КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 446359 томов
Объем библиотеки - 630 Гб.
Всего авторов - 210317
Пользователей - 99116

Впечатления

Serg55 про Соротокина: Гардемарины, вперед! Книга 1 и 2 (Исторические приключения)

наивно, конечно, но хорошо

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Ауэрбах: Генетика (Биология)

Выкладываю книгу для мухолюбов-человеконенавистников.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Иевлев: Серия романов "Граница". Компиляция. Романы 1-17 (Боевая фантастика)

Спасибо за отличные релизы!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Тырин: Межавторский цикл "Пограничье".Компиляция. Книги 1-10 (Фантастика)

Спасибо за отличные релизы!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Орт про Kiber: Slogans technological сyber-marxism (Киберпанк)

сyber-marxism = Гуудд

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serhij про Финли: Десять Заповедей под ударом (Религиозная литература)

Адвентисткая книга.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Невеста для ректора (fb2)

Глава 1

Осень в Аквитане еще не вступила в свои права. Пусть стояла середина сентября, но солнце светило по-летнему ярко, не допуская мыслей о промозглых октябрьских дождях и слякоти. В ухоженном саду Академии до сих пор зеленели аккуратно подстриженные кусты, а на роскошных клумбах покачивали пышными бутонами цветы, привезенные из разных уголков света.

Зато в полутемных переходах корпуса Боевой Магии в любое время года гуляли сквозняки. Вот и сейчас они холодили мне ноги, задувая под полы черной учебной мантии и надетого под нее тонкого платья, когда я спешила с урока по Теоретической Магии к деканату, расположенному в Центральном Крыле.

Мои однокурсники давно ушли, а я немного задержалась, и теперь приходилось наверстывать.

Как оказалось, по сумрачным коридорам старого королевского замка, пару столетий назад отданного под столичную Академию Магии, гуляли не только сквозняки, но и непонятные типы в черных плащах с капюшоном, надвинутым на лицо. Именно такая личность вынырнула из бокового прохода, ведущего к хозяйственным помещениям, и рявкнула мне в ухо что-то совсем уж непонятное.

То ли «бахарашш», то ли «барахашш», поди еще разбери!

Но разбираться я не стала. Вместо этого вскинула руку, моментально выставляя защитное заклинание. Засобиралась было приложить шутника связующей магией, но тот резво отпрянул назад, в свой проход, и бросился бежать.

Да так лихо, что взметнулись черные полы его плаща.

— Совсем спятил?! — крикнула ему вслед.

Я все еще могла его остановить — успевала, — но заклинание все-таки придержала. Замерла, раздумывая, что это было. Неужели кто-то решил меня напугать, подкараулив в проходе, затем выпрыгнул из-за угла и гавкнул в ухо?!

Никакого магического воздействия или попытки кинуть в меня заклинание, я бы почувствовала.

Просто гавкнул.

— Не смешно, — произнесла я в темный проход, в котором растаяла фигура в капюшоне. — Нисколько!

Если бы не новые порядки в Академии, заведенные с приходом нового ректора, я бы обязательно с этим разобралась. Опутала бы шутника заклинанием, а потом спросила, заглянув ему в глаза, что с ним не так. Вернее, он часом ничего не перепутал?!

Все же пятый курс Боевых Магов это вам не первый, нельзя вот так подкрадываться ко мне в темноте и гавкать в ухо. За это можно и Огненной Молнией получить…

Но, увы, наш новый ректор оказался из бывших военных. Тех, кто прошел через весь Аквитан, разбив угросского агрессора, а затем освободил Глеснор с Эскартой, союзные с нами королевства. Несмотря на то, что война закончилась уже семь лет назад — с небольшими провокациями на границе, — порядки лорд Берк Гамильтон установил в Академии соответствующие.

Те, которые были ему по нраву.

«У нас здесь, как в казармах», — любила приговаривать моя подруга Лиззи, когда мы вспоминали с ней старые времена. Те самые, пока наш предыдущий ректор еще не вышел на пенсию и не перебрался в сельское имение выращивать кабачки и тыквы.

Я была с ней полностью согласна, потому что первым делом новый ректор запретил использование заклинаний против других адептов, если только жизни не угрожала смертельная опасность.

Вообще никакой магии вне стен учебных аудиторий или комнат в общежитиях — так гласило объявление, появившееся на стене у деканата. Выходило, что пользоваться заклинаниями разрешалось исключительно во время занятий или же для выполнения домашних заданий.

«И еще никакой личной жизни!» — добавляла со вздохом Лиззи, потому что новый ректор ввел запреты на поцелуи и объятия у всех на виду. — У нас ведь казармы, на первый-второй ра-ассчитайсь!..»

Правда, никакой личной жизни у меня не было и при старом ректоре, так что в этом плане изменения меня не коснулись. Зато во всех остальных очень даже. Строгая дисциплина, порядок и наказания за малейшие провинности — вот то, что принес с собой лорд Берк Гамильтон, вступивший в должность пять месяцев назад.

Именно поэтому я с легким сожалением посмотрела в темный проход, утихомирив прилившие к рукам магические потоки. Глупая шутка грозила мне если только травмой барабанных перепонок, но, если бы я ударила по убегающему в плаще заклинанием, проблем бы мне было не избежать.

Все же интересно, чем именно мне гавкнули в ухо? Барахашш? Бахарашш? Барахешш?..

Так и не вспомнив, пожала плечами и прибавила ходу.

Лекции как раз закончились, и нас ждала очередная линейка во дворе Академии — новому ректору нашлось что нам сказать. Опаздывать на нее мне нисколько не хотелось, потому что лорд Гамильтон и опоздания приравнивал к смертельным грехам и старательно с ними боролся.

Провинившиеся получали по несколько часов общественно-полезных работ у несменного главного садовника Академии, мистера Гиггенса. Мне тоже однажды досталось — в конце прошлого учебного года я опоздала на завтрак, и Берк Гамильтон об этом прознал. Вызвал к себе в кабинет для объяснений, и мне пришлось ему признаться, что я до четырех утра писала реферат по Защите от Темных Заклинаний — причем мою работу признали лучшей среди нашего курса!

Именно поэтому немного проспала.

Пропустив мои оправдания мимо ушей, лорд Гамильтон заявил, что мы, Боевые Маги, — элита Аквитана и должны стать примером для остальных адептов, а в моем опоздании он не увидел ничего примерного. Затем добавил, что если я проспала, то на завтрак мне следовало и вовсе не являться.

Пообещала ему, что впредь не явлюсь, но все равно получила три часа штрафных работ у нашего садовника мистера Гиггенса — подстригала травку возле Арки Победителей в Восьмилетней Войне садовыми ножницами.

Вот и сейчас мысль о ножницах придала мне резвости, и я сорвалась на бег. Можно, конечно, было пойти порталами — к этому времени они выходили у меня вполне сносно, но, опять же, использование Высшей Магии в стенах Академии без грозящей мне смертельной опасности было чревато вниманием ректора и теми самыми штрафными работами…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Поэтому пришлось ножками — сперва по опустевшим коридорам родного факультета, затем через длинный переход в Центральное, или же Административное, Крыло, где возле деканата меня должна была поджидать Лиззи.

Вернее, леди Лиззабет Лангстон, с которой — так уж вышло — с первого курса мы делили комнату в женском общежитии.

Сначала я считала ее зазнайкой, а она меня заучкой. Но со временем мы не только научились уживаться, но и стали лучшими подругами. Правда, лекции у нас с Лиззи совпадали редко и сидеть вместе за одной партой нам почти не доводилось, если только на Травах и Противоядиях.

Она училась на Целительстве, я же, пройдя серьезный отбор, поступила на факультет Боевой Магии и все эти годы оставалась единственной девушкой на своем курсе в окружении двадцати магов — будущей боевой элиты Аквитана.

По мнению Лиззи, для меня было настоящее раздолье — женихов себе выбирай не хочу.

Она-то думала, что впереди меня ждет бурная личная жизнь, но вместо этого я до одури просиживала за учебниками и частенько всю ночь напролет отрабатывала новые заклинания, пока Лиззи не начинала кидать в меня подушками, заявляя, что я окончательно спятила. Тогда я выходила наружу и бродила в одиночку по темным дорожкам сада, бормоча под нос заклинания.

Правда, ровно до тех пор, пока не появился Берк Гамильтон и не ввел комендантский час после одиннадцати.

Но у меня была цель — закончить общий курс Боевой Магии с отличием, затем продолжить обучение Высшей Магии. После этого получить работу в Магической Гильдии нашей столицы, Эйлирена, и заниматься изучением магических глубин — они меня манили своими тайнами — создавать новые заклинания и улучшать старые.

С приходом нового ректора, как ни странно, у меня появился отличный шанс раздобыть на свою мечту деньги. Пусть наша семья не бедствовала, но сумма за обучение Высшей магии могла ужаснуть любого. Королевские стипендии отменили еще во время Восьмилетней Войны и с тех пор не ввели обратно — в казне попросту не хватало на это денег.

Зато вот-вот должен был начаться магический Турнир Четырех Королевств. В этом году с подачи нашего ректора Академия Эйлирена оказалась принимающей стороной, а у меня была неплохая возможность попасть в нашу команду.

Если бы мы победили, я бы не только обратила на себя внимание нужных людей из Магической Гильдии, но еще могла бы получить отличный денежный приз, которого как раз бы хватило для оплаты дальнейшего обучения.

Думая попеременно то о новом ректоре, то о деньгах — огромной сумме, причитающейся победителям, — то о важных и нужных людях, которые будут присутствовать на Турнире, — например, архимаг Сандир, глава Магической Гильдии столицы, — я все-таки добежала до деканата и принялась высматривать среди толпившихся у дверей свою подругу.

В коридоре стояло множество адептов в коричневых учебных мантиях первого курса, и я никак не могла взять в толк, что им здесь понадобилось.

Наконец, заметила Лиззи в черной мантии пятикурсницы. Подруга со скучающим видом разглядывала пылающее на стене объявление со списком того, что запрещено в Академии.

И этот список был внушительным.

Махнула ей, принявшись пробираться сквозь толпу. Впрочем, Лиззи меня тоже завидела и, покачивая бедрами, направилась в мою сторону — среднего роста, с отличной фигурой, черными вьющимися волосами и белозубой улыбкой.

— Что ты так долго? — спросила она, захлопав длинными ресницами. — Пока я тебя здесь ждала, мое сердце чуть было не похитили первокурсники… Раз так тридцать, а то и все пятьдесят. — Оказалось, именно столько раз ее пригласили на бал по случаю открытия Турнира. — Еще немного, и я бы сдалась под их напором. Как бы мне потом объяснять это Алексу?

У нее был жених — мой однокурсник Алекс Карвелл. Встречались они уже два года, и отношения зашли довольно далеко. Настолько, что они решили пожениться после окончания Академии, несмотря на сопротивление родителей Лиззи.

— Задержалась на Теоретической Магии, — призналась ей. По этому предмету я собиралась писать магистерскую работу, и у преподавателя нашлось что мне сказать после занятия. — А потом со мной приключилась какая-то ерунда…

Поморщилась, потому что эту самую ерунду я уже выкинула из головы, а непонятное слово осталось. И я, сама того не желая, склоняла его на все лады. Баракашш, или бахарашш? Либо бракешш?

— Что произошло? — встревожилась Лиззи.

— Ничего особенного, — отозвалась я, сделав очередную попытку выкинуть бахарашш из головы. Но, кажется, он серьезно собирался пустить там корни. — Пойдем?!

- Погоди немного, — заулыбалась она. — Наш ректор еще в деканате, так что мы никуда не опаздываем. Я должна кое о чем тебе рассказать!

— Уверена, что хочешь рассказать мне об этом именно сейчас?

— Еще как уверена! — кивнула она. Затем склонилась к моему уху. — Алекс сегодня мне нашептал, что два ваших идиота с Боевой Магии…

— Какие именно? — отозвалась я со смешком. — У нас таких полно, считай, весь курс.

— Эрик Дигби и Стенли Виммер, — округлила она глаза.

— Тогда ясно! — вздохнула я. Это были еще те идиоты, порядком действовавшие мне на нервы вот уже пятый год. — И что же они натворили?

Потому что натворить они могли что угодно.

— Поспорили, с кем из них ты пойдешь на бал. Откуда-то узнали, что ты отказала всем, кто тебя приглашал…

— Ну что же, пусть стараются, — усмехнувшись, пожала я плечами. — Боги им в помощь!

— Они и будут стараться, — кивнула Лиззи, — потому что они поспорили на тебя, Джой! И на кону у них большие деньги.

Она назвала сумму, и глаза округлились уже у меня. Лиззи права, сумма была приличной!

- Им ничего не светит, — придя в себя, покачала я головой. — Ни одному, ни второму. За эти пять лет они уже успели порядком поразить мое воображение своими идиотскими выходками и просьбами списать домашку. Так что пусть теперь танцуют друг с другом.

— Мысль интересная, — заявила мне Лиззи.

Открыла было рот, чтобы ее развить, но так и не закончила, хотя я ждала шутку о слившихся в страстном танце Дигби и Виммере.

И все потому, что стоявший в коридоре шум внезапно стих, а затем толпа первокурсников пришла в движение. Отхлынула в разные стороны, расступаясь, пропуская группу преподавателей, вышедших из распахнутых дверей деканата.

Первым шагал наш новый ректор — лорд Берк Гамильтон, самый завидный жених Аквитана, двоюродный племянник короля и пятый в очереди претендентов на королевский трон.

Мы с Лиззи тоже посторонилась, прижимаясь к стене и сливаясь с толпой первокурсников, которые, оказалось, дожидались своих преподавателей, чтобы те отвели их во двор Академии и показали, где проходят внутренние линейки. Нас вести никуда было не нужно — мы с Лиззи за четыре с лишним года изучили все уголки Академии, — поэтому я в который раз не отказала себе в удовольствии немного посмотреть на лорда Гамильтона.

Потому что на нашего ректора было приятно посмотреть.

С той поры, как я провела в его кабинете не слишком-то приятные пять минут, выслушивая выговор за опоздание, я иногда это делала — пялилась на него издалека.

Он был высок, темноволос и отлично сложен, с бросающейся в глаза военной выправкой. К тому же в резких чертах угадывалась семейная принадлежность к королевской династии Хештемов — и не зря в народе бытовало мнение, что их мужчины отмечены печатью Богов, которые к ним благосклонны.

У него был прямой нос, красиво очерченные губы и упрямый подбородок. А еще двухдневная щетина, которая нисколько его не портила. Наоборот, подчеркивала мужественность, которую, уверена, он нисколько не собирался специально приукрашивать.

Лорд Гамильтон всегда был коротко подстрижен, хотя многие преподаватели позволяли себе эксперименты с волосами, и носил черную одежду, отлично сидящую на его мускулистой фигуре. При этом он производил столь сокрушительное впечатление на женский пол, что я вполне отчетливо различила протяжное девичье «О-ох!», тянувшееся за ним следом.

И звуки попеременно разбивающихся сердец.

Зато сердце ректора, казалось, было сделано из железа, как и его рука, которой он держал в страхе всю столичную Академию. Не только студенты, но и преподаватели его побаивались, потому что он отчислял и увольнял без сожаления.

Впрочем, сейчас никого увольнять или же отчислять Берк Гамильтон не собирался — спокойно прошагал мимо нас с Лиззи, сопровождаемый магистрами в темно-синих преподавательских мантиях, направляясь к выходу из Административного Крыла.

А мы остались, дружно уставившись ему вслед. Хорошо, хоть не с раскрытыми ртами, как некоторые из первокурсниц!..

Первой очнулась подруга. Заявила, что нечего тут стоять — так можно простоять и до вечера! Схватила меня за руку и потащила за группой преподавателей и первокурсников, пробормотав, что ей нисколько не хочется подстригать кусты, поэтому на линейку опаздывать нам не стоит.

Недоброжелатели уже заставали их целующимися с Алексом и с неустанным энтузиазмом докладывали об этом ректору. А садоводство — не самое ее любимое занятие, хотя за последние месяцы она неплохо в нем преуспела. И если родители за какую-то серьезную провинность лишат ее наследства, то благодаря стараниям лорда Гамильтона и мистера Гиггенса у нее будет еще одна профессия помимо целительства — декоративная стрижка кустов.

Третий и пятый на Аллее Победы в форме орлов Аквитана — как раз ее работа. А второй и четвертый — Алекса.

— Я бы на твоем месте так не хихикала, — заявила мне Лиззи, когда мы все же остановились у массивных дверей, ведущих из Административного Крыла. — Ты со своим газоном еще легко отделалась!

Магистры, возглавляемые ректором, вместе с толпой первокурсников уже вышли наружу, а подруга неожиданно остановилась и запросила пощады. Заявила, что новые туфли ей безжалостно жмут и ей нужно перевести дух.

— Зачем ты их надела? — растерялась я.

— Решила разносить заранее. Придется идти в них на бал, чтобы отец не лишил меня наследства, — усмехнулась она. — У него здесь везде глаза и уши.

— Он что, собирается это сделать?! — не поверила я.

Родители у нее были очень милыми и всегда меня привечали, когда я навещала Лиззи на каникулах в их огромном городском особняке.

— Отец серьезно мне намекнул, что пора наконец-таки заняться делом, ради которого меня сюда и определили.

— Интересно, и ради какого?!

— Ну уж точно не ради того, чтобы я получила профессию целителя, — отозвалась подруга. — По их мнению, мне пора отложить в сторону ненужные книги и наконец-таки соблазнить самого завидного жениха в Аквитане.

Тут Лиззи заявила, что готова идти дальше. Я толкнула дверь, и мы уставилась на удаляющуюся спину Берка Гамилтона — речь шла именно о нем.

— Его жена умерла пять лет назад, — добавила Лиззи, — так что, по мнению высшего света, он порядком утешился и уже готов для нового брака. К тому же его дочери нужна мама.

У Берка Гамильтона была дочь. Я как-то ее видела — озорная девчушка лет шести прыгала вокруг отца, не в силах устоять на одном месте, когда он беседовал с кем-то из лордов-попечителей. Лорд Гамильтон кинул на дочь строгий взгляд, и та замерла на несколько секунд, а затем снова принялась скакать на одной ножке.

Помню, я посмотрела в их сторону с улыбкой, подумав, что его темноволосая дочь — вылитая копия отца, — а затем пошла себе дальше.

Со слов же Лиззи выходило, что многие не проходили. Пытались подобраться к Берку Гамильтону через его дочь, и он, не выдержав, забрал Гретту из городского особняка в Академию. Теперь они жили в одном из коттеджей на Преподавательском Холме, обнесенном невысоким забором, а за Греттой присматривала гувернантка.

Но и здесь, на территории Академии, ничего не изменилось — девочка попала под пристальное внимание адепток, решивших завоевать сердце богатого и титулованного холостяка.

— Если ты вдруг не знала, среди высшего света Эйлирена в этом году появилась новая мода — отправлять своих дочерей в Академию Магии. Даже если от них за версту не пахнет магическим даром, — снова усмехнулась Лиззи, ковыляя по дорожке. — Ты видела, сколько у нас первокурсниц? Половину из них я знаю, встречались на скучных приемах. Сплошь дочери лордов, маркизов и графов.

— Думаешь, они здесь из-за Берка Гамильтона? — не поверила я.

Подруга кивнула.

— Естественно, из-за кого же еще?! Уж явно не для того, чтобы изучать какую-то там скучную магию, — добавила она с сарказмом в голосе. — Он для них такой же лакомый кусочек, как и… — подруга на секунду задумалась. — Как и ты для парней с твоего курса. Вроде бы и есть, и очень близко, а в руки не даешься.

— Что ты такое несешь! — нахмурилась я.

Только Лиззи могло прийти такое в голову — сравнить меня с нашим ректором!

— Разве я в чем-то не права? — пожала она плечами. — За тобой половина Боевых Магов таскалась, и некроманты в том числе, а ты этого даже не заметила.

— Ничего подобного! — возразила я. — Никто за мной не таскался.

Ну, может быть, если только немножко…

Но Лиззи лишь отмахнулась от моих слов, переключившись на другое:

— Кстати, Берк Гамильтон был бы для тебя отличной партией, если бы ты, конечно, смогла принять его ребенка. Потому что наш ректор — любимый двоюродный племянник короля и лучший друг нашего кронпринца. Вполне молод — ему, кажется, то ли тридцать два, то ли тридцать три, так что дети у вас еще будут. К тому же у него вся грудь в орденах, а еще он сказочно богат и красавчик!

На это я лишь вздохнула — Лиззи такая выдумщица!

— Привлекательно, — сказала ей, чопорно поджав губы. — Но я все же вынуждена отказаться от подобной партии. Хотя бы потому, что мне ее никто не предлагал.

На это она усмехнулась.

— Если бы я не была влюблена в некого Алекса Карвелла, — подмигнула мне, — а ты бы оторвалась от своих книг и выбралась наружу из магических глубин, то мы могли бы попробовать…

— Что именно попробовать?

— Завоевать сердце самого желанного холостяка Аквитана. Для начала привлечь его внимание…

— И как бы мы его привлекли?

— Например, залезли к нему через дверь…

— Так нас там и ждут!

— Тогда попробовали бы через окно.

На это я все же рассмеялась. Затем сказала Лиззи, чтобы она оставила свои своднические замашки, потому что лорд Гамильтон нисколько мне не подходит.

Вдовец королевских кровей, наводящий ужас не только на адептов, но и на преподавателей столичной Академии Магии?! Ну уж нет! Лучше я за учебниками посижу и продолжу терзать Боевую Магию — толку от этого будет куда больше!

Да и я никакая ему не пара. Где он, а где я?!

Джойлин Селдон, пятый курс, дочь писаря из Ливанты, после окончания войны с семьей перебравшегося в столицу. Мне двадцать два, и я специалист по художественной стрижке газонов… Тьфу ты, вполне неплохо разбираюсь в Боевой Магии — мою кандидатуру, как и еще троих с нашего курса, выдвинули на участие в Турнире Четырех Королевств.

Вот и вся моя скромная биография.

Ничем особенным я не выделялась, разве что всегда вовремя сдавала домашние работы и училась с удовольствием, из-за чего была на хорошем счету у преподавателей.

Зато завтра в полдень должны были пройти отборочные состязания. Утром, когда мы бегали по стадиону под «чутким» руководством нашего преподавателя по Физической Подготовке, я видела, как начали возводить трибуны, да и сейчас до уха доносился перестук молотков. И у меня были вполне неплохие шансы войти в команду и представлять нашу Академию на Турнире.

Что же касается слов Лиззи…

Ей стоило выбросить эти глупости из головы, а мне перестать пялиться на нашего ректора. Из этого все равно ничего не выйдет, даже если бы мне очень сильно захотелось.

Глава 2


Вскоре мы с Лиззи добрались до внутреннего двора, расположенного между четырьмя корпусами Академии — Административным, Боевым, Темной Магии и Целительства. Я уставилась на заново выкрашенную трибуну, примыкающую к серой стене замка, и аккуратно подстриженную травку рядом с ней — и все стараниями провинившихся адептов.

Вздохнула с облегчением — несмотря на новые туфли Лиззи, мы нисколько не опоздали. Наш ректор все еще что-то увлеченно обсуждал с деканами факультетов Боевой Магии и Целительства, поэтому я, попрощавшись с подругой, отправилась к своему уже успевшему выстроиться курсу.

Наше место находилось напротив трибуны, украшенной ярко-синим стягом с золотым орлом Аквитана, и я встала во втором ряду, как раз по соседству с Алексом Карвеллом. Жених Лиззи улыбнулся мне приветливо, и в моей груди появилось привычное тепло.

Нет, между нами никогда и ничего не было, хотя слухи ходили разные. Нас с Алексом связывали исключительно приятельские чувства — мы подружились с ним сразу же, чуть ли ни с первого дня первого учебного года. И с тех пор ничего не изменилось — ни он, ни я ни разу не пересекали черту, разделявшую дружбу и отношения между мужчиной и женщиной.

Но сплетники упорно связывали нас вместе.

Твердили, что мы с ним пара, а потом — когда Алекс стал встречаться с Лиззи — злые языки принялись говорить, что Карвелл завел себе сразу двух — леди Лиззабет Лангстон и отличницу Джойлин Селдон.

Мы с Лиззи нисколько этому не протестовали, решив, что так даже забавнее. Отвечали любопытствующим с самым серьезным видом, что у нас все строго по расписанию — одну неделю Алекс встречается с Лиззи, вторую со мной.

Он же на это лишь улыбался многозначительно.

Вот и сейчас улыбнулся, и я не удержалась от ответной улыбки. Мы с ним даже были в чем-то внешне похожи. Не только чертами лица, у Алекса оказались такие же темные волосы и синие глаза, как у меня. Правда, ростом он вымахал почти под два метра и был настоящим громилой — и в атакующей Боевой Магии, и на занятиях по фехтованию.

— Что вы так долго? — спросил он, проследив глазами, как Лиззи заняла свое место по правую сторону трибуны, отведенную для пятого курса Целителей.

— Туфли, — призналась ему. — У Лиззи с новыми туфлями настоящая беда! Никак не разносит.

На это Алекс сочувственно покивал, заявив, что уже наслышан о туфлях, затем снова уставился на трибуну. Я же украдкой кинула взгляд на тех, кто стоял за Алексом и нисколько не верил в наше счастливое трио.

Это были мои навязчивые кавалеры, которые давно не давали мне прохода, а теперь поспорили, с кем из них я пойду на бал.

Молодой лорд Эрик Дигби — обладатель блондинистой львиной гривы и высокомерного взгляда серых глаз, время от времени показывающий очень даже неплохие результаты в магических науках. И Стенли Виммер — высоченный, худой как жердь темноволосый парень, крайне озабоченный своим внешним видом.

Первые два учебных года он стоял в конце строя на уроках по физической подготовке — даже за мной! — а потом вымахал так, что сейчас оказался почти вровень с Алексом.

Поговаривали — опять же, те самые злые языки, — что Виммер пьет магическую настойку для усиления роста, поэтому у него все слишком большое. И руки, и ноги… И не только руки с ногами.

На это я страдальчески закатывала глаза — слухи по женскому общежитию порой гуляли такие, что заставляли краснеть даже меня, Боевого Мага с пятого курса.

Тут парни, заметив, что я их разглядываю, призывно заулыбались, а я отвернулась — вот еще! К тому же возле трибуны началось движение. Ректор оставил деканов и вознамерился взойти на деревянный помост и произнести ту самую речь, ради которой он нас здесь и собрал.

Да и некроманты, обычно всегда и везде опаздывающие, поэтому успевшие внести значимый вклад в улучшение внешнего вида Академии, тоже построились. Их деканесса — магисса Райли Пейтон — шла к трибуне, покачивая бедрами в преподавательской темно-синей мантии.

И я подумала — интересно, как ей удается добиться подобного эффекта даже в бесформенной одежде?!

К тому же губы ее были ярко накрашены, глаза старательно подведены, золотистая заколка в смоляных волосах не могла и не старалась удержать пышную гриву. И я нисколько не сомневалась в том, что под мантией у нее каблуки — высоченные.

Намного выше, чем у моей бедной Лиззи.

— Кажется, деканесса еще раз собралась замуж. За нашего ректора, — шепнула я Алексу, потому что призывный взгляд магиссы Пейтон был направлен исключительно на Берка Гамильтона.

— Сомневаюсь, что у нее выйдет, — усмехнулся тот. — Наш ректор далеко не дурак и вряд ли захочет такой же участи, как и у бедняги магистра Пейтона.

Муж деканессы скоропостижно скончался этим летом. Он был приятным, тихим человеком почти без магического дара, читавшим скучнейшие лекции по географии у первых курсов и заботившимся о магических тварях в Некромантском Конце.

Помню, порой я посматривала на него и никак не могла взять в толк, что их связывало с Райли Пейтон, — они казались мне людьми из разных миров. Но однажды магистр Пейтон взял и избавил красавицу-жену от своего существования — им «закусили» магически измененные твари на Призрачном Пруду.

Было даже расследование, но признали, что покойный магистр Пейтон сам во всем виноват. Выпил лишнего после очередного семейного скандала и отбыл в непотребном виде в неизвестном направлении. Вернее, кормить своих питомцев, забыв накинуть на себя магическую защиту и захватить мясо для нечисти, которую Высшие Некроманты разводили, чтобы натаскивать на ней студентов.

Поэтому и стал сам для них ужином.

Но Райли Пейтон, утешившись буквально за пару месяцев, снова вышла на охоту.

На этот раз на нашего ректора.

Как оказалось, на охоту вышла не только она. И не только на ректора. Мне все-таки пришлось оторваться от созерцания поднимавшегося на трибуну лорда Гамильтона — приятное зрелище! — потому что Эрик сотворил передо мной иллюзию кружащихся в танце пар.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Причем, надо отдать ему должное, вполне неплохую.

Одну из пар сложно было не узнать — это была я в излишне облегающем красном платье с выпадающей из глубокого выреза грудью. Моим кавалером, конечно же, оказался Дигби.

— Ну что, пойдешь со мной на бал? — подмигнул он, и иллюзорная пара изобразила перед моими глазами немыслимый па.

Оказалось, и зрителей у нас тоже предостаточно, потому что задние ряды стали усмехаться и давать советы, что еще следовало сделать фиктивному Дигби с ненастоящей мной.

Исключительно для услады их зрительских глаз.

На это я заявила, что он окончательно спятил, и тут же развеяла иллюзию. Не хватало, чтобы ректор заметил — потому что магия вне жилых комнат и аудиторий Академии под запретом — и отправил нас подстригать травку или же красить стены.

К тому же Дигби приглашал меня уже раз десять и всегда получал отказы. Что могло измениться с сегодняшнего утра?! Если только я полюбовалась на его фантазии, в которых грудь у меня была явно на несколько размеров больше настоящей.

— Тогда тебе придется идти со мной, — ухмыльнулся Виммер. Он выбрал другой путь — решил обойтись без иллюзий, вместо этого прибегнул к шантажу. — Ты так и так попадешь в команду Академии, и на бал тебе все же придется пойти — приказ нашего ректора. Если Дигби тебе не нравится, а он мало кому нравится, — оскалился он, — то остаюсь только я.

— То есть на вас двоих свет клином сошелся? — поинтересовалась я любезно. — Думаете, меня больше никто не пригласит? Все кавалеры закончились?!

— Закончились, я узнавал, — согласился Стенли. — А если кто и остался, пусть только попробуют! Будут иметь дело со мной.

— Знаете что, — сказала им, — вы мне уже оба порядком надоели! Я не пойду на бал ни с одним из вас, оставьте меня уже в покое! Меня давно пригласили, и я дала свое согласие. Судя по их лицам, они мне нисколько не поверили. Хотя бы потому, что я соврала, так и не дав тому человеку окончательного ответа.

К тому же они его не знали — Томас Гленхем был не из нашей Академии, но должен был прибыть в Эйлирен со дня на день.

Друг моего детства из родного города тоже попал в состав команды Академии Магии Ливанты и собирался принять участие в Турнире Четырех Королевств. Сейчас Томас находился в пути, направляясь к столице, и я, признаюсь, немного волновалась перед нашей встречей.

Когда-то, еще до начала войны — это было лет четырнадцать назад — мы с ним были очень дружны. Но два года под властью Империи Угроса, захватившей Ливанту, многое успели изменить…

А потом, после победы, жизнь разметала нас в разные стороны. Мои родители спешно перебрались в столицу, стараясь забыть ужасы оккупации, а семья Томаса осталась в родном городе.

Мы не виделись с ним вот уже… Ну да, выходило, больше десяти лет.

Переписывались — сперва редко, его первое письмо нашло меня на втором курсе Академии. Но в последние пару лет все чаще и чаще. В послании, которое я получила на прошлой неделе, Томас упоминал, что хотел бы пригласить меня на бал. Быть может, я пойду с ним? Он надеется, что еще никто не успел украсть мое сердце и у него есть шанс за него побороться.

Я так и не придумала, что ему ответить. Вернее, написала, что дам ответ, когда он приедет в столицу. ...

Скачать полную версию книги