подумать.

Мы собрали все вещи, и пошли к «Ауди». Стоя у машины, я проигнорировал ее желание сейчас сесть за руль. Я не уверен в том, что она хорошо водит. Я помню наш разговор с Рэем на выпускном вечере. Он не очень высоко оценивал ее навыки вождения. Учитывая, что сумасшедшая Лейла на свободе, думаю, что сейчас не время это проверять.

Эту битву я выиграл и она села в машину. Когда я влился в поток машин, она снова начала задавать вопросы.

— У тебя все сабы были брюнетками?

— Да. Я уже говорил тебе, что предпочитаю брюнеток.

— Миссис Робинсон не брюнетка.

Элена — единственная блондинка, которую ты трахал, не так ли, Грей?

Блондинка, которая забрала твою девственность. Элена была твоим проводником в мир БДСМ, где ты нашел отдушину для своих развращенных, садистских потребностей. Она была той, кто помог тебе обнаружить и развить свои склонности к избиению маленьких брюнеток. Она помогла раскрыть многие из тех пятидесяти оттенков. Но, по словам Флинна, она помогла создать несколько новых оттенков и слишком нездоровые склонности.

И теперь, Ана тоже так думает…

Ана, похоже, одержима моими отношениями с Эленой. Она не могла понять, что сейчас, она просто очень хороший друг и что мы давно не любовники. Я объяснил, почему мы с ней так близки. Я рассказал, что Элена заняла мне сто тысяч долларов, взяв деньги у мужа, Линка, чтобы помочь мне, после того, как я бросил Гарвард. На эти деньги я начал свой бизнес. Теперь я помогаю ей. В этом бизнесе я теневой партнер. Но я решил не рассказывать Ане, как Линк отыгрался на ней, когда он узнал о нас. Ей не нужно знать, что он сильно избил Элену и она оказалась в больнице. Все это случилось по моей вине. Чертов ублюдок. Не хочу детально углубляться в мое грязное прошлое. Боюсь, что она не выдержит весь груз моего адского багажа.

Мы подъехали к «Эскале». Заезжая в гараж, я увидел Тейлора и вздохнул с облегчением. Мы в безопасности…

В гараже я припарковался возле своего внедорожника «Ауди».

— Пойдем — скоро приедет Франко. — Сказал я.

В лифте я пытался оценить ее настроение.

— Ты все еще злишься? — Спросил я, будто интересуюсь ее мнением о погоде. Мне необходимо сохранять видимое спокойствие…

— Ужасно злюсь, — ответила она. Ее голос стал спокойней.

— Ну-ну…

Ты в полной заднице, Грей.

Тейлор ждал нас в фойе. Если он приехал раньше нас, значит, Уэлч с ним уже связался. Черт, надеюсь, его дочь была не слишком разочарована, что так мало времени провела с отцом, но это его работа.

— Уэлч звонил? — Мне нужно знать в курсе ли он всех изменений.

— Да, сэр.

— И?

— Все улажено.

— Замечательно. Как ваша дочь?

— Все в порядке, благодарю Вас, сэр.

— Хорошо. В час приедет парикмахер — Франко де Лука.

Ана была удивлена, когда узнала, что у Тейлора есть дочь. Меня убивает ее жажда информации. Ана с улыбкой расспрашивала его о дочери, а Тейлор, вспоминая о ней, тоже расплылся в улыбке.

Я всегда держал людей, которые на меня работают на расстоянии, потому что я их работодатель, а не гребаный лучший друг. Ей не стоит так сближаться с ним… Мне это не нравится.

Я взял ее за руку и повел вперед, завершая, таким образом, их милую беседу. Сейчас моей главной задачей было обсудить с Тейлором и Уэлчем все меры безопасности.



Глава 10. Иллюзия выбора

Я спросил у Аны, не голодна ли она, и, конечно, она сказала, что нет. Она хорошо позавтракала, поэтому я решил сейчас не спорить, не хотел бы снова с ней ссориться. К тому же, мы сможем пообедать позже вместе. Я сказал ей, чтобы она чувствовала себя как дома. Пока я буду занят, она сможет распаковать свои вещи и обосноваться до приезда Франко. Эта мысль немного подняла мне настроение. Она здесь и согласилась пожить со мной.

Тейлор вкратце рассказал о том, что они с Уэлчем приняли новые меры безопасности. У них было несколько кандидатов, для создания новой оперативной группы. Это были проверенные люди, настоящие профи в своем деле, но мы не успели договорить, потому что приехал Франко.

— Buongiorno мистер Грей, — улыбаясь, сказал он, — где же ваша bellissima девушка?

На самом деле, Франко де Лука — Фрэнк Лукас, и он примерно такой же итальянец, как и я. Его выдавал нелепый акцент, но, несмотря на это, он хорошо играл свою роль, создавая вербальную иллюзию.

— Добрый день Франко, ты вовремя. Ее зовут Ана. Я сейчас за ней схожу. Только, Франко, надеюсь, что ты помнишь о моих предпочтениях, и чтобы она ни говорила, сделай, так как я люблю.

— Конечно, мистер Грей, мне всё понятно.

Я отправился на поиски Аны. Зашел в свою спальню, но ее там не было, посмотрел в ванной, тоже нет… Куда бы я не зашел, нигде не мог ее найти.

Черт. Где она?

Вдруг она ушла, посчитав, что все это слишком для нее? Может, она психанула и решила сбежать, пока я отвлекся? Я почувствовал нарастающую панику в своей груди.

Я решил снова проверить ее спальню. Зайдя туда, я услышал ее голос, только не понял, откуда он доносился.

Успокойся, Грей, она здесь. Хорошо, что не сбежала. Не представляю, чтобы я сейчас делал, если бы она решила со мной расстаться. Одна мысль об этом мне не выносима.

— Мам, все так сложно. По-моему, он ненормальный. Вот в чем проблема.

Я нашел ее сидящей на полу в шкафу. Она разговаривала с мамой по мобильнику. Это выглядело так, как будто она хотела спрятаться подальше, как ребенок, который нашел себе убежище. Тут я невольно вспомнил себя в детстве, как я прятался в шкафу, когда мне было страшно.

Она меня боится, потому что считает, что я псих? Черт… Эта новость не предвещала ничего хорошего. Думаю, что Франко придется подождать. Мне нужно понять, что ее тревожит и успокоить, пока она не сбежала от меня без оглядки.

Я решил, что пора прервать их откровенную беседу, боюсь, как бы она на эмоциях не наговорила лишнего своей маме. Хотя, не могу не согласиться с ее оценкой, я и вправду больной псих…

Только я болен тобой, детка…

— Вот ты где! А я уж решил, что ты сбежала.

Ана подняла руку вверх, показывая мне, что она разговаривает по телефону.

— Извини, мама, мне надо идти. Я перезвоню тебе попозже. Я тоже люблю тебя, мам.

Она закончила свой разговор и пристально посмотрела на меня, каким-то обвиняющим взглядом.

— Почему ты здесь прячешься?

Она выглядела такой маленькой и потерянной, сидя здесь на полу.

— Я не прячусь. Я в отчаянии.

— В отчаянии?

От чего? От меня? От наших отношений? Это прозвучало тревожно.

— От всего этого, Кристиан.

Она указала на содержимое гардероба.

— Можно войти?

Я спросил ее разрешение, потому что у меня сложилось ощущение, будто я вторгся в ее личное пространство. Сейчас я должен быть максимально осторожен.

— Это твой шкаф, — ответила она.

Нет, детка, он твой. Все это твое.

Я сел на пол рядом с ней. Я пытался заверить ее, что это всего лишь одежда, и я могу легко отправить эти вещи обратно, если они ей не нравятся. Но я подозревал, что в действительности не одежда ее беспокоила.

— Ты слишком много на себя берешь, понятно?

Вот мы и подошли к сути проблемы.

Как я и думал. Мне стало понятно, что ее так смутило, и я не мог в этом ее обвинять. Я понятия не имел, как с этим справиться. Я абсолютный новичок в таких отношениях, да и она тоже… как же это чертовски сложно для нас обоих.

— Знаю. Со мной тяжело, — пробормотал я.

— Очень тяжело, — подтвердила она.

— С вами тоже, мисс Стил.

Особенно сегодня. Она посмотрела на меня пронзительными голубыми глазами.

— Тогда зачем ты делаешь все это?

Она выглядела растерянной и неуверенной… в себе или во мне?

— Ты знаешь, почему.

Потому что я хочу быть с тобой.

— Нет, не знаю.

Этого не может быть!

— Да, с тобой сплошные проблемы.

Почему она так в себе не уверена?

— Заведи себе хорошенькую брюнетку-сабу. Такую, чтобы спрашивала «Как высоко?» всякий раз, когда ты велишь ей подпрыгнуть. Разумеется, при условии, что ей будет позволено разговаривать. Так зачем я тебе, Кристиан? Просто не понимаю.

Черт побери, сейчас она повторила слова Элены. Что мне сделать, чтобы убедить всех, что я больше не хочу себе обычную скучную сабу? Я хочу быть только с Анастейшей. Такой, какая она есть. Она другая. Она изменила меня и мое представление о жизни. Она делала меня лучше.

— Анастейша, ты заставила меня по-иному взглянуть на мир. Тебя не интересуют мои деньги. Ты дала мне… надежду, — тихо сказал я.

Надежду на то, что я не проживу в одиночестве всю оставшуюся жизнь. Я очень хочу разделить с ней то, что у меня есть. Раньше я не понимал, как я был одинок, пока не встретил ее. В каком же я был отчаянии, когда она ушла от меня. Она оставила меня без надежды на лучшее в моей жизни. Это был для меня очень болезненный урок. Я безумно рад, что мне удалось вернуть ее, потому что она единственная женщина, которой нужен я, а не мои деньги. Я это очень ценю. Я не могу жить без нее… какой смысл быть богатым, если ты не можешь купить настоящие чувства к себе?

— Надежду на что? — прошептала она.

— На большее. — На возможность чувствовать себя живым. — И ты права. Я привык, что женщины делают точно то, что я приказываю, когда я им это приказываю. И это быстро надоедает…

Поэтому я придумывал новые, более жесткие сессии, для игр со своими сабами, чтобы как-то разнообразить свою скучную жизнь. Чего не скажешь о наших отношениях с Аной. Она держит меня в тонусе.

— В тебе, Анастейша, есть нечто такое, что затрагивает во мне какие-то глубинные струны, глубокий, непонятный мне уровень. Это как пение сирены. Я не могу противиться тебе и не хочу тебя терять. — Я взял ее за руку. — Не убегай, пожалуйста, наберись терпения и немного поверь в меня. Прошу тебя!

Она взглянула на меня с улыбкой, которая мгновенно согрела мое сердце. Такая красивая. Она приподнялась на колени и нежно поцеловала меня в губы.

— Ладно. Вера и терпение. Я буду руководствоваться ими.

— Вот и хорошо. Потому что Франко уже здесь.

Господи… я сделал это… все хорошо. Я взял ее за руку, и мы спустились вниз.

Думаю, что моя ванная подойдет для этой процедуры. Меня самого там несколько раз подстригали, в период моей сверхзанятости. Я помог с приготовлениями, принес из комнаты стул и удалился. У меня было немного времени, чтобы поработать. Я включил музыку в фоновом режиме. Играл Жозеф Кантелуб — Песни Оверни. Болеро.

Спустя некоторое время, они вернулись. Волосы Аны по-прежнему были восхитительно длинными. Теперь они выглядели роскошными, наполненными глянцевым блеском. Франко хорошо постарался.

— Ты очень хорошо выглядишь, Ана, — сказал я, и она покраснела.

Ей действительно нужно научиться принимать комплименты.

— Больше никому не позволяй стричь твои волосы, bellissima Ана!

Я согласен с Франко. Ни за что не позволю притронуться к ее волосам другому стилисту, чтобы он не испортил ее прекрасные волосы. Я проводил Франко, незаметно дав ему очень щедрые чаевые, за то, что пришел очень быстро и превосходно сделал свою работу.

— Я рад, что ты оставила длинные волосы, — сказал Анастейше, играя с ее мягкой прядью волос, и создавая иллюзию, будто у нее был выбор. Но выяснилось, что она все еще злилась на меня.

Теперь, когда Франко ушел, Ана снова начала задавать свои бесконечные вопросы. Я хотел ее отвлечь своим привычным способом, затащить в постель и забыться в ней, после всего дерьма, что произошло с того момента, как я с утра открыл глаза. Нам обоим пошло бы это на пользу и подняло бы настроение. Но она активно сопротивлялась, называя меня секс-экспертом.

Что за черт? Она быстро учится тому, как можно мне сопротивляться.

Она перечислила целый список того, что ее заставило на меня разозлиться. Но больше всего, ее разозлило, что я позволяю Элене прикасаться к себе. Я попробовал объяснить, что она знает, где можно ко мне прикасаться.

— У нас с тобой нет никаких правил. Я никогда еще не занимался сексом без правил, и мне тяжело предвидеть, когда ты прикоснешься ко мне. Это заставляет меня нервничать. Твое прикосновение совершенно… — Это так чертовски сложно объяснить — Ну… просто оно означает больше… намного больше.

А еще, я не мог контролировать тьму, которая появлялась откуда-то из глубины моего подсознания, и я боялся, что неосознанно сделаю больно Ане. Я не мог этого допустить. Она нерешительно протянула ко мне руку, а я начал пятиться назад. Я был не готов встретиться с тьмой лицом к лицу. Это жесткий предел для меня… Ее рука повисла в пустоте.

— Жесткий предел, — прошептал я, подавляя свою панику.

— Вот если бы ты не мог дотронуться до меня, что бы ты испытывал?

— Пустоту и обездоленность, — сразу ответил я. Я люблю к ней прикасаться, меня это наполняло и успокаивало.

— Когда-нибудь ты непременно должен мне объяснить, почему у тебя существует такой жесткий предел, откуда он появился.

— Когда-нибудь, — пробормотал я. Надеюсь, что это случится не скоро.

Не хочу даже думать об этом, поэтому я вернулся к списку гребаных претензий. Ей не понравилось, что я знал ее реквизиты, мне пришлось рассказать ей, что я проверяю всех своих сабмиссив. Это стандартная процедура, для такого человека как я. Я решил показать ее папку. В ней не было ничего шокирующего. Я не хотел от нее ничего скрывать, ей придется к этому привыкнуть, если она будет девушкой миллиардера. Я очень надеюсь, что она останется со мной навсегда. Она была в ужасе, когда поняла, что я не случайно зашел в «Клейтонс».

Да, мисс Стил, я приехал в тот день в Портленд, только ради тебя. Я очень хотел тебя увидеть.

Думаю, что она этим была польщена. Затем, она снова вернулась к этим двадцати четырем тысячам долларов.

Христа ради, Ана…

— Анастейша, ты хоть приблизительно представляешь, сколько я зарабатываю?

Она с непониманием посмотрела на меня.

— Зачем это мне? Кристиан, меня не интересует состояние твоего банковского счета.

— Я знаю. Это одна из твоих черт, которые я люблю. Анастейша, я зарабатываю в час приблизительно сто тысяч долларов.

Ее шокировала эта информация. Да, я чертовски богатый человек, потому что поклялся себе, что никогда в жизни не буду голодать. Она понятия не имела… Так и есть, этот вопрос никогда не вызывал у нее никакого интереса, я вижу это… Она должна привыкнуть к тому, что я собираюсь разделить с ней свое богатство, я хочу это. Хочу подарить ей весь мир.

— Двадцать четыре тысячи долларов для меня — так, тьфу… Машина, книги, наряды — все это мелочи.

Большинство моих бывших саб, соглашаясь на мои условия, преследовали свои корыстные цели. Они хотели хорошо жить. Хотели иметь материальные блага. У нас были потребительские отношения. Я давал им то, что они хотели, и брал все, что нужно было мне. Таково было наше договорное соглашение. Я ими пользовался, как хотел, и, когда заканчивался наш контракт, тем, кто очень хорошо меня обслужил, я давал дополнительные денежные бонусы.

Только несколько моих саб были во мне заинтересованы, как в человеке с садистскими замашками, потому что они были мазохистами. Они получали невероятное удовлетворение, когда я избивал их, и даже хотели больше. Например, Лейла. Она любила, когда я бил ее, думаю, что иногда она сама меня на это провоцировала. Для нее это было как для наркомана получение заветной дозы, от полученной боли она буквально входила в транс. У нее был очень высокий болевой порог. Мы доставляли друг другу удовлетворение, до тех пор, пока она не сказала о том, что хочет со мной большего. Тогда, я быстро от нее избавился, думал что навсегда, до того момента, как она неожиданно вернулась в мою жизнь, создавая мне проблемы. Надеюсь, что когда мы ее найдем, Флинн сможет ей помочь. Не могу избавиться от чувства вины за то, что сейчас с ней происходит.

Ана поменяла тему, предлагая нам поесть. Что ж, это неплохая идея. Я вернулся в свой кабинет и согласовал последние детали по новой группе телохранителей. Дал полномочия Тейлору и Уэлчу все организовать.

Когда вернулся на кухню, Ана готовила, пританцовывая под Beyonce «Crazy in Love». Эту песню закачала Лейла на мой «айпод». Я тихо пробрался ближе к ней, обняв сзади ее за талию. Очень интересный выбор музыки. Я поцеловал ее в шею. Ее аромат сводил меня с ума. Она сказала, что еще злится на меня, но ей меня не обмануть, я чувствовал, как поменялось ее настроение. На мой вопрос, как долго она собирается еще на меня злиться, я увидел, что уголки ее губ приподнялись, намекая на улыбку. Она сказала, что до тех пор, пока не поест. Это хоть что-то…

Я решил поменять музыку, и нашел подходящую — «I Put a Spell on You». Песня была в тему, потому что я полностью окутан ее чарами.

Ана выглядела чертовски сексуально, работая на кухне, а ее запах сводил меня с ума. Я чувствовал себя рядом с ней очень хорошо. Я хочу трахнуть ее, забыться в ней, мне нужно знать, что у нас всё в порядке, а выяснить я это могу лишь одним доступным мне способом.

Я медленно подошел к ней и почувствовал, как нас, словно магнитом притягивает друг к другу. Я посмотрел в ее потемневшие глаза, и мое сердце готово было вырваться из груди.

— Я хочу тебя, Анастейша, — промурлыкал я. — Я люблю и ненавижу, и я люблю спорить с тобой. Все это совсем ново. Мне надо знать, что у нас всё в порядке. Убедиться в этом я могу лишь одним способом, — произнес я свои мысли вслух.

— Мои чувства к тебе не изменились, — прошептала она.

— Я не дотронусь до тебя, пока ты не скажешь «да», — тихо сказал я. — Но сейчас, после дрянного утра, мне хочется соединиться с тобой и забыть обо всем, кроме нас.

— Я хочу дотронуться до твоего лица, — еле слышно прошептала она.

Почему она спросила разрешения, она же много раз так делала? Наверно я совсем ее запутал… я кивнул в знак согласия. Ее нежные пальчики коснулись моей щетины, и мой член дернулся, показывая, что он в боевой готовности.

Я наклонился к ее губам…

— Да или нет, Анастейша? — хрипло пробормотал я.

— Да.

Наши губы слились в яростном поцелуе. Я потянул ее за волосы, чтобы поцеловать глубже. Другой ладонью я обхватил ее ягодицы, прижимая к себе. Хотел, чтобы она почувствовала, как сильно она меня возбуждала. Из нее вырвался негромкий стон. Я полностью в ее власти. Не могу больше ждать…

И тут я услышал, что неподалеку появился Тейлор.

— Мистер Грей, — откашливаясь, сказал он.

Твою ж мать.

Знаю, что он никогда бы не стал прерывать в такой неподходящий момент, если бы это не было так важно. Я бросил на него взгляд. По его лицу я понял, что у него есть информация, которую мне нужно немедленно знать. Поэтому ему пришлось прервать нас, прежде чем мы отправимся в спальню на бог — знает — сколько — времени. Я с неохотой выпустил из рук Ану.

— Сеанс откладывается, но билеты действительны, — прошептал я и ушел в кабинет вслед за Тейлором.

— Три новых члена оперативной группы только что прибыли. В настоящее время они находятся в моем кабинете, знакомятся со всеми нашими протоколами. Нужно, чтобы вы их проинформировали обо всем, что от них требуется, и кто ими будет управлять. Я принес копии их резюме. На мой взгляд, они высококвалифицированные и опытные специалисты. Информацию о них я лично проверил. Среди них есть мой товарищ, который служил вместе со мной в Афганистане, обладатель «Зеленого берета» — Люк Сойер. Его бы я порекомендовал для личной охраны мисс Стил, мистер Грей. Я хорошо его знаю. Он спокойный, невозмутимый, вежливый и тактичный, независимо от обстоятельств или окружения. Другие два, тоже опытные оперативники. Я не знаю их лично, но Уэлч уверяет, что они вполне годятся.

— Хорошо, Тейлор. Пускай они прочитают все условия, а я пока пообедаю. Через десять минут я дам им инструкции.

— Мы будем готовы, сказал Тейлор и удалился.

Я вернулся на кухню. Пахло очень аппетитно.

Я смотрел на нее и думал, сможет ли она справиться со всем этим дерьмом, которое случилось в последнее время. Я не мог пока задать ей этот вопрос, не хотел пугать. Я просто надеялся, что вся эта дополнительная безопасность не будет «слишком» для нее. Что это не заставит ее дважды подумать о том, хочет ли она быть со мной. Нужно будет проинструктировать команду, чтобы они относились к ней бережно, как к ребенку. Ее безопасность имеет для меня первостепенное значение. Я не переживу, если с ней что-то случится по моей вине. Она слишком ценна для меня. Она — весь мой мир.

Мы поели вкусный испанский омлет, который приготовила Ана. Я рассказал, как Элиота, Миа и меня, воспитывала Грейс. Потом я спросил, какую одежду она выбрала на вечер. Но в моих мыслях только один вопрос, как я должен сказать об охранниках Ане?

— И вот еще что: на этот вечер и на несколько следующих дней я нанял дополнительного секьюрити. По-моему, это разумная предосторожность, ведь где-то рядом бродит непредсказуемая Лейла. Я не хочу, чтобы ты выходила из дома без охраны. Договорились?

Ну вот, сказал…

Ана в удивлении посмотрела на меня.

— Договорились, — по крайней мере, она не будет протестовать или спорить, так что это прогресс.

— Хорошо. Я дам им инструкции. Это недолго. — Она выглядела удивленной.

— Они здесь? — А где еще она думала, они могли бы быть?

— Да.

Я забрал свою тарелку, положил ее в раковину и пошел в кабинет к Тейлору. Тейлор определил несколько слабых мест в системе безопасности в доме моих родителей. В отличие от «Эскалы» или «Грей Хаус», здесь есть только один центральный вход. В этот вечер, главное событие будет проходить на улице в шатре. Команде будет проще обеспечить безопасность, если мы будем находиться как на ладони. Тейлор выдал каждому охраннику фотографию Лейлы, чтобы они знали от кого исходит угроза. Мне нужна большая команда, чтобы мы могли продолжать нашу нормальную жизнь, насколько это возможно. Не хочу, чтобы Ана чувствовала себя, как в золотой клетке. Она, как красивая бабочка, а я должен дать ей возможность расправить крылья. Она должна быть защищена, но не раздавлена. Сказав все это, я знал, что все будут сидеть как на иголках весь вечер. Но я не хочу, чтобы Ана чувствовала себя скованно. Я хочу, чтобы она веселилась, насколько это возможно. Не хочу, чтобы она сбежала от меня, после того как на ее голову свалился мой адский багаж. Она принимает меня таким, какой я есть, и мне нужно показать ей, как она невероятно важна для меня. Как я серьезно отношусь к ней, и как далеко я готов зайти, давая ей больше.

«Ты слишком много на себя берешь, понятно?» Так она сказала, когда сидела на полу в шкафу… Она права. Я много на себя беру. Больше всего ее расстроило, что Элена знала, где ко мне можно прикасаться. Мне нужно решить эту проблему с Аной. Я должен доверять ей, как когда-то доверился Элене, иначе мы не продвинемся мертвой точки. У меня появилась идея, как я могу это сделать, но мне нужна помощь Тейлора. Пойду-ка я пошепчусь с ним.

— Тейлор, мне еще кое-что нужно с тобой обсудить. Это личное.

— Конечно, сэр, — мы вышли из кабинета, — чем могу помочь?

— Мне нужна помада, не мог бы ты ее где-нибудь для меня достать?

— Хорошо, мистер Грей, знаю, что на днях Гейл купила себе несколько новых помад, сейчас я вам принесу.

Тейлор вернулся с тремя помадами, одна из них была ярко-красного цвета.

То, что надо! И, думаю, что этот цвет вряд ли подойдет Гейл.

— Я возьму эту, — показал ему красную, — спасибо Тейлор.

— Рад помочь, сэр. — Он быстро развернулся, видимо, тщательно скрывая свою улыбку, и ушел.

Глубоко вздохнув, понимая, на что сейчас подписываюсь, я отправился на поиски Аны.



Глава 11. Дорожная карта

Я оставил Тейлора с новыми сотрудниками, передав ему все полномочия по управлению командой, чтобы меня до вечера никто не беспокоил. Я хотел весь день провести с Аной, так что для всех я вне зоны доступа. Он знал о моих правилах по выходным, когда ко мне приходили сабы… Жизнь тогда была, конечно, проще. По крайней мере, по улицам не ходила сумасшедшая женщина, ослепленная ревностью, с пушкой наперевес. Я был уверен, что Тейлору было спокойней, зная, что мы с Аной благополучно устроились в спальне, от греха подальше.

Я захотелось с Аной кое-что попробовать. Мне нужно на деле показать, что я доверяю ей, может тогда, она поймет, как много для меня значит. Надеюсь, мне хватит сил и самоконтроля, чтобы осуществить свой план и вытерпеть все это.

Я зашел в ее комнату. Она лежала на кровати и что-то внимательно читала в своем «Макбуке». Когда она заметила меня, ее взгляд нервно начал бегать то на меня, то на монитор.

Почему она так нервничает?

Я лег с ней рядом, и увидел сайт, на котором она сидела. Первое, что бросилось мне в глаза — заголовок:

«Диссоциативное расстройство идентичности: Симптомы»

Она серьезно считает, что я шизофреник?

Не знаю почему, но мне стало смешно. Она такая забавная. Неужели она решила докопаться до корня моей проблемы самостоятельно? Мне кажется, что если бы она прожила тысячу лет, ей бы все равно не удалось постичь всю глубину моей испорченности. И, если честно, думаю, что ей не нужно это знать .

— Чего ты сюда залезла? — с усмешкой спросил я.

— Интересуюсь сложной личностью, — невозмутимо ответила она.

Как интересно…

— Сложной личностью?

— Это мой собственный излюбленный проект.

Прозвучало так, как будто я был ее подопытным кроликом.

— А твой проект распространяется на меня? В качестве побочной линии. Что-то вроде научного эксперимента, — она виновато посмотрела на меня, — А я-то рассчитывал оказаться в центре внимания. Мисс Стил, вы меня обижаете.

— Почему ты решил, что это касается тебя?

— Случайная догадка.

— Верно, ты единственный чокнутый тип, помешанный на контроле, с постоянно меняющимся настроением, с которым я знакома очень близко.

С этим трудно поспорить.

— Я-то думал, что я вообще единственный, с кем ты знакома очень близко.

— Да. Верно.

— Ты уже пришла к каким-то выводам?

Удиви меня, может, я чего-то еще не знаю…

— По-моему, тебе нужна интенсивная терапия.

Пробовал… не помогло…

Я протянул руку и, бережно взяв прядь ее волос, заправил ей за ухо.

— А по-моему, мне нужна ты. Вот, бери. — Я вручил ей тюбик губной помады.

Она в недоумении посмотрела на помаду, и я мог ее понять, потому что Ана никогда не красила губы так ярко. Максимум, она наносила светлый блеск для губ. Мне нравилась ее естественная красота, мне всё в ней нравилось.

— Ты хочешь, чтобы я так ярко красила губы?

Я не сдержал смеха, значит попал в точку.

— Нет, Анастейша, не хочу. Я вовсе не уверен, что это твой цвет.

Я сел по-турецки на кровать, снимая футболку.

— Мне нравится твоя идея «Дорожной карты», — сказал я. Она посмотрела на меня с непониманием. — Запретные зоны, — пояснил я.

— Ой, я шутила!

— А я не шучу.

— Ты хочешь, чтобы я нарисовала их на тебе? Помадой?

— Хочу. В конце концов, она смывается.

В прошлом, я часто смывал с себя помаду. Элена пользовалась такими яркими оттенками.

Она с таким энтузиазмом говорила, предлагая применить что-то более стойкое, маркер, например. А я в шутку предложил сделать тату. От ее шокированного выражения лица, я не смог сдержать улыбки. Видимо она не поклонница татуировок, как и я.

Мне кажется, что за то время, которое я с ней, я улыбался и смеялся больше, чем за всю жизнь. Это поразительно!

Ана улыбнулась мне. Ей понравилась моя идея. Сейчас она выглядела, как на тех фото, которые сделал фотограф.

— Иди сюда. Садись на меня.

Хочу показать ей свои запретные зоны, чтобы она знала, где она может ко мне прикасаться. Раньше мне такая мысль в голову не приходила.

Ана села на меня верхом, а я лег на спину, сгибая ноги в коленях.

— Обопрись спиной о мои колени.

Она быстро выполнила все, что я ей говорил. Ее глаза загорелись в предвкушении.

— По-моему, ты с энтузиазмом отнеслась к моему предложению.

— Я всегда отношусь положительно к новой информации, мистер Грей, а еще вы успокоитесь, потому что я буду точно знать, где проходят твердые границы допустимого.

Это правда, и это то, что я хочу для Нас.

Для меня — это новый опыт. Я никому не позволял здесь к себе прикасаться. Я надеюсь, что смогу сдержать свой гнев, если вдруг что-то пойдет не так. Я не знаю, чего ждать, потому что никогда добровольно не сталкивался лицом к лицу со своими демонами. Часть меня задавалась вопросом, в своем ли я уме, заставляя себя посмотреть своему страху в глаза? Но уже слишком поздно отступать. Мое подсознание кричало, что я действую импульсивно. Я даже с Флинном этого не обсуждал, но думаю, что он бы посоветовал сделать это, если я хочу развития отношений с Аной. Я очень хочу ее прикосновений везде, где это для меня приемлемо. Идти постепенно вперед маленькими шагами, вот что Флинн всегда говорил мне, пусть это будет первым шагом. Я должен себя контролировать. Мне нужно, чтобы Ана сейчас делала все так, как я говорю. Никакой самодеятельности, иначе ничего не выйдет, и я сорвусь.

Господи боже, что я делаю!!! Если я не справлюсь с этим, она снова уйдет от меня, на этот раз навсегда…

— Открой помаду и дай руку, — приказал я.

Она дала мне свободную руку.

— Нет, руку с помадой, — я закатил глаза.

— Ты от досады закатил глаза?

— Ага.

— Очень грубо, мистер Грей. Я знаю людей, которые впадают в бешенство, когда кто-то при них закатывает глаза.

— И ты тоже? — спросил я с иронией.

На что она намекает? Выпороть меня, что ли хочет?

Она протянула мне руку с помадой. Я сел, и мы оказались нос к носу. Я сделал глубокий вдох. Мне нужно приложить все усилия, чтобы отключить воспоминания, которые непроизвольно всплывают перед глазами, когда чьи-то руки нарушают мое личное пространство. Я не хочу вспоминать эту жгучую, мучительную боль, которую, время от времени, причинял мне тот ублюдок.

Я закрыл глаза, настраиваясь, и первое, что я почувствовал, как меня начало поглощать ощущение беспомощности. Как будто мне снова четыре года. Я слышал его тяжелые, приближающиеся шаги. В ужасе, я находил новое место, прячась от него, но где бы я ни прятался, он всегда находил меня. Я до последнего ждал, что шлюха, которую я считал своей матерью, опомнится и защитит меня, но ей было плевать. Как я кричал, когда этот мудак пытал меня. Он медленно тушил об меня свои гребаные сигареты, я до сих пор чувствую этот запах. Он наслаждался мучениями жалкого, сопливого мальчишки. Я ничего не мог сделать, чтобы остановить его. Его поглощало ощущение власти над моим телом. Он решал, когда это повторится, и где он затушит свою очередную сигарету. Я жил в постоянном страхе, потому что не знал, когда это случится снова.

С тех пор, как меня забрали из этого ада, я выработал свой метод борьбы со страхом. Избегая прикосновений там, где это делал он, я мог приглушить импульсы, которые моментально активировали мою память. Я не мог к себе близко подпускать людей. Чем старше я становился, тем агрессивней реагировал на это, потому что, я уже не видел человека, который посмел подойти ко мне ближе, чем на расстоянии вытянутой руки, я видел его и моментально чувствовал боль, которую он мне причинял. В этот момент, я переставал себя контролировать. Все это дерьмо настолько глубоко во мне сидит, что я всю свою сознательную жизнь не мог с этим справиться. Поэтому я начал контролировать все аспекты своей жизни. Контроль над людьми и над собой давал мне чувство защищенности. Еще, я изнуряю себя физическими нагрузками. Кикбоксинг — один из методов, который помогает выпустить пар. Я заметил, что контроль помогал мне в жизни избегать встречи с тьмой, теперь она приходила только по ночам, заставляя меня проходить через этот ад снова и снова.

До недавнего времени моя стратегия исправно работала. Я всех держал на расстоянии, даже членов своей семьи, хотя нет, Миа могла меня обнимать, наверно потому, что от нее я никогда не чувствовал угрозы. Потом, я позволил подойти ближе Элене, для того, чтобы выяснить, где она может ко мне прикасаться. Тогда мной двигали подростковые гормоны. Я отчаянно хотел ее. Но даже Элена была вынуждена придерживаться установленных границ, что она и делала, так что я мог расслабиться с ней. Потом, когда наши сексуальные отношения закончились, я контролировал своих саб. У меня были четкие правила. Моя жизнь плыла по течению, и все было в моей власти. Пока я не встретил Анастейшу. Она перевернула мой тщательно контролируемый мир с ног на голову. И к моему удивлению, благодаря ей, я понял, что мир вверх тормашками мне нравится больше. Поэтому она сейчас сидит на мне верхом, вплотную ко мне, нос к носу, а я, рискуя всем, дам сейчас себя разрисовать этой гребаной помадой. Я должен это сделать для нее, если я хочу для нас совместного будущего. Я снова глубоко вдохнул ее аромат, который меня успокаивал, он не должен сейчас меня подвести.

— Готова?

Я посмотрел ей в глаза, чтобы убедиться, что ей все это нужно.

— Да, — прошептала она.

Я поднес ее руку с помадой к изгибу своего плеча.

— Нажимай, — на выдохе сказал я. Затем повел ее руку вниз, от плеча, вокруг подмышки и вниз по стороне грудной клетки.

Перед глазами все поплыло. Черт, это началось… Я закрыл глаза. Вижу шлюху, которая лежит на полу, то ли под наркотой, то ли, потому что ее только что избили до потери пульса, я не понимал разницы. А вот и он … гребаный сукин сын… Мое дыхание непроизвольно учащается.

Дыши глубже, Грей… Все хорошо…

Мое сердце заработало сверхурочно. Красная помада оставляла широкую и яркую полосу на моем теле. Я остановился внизу грудной клетки и направил ее поперек живота. Мое тело напряглось, тьма незаметно окутала мое горло и медленно начала душить, я задыхался… Мое сердце отбивало бешеный ритм. Чувствую, как во мне растет ярость.

Открой глаза, Грей… Посмотри… Это Ана… ОНА рядом с тобой, не ОН…. Дыши глубоко, мать твою… Держи себя в руках, чертов ублюдок!

Я отпустил ее руку. Медленно выдохнул, затем сделал еще один глубокий вдох. Мне нужно использовать каждую каплю моего самоконтроля, я не должен так реагировать…

— И кверху по другой стороне, — сказал я. Она сама зеркально повторила линию.

— Все, готово, — прошептала она нежно. В ее глазах столько было сострадания, она понимала, чего мне все это стоило. Надеюсь, она увидела, что я ей доверяю. Нам нужно закончить это дело, не останавливаясь на полпути.

— Нет, еще здесь, — ответил я, и своим указательным пальцем провел линию у основания шеи, а она послушно продолжила линию губной помадой.

— Теперь спину, — хрипло прошептал я.

Я вынужден был повернуться к ней спиной. Паника душила меня. Я не смогу контролировать ее действия, потому что ничего не увижу. Я почувствовал, как капельки пота выступили на лбу.

Грей, упокойся, ты должен доверять ей…

— Проведи линию поперек спины.

В очередной раз, она, молча, исполнила. Кажется, она понимает, что я не могу сейчас говорить, потому что я должен сосредоточить всю свою энергию, чтобы контролировать себя.

Господи … я чувствую, как табачный дым тихо окутывает меня. К горлу подкатила тошнота, а шум в ушах, не дает мне сосредоточиться. Мои кулаки автоматически сжимаются, готовясь отразить нападение.

Успокойся, Грей, если ты сорвешься, ты сделаешь ей больно, а потом и себе… Думай о том, ради чего ты все это затеял! Мне просто сейчас нужно пережить это. Я слышу ее резкий вдох, когда она вблизи увидела шрамы на моей спине, и я чувствую ее эмоциональный отклик. Слава Богу, что она ничего не говорит. Сейчас нам обоим сложно озвучить наши чувства и мысли.

— Вокруг шеи тоже? — тихо спросила она.

Я просто кивнул, и она нарисовала линию на шее, чуть ниже границы моих волос.

— Готово, — прошептала она.

О боже… это закончилось… я сделал это!

Тьма медленно отступила, давая мне возможность сделать очистительный вдох. Я, наконец, позволил себе расслабиться и медленно повернулся к ней лицом. Я выглядел так, как будто на меня надели прозрачную жилетку с отделкой красного цвета.

— Таковы границы, — тихо сказал я.

— Они меня устраивают. Но прямо сейчас я хочу наброситься на тебя, — хрипло прошептала она.

Я смотрел на эту прекрасную девушку, и не мог поверить в то, что она до сих пор здесь, со мной. Она не боялась моих странностей и не убегала от меня с воплями прочь, не смотря на то, что считала меня психом. Она все еще хочет меня, об этом говорят ее прекрасные глаза. Они никогда не лгут. Я улыбнулся ей своей самой соблазнительной улыбкой и протянул к ней руки в знак согласия.

— Ну, мисс Стил, я весь в вашем распоряжении.

Она восторженно завизжала, как ребенок, бросилась в мои объятья и опрокинула меня назад. Я барахтался, хохотал, испытывая облегчение, что все напряжение позади. Я поймал ее и резко положил на лопатки, чтобы она оказалась подо мной.

— Итак, билеты на отложенный сеанс действительны, — прошептал я и жадно впился в ее сладкие губы.

Она запустила свои нежные пальчики в мои волосы. Я страстно поцеловал ее, мой язык ласкал ее. Я весь горел. Она моя Богиня, я поклоняюсь ей. Я хочу чувствовать ее всю. Я посадил ее, стащил с нее футболку и швырнул на пол.

— Я хочу чувствовать тебя, — сказал я возле ее губ, расстегивая бюстгальтер. Я толкнул ее на кровать, и лег сверху, вдавливая ее в матрас. Губами я потянулся к ее груди, лаская и дразня каждый сосок, пока она не закричала. Этот сладкий звук, как молния пронзил все мое тело, это было ответом на мои прикосновения. Она хотела меня, так же как и я ее. Боже, я самый счастливый человек в этом гребаном мире.

Моя рука скользнула вниз, расстегивая пуговицу на ее джинсах, потом молнию и залез в ее трусики. Мне нужно знать, готова ли она для меня.

Боже, она уже вся течет, так не бывает! Я в диком восторге.

Вот оно, доказательство, что мы в порядке.

Я скользнул пальцем внутрь, не скрывая собственного возбуждения. Она отреагировала мгновенно, толкнув бедра вверх, давая мне возможность проникнуть в нее еще глубже. Нам так хорошо вместе!

— Я хочу тебя, — страстно прошептал я. Я стащил с нее джинсы и трусики, и не отрывая от нее глаз, достал из кармана презерватив и бросил его ей. Затем быстро снял свои джинсы и трусы. Она разорвала упаковку, и когда я лег с ней рядом, медленно раскатала резинку по всей моей длине. Я схватил ее за руки и перекатился на спину.

— Ты сверху, — приказал я, — я хочу тебя видеть.

Я посадил ее верхом на свой изнывающий член. Мне пока очень сложно отказаться от своих старых привычек. Мне еще нужно держать ее руки, но после того, что мы сделали сегодня, думаю, что скоро я навсегда смогу отпустить эту проблему, которая очень глубоко во мне пустила корни. Шаг за шагом.

— С тобой так приятно, — промурлыкал я. Я закрыл глаза и приподнял свои бедра, входя в нее еще глубже. Я хочу обладать ей полностью. Черт, как это приятно. Она крепче сжала меня внутри.

Господи, она такая горячая. Мы чертовски подходим друг другу, как будто ее для меня проектировал сам Господь Бог.

Она медленно двигалась вверх и вниз, а я наблюдал за ней. Она так эротично владела мной, доставляя себе удовольствие. Я видел это по выражению ее лица: она закусила губу и тихо постанывала. Но я хочу больше. Я отпустил ее руки и взялся за бедра, а она схватилась за мои предплечья. И я резко и глубоко вошел в нее, заставляя ее закричать.

— Вот так, детка, почувствуй меня.

Нас поглощали ощущения, растворенные в океане удовольствия. Она учащенно дышала и двигалась все быстрее и быстрее. Она откинула голову назад, впитывая всю страсть между нами. Я чувствовал, что она близка. Обожаю смотреть, как она кончает. Я сильно сжал ее бедра, набирая темп.

— Моя Ана, — прошептал я.

Ты моя, ты принадлежишь только мне.

— Да, навсегда.

Да, детка, навсегда… и мы утопаем в умопомрачительном оргазме.

— Ох, детка, — громко простонал я, взрываясь глубоко внутри нее, следом за мной к финишу пришла Ана, громко простонав что-то невнятное, а потом без сил упала на меня.

Мы лежали в постели, пытаясь отдышаться. Я гладил ее волосы и спину. У нее такая шелковистая кожа, мне нравится трогать ее.

— Ты такая красивая.

Она подняла голову и бросила на меня скептический взгляд. Она мне не верит? Я резко сел, крепко обнимая ее, и мы снова оказались нос к носу.

— Ты. Очень. Красивая, — я четко проговорил каждое слово.

— И ты иногда бываешь удивительно милым.

Она улыбнулась и нежно поцеловала меня. Она подумала, что я это сказал, чтобы быть милым — она действительно не осознает своей привлекательности? В ней нет ни тщеславия, ни ложной скромности, она искренне не считает себя красивой. Почему у нее такая низкая самооценка? Она настолько красива, что я не могу отвести от нее глаз! Она обворожительна.

Я приподнял ее, чтобы выйти из нее. Она невольно вздрогнула. Надеюсь, что я не делал ей больно, занимаясь с ней сексом так часто. Просто я не мог по-другому, она так сильно меня заводит, что я хочу ее все время. И она меня тоже.

— Ты даже представления не имеешь о том, насколько привлекательна, не так ли? — Я нежно ее поцеловал, когда она покраснела в ответ на мой комплимент.

— Все те парни, которые ухаживают за тобой, разве не убеждают тебя в этом?

— Парни? Какие парни?

Женщина, ты что слепая? Они все рядом с тобой пускают свои слюни, а ты этого даже не заметила?

— Тебе перечислить список? К примеру, фотограф. Он без ума от тебя. Еще тот парень с твоей прежней работы в магазине. Еще старший брат твоей подруги. Да и твой босс.

Просто, подумав обо всех этих кобелях, которые крутились рядом с моей девочкой, меня охватила ярость вперемешку с ревностью. Она не понимает, какое влияние оказывает на противоположный пол. Они все смотрят на нее голодными глазами. Уверен, что каждый из них, если бы она захотела, с радостью залез бы к ней в трусики. Она не понимает, как работает мозг мужчины, но я-то знаю. Она думает, что они хотят просто с ней дружить. Ага, как же… Они все жутко хотят ее. Поэтому, я должен быть предельно внимательным и осторожным.

— Ой, Кристиан, это не так.

— Поверь мне. Они хотят тебя. Они хотят получить то, что принадлежит мне.

Я никогда не позволю этому случиться! Никто не заберет тебя у меня, ты моя. Я защищаю то, что принадлежит мне.

Я притягиваю ее ближе к себе. Выражение ее лица говорит мне, что она по-прежнему настроена скептически.

— Ты моя, — я, по-хозяйски, крепче обнял ее.

— Да, твоя, — с улыбкой сказала она.

И это действительно так. Я знаю, что могу ей доверять. Проверка показала, что она всегда честна со мной, несмотря на то, что вокруг нее кружатся другие мужчины, она никому не давала шанса приблизиться. Она выбрала меня и не обращала внимания на других. И это непередаваемое ощущение. Моя задача отгонять тех кобелей, которые уже выстроились в очередь, чтобы воспользоваться малейшим шансом и забрать ее у меня.

— Граница на замке, — весело сказала она и смело провела указательным пальцем по красной линии, нарисованной на моем плече.

От этого движения напряглись все мышцы моего тела. Я думал, что если позволю Ане нарисовать на мне «Дорожную карту», этого будет достаточно, чтобы удовлетворить ее ненасытное любопытство. Я надеялся, что она не будет прикасаться ко мне. Как же я ошибался…

— Я хочу заняться исследованием.

Я с сомнением покачал головой.

— Квартиры?

Я вспомнил, что на самом деле не устроил ей экскурсию, и не показал все здесь. Я старался отвлечь ее, зная, что это бесполезно. Я не знал, как мне этого избежать, я в тупике. Понятно, что она просто умирала от желания прикоснуться ко мне. Могу ли я позволить ей это сделать? Я очень хочу дать ей возможность прикасаться ко мне, уверен, что ее это порадует. Черт. Что мне делать?

— Нет, я имела в виду карту спрятанных сокровищ, которую мы нарисовали на тебе.

— Что конкретно это означает, мисс Стил?

Предупрежден — значит вооружен. Она нежно пробежала кончиками пальцев по моим щекам. Мне нравится ее мягкое прикосновение. Оно меня успокаивает.

— Просто я хочу касаться тебя всюду, где мне дозволено.

Я поймал ее указательный палец зубами и слегка прикусил.

— Ой, — запротестовала она, а я глубоко вздохнул.

— Ладно.

Я смогу это сделать. Если я сфокусируюсь на поставленной задаче, думаю, что смогу позволить ей сделать так, как она хочет. Наверно, я должен радоваться, что она хочет знать обо мне больше, что хочет прикасаться ко мне, учитывая мои жесткие границы. Но для начала, мне нужно избавиться от резинки, которая до сих пор на моем члене.

— Подожди. — Я стащил резинку и бросил на пол возле кровати.

— Мне не нравятся такие вещи. Пожалуй, я позову доктора Грин, чтобы она сделала тебе укол.

Надеюсь, что Ана согласится.

— Ты думаешь, что главный гинеколог Сиэтла сразу сюда примчится?

О да, детка, за ту, неприлично большую сумму денег, которую я перевел ей, думаю, что она не откажется снова приехать.

— Я умею убеждать, — пробормотал я и заправил прядь волос за ухо. — Франко замечательно потрудился над твоими волосами. Мне нравится твоя прическа.

— Перестань мне зубы заговаривать.

Я так и думал, отвлекающий маневр с ней не сработает…

Я снова посадил ее верхом на себя. Она сидела, откинувшись спиной на мои согнутые колени; ее ступни лежали по сторонам моих бедер. Я приподнялся на локти и приготовился к худшему.

— Валяй, трогай, — мой голос выдал мое тревожное состояние.

Не отрывая от меня глаз, она провела пальцем чуть ниже красной линии вдоль живота. Я вздрогнул от того, как близко к запретной зоне она подошла. Она тут же остановилась.

— Что, не надо? — прошептала она.

Она такая милая, нежная, внимательная. Ее забота придала мне больше уверенности в том, что у меня все получится.

— Нет, все нормально. Просто здесь мне требуется… определенная перенастройка. Ко мне давным-давно никто не прикасался.

— А миссис Робинсон?

Я кивнул. Зачем она опять о ней вспомнила?

— Не хочу говорить о ней. Иначе у тебя испортится настроение.

— Ничего, я справлюсь.

— Нет, Ана. Ты вся багровеешь при одном лишь упоминании о ней. Мое прошлое — это мое прошлое. Это факт. Я не могу ничего переменить. Я счастлив, что у тебя его нет, иначе оно довело бы меня до безумия.

Я бы пошел и избил до посинения ее бывшего, с которым она… черт, я не могу даже позволить себе думать об этом! Предполагаю, что такое упоминание меня бы тоже заставляло кипеть от злости. Поэтому я не могу винить Ану за то, что она чувствует по отношению к Элене, но что я могу поделать? Я не могу изменить прошлое.

— До безумия? Больше, чем сейчас? — улыбаясь, спросила она.

— Я без ума от тебя, — прошептал я.

— Позвонить доктору Флинну?

— Я не вижу в этом необходимости.

Он и так знает, насколько я безумен.

Я выпрямил ноги. Она сместилась чуть назад и положила руку на мой живот. Медленно, слегка пошевелила пальцами по коже. Я снова напрягся, ничего не могу с этим поделать.

— Мне нравится тебя трогать. — Ее пальцы скользили вниз к моему пупку. Так мне намного комфортней. Ее пальчики спускались еще ниже и ниже. Одно маленькое движение и мой член снова в боевой готовности. Она почувствовала это и посмотрела на меня потемневшими глазами. Мое дыхание участилось от возбуждения.

— Опять? — удивленно спросила она.

— Да, мисс Стил, опять.



Глава 12. Маленький презент для приема

В целом, я доволен, как прошел остаток дня. Ана согласилась на личного охранника и узнала о моих границах. Я был поражен ее терпением и пониманием. Благодаря этому, я могу теперь быть с ней спокойней. Ана удивительная, невероятно красивая молодая женщина. Сейчас я себя чувствую по-настоящему счастливым человеком. Не верится, что мне так повезло. Мы приняли вместе душ, и отправились готовиться к сегодняшнему маскараду.

В моей гардеробной висело несколько костюмов на выбор. Гейл, как всегда, позаботилась обо мне. Я взял белую рубашку, и перед тем, как ее надеть, посмотрел на себя в зеркало. Несмотря на то, что я принял душ, контур от помады всё равно сохранился. Ох и Гейл… Купила себе стойкую красную помаду, впрочем, это к лучшему. Видимые границы позволят Ане лучше запомнить, где они проходят. Надевая черные брюки, я представил Ану. Интересно, что она выбрала? Я все еще не мог привыкнуть к тому, что я не имел права голоса в вопросе выбора для нее одежды. Хотя нет, имел, она выберет из трех платьев, которые выбрал я, а это значит, что меня устроит любое. Я улыбнулся сам себе. Все-таки я ее контролирую, давая мнимое представление, что у нее есть право выбора.

Это наше первое свидание…

Господи, совсем забыл, что купил ей серьги в подарок, когда хотел пригласить ее на первое свидание, которое, к сожалению не состоялось, потому что она сбежала. Они так и лежали в ящике стола в моем кабинете. Я открыл коробку, чтобы еще раз рассмотреть эти прекрасные серьги с бриллиантами. Я и не надеялся, что она даст мне шанс все исправить, и сейчас, они как символ моего второго шанса.

Благотворительный вечер «Справимся вместе», который каждый год устраивали мои родители — это очередное напоминание для меня, что я прошел через ад. Не люблю это мероприятие, но я должен там быть. Радует, что в этот раз со мной будет моя прекрасная спутница. Все хорошо, только мне не дает покоя мысль о Лейле. Где она? Что она задумала? Меня это очень тревожит. Как же мне подавить это состояние? И тут у меня возникла мысль. Когда мы с Аной были у нее в квартире, она вспомнила о вагинальных шариках…

А что, это идея… Они бы смогли хорошо отвлечь Ану и меня от тревожных мыслей о Лейле.

Я дал указания команде, чтобы их действия не были навязчивыми, я не хочу напрасно волновать Анастейшу. Если вдруг в течение вечера возникнут какие-либо проблемы, они должны быть направлены Тейлору, как руководителю группы. Для меня важно, чтобы охрана лишний раз не крутилась у Аны перед носом. Им будет необходимо слиться с толпой и сконцентрироваться на ее безопасности.

Я зашел в игровую, нашел шарики и направился в комнату Аны. Надеюсь, что она еще не успела одеться. Хотел бы я, чтобы она согласилась разбавить этот вечер новыми ощущениями. Я зашел в ее гардеробную. Там отдельно от всех вещей висело серебряное платье, думаю, что она выбрала его для сегодняшнего вечера. Я прошел дальше и там меня ждал шок…

Перед зеркалом стояла Ана в черном корсет-бюстье с серебряной отделкой и в очень коротких черных трусиках, которые прикрывали самое необходимое. На ее длинных стройных ногах были одеты чулки телесного цвета.

О боже… это лучшее эротическое шоу, которое мужчина мог бы пожелать.

Я замер на месте. Клянусь, только что мое сердце пропустило один удар. Она выглядела потрясающе в этом сексуальном нижнем белье. Черный корсет, так эротично обволакивал ее тело, она идеальна, а еще я не мог оторвать глаз от фантастически сексуального декольте.

Я представить себе не мог, что она будет так потрясающе выглядеть в дизайнерском белье.

— Вам нужна моя помощь, мистер Грей? Вероятно, вы явились сюда с какой-то целью, а не для того, чтобы бессмысленно стоять, разинув рот.

Черт побери… Своими словами, она привела меня в чувство.

— Мисс Стил, мне нравится стоять, бессмысленно разинув рот, — подошел к ней ближе, по-прежнему не отрывая от нее глаз. — Напомните мне, чтобы я послал карточку с благодарностью Кэролайн Эктон.

Она вопросительно посмотрела на меня.

— Персональный продавец в «Нейман», — уточнил я, понимая, что она не поняла, кто это.

— А-а.

— Я рассеянный.

Да уж, мисс Эктон превосходно выполнила свою работу. Рад, что Ана наденет сегодня вечером серебряное платье, потому что это мой любимый цвет, он отлично подчеркивает ее голубые глаза. Я бы тоже выбрал его, если бы она попросила помочь с выбором. Оно простое с красивым вырезом.

— Знаю. Что ты хочешь, Кристиан?

Она вела себя так, как будто я ей помешал. Хорошо, давай теперь посмотрим, как она отреагирует на мое предложение. Глядя на нее, я достал из кармана свой маленький презент — серебряные шарики. Ее глаза в ужасе расширились.

— Это не то, что ты думаешь, — быстро предупредил я.

— Тогда объясни, — одними губами попросила она.

— Я подумал, что ты могла бы носить их сегодня вечером.

Вижу, как до нее медленно доходит смысл моей фразы.

— На приеме? — шокировано спросила она.

Я кивнул ей в подтверждении своих намерений.

Ох, да ладно! Девушка, которая пришла без трусиков знакомиться с моими родителями, в шоке от моего предложения?

— И после этого ты меня отшлепаешь?

— Нет.

Разочарование на ее лице заставило меня рассмеяться.

— А ты что, этого хочешь?

Она молчала и смотрела на меня, судорожно сглатывая. Вот этого я от нее не ожидал… Мне кажется, что она уже сама запуталась и не знала чего хочет. С одной стороны, она боится боли, но с другой, я помню, как она возбудилась, когда я впервые сделал это.

— Уверяю тебя, что я больше не собираюсь прикасаться к тебе таким образом, даже если ты станешь умолять меня об этом.

Я не испорчу все снова. И свое решение, в ближайшем будущем, я не изменю. Никакой боли, наказаний и рискованных действий. Только ваниль… ну ладно, эксцентричная ваниль, которая прекрасно вписывается в наши отношения.

— Хочешь поиграть в эту игру? — продолжил я, соблазняя ее шариками, зная, каким успехом они пользовались в прошлый раз. — Ты всегда можешь их вытащить, если тебе надоест.

Они отлично работают и без шлепков. Это идеальная секс-игрушка и простой, эффективный способ, чтобы отвлечь ее внимание от ситуации с Лейлой. В конечном итоге она будет умолять меня оттрахать ее, и я буду рад ей в этом помочь .

Я был в восторге, когда она застенчиво согласилась на мое предложение.

— Молодец, хорошая девочка, — я уже в предвкушении. — Пойдем, я их вставлю, когда ты наденешь туфли.

— Туфли?

Я хочу видеть ее сексуальные ноги в серых Лабутенах на шпильке, которые она выбрала в тон к платью. Они сделают ее ножки еще длинней. Я протянул руку, чтобы поддержать ее, пока она надевала туфли.

Господи… Ана в чулках и туфлях на шпильке… М-м-м, как же я люблю чулки. Она так сексуально сейчас выглядела, я даже в мыслях себе этого представить не мог. Мой член, весьма красноречиво, подтверждал мои мысли с тех пор, как я оказался в ее комнате. Теперь жесткий стояк мне обеспечен на весь вечер. Черт.

Я привел ее к кровати. Хочу взглянуть на нее во всей красе, чтобы одна мысль о ней не покидала меня весь вечер. Я взял стул и поставил его передней ней, а сам сел на кровать позади нее.

— Когда я кивну, ты наклонишься и будешь держаться за стул. Поняла? — Я пытался говорить связно, но мой голос предательски выдал мое возбуждение.

— Да.

— Хорошо. Теперь открой рот.

Возможно, Ана ждала, что я положу ей в рот шарики, но вместо них к ее рту я поднес свой указательный палец. Ничего не мог с собой поделать. Мне сейчас это очень нужно.

— Соси, — приказал я.

Она послушно взяла мой палец в рот и начала жестко сосать. Господи боже, я уже на грани. Что ты делаешь со мной, женщина?! Мой мозг надавил на газ, обороты резко повысились и ушли в отсечку, как будто я мчался с максимальной скоростью по встречной. Я чуть не застонал. Я положил серебряные шарики себе в рот, чтобы их согреть и увлажнить для нее. Когда я попытался забрать свой палец у ненасытной девушки, она укусила меня, не желая расставаться с ним, какая жадная девочка.

Ухмыляясь своим мыслям, я отрицательно покачал головой. Она всегда своими действиями застала меня врасплох. Мне нужно успеть вставить в нее шарики, пока я окончательно не растерял свой самоконтроль и не взял ее прямо здесь и сейчас.

Я кивнул ей. Она наклонилась и взялась за край стула. Передо мной открылся потрясающий вид. Я сдвинул в сторону трусики и очень медленно вставил в нее палец, чтобы проверить ее готовность к шарикам. Она была готова, и черт подери, я уже представил, как мой член сейчас мог бы проскользнуть в нее, вместо моего пальца.

Ох, детка, я должен довести эту игру до конца, я представить не могу, какой умопомрачительный секс меня ждет позже, когда шарики сделают свое дело.

Я вытащил из нее палец и вставил сначала один шарик, затем второй, проталкивая глубже внутрь нее. Потом поправил трусики и поцеловал ее фантастический зад. М-м-м, ее попка такая упругая и гладкая, что мне захотелось укусить ее… Я хотел отшлепать ее… Я посмотрел вниз на ее длинные ноги, провел ладонью по всей длине от щиколотки до бедер, нежно целуя каждое бедро там, где заканчивается кружево чулок.

— У вас классные ноги, мисс Стил, — в полном восторге пробормотал я.

Никому больше не доступно это зрелище, только мне. Никто, кроме меня не будет знать, что у нее под платьем. Я встал сзади и схватил ее за бедра, прижал к себе, чтобы она почувствовала мою эрекцию.

— Пожалуй, я возьму тебя в такой позе, когда мы вернемся домой. Теперь можешь выпрямиться.

Она выпрямилась, а я, не разжимая рук, поцеловал ее в плечо. У меня есть еще один подарок для нее. Вытаскивая его из кармана, я молился, чтобы она приняла его.

— Я купил вот эту штуку тебе в прошлую субботу, чтобы ты ее надела, — протянул к ней кулак и разжал его. На ладони лежала маленькая красная коробочка «Картье». — Но ты сбежала, и у меня не было возможности передать это тебе. Это мой второй шанс, — пробормотал я нервно.

Они напоминали мне о том аде, через который я прошел неделю назад. Если она их сейчас примет, это будет означать, что мы продвинулись дальше в наших отношениях.

Она нерешительно взяла коробочку и открыла. В ней ярко сияли серьги. В каждой по четыре бриллианта, один — внизу, а три — немного выше по вертикали. Они выполнены в классическом дизайне, а все материалы высшего качества, хотя она вряд ли это поймет. Главное, что я это знаю, моя девочка заслуживает всего самого лучшего.

— Они очень милые, спасибо.

Они ей действительно понравились, и я вздохнул с облегчением. Она приняла их, мой второй шанс. Ана улыбнулась мне, и я не смог не улыбнуться ей в ответ. Ее реакция всегда должна быть такой, когда я что-то ей дарю. В этот момент мы получаем удовольствие в равной степени. Не скрывая своего восторга, я снова поцеловал ее в плечо. Теперь мы можем идти дальше, я все правильно сделал, подарив Анастейше эти сережки.

— Ты выбрала это серебристое платье? — Миа подготовила для нас маскарадные маски и заставила меня отдать подходящую из них Ане. Теперь я должен выбрать, какую из трех масок ей отдать.

— Да. Правильно?

Понятно, значит серебряная.

— Конечно. Что ж, не буду тебе мешать.

Я собрал остатки своего самоконтроля и, не оглядываясь, вышел из ее спальни. Задержись я здесь еще на минуту, мы бы еще не скоро отсюда вышли. Нам нельзя опаздывать. Это было бы проявлением неуважения по отношению к моей семье, которая давно готовилась к этому мероприятию.

Я стоял в зале, обсуждая с Тейлором и новичками последние детали их работы на сегодняшнем вечере. Тейлор рассказал, что сегодня мы возьмем две машины Ауди A8. Есть в этих машинах один маленький секрет — это бронированные автомобили. С первого взгляда их невозможно отличить от обычных, даже профессионалу.

Задача оперативной группы — вести наружное наблюдение, обеспечивая полную защиту всем присутствующим. Для выполнения поставленной задачи, Тейлор выдал каждому скрытое радиопередающее оборудование с невидимой гарнитурой с РТТ — РТТ переключателем. Мне совершенно не нужно, чтобы они привлекали к себе внимание Аны или гостей. Они были все вооружены, от чего мне было некомфортно, но учитывая обстоятельства, я понимал, что это необходимость. Иначе, они не смогут нас защитить от возможного вооруженного нападения Лейлы.

Мне много раз предоставлялась возможность научиться стрелять, но я так этого и не сделал, я всегда был против оружия. Но не в этот раз. По разговору, я понял, что они опытные ребята. Люблю, когда мои слова улавливают на лету.

Пока я говорил, в какой-то момент понял, что я больше не владел вниманием всех мужчин, которых здесь собрал. Они все шокировано уставились куда-то за мое плечо. Я обернулся и увидел Ану. Мужчины быстро взяли себя в руки и перестали таращиться на мою очаровательную девушку. Теперь, я думаю, они поняли, почему я так стремлюсь ее защитить. Она застенчиво стояла в великолепном серебристом платье без бретелек, волосы мягкими волнами обрамляли лицо и падали на грудь, такая хрупкая и беззащитная. Я смотрел на нее и не верил, что эта девушка привыкла носить джинсы с кедами, вместо бриллиантов и нарядов от известных дизайнеров. Она потрясающе выглядела. Я подошел к ней и нежно поцеловал. Ее роскошные волосы божественно пахли, как всегда.

— Анастейша, ты выглядишь умопомрачительно.

Она покраснела от моего комплимента, который я ей сделал при всех. Обычно женщинам нравилось, когда им делали комплименты, но только Ана не умела их принимать.

— Хочешь бокал шампанского перед отъездом?

Хочу помочь ей расслабиться.

— Да, пожалуйста, — быстро пробормотала она.

Я кивнул Тейлору, и он ушел в вестибюль вместе с остальными. Я пошел на кухню и достал из холодильника бутылку шампанского.

— Это охрана? — спросила она.

— Да, для персональной защиты. Они под контролем у Тейлора. Он тоже понимает в таких вещах, — сказал я и протянул ей бокал с шампанским.

Ана, по-моему, доверяла Тейлору.

— Он прямо универсал.

— Да, так и есть, — но хватит о нем. — Ты очень хорошо выглядишь, Анастейша. Ну, за нас. — Мне нравится, как она заправила волосы за ухо с одной стороны, открывая сережки, которые переливались в ее ушках всякий раз, когда она поворачивала голову. Хотел бы я осыпать ее драгоценностями, лишь бы она разрешила мне это сделать. Она заслуживала всего самого лучшего. Я присмотрелся на ее лицо, выглядела она спокойно, что меня удивило. По всей видимости, серебряные шарики пока не оказывали никакого эффекта. Интересно, как долго она сможет продержаться? Черт побери, стоило мне об этом подумать, как мой член дернулся и моментально затвердел.

— Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, нормально, — она мило улыбнулась, но не более того.

Хм, еще не вечер, мисс Стил. Немного терпения и я получу всё, чего жду от этого вечера.

— Возьми, тебе это понадобится, — я вручил ей бархатный мешочек. — Открой его, — сказал я между глотками шампанского. Заинтригованная, она запустила руку в мешочек и вытащила маскарадную маску серебряного цвета с синими перьями. — Это ведь маскарад, — объяснил я, когда заметил вопросительный взгляд Аны. — Маска не скроет твои красивые глаза, Анастейша.

Она робко улыбнулась мне.

— А ты наденешь маску?

— Конечно. В маске чувствуешь себя свободнее.

Хотя Тейлор от этой идеи не в восторге. Маскарад усложнит работу всей команде. Но больше всего, его беспокоит фейерверк, потому что его шум обеспечит отличное прикрытие для нападения с огнестрельным оружием. Он рекомендовал нам уйти прежде, чем он начнется. Я сказал ему, что решу это позже. Я посмотрел на часы, зная, что команде нужно время подготовить автомобили, поэтому я решил показать Ане свою библиотеку. Думаю, что эта комната ей понравится, учитывая ее любовь к книгам.

— У тебя библиотека! — восторженно пискнула она.

Здесь у меня целая коллекция всевозможных первоизданий.

— Да, Элиот называет ее «комнатой шариков». Как видишь сама, апартаменты у меня вместительные. Сегодня, когда ты сказала про исследование, я сообразил, что еще не показал тебе всю квартиру. Сейчас некогда, но я решил привести тебя в эту комнату. Может, в недалеком будущем мы сыграем с тобой в бильярд, если ты умеешь.

И потом трахнуть ее прямо здесь на столе. Мне нравилась мысль о возможности трахать ее в разных местах, вне моей игровой комнаты. Ана с улыбкой посмотрела на меня. Я представил, как она говорит, что не умеет играть в бильярд, а я предлагаю научить ее. Я бы наслаждался таким обучением. Представил, как она склоняется над столом, а ее сексуальный зад трется о мой член. Но вместо этого, я увидел ликование на ее лице. У нее есть другие идеи или она что-то скрывает от меня?

— Что?

— Ничего, — сказала она быстро, стараясь стереть самодовольное выражение с лица.

Черт, может, она подумала, что может меня обыграть? Глупая девочка. Я почти громко рассмеялся при этой мысли.

— Что ж, может, доктор Флинн раскроет твои секреты. Ты встретишься с ним сегодня вечером.

Думаю, что лучше предупредить ее о том, что он тоже там будет. Я не знаю, что задумал Джон, но он грозился украсть ее у меня. Ему очень любопытно встретиться с Анастейшей, после всего, что он слышал об этой молодой женщине, которая так повлияла на меня.

— С этим дорогостоящим шарлатаном?

Кажется, что эта новость, по какой-то причине, ее нервировала.

— С ним самым. Он умирает от желания побеседовать с тобой.

Добрый доктор Флинн бросил мне вызов на этот вечер, так что теперь я просто должен дождаться, чтобы посмотреть, что он задумал. Я снова посмотрел на часы, и понял, что нам пора.

Мы удобно устроились на заднем сидении Ауди. Тейлор за рулем, а рядом с ним новый секьюрити — Люк Сойер. Несмотря на то, что я нанял целую группу людей, которые должны обеспечить нам безопасное существование, я все равно не отпущу Ану далеко от себя. Во-первых, потому что нет такого места, где бы я предпочел находиться сегодня вечером, только рядом с ней, а во-вторых, никто лучше меня не обеспечит ей личную безопасность. Знаю, что Тейлор и Уэлч тщательно проверили список гостей и весь обслуживающий персонал, но все-таки, маскарад осложнит их работу. К тому же никто не отменял человеческий фактор и чью-то малейшую ошибку, которая может стать для меня фатальной. Поэтому, я лично буду сканировать каждого, кто будет приближаться к нам, и если вдруг я увижу Лейлу, то смогу подать знак охране. Хотя, я думаю, что сам смогу с ней справиться. За время наших контрактных отношений я хорошо ее изучил. Она прирожденная сабмиссив. Мне мало верится, что за три года, которые она прожила после меня, могла сильно измениться. Уверен, что, если столкнусь с ней лицом к лицу, она все равно будет мне подчиняться. Но лучше бы этого не произошло, по крайней мере, сегодня. Мне бы не хотелось доказывать собственную теорию на глазах у своих родных.

Я держал руку Аны и нежно провел пальцем по ее ладони. Она начала ерзать.

А вот и первый знак. Шарики начали свое воздействие.

Ана посмотрела на меня, коварно поблескивая глазами. Она положила ногу на ногу, и выражение ее лица изменилось, как будто она что-то вспомнила.

— Где ты взял помаду? — спокойно спросила она.

Я ухмыльнулся и указал пальцем в кресло водителя.

— У Тейлора, — произнес я одними губами.

— А-а, — засмеялась она, а потом прикусила губу.

Так-так… кажется, мисс Стил почти готова… пожалуй подкину дров…

— Расслабься, — чуть слышно произнес я. — А если тебе невмоготу… — я ласково целовал поочередно ее пальчики и тихонько посасывал мизинец.

От моих действий, она закрыла глаза.

О да… от нее сейчас искры полетят. Не могу от нее оторвать глаз. Она такая сексуальная, а я не могу остановиться, я хочу завести ее еще сильнее. Она открыла глаза и лукаво усмехнулась мне. Она что-то задумала.

— Так что же нас ждет на этом приеме?

— А, обычная чепуха, — ответил я, стараясь выглядеть беззаботно.

— Для меня не совсем обычная.

Ну конечно, я понимал, что Ана раньше не была на таких мероприятиях, думаю, что настало время ей к этому привыкать. Хочу, чтобы она везде меня сопровождала.

— Куча народу будет хвастаться своим богатством. Аукцион, лотерея, обед, танцы — моя мать умеет устраивать приемы.



Глава 13. Маскарад

Мы приехали. Здесь всё, как обычно, я взглянул на Ану, она была впечатлена тем, как украшен центральный вход. Мама с Миа постарались на славу.

Прежде чем выйти из машины, нам нужно было надеть маски. У меня классическая черная маска, и она прекрасно скроет мою темную личность. Ана надела серебряную маску и ее глаза стали ярче. А еще, я заметил, что она очень нервничала. Нужно ее успокоить.

— Ты выглядишь замечательно, Анастейша, — я поцеловал ее руку и вышел из машины.

Темно-зеленая дорожка проходила вдоль фасада по газону и вела к просторному лугу за домом. Я обнял ее за талию, и мы пошли по зеленой дорожке, вливаясь в поток сиэтловской элиты, одетой в изысканные наряды и разнообразные маски. Два нанятых фотографа щелкали гостей на фоне увитой плющом беседки. Меня окликнул один из фотографов «Сиэтл таймс». Я с удовольствием позировал ему, притягивая Ану ближе к себе. Мне вспомнилось, как я, неделю назад, нашел всего лишь пару снимков вместе с Аной. Они стали для меня очень ценными. Думал, что новых больше никогда не будет. Сегодня я хотел исправить это недоразумение. Мне нужно больше фотографий для моей драгоценной коллекции. Я взял Ану за руку, и мы пошли в сторону большого шатра, где собирались все приглашенные гости.

Мои родители ежегодно устраивали это благотворительное мероприятие. Их программа называлась «Справимся вместе». Они помогали маленьким детям, живущим в семьях наркоманов. Я всем сердцем поддерживал их идею, хоть она и доставала из меня всякие непрошеные воспоминания. Моя мама очень добрая, чуткая женщина и я рад ей помочь. Именно она протянула мне руку помощи, когда я в этом так сильно нуждался. Я всю жизнь буду благодарить ее за это.

Около шатра ходили официанты с шампанским. Я взял два бокала, и, отдавая один Ане, заметил, что она чем-то обеспокоена, надеюсь, что дело не в Лейле. Я улыбнулся ей, не хочу, чтобы она волновалась по пустякам. Вдруг, откуда-то из толпы, я услышал, как меня позвала Миа.

— Кристиан! — она, как розовое облако, моментально окутала меня, обнимая за шею. Я заметил, как Тейлор что-то сказал в рукав, вероятно, он только что сказал команде, что это моя сестра, а не бывшая свихнувшаяся нижняя. — Ана! Ах, дорогая, ты выглядишь великолепно!

Она обняла ее и тут же разжала руки. Мне приятно, что Миа очень рада видеть мою застенчивую девушку. Моя младшая сестра очень добрая и активная… подавляюще активная.

— Ты непременно должна познакомиться с моими подружками. Никто из них не верит, что Кристиан наконец-то нашел себе избранницу.

Ана бросила на меня нервный взгляд. Понял, что ей не нравится настойчивость сестры, но я ничего не мог поделать, это Миа. В ответ я смог только пожать плечами. Она потащила Ану к своим подружкам, которые стояли в режиме ожидания. Хоть они все были в масках, я все равно их узнал. Я столкнулся с кислым взглядом Лили, которая всегда откровенно мне себя предлагала. Не понимаю, почему Миа до сих пор с ней общается? Она перевела свой испепеляющий взгляд на Ану, и тут я понял, что мою девочку пора спасать.

— Леди, можно мне увести от вас мою избранницу? — обняв за талию, я привлек ее к себе. Ана тут же расслабилась.

Мы прошлись с Аной по территории, чтобы поздороваться с гостями. У нас собралась вся элита Сиэтла. Я общался и представлял Анастейшу тем, с кем был заинтересован завязать деловые отношения, или тем, кто может в будущем оказаться для меня полезным. Естественно, всем очень интересно было узнать о моей девушке, и это к лучшему, пора окончательно опровергнуть слухи о том, что я гей.

На самом деле мне плевать, кто с кем спит. Каждый сам выбирает свой образ жизни. Да и кто я такой, чтобы кого-то судить? Я рад, что никто не знает всей правды обо мне.

Пусть видят, что у меня есть красивая девушка. Я хочу, чтобы о нас все узнали. Среди окружения всегда находились люди-прилипалы и подхалимы. Как же я их не выношу. Как правило, так себя ведут те, с которыми я учился какое-то время в Гарварде. И они почему-то наивно полагали, что мне было интересно, как развивается их бизнес. Я не хотел тратить свое время на общение с ними.

Все время я сканировал толпу, искал человека, который мог быть похож на Лейлу. Надеюсь, что для Аны я не так очевиден, и она не заметит, что я делаю. Она выпила пару бокалов шампанского… А еще, серебряные шарики… интересно, как она себя чувствует сейчас? Она отлично держится, остроумно отвечая о недружественном поглощении СИП старику Экклу, ассистенту по налогам. Откуда он только узнал об этом? Но я не показал своего удивления, я привык скрывать свои эмоции, поэтому в этот раз, я только холодно посмотрел в его сторону.

Нас пригласили к столу. Когда мы подошли ближе, мама приветливо улыбнулась.

— Ана, я рада Вас видеть! Вы чудесно выглядите.

Ана нравилась моей маме. Господи, я себя чувствую подростком, который впервые привел девушку к родителям. Видя их реакцию на нее, я гордился своим выбором. Моя мама очень красивая женщина. Даже в свои пятьдесят с хвостиком, она выглядела потрясающе. Как-то недавно, Анастейша сказала, что мама должна мной гордиться, но мне кажется, что если она узнает, какой я на самом деле развратный ублюдок, она возненавидит меня. Мне очень жаль, что я не могу быть таким сыном, которого она заслуживает. Зато у нее есть Миа и Элиот.

— Здравствуй, мама, — я наклонился, чтобы поцеловать ее в обе щеки.

— Ох, Кристиан, ты так формально здороваешься! — шутливо упрекнула она. Но я не могу быть таким же ласковым как Миа и Элиот. Это не по мне. Они заслуживали ее любви больше, чем я. Предпочитаю подальше от всех держать свою темную душу, не хочу никого запачкать всем этим дерьмом. Я здесь чужой, но мне бы очень хотелось быть ближе к ним, может быть Ана будет проводником в мир моей семьи?

Мы нашли свои места. Мои бабушка и дедушка тоже были здесь. Для своего возраста они выглядели молодыми и энергичными. Я давно их не видел, но не сомневаюсь, что они уже наслышаны о моей девушке.

— Бабушка, дедушка, позвольте вам представить Анастейшу Стил.

— Ах, наконец-то он нашел себе девушку, как чудесно, и какая хорошенькая! Что ж, я надеюсь, что вы сделаете из него порядочного человека, — протараторила она, пожимая ей руку.

Поверить не могу, что для моей семьи появление девушки в моей жизни выглядело как какое-то гребаное чудо. Почему они так удивлены, что у меня появилась девушка? Мне даже не тридцать, и к тому же я был занят построением собственной империи, почему этого никто не понимает? Если бы я был как Элиот, который зависает каждую неделю с новой девушкой, для них это было бы не так необычно. Мама быстро направилась в сторону Аны.

— Мама, не смущай Ану!

Спасибо тебе мама, ты как всегда вовремя… Бабушка себя вела, как курица-наседка, у которой появилось пополнение в ее выводке.

— Милая, не обращай внимания на глупую старушку, — дедушка пожал ей руку. — Она считает, что раз она такая старая, то имеет право говорить любую глупость, какая придет ей в голову.

Мои бабушка с дедушкой очень любили друг друга, хотя и постоянно цапались. Я уже привык к этому, но не Ана, у нас вообще никогда речь не заходила о ее стариках, возможно потому, что их уже нет в живых. Я ничего не знал об этом.

— Ана, это мой друг Шон, — Миа робко представила своего парня.

Так стоп… ПАРНЯ? Почему я не знал об этом? Она же только приехала из Франции, когда этот Шон успел нарисоваться?

Я пожал ему руку, и он вяло ответил мне, слабак. Я пристально рассмотрел его. Он слишком молодой для Миа, и вряд ли сможет взять за нее ответственность. Возможно, для нее он был парнем на один вечер, просто для того, чтобы весело провести время. По крайней мере, я на это надеюсь. Не нравится мне этот Шон. Нужно будет чуть позже его пробить.

Мы уселись за стол, Ана села между мной и дедушкой. Ланс и Джанин, друзья Грейс, последняя пара, которая присела за наш стол. Не хватало только папы. Я мельком посмотрел в сторону охраны, они уже были рассредоточены по своим точкам наблюдения. Вскоре отсутствие папы стало мне понятным, он решил сам открыть благотворительный вечер. На нем была роскошная золотая маска Панчинелло.

— Леди и джентльмены, добро пожаловать на наш ежегодный благотворительный бал. Надеюсь, что вам понравится программа, приготовленная для вас, и вы пошарите в своих карманах и поддержите ту фантастическую работу, которую делает наша команда по программе «Справимся вместе». Как вам известно, мы с женой вкладываем в нее всю душу. А сейчас я передаю вас в руки нашего церемониймейстера. Прошу вас, садитесь и наслаждайтесь вечером, — он закончил свою речь.

Раздались вежливые аплодисменты, и гул голосов снова нарастал. Затем он подошел к нашему столику, чтобы присоединиться к нам.

— Рад снова видеть тебя, Ана, — сказал он, и поцеловал ее в обе щеки. Папа очень тепло ее встретил, и мне это понравилось, значит, одобряет мой выбор. Моя семья ее приняла, все кроме Элены, но она не член семьи, хотя очень много знала обо мне. Пока я не видел ее, может все-таки она не придет? Я очень на это надеялся, мне хватило проблем с Лейлой. Церемониймейстер объявил в микрофон, что пора выбрать главу стола. Миа снова с энтузиазмом подключилась.

— В центре стола вы найдете конверт, — продолжил ведущий. — Пускай каждый из вас найдет, попросит, возьмет взаймы или украдет чек с самой большой суммой, какую вы можете себе позволить. Напишите на нем свое имя и положите внутрь конверта. Главы столов, пожалуйста, тщательно охраняйте эти конверты. Они понадобятся нам позже.

Ана изменилась в лице. Думаю, что ей в голову не пришло взять с собой наличные, потому что она понятия не имела, что обычно бывает на таких мероприятиях. Такие вечера, как раз нацелены на очень богатых людей, которые смогут пожертвовать кругленькую сумму. Но для нее это не должно быть проблемой. Моя семья знала, что у Аны нет больших денег, поэтому от нее никто не ждал, что она внесет свой вклад.

Как всегда, я обо всем позаботился заранее. Я вытащил бумажник и достал из него два чека по сто долларов. Один я отдал Ане.

— Я потом тебе отдам, — прошептала она.

Как можно быть такой упрямой? Я воздержался от комментариев, хотя меня так и разжигало сказать, что я думаю по этому поводу. Просто не хотел ссориться с ней при всех, но как только мы вернемся домой, я обязательно с ней поговорю. Я думал, что мы переступили через это дерьмо, когда она приняла от меня серьги, оказалось, что я ошибался. Она в ужасе смотрела на сервировку стола, очевидно, что не знала, когда и чем нужно пользоваться. Но ей не нужно об этом волноваться — я подскажу ей. Мне хотелось ее обучать, быть ее наставником. Конечно, это не то же самое, что быть ее мастером, но все же.

Опустили края шатра, закрыв проход, через который все входили. Впереди два человека раздвинули полог, и взорам гостей предстал закат солнца над Сиэтлом и заливом Мейденбауэр. От красоты у нее захватило дух. В оранжевой воде спокойного залива отражались мерцающие огни Сиэтла и опаловое небо. Ана сидела и любовалась видом. Интересно, где она хотела бы жить в будущем? Не будет же она все время жить с Кейт. Мне бы очень хотелось, чтобы она освоилась в моей квартире. У меня тоже прекрасный вид из окна. «Эскала» полностью удовлетворяла моим пожеланиям и образу жизни. Знаю, что квартира подходит больше для холостяка, но мне бы хотелось, что бы ей было уютно, поэтому и показал ей библиотеку. Надеюсь, что ей там понравится…

Так, притормози, Грей! Она всего лишь осталась у тебя до тех пор, пока ты не поймаешь Лейлу.

К нашему столику подошли десять официантов с подносами. По безмолвному знаку они синхронно подали нам закуски и исчезли. Тартар из лосося восхитителен.

— Изголодалась? — еле слышно прошептал ей на ушко.

Она поняла, что я имел в виду не еду. Меня волновали серебряные шарики. Прошло уже достаточно времени с того момента, как я их вставил, они должны были во всю работать. Хотя по ней не скажешь, она хорошо держалась, поэтому я и не знаю, что думать.

— Ужасно, — прошептала она, и смело встретила мой взгляд.

Да, шарики работали как надо, для нас обоих. Я в предвкушении. У меня уже был жесткий стояк, и я просто мечтал с ней уединиться, но пока это невозможно.

Мой дед завладел вниманием Аны и оживленно с ней беседовал, рассказывал о своей семье — эта информация была для нее новой. Во время общения она выглядела заинтересованной, вместо того, чтобы просто кивать из вежливости. Она очень внимательная девушка и это льстило моему деду. Старики любят, когда их слушают. Миа активно общалась за столом, в отличие от ее парня. Я посмотрел на Шона. Думаю, что он ей не пара, он два слова связать не мог, скорее всего, долго не протянет. Мало кто мог поспевать за Миа.

Еда была очень вкусной, и я рад, что у Аны хороший аппетит. Надеюсь, что она скоро вернет себе несколько килограмм, которые потеряла, после нашего расставания. После десерта, церемониймейстер взял наш конверт и произнес длинную и изысканную фразу, в которой попросил Грейс достать выигрышный чек. Победил счастливчик Шон. Ему вручили корзинку, завернутую в шелк.

Надеюсь, что это единственное, в чем ему сегодня вечером повезет.

Когда Ана дала понять, что ей срочно нужно в дамскую комнату, все посторонние мысли исчезли из моей головы. Я весь вечер ждал, когда серебряные шарики сделают свое дело, а теперь я хотел пожинать плоды.

— Сейчас я провожу тебя, — предложил я, зная точно, где бы я хотел взять ее. Когда Ана встала, все мужчины за столом, так же вежливо приподнялись, поэтому мы не смогли сбежать незаметно.

Черт бы побрал эти хорошие манеры.

Ана здесь еще не успела освоиться, и в том, что я собирался показать ей дорогу, не было ничего особенного, ведь так?

Только я встал со своего стула, чтобы уйти вместе с Аной, резко вскочила Миа и сказала, что она сама ей все покажет.

Я даже не успел возразить! Как можно было разрушить все мои планы в одну секунду? Мне ничего не оставалось, как смиренно сесть обратно на свое место. Я уже в отчаянии. В голове у меня образ Аны в нижнем белье, черт, я даже не слышал, что у меня спросил дед. Я посмотрел на него, понимая, что он ждал от меня какого-то гребаного ответа, только я не знал, что сказать. Хорошо, что мама была рядом и отвлекла его внимание на себя. Черт подери, это была замечательная возможность, чтобы сбежать ото всех, но я надеюсь, что она была не последней.

Когда Ана вернулась, на ее лице было заметное облегчение.

Я крепко взял ее за руку, и мы внимательно слушали Каррика, который снова вернулся на сцену и рассказывал гостям о программе «Справимся вместе». Я передал ей список аукционных цен, который она изучала с интересом.

— У тебя есть собственность в Аспене? — спросила она так, как будто я совершил преступление века.

Почему она так реагирует? По-моему, это нормально. Я шикнул, чтобы она вела себя сдержанней, шел аукцион, а она привлекала к нам внимание.

— Я тебе потом расскажу, — спокойно прошептал я. — Я хотел пойти с тобой.

Я все еще злился, что мои планы сорвали к чертовой матери. Может Ане следовало дождаться более благоприятного момента, для того чтобы посетить дамскую комнату? Глядя на ее выражение лица, я понял, что не только я чувствовал себя обделенным. Но пока шел аукцион, мы не могли уйти. Мы должны были сидеть здесь. Торги плавно перешли к розыгрышу путевки на неделю в Аспене. Все шло хорошо, цена достигла двадцати тысячи долларов.

— Двадцать тысяч раз, двадцать тысяч два, — объявил ведущий.

— Двадцать четыре тысячи долларов! — Услышал я новую ставку рядом с собой. Я не поверил ушам! Это крикнула Ана! Что она делает?

Вся моя семья повернулась в нашу сторону и посмотрела на нее в удивлении, потому что знали, что у нее нет таких денег. Черт побери, она все-таки нашла, куда вложить деньги, которые я с таким трудом всучил ей за тот кусок дерьма, который она называла своей машиной. Я перевел их на ее банковский счет, надеясь, что она благоразумно потратит их на себя, а она снова бросила мне вызов, возвращая мне, таким образом, деньги обратно. Во мне от злости все закипело! Как бы я хотел выбить из нее всю непокорную дурь! У меня руки чесались, чтобы ее отшлепать, но я не мог этого сделать.

Такое наказание вычеркнуто из нашего меню, не забывай об этом, Грей!

— Двадцать четыре тысячи долларов, прелестная леди в серебряной маске. Раз… два… Продано!

Все начали аплодировать, а она сидела и нервно косилась в мою сторону, видимо ждала моей реакции. А я был настолько зол, что еле сдерживался.

— Не знаю, то ли мне благоговейно тебе поклоняться, то ли хорошенько отшлепать и выбить из тебя дурь, — прошептал ей на ушко с натянутой улыбкой, давая понять, что я сейчас в ярости.

— Я бы выбрала второй вариант, — горячо прошептала она, когда аплодисменты затихли.

Что? Она только что согласилась на порку? Или она просто пыталась меня успокоить? Ана, как обычно, действовала импульсивно, и только сейчас заметила, что я очень разозлился. Весьма опрометчивым было ее предложение, были бы мы сейчас одни, вряд ли бы отказался, несмотря на то, что обещал себе этого не делать, даже если бы она меня умоляла. И что я вижу? Она сейчас меня умоляет об этом! Я не могу в это поверить! Что произошло? Почему она вдруг этого захотела? Может просто потому, что сейчас она себя чувствовала хуже, чем я? Не уверен, что шарики могли перестараться, но видимо с Аной это возможно! Я мучительно хотел ее, у меня перехватило дыхание от ее темного взгляда. Она не шутила, а у меня появился коварный план.

— Ты выбираешь страдание? Что ж, поглядим, как нам это организовать… — я провел пальцами по ее щеке. Сил нет, как я хочу прикоснуться к ее нежной коже. Я мечтаю наброситься на нее, а мои штаны скоро порвутся от желания. Хочу подразнить, чтобы усилить ее возбуждение. Я обнял ее за плечи, большим пальцем ритмично поглаживал ее спину, а другой рукой сжал ее руку, нежно поцеловал, положил к себе на колени, а потом постепенно переместил прямо к члену.

Почувствуй детка, как сильно я тебя хочу.

Ана была шокирована моей дерзостью, но не убрала руку, а воспользовалась моментом и начала ласкать своими нежными пальчиками.

Боже мой, я и не думал, что она может быть такой бесстыдницей.

Мне нравился ее вызов. Я прикрыл ее руку своей, пряча ее смелые пальцы, а другой рукой пощекотал ее затылок. Предвкушение разжигало внутри меня пламя. Мое дыхание становилось прерывистым, мне было очень сложно сейчас контролировать собственное возбуждение. В моем теле бушевал пожар, а наше положение становилось невыносимым.

Неделя у озера Адриана в Монтане — финальный лот аукциона.

— Продано за сто десять тысяч долларов! — торжественно объявил церемониймейстер.

Буря аплодисментов. Я с неохотой присоединился, Ана тоже, чтобы избежать подозрений, в том, что мы заняты сейчас чем-то нехорошим.

Черт подери, нам пора уходить, прямо сейчас.

Я повернулся к ней и спросил одними губами:

— Готова?

Она кивнула, широко улыбаясь.

— Ана! — крикнула Миа. — Пора!

Что?.. Нет… Какого черта? Куда пора?

— Что пора? — шокировано, спросила Ана.

— Аукцион первого танца. Пойдем! — Она встала и протянула ей руку.

Что за игру затеяла Миа? До меня только что дошло, какой раздражающей может быть моя сестра! Я поморщился, а моя девушка начала подавлять лихорадочный приступ смеха. Ей смешно, что наши планы разнес в пух и прах монстр в розовом платье? Это не смешно, но глядя на нее, я понял, что это уже нервное. Она выглядела так забавно, что я мгновенно успокоился.

— Первый танец будет со мной, хорошо? И не на танцполе, — страстно прошептал я, уткнувшись ей за ушко.

— Я буду ждать, — она нежно и невинно поцеловала меня в губы и улыбнулась. Мое плохое настроение вмиг испарилось. Я очень рад, что сегодня вечером она здесь со мной. Все намного лучше, когда я с ней, даже если все идет не по плану. Когда мы нехотя оторвались друг от друга, я заметил, что за нами наблюдали. Большая часть моей семьи смотрели на нас двоих из-за своих пугающих масок. Мои мама и бабушка сияли от счастья, а дедушка лукаво подмигнул. Даже мой папа смотрел на нас с доброжелательной улыбкой. Они просто не привыкли видеть меня таким… счастливым? Да, я сейчас чувствую себя счастливым… я и сам к этому не привык, но это очень приятное ощущение.

— Пойдем, Ана, — торопливо сказала Миа, разрушая наши чары.

Она взяла Ану за руку и потащила на сцену. Я знал, что Ана не любила быть в центре внимания, поэтому меня очень удивило, что она сама вызвалась принять участие в аукционе. Понятно, что это была идея Миа, моя сестренка еще та командирша. Но это уже не важно, если она хочет поучаствовать, я не против. Это будет наш первый танец. Никому не позволю у меня ее выиграть.

— Джентльмены, начинается самое интересное! — провозгласил церемониймейстер, перекрикивая гул толпы. — Этой минуты вы все давно ждете! Двенадцать прелестных леди согласились выставить на аукцион свой первый танец с тем, кто предложит самую большую ставку! Посмотрите на этих милых и послушных дев.

Я продвинулся ближе к сцене, здороваясь с теми, кого еще не видел. Ане было неуютно на сцене, они с Миа о чем-то перешептывались. Аукцион начался, и первые три женщины ушли с молотка, в среднем, от четырех до пяти тысяч долларов каждая. Ана следующая.

— А теперь позвольте представить красавицу Ану.

Она в ужасе смотрела на толпу, желая провалиться под землю, в тот момент, когда Миа подтолкнула ее в центр сцены. Это выглядело очень смешно. Ана участвовала в старомодном аукционе, в котором ее продавали как рабыню. Но все по-честному, потому что те деньги, которые за нее выручат, пойдут на благотворительность. Меня заводила мысль о том, что я ее куплю, и она будет моей рабыней… моей личной сексуальной рабыней.

Боже, сейчас я ее быстро выиграю и утащу отсюда, несмотря ни на что. Нам срочно нужно снять напряжение. Быстрее бы ведущий закончил торги за Ану.

— Красавица Ана играет на шести музыкальных инструментах, бегло говорит по-мандарински, любит йогу… Ну, джентльмены… — Он не успел договорить фразу, потому что я его перебил, называя свою ставку:

— Десять тысяч долларов. — Я сделал ставку в два раза больше предыдущей дамы, для того, чтобы всем было ясно, что не стоит даже заморачиваться на торг за эту женщину. Ана стоила каждого цента, а еще это для благотворительности.

— Пятнадцать. — Я услышал шокированные вздохи гостей, все обернулись в сторону человека, который решил со мной конкурировать. И я увидел того, кто это сделал. Это был высокий парень, который стоял и с вызовом смотрел на меня. У него была маска, очень похожая на мою, я сразу догадался, кто это был. Доктор Флинн решил воспользоваться случаем, чтобы проверить собственническую натуру. Я сегодня его еще не видел, видимо он решил воспользоваться эффектом неожиданности. Это было его первая попытка украсть Ану у меня из-под носа. Видимо, он решил рискнуть своим приличным гонораром. Я кивнул и криво улыбнулся, давая ему понять, что узнал его. Игра началась. Ана забеспокоилась, она не знала, кто решил пойти против меня. Но я знал, что тут не о чем беспокоиться. Понятно, что наша игра с Флинном мне еще аукнется от Анастейши. Уже представил, как Ана мне высказывает за то, что я снова на нее потратился, но оно того стоит.

— Двадцать, — я повысил ставку. Как далеко сможет зайти Джон?

— Двадцать пять, — стойкий сукин сын. Хорошо, пора завершать это дело.

— Сто тысяч долларов, — игра закончена.

Я должен выиграть в этой схватке. Слышались новые вздохи из толпы. Эта сумма в разы превосходила ту, которую дали за предыдущую девушку, но мне плевать. Никто, даже Джон, не украдет ее у меня. Он посмеялся над моей ставкой и вскинул руки в знак поражения. Я ухмыльнулся ему в ответ. Интересно, какова была бы его самая высокая ставка? Но я всегда побеждаю, и он это хорошо знает, поэтому в его ставке не было никакого риска.

— Сто тысяч долларов за прелестную Ану! Сто тысяч раз… сто тысяч два… — Церемониймейстер замер и посмотрел на Флинна. Тот с шутливым сожалением покачал головой и галантно поклонился.

— Продано! — торжественно произнес ведущий.

Оглушительная буря аплодисментов и ликования. Я вышел вперед, подал руку и помог сойти со сцены, радуясь тому, что сейчас нам Миа точно не помешает, потому что она должна находиться на сцене, пока не наступит ее очередь быть проданной с аукциона. Я с нетерпением повел Ану на выход из шатра, дав Тейлору сигнал. Я предупредил его, что нас какое-то время здесь не будет.

— Кто это был? — спросила она.

Я взглянул на свою красивую женщину, которую только что выиграл на аукционе. Не хотел тратить время на объяснения, потому что знал, что это был далеко не последний вопрос. У нас мало времени, и я не собирался тратить ни секунды.

— Ты познакомишься с ним позже. А сейчас я хочу тебе кое-что показать. До конца аукциона еще приблизительно полчаса. Потом нам нужно вернуться на танцпол, чтобы я смог насладиться танцем, за который заплатил.

— Очень дорогой танец, — неодобрительно пробормотала она.

— Я не сомневаюсь, что он будет стоить того, — сказал ей с улыбкой.

Я повел ее в дом. Туда, где до этого дня не была ни одна женщина. Думаю, что моя мама не будет возражать. Еще один первый раз. Это моя старая спальня. Она находилась на третьем этаже. Сюда точно никто не придет — это идеальное место для нашего свидания. Когда мы зашли, я сразу закрыл дверь на замок, на всякий случай.

— Это моя комната, — сказал я.

Сейчас я редко здесь бываю. Когда я сюда захожу, у меня появляется столько разных воспоминаний. Некоторые хорошие, а некоторые не очень хорошие. В комнате было всё на своих местах: мои старые фотографии, открытки, афиши, спортивные призы, билеты с концертов и плакат, подписанный самим Джузеппе де Натале. Этот боксер был моим кумиром. Помню, как я был счастлив, когда получил его автограф. Этот плакат был моей гордостью и радостью долгое время. Мама знала это. Мне приятно, что она оставила его на месте. Она всегда говорила, что, сколько бы времени ни прошло, этот дом всегда будет моим, как и эта комната. И сейчас я в прямом смысле хочу воспользоваться своим преимуществом, чтобы завершить одно срочное дело.

— Я никогда еще не приводил сюда девушек, — признался Ане.

— Никогда?

Я отрицательно покачал головой, хочу, чтобы она поняла, что она особенная для меня.

— У нас немного времени, Анастейша. Но, судя по нашему голоду, нам много и не нужно. Повернись. Дай-ка я извлеку тебя из этого платья.

У меня был стояк почти весь вечер, так что мне сейчас это было необходимо. Она повернулась ко мне спиной, а я наклонился и прошептал на ухо, чтобы она не снимала маску, она будет необычным сексуальным реквизитом в нашей игре. Ана простонала в предвкушении, когда я нежно прикоснулся к ней, расстегивая молнию платья, хочу снова увидеть то, что под ним скрывается. За этот вечер я несколько раз представлял себе Ану в нижнем белье, и, наконец-то, я могу снова это увидеть в реальности. Я снял пиджак, затем сделал паузу, чтобы насладиться прекрасным видом моей девушки в черном корсете, трусиках, чулках, на каблуках и в маске. Она выглядела еще сексуальнее, если это вообще возможно.

— Знаешь, Анастейша, — прошептал я, приближаясь к ней, развязывая на ходу галстук-бабочку, у меня есть на него свои планы. Потом медленно расстегнул три верхние пуговицы рубашки. — Я так разозлился, когда ты купила мой аукционный лот. Всякие мысли пронеслись в голове. Мне пришлось напомнить себе, что наказание вычеркнуто из нашего меню. Но потом ты сама попросила… Зачем ты это сделала?

— Зачем? Не знаю. Огорчение… слишком много алкоголя… — кротко пробормотала она, пожимая плечами.

В ее глазах читалось, что я нужен ей, и только я могу облегчить боль, которая кипела у нее внутри.

— Я дал себе слово, что больше никогда не стану тебя шлепать, даже если ты попросишь.

Я не шутил, когда говорил это.

— Пожалуйста! — взмолилась она.

Господи, она действительно этого хотела. Я не мог поверить, что мои мечты сбывались. Лишь бы они не превратились в кошмар. Я не мог так рисковать. Сейчас я ходил над пропастью, понимая, что она этого хочет, как никогда раньше. Казалось, что она очень расстроится, если я не отшлепаю ее перед тем, как трахну.

— Но потом я понял, что тебе, вероятно, в этот момент очень некомфортно, ты не привыкла к этому.

— Да, — согласилась она.

— Итак, можно ввести некоторую… самостоятельность. Если я это сделаю, ты должна пообещать мне одну вещь.

На самом деле я мечтаю о том, чтобы отшлепать ее фантастически сексуальный зад.

— Что угодно.

— При необходимости ты воспользуешься стоп-словом. При таком условии я сейчас займусь с тобой любовью, хорошо?

— Да. — Она учащенно дышала. Она хотела ощутить мою ладонь на своей попке. Я очень надеялся, что мы сделаем это по обоюдному согласию.

Да плевать. Я не могу сопротивляться, когда она меня умоляет ее отшлепать.

А что тебе еще нужно, Грей?

Сейчас, я должен быть очень осторожным. Если вдруг она передумает, я должен буду вовремя остановиться. Не хочу, чтобы она снова убежала от меня. Я нервно сглотнул, потом взял ее за руку и повел к кровати. Откинув одеяло, я сел и положил рядом с собой подушку. Она стояла передо мной. Я страстно дернул ее за руку, и она упала ко мне на колени. Я слегка сдвинул ее, и теперь она лежала на кровати, грудью на подушке, повернув лицо в сторону. Я убрал со спины ее волосы и погладил ее по щеке.

— Положи руки за спину.

Она выполнила мой приказ, а я взял галстук и связал ее запястья. Ей нравится, когда я ее связываю.

Хорошая девочка.

— Анастейша, ты в самом деле хочешь этого? — я должен убедиться в том, что я все правильно понял.

— Да, — прошептала она.

— Почему? — нежно спросил я, лаская ладонью ее ягодицы.

Я хотел ее понять. Она простонала от моего прикосновения. О да, Ана сильно возбуждена из-за серебряных шариков. Думаю, что этот опыт будет удивительным для нее, но я должен сейчас себя контролировать, мне нельзя отключаться, я должен видеть ее реакцию, и если я пойму, что начал причинять ей боль, вместо удовольствия, я должен вовремя остановиться. Но, мне кажется, что она справится, потому что впервые этого хотела, как всегда, хотела меня.

— Я должна придумать причину?

— Нет, малышка, не нужно, — сказал я. — Просто я пытаюсь тебя понять.

Я окинул взглядом ее ноги. Она не сняла шпильки, от которых ее ножки казались еще длиннее и сексуальнее, а еще чулки… м-м-м, как же меня все это заводит. Левой рукой я взял ее за талию, чтобы удержать ее на месте, а правой ладонью я нанес ей первый жесткий шлепок по ягодицам. Из нее вырвался громкий стон, но это от эротического наслаждения. Боже, это фантастическое ощущение. Я ударил снова, четко туда же. Новый стон. Ей это нравилось, так же как и мне, она сейчас наслаждалась этим. Как же нам чертовски хорошо вместе.

— Два, — пробормотал я. — Будет двенадцать.

Я уверен, что она справится с этим. Сейчас ей это нужно, и я с удовольствием готов удовлетворить ее потребность. Между шлепками я нежно ласкал ее попку. Она лежала на моих коленях, связанная, такая беспомощная, вся в моей власти — причем по собственной воле. Я в восторге! Я ударил ее снова, чуть правее, и еще раз, с другой стороны, потом остановился и медленно спустил с нее трусики. Ее кожа прогрелась и порозовела от моих прикосновений. Я продолжил свое наказание, считая до двенадцати. Она отдавалась ритму моих ударов, впитывая каждое мое прикосновение, наслаждаясь ими. Это доказывало, что мы сможем найти компромисс между нашими желаниями.

— Двенадцать, — пробормотал я низким, хриплым голосом.

Я не мог сдержать своего возбуждения. Я ласкал ее попку, забрался пальцами глубже между ног, медленно вставил два пальца внутрь нее и водил ими по кругу, по кругу, по кругу, вызывая моментальный и очень интенсивный оргазм. Она кончила, сжимаясь в конвульсиях вокруг моих пальцев.

— Вот и хорошо, малышка, — одобрительно промурлыкал я.

Не вынимая из неё пальцев, я развязал свободной рукой ее запястья. Она лежала, обессиленная, и тяжело дышала.

— Мы с тобой еще не закончили, Анастейша, — сообщил я и, все еще не вынимая пальцев, поставил ее коленями на пол. Теперь она уперлась в кровать. Я встал на колени позади нее и расстегнул ширинку. Вынул пальцы, и раскатал по всей длине презерватив.

— Раздвинь ноги, — прорычал я, и она мгновенно выполнила мой приказ. Я погладил ее ягодицы и вошел в нее. Я хотел забыться в ней. Я так хотел ее весь этот вечер. Резкими толчками я вошел в нее еще глубже. Она стонала в моих руках, и это то, что нам было нужно. Она такая влажная, крепко обволакивала меня по всей длине. По ощущениям это сравнимо с долгим, сладким, особым поцелуем от нее.

— Все будет быстро, детка, — предупредил я, держась за ее бедра, начал резкие движения.

— Ай! — крикнула она, но это потому, что она хотела большего от меня. Она ответила мне, начиная двигать своими бедрами, чтобы запустить меня еще глубже. Это просто безумие! Если она сейчас не остановится, я кончу быстрее, чем хотел.

— Ана, не надо, — я пытался ее остановить, но она не хотела останавливаться. Она была слишком возбуждена после серебряных шариков и моего наказания. Такое ощущение, что я выпустил джина из волшебной лампы. Она не могла сейчас контролировать свое сильное желание, так что я сдался и интенсивно кончил. Мой оргазм заставил ее снова кончить. Я наклонился и поцеловал ее в плечо. Обхватил ее руками, положил голову на ее спину. Стоя на коленях возле кровати вы простояли некоторое время, пытаясь отдышаться.

Я наслаждался безмятежным покоем.

Я пошевелился и поцеловал ее в спину, потом вышел из нее.

— По-моему, вы должны мне танец, мисс Стил.

— М-м-м, — ответила она сонно.

Я присел на корточки и посадил ее к себе на колени.

— Это недолго. Пошли, — я поцеловал ее в макушку, заставляя встать.

Ворча, она села на кровать, подобрала с пола трусики и натянула их. Лениво поплелась за платьем к стулу. Я завязал галстук и привел в порядок себя и кровать. Натягивая платье, она с интересом рассматривала снимки на доске. Эти фотографии были сделаны, когда я был трудным подростком, еще до моего знакомства с Эленой. Она научила меня всему, что я знал, сделав мою жизнь более спокойной, за что я буду ей благодарен всю оставшуюся жизнь. Поэтому она до сих пор чувствовала свою ответственность за меня. Хотя она уже давно не моя домина, и я очень надеюсь, что до нее дошло, что я сам разберусь с нашими с Аной отношениями. Не хочу, чтобы она своей чрезмерной заботой все испортила.

— Кто это? — спросила Ана, показывая на маленькое черно-белое фото в углу доски.

Дерьмо. Это фото — единственное, что у меня осталось в память о той шлюхе, которую считал своей матерью. Я не мог выбросить эту фотографию, хотя и не взял с собой, когда переехал в «Эскалу».

— Так, не важно, — пробормотал я, надевая пиджак и поправляя бабочку. Я не хотел портить наш вечер, разговаривая об этом фото. — Застегнуть тебя?

— Да, пожалуйста. Тогда почему она тут, на твоей доске?

— По недосмотру. Как тебе мой галстук? — я поднял подбородок, как маленький мальчик.

Я бы мог все сделать сам, но мне нравилось, когда она проявляла заботу, по отношению ко мне. Я надеялся ее отвлечь, чтобы она не задавала больше вопросов и моя тактика сработала. Ана поправила мою бабочку.

— Теперь все идеально.

— Как и ты, — промурлыкал я и, крепко обняв, страстно поцеловал. — Ну что, лучше стало?

— Намного лучше, благодарю вас, мистер Грей.

— Всегда рад служить, мисс Стил.

Гости, тем временем, собирались вокруг танцпола. Я усмехнулся и повел ее на клетчатый пол. Мы явились вовремя.

— Леди и джентльмены, пришло время для первого танца. Мистер и доктор Грей, вы готовы? — Каррик кивнул и подал руку Грейс.

— Леди и джентльмены с аукциона первого танца, вы готовы?

Мы дружно кивнули.

— Тогда начинаем. Давай, Сэм!

Под горячие аплодисменты молодой парень взбежал на сцену, повернулся к оркестру и щелкнул пальцами.

Знакомая мелодия «I’ve got you under my skin» наполнила пространство.

Я улыбнулся Ане, взяв ее за талию, а она положила руку мне на плечо. Я вел ее в танце, и мы улыбались друг другу, как два чеширских кота. Я люблю танцевать с ней. Она в моих объятьях, а для счастья мне больше ничего не надо.

— Я люблю эту песню, — промурлыкал я, глядя ей в глаза. — По-моему, она очень подходит.

— Ты тоже залез мне под кожу, — сказала она. — Или залезал в твоей спальне.

Я не смог спрятать удивление.

— Мисс Стил, — шутливо одернул я. — Я и не знал, что вы бываете такой грубой.

— Мистер Грей, я тоже не знала. Думаю, виной всему мой недавний опыт. Он многому меня научил.

— Научил нас обоих.

Сейчас мне казалось, что на танцполе только мы вдвоем и оркестр. Мы находились в нашем личном пузыре. Песня закончилась, и мы зааплодировали. Певец Сэм грациозно поклонился и представил свой оркестр.

— Могу я пригласить леди?

Вот неугомонный. Он все еще хочет украсть мою девушку. Какой настойчивый ублюдок, нужно отдать ему должное. Я увидел Тейлора, который смотрел косо на нас, очевидно, что он не узнал Флинна. Я покачал головой, чтобы дать ему понять, что все нормально и никакого вмешательства не требуется.

— Да, пожалуйста. Анастейша, это Джон Флинн. Джон, это Анастейша.

Она была очень удивлена, когда поняла, что именно он был моим конкурентом на аукционе. Я отступил на шаг назад, чтобы посмотреть, как они будут танцевать.

Интересно, что он хотел ей сказать? Знаю только одно, что много он ей обо мне не расскажет.

Я не удивлюсь, если ему удастся поработать с ее самооценкой за время танца. Ненавязчивая помощь Флинна, ей бы не помешала. Он один из немногих мужчин, к которому я не ревновал. Ладно, не сильно ревновал. Джон — порядочный семьянин, который живет в счастливом браке и двумя прекрасными детьми. Он один из тех, кого я пустил в святая святых — мою личную жизнь.

Сначала Ана выглядела довольно застенчивой, когда она начала танцевать с Джоном, он болтал с ней, чтобы ее успокоить — это сработало, в конце концов. Вскоре, они смеялись и вместе шутили — я надеялся, что не надо мной, хотя я допускал такую возможность. Когда музыка заканчивалась, я быстро подошел к ним, чтобы вернуть себе девушку. О чем же они так мило беседовали? Нужно будет потом уточнить у Джона этот момент. Я хочу, чтобы он поделился своим мнением об Ане.

— Рад был с вами познакомиться, Анастейша.

Он тепло улыбнулся ей.

— Джон, — я кивнул ему.

— Кристиан. — Доктор Флинн кивнул в ответ, развернулся и исчез в толпе.

Я обнял ее за плечи и повел на следующий танец.

— Он гораздо моложе, чем я думала, — пробормотала она. — И ужасно несдержанный.

Я удивленно наклонил голову набок. Что это значит?

— Несдержанный?

— Да, он все мне рассказал, — сказала она.

Что? Может быть, он посчитал своим долгом предупредить ее о моей глубокой и темной душе? Может он захотел защитить такую милую молодую женщину от такого извращенца, как я?

— Ну, в таком случае можешь собирать чемодан. Я уверен, что ты больше не захочешь иметь со мной дело, — тихо сказал я.

Черт, я и представить себе не мог такого поворота.

— Да ничего он мне не сказал! — В ее голосе была слышна паника.

Она что, дразнила меня? Слава Богу, что она ничего не узнала. Я притянул ее к себе и радостно улыбнулся, глядя ей в глаза. Они самого необыкновенного цвета. Она потрясающая, и вся моя.

— Тогда будем наслаждаться танцем.

Я всегда проводил такие мероприятия за деловой беседой с такими же предпринимателями как я, а потом покидал прием, как только мог. Я никогда так не наслаждался вечером, как сегодня, потому что со мной была Ана. Только сейчас я понял, какой смертельно скучной была моя жизнь до встречи с ней.

Мы задержались на площадке еще на два танца, и потом она сказала, что ей нужно в туалет.

— Я сейчас, — сказала она. Я посмотрел на Тейлора. Он и Сойер последовали за ней. А я пошел выпить и поговорить с парой деловых партнеров. Неожиданно меня прервал Райан из новой группы безопасности.

— Мне нужно Вам кое-что передать от Тейлора, сэр.

— В чем дело? Есть какие-то проблемы?

— Тейлор просил передать Вам, что к мисс Стил сейчас подошла миссис Линкольн, и они о чем-то беседуют.

Дерьмо. Что здесь делает Элена?

— Где они?

— В шатре, мисс Стил забыла там свою сумочку.

Может быть, они нормально смогут поговорить? Возможно, Ана поймет, что Элена не абсолютное зло. Но я не мог тут сидеть и просто надеяться на лучшее. Мне нужно проверить, что там происходит. Я подошел как раз тогда, когда Ана активно шагала прочь от шатра.

Она была в ярости… даже больше… она зла как черт!

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Я оглянулся и увидел Элену, которая сидела за столом с самодовольной ухмылкой, до того, как она заметила меня. Что с ней такое?

Она подняла руку в знак приветствия в тот момент, когда Ана на бешеной скорости пронеслась мимо меня. Я проигнорировал Элену и пошел следом за Аной.

— Ана, — позвал я. Она остановилась и посмотрела на меня. — Что случилось?

Я изучал ее лицо, чтобы понять, что именно ее так разозлило.

— Почему бы тебе не спросить об этом у своей бывшей? — едко выплюнула она. Ее тон подтвердил мои недавние мысли о том, что нужно подальше держать этих двух женщин друг от друга. Моя интуиция, как всегда, меня не подвела.

— Я спрашиваю тебя, — мягко возразил, надеясь на то, что если буду вежливо разговаривать, больше вытяну из нее информации. Я уже говорил ей, что не могу изменить своего прошлого. Мы с Эленой прошли долгий путь. Но я не понимал, что же ее могло так сильно разозлить?

Мы сердито смотрели друг на друга, наконец, она сделала глубокий вдох и сказала:

— Она пригрозила, что придет ко мне, если я снова тебя обижу, вероятно, с плеткой.

Все совсем не так уж плохо — предупреждение было лишним, конечно, но она хотела меня защитить, хотя об этом я не просил. Представил себе, как она пришла к Ане с плеткой, и еле сдержал смех.

— Конечно, от тебя не ускользнул комизм этой ситуации? — сказал я, еле сдерживая улыбку.

Давай, детка, где твое чувство юмора?

— Тут нет ничего смешного, Кристиан!

— Ты права, нет. Я поговорю с ней, — я сделал серьезное лицо, хотя все еще боролся со смешком.

— Ты этого не сделаешь.

Вот это новость, она что, мне запрещает? Она стояла, скрестив руки, грозно глядя на меня.

— Слушай, я знаю, что ты связан с ней финансовыми делами, но…

Затем она замолчала и опустила руки.

— Мне нужно в туалет, — она сердито поджала губы.

Я вздохнул. Что я сейчас должен сделать или сказать?

— Пожалуйста, Анастейша, не злись. Я не знал, что она здесь. Она говорила, что не придет, — я говорил с ней, как с маленькой. Протянув руку, провел пальцем по ее надутой нижней губе. — Прошу тебя, не позволяй Элене испортить наш вечер. Ведь она — старая новость, клянусь тебе.

Держа ее за подбородок, я ласково потерся губами об ее губы. Она вздохнула в знак согласия. Я победил! Оказывается, не всегда сила помогает! Я выпрямился и взял ее под локоть.

— Я провожу тебя до туалета, чтобы тебя опять никто не отвлек.

Мы молча прошли через лужайку к временным туалетам. Но я думаю, что моя маленькая злюка успокоилась и спрятала свои колючки. Не думал, что у нее такой характер. Внешность бывает обманчива, но именно это меня в ней и привлекло.

— Я буду ждать тебя здесь, детка.

Когда она отошла, я быстро достал из кармана свой «блэкберри» и набрал Элене.

После первого гудка она взяла трубку.

— Какую игру ты затеяла, Элена?

— Не надо мне грубить, Кристиан, я всего лишь хотела поближе познакомиться с твоей подружкой и дать ей дружеский совет. Но Анастейша оказалась очень дерзкой девицей, она не захотела меня слушать, а только нагрубила мне.

— Ана сказала, что ты пригрозила тем, что приедешь к ней, если вдруг она меня обидит.

— Я просто хотела, чтобы она знала, как тебе было плохо в прошлые выходные, когда она разорвала с тобой отношения. Я не хочу, чтобы она играла твоими чувствами, потому что только я знаю, насколько ты уязвим в эмоциональном плане, мой дорогой. Поверь мне, я знаю, какими могут быть непостоянными такие юные особы, как она. Я просто хотела дать понять, что не буду просто так стоять в стороне и смотреть, как она заставляет тебя проходить через все это дерьмо снова и снова.

— Ана прекрасно знает, что я пережил на прошлой неделе. Поверь, ей тоже было нелегко Элена. Она прошла через такой же ад, как и я.

— Да неужели… Ты действительно так думаешь, Кристиан?

— Да, Элена, я не думаю, я знаю, что так и было. Я не хочу, чтобы ты вмешивалась в наши отношения. Я же тебе говорил, что мы будем искать компромисс, чтобы направить наши отношения по новому пути. Почему ты изменила свое решение? Ведь мы с тобой договорились, оставь ее в покое. У меня первые отношения в жизни, и я не хочу, чтобы ты их разрушила своей неуместной заботой обо мне. Оставь ее. Я серьезно предупреждаю тебя!

— Я помню, что ты говорил и постараюсь не вмешиваться. Я просто хочу убедиться, что ты будешь с ней счастлив.

Я увидел, что Ана вернулась и теперь стояла и наблюдала за мной как ястреб.

— Мне нужно идти. Спокойной ночи.

Я закончил разговор раньше, чем Элена мне что-то ответила.

— Как там старая новость?

— Злится, — сказал я. — Ты хочешь еще танцевать? Или пойдем? — я посмотрел на часы. — Скоро начнется фейерверк.

Я не хочу больше говорить об Элене. Пожалуйста.

— Я люблю фейерверки.

— Тогда мы останемся и посмотрим. — Я обнял ее и прижал к себе. — Прошу тебя, не позволяй ей встать между нами.

— Она беспокоится за тебя, — пробормотала она.

— Да, я ее… ну… друг.

— По-моему, для нее это больше, чем дружба.

Как же это все сложно, черт возьми.

— Анастейша, у нас с Эленой все сложно. У нас общее прошлое. Но это всего лишь прошлое. Я уже несколько раз говорил тебе, что она хороший друг. И не более того. Пожалуйста, забудь о ней.

Я поцеловал ее в макушку, надеясь закончить этот разговор. Держась за руки, мы вернулись на танцпол. Оркестр по-прежнему играл вовсю.

Краем глаза я заметил папу, который шел в нашем направлении.

— Анастейша! Позвольте пригласить вас на следующий танец.

Она застенчиво согласилась, и я передал ее отцу. Они вместе ушли на танцпол, по-моему, Ана занервничала. По знаку Сэма оркестр начал играть «Come fly with me». Каррик обнял ее за талию и бережно повел в танце.

Пользуясь моментом, я пошел поговорить с Тейлором.

— Мисс Стил хочет посмотреть на фейерверк, поэтому мы останемся.

Тейлор в панике взглянул на меня.

— Вы уверены, что это разумно, сэр?

— Думаю, что в данной ситуации ты чересчур предусмотрителен в оценке намерений мисс Уильямс. В любом случае я буду рядом с мисс Стил всё время, ваша задача наблюдать за остальными.

— Как пожелаете, сэр. Но могу ли я попросить, чтобы команда подошла ближе оговоренного расстояния? Так мы сможем обеспечить безопасное нахождение на открытой территории для вас обоих.

— Хорошо, — со вздохом, нехотя ответил я, вечер почти закончился. Думаю, что до сих пор Ана не замечала их присутствия. Я был доволен работой команды.

Музыка заканчивалась, и я вернулся к Ане.

— Хватит танцевать со стариками, — сказал я, и папа рассмеялся.

— Ты полегче со «стариками», сын. У меня тоже бывали незабываемые моменты. — Каррик шутливо подмигнул Ане и исчез в толпе.

— Кажется, ты понравилась отцу, — тихо сказал я, провожая его взглядом.

Интересно, о чем они говорили?

— Почему я могла ему не понравиться? — кокетливо спросила она, глядя на меня из-под ресниц.

— Правильный вопрос, мисс Стил. — Я обнял ее, и в это время оркестр заиграл «It had to be you».

— Потанцуй со мной, — страстно прошептал я.

— С удовольствием, мистер Грей, — улыбнулась она, и я снова закружил ее на танцполе.

В полночь мы пошли к берегу между шатром и лодочным сараем. Все гости собирались там, чтобы полюбоваться фейерверком. Церемониймейстер, снова заявивший о себе, разрешил снять маски, чтобы лучше видеть фейерверк. Охране такое предложение было на руку. Тейлор и Сойер уже стояли рядом, оглядываясь по сторонам. При виде Тейлора, Ану невольно передернуло, видимо она вспомнила о Лейле, поэтому я встал позади нее и обнял за плечи. Сейчас я для нее, как живой щит. Она крепче прижалась ко мне.

— Все в порядке, детка? Замерзла?

— Нет, не замерзла.

Внезапно над доком раздался классический, как на саундтреке, грохот — баммм! В небо взлетели две ракеты и взорвались над заливом, осветив его ослепительным снопом из оранжевых и белых искр, которые отражались в спокойной воде залива, словно сверкающий ливень. Ана смотрела в небо с неприкрытым детским восторгом. Я был рад, что мы остались. В воздух взмыли еще несколько ракет и, взорвавшись, рассыпались разноцветным калейдоскопом. И все это под музыку, под охи и ахи толпы. Взлет за взлетом, взрыв за взрывом, вспышка за вспышкой. Зрелище поистине неземное! Она сейчас такая счастливая. Мы стояли, смотрели на всю эту красоту, улыбаясь, как дети каждому новому залпу. Не помню, когда в последний раз я просто стоял и смотрел на фейерверк с таким наслаждением.

На установленном в заливе понтоне несколько серебристых световых фонтанов взлетели в воздух на двадцать футов, меняя цвет на голубой, красный, оранжевый, и снова становились серебристыми. А в это время взрывались все новые ракеты, а музыка достигла крещендо. Наконец, вереница из шести ракет взлетела в темное небо и одновременно взорвалась, заливая нас роскошным золотым светом. Толпа неистовствовала, аплодисменты долго не стихали.

— Леди и джентльмены, — громко сказал церемониймейстер, когда затихли крики и свист. — В завершение этого замечательного вечера хочу вам сообщить следующее: сегодня ваша щедрость принесла в программу «Справимся вместе» в общей сложности один миллион восемьсот пятьдесят три тысячи долларов!

Вновь загрохотали аплодисменты, а на понтоне серебряные потоки искр сложились во фразу: «Спасибо вам от «Справимся вместе». Буквы долго искрились и мерцали над водой.

— Ах, Кристиан… это было чудесно. — Она восторженно улыбнулась мне, я наклонился и поцеловал ее. Мне нравится видеть ее такой счастливой, но сейчас она очень устала и нам пора домой.

— Пора уходить, сказал я, но увидев Тейлора, я поймал его сигнал. Он хотел, чтобы мы оставались на месте. Что-то заставило его насторожиться. Наверно, на него раздражающе действовала толпа.

— Давай немного постоим. Тейлор хочет, чтобы мы подождали здесь. По-моему, из-за этого фейерверка он постарел на сотню лет.

— Он не любит фейерверки? — Она выглядела такой наивной. Я рад, что она не понимала, почему Тейлор так обеспокоен. Сомневаюсь, что Лейла может кому-то навредить. Но он выполнял свою работу. Мне нужно отвлечь ее от охраны, не хочу, чтобы она обо всем догадалась и испортила себе настроение.

— Итак, Аспен, — сказал я.

— Ой! Я не внесла ставку, — спохватилась она.

— Ты можешь прислать чек. Я знаю адрес.

— Ты тогда был в бешенстве.

— Да, был.

Она усмехнулась.

— В этом виноваты ты и твои игрушки.

— Вы, мисс Стил, были охвачены страстью. Потом, насколько я припоминаю, все завершилось наилучшим образом. — Я лукаво улыбнулся, вспоминая шикарный момент в моей детской комнате. — Кстати, где они?

— Серебряные шарики? Они в моей сумочке.

— Я хочу забрать их у тебя. Это слишком мощные игрушки, чтобы оставлять их в твоих невинных руках.

— Беспокоишься, что я снова буду охвачена страстью и, может, с кем-то еще?

Что за черт? Яростный огонь мгновенно пробежался по моему телу. Даже думать не хочу об этом.

— Надеюсь, что такого не случится, — заявил я. Сейчас я не узнал собственный голос.

Так, спокойней, Грей.

— Нет, Ана. Я хочу сам управлять твоей страстью, — сказал я, как можно мягче.

— Ты мне не доверяешь?

— Доверяю полностью. Итак, я могу получить их назад?

— Я рассмотрю твою просьбу.

И что всё это значит? Я сейчас в тупике. Не знаю, как мужчины обычно себя ведут в таких ситуациях. Ладно, все равно она под моим наблюдением.

На танцполе снова зазвучала музыка. Но теперь играл диджей, развлекая гостей грохочущими басовыми ритмами.

— Ты хочешь танцевать? — спросил я, пытаясь отвлечься от собственных мыслей.

— Я очень устала, Кристиан. Если можно, я бы поехала домой.

Так я и думал. Я посмотрел на Тейлора, тот кивнул, и мы направились к дому. За нами медленно шла пара подвыпивших гостей.

К нам подбежала Миа. Господи… опять. Сегодня она меня вывела.

— Вы ведь еще не уходите, а? Настоящая музыка только начинается. Пошли, Ана! — она схватила ее за руку.

— Миа, — я должен дать ей понять, что она уже достала. Нужно быть сдержанней. — Анастейша устала. Мы поедем домой. К тому же у нас завтра тяжелый день.

Ана в удивлении посмотрела на меня. Не могу же я сказать, что планирую завтра сделать сюрприз.

Миа недовольно выпятила губы, но со мной спорить не стала. Мы пошли попрощаться с моими родителями. Анастейша, как мне показалось, была слегка обескуражена от того, как к ней отнеслись мои родные. К счастью, бабушка с дедушкой уже ушли, их энтузиазм был бы лишним. А когда услышал, что Миа предложила Ане сходить вместе в торговый центр на следующей неделе, мысленно ее поблагодарил за это, и почти простил за то, что она весь вечер была занозой в заднице.

— Как приятно видеть тебя таким счастливым. — Она поцеловала меня в щеку. — Пока, ребята, всего хорошего. — Все равно, моя сестра очень милая девочка. Я счастлив, что она у меня есть.

Рука об руку мы молча пошли к выходу, где в ожидании хозяев выстроились бесчисленные автомобили. Я посмотрел на Ану, она выглядела усталой, но счастливой. Я очень благодарен за то, что она подарила мне такой незабываемый вечер. Все прошло намного лучше, чем я ожидал. Вечер прошел великолепно. Думаю, что Тейлор доволен работой своей команды, как и я. Мы с Аной медленно шли по дорожке к нашей машине. Она накинула свою атласную накидку, видимо ей стало холодно. Я спросил ее об этом, но она ответила, что не замерзла. Я поблагодарил за прекрасный вечер, которым наслаждался, как никогда. Она усмехнулась мне, сказав, что тоже наслаждалась им, только не всеми частями одинаково. Согласен, что без казусов не обошлось.

Ана прикусила губу, черт, она так сексуально это делала, что я мгновенно на это отреагировал. Да что со мной?

— Не кусай губу! — хрипло сказал я. Она моментально мне подчинилась.

Умница.

— Почему ты сказал, что завтра у нас будет трудный день? — спросила она.

— Приедет доктор Грин. А еще я приготовил для тебя сюрприз.

— Доктор Грин? — она остановилась, как вкопанная.

Черт. Я ей об этом не говорил… Не думал, что она так остро отреагирует, просто подумал, что если она согласилась на встречу в прошлый раз, то и завтра будет не против ее визита. Какой же я дурак… не могу привыкнуть к тому, что теперь нужно прислушиваться к ее мнению…

— Да, — настороженно ответил я.

— Зачем?

— Потому что я не выношу презервативы, — как можно спокойней ответил я. Мне нужно решить вопрос с контрацепцией. Я уже использовал целый ящик, когда мог обойтись без них, если бы она продолжала принимать чертовы таблетки. Я обожаю секс, когда кожа плотно соприкасается с кожей, безо всяких барьеров. Я помню наш секс в Саванне, когда впервые трахался с ней без резинки. А потом, когда она приехала ко мне, Боже мой… ванная… потом игровая… Таллис… и умопомрачительный секс без презервативов…

— Это мое тело, — с досадой пробормотала она.

Сейчас, мне кажется, что она считает меня эгоистичным ублюдком.

Теперь выкручивайся из этого дерьма как хочешь, Грей!

— Оно и мое тоже, — прошептал я. Ана должна понимать, что я лучше знаю ее тело, чем она сама. Ведь, до нашей встречи, она была девственницей, которая не знала, как можно самостоятельно доставить себе удовольствие. Я всему ее научил и показал совершенно новый мир огромного сексуального удовольствия. Так почему, черт возьми, я не имею права голоса? Ее тело принадлежит мне!

Она молча смотрела на меня. Вероятно, обдумывала мои слова. Мимо проходили гости, не обращая на нас внимания. Потом она протянула ко мне руку, медленно стянула с меня галстук и расстегнула верхнюю пуговицу. Я постарался не дрогнуть в этот момент, потому что мне сложно привыкнуть к тому, что меня трогают.

— Так ты выглядишь сексуально, — прошептала она.

Новый вызов от нее. Своими действиями она показала, что согласна с тем, что ее тело принадлежит мне, но тогда мое тело принадлежит ей. Черт. Это равноценный обмен. У меня закончились козыри, и она снова победила.

— Мне надо отвезти тебя домой. Пойдем.

Буду рад снова получить власть над ее телом, как только мы вернемся домой.



Глава 14. После бала

У машины Сойер протянул мне конверт со словами, что его передал кто-то из официантов. На конверте написано, что письмо для Анастейши, поэтому я отдал его ей, когда мы сели в машину.

— Письмо адресовано тебе. Кто-то из слуг отдал его Сойеру. Вероятно, оно от твоего поклонника.

Каким же идиотом нужно быть, чтобы рискнуть своим здоровьем и попросить передать моей девушке любовное письмо?

Ана быстро вскрыла конверт, пробежавшись глазами по его содержимому, ее глаза шокировано раскрылись и она, гневно, спросила меня:

— Ты сказал ей?

— Что сказал? Кому?

— Что я называю ее миссис Робинсон, — буркнула она.

— Письмо от Элены? — я в шоке. — Это уже смешно. Завтра я с ней поговорю. Или в понедельник.

Зачем она это делает? Неужели она не понимает, что своими «благими намерениями» делает только хуже мне? Я заколебался объяснять Ане, что нас с Эленой больше ничего не связывает, кроме деловых отношений. Стоило мне только ее успокоить, как Элена снова начала мелькать на горизонте. Я ведь ей дал ясно понять, чтобы она оставила Ану в покое. В этот раз Элена зашла слишком далеко. И меня бесит, что я не знаю, что должен сейчас ответить Ане, потому что понятия не имею, что она ей написала! Моя реакция удовлетворила Ану. Она взяла письмо, и с довольным выражением лица засунула его в свою сумочку.

Черт. Я хотел его прочитать.

Потом Ана достала из сумочки серебряные шарики и вернула их мне.

— До следующего раза, — пробормотала она с эротической улыбкой.

Я забрал их и улыбнулся в ответ, нежно сжимая ее руку. Эти серебряные шарики очень мощный инструмент, поэтому в будущем я буду пользоваться ими с осторожностью. Я хотел сам управлять ее страстной натурой. Хочу, чтобы она горела от возбуждения, желая заполучить меня. Чтобы она умоляла меня трахнуть ее, где бы мы ни были. Мне нравилась идея спонтанного секса, и я не хотел забивать себе голову контрацепцией, поэтому завтра к нам приедет доктор Грин. Я взглянул на свою сладкую девочку и мне с трудом верилось в то, что эта горячая штучка была совсем недавно девственницей. Как ей удалось так измениться за короткое время? Она излучала сексуальную энергию, которую чувствовал каждый мужчина, оказавшийся в метре от нее. И сейчас, я очень рад, что она живет со мной. Так она будет в безопасности от всех кобелей, которые пускали свои слюни рядом с ней…

Черт. Одна только мысль, что она захочет кого-то другого, сводит меня с ума.

Я ревную ее, сильно ревную!

Она только моя. Навсегда.

Анастейша так устала, что заснула в машине. Я любил наблюдать за спящей Аной. Она выглядела такой маленькой и беззащитной. Мы приехали, и мне пришлось ее разбудить.

— Отнести тебя на руках? — нежно спросил я. Она сонно замотала головой, пытаясь проснуться. Когда мы стояли у лифта, она устало положила голову мне на плечо и практически спала стоя.

— Длинный день получился, да, Анастейша?

Она кивнула, не в силах что-то сказать.

— Устала?

В ответ она еще раз кивнула.

— Ты не слишком разговорчива.

Она снова кивнула, и я не сдержался от смеха.

— Пойдем. Я положу тебя в постель. — Взял ее за руку, и мы вышли из лифта. И тут Сойер резко поднял руку, чтобы остановить нас в фойе. Он прислушался к тому, что ему говорили по гарнитуре, а потом ответил в рукав:

— Будет сделано, Тейлор.

— Мистер Грей, машину мисс Стил залили краской и прокололи на ней шины.

Что? Какого черта?

— Тейлор беспокоится о том, что преступник проник в квартиру и может до сих пор там оставаться. Он хочет сначала все проверить.

— Понятно, — прошептал я. — Действия Тейлора? — Говоря о преступнике, я понимал, что он имеет в виду Лейлу. Сейчас она психически нездорова, и может наделать глупостей. Видимо, она решила воспользоваться моментом, когда я со всей охраной покинул свои апартаменты, чтобы посетить ежегодный прием моих родителей. Помню, что она хотела пойти на этот прием вместе со мной. Но для меня, она была всего лишь сабой, а не девушкой, и поэтому, даже речи об этом не могло быть.

— Он поднимается по служебному лифту с Райаном и Рейнолдсом. Они сейчас осмотрят квартиру и, если там нет никого, дадут нам знать, что можно войти. Я останусь с вами, сэр.

— Благодарю вас, Сойер.

Я крепче обнял Ану, чтобы ее успокоить. Каждый раз, когда я думаю, что у нас все хорошо, обязательно происходит какое-нибудь дерьмо, которое все усложняет. Сначала Миа, с ее попытками помешать нам. Но я рад, что мне все-таки удалось утащить Ану в свою детскую комнату, чтобы уединиться. Я чувствовал себя подростком, который делал что-то противозаконное. Сегодня я наслаждался каждой секундой, которую провел вместе с ней. Потом Элена, со своим вмешательством, в этот раз она действительно разозлила Ану. Да и меня тоже.

— Да, день становится все лучше и лучше, — я горько вздохнул и неосознанно уткнулся в ее волосы. Она, как всегда, божественно пахла. Я посмотрел на Сойера, и увидел на его плече кобуру с пистолетом. Вся наша охрана была вооружена. Эта ситуация держала всех в напряжении, и я боюсь, что встретившись с вооруженной Лейлой, они откроют огонь на поражение, вместо того, чтобы разобраться в ситуации.

Даже ружье, которое просто так висит на стене, однажды выстрелит. Поэтому я против того, чтобы моя охрана носила оружие. Я не могу допустить, чтобы эта ситуация вышла из-под контроля. Мне нужно первым найти Лейлу и обезвредить. Уверен, что она не причинит мне зла, и если прикажу отдать мне оружие, она так и сделает. Сейчас она просто не в себе. Тейлор не понимал динамику отношений доминант-сабмиссив, поэтому он так осторожен в оценке ситуации. Я не уверен в том, что Лейла могла проникнуть в мою квартиру после того, как Тейлор все тщательно проверил. Мне нужно решить эту ситуацию по-своему, пока Ана будет под защитой Сойера.

— Слушайте, я не могу стоять тут и ждать. Сойер, позаботьтесь о мисс Стил. Не пускайте ее в квартиру, пока не получите разрешения Тейлора. Впрочем, я уверен, что Тейлор преувеличивает опасность. Она не могла попасть ко мне домой.

— Нет, Кристиан, останься со мной, — взмолилась она. На ее лице появилась паника. Я не хотел ее пугать.

— Делай, что тебе говорят, Анастейша. Жди здесь, — твердо сказал я. Сейчас я очень хотел, чтобы она мне подчинилась, не задавая лишних вопросов.

Сойер смотрел на меня, не двигаясь с места, не желая впускать меня в квартиру. Я видел, что он разрывался в принятии решения. Он получил от Тейлора приказ, чтобы мы с Аной оставались здесь до того, как он проверит мою квартиру, но здесь я хозяин, поэтому Сойер не мог мне противостоять. Я стоял и грозно смотрел ему в глаза.

Что он собирается сделать? Да ладно! Он что, пытается меня удержать? Пусть только попробует!

— Сойер! — Жестко сказал я. Нехотя, Сойер открыл дверь фойе, впустил меня в квартиру и закрыл дверь, оставаясь снаружи с Аной.

Почти сразу ко мне присоединился Тейлор и двое других охранников, которые выходили из служебного лифта.

— Мистер Грей, что вы здесь делаете? Я же дал Сойеру четкие указания не впускать Вас сюда до тех пор, пока я все здесь не проверю. — Тейлор практически рыкнул на меня. — Вы подвергаете себя ненужному риску. Пожалуйста, вернитесь в фойе и разрешите нам сделать свою работу, сэр.

— Тейлор, я знаю этого преступника лучше, чем вы. Лейла меня послушает, конечно, если она действительно здесь, в чем я очень сомневаюсь, — спокойно ответил я. — Тейлор бросил на меня уничтожающий взгляд, понимая, что я никуда не уйду. Если бы взглядом можно было убивать, то я был бы уже покойником. Но я уверен, что смогу разрядить обстановку парой слов, без применения оружия. Мы обыскали всю квартиру. Тейлор от меня не отходил ни на шаг, я всем телом ощущал его ярость, но мне было плевать. Сейчас мы должны сконцентрироваться на решении поставленной задачи, проверяя каждую комнату. Моя игровая была, как обычно, закрыта. Лучше я лично ее проверю, чем разрешу войти сюда новым людям, даже, несмотря на то, что они подписали договор о неразглашении. Я открыл дверь, но там ее не было.

Пока мы проверяли квартиру, некоторые вещи мне показались странными. В шкафчике, в подсобном помещении, запасной набор ключей от квартиры висел на втором крючке, а не на первом. Это странно, но возможно, что Гейл их сама туда повесила, перед тем, как уехала на выходные. Также в моем кабинете был приоткрыт шкаф, в котором была картотека, хотя я точно помню, что плотно закрывал его. Скорее я уже придирался к мелочам, потому что сам был в напряжении. Как я и думал, Лейлу мы здесь не нашли, но Тейлор по-прежнему проверял все углы, шкафы и тумбочки, чтобы ничего не пропустить, поэтому решил оставить его и пошел к Ане, которая там наверно уже сознание потеряла от беспокойства.

Когда я открыл дверь фойе, Сойер резко схватил пистолет и направил его на меня. Я по инерции выставил перед собой руки, показывая, что я не вооружен.

Вот о чем я говорил, когда был против оружия! Радует только одно, что это движение было для того, чтобы защитить мою девушку.

Я хмуро посмотрел на Сойера. Он быстро сориентировался и положил свою пушку обратно в кобуру.

— Как я и думал, Тейлор преувеличил ситуацию, — сообщил я, и он отступил назад, позволяя мне подойти к Ане, а сам пошел в квартиру. Ана стояла на одном месте, шокировано уставившись на меня. Черт. Мне нужно ее успокоить.

— Все в порядке, детка, — сказал я и притянул ее в свои объятья, целуя в макушку. — Пойдем, ты устала.

После такого неспокойного дня, ей просто необходимо отдохнуть. К тому же ей требовалось намного больше сна, чем мне.

— Я так волновалась, — прошептала она, нервно дыша мне в грудь.

— Знаю. Мы все тревожились.

— Честно говоря, мистер Грей, ваши бывшие подружки очень утомительны, — сердито заметила она.

В точку, как всегда, мисс Стил. Я усмехнулся своей мысли.

— Да. Верно.

И я очень надеюсь, что остальные мои бывшие не пойдут по стопам Лейлы, медленно превращая мою жизнь в ад.

Взяв Ану за руку, повел через холл в большой зал.

— Тейлор и его помощники проверяли все шкафы и кладовые, а я почему-то был уверен, что ее здесь нет.

— Что ей тут делать? — в недоумении спросила она.

— Верно.

— Как она могла войти сюда?

— Думаю, что не могла, но Тейлор иногда проявляет чрезмерную бдительность.

— Вы уже искали в твоей игровой комнате? — шепотом спросила она.

— Да, она заперта, но мы с Тейлором ее проверили.

Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Это очень хорошее очистительное упражнение.

— Может, ты хочешь чего-нибудь выпить? — спросил я.

— Нет, я ужасно хочу лечь и уснуть.

— Пойдем, я уложу тебя в постель. У тебя утомленный вид.

Мне показалось, что еще чуть-чуть и она упадет. Я взял ее за руку и повел в свою спальню. Когда мы зашли в комнату, она дала мне письмо, которое передала Элена.

— Вот. Если хочешь, прочти. Я не буду на него отвечать.

Я быстро открыл и пробежался глазами:

Возможно, я заблуждалась на ваш счет. А вы явно заблуждаетесь насчет меня. Позвоните мне, если вам понадобится заполнить какие-либо пробелы — мы можем вместе пообедать. Кристиан не хочет, чтобы я говорила с вами, но я буду счастлива вам помочь. Поймите меня правильно. Я одобряю ваш союз, поверьте — но если вы его обидите… Он и так видел много обид. Позвоните мне: (206) 279-6261.

Миссис Робинсон.

Твою ж мать, Элена! Сколько раз я еще должен ей сказать, чтобы она отвязалась от Аны? И какие пробелы она может заполнить? На что она намекала в своем послании? На то, что может подсказать Ане, какую палку мне предложить, для того, чтобы я жестче наказал ее, чтобы удовлетворить свои потребности? Или дать десяток советов на тему «правила анального секса»? Такое ощущение, что Элена намеренно пытается затащить Ану в эту грязь! Это часть моего прошлого, и пусть все это дерьмо там и останется!

— Не знаю, какие пробелы она может заполнить, — пренебрежительно сказал, радуясь тому, что она не собирается с ней встречаться. — Я должен поговорить с Тейлором. Давай я расстегну молнию на твоем платье.

— Ты сообщишь в полицию насчет автомобиля? — спросила она. Я убрал в сторону ее волосы, нежно поглаживая ее спину, потом потянул вниз бегунок молнии.

— Нет, я хочу обойтись без таких мер. Лейле требуется помощь психиатра, а не карающая рука полиции. Мы просто должны удвоить наши усилия и найти ее.

Последнее, что мне сейчас нужно — чтобы сюда вмешалась полиция. Не хочу, чтобы они во всем этом ковырялись, задавая неудобные вопросы.

Я наклонился и ласково поцеловал ее в плечо.

— Ложись, — приказал я и вышел из комнаты, направляясь в кабинет Тейлора. Он как раз проверял записи с камер видеонаблюдения. Сначала мы внимательно изучили запись из гаража.

Тейлор всегда говорил, что у нас должен быть отдельный гараж, который был бы недоступен для посторонних. Пока я ставлю свои машины в гараже для общего пользования, подвергаю себя неоправданному риску. Для него это было недоработкой в системе безопасности. До сих пор, я не считал это серьезной проблемой. Только теперь понимаю, что он был прав.

На мониторе мы увидели женский силуэт. Она была худощавого телосложения и одета во все черное. Из верхней одежды на ней была толстовка с капюшоном. Я уверен, что это была Лейла, по внешним признакам и по тому, как смело она ориентировалась в пространстве. Она очень хорошо знала это место, и знала, где располагались камеры, чтобы спрятать от них лицо. В руках у нее была банка с краской и нож. Она подошла к машине Аны, вылила всю краску на нее и, со злостью, втыкала нож в каждое колесо. Я был в ужасе от того, с какой ненавистью она это делала.

Черт, возможно, она наблюдала за нами, когда мы уезжали. Скорее всего, она видела, что Ана меня сопровождала. И тот факт, что она принесла с собой краску и нож, говорил только о том, что ее действия не были спонтанными. Это было тщательно спланированное вторжение. И это меня пугало. Она показала свой агрессивный настрой по отношению к Ане, потому что досталось только ее машине. Она знала, что для всех своих саб я покупал «Ауди А3», и у нее была такая же. Лейла завидует Ане, не понимая, что Ана мне дала такого, чего я не получил от нее. Поэтому Ане нужна охрана, а не мне. Потом она пошла в сторону лифта, но дальше на камере ничего не было видно, она скрылась и стала вне зоны видимости.

Следующая запись с камеры, которая висела в фойе. Дерьмо. Лейле все-таки удалось проникнуть в квартиру!

Лейла здесь была! Черт. Черт. Черт. КАК она сюда попала?

Тейлор тоже был озадачен этим вопросом. Думаю, что ее проникновение он воспринял, как личное оскорбление. Ведь он отвечал за мою безопасность.

— Не могу понять, как она получила код доступа? — гневно сказал он.

— Мне плевать, как она это сделала, я хочу, чтобы ты больше этого не допустил, Тейлор. Ты уверен, что ее сейчас здесь нет?

— Мы обыскали всю квартиру, мистер Грей.

— Как ты думаешь, могла ли она получить код доступа, подружившись с кем-то из персонала? Или она его узнала, подглядев за кем-то из сотрудников? — Спросил я Тейлора.

— Я не думаю, что такое возможно, сэр. Но я все-таки проверю.

— Нужно выяснить: она работала в одиночку или объединилась с кем-то, кому было бы выгодно воспользоваться ее «тайными» знаниями? У нее явно поехала крыша, и вдруг какой-нибудь урод захотел этим воспользоваться, манипулируя ею в собственных интересах, — предположил Сойер.

Это неприятные мысли, но я не мог отрицать, что нажил себе врагов в период враждебного поглощения. Этим я зарабатываю. Для меня это просто бизнес, ничего личного!

— Мне в это мало верится, но мы не можем этого исключать, — неохотно согласился я.

— Думаю, что сюда можно подключить Барни, этот умелец сможет определить, если вдруг кто-то копался в нашей системе, — сказал Тейлор.

Не думаю, что Лейла в этом что-то понимала. Тем более Барни, настоящая находка. В написании программ, ему не было равных. Он чертов компьютерный гений. Поэтому я нанял его, пока все думали, что он обычный ботан.

— Знаешь Тейлор, просто сделай все, чтобы я был уверен в том, что Лейла больше никогда сюда не попадет, потому что ей это удалось сделать дважды! Она играет с вами в игру «Поймай меня, если сможешь», а вы как слепые котята, которые не в силах ее обнаружить, — гневно сказал и вышел из его кабинета.

Как же я ненавидел все, что находилось вне моего контроля. Меня по-настоящему это пугало. Я внушил себе, что Тейлор слишком остро на все реагирует… Как же я ошибался! Я так устал. Радовало хотя бы то, что Ана спала в моей постели и она в безопасности.

На часах два часа ночи. Я пошел в свой кабинет, чтобы успокоиться перед тем, как отправлюсь спать. В моем кармане завибрировал «блэкберри». Черт, это Элена. Какого черта ей от меня надо в такой поздний час? Я хотел разобраться с ней позже, но раз так звезды сложились, я оторвусь на ней прямо сейчас.

— Я не понимаю, почему ты звонишь в такой поздний час. Мне нечего тебе сказать.

— Ой, Кристиан, не думала, что ты возьмешь трубку. Я просто хотела оставить тебе голосовое сообщение. Почему ты не спишь? Снова кошмары?

— Ты можешь мне сейчас сказать, что хотела, я внимательно тебя слушаю.

— Мне нужно было тебе объяснить, что я хотела просто поговорить с твоей Анастейшей, по-дружески. Я хотела всё прояснить, чтобы между нами не возникало больше никаких недоразумений, вот и всё. Думала, что она будет благодарна, за то, что я предложила свою помощь, потому что мы давно дружим, и знаю тебя очень хорошо, но она как будто с цепи сорвалась.

— Тебе не надо было передавать письмо.

— Я написала, потому что она не хотела слушать. А еще, она наговорила мне много всяких гадостей, я тебе даже не могу передать каких. Скажу только одно, что мне все это было очень неприятно слышать от какой-то сопливой девчонки, Кристиан.

— Я тебя услышал, а теперь ты послушай меня. Я просил тебя, а теперь приказываю. Оставь ее в покое. У вас с ней нет ничего общего. Тебе это понятно?

— Не злись на меня, дорогой. Я понимаю, что всё это ново для тебя и просто хочу тебя поддержать.

— Я знаю. Но я серьезно говорю, Элена. Оставь ее в покое, мать твою. Или мне нужно повторять это несколько раз? Слышишь меня?

— Хорошо, я тебя услышала. Я постараюсь больше не вмешиваться в ваши отношения, я не хочу тебя терять. Поверь, что я хочу только лучшего для тебя. Ты заслуживаешь этого, мой мальчик.

— Ладно. Спокойной ночи. — Я со злостью швырнул телефон на стол. Надеюсь, что она теперь оставит Ану в покое. Я обхватил голову руками, казалось она у меня сейчас взорвется. Потом услышал робкий стук в дверь, первое, что я подумал, что это мог быть кто-то из охранников с очередными плохими новостями.

— Что? — зарычал я, неужели за сегодняшний вечер еще чего-то не случилось? Но в дверях стояла Анастейша и испуганно смотрела на меня, не ожидая такого враждебного приветствия. Она была одета в мою майку, которая обнажала ее длинные ножки. Она выглядела мило и одновременно сексуально.

— Тебе больше подходят атлас или шелк, Анастейша, — шутливо сказал я. — Но даже в моей майке ты прелестна.

— Я соскучилась по тебе. Пойдем спать, — прошептала она с ободряющей улыбкой.

Я медленно встал со стула и подошел к ней. Я не мог отвести от нее глаз. Она — само совершенство. Моя маленькая, чистая, невинная девочка не заслужила всего этого дерьма, которое происходит в моей жизни. Она для меня, как прекрасный сон, и я очень боюсь проснуться. Боюсь, что она не вынесет всего моего адского багажа, который так не вовремя свалился на ее голову, и решит уйти от меня. А самое ужасное, что я не смогу ее в этом винить.

Я смотрел на нее, боясь к ней прикоснуться.

— Знаешь ли ты, что ты значишь для меня? Если по моей вине с тобой что-нибудь случится…

— Ничего со мной не случится, — она пыталась меня успокоить, поглаживая своими пальчиками мою щетину на щеке. — Как быстро у тебя растет борода, — прошептала она. Потом провела пальцем по контуру моей нижней губы, и вниз по моему горлу, к полустертой красной черте у основания моей шеи. Тьма резко окутала мое горло и медленно начала душить. Я закрыл глаза, пытаясь расслабиться. Мое спокойное дыхание стало неровным. Ее пальцы замерли у бортика рубашки, и она взялась за ближайшую застегнутую пуговицу. — Я не буду дотрагиваться до тебя. Только сниму с тебя рубашку, — прошептала она.

Я пытался подавить чувство тревоги, но не шевелился и не останавливал ее. Я могу ей доверять, ведь она теперь знала, где проходят мои четкие границы. Только ей я могу это позволить. Я открыл глаза, чтобы проследить за тем, что она хотела сделать.

Она очень медленно расстегнула пуговицу, держа ткань подальше от моей кожи, потом неторопливо перешла к следующей и повторила весь процесс — тщательно и сосредоточенно. После четвертой пуговицы вновь появилась красная линия, и она подняла лицо и робко улыбнулась мне.

— Вот и разрешенная территория, — она провела пальцами по линии и расстегнула последнюю пуговицу. Распахнула полы рубашки и перешла к манжетам. Поочередно вынимала запонки из черного отшлифованного камня. — Можно я сниму с тебя рубашку? — тихо спросила она.

В ответ, я просто кивнул, а она подняла руки и стащила рубашку с моих плеч. Я вытащил руки из рукавов и стоял перед ней голым до пояса. Она это сделала! Моя тревога развеялась. Я уже восстановил свое душевное равновесие и улыбнулся ей.

Умница. Я знал, что могу ей доверять.

— Теперь займемся брюками, мисс Стил? — мне понравилась ее игра.

— В спальне. Я хочу, чтобы ты лег в постель.

Я в восторге от того, что она меня сейчас соблазняла. Мне просто необходимо снять напряжение, и я рад, что она этого тоже хотела.

— Неужели? Мисс Стил, вы ненасытная особа, — подразнил я.

— Интересно, почему? — ее голос стал хриплым. Она схватила меня за руку, повела из кабинета в спальню. Господи, она хочет меня после всего, что случилось. Вся моя усталость вдруг куда-то исчезла, пока мы дошли до комнаты, я был уже готов к действию. Когда мы подошли к спальне, оттуда веяло холодом. Я быстро понял, в чем была причина — балконная дверь была открыта на всю. Это очень странно. Может Ана открыла ее, чтобы подышать свежим воздухом?

— Ты открывала балконную дверь? — спросил я, когда мы вошли.

— Нет. Я не помню этого. Помню только, как я обвела взглядом комнату, когда проснулась. Тогда дверь была закрыта.

Ана резко замолчала.

— Нет. — Она шокировано посмотрела на меня, и моментально побледнела.

— Что? — Черт возьми, что тут случилось?

— Когда я проснулась, здесь кто-то был, — прошептала она. — Только тогда я решила, что мне показалось.

— Что? — От одной мысли дрожь пробрала меня до самых костей. Я бросился к балконной двери, выглянул — там никого не было. Я вернулся в комнату и запер за собой дверь.

— Точно? Кто?..

— Женщина, кажется… Было темно. И я только что проснулась.

Тейлор что, не проверял гребаный балкон? Поувольняю всех к чертовой матери, если они не справятся с этим дерьмом в ближайшее время!

Мне стало жутко от мысли, насколько близко эта сумасшедшая смогла подобраться к Ане. Она была здесь… в моей квартире… в моей комнате… стояла возле спящей Аны… Господи нет! Я должен ее увезти подальше отсюда!

— Одевайся, — рыкнул я. — Немедленно!

Кошмар! Ана даже у меня дома не была в безопасности! Нам нужно уехать, прежде чем случится что-то по-настоящему плохое .

— Моя одежда вся наверху, — жалобно сказала она. Я выдвинул ящик комода и выудил из него спортивные штаны.

— Вот, надевай. — Штаны велики, но я не могу позволить ей подняться в свою комнату. Не сейчас, когда Лейла могла спокойно и незаметно перемещаться по квартире. Я схватил телефон и нажал две кнопки.

— Она все-таки здесь, мать ее так, — прошипел я в трубку.

Через три секунды Тейлор и Райан вбежали в мою спальню, и я кратко сообщил о случившемся. Я почти уверен, что она была на балконе, просто прижалась ближе к стене, чтобы не попасть под прицел камер видеонаблюдения. Они расположены лицом к балкону и железной дороге, а не на стены квартиры — помню, как Тейлор, увидев меня на балконе, сразу примчался. Он подумал, что я решил покончить жизнь самоубийством, хотя я просто смотрел на открывающийся вид. Это как раз было тогда, когда Ана ушла от меня, и мой мир перестал существовать. Через балкон можно пройти из моей спальни в главный холл, имея при себе ключи. Может у Лейлы есть дубликат ключей? Не припомню, чтобы после нее я менял замки. Я никогда даже и не подумал бы, что это доставит мне столько проблем в будущем.

— Давно? — спросил Тейлор деловым тоном у Аны.

— Минут десять назад, — виновато пробормотала она. Я не хочу, чтобы она чувствовала себя виноватой. Что за бред?

— Она знает квартиру как свои пять пальцев, — сказал я. — И прячется где-то здесь. Найдите ее. Сейчас я увезу Анастейшу. Когда вернется Гейл?

— Завтра вечером, сэр.

— Пусть не возвращается, пока здесь не станет безопасно. Ясно? — резко сказал я.

— Да, сэр. Вы поедете в Белвью?

— Я не хочу привозить проблему своим родителям. Забронируй мне где-нибудь номер.

— Да. Я вам позвоню.

— Мы не преувеличиваем опасность? — тихо спросила Ана.

— Возможно, у нее пистолет, — огрызнулся я.

— Кристиан, она стояла возле кровати и могла меня застрелить, если бы хотела.

От этих слов, меня бросило в холодный пот. Почему Ана так спокойно об этом говорит? Я посмотрел ей в глаза и понял, что сейчас она не о себе беспокоится, а обо мне. Почему она себя совсем не ценит?

Ужасная картина развернулась перед моими глазами: Ана безжизненно лежала на кровати. Бледная и холодная. Пуля попала ей прямо в сердце. Кровь сочилась из раны в груди и растекалась по белым простыням. Я быстро потряс головой, отгоняя от себя этот кошмар наяву. Она права. Лейла могла с легкостью выстрелить в нее, и в этом был бы виноват я.

Я не могу позволить этому случиться, и сделаю все возможное, чтобы защитить ее. Если с ней что-нибудь случится по моей вине, тогда я действительно буду недостоин жить дальше.

— Я не готов рисковать. Тейлор, Анастейше нужна обувь.

Я зашел в шкаф-купе, пока за Аной присматривал Райан. Там я быстро оделся, захватив с собой сумку с некоторыми вещами и джинсовую куртку для Аны.

— Пойдем, — я крепко сжал ее руку. Она почти бежала за мной через комнату. Я хотел быстрее ее увезти подальше от опасности.

— Мне не верится, что она может быть где-то здесь, — бормотала она, глядя на балконную дверь.

— Квартира большая. Ты не все еще здесь видела.

Лейла всегда любила эту квартиру, она ходила по всем комнатам, хотя не должна была. Тогда она, скорее всего, нашла места, в которых сегодня пряталась, и плохо то, что новые охранники понятия не имели, где нужно искать. Она очень худенькая, поэтому могла спрятаться даже в крошечном помещении.

— Почему бы тебе просто не позвать ее? Скажешь, что хочешь с ней поговорить.

— Анастейша, она не в себе и, скорее всего, вооружена, — раздраженно ответил я. Не хотел бы я сейчас иметь с ней дело. Ей срочно нужна помощь психиатра.

— Так мы просто сбегаем?

— Пока что да.

— А если она попытается застрелить Тейлора?

И снова она больше беспокоилась о других, чем о себе.

— Тейлор знает толк в таких делах. Он опередит ее.

Я очень надеюсь, что до этого не дойдет.

— Рэй был в армии. Он научил меня стрелять.

Что?

— Ты, с оружием? — спросил я в удивлении.

— Да, мистер Грей, — с вызовом заявила она. — Берегитесь, я умею стрелять. Так что вам нужно опасаться не только ваших свихнувшихся саб.

— Приму это к сведению, мисс Стил, — сухо ответил я, но я не мог скрыть своей улыбки. Эта девушка не переставала меня удивлять. Она гордилась тем, что умела пользоваться пистолетом, но я не мог себе этого представить. Я знал, что Рэй бывший военный, но даже не думал, что он мог научить ее пользоваться оружием. Интересно зачем?

Тейлор встретил нас в фойе с чемоданом для Аны и черными кедами. Он собрал ей что-то из одежды. Она робко ему улыбнулась, а потом резко обняла его, заставая нас врасплох. В этом вся Ана. Она беспокоилась за Тейлора. Мне не нравилось, что она так расположена к одному из моих сотрудников, но сейчас не время, чтобы говорить об этом.

— Будьте осторожны, — сказала она.

— Да, мисс Стил, — смущенно пробормотал он. Потом откашлялся и поправил галстук.

— Сообщите, куда мне ехать, — сказал я. Тейлор полез в карман, достал бумажник и протянул мне кредитную карточку.

— Возможно, она вам пригодится, когда вы приедете на место.

— Верно, — кивнул я. Пока мы не выяснили, как Лейла получает информацию, лучше нам быть под прикрытием.

К нам подошел Райан.

— Сойер и Рейнолдс никого не обнаружили, — доложил он Тейлору.

— Проводите мистера Грея и мисс Стил до гаража, — приказал Тейлор.

В гараже мы увидели месть Лейлы во всей красе. Совершенно новая красная «Ауди А3» — была в ужасном состоянии: шины порезаны, следы от белой краски повсюду. Черт, она была в ярости, когда это делала. Напрашивается вопрос: если она смогла это сделать, то на что она еще способна? Ану, при виде этой жуткой картины, бросило в дрожь. Нам срочно нужно отсюда уехать.

Я положил наши вещи в багажник «Ауди R8». Обычно я любил ездить на этой машине ради удовольствия, но сегодня я выбрал ее из практических соображений. Она очень быстрая и легко управляема, ее будет очень сложно преследовать. Сейчас я был благодарен Тейлору за то, что он недавно настоял на том, чтобы я прошел курсы по экстремальному вождению. Сейчас мне, как никогда, пригодятся эти знания. Иногда меня поражала его предусмотрительность.

— Замена прибудет в понедельник, — сказал Ане, хотя думаю, что она сильно по ней скучать не будет. К тому же у дилера «Ауди» купить такую же — не проблема.

— Как она узнала, что это моя машина?

Черт подери, я наивно полагал, что она этого не спросит? Размечтался… Что ей сказать?

Правду, Грей, говори ей правду…

— У нее была «Ауди А3». Я покупаю такую тачку всем моим сабмиссив — это самая безопасная машина в своем классе.

— Так, значит, ее нельзя считать подарком в честь окончания учебы.

Я хотел, чтобы у нее был надежный автомобиль. Это была просто маленькая ложь во спасение, для ее безопасности. Это не такое уж преступление, ведь так?

— Анастейша, вопреки моим надеждам, ты никогда не была сабмиссив, так что технически это подарок к окончанию колледжа, — я тронулся из парковочного отсека и поехал к выходу. Я так и не получил от нее официальное согласие на предложение стать моей сабой, а сейчас мы вообще все это переросли.

— Ты все еще надеешься? — прошептала она, после минутного молчания.

Вот, опять двадцать пять. Почему она так не уверена в себе? Или не уверена во мне? Неужели она не видит моих намерений?

Прежде чем я ей ответил, в салоне загудел телефон. Это Тейлор.

— Грей, — рявкнул я.

— «Фермонт Олимпик». На мое имя.

— Спасибо, Тейлор. И, Тейлор, будьте осторожны.

— Да, сэр.

Он, наверное, рад, что мы благополучно выбрались, и теперь мог приступить к своей работе. Тейлор понимает, почему я так беспокоился за Ану, он так же переживал за Гейл. Теперь он должен сделать все возможное и невозможное, чтобы Лейла не попала в мою квартиру снова. А пока он работает, я с удовольствием отвезу Ану в безопасное место, подальше от всего этого дерьма.

Сейчас три часа ночи и улицы Сиэтла абсолютно пустые. Я мчался по Пятой авеню в направлении I-5. Как бы быстро я не ехал, я не смогу уехать от ее вопросов, которые она неизбежно будет задавать. Выехав на федеральную трассу, я вдавил в пол педаль газа и взял курс на север. Как же я люблю эту тачку! В машине повисла гробовая тишина, каждый из нас занят своими мыслями, но я знаю, что она ждет мой ответ.

— Нет. Я не на это надеюсь, уже не на это. Я думал, что это очевидно, — мягко ответил я.

— Я беспокоюсь, что… понимаешь… что я недостаточно…

Да сколько можно, об одном и том же?

— Более чем достаточно, Анастейша. Ради бога, что я еще должен сделать?..

— Почему ты решил, что я уйду, когда я пошутила, что доктор Флинн рассказал мне все, что знает о тебе?

Зачем она сейчас начала копать так глубоко? Меня начинало трясти только от одной мысли, что она уйдет от меня, когда узнает обо мне всю правду. Что я гребаный садист, которого привлекают такие девушки, как она, только для того, чтобы мстить за себя. Она никогда об этом не узнает, потому что не поймет, почему вдруг именно с ней моя система дала сбой. Я и сам пока этого не знаю, знаю только одно, что мне с ней лучше, чем без нее.

— Тебе трудно понять всю глубину моей порочности. И мне совсем не хочется делиться этим с тобой.

— И ты действительно подумал, что я бы ушла, если бы узнала? — Сорвалась она на крик. — Ты так плохо думаешь обо мне?

— Я знаю, что ты уйдешь, — ответил я. И мне очень грустно от этой мысли.

— Кристиан… Я думаю, что это невозможно. Я не могу представить себе жизни без тебя…

— Однажды ты уже от меня уходила — я не хочу повторения.

— Элена сказала, что видела тебя в прошлую субботу.

— Нет, не видела, — она мне только позвонила.

— Ты не ездил к ней, когда я ушла?

— Нет! Я уже сказал тебе и я не люблю, когда кто-то не верит моим словам. Я никуда не ездил и не ходил в минувшие выходные. Я сидел и мастерил планер, который ты мне дала. Так и провел время. Вопреки уверенности Элены, я не бегаю к ней со всеми своими проблемами. Я вообще не бегаю ни к кому. Возможно, ты заметила, я не слишком разговорчив.

— Каррик сказал мне, что ты не говорил почти два года.

— Правда?

Зачем они вообще поднимали эту тему?

— Я… ну… вытянула из него эту информацию, — смущенно сказала она.

— Что еще сказал тебе папочка?

— Что твоя мама была доктором, осматривавшим тебя. После того как тебя обнаружили и привезли в госпиталь. Он сказал, что тебе помогла игра на фортепьяно. И Миа. — Вспомнив маленькую Миа, я не мог не улыбнуться. Она всегда была такой открытой, доброй и очень ласковой сестренкой.

— Ей было шесть месяцев, когда она появилась у нас. Я был в восторге, а Элиот — не очень. Ведь ему пришлось до этого привыкать ко мне. Она была прелестна. Теперь, конечно, меньше, — добавил я, вспоминая ее успешные попытки разрушить наши похотливые намерения этим вечером.

Ана рассмеялась, интересно почему?

— Вам это кажется смешным, мисс Стил?

— Мне показалось, что она была полна решимости разлучить нас.

Что верно, то верно.

— Да, она это умеет. — Я положил руку на ее колено и сжал его. — Но мы не поддались, — с улыбкой добавил я и снова посмотрел в зеркало заднего вида. — По-моему, за нами никто не гонится.

Я свернул с I-5 и вернулся в центр Сиэтла.

— Могу я спросить у тебя кое-что про Элену? — сказала Ана, когда мы стояли перед светофором.

Ну что опять?

— Попробуй, — раздраженно пробормотал я.

— Когда-то давно ты сказал мне, что она любила тебя так, как ты считал приемлемым. Как это понимать?

— Разве непонятно?

— Мне — нет.

— Я был неуправляемым. Я не выносил, когда ко мне прикасаются. И сейчас не переношу. Для пятнадцатилетнего подростка с бушующими гормонами это было трудное время. Она научила меня выпускать пар.

— Миа сказала, что ты был драчуном.

— Господи, что за болтливая у меня семья? Впрочем, это ты виновата.

Мы снова стояли перед светофором. Я смотрел на нее и поражался ее способности доставать из людей информацию, которая ей нужна, независимо от того, насколько, она могла быть секретной. Она странным для меня образом находила выход из любой ситуации. Так не бывает!

— Ты умеешь выуживать информацию из людей.

— Миа сама рассказала мне об этом. Она беспокоилась, что ты затеешь драку, если не выиграешь на аукционе мой первый танец.

— Ой, детка, тут не было никакой опасности. Я ни при каких условиях не позволил бы никому танцевать с тобой.

— Ты позволил доктору Флинну.

— Он всегда исключение из правил.

Я подъехал к отелю «Фермонт Олимпик» по аллее и остановится перед входом, возле каменного фонтана.

— Пойдем.

Я вылез из машины и достал наш багаж. Навстречу нам подбежал служащий гостиницы. Я бросил ему ключи от машины.

— На имя Тейлора, — сказал я.

Парень кивнул, сияя от восторга, прыгнул в R8 и отъехал. Я взял Ану за руку, и мы зашли в вестибюль. Теперь мы в безопасности.

Нас поселили на одиннадцатом этаже в номере «Каскад Люкс». Здесь две спальни и гостиная, в которой стояло фортепьяно. В камине был зажжен огонь. Я запер дверь на ключ и отнес наши вещи в спальню. Когда я вышел из спальни, Ана задумчиво смотрела на огонь, грея руки. Треск дров звучал, как очистительная мелодия огня, которая способна возродить силу духа.

Я люблю камины, они создавали особую атмосферу в помещении, наполняя его светом и теплом. Огонь — стихия желания и страсти, он воодушевляет, возбуждает и успокаивает одновременно. Это то, что нам сегодня нужно. А еще, я выпил бы что-нибудь. В баре я нашел арманьяк, то, что надо.

Арманьяк считают старшим братом коньяка и не менее благородным и уважаемым напитком. В хорошем арманьяке большое разнообразие ароматов и вкусовых композиций. Наиболее типичными из них считаются семь ароматов: лесного ореха, персика, фиалки, липы, ванили, чернослива и перца. Бренди, конечно убойная штука, но зато он поможет нам расслабиться, впервые за несколько часов.

Теперь мы с Аной мистер и миссис Тейлор. Ана в роли моей жены — это интригующая мысль.

Мистер и миссис Грей звучало бы лучше?

— Ну и денек был, а? — сказал я, протягивая Ане стакан с бренди.

— Да все нормально. Как ты сам? — спокойно спросила она.

— Ну, прямо сейчас я хочу выпить, а потом, если ты не слишком устала, лечь с тобой в постель и раствориться в тебе.

— Все в нашей власти, мистер Тейлор, — она робко улыбнулась мне, прикусывая губу. Я сбросил себя обувь и стащил носки.

— Миссис Тейлор, перестаньте прикусывать губу, — прошептал я.

Она покраснела и загородилась от меня стаканом. Я сделал глоток. Действительно, очень хороший, с легким запахом ванили, приносимый дубом, различные цветочные запахи, а также запах сливы и спелого перца. Он скользил, как шелковый, по глотке, оставляя за собой теплый след. Она попробовала коньяк на вкус, медленно, с закрытыми глазами, вдыхая его аромат. Я допил свой стакан, смотрел на нее и не верил своим глазам.

Она вела себя совершенно спокойно. Это удивительно, обычно девушки себя ведут очень несдержанно. Что я такого сделал в жизни, что судьба подарила мне эту совершенную девушку?

— Анастейша, ты не перестаешь меня удивлять. После такого дня, как сегодняшний, вернее, уже вчерашний, ты не ноешь и не убегаешь прочь от меня. Ты очень сильная. Я преклоняюсь перед тобой.

Это чистая правда!

— Между прочим, ты — очень веская причина для того, чтобы я осталась. Кристиан, я уже говорила тебе, что никуда не уйду, что бы ты ни делал. Ты ведь знаешь мои чувства к тебе. — Спокойно ответила она, глядя на меня.

Она говорила, что любит меня, но мне по-прежнему сложно было в это поверить! Ана очень молода и впечатлительна. Уверен, что она не понимает, о чем говорит .

А может, ты снова ее недооцениваешь, Грей? Может, о любви она знает намного больше, чем ты?

К счастью, она поменяла тему.

— Где ты собираешься повесить мои портреты, сделанные Хосе?

— Это зависит от…

Какое бы слово подобрать?

— От чего? — с любопытством продолжила Ана.

— От обстоятельств… Его вернисаж еще не закончился, поэтому у меня еще есть время подумать. — Ана наклонила голову набок и прищурилась.

— Миссис Тейлор, вы можете строго смотреть на меня сколько угодно. Я ничего не скажу, — усмехнулся я.

Однозначно, миссис Грей звучало бы лучше.

Наверное, я повешу свой самый любимый портрет, тот на котором она улыбается, в своем кабинете, а вот остальные, еще не решил, но у меня есть кое-какие мысли по этому поводу. Я дал задание риэлтору, чтобы он мне нашел участок с видом на залив. В пятницу, мне шепнули, что скоро выставят на продажу подходящий мне вариант, хотя говорят, что сам домик старенький и требует капитального ремонта. Если у меня получится купить этот участок, то я повешу картины в новом доме. Но пока, всё находится в подвешенном состоянии, и я решил об этом не рассказывать. К тому же, прежде чем его купить, мне бы хотелось показать этот дом Ане. Я бы хотел, чтобы ей там понравилось. Мы могли бы построить экологически чистый дом, Элиот нам помог бы в этом…

Так, стоп, Грей!

Кажется, что мои мысли унесло куда-то опасно далеко. Даже в мыслях все связано с ней, я не представляю себя и свою дальнейшую жизнь без нее. Вдруг, она не захочет ничего из того, что я хочу ей предложить. Нет никаких гарантий, что проснувшись завтра, она не убежит от меня с воплями.

— Я могу пытками добиться от вас правды, — сказала Ана, прерывая поток моих мыслей.

Пытать? Меня?

— Знаешь, Анастейша, не надо обещать того, чего не сможешь выполнить.

Она подняла брови в удивлении! Поставила свой бокал на каминную полку, протянула руку, взяла мой бокал и поставила рядом со своим.

Поразительно, она смело приняла мой вызов!

— Вот мы сейчас и проверим, — тихо сказала она, взяла меня за руку и повела в спальню.

Игра началась.

Она привела меня к кровати с балдахином и остановилась. Мне очень интересно, что она собиралась делать дальше. Не могу скрыть свое веселое изумление. Не думал, что она может быть такой дерзкой. Мне это нравится.

— Ну, мы пришли. Что ты будешь делать дальше? — с насмешкой спросил я.

— Прежде всего, я тебя раздену. Завершу начатое. — Она взялась за лацканы моего блейзера так, чтобы не прикоснуться к телу. Я старался не морщиться, но все же задержал дыхание. Тяжело пока к этому привыкнуть. Но сейчас уже лучше. Она доказала мне, что я могу ей доверять. Это много для меня значит. Она бережно сняла блейзер с моих плеч.

Я не мог оторвать от нее глаз. Она такая красивая и такая… родная, что ли… Я столько секретов ей открыл и она до сих пор со мной…

Господи, я благодарен тебе за каждую минуту, проведенную с ней… я так ее хочу, хочу ее всю… я просто не вынесу, если она снова от меня уйдет…

Ее зрачки увеличились, затягивая меня все глубже и глубже. Я уже ничего не видел и не слышал, только она… ее темные глаза, неровное дыхание и тело, говорили мне, что она хочет меня… только меня… я ей нужен.

— Теперь снимем майку, — прошептала она и взялась за нижний край. Я, на всякий случай, решил ей помочь: поднял руки и попятился назад, чтобы она смогла быстрее ее стянуть. Оставшись без майки, я выпрямился и пристально посмотрел на нее, ожидая дальнейших действий. На мне остались только джинсы.

— Что теперь? — прошептал я.

— Хочу поцеловать тебя вот сюда. — Она провела пальцем поперек моего живота.

О да, детка!

— Я не останавливаю тебя, — ответил я, чувствуя, как ускоряется мой пульс.

Я потерялся в ощущениях. Что меня так волнует? Боязнь, что она ко мне прикоснется или мое возбуждение?

Она взяла меня за руку.

— Тогда ложись, — промурлыкала она и ближе подвела к кровати.

Неожиданный поворот событий! Что она делает? Она сейчас берет инициативу на себя… доминирует? Черт побери! Ничего не могу с собой поделать, мне нравится, что она сейчас делает со мной.

Откинув покрывало, я сел на край кровати и смотрел на нее снизу вверх, в ожидании. Она стояла передо мной и сбросила сначала джинсовую куртку, потом штаны. Давно я не позволял женщине брать инициативу на себя. Раньше, это могла делать только Элена, до того, как во мне проснулся доминант. Я никогда не возвращался к прошлому, но сегодня… я в растерянности… Ана удивляла меня на каждом шагу, сегодня она превзошла себя. Я чувствовал каждой своей клеточкой, что она хочет меня. Она раздевалась, не стесняясь своего тела и только для меня. Она шикарна.

— Ты настоящая Афродита.

У нее прекрасное тело. И она моя. Я самый счастливый человек на этой гребаной планете.

Она взяла в ладони мое лицо и наклонилась, чтобы меня поцеловать. Ее губы накрыли мои, и мы начали страстно целоваться. У нее такие мягкие и теплые губы. На вкус, она ваниль с различными цветочными ароматами и Ана. Она такая сладкая… вкусная… От возбуждения я простонал ей в рот. Я не могу больше сдерживаться, это выше моих сил.

Я схватил ее за бедра и резко бросил на кровать. В одно мгновение она оказалась подо мной. И я целовал ее глубоко, изучая ее рот. Она с такой же страстью мне отвечала, зарываясь пальцами в моих волосах, притягивая меня ближе к себе. Наши языки сплетались в страстном танце. Я провел рукой от ее бедра по животику к груди, сжимал ее, мял, потягивая за сосок. Она издала протяжный стон, прижавшись пахом ко мне, и, сладостно, начала тереться о мой член.

Господи, что она со мной делает? Я прервал поцелуй, чтобы посмотреть на нее. Я в восторге. Выдвинул бедра вперед и толкнулся о ее лоно.

Да, вот так. Ты этого хочешь, детка?

Она закрыла от удовольствия глаза и издала новый стон. Я повторил свое движение, и на этот раз, она ответила мне тем же. Мы сейчас вели себя как подростки. Я пропустил этот период, попав в полноценный БДСМ секс с Эленой. А сейчас будто вернулся к истокам. Я терся, ласкал, возбуждая ее каждым своим движением. Рядом с ней, я забывал обо всем на свете.

Как же я хочу ее.

Когда я был с ней, время вокруг останавливалось. Ничего больше не имело значения. Только мы. Тишину в комнате нарушало наше прерывистое дыхание. Мой пульс зашкаливал. Она изучала мое тело руками там, где это можно, трогая мои руки, гладя меня по пояснице до пояса джинсов, засовывала свои жадные руки ко мне в штаны, пытаясь овладеть моим членом, который очень быстро реагировал на ее движения, моментально увеличиваясь в размере. Мне уже не комфортно находиться в джинсах.

— Ана, ты так кастрируешь меня, — прошептал я и быстро стянул джинсы. Потом протянул ей презерватив.

— Ты хочешь меня, детка, и я ужасно тебя хочу. Ты знаешь, что делать.

Ана быстро вскрыла пакетик и раскатала презерватив по моему члену. Как же мне нравятся ее прикосновения. С каждым разом она становилась уверенней в себе. Она хорошая ученица. Наклонившись над ней, я потерся носом о ее нос, закрыл глаза и медленно вошел в нее. Она схватила меня за руки и запрокинула голову назад, наслаждаясь каждым моим движением. Я прикусил ее подбородок, медленно вышел из нее и снова заскользил внутрь. В этот раз, я хотел трахать ее медленно. Сладко и нежно. Я хотел насладиться каждой секундой, пока я внутри нее. Вошел глубже и почувствовал, как она крепко обхватила мой член, сокращая стенки. Это непередаваемое ощущение теряется, когда мы трахаемся быстро. Но сейчас, я хочу насладиться ею в полном объеме.

И тут я вспомнил, как она просила заняться с ней любовью. Да. Это похоже на то, что я занимался с ней любовью… Медленно, сладко, нежно. Нам некуда спешить. Я медленно двигался, заставляя ее, при каждом своем движении, стонать.

— Ты заставляешь меня забыть обо всем. Ты лучшее мое лекарство, — прошептал я, медленно двигаясь, смакуя каждый сантиметр ее тела. Она получала огромное удовольствие от нашей близости, не пытаясь угодить мне. Мы были равноправными партнерами и получали наслаждение друг от друга. Нам не просто хорошо вместе, нам чертовски хорошо вместе. Эта мысль меня еще больше заводила. Она запрокинула голову вверх, давая возможность мне целовать ее в шею, вдыхать ее аромат, смаковать ее податливое тело.

— Пожалуйста, Кристиан, быстрее, — умоляла она, желая большего и немедленно. Она приподняла бедра, чтобы при каждом движении встречать меня, соблазнительно прикусывая свою губу. Это подействовало на меня очень возбуждающе. Я тоже хотел ее укусить.

— Ну нет, детка. Мне так нужно. — Я сладко поцеловал ее, нежно прикусил за нижнюю губу, наслаждаясь ее тихими стонами. Она опять запустила пальцы в мои волосы, отдаваясь моему ритму. Мы медленно, но верно взбирались всё выше и выше на плато, затем резко и стремительно упали вниз. Она громко простонала и запульсировала вокруг моей плоти.

— Ох, Ана! — выдохнул я, извергаясь, как вулкан, глубоко внутри нее. Ана. Моя Ана.

Я лежал на ее животе, обнимая ее. Она нежно играла с моими волосами. Это всё так необычно и приятно одновременно. Только ей было позволено приблизиться ко мне настолько близко. Не знаю, сколько мы так пролежали, но я хотел, чтобы этот момент длился вечно. Я наслаждался послевкусием сладкой любви…

Любовь… Опять это слово…

— Мне никогда не насытиться тобой. Не бросай меня, — прошептал я и поцеловал ее в живот. Я не выдержу, если она снова уйдет.

— Я никуда и не собираюсь, Кристиан. Ой, помнится, я тоже хотела поцеловать твой живот, — сонно пробормотала она.

Я усмехнулся, обдав теплом ее кожу.

— Тебя ничто не останавливает, детка, — игриво, сказал я.

— Я слишком устала… Не в силах пошевелиться.

Я неохотно поднял голову и устроился рядом с ней, натягивая на нас одеяло. Ей нужно немного поспать.

— Спи, малышка, — сказал я, любуясь ее прекрасным лицом. Потом поцеловал ее волосы и крепко обнял, прежде чем уплыл в крепкий сон. Я всегда хорошо спал рядом с ней. Она защищала меня от ночных кошмаров.



Глава 15. Момент истины

Я проснулся с ощущением бодрости. На часах около восьми утра — это очень поздно для меня. Анастейша крепко спала. Знаю, что она далеко не ранняя пташка, поэтому я решил дать ей еще немного поспать. Ей нужно хорошо выспаться, особенно после вчерашних событий. Я боюсь, что за ночь она передумала, и сбежит от меня, как только откроет свои прекрасные глаза.

Она что-то пробормотала во сне, но в этот раз я не смог разобрать ни слова. Некоторое время рассматривал спящую девушку, от которой сложно оторвать взгляд. Но, как бы мне ни хотелось полежать в постели рядом с ней, я должен сделать кое-какие дела, пока она спит, чтобы потом она меньше задавала ненужных вопросов.

Оставив ее в спальне, я нашел свой «блэкберри» и позвонил Тейлору.

— Доброе утро, мистер Грей.

— Здравствуй, Тейлор. Какие новости?

— Мы обшарили всю квартиру, но никого не нашли. Думаю, что она попала в квартиру через служебный лифт. На сегодняшний день у меня нет другого объяснения, сэр.

— Что вы планируете делать дальше?

— Для начала, нам нужно поменять все замки в дверях и поставить дополнительные камеры. Я не успокоюсь до тех пор, пока не выясню, как она попала в квартиру. Скажите, ваша поездка на катамаране с мисс Стил еще в силе?

— Да, Тейлор. Через три часа мы будем выезжать.

— Хорошо, сэр, перед вашим приездом мы проверим судно. Я буду держать Вас в курсе.

— У мисс Стил сегодня утром была назначена встреча с доктором Грин. Вы можете с ней связаться и попросить ее приехать сюда, а не в «Эскалу»?

— Конечно, сэр.

— Хорошо, Тейлор. Еще я хочу, чтобы ты перенес все вещи мисс Стил в мою спальню. — Думаю, будет безопасней, если я все время буду рядом. — Выделите для ее одежды всю левую сторону моего шкафа.

— Как скажете, сэр.

Я не хочу, чтобы Ана спала отдельно. Хочу засыпать и просыпаться с ней рядом, все время прикасаться к ней, обнимать, ласкать нежную кожу и зарываться в длинных волосах, вдыхая божественный аромат.

Я закончил разговор и вернулся в спальню. Ана еще спала. Я нежно поцеловал ее в щеку. Жалко будить. Пусть еще немного поспит, а я пока пробегусь по сайтам официальных дилеров, поищу для нее машину. Из сумки я достал свой «макбук эйр». Не хочу покупать ей такую же «Ауди». Она не саба и я не хочу, чтобы она, глядя на новую машину, вспоминала тот погром, который устроила Лейла. Это выглядело ужасающе. Лучше бы она этого не видела.

Кроме «Ауди», лучшими автомобилями в плане безопасности считались «Вольво», «БМВ» и «Сааб». Мне понравился «Сааб 9–3». Недалеко от нас был автосалон, поэтому позже мы можем туда заехать. Потом, я проверил свою почту, ответил на несколько важных писем и отложил «макбук» в сторону. В дверь постучали, вероятно уже принесли завтрак. Взглянул на часы, они показывали десять пятнадцать. Думаю, что Ане пора вставать, нам уже принесли завтрак, а через полчаса приедет доктор Грин. На мне еще остались следы от помады и мне нужно было в душ, но я хотел его принять вместе с Аной, так что придется немного подождать.

Я подошел к окну и нажал на кнопку, чтобы открыть шторы. В спальню ворвался поток яркого света. Ана зашевелилась, сладко потянулась и открыла сонные красивые глаза. Я лег рядом с ней, наблюдая момент ее пробуждения.

— Привет, — пробормотал я. Она выглядела совершенно неотразимой.

— Привет. Давно ты смотришь на меня? — смущенно спросила она.

— Я могу часами смотреть на тебя спящую, Анастейша. Но сейчас в моем распоряжении всего пять минут. — Свои слова я прервал нежным поцелуем. — Скоро сюда приедет доктор Грин.

— Ой. — произнесла она.

Заметил, что Ана была не в восторге от этой новости, но нам необходимо решить вопрос с контрацепцией, чтобы двигаться дальше.

— Ты выспалась? По-моему, должна была выспаться. Ты задавала такого храпака, — подразнил ее.

— Я не храплю, — возмущенно заявила она. Такая милая, когда начинала дуться.

— Не храпишь, верно.

Жаль, что этой ночью она была не так разговорчива. Максимум, что я разобрал — свое имя.

— Ты принимал душ?

— Нет. Жду тебя, — мне нравилось принимать душ вместе.

— Сколько сейчас времени?

— Начало одиннадцатого. Я не решился разбудить тебя раньше. Пожалел.

— А ты мне говорил, что вообще не знаешь жалости.

Совершенно верно. У меня нет такого чистого и открытого сердца как у нее. Мое заполнено лишь мраком. Но сейчас я совсем не хочу об этом думать.

— Тебя ждет завтрак — оладьи и бекон. Все, вставай, мне скучно тут одному.

Я звонко шлепнул ее по заду, отчего она подпрыгнула, встал с кровати и пошел в гостиную. Не хотел, чтобы она снова уснула. Через пять минут Ана присоединилась ко мне, закутавшись в махровый халат. Я как раз читал воскресную газету и пил кофе.

— Ешь. Сегодня тебе пригодятся все твои силы, — игриво сказал я.

Сегодня у нас будет насыщенный день.

— Почему? Ты намерен запереть меня в ванной?

Заманчиво… очень заманчиво.

— Мысль хорошая. Но я думал, что мы с тобой выйдем в город подышать свежим воздухом.

Я хотел этого с того момента, как Ана дала мне второй шанс. Надеюсь, что ей понравится ходить со мной под парусом. В прошлый ей понравилось парить на планере. Черт, это было очень весело.

— А это безопасно?

Конечно, безопасно! Это первое, о чем я беспокоюсь, или она во мне сомневается?

— Там, куда мы отправимся, да. Но вообще шутки неуместны, — строго добавил я, прищуриваясь.

Она должна понимать, что я очень серьезно отношусь к ее безопасности. Ана доела свой завтрак в угрюмом молчании. По-моему, она не выспалась. Определенно не жаворонок.

Затем раздался стук в дверь.

— Вероятно, это добрый доктор, — проговорил я и встал, чтобы открыть дверь.

Ана проводила меня хмурым взглядом. Сложилось ощущение, что она была готова меня послать. Черт. Но, потом, когда она увидела доктора Грин, вежливо ей улыбнулась и они уединились в спальне. Дело сделано, но чего мне это стоило. Ана заставила меня понервничать.

Через двадцать минут они вышли с какими-то тревожными выражениями на лицах. Я вопросительно посмотрел на доктора Грин, но она мне ничего не сказала, только вежливо попрощалась с нами. Я проводил ее и закрыл дверь.

Что, черт возьми, произошло?

— Все в порядке? — осторожно спросил я.

Ана молча кивнула.

Но мне этого мало. Я же не дурак! Я вижу, что что-то случилось и мне нужно знать что! Она побледнела, как будто узнала что-то плохое. Даже не так, она выглядела шокированной.

— Анастейша, в чем дело? Что сказала доктор Грин?

Но Ана ничего не ответила, а только отрицательно качнула головой, избегая моего взгляда. Почему она не смотрит мне в глаза?

Проклятье.

— Через семь дней ты сможешь ни о чем не беспокоиться, — сказала она, глядя в пол.

— Через семь?

— Да.

Да что с тобой происходит?

— Ана, в чем дело?

Она громко сглотнула и испуганно взглянула на меня.

— Так, ничего особенного. Пожалуйста, Кристиан, не приставай.

Определенно есть повод для беспокойства. Почему она мне ничего не говорит? Не нравится мне все это. Что у нее нашла доктор Грин? Я должен это знать! И если это настолько серьезно, почему врач не сказала мне?

Я встал перед Аной. Взял ее за подбородок, приподнял голову и посмотрел ей в глаза, пытаясь понять причину ее паники.

— Скажи мне, — настаивал я, пытаясь мысленно приказать рассказать правду.

— Мне нечего сказать. Я хочу одеться. — Она резко дернула головой, освобождая подбородок, и ушла от меня.

Как заставить ее рассказать о том, что ее так расстроило? А вдруг она смертельно больна?

Я должен это знать, черт возьми!

Может позвонить доктору Грин? А толку, она пошлет меня куда подальше, ссылаясь на врачебную тайну. Ана сама должна со мной поделиться.

— Пойдем под душ, — предложил я. Может это поможет снять напряжение и потом она мне все расскажет?

— Конечно, — рассеянно пробормотала она.

Мысленно она сейчас явно была не здесь. Черт. Видимо все плохо, но почему тогда она не хочет поговорить со мной?

— Пошли, — с обидой сказал я, решительно взял ее за руку и повел в ванную.

Что доктор Грин могла у нее найти? Она пришла всего лишь для того, чтобы сделать противозачаточный укол, а не компьютерную диагностику всего организма! Может она увидела на ее теле какую-нибудь подозрительную шишку, похожую на злокачественную опухоль? Что с ней может быть не так? Может у нее плохая свертываемость крови? Пока я здесь сидел и ничего не подозревал, она там откачивала Ану? Нет, этого не может быть, я бы точно что-нибудь услышал. А может у нее порок сердца? И она рисковала жизнью, согласившись сделать этот гребаный укол? Мне плевать, что это может быть, я найду самых лучших врачей, чтобы ее вылечить! Но я ничего не смогу сделать, пока она мне не расскажет. У меня сейчас крыша поедет от всего этого многообразия, которое подсовывает мое воображение.

Я включил душ и быстро разделся. Потом повернулся к ней.

— Я не знаю, что тебя расстроило, или ты просто не выспалась, — говорил я, развязывая на ней халат. — Но я хочу, чтобы ты сказала мне причину. Мое воображение подсовывает мне всякую всячину, и мне это не нравится.

Она закатила глаза от досады(?), а я сердито посмотрел на нее. Если все так серьезно, то сейчас не время, чтобы вести себя как маленькая девочка.

Ана сделала глубокий вдох. Кажется, она решилась.

— Доктор Грин отругала меня за то, что я пропустила прием таблеток. Она сказала, что я могла забеременеть.

— Что?

Нет! Ни в коем случае! Я уверен, что этого не могло произойти. Я знал, что она перестала пить таблетки, и поэтому, все время использовал презервативы! Я не мог допустить такой ошибки… или мог?

— Но я не беременна. Она сделала тест. Это был шок, вот и все. Я не могу простить себе такую глупость.

— Ты точно не беременна?

— Точно.

Слава тебе Господи! Я шумно перевел дух.

— Хорошо. Да, понятно. Такая новость способна огорчить, — сказал я.

Я всегда осуждал тех, кто жаловался на незапланированную беременность! И был уверен, что со мной этого никогда не случится. Я держал все под контролем, только так я мог избежать все это дерьмо, которое могло испортить всю мою жизнь.

Потом я посмотрел на Ану. А она хмуро разглядывала меня.

— Меня больше беспокоила твоя реакция, — гневно произнесла она.

Что она имеет в виду? Наверняка такая новость ее тоже привела в ужас.

— Моя реакция? Ну, естественно, я испытываю облегчение… ведь это был бы верх беспечности и плохих манер, если бы ты залетела по моей вине.

— Тогда, может, нам лучше воздерживаться? — прошипела она.

Черт. Что я сейчас сказал не так? Почему она так злится? Можно подумать, что она обрадовалась бы тому, что беременна. Не пойму ее настроения. Ее бросает из крайности в крайность. Думаю, что она просто устала.

— У тебя сегодня плохое настроение.

— Просто я испытала шок, вот и все, — раздраженно повторила она.

Черт побери. Я потерялся. Я не знаю, как должен себя сейчас вести. Что я должен сделать? У меня никогда не было нормальных отношений, да и у нее тоже. Мы как два слепых путника, которые ведут друг друга, рискуя вдвоем упасть в пропасть.

Схватив за отвороты халата, я притянул ее в свои объятья, поцеловал ее волосы, прижимая голову к своей груди.

— Ана, я не привык к таким капризам. Следуя своим природным наклонностям, я бы выбил их из тебя, но серьезно сомневаюсь, хочешь ли этого.

— Нет, не хочу. Мне помогает вот что. — Она крепче прижалась ко мне, и мы простояли так некоторое время. Она права, ничто меня не успокаивает, как ее близость. Видимо, на нее я действую так же. И я очень рад, что она не оттолкнула меня, а все рассказала. Слава богу, я был не прав со своими догадками. Ана хочет, чтобы я ее обнимал, и я рад для нее это делать.

— Пойдем под душ, — сказал я, разжимая руки.

Я снял с нее халат, и мы зашли под водный каскад. Под душем нашлось место для нас обоих. Я взял шампунь и намылил голову. Потом передал флакон ей, и она тоже начала мыться. Затем я намылил ее тело: плечи, руки, подмышки, грудь, спину. Ласково повернул ее спиной, прижал к себе и продолжал намыливать живот, бедра. Я мыл свою девочку везде, она такая сладкая. И вся моя.

Потом снова повернул лицом к себе. Я хотел кое-что попробовать.

— Вот, — проговорил спокойно, вручая ей жидкое мыло. — Смой с меня остатки помады.

Она испуганно посмотрела мне в глаза.

— Только, пожалуйста, не отходи далеко от линии, — я все-таки решил уточнить.

— Хорошо, — пробормотала она, понимая, как это важно для меня и что сейчас ей доверял. Она выдавила на ладонь немного жидкого мыла, потерла руки, чтобы образовалась пена, положила их мне на плечи и нежно начала смывать следы от красной помады. Я закрыл глаза и постарался убрать ужас со своего лица. Меня выдавало только неровное дыхание. Затем, она начала спускаться в сторону моей груди. Я сделал глубокий вдох, чтобы сдержать ту ярость, которая появилась из ниоткуда, и с каждой секундой увеличивалась.

Спокойно Грей, это Ана. Все хорошо, это Ана. Я не переставал повторять про себя эти слова.

Как только она на минуту убрала руки, чтобы взять больше мыла, я моментально расслабился.

— Нормально? — спросила она с напряжением в голосе.

Она волновалась за меня, потому что понимала, что мне все это сложно давалась. Моя понимающая, сладкая девочка, я должен с этим справиться ради нее.

— Да, — прошептал я.

Это, единственное, что я смог произнести, до того как тьма снова начала меня душить.

Когда она снова нежно положила на меня руки, я невольно вздрогнул. Я не мог себя контролировать, но я должен довести это дело до конца. Это еще один маленький шаг навстречу новой жизни. Флинн сейчас бы гордился мной. Я посмотрел в глаза Ане. Они были полны слез и сострадания ко мне. Она чувствовала мой страх и хотела бы смыть с меня всю боль. Если бы это было так легко. Она такая заботливая, как бы я хотел контролировать себя и разрешить ей к себе прикасаться, но я не могу это сделать.

— Пожалуйста, не плачь… не плачь из-за меня.

Мне тяжело видеть ее слезы, зная, что она плачет из-за меня. Я привык ко всему этому дерьму. Я живу с этим. Она уткнулась лицом мне в шею, и ее плач перерос в рыдания. Думаю, что она жалеет маленького мальчика, на долю которого выпали все пятьдесят оттенков мрака. Она хотела бы мне помочь, но не может. Я нежно взял в ладони ее лицо и поцеловал.

— Не плачь, Ана, пожалуйста. Это было давно. Мне ужасно хочется, чтобы ты прикасалась ко мне, но я все-таки не могу это выдержать. Это выше моих сил. Пожалуйста, пожалуйста, не плачь.

— Я хочу прикасаться к тебе. Очень-очень хочу. Я страдаю, когда вижу тебя таким… Кристиан, я очень люблю тебя.

Я провел большим пальцем по ее нижней губе. Она сейчас такая мягкая.

— Я знаю. Я знаю, — прошептал я.

Она такая чистая, открытая, честная девушка. Она пыталась мне помочь, но мне уже ничем не поможешь.

— Тебя очень легко любить. Неужели ты этого не понимаешь?

Что я должен понять? Меня даже не любила родная мать, эта гребаная шлюха. Она не любила свою плоть и кровь… она не любила меня, потому что я был не достоин любви. И в этом меня не смогли убедить мои приемные родители, хотя очень старались.

— Нет, малышка, не понимаю.

— Легко. И я люблю тебя, и твоя семья тебя любит. И Элена, и Лейла — они странно проявляют свою любовь, но они любят тебя. Ты достоин ее.

— Стоп. — Я прижал палец к ее губам, заставляя замолчать. Мне невыносимо слышать этот бред. Никто не может любить такого монстра как я! Я не достоин любви!

— Я не могу слышать это. Я ничтожество, Анастейша. Я лишь оболочка человека. У меня нет сердца.

— У тебя есть сердце. И я хочу владеть им, всем твоим сердцем. Ты хороший человек, Кристиан, очень хороший. Ты даже не сомневайся в этом. Посмотри, сколько ты всего сделал, чего достиг. Посмотри, что ты сделал для меня… от чего ты отказался ради меня.

Я смотрел на нее в полном недоумении. Она действительно меня таким видела? Видела во мне человека, способного на доброту? Одному Богу известно, как я старался, но всего этого недостаточно, чтобы вымыть всю черноту из моей души.

— Я знаю. Я знаю, что ты испытываешь ко мне. Ты любишь меня, — прошептала она, пристально глядя мне в глаза.

Ее слова ударили, как молния, мне в голову. И где-то глубоко внутри, я почувствовал искорку тепла, как будто сама душа откликнулась на ее слова. Тот кусок камня, который у меня слева бился на автомате, оказался не до конца уничтоженным.

Это момент истины.

Это момент моего прозрения!

Я должен найти в себе мужество, чтобы признать, что она права.

Это откровение, как недостающий пазл, который помог мне увидеть всю картину.

Я понятия не имел, что такое любовь. Теперь знаю. Я не могу больше этого отрицать.

Я люблю Анастейшу всем своим растоптанным сердцем, всей своей одинокой душой.

— Да, я люблю, — прошептал я.

Я нашел в себе мужество признать это.

Я люблю ее.

Я искренне, безумно и невероятно глубоко влюблен в эту прекрасную женщину.

Это пугает меня до смерти, но я больше не могу этого скрывать. Ничто и никогда в жизни не могло мне причинить такую боль, как ее уход от меня в прошлые выходные.

Почему я так долго боялся сам себе признаться?

Потому что, несмотря на мои чувства, я все равно не достоин ее.



Глава 16. Морская прогулка

Она улыбнулась мне самой искренней и счастливой улыбкой. Потянулась ко мне, чтобы поцеловать. Я обнял ее так крепко, как только мог и поцеловал ее в ответ, чтобы показать всю свою любовь. Это был самый сладкий поцелуй в моей жизни. Она любит меня. Я люблю ее. Сейчас все начало приобретать смысл.

Ана простонала мне в рот, и у меня от этого закружилась голова. Я так ее хочу, но не здесь.

— Ана, — хрипло прошептал я. — Я хочу тебя, но не здесь.

— Да, — страстно выдохнула мне в губы.

Я выключил душ, взял ее за руку, вывел из ванной и закутал в пушистый халат. Снял с крючка полотенце и опоясал свои бедра, потом взял полотенце поменьше и осторожно просушил ее волосы.

Как она смогла заставить меня это почувствовать, для меня остается загадкой, может она сможет вылечить меня? А вдруг и это возможно? Ее чистая любовь может быть способна на то, чтобы вдохнуть в меня новую жизнь и сделать меня лучше.

Потом, я обернул полотенце вокруг ее головы, получился тюрбан. Она так прекрасна. Я встал за ее спиной, и наши глаза встретились в зеркале. Ее глаза загорелись, будто ей пришла в голову идея.

— Можно я тоже поухаживаю за тобой?

Я осторожно кивнул, понятия не имел, что она задумала.

Ана взяла еще одно пушистое полотенце из большой стопки, рядом с туалетным столиком и, встав на цыпочки, принялась вытирать мои волосы. Я слегка наклонился, чтобы облегчить ей задачу. Мне нравилось, когда она заботилась обо мне. Я не смог скрыть идиотскую улыбку.

— Давно никто не вытирал мне голову. Очень давно, — пробормотал я, но потом понял, что до нее это вообще никто не делал. — Вообще-то, кажется, никто никогда не вытирал.

— Но уж Грейс-то наверняка ухаживала за тобой, когда ты был маленьким?

— Нет. Она с самого первого дня уважала мои границы, как бы трудно ей это ни было. Я был весьма самодостаточным ребенком, — спокойно ответил я.

— Что ж, я впечатлена, — шутливо произнесла она.

— Не сомневаюсь, мисс Стил. Или, может, это я впечатлен.

— Разумеется, мистер Грей, тут и сомневаться не приходится.

Посушив мои волосы, взяла еще одно полотенце и встала у меня за спиной. Наши взгляды в зеркале встретились.

Хочу, чтобы она сначала проговаривала то, что хочет сделать, я должен знать.

— Можно я кое-что попробую?

Я доверял ей. Она знала, что для меня не допустимо. Поэтому кивнул ей в знак согласия.

Осторожно, очень аккуратно она провела мягким полотенцем по моей левой руке, убирая влагу с кожи. Подняла взгляд и посмотрела на меня в зеркале. Я неотрывно смотрел на нее. Она наклонилась и поцеловала мое предплечье. Потом вытерла другую руку и тут же покрыла ее ниточкой поцелуев. Она такая нежная и аккуратная. Мне нравилось все, что она делала. Никогда не думал, что это так приятно. Я непроизвольно начал улыбаться. С большой осторожностью она вытерла мою спину, ниже той линии. Она хорошо запомнила границы.

— Всю спину, — спокойно сказал я, — полотенцем. — Я сделал резкий вдох и закрыл глаза, а она быстро обтерла меня, стараясь дотрагиваться до моей кожи только тканью.

Дело сделано; я с облегчением выдохнул, а она снова поцеловала меня в плечо.

Обхватив меня руками, она обтерла мой живот. Наши глаза снова встретились в зеркале.

— Держи, — сказала она, вручая мне маленькое полотенце.

Интересно зачем?

— Помнишь Джорджию? Ты заставил меня прикасаться ко мне твоими руками.

Я напрягся, что она сейчас хотела сделать?

Она взяла мою руку, которую я протянул ей, и вложила в нее полотенце. Потом направила ее так, чтобы моя рука вытерла мою грудь. Сейчас я выглядел как кукла в руках кукловода. Я не мог оторвать взгляд от ее руки, так напрягся в ожидании тьмы, но она так и не появилась! Я был в шоке. Что сейчас произошло? Ана прикасалась ко мне моими руками. Это было непередаваемое ощущение!

— По-моему, ты уже сухой, — прошептала она и опустила руку.

Я не верил своему счастью. Она такая необыкновенная, понимающая, любящая. Я смотрел на нее в зеркало. Господи, она, как ангел во плоти, который пришел меня спасти. Я так сильно люблю ее.

— Ты нужна мне, Анастейша, — прошептал я.

— Я тоже не могу без тебя.

— Разреши мне любить тебя, — прошептал я хриплым голосом.

— Да, — ответила она. Повернувшись, я обнял ее, мои губы нашли ее. Во мне сейчас целый спектр эмоций, которых я никогда не чувствовал. Я внутренне умолял ее никогда меня не бросать. Я боготворю, лелею… люблю ее. Я нежно взял ее на руки и понес в спальню. Я так хочу любить ее. Я снял с нее и с себя все полотенца. Посмотрел ей в глаза, они просто нереального голубого цвета. Я утопал в них. Она моя. Только моя.

Я занялся с ней любовью, самой нежной любовью, такой, которой не занимался никогда. Она моя целиком и полностью. Я ее первый и последний мужчина. Никому ее не отдам. Я все сделаю, чтобы она осталась со мной навсегда.

***

Мы лежали в постели, смотрели друг на друга. Я провел пальцами по ее спине вверх-вниз. Так приятно гладить ее идеальную кожу.

— Так ты умеешь быть нежным, — промурлыкала она.

— Хм-м… вероятно, мисс Стил.

— Ты не был таким, когда мы… э-э-э… делали это в первый раз, — с усмешкой сказала она.

— Не был? Когда я похитил твою девственность?

— Ты ничего у меня не похищал, — дерзко заявила она. — По-моему, моя девственность была отдана тебе добровольно и без принуждения. Я тоже хотела тебя, и, если правильно помню, получила удовольствие. — Она лукаво улыбнулась, прикусив губу.

— Я тоже получил удовольствие, помнится. Мы стремимся радовать друг друга. Это значит, что ты моя, целиком и полностью. — Я посмотрел ей в глаза. Весь мой юмор исчез, я серьезно сейчас говорил.

— Да, твоя, — подтвердила она. — Мне хотелось бы спросить тебя вот о чем.

— Валяй.

— Твой биологический отец… тебе известно, кто он? Эта мысль давно не дает мне покоя.

Зачем ей это?

— Нет, я не имею ни малейшего представления. Только он не был таким дикарем, как ее сутенер, и это уже хорошо.

— Откуда ты знаешь?

— Мне что-то такое говорил отец… говорил Каррик. Ты так жаждешь информации?

Она кивнула в ожидании. От нее ничего не скрыть.

— Сутенер обнаружил труп проститутки и сообщил в полицию. На это открытие он потратил четыре дня. Уходя, он закрыл дверь… оставил меня с ней… с ее телом.

Мне никогда не избавиться от этого страшного воспоминания.

— Потом его допрашивала полиция. Он всячески отрицал свое отцовство, и Каррик сказал, что мы с ним совершенно разные.

— Ты помнишь, как он выглядел?

— Анастейша, в эту часть моей жизни я стараюсь не заглядывать. Да, я помню его внешность. Я никогда его не забуду. — Да пошел он к черту! Мне ночных кошмаров хватает, чтобы еще вспоминать об этом дерьме наяву. — Знаешь, давай поговорим о чем-нибудь другом.

— Прости. Я не хотела тебя огорчить.

— Ана, это старая новость, и я не хочу об этом думать.

— А какой сюрприз ты приготовил для меня? — она поменяла тему, и я был благодарен ей за это.

— Ты можешь выйти со мной на свежий воздух? Я хочу тебе кое-что показать.

— Конечно.

Я очень хочу прокатить ее на своем катамаране. Думаю, ей понравится.

Я игриво шлепнул ее по заду.

— Одевайся. Можно надеть джинсы. Надеюсь, Тейлор положил их тебе в чемодан.

Я встал и начал одеваться. Но в этот раз, несмотря на мой шлепок, Ана не спешила вставать. Она лежала и смотрела на меня.

— Ну? — сердито подогнал ее.

— Я просто любуюсь видом, — с усмешкой сказала она.

Ана. Ана. Ана. Я не верю, что все это происходит со мной.

Она встала и начала одеваться. Ее волосы были еще влажными.

— Подсуши волосы, — приказал я, когда мы оделись.

— Доминируешь, как всегда, — усмехнулась она, а я наклонился и поцеловал ее в макушку.

— По-другому никогда и не будет, детка. Еще не хватало, чтобы ты заболела.

Она закатила глаза. Как невежливо мисс Стил. Она специально дразнила меня.

— Между прочим, мисс Стил, мои ладони до сих пор зудят.

— Рада это слышать, мистер Грей. А то я уже подумала, что вы утратили свою суровость.

— Я могу легко продемонстрировать, что это не так, если вы настаиваете.

Я вытащил из сумки большой кремовый свитер из толстой пряжи и набросил его на плечи.

Она ушла подсушить волосы, а я не мог скрыть своей улыбки. Я сейчас так счастлив. Теперь я уверен, что мы найдем наш собственный путь.

Ана надела бледно-голубую блузку, которую Тейлор купил для нее, когда она впервые ночевала со мной Хитмане. Ане к лицу этот цвет.

— Куда же мы направляемся? — спросила она, когда мы ждали в вестибюле служащего с парковки.

Я не хотел раскрывать всех секретов. И еле мог сдержать свое ликование. Она смотрела на меня с радостной улыбкой. Я наклонился и нежно поцеловал ее.

— Ты хоть представляешь, как я счастлив благодаря тебе?

— Да, я хорошо представляю. Потому что я счастлива благодаря тебе.

Она сказала это искренне. Может на самом деле я не такой уж и плохой?

Парень пригнал мою «Ауди». Он тоже сиял от счастья. Сегодня один из лучших дней в моей жизни. И за это я должен благодарить эту юную, прекрасную особу. Мою девушку…

Помню нашу битву за «Ауди А3», как тяжело дался мне тот подарок. Я даже рад, что эта машина ушла из жизни Аны. Сегодня мне хотелось начать жизнь с чистого листа. Я хочу подарить ей новую машину. Мы заехали в автосалон «Сааб». На этот раз я был приятно удивлен, что Ана легко согласилась на покупку новой машины. Возможно, потому что она была в невероятно хорошем настроении, в отличие от того, какой злюкой была утром.

Мы выбрали цвет машины, и, несмотря на то, что в ней будет установлен GPS-трекер, как и во всех моих автомобилях, я бы предпочел, чтобы ее машину можно было видеть в ночное время. Поэтому я не хотел, чтобы у нее был черный автомобиль, как у меня. Черный — это мой цвет, цвет моей души, но не ее. Красный цвет — цвет секса, страсти и огня, это был подходящий цвет для всех моих нижних, Ана тоже сексуальна, даже очень, но все-таки я не хотел для нее красную машину. Она приносила свет в мою жизнь, поэтому, как мне кажется, серебряная или белая машина была бы в самый раз. Я решил узнать ее мнение, но она легкомысленно предложила канареечно-желтый.

Только не такой отвратительный цвет…

Мы остановились на серебряной. Но потом, она с грустью сказала, что все-таки хотела бы себе такую же «Ауди». Трой Турнянски — наш консультант, был явно в ужасе от того, что мог упустить клиента и потерять свой процент с продажи нового «Сааба» в максимальной комплектации.

— Возможно, вы бы хотели кабриолет, мэм? — Трой старался изо всех сил, чтобы Ана захотела купить «Сааб», а не «Ауди». Думаю, что нужно дать парню шанс.

— Кабриолет? — спросил я у Аны, ожидая ее реакции. Я был приятно удивлен, что Ана сильно не сопротивлялась, поэтому я решил узнать все технические характеристики кабриолета.

— Какова статистика безопасности у кабриолета?

— Сэр, я уверен, что вы уже знаете, что безопасность всегда была в приоритете у компании «Сааб». Эта модель «Сааб 9–3 Конвертибль». Его кузов потребовал дополнительных силовых элементов. Они обеспечили кабриолету пятизвёздочный рейтинг безопасности Euro NCAP. Испытания показали, что рамка лобового стекла начинает деформироваться при воздействии нагрузки в две полные массы автомобиля. За подголовниками задних сидений спрятаны дуги системы Dynacage. При сильных ударах и при опасности опрокидывании, дуги, изначально прикрытые изящными крышечками, «выстреливают» вверх всего за 0,165 секунды. Передние кресла оснащены фирменными активными подголовниками SAHR второго поколения, которые защищают шеи водителя и пассажира при ударе сзади. В салоне четыре подушки безопасности, автоматические преднатяжители ремней безопасности передних и задних сидений, ABS, система динамической стабилизации ESP, антипробуксовочная система TCS, усилитель рулевого управления.

После того, как продавец предоставил мне всю подробную информацию со статистикой и результатами краш-теста, я решился купить ей именно эту машину. Мне захотелось ее побаловать. Когда Трой пошел к своему компьютеру, я взглянул на Ану. Она просто светилась от счастья.

— Что вас привело в такой кайф, мисс Стил? Может, поделитесь таблеткой? — сказал я, улыбаясь ей в ответ.

— У меня кайф от вас, мистер Грей, — с ослепительной улыбкой произнесла она.

— Правда? Ну, вы действительно выглядите так, словно опьянели, — я притянул ее к себе и поцеловал. — Спасибо за то, что согласилась на автомобиль. Сейчас это было проще, чем в прошлый раз.

— Жаль, что это не «Ауди А3».

— Та машина не для тебя.

Ты заслуживаешь эту уникальную машину, потому что ты уникальна.

— Она мне нравилась.

— Сэр, «9–3»? Я нашел одну машину в нашем автосалоне в Беверли-Хиллз. Она прибудет к нам через пару дней, — торжественно сказал Трой.

— Лучшая в своем классе?

— Да, сэр.

— Превосходно.

Я достал свою кредитную карточку, потому что карточка Тейлора не предназначена для таких покупок, и отдал ее Трою. Он, в ожидании денег, стоял и жадно пускал слюни. Ну что ж, он их заработал. Сделка была завершена, и мы поехали на пристань. Я так счастлив, что она приняла мой подарок к окончанию колледжа. Мне казалось, что сейчас она себя чувствовала спокойней со мной, чем раньше.

Мы зашли в бар на берегу моря, чтобы пообедать перед поездкой. Нас, как всегда, встретил Данте — местный бармен. Ана с восторгом смотрела на яхты, ей тут нравилось.

Теперь я уверен, что ей будет по душе мой сюрприз.

Мы заказали две тарелки супа с морепродуктами и два пива «Аднемс эксплорер». Это единственный бар в Сиэтле, где можно купить это пиво. Это освежающее и довольно легкое пиво, его крепость составляла пять процентов. При его приготовлении использовались сразу два сорта амерканского хмеля: Columbus и Chinook, оба с восточного побережья, из штата Вашингтон. Благодаря этим сортам светлый эль «Аднемс эксплорер» отличается особым, насыщенным хмелевым вкусом с ярко выраженным ароматом цитрусовых. Мы как-то раз попробовали его с Элиотом, с тех пор, я всегда его беру, когда сюда захожу.

За обедом мы много разговаривали. Сначала я рассказывал о себе, вспоминая историю холдинга «Грей энтерпрайзес», потом я решил спросить о ее родителях. Мне бы хотелось заполнить свои пробелы о детстве Аны. Она рассказала о Рэе и маме, о детстве в пышных лесах Монтесано, о своем недолгом пребывании в Техасе и Вегасе.

Вот это ее помотало с самого детства, только Рэй давал ей необходимое чувство комфорта и безопасности. Она сбежала от матери, потому что у нее было в приоритете устроить свою личную жизнь, а не заботиться о собственной дочери. Ана с детства была самостоятельной девочкой. Она заботилась о своем отчиме, а он, в свою очередь, заботился о ней. Наверно поэтому у нее и не было парней. Думаю, что экс-военный на расстояние пушечного выстрела не подпустил бы к ней ни одного ухажера. И я этому открытию очень рад. Не думаю, что смог бы справиться с тем, что у нее кто-то был до меня. Раньше меня не интересовало сколько партнеров было у моих саб, меня больше беспокоило состояние их здоровья. Но сейчас, я бы с ума сошел от ревности, если бы знал, что она была с кем-то до меня. Я горжусь тем, что я ее первый мужчина, что я единственный, с кем она занималась сексом. Она полностью моя во всех смыслах.

Потом, я спросил о ее любимых книгах и фильмах. Я был удивлен, что у нас с ней много общего. Мы закончили трапезу в третьем часу. Я расплатился с Данте, и тот тепло попрощался с нами.

— Какое чудесное место. Спасибо за обед, — поблагодарила меня Ана, когда я взял ее за руку и повел из бара. Мы шли вдоль залива в сторону моего катамарана.

— Мы будем приезжать сюда. Сейчас я хочу показать тебе кое-что.

— Я понимаю и не могу дождаться, когда я посмотрю на эту интересную вещь… что бы это ни было.

Я очень ждал этот день. Я любил ходить под парусом, так же как и парить на планере или летать на вертолете. Все это давало мне ощущение свободы. Только здесь я мог свободно дышать, оставив на земле все дерьмо, которое сопровождало всю мою жизнь. Только в небе или далеко в море, я чувствовал себя по-настоящему живым. Мне не терпелось посмотреть на ее реакцию. Мне очень нравилось, что она разделяла мои интересы и не боялась пробовать что-то новое. Если пребывание со мной делало ее счастливой, я тоже счастлив, потому что я люблю ее. Это ощущение пока непривычно для меня, но я чувствую, как будто с моих плеч упал тяжелый груз. В моей голове встало все на свои места. Я прекрасно понимал, что это только начало, что нам через многое придется вместе пройти, но только сейчас я начал рассматривать вариант совместного будущего. Для меня это очень необычно, но у меня появилась надежда и повод двигаться дальше. Ана, для меня, та женщина, ради которой я живу. Она вдохнула в меня жизнь, и теперь, если она уйдет от меня, я не смогу без нее дышать.

Держась за руки, мы шли по набережной вдоль яхт. День восхитительный. Окружающие тоже наслаждались воскресным досугом — гуляли с собаками, любовались яхтами. Дети стайками носились по променаду.

Вот мы и пришли к пункту назначения. Мы остановились перед «Грейс».

— Я собирался пройтись на нем с тобой сегодня. Это моя игрушка.

— Вот это да! — восхищенно пробормотала она.

— Катамаран построен в моей компании, — гордо сказал я, — проект разработан с нуля лучшими в мире специалистами по морским судам и реализован здесь же, в Сиэтле, в моем доке. Гибридный электропривод, асимметричные шверты, квадратный парус… — начал объяснять я.

— О’кей, Кристиан, я уже ничего не понимаю…

— В общем, крутая посудина, — с усмешкой сказал я, она права, я перебощил с терминологией. Я просто очень горжусь своим катамараном.

— Она выглядит впечатляюще, мистер Грей.

— Это точно, мисс Стил.

— Как называется?

Я провел ее немного дальше, чтобы она увидела название «Грейс». Ана была очень удивлена.

— Ты назвал ее в честь мамы?

— Да. Почему это кажется тебе странным? — В ответ она неопределенно пожала плечами. — Я обожаю маму, Анастейша. Так почему бы мне не назвать ее именем судно?

— Нет, я не то чтобы… просто… — она подыскивала слова, чтобы объяснить.

— Анастейша, Грейс Тревельян-Грей спасла мне жизнь. Я обязан ей всем, — тихо проговорил я.

Когда я увидел ее в первый раз, я подумал, что она ангел. Это случилось, когда полицейские привезли меня в больницу после того, как обнаружили меня возле трупа матери. Грейс была одета во все белое, и она была очень доброй, ласковой и терпеливой со мной. Я был в ужасе и не понимал что произошло, но когда она заговорила со мной своим мягким, спокойным голосом, тогда я понял, что могу ей доверять. Моя интуиция меня не подвела. Она самая замечательная мама, о которой я только мог мечтать, даже если я ее не заслуживал. Поэтому я и назвал свою гордость и радость — мой катамаран в ее честь.

— Хочешь подняться на катамаран? — воодушевленно спросил я.

— Да, с радостью, — улыбнулась она.

Держась за руки, мы поднялись по узким мостикам на борт «Грейс». И вот мы уже стояли на палубе под навесом. У входа нас встретил Мак. Мы поздоровались и пожали друг другу руки. Он был хорош во всем, что связано с кораблями. Мак отлично знал свою работу, и мне с ним было просто общаться. Ему, как и мне, нравится ходить под парусом. Надеюсь, что Ане тоже понравится мое увлечение.

— Анастейша, это Лайэм Мак-Коннел. Лайэм, это моя девушка, Анастейша Стил.

Ана покраснела.

Ей пора уже привыкнуть к тому, что я всем представляю ее как свою девушку.

— Зовите меня Мак, — сказал он, пожимая Ане руку. — Добро пожаловать на борт «Грейс», мисс Стил.

— Ана, — смущенно пробормотала она, пристально глядя ему в глаза, а он смотрел на нее.

О нет, так дело не пойдет. Мак, какого черта ты уставился на мою девушку?

— Как она адаптируется, Мак? — Быстро вмешался я, привлекая к себе внимание.

Я и сам прекрасно знаю, что у меня красивая девушка, никому не позволю пялиться на нее.

— Она готова плясать рок-н-ролл, сэр, — радостно сообщил он.

— Тогда посмотрим ее в деле.

— Вы хотите выйти на ней в море?

— Угу, — я лукаво улыбнулся Ане, не терпится показать ей свою каюту. — Хочешь, проведу для тебя короткую экскурсию по катамарану, Анастейша?

— Да, пожалуйста, — с радостью согласилась она.

Я провел Ану по всему катамарану, показал все, включая каюту.

— Это каюта хозяина. Ты здесь первая девушка, не считая членов моей семьи. Они не в счет.

Я обнял ее, погрузил пальцы в ее волосы и поцеловал, долго и крепко, после чего мы оба не могли отдышаться.

— Может, обновим эту койку, — прошептал ей в губы, — но не сию минуту. Пойдем, нужно сначала отправить на берег Мака.

— Так сколько же человек может спать на борту? — спросила Ана.

— Катамаран рассчитан на шесть человек. Но только я люблю ходить на нем один и никогда не беру с собой родственников. Вот ты — другое дело. Я ведь должен за тобой присматривать.

Я достал ярко-красный спасательный жилет.

— Вот.

Надел через голову на нее жилет, и подгоняя все ремни, не мог скрыть своего удовольствия от связывания.

— Тебе нравится стягивать меня ремнем, верно? — Ана посмотрела на меня и понимающе улыбнулась.

— Не только стягивать, но и… — трахать, мысленно добавил я.

— Ты извращенец.

Не могу этого отрицать.

— Знаю. — Похоже, что ее это больше не пугает.

— Мой извращенец, — прошептала она.

— Да, твой.

Не мог скрыть своего восторга от ее слов. Я ее, а она моя. Я ее люблю так сильно, она моя вселенная. Я никому ее не отдам. Я застегнул на ней все ремни, посмотрел в ее горящие глаза и поцеловал.

— Навсегда. Пошли, — сказал я, потому что мне уже не терпелось отправить Мака на берег. Взяв ее за руку, я повел ее по трапу наружу, на верхнюю палубу в маленький кокпит. Мы присоединились к Маку в кабине. На носу катамарана Мак возился с канатами.

— Ты здесь научился своим трюкам с веревками? — спросила она невинным тоном.

— Выбленочные узлы мне очень пригодились, мисс Стил, вас все интересует. Мне нравится ваше любопытство. Я буду рад продемонстрировать вам свое умение обращаться с веревками.

В четверг, когда мы обсуждали наше будущее, она сказала, что ей нравится секс с эксцентрикой. Исходя из моих наблюдений, она не боится экспериментировать, по крайней мере, она не отказалась от того, что я успел ей предложить. Как я понял, для нее главное, чтобы это не причиняло ей боль. Она готова раздвигать границы, и меня эта мысль чертовски заводит. Мое воображение подсказывает сейчас столько разных вариантов, которые я с удовольствием с ней бы попробовал… С другой стороны, она вчера сама попросила ее отшлепать… мне все еще сложно ее понять, она посылает какие-то противоречивые сигналы. Мне бы хотелось в будущем поэкспериментировать с бандажом. Я бы с удовольствием связал бы ее, а потом жестко взял бы. Думаю, ей могло бы это понравиться. Мне бы хотелось, чтобы Ана получала от этого огромное удовольствие, как я. Но на это я могу надеяться только в перспективе, не сейчас. Теперь мне нужно быть максимально осторожным. Я должен держать себя под контролем, как никогда раньше. А еще, я понял, что не хочу ее водить в свою игровую комнату. Я не был там после того, как она ушла от меня, и не уверен, что хочу туда вернуться. Мне нравится заниматься с ней сексом везде, где это возможно.

— Тобой я займусь позже, а сейчас мне нужно управлять судном, — я сел за руль и связался по рации с береговой охраной. Мак сказал, что катамаран готов к отплытию.

Я медленно вывел «Грейс» со стоянки, наблюдая за реакцией Аны. Она была в восторге! Значит, ей нравится ходить под парусом. Мне бы хотелось, чтобы она активно принимала участие в нашем путешествии, а не скромно сидела в углу и наблюдала. Я предложил ей поуправлять катамараном, пока мы с Маком будем разворачивать паруса. Она приняла мой вызов, хоть и выглядела взволнованной. На самом деле, волноваться было не о чем, если бы была малейшая опасность, я не позволил бы ей этого сделать. Ане нужно было ровно держать судно до тех пор, пока я не дам сигнал, проведя пальцем по своему горлу, чтобы она заглушила двигатель. Я показал ей большую черную кнопку, на которую ей нужно будет нажать и был рад, что она не запаниковала. Она сделала так, как я ей сказал.

Мы распустили паруса, и я подал ей знак. Она с энтузиазмом кивнула и нажала на кнопку, рев двигателя замолк, а «Грейс» полетела к Олимпийскому полуострову. Я поднялся к ней, встал позади нее и теперь, мы с ней вместе управляли судном. Я чувствовал, что она получала огромное удовольствие от нашей поездки. Эмоции ее захлестывали, как и меня.

— Кристиан! Это фантастика! — широко улыбнувшись, крикнула она.

Я еще никогда так не наслаждался плаванием, как сегодня. Ее энтузиазм заразителен. В этот момент мы были свободны! Мы летели на «Грейс», оставляя все проблемы позади. Ана сейчас была особенно красива. Ее волосы развевались на ветру, окутывая меня божественным ароматом, и казалось, что она просто не могла перестать улыбаться. Она сейчас такая беззаботная и счастливая, как на фотографиях Родригеса. Ему чертовски повезло постоянно видеть ее такой. Я хочу, чтобы она была счастливой рядом со мной.

— Ты прелестна, Анастейша. Мне приятно видеть твои порозовевшие щеки… не от смущения. Сейчас ты выглядишь так же, как на тех снимках, сделанных Хосе.

Она повернулась и сладко поцеловала меня.

— Мистер Грей, вы умеете показать девушке красивую жизнь.

— Мы стараемся, мисс Стил. — ничего не могу с собой поделать, я откинул ее волосы в сторону и поцеловал в шею. — Мне нравится видеть тебя счастливой, — промурлыкал я, обнимая ее еще крепче.

Часом позже мы бросили якорь в маленькой, уединенной бухте острова Бейнбридж. Я попросил Мака побыть некоторое время на берегу. Он отправился на берег на резиновой лодке. Как только я остался наедине со своей прекрасной девушкой, я схватил ее за руку и практически потащил в свою каюту с большой кроватью.

Я нетерпеливо сорвал с нее спасательный жилет, в ближайшее время он ей не понадобится. Она посмотрела на меня темным, сексуальный взглядом, в котором горело желание. Мне понравилось, как она раздевалась для меня этой ночью в отеле. Это было так эротично. Хочу посмотреть на нее еще раз.

— Я хочу смотреть на тебя, — прошептал я и ловко расстегнул пуговицу. Нагнувшись, крепко поцеловал ее, а потом сделал шаг назад. — Разденься для меня, — попросил я. Она так эффектно это делала.

С каждым днем она становилась раскрепощенней и чертовски меня заводила.

Ана с удовольствием начала выполнять мою просьбу, медленно расстегивая пуговицы своей голубой блузки. Мой член моментально отреагировал, когда она позволила рубашке упасть на пол. Она стояла передо мной в белом кружевном бюстгальтере, который прекрасно подчеркивал ее роскошную грудь. Я мог бы весь день ею любоваться. Затем она потянулась к пуговице на джинсах.

Так-так… она была новичком в этом деле и не знала о первом правиле. Для того чтобы красиво раздеться, нужно снять обувь, иначе потом, можно испортить весь эффект. Я не мог этого допустить.

— Стоп, — приказал я. — Сядь.

Я быстро сел перед ней на колени и снял с нее кроссовки и носки. Взял левую ногу, приподнял и поцеловал большой палец, а потом прикусил его, хочу, чтобы она расслабилась. Знаю, что нервные окончания ее пальчиков связаны с областью, где в ближайшее время я буду концентрировать свою энергию.

— А-а! — закричала она, ощутив эффект моих действий. Я так же плавно встал, протянул руку и поднял ее с кровати.

— Продолжай, — сказал я и отошел, чтобы дальше смотреть на нее.

Она расстегнула молнию на джинсах, засунула за пояс большие пальцы и покачивала бедрами. Джинсы заскользили вниз по ее стройным длинным ножкам. Перешагнув через джинсы, она стояла передо мной в одном белье.

М-м-м, мне очень нравится, что она носит кружевные стринги. В них ее попка выглядит фантастической. Как же я люблю сексуальное нижнее белье, да и какой мужчина этого не любит?

Потом она кокетливо спустила с плеч бретельки, расстегнула лифчик и бросила его на пол, к блузке. Медленно стянула с бедер трусики, позволяя им упасть к ее ногам.

З нала бы она, что я валялся там же. Она моя богиня. Я готов ей поклоняться.

Ана разделась и стояла передо мной во всей своей природной красе. Она — само совершенство. Красива снаружи и внутри. Моя Ана. Девушка, которую я люблю. Я больше не мог ждать, хотел присоединиться к ней. Я снял с себя свитер и футболку, обувь и носки и как только я поднес свои руки к пуговице на джинсах, Ана меня остановила.

— Дай я, — прошептала она.

Вот этого я точно не ожидал.

— Валяй…

Она уверенно подошла ко мне и запустила свои пальцы за пояс джинсов. Потянула на себя, так, что я вынужден был шагнуть ей на встречу, чтобы сохранить равновесие. Я невольно ахнул на ее неожиданную дерзость и улыбнулся. Она расстегнула пуговицу, но прежде чем дернуть за молнию, дала волю пальцам и погладила мой член через мягкую ткань. Мне было так хорошо, что я выдвинул бедра ей навстречу и закрыл глаза. Она хотела меня так же сильно, как я хотел ее.

— Ана, ты становишься такой смелой, такой опытной, — прошептал я и, обхватив ее лицо ладонями, страстно поцеловал в губы.

— Ты тоже, — прошептала она мне в губы, положив руки на мои бедра.

— Не останавливайся.

Ана медленно расстегнула молнию на джинсах и ее жадные пальчики пробрались к моему члену, крепко сжимая его в кулаке. Я вслух застонал, обдавая ее своим прерывистым дыханием, и снова поцеловал ее. Она гладила его, щекотала, туго сдавливала.

Господи, меня так это заводило. Она сейчас владела моим членом, ни капельки не стесняясь, мне это очень нравилось. Я страстно целовал ее, обхватывая правой рукой за спину, а левой погрузился в ее волосы, крепче прижимая ее к себе.

— О-о, я так хочу тебя, малышка, — жарко прошептал я и, быстрым и ловким движением сбросил с себя джинсы и боксеры. Она взглядом пробежалась по моему телу, остановившись на груди. В один момент она сделалась печальной, видимо из-за моих шрамов.

— Что такое, Ана? — ласково спросил я, гладя пальцами ее мягкое лицо.

— Ничего. Люби меня.

Я рад, что она не стала зацикливаться на моих шрамах. Я не могу их убрать, они всегда будут напоминать о моей старой ране. Хотя, благодаря Ане, мои раны напоминали о себе меньше.

Я прижал ее к себе, поцеловал в губы и запустил пальцы в ее волосы. Наши языки нежно ласкали друг друга. Словно в танце, я подвел ее шаг за шагом к кровати. Осторожно положил на кровать и сам лег рядом. Она зарылась руками в моих волосах, а я провел кончиком носа по ее щеке.

— Ана, ты хоть представляешь, какой изысканный запах исходит от тебя? Против него невозможно устоять.

Она учащенно дышала, этот звук разжигал мою кровь. Наш пульс участился. Я провел кончиком носа по ее горлу, груди, покрывая эту дорожку ласковыми поцелуями.

— Ты так прекрасна, — хрипло прошептал я, обхватил губами ее сосок и нежно пощекотал языком.

Она со стоном выгнулась дугой.

— Дай мне послушать тебя, детка.

Я хотел слышать, какое удовольствие она получала от каждого моего движения. Я боготворил ее тело. Я продолжил сосать ее пышную грудь, медленно исследуя руками ее тело, лаская и дразня ее. Я очень хотел оказаться внутри нее, поэтому взял ее за колено и поднял кверху ее ногу, от неожиданности она ахнула, а я перекатился на спину, посадив ее на себя верхом. Я протянул ей презерватив, который заранее достал из джинсов. Я хотел, чтобы она сама его надела на меня. Мне нравится, когда она прикасается в этой области моего тела.

Господи, осталось семь долгих дней, после которых я смогу прекратить их использование.

Из мыслей меня резко вырвала Ана. Она взяла в руки мой член.

Ах.

Она поцеловала его, а потом взяла его своим влажным теплым ртом. Ана скользнула языком по головке, а потом начала жестко сосать. Я инстинктивно начал двигать бедрами, чтобы войти в нее глубже. Она принимала всего меня, разрешая мне достать до задней стенки ее горла. Ее губы плотным кольцом обняли мой член. Она с удовлетворением на лице кружила языком, облизывала меня, прежде чем позволила мне медленно выскользнуть из ее рта. Затем она села, глядя на меня сквозь ресницы, я смотрел на нее и не мог отдышаться.

Черт.

Как же хорошо она это делает! Она любила доставлять мне удовольствие, ее саму это очень заводило. Она смотрела на меня огненным взглядом, медленно раскатывая по всей моей длине презерватив. Одной рукой она держалась за меня, а другой направила член в лоно. От удовольствия я закрыл глаза, я чувствовал, какая она влажная, как она хотела меня, медленно обволакивая мой член по всей длине.

Это просто невероятное ощущение.

Я схватил ее за бедра, чтобы удержать на месте и вошел в нее еще глубже, полностью наполняя ее. Наши тела сливались вместе как одно целое. Я самый счастливый мужчина, потому что нет лучшего ощущения в мире, чем быть глубоко внутри нее, и всем своим существом ощущать ее пульсацию.

— О, детка! — прошептал я и резко сел, так чтобы мы оказались нос к носу. Ощущение экстраординарное — невероятной полноты. Это заставило ее ахнуть. Она схватила меня за плечи, а я сжал в ладонях ее голову и посмотрел в завораживающие глаза.

— Ох, Ана… Какие новые чувства ты пробуждаешь во мне, — пробормотал я и поцеловал ее, страстно и трепетно, стараясь передать свои чувства. Нет больше двух людей, которые могли бы быть ближе, чем мы в данный момент.

Клянусь богом, я слышал биение ее сердца, которое билось в унисон с моим.

— Ах, я люблю тебя, — нежно прошептала она.

Я застонал, потому что не мог поверить в то, что это возможно. Ее чистое, любящее сердце вернуло мое, раздавленное тьмой, к жизни. Она каким-то образом вдохнула в меня новую жизнь, возвращая меня с темной стороны.

Любовь к ней переполняла меня, взяв всю мою жизнь под контроль. И это пугающе и волнительно для меня одновременно. Могу ли я сделать это? Теряю ли я контроль? Может ли это сейчас происходить со мной? Я ведь могу сейчас все контролировать?

Не прерывая наш драгоценный контакт, я перекатился вместе с ней так, чтобы теперь она оказалась подо мной.

Да детка, так-то лучше.

Она обхватила меня ногами вокруг талии, притягивая меня ближе.

Не бойся, я никуда не денусь, детка.

Я смотрел в ее прекрасное лицо. Она так чиста и невинна, она необыкновенная, потому что готова принять такого падшего мужчину, как я.

Я хотел показать, как сильно ее люблю, что хочу всегда заботиться о ней и дарить ей только радость и счастье.

Я начал медленно двигаться. Вошел и медленно вышел, затем снова, чувствуя каждую ее клеточку, пульсирующую вокруг меня. Она сжимала меня мышцами, словно ласкала. Медленный темп — это так эротично. Мягкий плеск волн, покачивающих катамаран, и мирный покой каюты нарушаются только нашим учащенным дыханием, когда я медленно входил и выходил из нее, размеренно и сладко — божественно. Одну руку я положил ей под голову, погрузив пальцы в волосы, другой гладил ее лицо.

Наклоняясь, поцеловал ее в губы. Мы были окутаны любовью, словно коконом. Я медленно двигался в ней, наслаждаясь. Она гладила меня, не нарушая границ, ласкала мои руки, волосы, поясницу, ягодицы. Я был расслаблен в этот момент, потому что знал, что она уважала мои границы. Теперь она понимала, как можно ко мне прикоснуться. Даже Элена этого не знала. Наше дыхание участилось, когда размеренный ритм толкал нас все выше и выше к пику наслаждения. Я покрывал поцелуями ее лицо и покусывал мочку уха. С каждым нежным моим рывком, мы все ближе и ближе к блаженству…

Ее тело задрожало. О, я уже так хорошо знаю это ощущение… Уже совсем близко… Ох…

— Хорошо, детка… отдайся мне вся… Молодец… Ана…

— Кристиан! — прокричала она, и наши стоны слились воедино. Это было великолепно.

Нам нельзя было долго здесь лежать голыми, скоро вернется Мак, поэтому мы должны поторопиться.

— Скоро вернется Мак, — пробормотал я, пристально глядя на Ану. Она лежала с закрытыми глазами.

— Хм-м. — ее глаза открылись и встретили мой взгляд.

Какой же у них поразительный цвет — особенно тут, на море. В них отражались блики от воды, проникающие в каюту через небольшие иллюминаторы. Мне казалось, что она видела меня насквозь.

— Я бы с удовольствием валялся здесь с тобой весь день, но Маку нужно помочь с лодкой. — Наклонившись, я нежно поцеловал ее. — Ана, ты сейчас так прекрасна, ты такая сексуальная. Я снова тебя хочу, — улыбнувшись, встал с постели.

— Ты и сам неплох, капитан, — сказала она, лежа на животе и причмокивая губами.

Я не смог сдержать усмешки. Мне с ней так спокойно и хорошо. Она лежала и наблюдала, как я одевался. Она такая соблазнительная. Я сел рядом с ней и обувался. Хм… Капитан…

— Капитан? Какой же я капитан? Я хозяин этой посудины!

Она наклонила голову набок и посмотрела на меня красивыми голубыми глазами.

— Вы хозяин моего сердца, мистер Грей. И моего тела… и моей души…

Этого не может быть… Черт, я не мог в это поверить… как можно такое говорить человеку, которого ты совсем не знаешь? А как только узнает… мне конец. Так, всё, не хочу думать об этом. Я еще раз ее поцеловал. Как же сложно от нее оторваться.

— Я буду на палубе. В ванной есть душ. Тебе нужно еще что-нибудь? Попить, например? — поинтересовался я, а она лишь усмехнулась мне в ответ.

— Что?

Мне очень интересно, о чем она сейчас подумала.

— Ты.

— Что я?

— Кто ты такой и что ты сделал с Кристианом?

Детка, детка, детка. Ты даже не представляешь как он близко.

— Детка, он не очень далеко отсюда, — тихо ответил я.

Почему она так сказала? Может ей, все-таки нравятся некоторые моменты? Мне бы очень хотелось ее связать, отшлепать и жестко взять. Может она позволит мне это сделать?

— Скоро ты его увидишь, — с лукавой усмешкой, проговорил я, — особенно если немедленно не встанешь.

С этими словами я не удержался и звучно шлепнул ее по заду. Она вскрикнула и захохотала одновременно.

— Ты меня напугал.

Напугал? Почему мне так сложно ее понять? Черт, она загнала меня в тупик.

— Правда? Ты издаешь такие смешанные сигналы, Анастейша. Как мужчине удержаться? — Я опять наклонился и поцеловал ее.

Мне нужно было убедиться, что все в порядке. Пора уходить отсюда, иначе я снова на нее накинусь.

— Пока, детка, — добавил я и вышел из каюты.

Мне нужно было связаться с Тейлором, чтобы узнать последние новости.

— Хорошие новости, сэр.

— Вам удалось выяснить, как Лейла попала ко мне в квартиру?

— Да, сэр. Она проникла не через служебные лифты, а по пожарной лестнице.

Вот черт!

— По пожарной лестнице? Как такое возможно?

— Она оказалась хитрее, чем мы думали и упустили такой вариант из виду. Она знала, где находятся все камеры, чтобы в них не засветиться. По всей видимости, у нее была с собой отмычка, поэтому она смогла попасть внутрь. Сейчас мы занимаемся заменой замков всех дверей в квартире.

— Но квартира находится на тридцатом этаже. Это означает что…

— Да сэр. Она, должно быть, пешком прошла все тридцать лестничных пролетов. Видимо, ей очень нужно было сюда попасть.

— Вы выяснили, где она пряталась все это время? Неужели она была все время в квартире?

— Я заметил на верхней полке в вашей гардеробной свежую надпись, нацарапанную острым предметом, по всей видимости, ножом. Написано: «Ты мой навечно».

Черт, это значит, что она все время была там, пока Ана мирно спала в моей постели! Меня передернуло от мысли, что могло там случиться. Лейла могла этим ножом расправиться с Аной, а я ничего бы не услышал.

— Тейлор, ты понимаешь, чем мог обернуться ее визит? А? Меняй все замки, на случай, если она себе сделала дубликаты и еще, не говори на эту тему при мисс Стил, я не хочу, чтобы она переживала по этому поводу. Я просто расскажу ей, как Лейла попала в квартиру, и что этого больше не повторится. Так ведь, Тейлор? — с нажимом уточнил я.

— Конечно, мистер Грей. Я вас понял. Вы планируете вернуться в «Эскалу» вечером?

— Да, мы вернемся после морской прогулки. Заберешь наши вещи из отеля?

— Да, сэр. До вечера.

Краем глаза я заметил, что на палубу поднималась Ана. Я отключил Тейлора и сделал вид, что продолжал с ним говорить. Я прошел мимо Аны и поцеловал ее в макушку.

— Прекрасные новости. Хорошо. Да… В самом деле? По аварийной лестнице? Ясно… Да, вечером.

Потом нажал на кнопку отбоя, надеясь, что Ане подслушанной информации будет достаточно, чтобы поверить в то, что у нас все под контролем. Я так рад, что Ана будет жить со мной в одной комнате. По крайней мере, сейчас для этого есть веская причина. Хотя, мне кажется, что ей тоже нравится спать рядом со мной.

Мак уже вернулся, и нам пора было отправляться обратно.

— Пора возвращаться, — сказал я, еще раз ее поцеловал и упаковал в спасательный жилет.

Мы подходили к пристани, когда солнце висело низко над линией горизонта. Весь день Ана не переставала меня удивлять, за первую поездку она научилась убирать основной парус, передний парус и спинакер. Еще она научилась завязывать рифовый узел, выбленочный узел и колышку. Теперь, она довольно-таки неплохо обращалась с веревками…

Хм, интригующая мысль…

— Может, я когда-нибудь свяжу тебя, — заявила она, как будто прочитала мои мысли.

— Вы сначала меня догоните, мисс Стил, — весело возразил я.

Мне нужно было отвлечься от этих мыслей, поэтому устроил ей обширную экскурсию по судну. Рассказал обо всех инновационных средствах и дизайне, о высококачественных материалах, из которых изготовили катамаран.

Я сидел, а она стояла в кольце моих рук. Мы по-дружески молчали, а «Грейс» подходила все ближе и ближе к Сиэтлу. Ана держала руль, а я подсказывал и направлял ее. Все, что я говорил, она схватывала налету. Ана — очень способная ученица. Мне вспомнилась одна цитата: «Мы всегда будем в ответе за тех, кого приручили». Так сказал «Маленький принц». Я надеялся, что это правда, потому что почти уверен в том, что Ана приручила меня. Думаю, что Ана тоже его читала. Захотелось ей об этом намекнуть, вспоминая другую цитату из этого же произведения.

— В плавании под парусами есть своя поэзия, древняя как мир, — промурлыкал ей на ухо.

— Похоже на цитату.

Еще как похоже, я не сдержал усмешку.

— Да, это почти цитата. Из Антуана де Сент-Экзюпери.

— О, я обожаю «Маленького принца»!

— Я тоже.

Уже вечерело, когда мы подошли к пристани. Мак спрыгнул на берег, чтобы привязать катамаран к швартовой тумбе.

— Вот и вернулись, — сказал я.

— Спасибо. День был удивительный, — робко ответила она.

— Я тоже так считаю. Пожалуй, мы запишем тебя в мореходную школу. Тогда можно будет нам с тобой выходить в море вдвоем на несколько дней.

А что, неплохая мысль. Я бы отправил ее на курсы по управлению парусным катамараном, и мы смогли бы вдвоем выходить в открытое море.

— С удовольствием. Тогда мы сможем часто наведываться в спальню.

Она просто читает мои мысли.

Я наклонился и поцеловал ее в шею под ухом. Она такая сладкая.

— Хм-м-м… Я буду ждать этого, Анастейша, — прошептал я. Мои мысли убежали далеко вперед.

Один я редко ходил под парусом, но в компании с Аной, это было бы намного интересней. Я готов регулярно это делать.

— Все, в квартире чисто. Можно возвращаться, — сказал я, пытаясь отвлечься от коварных мыслей.

— А как же вещи, оставшиеся в отеле?

— Тейлор их уже забрал.

Ана посмотрела на меня вопросительно.

— Сегодня днем, после того, как он со своей группой проверил «Грейс», — ответил я на ее невысказанный вопрос.

— Бедняга спит когда-нибудь?

— Спит, — странный вопрос. — Он просто делает свою работу, Анастейша, и делает очень хорошо. Джейсон — настоящая находка.

— Джейсон?

— Джейсон Тейлор.

Она почему-то улыбнулась сама себе. Ей определенно нравился Тейлор.

— Ты без ума от Тейлора, — сказал я, хмуро глядя на нее.

Я помню, как она вчера обняла его. Она не должна так сближаться с персоналом. Все ее внимание должно быть сосредоточено на мне, и только на мне. В моей голове внезапно появились завистливые мысли, и мне совершенно не понравились те чувства, которые я сейчас испытывал.

— Допустим. — Вот черт. Этого мне еще не хватало. — Но он не интересует меня как мужчина, если ты хмуришься из-за этого, то тебе стоит остановиться.

Хорошо, что он ее не привлекал как мужчина. Хотя, мне в это верилось с трудом.

— По-моему, Тейлор очень хорошо тебе служит. Поэтому он мне симпатичен. Он надежный, добрый и верный. У меня к нему платоническая симпатия.

— Платоническая?

— Да.

— Ну ладно, платоническая.

Так-так… платоническая — симпатия без физического влечения… Ладно, пусть будет так, иначе у меня крыша от ревности поедет. Несмотря на его возраст, он все-таки выглядит очень достойно.

— Ах, Кристиан, ради бога, пора тебе повзрослеть! — рассмеявшись, сказала она. Я не привык к тому, чтобы со мной так разговаривали. Повзрослеть? Она подумала, что я себя сейчас веду как ревнивый подросток? Черт, видимо, со стороны я действительно так выглядел, но я ничего не мог с собой поделать. Пора включать голову и рассуждать логически.

Ана сказала, что любит меня и принимает меня таким, какой я есть, со всеми моими границами. Ей нравится Тейлор, потому что он хорошо мне служит. Она права. Я должен держать эти иррациональные чувства под контролем.

— Я стараюсь, — сказал я.

Но я не могу обещать, что справлюсь с этим на сто процентов.

— Да, стараешься. Очень, — мягко сказала она, но тут же от досады закатила глаза.

— Анастейша, знаешь, какие воспоминания ты пробуждаешь у меня, когда закатываешь глаза? — с ухмылкой сказал я.

Она определенно меня провоцировала.

— Что ж, будешь хорошо себя вести, то, может, мы и освежим эти воспоминания.

— Хорошо себя вести? — Я посмотрел на нее в удивлении.

Это больше, чем просто противоречивые сигналы. Она что, хочет получить еще одно наказание от меня?

— Мисс Стил, почему вы решили, что я хочу их освежить?

— Вероятно, потому что когда я сказала об этом, ваши глаза зажглись, как рождественская елка.

Ну и ну. Пока я пытался научиться читать ее, со мной она это проделала в совершенстве!

Она отлично тебя изучила, Грей.

— Ты уже так хорошо меня знаешь, — недовольно сказал я.

— Мне хотелось бы знать тебя еще лучше, — ласково ответила она.

— И мне тебя, Анастейша, — сказал я с нежной улыбкой.

Мы в этом с ней так похожи.

Нам пора идти. Возле порта было маленькое итальянское кафе «Биc». Оно напоминало мне одно заведение в Портленде — несколько столиков и кабин, лаконичный современный декор, на стене — большая черно-белая фотография фиесты начала прошлого столетия. Думаю, что мы остановимся там поесть, прежде чем отправимся обратно в «Эскалу». Оно, как раз находится рядом со стоянкой, где я оставил свою машину.

— Спасибо, Мак. — Я пожал ему руку, ступив на причал.

— Всегда рад помочь, мистер Грей. До свидания. Ана, рад был познакомиться.

Она робко пожала ему руку.

— Всего хорошего, Мак. Спасибо.

Я взял ее за руку, и мы направились к набережной.

— Откуда Мак родом? — поинтересовалась Ана.

— Из Ирландии… Северной Ирландии, — ответил я.

— Он твой друг?

— Мак? Он работает на меня. Помогал строить «Грейс».

— У тебя много друзей?

— Да нет. При моих занятиях… Я не культивирую дружбу. Разве что… — Элена. Не хочу продолжать этот разговор, чтобы не испортить наш прекрасный день. — Проголодалась? — спросил я, желая сменить тему.

Она кивнула в ответ. Вот и хорошо.

— Ладно, поедим там, где я оставил машину.



Глава 17. Легкий флирт

Мы зашли в кафе и, присев в кабине, изучали меню и потягивали восхитительное легкое фраскати. Я взглянул на Ану. Она выглядела отдохнувшей. Свежий воздух пошел ей на пользу. Потом она посмотрела на меня, словно решаясь на что-то.

— Кажется, у тебя мало друзей. Почему?

Началось…

— Я ведь сказал тебе, что у меня нет времени. У меня есть деловые партнеры — хотя эти отношения очень далеки от дружбы. У меня есть семья. Вот и все. Не считая Элены.

— У тебя совсем нет друзей твоего возраста, чтобы ты мог встречаться с ними и выпускать пар?

Ей кажется странным, что у меня нет друзей ровесников? Не пойму, почему у нее в голове не складывается это уравнение? Это странно, учитывая, что ей уже многое обо мне известно.

— Анастейша, ты сама знаешь, как я люблю выпускать пар. Еще я работаю, строю свой бизнес. Вот и все, что я делаю, за исключением парусного спорта и редких полетов.

— Даже в колледже их не было?

Когда я учился в колледже, у меня была только Элена. Кроме нее мне никто не был нужен. Она была единственной, кто меня понимал и помогал выпускать пар. Еще Элиот, хоть он и мой брат, его я тоже считаю своим другом. Мы часто проводим время вместе. Но, конечно, он не все обо мне знает, и не должен узнать, поэтому держу его на расстоянии, как и остальных членов семьи. В глазах Аны я заметил беспокойство.

— В общем, нет.

— Значит, только Элена?

Я осторожно кивнул. К чему она вела?

— Вероятно, тебе одиноко.

Мне было одиноко, пока я не встретил тебя.

— Что ты будешь есть? — спросил я, меняя тему.

— Мне хочется ризотто.

— Хороший выбор. — Я подозвал официанта, заканчивая этот разговор.

Ужин заказан. Ана ерзала на стуле и рассматривала свои пальцы. Ей определенно не терпелось мне что-то сказать, только она почему-то не решалась. В чем дело? Меня начинало беспокоить ее поведение.

— Анастейша, в чем дело? Скажи мне.

Она нерешительно посмотрела на меня, как будто в чем-то сомневалась. Что не так? Меня пугала эта пауза.

— Говори, — приказал я.

Она набрала полную грудь воздуха.

— Я просто беспокоюсь, что тебе этого недостаточно. Ну, понимаешь… чтобы выпускать пар.

Ее слова прозвучали как гром среди ясного неба. Почему она из-за этого переживает? Может, ей что-то сказала Элена, когда мы были на маскараде, то о чем я не знал? Может поэтому, она хотела встретиться с Аной, будучи уверенной, что я не смогу обойтись без всего этого дерьма?

— Разве я давал тебе повод думать, что этого недостаточно?

— Нет.

— Тогда с чего ты взяла?

— Я знаю, какой ты. Что тебе… э-э… требуется, — запинаясь, проговорила она.

В отчаянии я закрыл глаза. Я действительно старался изо всех сил разорвать этот порочный круг, на который Флинн открыл мне глаза. Я старался не втягивать Ану во всю эту грязь. Неужели я произвел неправильное впечатление? Она думает, что я не доволен нашими сексуальными отношениями? Я очень доволен тем, что сейчас у меня есть. В наши отношения идеально вписывается ваниль с разными вкусностями, только почему я один это вижу? Почему она думает, что я хочу вернуться в прошлое?

— И что мне теперь делать?

Я правда не знаю, как ей доказать, что меня устраивает все как есть. Она дает мне гораздо больше того, о чем я мог когда-либо мечтать.

— Нет, ты меня не понял. В последние дни ты был замечательный. Но я надеюсь, что не вынуждаю тебя идти против собственной природы, притворяться.

Ну да, я пытаюсь быть тем, кем не являюсь. Я пытаюсь быть лучше.

— Я — это я, Анастейша, во всех пятидесяти оттенках моей порочности. Да, мне приходится перебарывать диктаторские замашки… но такова моя натура, так я строю свою жизнь. Да, я рассчитываю, что ты будешь вести себя определенным образом. Когда ты отказываешься, это одновременно тяжело и интересно. Мы все-таки делаем то, что мне нравится. Вчера, после твоей возмутительной выходки на аукционе, ты позволила мне отшлепать тебя, — это было освежающе. — Мне нравится тебя наказывать. Не думаю, что это желание когда-нибудь пройдет… но я стараюсь, работаю над собой, и это не так трудно, как я думал.

— Я не возражала, — прошептала она с робкой улыбкой.

— Знаю. Я тоже. Но позволь тебя заверить, Анастейша, что все это для меня в новинку, и что последние несколько дней стали лучшими в моей жизни. Я не хочу ничего менять.

— В моей жизни они тоже были лучшими, это точно, — сказала она, и эта новость позволила мне расслабиться и улыбнуться.

— Так ты не хочешь водить меня в свою игровую комнату?

Ни за что! Я тяжело вздохнул, вспоминая наш последний раз…

— Нет, не хочу, — заявил я со всей уверенностью.

— Почему? — прошептала она.

— Ты ушла от меня как раз оттуда, когда мы там были в последний раз, — спокойно ответил я. — Я боюсь всего, что могло бы побудить тебя снова меня бросить. Когда ты ушла, я был раздавлен, я уже говорил тебе об этом. Я не хочу повторения той ситуации. Ты мне нужна.

Эта комната теперь у меня ассоциировалась с местом, где все развалилось, потому что я не смог себя контролировать. Сейчас я физически ощущал ту боль, которую чувствовал после ее ухода. Тогда развалился весь мой мир. Я не могу вернуться в это чистилище. Я был зависим от этой комнаты долгое время как наркоман. Флинн сказал, что я не садист, что я со временем пристрастился к садизму. Я готов проверить эту теорию на практике. Я хочу отучить себя даже думать в этом направлении, но для этого мне потребуется некоторое время. Поэтому, я не могу рисковать и вернуться с Аной в эту чертову комнату.

— По-моему, это несправедливо. Твоя постоянная забота о том, как я себя чувствую, ведь это очень утомительно. Ты столько всего переменил ради меня… Я считаю, что тоже должна как-то пойти навстречу тебе. Не знаю, может… попробуем… какие-нибудь ролевые игры.

Твою ж мать… Я не верил своим ушам… Она выглядела почти разочарованной. Я вообще перестал ее понимать.

Она произнесла это, запинаясь и густо краснея. Видимо, она чувствовала себя виноватой, предполагая, что я приношу себя в жертву ради нее, и теперь она должна что-то сделать для меня. Ана не понимает, что уже делает меня счастливым.

— Ана, ты идешь мне навстречу даже больше, чем ты думаешь. Пожалуйста, прошу тебя, не думай об этом. Малышка, это были всего лишь одни выходные. Подожди немного. Когда ты ушла, я много думал о нас. Нам требуется время. Ты должна доверять мне, а я — тебе. Может, со временем мы сумеем вернуться к прежним штукам, но сейчас ты мне нравишься такая, какая ты есть. Мне приятно видеть тебя счастливой, беззаботной и спокойной, зная, что я причастен к этому. Я никогда еще… Прежде чем бегать, надо научиться ходить.

В голову мне пришла фраза, которую часто на наших встречах повторял Флинн.

Черт, такими темпами я скоро начну говорить с британским акцентом.

Я невольно рассмеялся от собственной мысли.

— Что тебя так развеселило?

— Флинн. Он постоянно говорит эту фразу. Я не думал, что стану его цитировать.

— Получается, «флиннизм»?

— Верно, — усмехнулся я.

Появился официант с закусками и брускеттой, разговор сошел на нет. Затем перед нами поставили большие тарелки с ужином. Я решил поговорить с ней на отвлеченные темы. Мне было интересно, где она была заграницей, оказалось, что она нигде не была, кроме США.

Ну, мисс Стил, я могу показать Вам мир, если Вы мне это позволите.

Я рассказал о тех местах, которые успел посетить. Мы мило болтали, доедая наш ужин. Мне еще никогда ни с кем не было так легко и комфортно, как с ней.

После вкусного и сытного ужина мы поехали в «Эскалу», под задушевное пение Евы Кэссиди. Всю дорогу мы ехали молча. У меня не выходили из головы слова Лейлы, которые она нацарапала ножом… Ты мой навечно… Неужели она таким образом заявляла на меня свои права? С чего это вдруг? У нас были идеальные контрактные отношения… Она была всего лишь моей нижней… Я никогда не хотел с ней большего, в отличие от нее… Поэтому мы и расстались… Почему, спустя почти три года она вернулась? Ее помешательство меня очень беспокоило. Беда в том, что когда ты пытаешься на некоторое время убежать от проблемы, то она становится еще больше, когда ты снова поворачиваешься к ней лицом.

Чем ближе мы подъезжали к дому, тем тревожнее себя чувствовал. Я всматривался в боковые улочки и тротуары. Интересно, где же сейчас Лейла? Ей нужна была срочная помощь психиатра… Если я был ей нужен, то почему она скрывалась от меня?

Когда мы въехали в гараж, заметил ожидающего нас Сойера. Я припарковался, и он любезно открыл для Аны дверь. После нашего замечательного дня, который мы провели на катамаране, мне не хотелось возвращаться в реальность.

— Здравствуйте, Сойер, — вежливо сказала Ана.

— Здравствуйте, мисс Стил, мистер Грей, — кивнул он.

— Ничего? — спросил я.

— Нет, сэр.

Черт, меня сильно нервировало, что нам до сих пор ничего не известно о местонахождении Лейлы.

Я взял Ану за руку и повел к лифту.

Куда ты опять пропала, Лейла Уильямс? Нам нужен какой-то план, хоть что-то… Мне нужно обсудить последние события с Тейлором… Я бросил взгляд на место, где еще вчера стояла «Ауди А3»… Хорошо, что машину забрали, вспомнилось то видео с камеры, когда она с особой жестокостью вонзала нож в каждое колесо… Она была явно не в себе… Лейла не должна добраться до Аны… Моей девушке просто нужно понять, что она не должна собой рисковать.

В лифте я повернулся к Ане.

— Ты не должна выходить отсюда одна. Ты поняла? — прорычал я.

— Ладно, — сказала она, с какой-то непонятной мне улыбкой.

— Что тут смешного? — пробормотал я с легким удивлением.

— Не что, а кто. Ты.

— Я? Мисс Стил, почему я смешной? — Мне еще никогда не говорили, что я смешной, особенно в такой сложной ситуации, как сейчас.

— Не надувай губы.

— Почему? — Я удивился еще больше.

— Потому что на меня это действует так же, как на тебя вот это. — Она посмотрела на меня потемневшим взглядом и соблазнительно прикусила губу.

Я не смог скрыть своего удивления.

— Правда?

Я надул губы самым выразительным способом, на который был способен, а потом наклонился и быстро поцеловал ее. И этот, казалось бы, невинный поцелуй оказался искрой, которая в одну секунду разожгла между нами дикое желание. Мы находились в замкнутом пространстве, которое моментально зарядилось энергией. Ее пальцы внезапно погрузились в мои волосы. Я крепко прижал ее к стене лифта, мой язык ворвался в ее сладкий ротик. Мы просто не могли насытиться друг другом. Ладонями я обхватил ее лицо, а наши языки слились друг с другом в страстном поцелуе. Ана, моя дорогая, любимая, драгоценная девочка. Ее сладкое дыхание окутало меня. Она тихо простонала мне в рот… как же она сексуальна и желанна мне сейчас. Я почувствовал, что начал терять контроль… я хочу ее… у меня от ее близости сносило крышу…

Лифт остановился, и дверцы открылись, возвращая нас с небес на землю.

Еще мгновенье и я взял бы ее прямо здесь. Клянусь Богом, когда-нибудь настанет тот день, когда я займусь с ней сексом в лифте. Пытаясь отдышаться от страстного поцелуя, я не спешил ее отпускать, а еще сильнее прижал к стене, давая почувствовать свое возбуждение.

— Уф, — пробормотал я, тяжело дыша.

— Уф! — повторила она, глядя на меня огненным взглядом.

— Что ты со мной делаешь, Ана! — Я провел большим пальцем по ее нижней губе. Я не могу устоять перед ней, она чертовски сексуальна. Я бы с удовольствием трахался с ней весь день, если бы мог. Я никогда раньше не испытывал такой химии. Я зависим от нее как наркоман. Да, вот оно определение — она для меня как наркотик.

— Что ты со мной делаешь, Кристиан! — сказала она, нежно поцеловав меня в уголок рта.

Мы окутаны, словно чарами, и я очень рад, что она испытывала ко мне то же самое. Я бы сошел с ума, если бы она ко мне этого не испытывала. У нас все взаимно. Мы любим друг друга. Для меня все это, как сон или мечта. Мне кажется настолько невероятным, что я способен испытывать подобные чувства. Я был уверен, что в моем случае это невозможно. Я знаю, что не заслуживаю ее. Как же я боюсь снова ее потерять.

— Пошли, — скомандовал я и взял ее за руку.

Тейлор деликатно стоял в стороне и ждал нас.

— Добрый вечер, Тейлор, — сказал я.

— Здравствуйте, мистер Грей, мисс Стил.

— Вчера я была миссис Тейлор, — сказала она, улыбаясь Тейлору.

Какого черта? Ты была со мной, а не с ним. Почему она вообще позволяет себе отпускать такие шуточки? Меня передернуло от мысли, что она могла быть чьей-то женой.

— Это приятно, мисс Стил, — преодолев смущение, ответил он.

— Я тоже так считаю.

Ты никогда не будешь миссис Тейлор, детка. Чувствую, как во мне все закипело от злости. Она умудрилась при мне флиртовать с ним? Меня окутала всепоглощающая ревность. Я не потерплю такого поведения, она должна понять, что мне это не нравится.

Я крепче сжал ее руку.

— Если вы закончили беседовать, я бы хотел обсудить обстановку.

Я сердито посмотрел на Тейлора, который неловко пожал плечами. Он никогда себе не позволял подобного общения с моими женщинами. Видимо, это Ана так на него влияла. Она понятия не имела, как сексуальна и какой эффект производила на мужчин, и на меня, в том числе…

— Я сейчас вернусь. Мне нужно поговорить с мисс Стил, — сказал я Тейлору, уводя Ану в свою комнату. Мы зашли в спальню, и я закрыл дверь.

— Никакого флирта с обслугой, Анастейша, — строго сказал я.

Ана шокировано уставилась на меня. Черт подери, она даже не поняла, что сейчас сделала. Такой же трюк она проделывала с фотографом, который неправильно прочитал исходящие от нее сигналы. Поэтому, она была очень уязвима. Ана должна понять, что притягивает к себе всех мужиков.

— Я не флиртовала. Я просто дружески разговаривала, в этом разница, — утверждала она.

— Не разговаривай дружески с обслугой и не флиртуй. Я этого не люблю.

Я должен до нее донести, что подобное поведение с ее стороны, для меня не допустимо. Я хочу, чтобы она соблюдала дистанцию, общаясь с персоналом. Они мои служащие, а не друзья. Вот поэтому, я предпочитаю, чтобы ко мне обращались, мистер Грей.

Мои слова ее огорчили, и теперь, она виновато смотрела вниз. Она сейчас выглядела как провинившийся ребенок.

— Извини, — пробормотала она.

Понимаю, что ей не приятно, но я должен был ей это сказать.

Я взял ее за подбородок и приподнял его, чтобы она посмотрела мне в глаза.

— Ты ведь знаешь, какой я ревнивый, — прошептал я.

— Кристиан, у тебя нет причин ревновать. Я телом и душой принадлежу тебе, — прошептала она. Ана смотрела на меня прекрасными голубыми глазами, и я видел, что она говорила искренне.

Что я такого сделал, чтобы заслужить от нее такое признание? Мои всепоглощающие чувства, которые я к ней испытываю, сводят меня с ума. Я безумно ее ревную, но ее откровенность полностью обезоружила меня. Я привык держать все под контролем, но то, что происходило со мной, когда был рядом с ней, пугало.

Я сказал ей о своих чувствах. Теперь я надеюсь, что в будущем, она не будет себя так вести, зная, как я на это отреагирую.

Я наклонился и быстро поцеловал ее, но уже без той страсти, которая охватила нас в лифте.

— Я ненадолго. Устраивайся как дома, — сказал я и вышел из спальни.

Надеюсь, она не против, что теперь мы будем жить с ней в одной комнате. По-моему, я ей говорил об этом… или не говорил?

Ладно, я с этим позже разберусь. Теперь, мне нужно поставить на место Тейлора, а то старик совсем расклеился…

— Тейлор, скажу прямо — мне не нравится ваше дружеское взаимодействие с мисс Стил. Она не знает как общаться с персоналом, поэтому я был бы тебе признателен, если бы ты был более сдержанным и не реагировал в будущем на ее высказывания.

— Как скажете, сэр — сказал он с совершенно бесстрастным лицом, но я заметил, как напряглись его скулы.

Понятно, ему не понравилось, что я отчитал его, но я должен был это сказать и мне плевать, если он со мной не согласен. Логически, я понимаю, что между ними ничего не может быть, потому что Тейлор живет вместе с Гейл и у них серьезные отношения, но я ничего не могу поделать со своей ревностью. Я никогда этого не испытывал и не представлял, как с этим чувством справляются другие.

Если у них все так серьезно, думаю, он должен как мужчина меня понять.

В кабинет зашел Сойер, поэтому я закрыл эту тему.

— Хорошо. Тейлор, я бы хотел взглянуть на ту надпись, которую оставила мисс Уильямс.

Тейлор принес мне полку с этой чертовой надписью. Она была огромной, а буквы были прочерчены очень глубоко. Видимо, она с сильным нажимом вырезала каждую, на это, определенно, потребовалось много времени.

Черт… как я должен реагировать на ее послание? Я не понимаю, что ей от меня нужно?

— Вот черт, ты посмотри как нацарапана эта надпись. Я не думал, что она такая большая.

— Да, мистер Грей, думаю, что она провела здесь много времени. Кстати об этом, мы полностью поменяли все замки и поставили дополнительные камеры. Больше она сюда не попадет.

— Я на это очень надеюсь. Избавьтесь от этой полки, не хочу, чтобы она случайно попалась на глаза мисс Стил.

Тейлор кивнул и убрал ее в сторону.

— Уэлч проверяет все записи с уличных камер, — сказал Сойер. — Он пытается отследить местонахождение мисс Уильямс, но пока безрезультатно. Она не зарегистрирована ни в каких социальных сетях, не пользуется банковской картой и на нее не зарегистрирован мобильный телефон. Мы связались с ее мужем, но ему нет до нее дела, а ее семья находится в Коннектикуте, они с ней давно не контактировали. Получается, что мисс Уильямс здесь сама по себе. Ее искать как иголку в стоге сена.

Как меня достала эта неопределенность. Из-за этого кошмара, я не могу расслабиться. Радует только одно, что Ана сейчас со мной и она в безопасности.

— Мне нужно, чтобы Вы, Сойер, не сводили с мисс Стил глаз все время, пока она не со мной, это понятно?

— Да, сэр, — сказал Сойер.

На этом я закончил наш разговор, развернулся и пошел обратно в нашу с Аной спальню.



Глава 18. Игра в бильярд

Дверь была открыта, и я увидел, что она рассеяно смотрела на свои вещи в моей гардеробной.

— А, они все перенесли, — сказал я.

Теперь понятно, что я не предупредил ее об этом.

— В чем дело? — спросила она.

— Тейлор считает, что Лейла проникла в апартаменты через аварийный выход. Должно быть, у нее есть ключ. Заменили все замки. Тейлор с помощниками проверили каждую комнату. Ее тут нет. — Я в отчаянии провел рукой по волосам. — Как мне хочется узнать, где она. Ведь ей срочно нужна помощь. А она ускользает от нас.

Ана подошла ко мне и обняла. Мысль о том, что Ана сегодня вечером будет спать рядом со мной, немного подняла мне настроение. Я поцеловал ее в макушку, вдыхая сладкий аромат. Мне стало спокойнее. Я всегда себя так чувствую, когда она рядом.

— Что ты сделаешь, когда ее найдешь?

— У доктора Флинна есть место.

— А что там с ее мужем?

— Он отказался от нее. Ее семья живет в Коннектикуте. Кажется, она тут совсем одна.

— Печально, — вздохнула Ана.

У нее такое доброе сердце. Она сопереживает женщине, которая открыто ее ненавидит. Я не могу больше думать об этом, мне срочно нужно сменить тему.

— Ничего, что все твои вещи перенесены сюда? Я хочу, чтобы мы с тобой жили в одной комнате.

Все-таки стоило ее об этом спросить раньше. Я настолько привык принимать решения самостоятельно, что мне даже в голову не пришло узнать ее мнение.

— Хорошо, — ответила она с улыбкой.

Я рад, что она согласилась.

— Мне хочется, чтобы ты спала со мной. Тогда мне не снятся кошмары.

— У тебя бывают кошмары?

— Да.

Она еще крепче обняла меня, чтобы утешить. Это так мило с ее стороны.

— Вот только я приготовлю одежду на завтра. Чтобы утром не опоздать на работу, — сказала она.

Куда? На работу? Она что, с ума сошла? Лейла, ведь, еще разгуливает на свободе!

— На работу?! — воскликнул я, и, разжав свои объятья, сердито посмотрел на нее.

— Да, на работу, — твердо ответила она. Видимо, я хорошо приуменьшил всю серьезность ситуации.

— Но Лейла — ведь она в городе. — Могу ли я ей запретить ходить на работу? Черт, она меня наверно возненавидит, если попытаюсь это сделать. — Я не хочу, чтобы ты ходила на работу.

Я старался вести себя сдержанно и разумно.

— Но это смешно, Кристиан. Я должна работать.

— Нет, не должна.

На что ты там можешь заработать? На колготки? Ради Бога, Ана, я в состоянии тебя обеспечить. Просто сиди дома и позволь мне спокойно заниматься своими делами, не беспокоясь о тебе.

— У меня новая работа, и она мне нравится. Конечно, я должна пойти на работу.

Теперь ее очередь смотреть на меня, как будто я сумасшедший.

— Нет, — сердито повторил я.

— Ты думаешь, я останусь тут бить баклуши, а ты на своей работе будешь хозяином вселенной?

— Честно говоря, да.

Я должен быть уверен, что с ней все в порядке.

— Кристиан, мне надо работать.

— Нет, не надо.

— Да. Надо.

Она повторила медленно и внятно, словно ребенку. Очевидно, что она не отступит. Мне чертовски неприятно, осознавать то, что не могу заставить ее делать так, как я скажу… Она вообще сейчас с легкостью может развернуться и уйти. И тогда я вообще не смогу обеспечить ей безопасность. Мне нужна другая тактика.

— Это небезопасно. — Спокойно сказал я, напоминая о Лейле.

— Кристиан, мне нужно зарабатывать себе на жизнь. Все будет хорошо.

Я чувствую, как мой самоконтроль улетучивается. Почему ей плевать на себя и собственную безопасность? Почему она такая упрямая? Меня бесит то, что она сама принимает решения, независимо от моего мнения!

— Нет, тебе не нужно зарабатывать на жизнь — и откуда ты знаешь, что все будет хорошо? — Я чуть ли не кричал на нее. Меня начало трясти от злости.

— Ради бога, Кристиан, пойми: Лейла стояла возле твоей кровати и не причинила мне вреда. И мне надо работать, да, надо. Я не хочу зависеть от тебя. Мне нужно выплачивать ссуду за учебу.

Она гневно смотрела на меня, упираясь руками в бока. Часть меня восхищалась тем, что ей не нужна была моя финансовая поддержка. Так непривычно, что рядом со мной женщина, которая не заинтересована состоянием моего банковского счета. Но, с другой стороны, она себя подвергала опасности, а я не мог этого позволить.

— Я не хочу, чтобы ты завтра ходила на работу, — я пытался снова настоять на своем.

— Это не твое дело, Кристиан. Не тебе решать.

А должен был решать я! Это гребаный тупик!

Как бы мне хотелось, чтобы наши отношения были официально подкреплены. Я понял, что этих, ни к чему не обязывающих отношений, мне сейчас недостаточно. У нас не подписан контракт и она не моя нижняя, но возможно, мы могли бы заключить другой контракт между нами.

Мистер и миссис Грей.

Вот он, окончательный контракт между мужчиной и женщиной, не правда ли? Но сейчас слишком рано говорить с ней на эту тему… У меня встреча с Флинном на следующей неделе, пожалуй, я поговорю с ним об этом.

Я провел рукой по волосам, глядя на нее. Секунды, минуты мы смотрели друг на друга. Сейчас я должен был пойти на компромисс, иначе она вообще уйдет от меня, хлопнув перед моим носом дверью. Если она хочет работать, тогда она должна согласиться на личного охранника, который будет всюду ее сопровождать.

— Сойер пойдет с тобой.

— Кристиан, это лишнее. Ты ведешь себя неразумно.

— Неразумно? — рыкнул я. Я пытаюсь найти компромисс! — Либо он идет с тобой, либо я действительно поступлю неразумно и запру тебя здесь.

— Как?

— О-о, я найду способ. Не вынуждай меня идти на крайности.

Это было бы отличным поводом, чтобы запереть ее здесь, даже если это будет против ее собственной воли, я все равно это сделаю. Я не могу рисковать ее жизнью и здоровьем. Я хочу контролировать ее, а она упорно сопротивляется. Она долго смотрела на мое несговорчивое лицо. Кажется, что она, наконец, поняла, что сейчас я не отступлю.

— Ладно-ладно! — согласилась она и выставила перед собой ладони, успокаивая меня. — Хорошо, Сойер может завтра поехать со мной, если тебе так спокойнее, — уступила она, закатывая глаза.

Я сделал шаг к ней, а она резко шарахнулась от меня. Дерьмо. Я напугал ее. Она подумала, что я собрался ее наказать за то, что она закатила глаза? Мне нужно успокоиться. Я глубоко вздохнул, закрыл глаза и провел обеими руками по волосам.

Она согласилась, что Сойер будет ее сопровождать. Все нормально, Грей. Ты добился, чего хотел.

— Хочешь, я устрою тебе экскурсию? — мне срочно нужно было перейти на другую тему.

— Давай, — с опаской пробормотала она. Я взял ее за руку и нежно сжал, чтобы попытаться ее успокоить.

— Я не собирался пугать тебя.

— Ты и не напугал. Я просто была готова убежать.

— Убежать? — Твою ж мать! Она произнесла вслух мой самый сильный страх. Значит ли это, что это все слишком для нее? Она не готова принять меня с моим адским багажом?

— Я пошутила! — теперь она успокаивала меня, потому что я был не в силах скрыть выражение ужаса на своем лице. Сейчас мне совсем не до шуток. Я не смогу пройти через это снова. Я вывел ее из шкафа, и мы с минуту стояли, чтобы успокоиться. Затем мы вышли из спальни. Я хотел показать ей всю квартиру, потому что она здесь многого не видела.

Она понятия не имела, что у Тейлора с Гейл есть свое отдельное крыло, в котором они жили. Гейл еще гостила у сестры в Портленде. Я показал свой ТВ-зал, в котором очень редко бываю. На мой взгляд, просмотр телевизора — бесполезная трата времени. Еще, в этой комнате была игровая приставка. Элиот любил играть в Xbox.

— У тебя тут есть Xbox? — усмехнулась она.

— Да, но я в нем не силен. Элиот всегда меня обыгрывает. Забавно было, когда ты подумала, что это и есть моя игровая комната. — Я невольно рассмеялся, вспомнив выражение лица Аны, когда она подумала, что я предлагал поиграть в приставку.

— Я рада, что вы находите меня забавной, мистер Грей, — высокомерно заявила она.

— Вы такая и есть, мисс Стил. Если, конечно, не ведете себя несносно.

— Обычно я веду себя несносно, когда вы ведете себя неразумно.

— Я? Неразумно?

— Да, мистер Грей. «Неразумно» можно даже добавить, как ваше среднее имя.

— Не вижу причин для этого.

— Напрасно. Вам очень это подходит.

— По-моему, тут возможны разные мнения, мисс Стил.

— Мне интересно было бы узнать профессиональное мнение доктора Флинна.

Уж поверь, Флинн знает всё о моей неразумной природе, детка.

— Я думала, что Тревельян — твое второе имя.

— Нет. Фамилия. Тревельян-Грей.

— Но ты им не пользуешься.

— Так слишком длинно. Пойдем, — добавил я.

Последнее, что мне нужно было при открытии компании — длинное имя, которое люди не смогут с первого раза запомнить. Поэтому, я назвал свою компанию «Грей Хаус». Элиоту понравилась моя идея, свою он назвал «Грей Констракшн». Если Миа все-таки решится открыть ресторан, то и она вряд ли будет использовать фамилию Тревельян. Если она примет в расчет все мои рекомендации, то назовет свое детище «Грей Кафе», ну или что-то типа того. Но я слишком хорошо знаю свою сестру, поэтому она скорее всего выберет что-то девчачье. В любом случае, если бы она на это решилась, то у нее бы все получилось.

Из ТВ-зала мы прошли через большую комнату в основной коридор. По дороге заглянули в подсобку и винный погребок. Затем, мы зашли в кабинет Тейлора. Он посмотрел на Ану, но в этот раз не улыбнулся. Он получил мое сообщение, громко и ясно.

— Привет, Тейлор. Я тут устроил экскурсию для Анастейши.

Она опять стояла и мило ему улыбалась. Черт. Я схватил ее за руку и повел в библиотеку.

— Здесь ты уже была. — Я открыл дверь. Она посмотрела на бильярдный стол… На него у меня были свои планы.

— Сыграем? — спросила она с лукавой улыбкой.

— Давай. Ты уже играла когда-нибудь?

— Несколько раз, — уклончиво ответила она.

Мне кажется, что она сейчас врет.

— Ты безнадежная лгунья, Анастейша. Ты либо не играла никогда, либо…

— Боишься проиграть? — спросила она, облизывая губы.

Это так сексуально.

— Такой маленькой девочке?

Не думаю, что ты сможешь меня обыграть, детка.

— Пари, мистер Грей.

— Вы так уверены в себе, мисс Стил? — Я посмотрел на нее в удивлении. — Какое предлагаете пари?

— Если я выиграю, ты снова отведешь меня в игровую комнату.

Что-о? Что она только что сказала? Она хочет вернуться в игровую комнату? После того, что случилось в прошлый раз? Да она с ума сошла! Не могу отрицать, что часть меня, сейчас схватила бы ее и отвела в игровую, но я не могу себе этого позволить. Я не хочу оказаться там, где все вышло из-под моего контроля. Мы сейчас не готовы туда вернуться. Я не готов. Очевидно, что она до сих пор переживала, что мне не хватает жесткого секса, что мне ее недостаточно. Но в этот раз, я не попадусь на туже удочку, когда она позвала меня туда, для того, чтобы узнать, что значит больно.

— А если выиграю я? — спросил я, понимая, что не будет никакого «если». Я выиграю.

— Тогда тебе выбирать.

— Ладно.

Может быть из меня хреновый игрок в Xbox, но в бильярде я король. Я обожаю эту игру, потому что она требует максимальной концентрации, внимания и точности. И я уже придумал, что хочу получить в качестве приза.

— Во что ты хочешь играть: в пул, снукер или карамболь? — уточнил я.

— В пул. В другие я не умею.

Так-так… значит все-таки умеет… Я испытал укол разочарования. Я бы очень хотел сам ее научить… посмотрим, может я поработаю с ее техникой…

Из шкафчика, висящего под одной из книжных полок, я достал большой кожаный футляр. В нем на бархатных гнездах лежали шары. Я быстро выложил их на сукно.

— Разобьешь? — предложил я, вручил ей кий и кусочек мела.

— Конечно, — высокомерно заявила она. Меня позабавила ее самоуверенность. Ана натерла мелом кончик кия и сдула излишек, глядя на меня из-под ресниц.

Ох, мне уже сложно себя сдерживать, глядя на свою горячую девочку, а мы только начали игру.

Она нацелилась на белый шар и быстрым четким движением ударила по центральному шару треугольника с такой силой, что полосатый шар закрутился и плюхнулся в правую верхнюю лузу. Остальные шары разбежались по столу.

— Я выбираю полосатые, — сообщила она невинным тоном.

Я удивлен, она в самом деле хорошо играет, по крайней мере, для девушки. Так вот почему она тогда улыбнулась сама себе. Интересно, где она научилась так хорошо играть? И меня не радует мысль о том, что ее учил парень… чертов Хосе Родригес приходит мне в голову. Держу пари, фотограф был очень счастлив, обучая ее.

Все, остановись, Грей. Тебе нельзя на этом зацикливаться, это слишком неприятные мысли для тебя. Они могут испортить игру.

— Пожалуйста, — вежливо согласился я.

Она наклонилась над столом, демонстрируя свое великолепное тело, и забила в лузу шар. Потом потянулась над столом и забила еще два шара. На ней были обтягивающие джинсы, в которых ее задница выглядела совершенной, и белая блузка с большим вырезом, которая дополняла общий вид, демонстрируя аппетитную грудь. Я хотел взять ее здесь, на этом столе. Все шло замечательно до тех пор, пока она не промахнулась мимо зеленого полосатого шара.

Ай-яй-яй… какая досада…

— Знаешь, Анастейша, я готов весь день стоять тут и смотреть, как ты наклоняешься над бильярдным столом и ловко обращаешься с кием, — с восторгом сказал я.

Она посмотрела на меня с коварной улыбкой. Между тем я стянул через голову кремовый свитер, бросил его на спинку стула и с усмешкой подошел к столу, чтобы начать в игру.

Теперь ты полюбуйся на меня, детка.

Я низко наклонился над столом и быстро забил четыре чистых, но потом умышленно ошибаюсь и посылаю в лузу свой шар. Не хочу быстрой победы, мне хочется посмотреть, как ее фантастическое тело снова вытянется передо мной. Позже я ее догоню.

— Досадная ошибка, мистер Грей, — с насмешкой проговорила она.

— Ах, мисс Стил, я всего лишь простой смертный. Кажется, ваша очередь.

Дай мне снова полюбоваться на твой восхитительный зад.

— Надеюсь, вы мне не подыгрываете?

— Ну нет. Я задумал такой приз, что хочу выиграть, Анастейша. К тому же я всегда хочу выигрывать.

Она начала ходить вокруг стола и низко наклоняться при любом удобном случае, крутя передо мной своим восхитительным задом и демонстрируя мне свой глубокий вырез. Ох, мисс Стил, я понял, какую нечестную игру вы затеяли, чтобы меня отвлечь. И это работает. Я не могу от нее отвести взгляд. Мой возбужденный член начал мне мешать.

— Я знаю, что ты делаешь, — прошептал я, когда она посмотрела потемневшим от страсти взором.

Она кокетливо наклонила голову, ласкала кий, медленно водила по нему ладонью.

— А, я просто выбираю, по какому шару ударить, — пробормотала она.

Ана встала прямо передо мной. Наклонившись над столом, прицелилась в оранжевый полосатый шар и направила его в более удобную позицию. Она стояла и откровенно крутила своим соблазнительным задом. Я больше не мог это игнорировать и шумно вдохнул. Она ударила и промахнулась. Я подошел к ней, пока она не выпрямилась, положил руку на ее задницу и нежно погладил.

— Мисс Стил, вы нарочно крутите вот этим, чтобы меня подразнить? — спросил я и жестко ее шлепнул.

— Да, — всхлипнула она.

— Будь осторожнее со своими желаниями, детка.

Это было маленькое предупреждение. Теперь моя очередь. Ана пристально наблюдала за каждым моим движением, изучая мое тело. Меня радовало, что она наслаждалась, глядя на меня, почти так же сильно, как я наслаждался, глядя на нее. Я наклонился, ударил по красному шару и тот попадал в левую боковую лузу. Потом прицелился в желтый, верхний справа, и специально промазал. Хочу еще за ней понаблюдать, она прекрасна, когда наклоняется над столом.

— Сейчас пойдем в Красную комнату, — подразнила меня.

Она быстро расправилась с зеленым полосатым и сбила последний оранжевый полосатый шар.

— Назови свою лузу, — пробормотал я.

— Верхняя левая, — она прицелилась в черный, задела его, но промазала. Шар отлетел.

Я так и думал, что она не сможет до конца сконцентрироваться.

Я с коварной ухмылкой наклонился над столом и быстро забил два оставшихся одноцветных, затем выпрямился, натер мелом кий, глядя на нее, я уже представлял ее на столе подо мной. Пора заканчивать эту партию и начинать с ней новую игру.

— Если я выиграю… Я хочу отшлепать тебя, а потом трахнуть на этом бильярдном столе.

Ана посмотрела на меня в шоке. Как же я люблю это выражение на ее лице.

— Верхняя правая, — пробормотал я, наклонился, нацелился на черный и ударил.

С непринужденной грацией я ударил по белому шару — тот покатился по столу, зацепил черный, и ох-как-медленно черный покатился, замер на краю и, наконец, упал в верхнюю правую лузу бильярдного стола.

Та-дам. Теперь мы поиграем в мою игру, где я устанавливаю правила.

Я выпрямился и посмотрел на нее с улыбкой. Положив кий, я небрежно направился к Ане.

— Ты ведь умеешь достойно проигрывать, верно? — пробормотал я, едва сдерживая усмешку.

— Зависит от того, как больно ты меня отшлепаешь, — прошептала она. Я забрал у нее кий, положил его в сторону, зацепился указательным пальцем за ворот ее блузки и потянул к себе.

— Что ж, теперь посчитаем ваши промахи, мисс Стил. — Я начал загибать свои пальцы. — Раз — заставила меня ревновать к служащим. Два — спорила со мной по поводу работы. И три — виляла передо мной своей соблазнительной попкой в течение последних двадцати минут. — Наклонившись, я потерся своим носом об ее нос. — Я хочу, чтобы ты сняла джинсы и эту очень симпатичную блузку. Прямо сейчас. — Я нежно поцеловал ее в губы, подошел к двери и запер ее. Мне бы не хотелось, чтобы Тейлор или Гейл нечаянно прервали наше веселье.

Я повернулся к Ане. Она застыла на месте, глядя на меня.

— Одежда, Анастейша. Она все еще на тебе. Снимай — или я сделаю это сам.

— Вот и сделай, — хрипло произнесла она.

— Ох, мисс Стил. Неблагодарная это работа, но так и быть — я попробую справиться, — с усмешкой сказал я.

— Мистер Грей, вы хорошо справляетесь со своими проблемами, — сказала она, выразительно подняв брови.

— Что вы имеете в виду, мисс Стил?

Я подошел к маленькому столику, встроенному в книжный шкаф, достал из ящика тридцатисантиметровую линейку из оргстекла и положил ее в задний карман джинсов, потом неторопливо подошел к ней. Это не игровая комната, поэтому придется импровизировать. Ее темные глаза наполнились предвкушением. Мне захотелось просмотреть, как она будет наклоняться над столом в одних трусиках. Не говоря ни слова, я упал перед ней на колени, быстро развязал шнурки и стащил с нее кеды и носки. Чтобы сохранить равновесие, она уперлась в бортик бильярдного стола. Я схватил ее за бедра, запустил пальцы за пояс джинсов и расстегнул кнопку и молнию.

Хм… она надела симпатичные белые кружевные трусики. Я схватил ее за ноги и провел носом по внутренней поверхности ее бедер. От нее исходил замечательный мускусный аромат. О да, она уже возбуждена.

— Я хочу быть суровым с тобой, Ана. Ты должна мне сказать «стоп», если станет невыносимо, — еле слышно проговорил я.

Я очень этого хочу, но мне нужно спросить ее разрешение. Я продолжал целовать ее, нежно утыкаясь носом в ее трусики. Из нее вырвался нежный стон.

— Стоп-слово? — спросила она.

— Нет, не стоп-слово, просто скажи мне «стоп», и я остановлюсь. Поняла? — Я снова поцеловал ее, ласкал языком. Она молчала. Я встал и пронзительно посмотрел ей в глаза.

— Отвечай, — я должен быть уверен, что она не забудет меня остановить.

— Да, да, я поняла, — с нажимом ответила она.

— Ты роняла намеки и посылала мне смешанные сигналы весь день, — произнес я. — Ты сказала, что тебя беспокоит, не утратил ли я себя. Я не очень понимаю, что ты имела в виду, и не знаю, насколько серьезно это было сказано, но мы сейчас это выясним. Пока я не хочу возвращаться в игровую комнату; попробуем выяснить это здесь. Но если это тебе не понравится, дай слово, что скажешь мне об этом.

Думаю, что она хотела бы немного эксцентрики, и я бы с радостью это дал, но боюсь толкнуть ее слишком далеко. Я не хочу больше неприятных сюрпризов.

— Я сообщу тебе. Не стоп-слово, а просто «стоп», — повторила она.

— Мы любовники, Анастейша. Любовникам не нужно стоп-слово. Правильно?

Для меня это все ново, и я не знаю как правильно, но думаю, что вместе мы справимся. Во всяком случае, я на это надеюсь.

— Пожалуй, не нужно. Я обещаю, — прошептала Ана.

Мы оба в этом новички, но мне это нравится. Мы выстраиваем вместе наш собственный путь.

Я медленно расстегнул ее блузку, но пока не снял. Я хочу посмотреть на ее грудь, как аппетитно собирается в бюстгальтере, когда она наклоняется. У нее такая роскошная грудь. Я наклонился и взял кий.

— Вы хорошо играете, мисс Стил. Признаться, я удивлен. Почему вы не попали по черному?

Она поставила белый шар. Я обошел вокруг стола и встал позади нее, когда она наклонилась для удара. Я положил ладонь на ее правое бедро и провел пальцами по ноге, до ягодиц и обратно, слегка поглаживая. Наша собственная игра в бильярд, намного веселее классической.

— Я промажу, если ты будешь меня отвлекать, — прошептала она, наслаждаясь моими прикосновениями.

— Мне наплевать, попадешь ты или промажешь, малышка. Мне просто хотелось посмотреть, как ты, полуодетая, наклоняешься над бильярдным столом. Ты хоть представляешь, как сексуально выглядишь в этот момент?

Она прицелилась в белый шар.

— Верхняя левая, — пробормотала она и ударила. А я, в свою очередь, ударил ее по ягодице, жестко и звонко.

Она взвизгнула и подпрыгнула от неожиданности.

Белый ударил по черному, а тот отскочил от борта возле отверстия лузы. Я опять погладил ее попку.

— Ох, по-моему, тебе надо попробовать еще раз, Анастейша, — прошептал я. — Сосредоточься.

Она уже тяжело дышала, возбужденная нашей игрой. Я направился в конец стола, снова положил черный шар, а белый пустил к ней. Она поймала шар и снова собиралась по нему ударить.

— Эй-эй! — окликнул я. — Подожди.

Я вернулся, встал позади нее и на этот раз погладил ее левое бедро и сексуальную попку.

— Целься, — хрипло произнес я.

Она изо всех сил пыталась сосредоточиться на ударе и слегка сдвинулась вправо, я последовал за ней. Она еще раз наклонилась над столом, понимая, что произойдет, когда ударит по шару. Она прицелилась и ударила по белому шару, а я снова жестко ее шлепнул по заду, наслаждаясь теплом ее мягкого тела.

Промазала.

— О нет! — простонала она.

— Еще раз, детка. Если ты промажешь и на этот раз, я действительно покажу тебе.

У меня руки чешутся, как хочется ее наказать, за непослушание этим вечером. За то, что заставила меня ревновать, за то, что она настолько независима, что меня это пугает. Я не могу справиться с этим. Мне это просто необходимо. Я должен почувствовать себя главным. И я знаю, что хорошая порка поможет снять наше напряжение, потому что ей тоже это нужно, я чувствую это.

Я еще раз поставил черный шар, очень медленно пошел назад, встал позади нее и начал снова ласкать ее попку.

— Ты можешь это сделать, — уговаривал я. Она наслаждалась этой игрой так же, как я.

Ана толкнула попкой мою руку, а я легонько шлепнул ее.

— Жаждете, мисс Стил? — пробормотал я. — Что ж, давай избавимся вот от этого.

Я осторожно снял с нее трусики и положил их в карман. Затем нежно поцеловал каждую ягодицу.

Она такая сладкая.

— Бей, детка.

Ана направила кий к белому шару, ударила по нему и, к собственной досаде, промахнулась мимо черного. Я наклонился над ней, прижал к столу, отобрал у нее кий и толкнул его к борту. Прижался к ней, чтобы она почувствовала попкой мою эрекцию.

— Ты промазала, — ласково проворковал ей на ушко. Ее щека была прижата к сукну.

— Положи ладони на стол. — Она сделала так, как я сказал.

Да, детка, ты умеешь быть послушной.

— Хорошо. Сейчас я отшлепаю тебя, и в следующий раз ты, возможно, не будешь так делать. — Я встал слева от нее. Она издала стон, задыхаясь от возбуждения. Я взял ее за волосы и поставил свой локоть на ее спину, не давая выпрямиться. Она сейчас была скована и беспомощна. — Раздвинь ноги, — приказал я, но она засомневалась. Я жестко шлепнул ее линейкой, которая со свистом рассекла воздух и с треском ударила по ее ягодице. Этот звук застал Ану врасплох. Думаю, она не ожидала, что звук будет сильней, чем сам удар. Я снова ее ударил. Она прерывисто дышала от возбуждения.

Я тебе покажу, потерял я себя или нет, детка.

— Ноги, — приказал я снова. Учащенно дыша, она раздвинула ноги, и я ударил ее еще сильнее. Я закрыл глаза, впитывая это освобождающее ощущение. Как же я это люблю. Сейчас я чувствовал себя свободней, и убедился, что она наслаждалась этим тоже, впитывая каждый мой удар. Мое дыхание стало жестче. Я испытывал сильное возбуждение. Но я не должен переступить черту и толкнуть ее слишком далеко. Я продолжал бить ее снова и снова, подчиняя ее тело себе, владея ею целиком и полностью, по ее собственному желанию. С ее разрешения. Она поглощала боль, смаковала возбуждение, которое разгоралось в ней все больше и больше. У меня побежали мурашки по телу от удовольствия.

Ты тянешь ее на темную сторону, Грей. Будь осторожен. Не забирай ее слишком далеко.

Я по-прежнему, наслаждался всем происходящим. Я терял себя в этих умопомрачительных ощущениях. Так приятно слышать каждый шлепок — было удивительно видеть и слышать, как линейка рассекала воздух, ударялась об алебастровую кожу и заставляла ее зад порозоветь.

Вот так, детка! Не заставляй меня ревновать, мне не понравилось это чувство. Я перестал себя сдерживать и начал бить ее сильнее, как вдруг услышал:

— Стоп. — Я не колебался ни секунды, мгновенно бросил линейку и отпустил ее.

— Хватит? — прошептал я.

— Да.

— Я хочу трахнуть тебя, — проговорил хриплым голосом.

Я так сильно хочу раствориться в ней, после этого великолепного наказания.

— Да, — промурлыкала она, в ее голосе было слышно возбуждение и тоска.

Она сейчас ушла с тобой на темную сторону, Грей.

Я расстегнул ширинку, чтобы скорее освободить член и осторожно вставил в нее два пальца, чтобы проверить, готова ли для меня, потому что мне хочется жесткого секса. Она была фантастически мокрая, и все это для меня. Я быстро взял презерватив и раскатал его по всей длине, затем встал позади Аны и раздвинул ее ноги шире. Я медленно в нее вошел, простонав от удовольствия, внутри она такая горячая и сочная, она ждала меня. Я нужен ей. Вот оно доказательство, которое говорило лучше всяких слов. Я держал ее за бедра и осторожно вышел из нее, и резко вошел, доводя ее до крика. На мгновение я остановился.

— Еще? — нежно спросил я.

— Да… Все хорошо. Освобождайся… возьми меня с собой, — задыхаясь, сказала она.

Я простонал в ответ. Ей тоже очень это нужно. Она тоже этого хотела, поэтому я вышел и вошел, намеренно грубо. Начал таранить свою девочку снова и снова. Она с каждым разом становилась все лучше и лучше. Мне было так комфортно внутри нее, так узко, жарко, влажно, жду не жождусь, когда смогу это делать без чертовых резинок. Хочу почувствовать ее всю, прижимаясь плотно, кожа к коже. Какой восхитительный, устойчивый ритм экстаза. Влюбленные наслаждались друг другом. Она брала все, что я ей давал. Я почувствовал ее внутреннюю пульсацию и ускорил ритм, понимая, что она уже близко. Я входил в нее жестче и чаще, сжимая ее бедра, и мы одновременно взорвались в сокрушительном оргазме.

Это космос.

Время на мгновение остановилось, пока мы вместе летали. Как же нам чертовски хорошо вместе!

Наконец, мы оба сползли на пол, и я заключил ее в свои объятья.

— Спасибо, малышка, — прошептал я, покрывая ее лицо нежными поцелуями. Она открыла глаза и посмотрела на меня с любовью. Этот взгляд заставил обнять ее еще крепче. — Твоя щека красная от сукна, — пробормотал я и нежно потер ее лицо.

Это было просто великолепно, по крайней мере, для меня.

— Как тебе такое?

— Потрясающе, Кристиан, — прошептала она. — Я люблю, когда грубо, люблю, когда нежно. Я люблю все, что связано с тобой.

Я вздохнул с облегчением и крепко обнял. Она вслух повторила мои собственные ощущения. Анастейша потрясающая в любом виде секса. Все это больше, чем достаточно для меня, я уверен в этом.

— Ты никогда не разочаровываешь, Ана. Ты красивая, яркая, умная, забавная, сексуальная, и я каждый день благодарю божественное провидение, что брать интервью пришла ко мне ты, а не Кэтрин Кавана. — Она сладко зевнула, уткнувшись мне в грудь, а я зарылся носом в ее волосах. — Я тебя замучил. Пойдем, примем ванну и в постель.

Мы сидели в ванне с пеной до подбородка. Нас окутывал сладкий аромат жасмина. Я поочередно массировал ее ноги.

— Можно попросить тебя о чем-то? — прошептала она.

— Конечно, Ана. Проси что угодно, сама знаешь.

Она набрала полную грудь воздуха и села.

— Завтра, когда я пойду на работу, пускай Сойер проводит меня только до входной двери офиса, а в конце дня заберет. Хорошо? Пожалуйста, Кристиан. Пожалуйста, — умоляла она.

— А я думал, мы договорились.

— Пожалуйста.

— Как же ланч?

— Я приготовлю что-нибудь и возьму с собой, так что мне не придется выходить. Ну пожалуйста.

Я поцеловал ее ступню.

— Мне очень трудно отказать тебе. Ты не будешь выходить?

— Нет.

— Хорошо. — Я нехотя согласился, зная, что в здании больше нет другого выхода, кроме центрального, поэтому Сойер сможет вести наблюдение с улицы.

— Спасибо. — Она радостно встала на колени, расплескивая воду, и поцеловала меня.

— Всегда рад вам услужить, мисс Стил. Как ваша попка?

— Болит. Но не очень. Вода успокаивает.

— Я рад, что ты попросила меня остановиться.

Она доказала, что я могу ей доверять. Теперь я уверен, что она мне скажет, когда будет на пределе. Что она будет говорить то, что чувствует, не задумываясь о том, что по ее мнению, я хочу услышать. Это очень большой шаг вперед в правильном направлении.

— Мой зад тоже рад. — Я невольно улыбнулся ее высказыванию.

Чуть позже она растянулась в постели. На часах было всего десять тридцать. Думаю, что это были самые утомительные выходные в ее жизни. Теперь ей нужен хороший отдых. Ана снова надела мою футболку.

— Что, разве мисс Эктон не положила ночные рубашки? — спросил я с неодобрением, стоя возле кровати.

— Не знаю. Мне нравится спать в твоих футболках, — сонно пробормотала она.

Не знаю почему, но мне нравится, что она предпочитает мои футболки шелковым ночным сорочкам.

Я наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Мне нужно работать. Но я не хочу оставлять тебя одну. Можно я возьму твой ноутбук, чтобы связаться с офисом? Я буду тебе мешать, если поработаю здесь?

Я никак не мог отделаться от образа Лейлы, стоящей возле кровати, прицелившись в Ану.

— Нет… бери… — После этих слов она уплыла в сон.

Люблю наблюдать за ней, когда она спит. Моя спящая красавица.

Я не сдержался и провел пальцем по ее мягкой щеке, потом погладил ее шелковистые волосы, наблюдая за тем, как спокойно поднималась и опускалась ее грудь, при каждом вдохе и выдохе.

Анастейша. Моя любимая. Любовь всей моей жизни. Постепенно я начинал привыкать к этой мысли. Любовь… это очень мощное чувство, новые эмоции, с которыми я познакомился, благодаря ей. Боюсь, что она была послана мне Богом не для того, чтобы сделать счастливым, а чтобы жестоко наказать за все дерьмо, что я успел совершить… Этого не случится… я сделаю все для того, чтобы это предотвратить.

Я неохотно оторвался от нее и принялся за работу. Мне нужно было наверстать упущенное. Я быстро расправился со всеми делами и нырнул к Ане в постель. Крепко обнял сзади, прижался к ней всем телом и нежно поцеловал. Во сне она сладко прошептала мое имя. Я улыбнулся и провалился в глубокий сон.



Глава 19. Первый конфликт

Смотрю на часы, время половина второго, через тридцать минут у меня будет совещание, а я никак не мог собраться с мыслями. Нужно было что-то перекусить. Я нажал на громкую связь на телефоне.

— Слушаю Вас, мистер Грей.

— Андреа, принеси мне, пожалуйста, сэндвич с цыпленком и майонезом и кофе.

— Сейчас принесу, сэр.

На столе завибрировал «блэкберри». Сойер?

— Что случилось, Соейр?

— Добрый день, мистер Грей. Я звоню Вам, чтобы сообщить, что мисс Стил выходила в магазин. Я проследил за ней. Сейчас она в издательстве, все в порядке.

Она ЧТО? Она издевается сегодня надо мной? Проклятье. Я так и знал!

— Спасибо, Сойер, продолжайте наблюдение.

— Да, сэр.

Я положил трубку и почувствовал, что сейчас взорвусь от злости. Да что ж за день сегодня такой?! Она обещала мне, что не выйдет на улицу! Черт бы побрал ее гребаную работу вместе с этим конем, Хайдом. Мои нервы были уже на пределе! Я мгновенно схватил со стола телефон и набрал ее рабочий номер. Гудок.

Секундой позже я услышал спокойный голос Аны:

— Офис Джека Хайда…

— Ты уверяла меня, что не будешь выходить, — я резко прервал ее стандартное приветствие.

— Джек послал меня за ланчем. Я не могла отказаться. Ты что, устроил за мной слежку? — зашипела она.

— Вот почему я не хотел, чтобы ты вышла на работу, — прорычал я.

— Кристиан, пожалуйста. Ты сейчас такой, «все Пятьдесят Оттенков», такой давящий.

— Давящий? — спросил я в удивлении.

Я давлю на нее? Я просто хочу, чтобы она выполняла свои обещания. Как я могу доверять ей после этого?

— Да. Перестань так себя вести. Обсудим это вечером. К сожалению, я вынуждена задержаться на работе, потому что не могу поехать в Нью-Йорк.

Так стоп, успокойся, Грей, НЕМЕДЛЕННО! Я сделал глубокий, очистительный вдох.

— Анастейша, я вовсе не собираюсь давить на тебя, — на выдохе сказал я.

Надеюсь, что по моему голосу не слышно, как я сейчас взвинчен.

— И все-таки давишь. Мне надо работать. Поговорим потом.

И я услышал гудки… Я не верил своим ушам. Она повесила гребаную трубку! СНОВА!

— Твою же мать, — заорал я на трубку телефона и резко ударил кулаком по своему стеклянному столу так, что он чуть не раскололся. Краем глаза я заметил шокированное выражение лица Андреа, которая стояла у двери с подносом в руках, не понимая можно ли ей сейчас войти.

— Заходи, Андреа, — уже спокойней сказал я.

Не хватало мне еще распугать весь свой персонал.

Она молча поставила передо мной ланч.

— Андреа, когда у меня запланирована встреча с доктором Флинном?

— В среду, мистер Грей.

Проклятье… до среды я не выдержу, он мне срочно нужен!

— Будь добра, свяжись с ним и попроси перенести нашу встречу на сегодня, если это возможно.

— Хорошо, сейчас я попробую это сделать. Позвольте напомнить, что у вас назначено совещание, которое состоится через двадцать минут в конференц-зале.

— Да, я помню об этом, спасибо.

После чудесных выходных на меня обрушилась жестокая реальность. Я не знаю, что мне делать… Как себя вести… а еще хуже, она думает, что я на нее давлю… Я не хочу давить на нее… Господи, ну почему нас кидает из крайности в крайность? Я вспоминаю это утро, как проснулся от ее поцелуя. Я даже будильник не слышал… Я чертовски хорошо сплю рядом с ней. Потом, чуть не поддался искушению разбудить ее пораньше, чтобы она могла присоединиться ко мне в душе. Но я не сделал этого, потому что знаю, какой она может быть злюкой, если не выспится. Я даже спорил сам с собой, глядя на то, как сладко она спит, а стоит ли вообще ее будить? Для меня было бы лучше всего, если бы она проспала свою работу и никуда не пошла. Но опять же я знаю, как она разозлится, если я это сделаю.

— Эй, соня, вставай, — все-таки сказал я. Разум победил. Ана открыла свои прекрасные голубые глаза и посмотрела на меня оценивающим взглядом.

— Что? — спросил я.

— Мне хочется, чтобы ты лег в постель, — обольстительно промурлыкала она, лежа в постели… такая манящая и сексуальная, глядя на меня потемневшим взглядом.

Потребовался весь мой самоконтроль, чтобы не прыгнуть обратно к ней в постель и не взять ее.

— Вы ненасытны, мисс Стил. Ваша идея мне очень нравится, но у меня в восемь тридцать деловая встреча, поэтому пора уходить.

Она в ужасе посмотрела на меня, резко выпрыгнула из постели и умчалась в душ, чтобы быстро собраться на работу. Я рассмеялся, глядя на всю эту картину, и пошел на кухню, чтобы попросить Гейл собрать для Аны ланч.

— Доброе утро, миссис Джонс. Как прошли ваши выходные?

— Хорошо, спасибо, мистер Грей, — с улыбкой ответила она.

— Думаю, что Тейлор Вам рассказал, о том, что здесь случилось на выходных. Но Вы можете быть спокойны, он меня заверил, что больше такого не произойдет.

— Да, сэр, я знаю что случилось, хотя мне сложно поверить в то, что мисс Уильямс способна кому-то причинить вред. Мне кажется, что сейчас она очень расстроена и ей нужен человек, который бы ее выслушал и утешил.

Если бы она так при Тейлоре рассуждала, то представляю, как он до посинения читал бы ей нотацию о том, что она должна быть предельно осторожна. Наверно он был в ужасе, когда узнал, что Гейл столкнулась с Лейлой, когда та проникла в квартиру, вооружившись лезвием от бритвы, пыталась у нее на глазах покончить с собой. Я забочусь о своем персонале, и поэтому не позволил бы вернуться Гейл до тех пор, пока мы не были бы уверены в том, что это безопасно.

— Тейлор сказал Вам, что мисс Стил будет жить со мной до тех пор, пока мы не найдем мисс Уильямс?

— Да, сэр, я в курсе, — сказала Гейл с сияющей улыбкой. Почему ее это так радует?

— Мисс Стил будет спать в моей спальне. Ее одежда и личные вещи уже перенесли. Я понимаю, что появление еще одного человека в квартире прибавит вам работы. Поэтому, я хочу, чтобы вы дали мне знать, если потребуется какая-либо помощь.

— Мистер Грей, нет никакой проблемы в том, что здесь будет жить мисс Стил, мне будет только в радость заботиться о ней. Честно говоря, мне иногда не хватает дополнительной работы, чтобы себя занять, уж очень просто ухаживать за одним человеком. — Сказала она и тепло посмотрела на меня, улыбаясь еще шире. Она себя сейчас ведет, как моя мама, когда говорит об Ане. Интересно почему?

— Хорошо, мисс Стил на завтрак будет есть бекон и блины. И еще, вы не могли бы ей с собой на работу собрать ланч? Она не будет выходить на улицу в обеденное время.

— Конечно, мистер Грей. Я сделаю, как только узнаю о том, чтобы она хотела взять с собой.

После этих слов на кухне появилась Ана. Она была одета в серую юбку-карандаш, бледно-серую шелковую блузку и черные туфли на высоком каблуке. Эту одежду для нее подбирала мисс Эктон. Приятно, что она ее приняла, потому что Ана выглядела в ней сногсшибательно!

Прямые распущенные волосы… Рубашка соблазнительно открывала ее шею… ее взгляд… Господи, если бы она пришла работать ко мне в офис, я никогда не смог бы ничего добиться. Но Ана собиралась не в мой офис… она поедет на работу к этому ублюдку Хайду, который будет на нее глазеть целый день. Успокаивает только одна мысль, что мы наблюдаем за ним. Сойер всегда будет рядом, даже если он фактически не находится в офисе рядом с ней, как я хотел это сделать.

Я сказал Ане, что она отлично выглядит, краем глаза заметил, что за нами наблюдала миссис Джонс.

Потом, они с Гейл обсудили, что Ана возьмет с собой на работу.

— Пожалуйста, миссис Джонс, зовите меня Ана. — По ее взгляду я понял, что она снова хочет общаться с персоналом. Сейчас, я не завидую Гейл. Надеюсь, что Тейлор ее об этом тоже предупредил. Несмотря на просьбу Аны, мне было бы удобней, если бы персонал придерживался нашего стандартного договора и обращались к ней, как к мисс Стил. Я решил, что поговорю об этом с ними позже, потому что мне пора было ехать на встречу.

— Мне пора, детка. Вернется Тейлор и вместе с Сойером отвезет тебя на работу.

— Только до двери.

— Да, только до двери. Будь осторожна.

Я встал и поцеловал ее, держа за подбородок.

— Пока, детка, — выдохнул я ей в губы. Она невероятно красивая…

— Пока, милый, хорошей тебе работы! — крикнула она мне вслед. Ее слова заставили меня улыбнуться. Сейчас мы были похожи на супружескую пару. Это как-то прозвучало настолько успокаивающе. Мне понравилось, что Ана проводила меня на работу. Это так непривычно для меня.

Когда Тейлор привез меня в «Грей Хаус», я попросил передать Сойеру, чтобы он следил за ней в оба. Она не должна покидать здание без сопровождения. На обеденный перерыв она не выйдет из издания, но все-таки мне бы хотелось, чтобы он не расслаблялся. Я просто не мог избавиться от мысли, что Ана не понимает серьезности всей ситуации и может наделать глупостей. Тейлор снова заверил меня, что Сойер очень серьезно относится к своей работе и взглянул на меня в зеркало заднего вида, прежде чем перевести свой пристальный взгляд обратно на дорогу.

Ладно… я сам понимаю, что чрезмерно опекаю Ану, но разве можно меня в этом обвинять? Я просто не могу даже думать о том, что с ней что-то случится… Но что я должен сделать, когда она сама подвергает себя риску?

От моих мыслей меня оторвала Андреа, сказав, что Флинн готов меня сегодня принять в пять часов. Я вздохнул с облегчением. Меня это устраивает. Я снова посмотрел на часы, время без пяти два. Пора идти на совещание.

Все, успокойся, Грей, выход есть всегда!



Глава 20. Встреча с Флинном

— Так что ты думаешь об Анастейше, Джон?

— Я думаю, что она очаровательная девушка, Кристиан, хотя, мне кажется, что ее внешность довольно обманчива. За этой застенчивой, тихой внешней оболочкой скрывается очень проницательная и умная молодая женщина.

— Почему ты так думаешь?

— Начнем с того, что она не постеснялась сказать в глаза, что думает обо мне. По ее словам, я дорогостоящий шарлатан, — саркастически сказал Джон. И я не сдержал смеха.

— Она бывает прямолинейной, — сказал я. Очень интересно, о чем они разговаривали во время танца. Я ненавижу быть в неведении, учитывая, что они, скорее всего, говорили обо мне.

— Анастейша быстро закрылась от меня, применив отвлекающий маневр. — Сказал он, как будто предвидел мой следующий вопрос. — Она не любит говорить о себе, зато ей интересно узнавать о других. Ана очень глубокий человек со сложным характером, и предполагаю, что ты это чувствуешь, поэтому она тебя так заинтриговала. Она очень милая девушка, поэтому я понимаю, почему она пленила твое сердце, так же, как и ты пленил ее, Кристиан.

— Да, Джон, пленила не то слово… И ты был прав. После того, что я натворил, она вернулась ко мне и призналась, что любит меня… Я никогда не думал, что это возможно… Мне так тяжело это осознавать, а еще трудней говорить об этом вслух.

— Это все из-за твоей патологической ненависти к самому себе, — вздохнул Джон, он явно был недоволен мной. — Кристиан, скажи, сколько раз мы говорили об этом? Ты способен давать и получать любовь, причем в огромных количествах. Я наблюдал за вами с Анастейшей на балу, вы выглядели по уши влюбленными друг в друга. На вас было очень приятно смотреть. Любовь — это прекрасное чувство, Кристиан.

— Я понимаю. Но это также меня очень сильно пугает. Я боюсь ее потерять, поэтому чувствую себя очень уязвимым. Я уже побывал в аду после того, как она ушла от меня, я не хочу проживать это снова и, если честно, я не уверен, что переживу.

— А ты рассказал Ане о том, как ты себя чувствовал? Ты говорил ей, что любишь ее?

— Вроде как. Она сама мне это сказала, прежде чем я признался ей. Она облегчила мне задачу.

— Как я и думал — твоя девушка очень проницательна. Я думаю, что она будет тебе отличной парой, потому что она, кажется, может разглядеть реального человека в том, кто старается максимально закрыться от всех людей. Теперь, когда ты, наконец, согласился с тем, что способен любить, хочу тебе посоветовать насладиться этими чувствами. Не стесняйся чаще говорить, что ты любишь ее. Любви не нужно стесняться или стыдиться, о ней нужно открыто заявлять. Это поможет сделать вашу связь прочнее. Ты должен гордиться этим чувством, заявляя о нем на весь мир.

— Я не знаю, смогу ли я это сделать. Ты же знаешь, что я очень закрытый человек, Джон.

— Я понимаю это, но с другой стороны, как ты можешь быть в этом уверен, если ты раньше этого не испытывал? А еще, я уверен, что это важно для Анастейши. Ей нужно слышать и видеть, как ты свободно и публично признаешься в своих чувствах к ней. Это помогло бы решить вопрос об ее уверенности в себе.

— Ты думаешь, что у нее есть проблемы с самооценкой?

— Ну, я думаю, что у большинства молодых женщин есть проблема с уверенностью в себе, — уклончиво ответил он, потом откашлялся и сменил тему. — Так что, я думаю, что тебе не нужно стесняться говорить об этом с Аной.

По крайней мере, я получил от него подсказку. Мне нужно чаще говорить, что я ее люблю. Я буду стараться изо всех сил, чтобы перебороть в себе этот страх.

— Как продвигаются ваши отношения в сексуальном плане? Я так понимаю, что у вас получилось найти компромисс. Каково тебе сейчас контролировать свои наклонности?

— На самом деле, Джон, это оказалось намного легче, чем я ожидал, во всяком случае, пока. Она позволила мне экспериментировать.

Здесь мне вспомнилось ванильное мороженное «Бен & Джерри & Ана».

МММ, как было вкусно.

Потом, она разрешила ее несколько раз отшлепать, потому что поняла, что это ее тоже заводит. Я не смог сдержаться от улыбки, вспоминая, как Ана умоляла меня, чтобы я ее отшлепал. Это было так неожиданно и приятно одновременно.

— Кристиан, это очень хорошие новости, ты делаешь успехи в поиске золотой середины.

— Да, но…

— Но что?

— Есть кое-что еще. И это для меня намного сложнее, чем я ожидал. Я не могу ее контролировать, и это меня сейчас очень беспокоит, потому что она занимает важное место в моей жизни. Ана согласилась некоторое время пожить у меня, пока я не решу вопрос с Лейлой. Я думал, что она разрешит мне заботиться о ней, но нет, она не позволяет мне этого делать, и принимает все решения самостоятельно. Иногда меня бесит ее упрямство и независимость. Из-за этого мне становится не по себе, ведь Лейла еще на свободе, возможно вооруженная и агрессивно настроенная по отношению к Ане. Я никогда себе не прощу, если с ней что-то случится.

— Какие решения она принимает самостоятельно?

— Она настояла на том, что пойдет сегодня на работу, хотя я не хотел ее отпускать.

Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, я даже не знаю с чего начать, как объяснить наш недавний конфликт. Я пропустил волосы сквозь пальцы, пытаясь успокоиться. Стоило мне только об этом подумать, я начинал сильно нервничать.

— Сегодняшнее утро началось очень хорошо. Я не помню, рассказывал тебе или нет, но пока мы не найдем Лейлу, Ана согласилась пожить у меня. Я никогда не думал, что буду счастлив разделить с ней свою квартиру. Когда переехала, для меня это был как недостающий кусочек пазла, который упал на свое место. Она спит со мной в одной постели. Кстати говоря, с тех пор, как я начал засыпать рядом с ней, мне больше не снились кошмары. А сегодня я проснулся от ее поцелуя, это было очень приятно. Это самая приятная вещь в моей жизни. — Потом я в подробностях рассказал ему, как прошло наше утро. — Когда я приехал на работу, то первым делом отправил ей письмо по электронной почте. Мы часто переписываемся с ней, когда я на работе. Я поймал себя на мысли, что этот способ общения гораздо удобнее для нее, так она свободнее выражает свои мысли и чувства.

— Это очень интересное наблюдение. Как ты думаешь, почему так происходит?

— Может быть, потому что ей комфортней написать, чем сказать?

— А может быть в тот момент, когда она тебе пишет, она тебя считает менее пугающим? — произнес Джон, рассматривая свои наручные часы, но не мою реакцию.

Мне потребовалось несколько минут, чтобы это обдумать.

— Думаю, что ты прав, но я над этим работаю, — признался я.

— Расскажи мне о вашей переписке, которая была сегодня.

— Я поблагодарил ее за прекрасные выходные, которые мы провели вместе, и написал, что надеюсь, что она никогда меня не оставит. Потому что мне хорошо с ней. Потом она попросила меня уточнить, означает ли это, что я хочу, чтобы она ко мне переехала. Я от радости подпрыгнул на месте. Я ответил ей, сказав, что это так.

— Понимаю. Это серьезный шаг для вас обоих в начале ваших отношений. И как же она отреагировала?

— Она сказала, что мы поговорим об этом сегодня вечером.

— Какая мудрая девушка. Это хорошая отправная точка для вас обоих, конечно, если вы оба этого хотите. Если вы одинаково чувствуете, что это правильно.

— Я очень рад, что она сейчас живет со мной в «Эскале», так она будет под моей защитой. Она понятия не имеет, сколько опасностей может поджидать ее на каждом шагу.

— Что ты имеешь в виду, Кристиан?

— В сегодняшней переписке, она сказала мне, что должна будет уехать в Нью-Йорк на конференцию. Это означает отъезд в среду и ночевку, понимаешь, Джон? Она хотела поехать в Нью-Йорк со своим боссом! Этот гребаный слизняк положил на нее глаз, я видел это! А еще, как показала моя проверка, у него всегда были молоденькие ассистентки и они не задерживались на своем месте дольше трех месяцев. У меня пока нет доказательств, но я уверен, что они все прошли через его постель. Он явный бабник, если за ним нет чего-то похуже. Вот скажи, как я должен был на это согласиться?

— И как же ты отреагировал на эту предполагаемую поездку?

— Я сказал, что она туда поедет только через мой труп. Я не позволю, чтобы он дотянулся до нее своими грязными лапами. Я сказал, что могу сам отвезти ее в Нью-Йорк, если она хочет там побывать, у меня там есть квартира.

— Как я понимаю, она не согласилась с твоим заявлением, потому что на работе у нее есть определенные обязанности, и она должна выполнять любые поручения, которые касаются работы.

— Можно и так сказать. Она сказала, что я перегибаю палку. Я сказал ей, что не за свои трусики беспокоюсь, на что она прислала мне целое сочинение на тему доверия и закончила свои разглагольствования упоминаниями о некоторых моих сексуальных пристрастиях, со своей гребаной рабочей электронной почты! Господи Боже, мне пришлось в срочном порядке звонить Барни, чтобы он зашел к ним на сервер и удалил все сообщения. Разве можно быть такой идиоткой? Я попросил, чтобы она этого больше не делала. Потом она позвонила, чтобы сказать, что она поедет в Нью-Йорк с этим конем, нравится мне это или нет, и повесила трубку! Это просто невероятно! Она, в самом деле, повесила свою чертову трубку! Ей даже было не интересно, что я хочу ей сказать на это! Это немыслимо! Никто никогда раньше не смел этого делать, Джон!

Я смотрел на него, он сидел, по-видимому, едва сдерживая улыбку.

— Кристиан, ты пропустил один из сложных периодов взросления — подростковый период. Но теперь, вы с Анастейшей наверстываете упущенное время, заполняя эти пробелы в твоей жизни. Так, как вам удалось разрешить эту конфликтную ситуацию?

— У нас не получилось договориться, поэтому мне пришлось все взять под свой контроль. Мне пришлось потянуть за несколько рычагов, чтобы получить немедленный мораторий на все расходы в СИП, в результате которого Хайд поедет на конференцию один.

— Ты хочешь сказать, что вмешался в ее работу, чтобы помешать ей поехать по рабочим делам в Нью-Йорк? Не может быть! Ты понимаешь, что эта спонтанная реакция может загубить ее, только начинающуюся, карьеру? И позволь спросить, как тебе удалось ввести мораторий?

— Я не могу сейчас тебе рассказать, как именно, но скажу одно, что я готов на все, чтобы защитить то, что принадлежит мне. И я не перегибаю палку. С моей стороны это разумная предосторожность.

Я понимаю, что глупо сейчас не рассказывать Флинну о покупке СИП, формально на эту новость наложено эмбарго. Я знаю, что он не будет использовать эту конфиденциальную информацию, но все же.

Он молча наблюдал за моей реакцией и в миг его глаза в ужасе расширились.

— Ты покупаешь фирму? Ты хочешь возглавить компанию, в которой работает Анастейша, для того, чтобы ее контролировать? Ты хоть понимаешь, как это выглядит?

— Для меня это выглядит как защита. Я буду вмешиваться только в случае крайней необходимости. А что я, по-твоему, должен был сделать? Просто стоять и смотреть на то, как он пускает рядом с ней слюни и помыкает ею, аргументируя тем, что он ее босс? Потому что это так и есть, мы недавно проходили это, Джон. В пятницу, когда они после работы всем офисом пошли в бар! Я даже вспоминать это не хочу. Я не доверяю ему. Она маленькая беззащитная девочка, которая не сможет постоять за себя, если он на нее набросится. А вдруг в Нью-Йорке он подсыплет ей Рогипнол, и будет насиловать ее, пока она физически не сможет сопротивляться. Я помню, какой беспомощной она была, когда напилась в баре, и на нее накинулся фотограф с поцелуями, и если бы я не оказался рядом… Он бы ее…

Я закрыл глаза. Меня передернуло только от одной мысли, чем тот вечер мог для нее закончиться, зная, что она была девственницей.

— Откуда ты знаешь, что будет именно так, как ты говоришь? Ты сделал из Джека Хайда монстра, только потому, что он босс твоей девушки, и ты заметил, что она ему симпатична?

— Я доверяю своей интуиции. Она редко ошибается. Хайд — очень плохой человек, и я не позволю Ане из-за собственного невежества и наивности подвергать себя опасности, находясь рядом с ним.

— Я уверен, Кристиан, что Ана не позволит себе попасть в такую ситуацию, и не станет подвергать себя опасности.

— Нет? Ну, тогда угадай, что она сделала дальше. Несмотря на то, что где-то рядом по улицам ходит Лейла с пушкой наперевес, которая знает, где она работает. Несмотря на то, что обещала не выходить из здания в течение дня, чтобы я согласился с тем, что Сойер не будет сидеть около нее целый день, она все равно вышла одна в обеденное время, подвергая себя опасности, просто потому, что ленивый ублюдок Хайд попросил купить ему ланч! К счастью, я оказался очень предусмотрительным и приказал Сойеру контролировать центральный вход, поэтому он увидел, когда она выходила, и проследил, чтобы обеспечить безопасность.

— Что тебя расстроило больше всего? То, что Анастейша не послушалась тебя, или то, что, по твоему мнению, она подвергла себя опасности?

— Это одно и то же. Я должен быть уверен, что она в безопасности, поэтому я дал ей определенные инструкции. Когда я позвонил Ане после обеда, чтобы высказать о безответственности, ее слова повергли меня в шок.

— Что она сказала?

— Что я должен перестать себя так вести, потому что я давлю на нее. Она была очень злой и расстроенной. Наш короткий разговор меня очень сильно взволновал. Честно сказать, я подумал, что это конец… но она сказала, что на эту тему поговорит со мной дома. Поэтому я попросил о встрече сегодня, Джон. Я хотел обо всем этом поговорить с тобой. Мне нужно посмотреть на все другими глазами… Слушай, я ведь просто пытаюсь защитить ее. Я не хочу давить на нее. Мне бы хотелось, чтобы она рядом со мной чувствовала себя свободно, а по ее словам я душу ее, но я не хочу этого. Что я могу сделать, учитывая все обстоятельства? Я думал, что ей нужен человек, который сможет защищать, но теперь я совсем не понимаю, что она хочет, и я боюсь ее реакции… Теперь я должен ждать вечера, чтобы услышать то, о чем она хочет поговорить. Хайд заставил ее сегодня остаться допоздна, потому что ему необходимо подготовить чертовы документы. Она же не поедет с ним в Нью-Йорк, чтоб его…

— Я не понимаю, почему ты удивляешься ее реакции, Кристиан? Как она еще должна себя чувствовать? Как бы ты себя чувствовал на ее месте? Что должен испытывать человек, который привык к самостоятельности, и которого сейчас пытаются контролировать и ограничивать во всем? Ты должен помнить, что она не саба и она не соглашалась на контрактные отношения. Как бы сильно тебе этого ни хотелось, ты не сможешь защитить ее от возможных рисков. Хотя, с твоим прошлым, я понимаю, почему ты так себя ведешь. Однако ты должен быть осторожен, чтобы то, что ты сейчас делаешь, не возымело обратный эффект. У Анастейши может возникнуть желание скрывать все от тебя в будущем, чтобы предотвратить твое вмешательство. Она свободная, независимая, сильная духом девушка, которой не нужно твое разрешение на каждое ее действие. Если она решит что-то сделать, то она это сделает.

— Я не то хотел сказать. Не знаю, как правильно это сформулировать… У меня нет никаких прав. Например, если она заболеет, юридически я для нее никто. Если я соберусь оплатить ее лечение, то она, несмотря на то, что у нее практически нет денег, не позволит мне этого сделать. Она не принимает мои подарки — вот почему она сделала эту глупую ставку на мой дом в Аспене на маскараде, потому что я нашел способ положить определенную сумму на ее банковский счет, а она отказалась их принимать. Но я думаю, что если бы был ее мужем, все было бы иначе.

— Понятно. Так ты уже задумался о том, чтобы сделать Анастейше предложение?

Кажется, Джон сейчас очень удивлен. Он нахмурился и что-то начал быстро записывать в своем блокноте.

— Да. Мы ночевали в отеле на выходных, и номер был заказан для нас, как для супругов. Это заставило меня задуматься. Я хочу, чтобы Ана была моей женой. Это будет отличным сообщением для всех кобелей, которые вьются возле ее ног.

— То есть, для тебя этот шаг, как сообщение окружающему миру? А ты говорил об этом с Аной?

— Нет, пока не говорил. Я понимаю, что еще слишком рано, но теперь я знаю, что я чувствую и чего я хочу. Я не вижу смысла продлевать эти непонятные отношения, не хочу тратить на это время. Я всегда принимал быстрые решения в бизнесе, в этом моя сильная сторона. Когда ты знаешь, чего хочешь и делаешь все возможное, чтобы достичь поставленной цели. Я не хочу, чтобы Ана ушла от меня. Я не выдержу, если она будет с кем-то еще, и я уверен, что мне больше никто не нужен, кроме нее. Поэтому, я думаю, что следующий логический шаг в развитии наших отношений — пожениться. Таким образом, я полноправно смогу принимать участие в ее жизни и у меня появится возможность защищать и заботиться о ней.

Джон откинулся на спинку стула и начал пристально изучать меня. Минуты две он, задумавшись, смотрел на меня, постукивая указательным пальцем по губам.

— У тебя нет большого опыта в общении с женщинами, не так ли Кристиан? Я имею в виду обычные отношения, не сексуальные. — Быстро уточнил он, когда я в удивлении поднял брови, глядя на него. — Ты понимаешь брачный договор между мужчиной и женщиной, как бизнес-контракт, не так ли? Даже если ты станешь мужем Аны, это все равно не даст тебе права указывать ей, что она может делать, а что нет. На самом деле, брак не решит вопрос контроля над ней.

— Нет, я понимаю это, но наверняка она дала бы мне больше возможностей управления, чем у меня есть сейчас. Статус моей девушки ни о чем не говорит ее ухажерам. И я действительно хочу разделить с ней все, что у меня есть. Но сейчас, она ничего не принимает от меня, потому что ее гордость не позволяет этого сделать. Я бы хотел показать всему миру, что предан ей, потому что я люблю ее.

— Ах, наконец-то я услышал эти слова. Это и должно быть главной причиной для того, кто хочет жениться. Потому что ты любишь Анастейшу. Это мне нравится гораздо больше. — Джон улыбнулся. — Я думаю, что твое предложение Ане выйти за тебя замуж — прекрасная цель. Но прежде чем бегать, нужно научиться ходить. Ваша первоочередная задача — научиться общаться друг с другом, чтобы уменьшить конфликтные ситуации. По логике, это первый шаг к тому, чтобы добиться своей цели. Она умная женщина, поэтому постарайся больше говорить с ней и объяснять свои действия, вместо того, чтобы приказывать. Всякого рода указания будут только ее злить, и впоследствии она может взбунтоваться.

— Но я только забочусь о ней и пытаюсь оградить от всего дерьма. Я не хочу, чтобы она расстраивалась и переживала из-за этого. Это же логично, ведь так? Зачем ей бунтовать? Я не понимаю, почему женщины себя так ведут?

— Мне вспомнились слова Оскара Уальда: «Женщины созданы для того, чтобы их любили, а не для того, чтобы их понимали». В принципе, мой совет заключается в том, чтобы ты не ставил под сомнения ее способность логически мыслить и здраво рассуждать. Ты должен принимать в расчет ее чувства и мысли, а не игнорировать их, думая, что только ты знаешь, как будет лучше. Расскажи ей обо всем, спроси ее мнение. Если ты действительно хочешь жениться на ней, тебе нужно научиться жить в равноправных, партнерских отношениях.

— Я услышал твое мнение… Ты ведь не думаешь, что мое желание пожениться — плохая идея? Я никогда не предполагал, что подобное развитие событий возможно для такого человека, как я. Но с того момента, как встретил Анастейшу, я сделал много открытий. У меня еще много сомнений, до сих пор думаю, что я ей не подхожу, и она не согласится за меня выйти. А если выйдет, как ты думаешь, не сделает ли ошибку? Я так и не рассказал Ане, кто я есть на самом деле. Уверен, когда она об этом узнает, то сбежит от меня без оглядки.

Вряд ли она смирится с мыслью, что человек, с которым она живет, на самом деле гребаный садист, который обожает хлестать молоденьких девушек с каштановыми волосами, таких как она.

Никогда не забывай, что ты больной ублюдок, Грей.

Я в ожидании смотрел на Джона, зная, что он всегда предельно откровенен со мной. Мне нравилось в Джоне то, что он не говорил мне то, что я хотел услышать, а только то, что думал.

— Сколько тебе повторять, что нужно идти маленькими шажками, Кристиан. Я думаю, что пока вы будете вместе работать над отношениями, поддерживая открытыми все каналы связи между вами, то брак будет идеальной целью, к которой вы будете стремиться. Я считаю, что учиться поддерживать друг друга, ваши сильные и слабые стороны, были бы идеальной терапией для вас обоих.

Терапия для Аны? Он считает, что Ане тоже нужна помощь?

Я посмотрел на часы, они показывали без двух минут семь — наше время истекло.

— Спасибо, Джон, мне пора ехать. Ты дал мне много пищи для размышлений.

— Кристиан, я хочу, чтобы ты воспользовался моим советом, как бы сложно для тебя это ни было. Если ты сделаешь так, как я тебе предложил сделать, ты заметишь, как все поменяется в твоей жизни в лучшую сторону.

Я вышел от Джона, чувствуя себя спокойней. Он, по крайней мере, не был в ужасе от моей идеи жениться на Ане и не отверг эту возможность для меня.

На часах пять минут восьмого. Нужно позвонить Ане и выяснить во сколько она освободится.

— Привет, — произнесла она спокойным, но уставшим голосом.

— Привет, когда ты закончишь?

— В половине восьмого.

— Я буду ждать тебя на улице.

— Хорошо. Я все еще злюсь на тебя, — прошептала она. — Нам нужно многое обсудить.

— Знаю. Жду тебя в семь тридцать, — сказал я и положил трубку. Не хочу, чтобы она слышала, что я нервничаю.

Тейлор припарковал «Ауди» у тротуара. На улице сегодня целый день лил дождь. Я быстро сел в машину, и мы поехали в СИП за Аной. Когда Тейлор влился в поток машин, я вспомнил, что Ана сегодня присылала мне письмо от Элены. Не пойму, почему она к ней так прилипла? Сейчас у меня как раз появилось время, чтобы поговорить с Эленой.

Я набрал ее номер.

— Ой, вы только посмотрите, кто про меня вспомнил! Кристиан, здравствуй дорогой, рада тебя слышать.

— Сколько раз я должен тебе повторить, чтобы ты оставила Анастейшу в покое? — прорычал я. — И как ты вообще умудрилась найти адрес ее рабочей электронной почты?

В ответ Элена рассмеялась.

— Она снова к тебе прибежала? Этому ты ее очень хорошо обучил, вместо того, чтобы поставить эту строптивую девчонку на место. Что касается адреса почты, то я просто позвонила на ресепшн СИП и мне его любезно дали, а почему это должно быть каким-то секретом?

— Как ты узнала, где она работает? — мне это очень интересно .

— На маскараде твоя Анастейша была популярной темой для обсуждений, многие до этого бала думали, что ты гей. Если бы они только знали правду, да? — Элена взорвалась пронзительным звонким смехом, который начал меня раздражать, не вижу в этом ничего смешного.

— Элена, я не понимаю, зачем ты за моей спиной, в очередной раз, пытаешься с ней встретиться? Я ведь просил тебя не лезть. И она не прибежала ко мне. Я очень рад, что Ана прислала мне твое письмо, вместо того, чтобы пойти с тобой на встречу. Отцепись от нее. Лучшими подругами вы с ней точно не будете. И что за непонятное желание заполнить для нее какие-то пробелы?

— Я задела тебя за живое? Боишься, что я могу рассказать то, что ты тщательно пытаешься от нее скрыть? Не думаешь ли ты, что поступаешь нечестно по отношению к своей мышке, скрывая, кто ты на самом деле? Сколько ты будешь еще притворяться, учитывая, что вы с ней находитесь в постоянных отношениях, хотя я не до конца понимаю, что все это значит. И вообще, это я не понимаю, Кристиан, почему ты злишься на меня за то, что я пытаюсь сгладить углы. Я вижу, что она много значит для тебя. Знаю, что все эти репрессии, о которых ты ей не рассказываешь — твои истинные потребности и желания, поэтому тебе сложно в ваших отношениях. Я подумала, что вам обоим понадобится помощь и поддержка, чтобы она смогла по-настоящему понять и принять все твои проблемы, понимаешь? Потому что тебе больше никто, кроме меня, не сможет предложить такую помощь. Я сочла своим долгом предложить помощь, чтобы ты не думал, что будешь обузой для меня, если попросишь об этом. Я всегда буду с тобой, Кристиан, чтобы не случилось.

— Мне не нужна твоя помощь. Анастейше тоже не нужна. Так что просто уйди из нашей жизни, Элена. Не нужно вмешиваться в дела, которые тебя не касаются, ты поняла? Это последнее предупреждение!

— Как пожелаешь, Кристиан. Но чтобы ты сейчас ни говорил в порыве эмоций, просто помни, что я всегда была твоим верным другом, и я никогда не отвернусь от тебя. Я всегда была рядом и это никогда не изменится, какой бы тип отношений ты ни выбрал сейчас.

— Я ценю твою заботу, но нам не нужна ни твоя помощь, ни твоя поддержка. До свидания, Элена.

— Хорошо, сейчас я отступлю, но я все равно буду присматривать за тобой. До свидания, Кристиан.

Я положил трубку, когда мы подъехали к СИП. Ана вышла под ливень и побежала к машине. Мне сложно было оценить ее настроение. Злится ли она еще на меня? По телефону сказала, что злится.



Глава 21. Только ты и я

Ана торопливо прыгнула в машину, спасаясь от дождя.

— Привет, — пробормотала она.

— Привет, — ответил я и взял ее за руку, слегка сжимая. Я так хотел прикоснуться к ней. Флинн сказал, что мы должны научиться общаться, поэтому я решил спросить напрямую.

— Ты все еще злишься?

— Не знаю, — пробурчала она. По крайней мере, открытой злости я не заметил. Поднес ее руку к губам и покрыл нежнейшими, словно мотыльки, поцелуями. Она не отняла ее у меня, значит все не так плохо, как мне думалось.

Я так по ней соскучился.

— День был ужасный, — тихо сказал я. Мне стало намного спокойнее, когда она сидела рядом.

— Да, верно.

— Теперь, раз ты здесь, жизнь налаживается, — прошептал я, поглаживая ее руку. Люблю к ней прикасаться.

Тейлор умело лавировал в вечернем транспортном потоке. Мы подъехали к «Эскале». Тейлор высадил нас у входа, и мы забежали внутрь. Стоя возле лифта, я держал Ану за руку и одновременно сканировал пространство. Затем перевел взгляд на Ану и понял, что она заметила это.

— Как я понимаю, вы еще не нашли Лейлу.

— Нет. Уэлч ее ищет, — уныло ответил я.

Открылись створки лифта и мы в него вошли. Двери закрылись, оставляя нас наедине в замкнутом пространстве. И тут внезапно, ниоткуда, это чувство — страсть, желание, электричество. Ох, черт! Что-то мощное окутало нас, словно туман. Я хочу ее, прямо здесь. Прямо сейчас. Я посмотрел в потемневшие глаза Аны.

— Ты чувствуешь? — прошептал я.

— Да.

— Ох, Ана! — простонал я и обнял ее дрожащими руками.

Одной рукой зарылся в волосах на ее затылке, запрокинул ее голову и нашел губы своими. Ее пальчики зарылись в моих волосах, прижимая меня ближе к себе. Я прижал ее к стене лифта.

— Я очень не люблю с тобой спорить, — прошептал я в губы, и вложил в поцелуй всю свою страсть и отчаяние. Все напряжение, которое накопилось за целый день, требовало разрядки. Другой рукой провел вверх по ее ноге и обомлел.

— Господи Иисусе, ты носишь чулки, — простонал я, лаская пальцами кожу над чулками. Чулки — это так эротично. — Я хочу посмотреть… — Задрал юбку еще выше, до верха бедер. Я не дождусь, когда мы окажемся в спальне. У меня за сегодняшний день чуть крыша не поехала от отчаяния. И теперь, она стояла передо мной в задранной юбке и чулках. Не могу себя больше сдерживать. Не хочу.

Сделав шаг назад, я нажал кнопку «стоп». Лифт плавно остановился между двадцать вторым и двадцать третьим этажом. Я всегда знал, что наступит день, когда я возьму ее здесь, в этом лифте, и сегодня тот самый день. Мы смотрели друг на друга, тяжело дыша, она прислонилась к стене лифта и соблазнительно посмотрела на меня.

— Распусти волосы, — приказал я. Я хочу, чтобы она показала, какой соблазнительницей может быть. Ана подчинилась, и волосы густым облаком упали на плечи. — Расстегни две верхние пуговки на блузке, — прошептал я. Она медленно выполнила мою просьбу. И теперь я мог видеть ее фантастическую грудь.

— Ты не представляешь, насколько ты меня волнуешь!

Она отрицательно качнула головой и прикусила губу, зная, как на меня это действовало. Я прикрыл глаза и громко сглотнул слюну, стараясь держать себя под контролем. Я снова открыл глаза и на шаг приблизился к ней, оперся ладонями о стену лифта, по обе стороны от ее лица, не прикасаясь. Она подняла лицо, а я наклонился и потерся носом о ее нос.

— Уверен, что вы знаете это, мисс Стил. Уверен, что вам нравится доводить меня до исступления.

— Разве я довожу тебя до исступления? — хрипло прошептала она, по-прежнему глядя мне в глаза.

— Во всем, Анастейша. Ты сирена, богиня. — Хочу раствориться в ней. Я подхватил ее ногу выше колена и обвил свою талию. Теперь она была открыта для меня, и мой член требовал контакта. Она, почувствовав мою эрекцию, громко простонала и откинула голову назад. Я провел губами по ее горлу. От нее исходил божественный аромат, этот запах сводил меня с ума. Ана со стоном обняла меня за шею. Я должен сейчас ее трахнуть. Я чертовски хочу этого!

— Сейчас я тебя возьму, — прошептал я, и в ответ она выгнула спину, прижимаясь ближе ко мне, потерлась, наслаждаясь фрикцией. Она в отчаянии, так же как и я.

Я издал низкий горловой стон, подхватил ее и поднял выше, плотнее прижимая к стене, расстегнул ширинку и достал из кармана презерватив. Жду не дождусь, когда мы сможем быть по-настоящему спонтанными и не зависеть от этих чертовых резинок.

— Держи крепче, малышка, — прошептал я и поднес серебристый пакетик к ее рту. Она сжала его зубами, я потянул, и мы вскрыли его. — Молодец. — Я чуть отодвинулся и надел презерватив. — Господи, не могу дождаться, когда пройдут шесть дней, — проворчал я, глядя в ее затуманенные глаза. — Надеюсь, ты не очень дорожишь этими трусиками. — Я просто сорвал их и медленно в нее вошел. Меня всегда поражала ее способность быть всегда готовой для меня. Она вся кипела от страсти, принимая каждый мой толчок.

Ее окутывающий аромат — моя погибель. Я преклоняюсь перед ней. Я люблю ее… Господи, как же я ее люблю… Я почувствовал, что она крепко сжала мой стальной член стенками лона. Там так влажно, горячо, туго…

Ах… а… Да, детка.

Мы слились в единое целое, как же нам хорошо вместе! Я медленно двигался, смакуя каждое проникновение. Слышны были только наши стоны истинного удовольствия. Я не дам ей никогда уйти, чтобы она обо мне ни узнала! Я не переживу ее ухода, я не переживу, если она предпочтет меня другому. От этой мысли у меня потемнело в глазах.

— Ты моя, Анастейша, — хрипло пробормотал я, дыша ей в шею.

— Да. Твоя. Когда ты привыкнешь к этому? — задыхаясь, ответила она. Ана простонала, когда я вошел в нее еще глубже, и начал двигаться быстрее, ощутив пульсацию вокруг меня. Она отдалась моему ритму, наслаждаясь каждым движением.

Идеальная для меня. Моя Ана.

Я начал жесткие, карающие движения. Она открылась вся и только для меня. Я входил в нее глубоко… очень глубоко… Она моя… а я ее… и нет больше ничего вокруг, только она, ее запах, который уносил меня к самой вершине наслаждения. Она сжала меня еще сильнее, по всей длине члена. Это настолько фантастическое ощущение, что я потерял себя в ней, крича ее имя. Она не отстала от меня и кончила, выкрикивая мое имя.

— Ох, Ана, — со стоном прошептал я и поцеловал в лоб. — Ты так мне нужна.

— И ты мне, Кристиан.

Я опустил ее, одернул ее юбку и застегнул пуговицы на блузке. Потом застегнул брюки и убрал в карман презерватив. Мне стало намного лучше. После этого набрал на панели комбинацию цифр, и лифт ожил.

— Тейлор наверняка удивляется, куда мы пропали, — прокомментировал я с сальной ухмылкой.

Думаю, он удивился, что мы до сих пор не в квартире, хотя ушли раньше него. Наверняка он догадался, что мы не просто так застряли в лифте. Ана торопливо пыталась пригладить свои волосы и поправить одежду.

— Нормально, — улыбнулся я.

Зачем скрывать то, чем мы тут занимались. Тейлор, скорее всего, видел в камеру. Надеюсь, что он не увлекся просмотром нашего пикантного уединения. И мне плевать, что он думает по этому поводу. Если я хочу трахать свою девушку в лифте, значит так и будет.

Когда дверцы лифта раздвинулись, Тейлор стоял возле него в ожидании нас.

— Проблемы с лифтом, — небрежно сказал я Тейлору, когда мы вышли из лифта.

Ана покраснела и поспешила в спальню, не глядя на него. Тейлор смотрел на нас с бесстрастным лицом, он точно знал… ну и что, да, я трахал ее в лифте… Теперь мне нужно сходить в кабинет Тейлора и удалить эту запись с камеры! Я еще раз взглянул на запись, скопировал ее себе на флешку и удалил с компьютера. Захотелось оставить это видео себе на память. Она тут такая раскованная, хорошо, что она не знала о скрытой камере.

Положив флешку в карман, пошел на кухню. Там во всю хлопотала миссис Джонс. Через пять минут пришла Ана. Мы присели за барную стойку, и Гейл поставила перед нами тарелки с ужином.

— Кушайте на здоровье, мистер Грей, Ана, — сказала она и оставила нас вдвоем.

Я достал из холодильника бутылку белого вина и, пока мы ели, рассказывал, как я усовершенствовал мобильный телефон на солнечной батарее. Мы как раз сегодня это обсуждали на совещании, и я был доволен результатом. Ана очень внимательно слушала, и мне нравилось, что ей интересно, чем я занимаюсь. Мне еще никогда не было так приятно об этом рассказывать.

С ней не только потрясающий секс, но еще интересно просто посидеть и поговорить, не так ли Грей?

Она действительно особенная женщина. Одна на миллион. Триллион. Нет, она уникальна. Такой, как она, больше нет. Я не прощу себе, если упущу ее.

Я рассказал о том, что у меня есть недвижимость в Аспене, Нью-Йорке и «Эскале». Больше я ничего не покупал. Мы доели, она собрала наши тарелки и отнесла в раковину. Ана постоянно забывала о том, что у меня есть домработница.

— Оставь. Гейл вымоет, — проговорил я. Теперь мы должны поговорить о том, что сегодня произошло. — Ну, мисс Стил, теперь у вас более или менее кроткий вид. Поговорим о сегодняшних событиях?

— По-моему, это ты выглядишь более кротким. Мне кажется, я делаю полезное дело, укрощая тебя.

— Меня? Укрощая? — я фыркнул с насмешкой. А потом подумал, что так и есть. Я не доминировал над ней в последние дни.

Что с тобой происходит, Грей? Как так получилось, что она тебя укрощает?

— Да. Пожалуй, ты права, Анастейша. — я вынужден с этим согласиться.

— Ты был прав насчет Джека, — спокойным голосом произнесла она.

Я почувствовал, как кровь леденела в жилах. Я знал, черт возьми. Знал, что он конченая мразь. Что он сделал, если она поняла, кто он есть на самом деле?

— Он приставал к тебе? — прорычал я и не узнал собственный голос.

Я убью его, если это так. Чувствую, что теряю самообладание и вот-вот взорвусь. Я знаю это ощущение, я могу сейчас легко потерять контроль, как раньше, когда был подростком.

Успокойся, Грей, тебе не пятнадцать лет, ты долго и упорно работал над тем, чтобы научиться контролировать свою ярость. Мне нужно сначала выяснить, что произошло. Я смотрел на Ану, а она отрицательно мотнула головой.

— Нет, и не будет, Кристиан. Сегодня я сказала ему, что я твоя девушка, и он отступил.

Почему она в этом так уверена?

— Точно? А то я уволю этого мудака, — грозно рыкнул я.

Мне плевать, что он может подать на меня в суд. Я избавлюсь от этого коня в считанные секунды.

— Ты должен мне позволить выигрывать собственные сражения. Ты ведь не можешь постоянно опекать меня. Это душит, Кристиан. Я никогда не добьюсь ничего в жизни, если ты будешь все время вмешиваться. Мне нужна некоторая свобода. Ведь я не вмешиваюсь в твои дела.

Мне вспомнился разговор с Флинном. Я должен прислушаться к ее мнению и должен учитывать ее чувства и желания.

— Я хочу лишь твоей безопасности, Анастейша. Если с тобой что-нибудь случится, то я… — я никогда себе этого не прощу.

— Знаю и понимаю, почему ты так стремишься защитить меня. И мне отчасти это нравится. Я знаю, что если ты мне понадобишься, то ты будешь рядом со мной, как и я — рядом с тобой. Но если мы хотим надеяться на совместное будущее, то ты должен доверять мне и доверять моим оценкам. Да, я иногда ошибаюсь — делаю что-то неправильно, но я должна учиться.

Она долго смотрела на меня, потом глубоко вздохнула, встала со своего стула, обошла вокруг стола и встала у меня между ног. Взяла мои руки и обвила их вокруг своей талии.

— Ты не должен вмешиваться в мою работу. Это неправильно. Я не хочу, чтобы ты появлялся как светлый рыцарь и спасал ситуацию. Понятно, что ты хочешь держать все под контролем, но не надо этого делать. Все равно это невозможно. Научись терпению. — Ох, поверь мне детка, я определенно темный рыцарь, мое воображение уже подкинуло пару кровожадных мыслей о том, что я хотел бы сделать с Хайдом. Она подняла руку и начала гладить меня по щеке. От этого нежного контакта, я почувствовал себя немного спокойней. — Если ты научишься терпению и дашь мне свободу действий, я перееду к тебе, — тихо добавила она, нежно поглаживая мое лицо и смотря мне прямо в глаза.

— Правда? — с надеждой в голосе прошептал я.

— Да.

— Но ты меня не знаешь. — Потому что, если ты узнаешь… если бы ты узнала всю правду обо мне, поверь мне, ты убежишь. От этой мысли, я почувствовал, как к горлу подкатил тошнотворный комок.

— Я уже неплохо знаю тебя, Кристиан. Теперь я ничего не испугаюсь, что бы ты ни рассказал о себе. — Ты действительно не понимаешь, о чем говоришь, моя маленькая. — Вот только если бы ты смог ослабить свой контроль надо мной, — умоляюще закончила она.

Слова Флинна снова вернулись ко мне. Я должен рассказать о своих опасениях по поводу ее безопасности.

— Я стараюсь, Анастейша. Но только я не мог позволить тебе поехать в Нью-Йорк с этим… слизняком. У него нехорошая репутация. Ни одна из его секретарш не задержалась дольше трех месяцев, они уходили из фирмы. Я не хочу, чтобы такое случилось с тобой, — я глубоко вздохнул. — Я не хочу, чтобы с тобой вообще что-нибудь случилось. Меня приводит в ужас мысль, что тебя могут обидеть. Я не могу обещать тебе, что не буду вмешиваться, особенно если увижу, что тебе что-то угрожает. — Я должен это сказать вслух, как же это тяжело. Я сделал глубокий вдох. — Я люблю тебя, Анастейша. Я буду делать все, что в моих силах, чтобы защитить тебя. Я не представляю себе жизни без тебя.

Ана смотрела на меня, а потом на ее лице появилась легкая застенчивая улыбка. Ее глаза засветились от невысказанных эмоций.

— Я тоже люблю тебя, Кристиан. — прошептала она. Затем наклонилась, поцеловала и наш поцелуй затянулся.

Это для нас особенный момент. Я в первый раз ей сказал эти слова. Я. Люблю. Ее.

Но наш прекрасный момент нарушил Тейлор, тактично откашливаясь, чтобы привлечь мое внимание.

Одному Богу известно, сколько он там простоял, в ожидании подходящего момента.

— Что? — резко огрызнулся я, зная, что у него должна быть веская причина, чтобы прервать нас.

— Сюда поднимается миссис Линкольн, сэр.

— Что?

Зачем Элена сюда приперлась, да еще и без предупреждения! Конечно, ей необходимо было прийти именно тогда, когда у нас с Аной только все наладилось. Я еще не осознал того, что мне посчастливилось услышать, что она готова ко мне переехать.

Тейлор пожал плечами, словно извинялся. Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Что ж, будет интересно, — пробормотал я, зная, что Ана не выносит Элену.

Но я должен смириться с тем, что мне никуда не деться от прошлого. И прямо сейчас, я имею дело с последствиями. Женщина из моего прошлого встретится лицом к лицу с женщиной из моего настоящего и, надеюсь, моего будущего тоже.



Глава 22. Нежданная гостья

— Ты говорил с ней сегодня? — уточнила она, пока мы ждали Элену.

— Да.

— Что ты сказал?

— Что ты не хочешь ее видеть, и что я понимаю причины твоего нежелания. Еще сказал, что не одобряю ее активность за моей спиной.

Это самая малость из нашего разговора, зато правда.

— А она что?

— Отмахнулась от меня так, как может только Элена.

А сейчас ее удар хватит от того, что ты здесь. Я улыбнулся собственной мысли, представляя реакцию Элены. Я очень хочу на это посмотреть.

— Зачем она явилась сюда, как ты думаешь?

— Понятия не имею, — ответил я, пожимая плечами.

В комнату снова вошел Тейлор.

— Миссис Линкольн, — объявил он.

Вот и она. Как обычно, одета в черное: облегающие джинсы и рубашка подчеркивали ее идеальную фигуру, а вокруг головы — ореол ярких, блестящих светлых волос.

— Элена, — произнес я с удивлением и обнял Ану за талию.

Она в изумлении заметила Ану, стоящую рядом со мной, и это еще мягко сказано. Элена в ужасе застыла на месте с открытым ртом. Ей не удалось скрыть собственного потрясения.

Черт, я не ожидал такой реакции, но выглядело это забавно. Я притянул Ану ближе к себе, пытаясь ее успокоить, зная, что она не рада нежданной гостье.

Наконец-то, к Элене вернулся дар речи.

— Прости, Кристиан. Я не знала, что ты не один, а в компании. Ведь сегодня понедельник.

Кто бы сомневался… Элена ошибочно предполагала, что у нас с Аной контракт, как с предыдущими нижними. Они оставались только на выходные, но никогда в будние дни, как сегодня, поэтому, естественно, Элена думала, что я здесь один. Это говорило только об одном, она до сих пор не принимала наши отношения с Аной. Да, они кардинально отличаются от тех, что у меня были до нее.

— С девушкой, — напомнил ей, выразительно указывая на Ану, и улыбнулся.

Мне не понравилось, что она проигнорировала мою девушку, как будто она предмет мебели. Пусть теперь привыкает, что я не один…

— Конечно. Привет, Анастейша. Я не думала, что ты здесь. Знаю, что ты не хочешь говорить со мной. Что ж, ладно, — сказала она, мило улыбаясь. Элена быстро вернула себе самообладание и направилась к нам.

Я почувствовал аромат духов Элены. Слишком тяжелый для меня. Странно, раньше он мне нравился, но сейчас казался слишком приторным и навязчивым, как и сама его обладательница.

— Правда? — сказала Ана прохладным тоном.

Я впечатлен. Ана всем своим видом показала неприязнь к Элене.

— Да, я получила ответ. Я здесь не для того, чтобы встретиться с тобой. Я уже сказала, что у Кристиана редко бывают гости в течение недели. У меня проблема, и мне нужно обсудить ее с Кристианом.

— Да? — теперь мне было любопытно, в чем дело . — Выпьешь что-нибудь?

— Да, спасибо, — поблагодарила она, приглаживая свои белые волосы.

Я отправился за бокалом, раздумывая о том, что все-таки предпочитаю брюнетку, и желательно, чтобы она лежала рядом со мной в постели.

Когда принес бокал для Элены и вино, они обе сидели за барной стойкой, стараясь не нагнетать обстановку. Меня это вполне устраивало, но чтобы избежать неприятностей, все же решил сесть между ними, ближе к Ане.

— Что случилось? — спросил я, отвлекая Элену от нервного разглядывания Аны. Неужели до сих пор не поняла, что она здесь делает?

Мне совсем не нравилось витающее в воздухе напряжение. Я взял Ану за руку, чтобы не сбежала, хочу, чтобы она осталась со мной. Пусть знает, что мне от нее нечего скрывать. Элена перевела на меня озадаченный взгляд и посмотрела на меня с выражением «скажи-ей-чтобы-ушла» в глазах.

— Анастейша со мной, — спокойно изрек я.

Лицо Элены смягчилось, одаривая снисходительной улыбкой, будто царица, которая соизволила осчастливить своих подданных. Я знал это выражение очень хорошо. Но потом она сделалась серьезной.

— Меня шантажируют, — призналась она, глядя мне в глаза, и от ее улыбки не осталось и следа.

Шантажируют? Гребаный ад… Это кошмар для тех, кто ведет нетрадиционный образ жизни. Но ведь Элена всегда была осторожной, поэтому никто не узнал, какие отношения нас связывали на протяжении шести лет. Где она могла оступиться? Надеюсь, эта новость никак не коснется меня?

— Как? — в ужасе уточнил я.

Она достала записку из своего кошелька и попыталась передать мне в руки.

— Положи ее и разверни, — указал я подбородком на бар. Не хватало еще оставить на ней свои отпечатки.

— Ты не хочешь к ней прикасаться?

— Нет. Отпечатки пальцев.

— Кристиан, ты же знаешь, я не могу обратиться с этим в полицию.

В принципе я догадался, что она туда не пойдет, но все-таки решил не рисковать. Нужно будет поручить это дело Уэлчу, чтобы он во всем разобрался. Никому из нас не хотелось, чтобы полиция совала нос в наши дела и задавала неудобные вопросы.

Она положила записку на стол; я наклонился и прочитал:

Приветствую тебя, Госпожа. Да-да, тебе не показалось. Я все о тебе знаю, Элена. У меня есть доказательства, что ты являешься членом БДСМ-сообщества, и думаю, что журналистам из «Сиэтл-таймс» будет интересна такая пикантная информация о тебе. Давненько у них не было сенсаций. Если ты не хочешь, чтобы о тебе все узнали во всех красках, то переведи на счет 121020112808198609011984 пять тысяч долларов. Думаю, что такая слава тебе ни к чему. Даю тебе сутки. Если сделаешь все правильно, я больше тебя не потревожу.

— Они требуют всего-то пять тысяч долларов? — удивительно, что речь идет не о миллионах. — Ты догадываешься, кто бы это мог быть? Кто-нибудь из знакомых?

Может это кто-то из БДСМ-сообщества, в жизни которого она активно участвует? В отличие от меня. Уже несколько лет я не состою в этом клубе. Не люблю к себе пристального внимания со стороны окружающих, поэтому я доверил Элене подбирать мне нижних. Она знала о моих предпочтениях, и поэтому у меня всегда были лучшие из лучших. Я всматривался в строки записки, и мне она казалась очень странной. Пять тысяч долларов — смехотворно маленькая сумма. Либо у вымогателей не было никаких доказательств, либо…

— Нет, — произнесла она нежным, ласковым голосом.

— Линк?

— Что, через столько лет? Не думаю, — пробурчала она.

— Айзек знает? — ее постоянный сабмиссив. Она как-то рассказывала, что счастлива с ним.

— Я ему не говорила.

— По-моему, его надо поставить в известность, — ответил я. Но Элена отрицательно покачала головой.

Пока мы общались с Эленой, Ана тихо сидела, держа меня за руку. Но теперь она попыталась освободиться. Захотела уйти? Я крепче сжал ее руку, мне хотелось, чтобы она осталась.

— Что? — спросил я, повернувшись к ней.

— Я устала. Пожалуй, я пойду спать.

Я попытался уловить ее настроение, но по выражению лица ничего не смог прочитать. Осуждает ли она меня? Надеюсь, что она понимает, что Элена мой друг, которому сейчас нужна помощь. Я должен ей помочь разобраться в этой мутной истории.

— Хорошо, — согласился я. — Я скоро приду.

Я не мог заставить ее остаться. Она сама решила уйти и оставить меня наедине с Эленой, поэтому я нехотя отпустил ее руку.

— Доброй ночи, Анастейша, — произнесла Элена, одаривая Ану слабой улыбкой.

— Доброй ночи, — холодно пробормотала Ана, направляясь в спальню.

— Элена, я не уверен, что могу что-либо сделать, — продолжил я прерванный разговор, желая разобраться с этим побыстрей. — Если все дело лишь в деньгах… — она отрицательно мотнула головой, давая понять, что не в этом дело. — Я могу попросить Уэлча заняться этим, — предложил я другой вариант.

— Нет, Кристиан, я просто хотела поделиться с тобой, — ответила она. — Ты весь светишься от счастья, — произнесла она с легкой улыбкой.

— Да, это так, — согласился я.

— Ты заслуживаешь его.

— Хотелось бы надеяться.

— Кристиан, — она посмотрела на меня с осуждением. — Она знает, как ты негативно относишься к себе? Обо всех твоих проблемах?

Зачем она приехала? Сложилось ощущение, что записка была предлогом для встречи. Мне совершенно не нравилась эта навязчивая забота и заинтересованность, что Ана знает, а что нет.

— Она знает меня лучше кого бы то ни было.

— Да? Обидно слышать.

Элена нахмурилась от моего заявления.

Казалось, что ее раздражал сам факт присутствия и осведомленности Аны, ведь она теперь не единственная, кто меня хорошо знал. Знал меня настоящего. Вдруг вспомнились слова из сказки: «Я ль на свете всех милее, всех румяней и белее…» Элена в точности напоминала злую ведьму из книги, а моя Ана — Белоснежку.

— Это правда, Элена. Мне не приходится играть с ней в игры. И я серьезно тебе говорю — оставь ее в покое.

Мне вообще не понятно, в чем проблема? Почему она не может отстать от нас?

— Почему она так настроена против меня?

— Потому что ты… Что мы были… Что мы делали… Она не понимает этого.

И хорошо, что Ана этого не понимает. Я не хочу, чтобы она лезла в эту грязь.

— Добейся, чтобы поняла, — с напором произнесла Элена.

Я посмотрел на нее, как на слабоумную. А мне это зачем?

— Это уже давно в прошлом, Элена. Я не хочу портить наши отношения никому не нужными подробностями моей жизни до нее. Ана — милая девочка и каким-то чудом полюбила меня.

— Это не чудо, Кристиан, — ответила Элена, будто знала, в чем здесь подвох. — Ты должен хоть чуточку верить в себя. У тебя слишком низкая самооценка. Ты яркий мужчина, я часто говорила это тебе. А она вроде симпатичная. Сильная. Она сможет тебя поддержать в трудную минуту.

— Она поддерживает и очень мне дорога, — прошептал я.

— Тебе ее не хватает? — неожиданно продолжила Элена, глядя на меня грустным и понимающим взглядом. Я не сразу понял, что она имела в виду.

— Ты о чем?

— О твоей игровой комнате.

Вот черт, она опять за свое! Не пора ли сменить пластинку?

Элена думает, что только она знает, что для меня будет лучше, когда речь заходит о моих сексуальных предпочтениях.

— Вообще-то, это не твое собачье дело, — прорычал я.

— Ну, извини, — фыркнула она.

Мне кажется, что она забывает, что я уже далеко не пятнадцатилетний мальчик, который посвящал ее во все тайны своей личной жизни. Она больше не имеет права спрашивать меня об этом. Ее это не касается и точка. Я больше не хочу продолжать этот разговор. Я хочу к Ане.

— Думаю, тебе лучше уйти. И, пожалуйста, в следующий раз звони и предупреждай о своем визите.

Не хватало, чтобы она появлялась здесь, когда ей вздумается. У меня началась новая жизнь, в которой ей не место.

— Кристиан, я прошу прощения, — сказала она, но потом ухмыльнулась. — С каких это пор ты стал таким чувствительным?

— Элена, у нас деловые отношения. Они приносят нам обоим огромную выгоду. Пускай так будет и впредь. А то, что было между нами — дело прошлое. Анастейша — мое будущее, и я не намерен им рисковать, так что хватит.

Я пытался объяснить ей максимально доходчиво. Мне надоело ее вмешательство. В своих отношениях я способен разобраться самостоятельно.

— Понятно, — ответила она.

Неужели дошло?

— Слушай, мне жаль, что у тебя возникли неприятности. Надеюсь, что ты все выяснишь, и в итоге это окажется блефом, — произнес, стараясь сдержать гнев. Все-таки она помогла мне, когда мне это было нужно. Я не должен ей грубить.

— Я не хочу тебя терять, Кристиан.

— Элена, я не твой, чтобы ты могла меня потерять, — меня бесило то, что Элена отказывалась признавать, что все давно изменилось.

— Я не это имела в виду.

— А что же?

— Знаешь, не хочу с тобой спорить. Твоя дружба для меня очень много значит. Сейчас я не стану раздражать Анастейшу. Но если я тебе понадоблюсь, ты только скажи. Я всегда буду рядом с тобой.

Прежде чем она уйдет, мне захотелось выяснить еще кое-что.

— Анастейша уверена, что ты была у меня в прошлую субботу. Ты ведь позвонила, и все. Зачем ты сказала ей другое?

— Мне хотелось, чтобы она поняла, как ты был огорчен после ее ухода. Я не хотела, чтобы она обижала тебя.

— Она и так знает. Я сказал ей об этом. Так что перестань вмешиваться. Честное слово, ты как мамочка-наседка.

Элена рассмеялась, но в ее глазах была грусть.

— Понятно. Прости. Ты же знаешь, что я переживаю за тебя. Кристиан, я никогда не предполагала, что ты способен влюбиться. Мне очень приятно это видеть. Но я не перенесу, если она тебя обидит.

Ее слова заставили меня задуматься. А может она, спустя столько лет, не могла перестать заботиться обо мне? Но я не хочу, чтобы она каждый раз вмешивалась, потому что у нас из-за этого постоянно возникают проблемы в отношениях с Анастейшей, а мне это не доставляет никакого удовольствия.

— Обойдусь без этого. Так ты не хочешь, чтобы Уэлч вмешался в историю с шантажом? — это меньшее, что я могу для нее сделать. Элена все равно оставалась моим старым другом.

— Пожалуй, лишним это не будет, — с тяжким вздохом согласилась она. Мы встали со стульев и направились к выходу.

— Хорошо, завтра я позвоню ему.

— Спасибо, Кристиан. И еще раз прости. Я не хотела вмешиваться. Ладно, ухожу. В следующий раз позвоню. — Я нажал на кнопку вызова лифта.

— Хорошо, — сказал я. Она на прощание поцеловала меня в щеку, зашла в лифт и, улыбнувшись, помахала рукой.

Надеюсь, следующего раза не будет… Я развернулся и пошел в спальню. Мне интересна реакция Аны на визит Элены, надеюсь, что она больше не считает ее дьяволом во плоти.

— Она ушла, — произнес я, когда вошел в спальню. Я с осторожностью смотрел на нее и не мог понять ее реакции.

— Ты расскажешь мне о ней? Я пытаюсь понять, почему ты считаешь, что она помогла тебе. Я ненавижу ее, Кристиан. Мне кажется, именно она толкнула тебя на нездоровый путь. Вот у тебя нет друзей. Это она мешает развитию дружбы?

Я вздохнул и провел ладонью по волосам.

— Какого хрена тебе нужно знать что-то о ней? У нас были очень долгие отношения, часто она выбивала из меня дурь, а я трахал ее по-всякому, так, что ты даже не можешь вообразить. Конец истории.

Ана заметно расстроилась, в ответ на мои шокирующие слова.

— Почему ты так сердишься? — тихо спросила она.

— Потому что все это позади! — заорал я.

Как бы я хотел, чтобы она больше не забивала себе голову этим дерьмом. Я смотрел на нее, а она виновато опустила голову, смотря на свои руки, как будто что-то обдумывая.

Я тут же пожалел о том, что накричал на нее. А если бы мы поменялись с ней ролями, и сейчас я был бы на ее месте, как бы я себя чувствовал? Я бы не смог так спокойно сидеть, как она. Вряд ли я вообще бы смог с этим справиться. Мне нужно успокоиться и узнать, что она хочет понять. Я не хочу с ней ругаться из-за Элены. Я присел рядом.

— Что ты хочешь понять? — я вздохнул, решив быть с ней максимально открытым и честным, насколько смогу.

— Можешь не отвечать мне. Я не хочу вмешиваться.

Проклятье. Она просто невыносима! Меня уже штормит от этих качелей!

Я глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться.

— Анастейша, дело вовсе не в этом. Я не люблю говорить об этом. Годами я жил словно в батискафе; меня ничто не задевало, и я не должен был ни перед кем оправдываться. Элена всегда была рядом как напарница. А теперь мое прошлое и будущее столкнулись так, как я и не предполагал.

Я изо всех сил старался сдержать свой гнев и спокойно объяснить, что я чувствую к ней. Она смотрела на меня пронзительными голубыми глазами, пытаясь меня понять. Я знаю, что это сложно сделать, потому что у нее не было такой же насыщенной жизни, как у меня, чему я очень рад.

— Анастейша, я никогда не думал, что для меня возможно будущее с кем-то. Ты подарила мне надежду и помогла представить возможные варианты.

Мне важно, чтобы она поняла одно, что до нашей встречи, я никогда не предполагал, что захочу провести остаток своей жизни только с одной женщиной. Что я захочу жениться. В Ане я нашел ту, с кем я хочу делиться своим опытом и богатством. Я хочу получать удовольствие и радоваться жизни вместе с ней. Она принесла свет в вечный мрак, в котором я долгое время существовал.

— Я подслушала, — призналась она шепотом, глядя на свои руки.

— Что? Наш разговор?

— Да.

— Ну и что? — спокойно спросил я, зная, что мы ни о чем таком секретном не разговаривали. Я очень ценю то, что она сейчас откровенна со мной. Как после этого я могу на нее злиться?

— Она переживает за тебя.

— Да, верно. Да и я за нее тоже, по-своему. Но это и близко нельзя сравнить с тем, что я испытываю к тебе. Если все дело в этом.

— Я не ревную, — она сделала небольшую паузу. — Ты не любишь ее. — Это прозвучало как утверждение, а не вопрос.

Как мне объяснить, что я чувствовал к Элене? Я глубоко вздохнул.

— Когда-то давно я думал, что люблю ее.

Элена никогда не верила в любовь. По сути, у нас была только сексуальная связь, в которой мы отрывались всякими экстремальными способами, определяя мои пределы допустимого. Она была очень сурова по отношению ко мне, но я наслаждался каждой секундой. Рядом с ней, я чувствовал себя в безопасности. Она управляла мной. Под ее руководством, я мог выпускать пар, не причиняя никому вреда. У меня был адский характер в подростковом возрасте, и Элена отлично справлялась с этим. Спустя годы я понял, что понятия не имел, что такое настоящая любовь, пока Ана не свалилась в мою жизнь.

— Когда мы были в Джорджии… ты сказал, что никогда ее не любил.

— Правильно. Тогда я уже любил тебя, Анастейша. Ты единственная женщина, ради которой я готов пролететь три тысячи миль. Чувства, которые я испытываю к тебе, совсем другие, в отличие от тех, какие я когда-либо испытывал к Элене, — я максимально открыт сейчас перед ней. Об этом не так сложно говорить, как мне казалось.

— Когда ты это понял?

— По иронии судьбы, именно Элена подсказала мне это. Она и велела мне лететь в Джорджию, — ответил я, пожимая плечами.

— Ты желал ее? Когда был подростком?

— Да. Она очень многому меня научила. Например, научила верить в себя.

Она увидела во мне потенциал и убедила в том, что я должен создать собственный бизнес. Она всегда верила в то, что у меня все получится. Я очень благодарен ей за поддержку.

— Но ведь она избивала тебя.

— Да, верно.

Она не дала мне сойти с дистанции и пуститься во все тяжкие.

— И тебе нравилось?

— В то время да.

— Настолько нравилось, что тебе захотелось делать то же с другими?

Черт… она сейчас говорит как Флинн. Он говорил мне о необходимости разорвать порочный круг насилия, в который привела меня Элена. Почему я этого раньше не замечал, а Ана поняла это практически сразу?

— Да, — осторожно ответил я, не понимая к чему она вела.

— Она помогала тебе в этом?

— Да.

— Была твоей сабой?

— Да.

— И ты рассчитываешь, что я стану лучше к ней относиться? — в ее голосе прозвучала горечь и обида.

— Нет. Хотя тогда моя жизнь была бы намного проще, — устало произнес я. Я не хочу с ней ругаться. И я устал от этого разговора. — Я понимаю твою неготовность к общению.

— Неготовность? Господи, Кристиан, будь это твой сын, что бы ты чувствовал?

Мой сын? У меня никогда не возникало подобной мысли! Откуда я должен знать, как должен себя чувствовать отец? Если быть откровенным, я вообще никогда не хочу этого чувствовать. Я не собираюсь быть отцом.

— Анастейша, это был и мой выбор. Меня никто не заставлял.

— Кто такой Линк?

— Ее бывший муж.

— Линкольн Тимбер?

— Он самый.

Как она быстро усваивает информацию.

— А Айзек?

— Ее нынешний сабмиссив. — Она смотрела на меня с широко открытыми глазами. — Ему лет двадцать пять. Знаешь, такой послушный барашек, — быстро добавил я, давая понять, что он совершеннолетний. Она должна понимать, что он добровольно пошел на эти отношения.

— Твой ровесник, — проговорила она сквозь зубы.

Мы ходим по кругу, говоря о том, что я не в силах изменить. Какой смысл об этом разговаривать? Это мое прошлое, пусть все это дерьмо там и остается. Самый лучший вариант сейчас для меня — уйти от этого разговора и пойти поработать. Нам нужно остыть.

— Слушай, Анастейша, как я уже говорил, она — часть моего прошлого. Ты — мое будущее. Пожалуйста, не позволяй ей встать между нами. Честно тебе признаюсь: мне уже надоело говорить на эту тему. Мне надо работать. — Я встал и посмотрел на нее. — Выбрось это из головы. Прошу тебя… Да, чуть не забыл, — добавил я. — Твоя машина прибыла на день раньше. Она в гараже. Ключ у Тейлора.

Я сказал ей об этом, в надежде, что ее настроение улучшится.

— Завтра можно поехать?

Черт. Нет, конечно! Может быть не стоило говорить пока об этом, учитывая все обстоятельства.

— Нет.

— Почему нет?

— Сама знаешь. И вот что еще. Если ты соберешься выйти из офиса, дай мне знать. Вчера там был Сойер, наблюдал за тобой. Похоже, я вообще не могу тебе доверять.

Придется постоянно следить за тобой, детка.

— Я тоже не могу тебе доверять. Мог бы предупредить, что за мной наблюдал Сойер. — резко ответила она, сверкнув глазами.

— Ты и тут лезешь в драку? — огрызнулся я.

— Я и не знала, что мы деремся. Думала, мы разговариваем, — недовольно пробормотала она.

И вот мы снова здесь. Несмотря на мои лучшие намерения, мы все равно поссорились. Поверить не могу, что вся эта муть произошла из-за Элены! Я должен сейчас изо всех сил держать себя в узде. Я смотрел на Ану и мне невыносимо захотелось схватить ее за волосы и отвести в игровую, чтобы выпороть за то, что она так себя ведет.

Я резко закрыл глаза и сделал глубокий вдох.

Грей, тормози! Лучше уйди отсюда! Иначе ты сейчас можешь наделать глупостей!

— Мне надо работать, — сказал я и ушел из комнаты в кабинет. Как лев в клетке, я метался из угла в угол, не мог найти себе место от нервного потрясения. Потом сел за стол и, опираясь на локти, взялся руками за голову. Закрыл глаза и сделал шумный вдох и выдох, пытаясь успокоиться.

Все было хорошо, пока не пришла Элена, черт бы ее побрал! Я посмотрел в монитор компьютера и понял, что пора поработать. Мне нужно отвлечься и успокоиться. У меня на этой неделе будет несколько сделок, к которым нужно подготовиться. В последнее время моими делами занималась Рос. Я не привык так долго делегировать, в этом, наверно, и заключался мой успех. Если хочешь сделать что-то хорошо, то сделай это сам.

Спустя полтора часа я понял, что не могу перестать думать об Ане. Я должен пойти и убедиться, что она в порядке. Пришел в спальню, но ее там не было.

Черт.