КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 591579 томов
Объем библиотеки - 897 Гб.
Всего авторов - 235438
Пользователей - 108177

Впечатления

Serg55 про Бушков: Нежный взгляд волчицы. Мир без теней. (Героическая фантастика)

непонятно, одна и та же книга, а идет под разными номерами?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
pva2408 про Велтистов: Рэсси - неуловимый друг (Социальная фантастика)

Ох и нравилась мне серия про Электроника, когда детенышем мелким был. Несколько раз перечитывал.

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
vovih1 про Бутырская: Сага о Кае Эрлингссоне. Трилогия (Самиздат, сетевая литература)

Будем ждать пока напишут 4 том, а может и более

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Кори: Падение Левиафана (Боевая фантастика)

Galina_cool, зачем заливать эти огрызки, на литрес есть полная версия. залейте ее

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про Шарапов: На той стороне (Приключения)

Сюжет в принципе мог быть интересным, но не раскрывается. ГГ движется по течению, ведёт себя очень глупо, особенно в бою. Автор во время остроты ситуации и когда мгновение решает всё, начинает описывать как ГГ требует оплаты, а потом автор только и пишет, там не успеваю, тут не успеваю. В общем глупость ГГ и хаос ситуаций. Например ГГ выгнали силой из города и долго преследовали, чуть не убив и после этого он на полном серьёзе собирается

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Берг: Танкистка (Попаданцы)

похоже на Поселягина произведение, почитаем продолжение про 14 год, когда автор напишет. А так, фантази оно и есть фантази...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про Михайлов: Трещина (Альтернативная история)

Я такие доклады не читаю.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Низы не хотят [Сергей Тамбовский] (fb2) читать постранично

- Низы не хотят [СИ] 754 Кб, 218с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Сергей Тамбовский

Настройки текста:




Тамбовский Сергей Низы не хотят

Глава 1

7 января 1905 года, С-Петербург, Петроградская сторона


Начало января 1905 года в Санкт-Петербурге было туманным и тревожным — вести с фронтов русско-японской не радовали народ, со снабжением города продовольствием неожиданно возникали необъяснимые перебои, так что и в салонах высшего света, и в пивных самого последнего разбора на Пяти углах обсуждали и ругали высшие власти все кому не лень. А тут еще началась эпидемия непонятных и зверских убийств, слухи о которых бродили по самым разным слоям населения и настроения массам тоже не поднимали.

Вот и сегодня прямо с раннего утра на стол начальника Петербургской сыскной полиции Владимира Гавриловича Филиппова легла сводка о совершенных за сутки преступлениях, где ярко-красным карандашом был отчеркнут абзац о тройном убийстве в боковом флигеле строящегося особняка балерины Кшесиньской, особо отмечалось, что все трое убиенных были найдены без нижней части одежды, не было на них ни штанов, ни подштанников.

Опять поди содомия, да еще балерина эта непростая приплелась зачем-то, вздохнул Филиппов и вызвал дежурный экипаж. Ехать было не сказать, чтобы очень далеко, с Литейного на Петроградку, но не совсем уж и рядом — всю дорогу полицмейстера одолевали самые неприятные мысли и предчувствия… ну да, прима Мариинского балета, ну да, крутит по 30 фуэте подряд, но связи-то у нее какие, боже милостивый, какие связи… начиная с действующего венценосного Николая 2-го и заканчивая стройной шеренгой великих князей, все какое-то время были ее любовниками, так что тут нужна сугубая и трегубая осторожность, и как бы не в тройном размере, а то не успеешь моргнуть, как отправишься ловить карманников и разбирать пьяные драки в какой-нибудь богом забытый Минусинск или Ачинск.

Перед входом в особняк балерины на Большой Дворянской было небольшое столпотворение, причем отдельно Владимир Георгиевич с большим неудовольствием узрел двух репортеров с фотографическими машинками в руках.

— Репортеров убрать, — тихо скомандовал он городовому.

— Да как жеж я их уберу-то, ваше благородие, — взволновался тот, — они же люди интеллигентные, не чета мне, к тому же удостоверение у каждого имеется.

— Ну хорошо, не убирай, но чтобы внутрь дома ни одна собака не проникла, головой отвечаешь, — строго сказал Филиппов, а потом добавил приставу, — веди, показывай.

Пошли гуськом сначала вдоль заборчика справа от дома, потом в зеленую калитку и в недостроенное правое крыло, строителей почему-то не было видно, вот кстати, надо поинтересоваться, почему их нет, сделал себе зарубку в памяти полицмейстер. Все трое убиенных лежали в большом зале с огромными окнами в сад, окна уже были застеклены, но все остальное находилось в процессе, так что остатков строительного мусора, козел и стремянок тут было предостаточно. Практически по центру этого зала правильным треугольником стояли три венских стула, на которых и находились убитые в разных позах, штанов на всех троих и правда не было, кровь у всех была в районе сердца, а у одного еще и голова прострелена, и у двоих в руках было зажато по револьверу системы 44 Смит-и-Вессон русский, точно такому же, что был в кобуре почти у каждого российского полицейского.

— Кто обнаружил тела? — спросил Филиппов.

— Дворник Матвеев, вон он в углу стоит. Матвеев, подь сюды.

Дворник подошел почти бегом и почтительно согнулся в поклоне.

— Рассказывай, браток, как дело было, — спросил его Филиппов, рассматривая между делом одежду убитых.

— Значится я и говорю, ваше высокоблагородие…

— Просто благородие, — поправил его полицмейстер.

— Ага, ваше благородие, иду это я с утреца снег сгребать, его ночью ужасть скока нападало, глядь, а калиточка-то эта вот, зеленая, распахнута настежь, а так-то она завсегда закрытая, ну я думаю дай думаю зайду, вдруг непорядок какой, гляжу — и дверца в эту недостройку тоже открыта, я и сюда зашел, а тут сами видите что…

— Ну, что остановился, продолжай… они так вот и сидели, как сейчас сидят?

— Истинная правда, ваше выс… благородие, все так же, как когда я их значится увидал… я конечно побег в участок, он тут у нас недалече… потом обратно пришел с господами городовыми, более ничего не знаю, — упавшим голосом закончил дворник и вытянулся по стойке смирно.

— Ну ладно, иди пока, — смилостивился Филиппов, — тебя вызовут, если понадобишься. — А хозяйка дома где? — это он уже у пристава спросил.

— В отъезде, ваше благородие, — отвечал вытянувшийся в струнку пристав, — горничная сказывала, неделю как в Москву уехала.

— Горничную допросили? Может кто еще кроме нее что-то видел или слышал?

— Так точно, горничную допросили, не знает она ничего, да если б и знала, наверно не сказала бы ничего путного, потому что дура она круглая, прости господи. Еще в штате у госпожи Кшесиньской числятся повариха, лакей и кучер, но по случаю