КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 605662 томов
Объем библиотеки - 923 Гб.
Всего авторов - 239870
Пользователей - 109850

Последние комментарии


Впечатления

srelaxs про серию real-rpg (ака Город Гоблинов)

неплохая серия. читать можно хоть и литрпг. Но начиная с 6ой книги инетерс быстро угасает и дальше читать не тянет. Ну а в целом довольно неплохо

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
pva2408 про Тамоников: Чекисты (Боевик)

Обложка серии не соответствует. В таком виде она выложена на ЛитРес
https://www.litres.ru/serii-knig/specnaz-berii/ в составе серии Спецназ Берии.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
lionby про Шалашов: Тайная дипломатия (Альтернативная история)

Серия неплохая. Заканчиваю 7-ю часть.
Но как же БЕСЯТ ошибки автора. Причём, не исторические даже, а ГРАММАТИЧЕСКИЕ.
У него что, редактора нет?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Рыбаченко: Рождение ребенка который станет великой мессией! (Героическая фантастика)

Как и обещал - блокирую каждого пользователя, добавившего книгу Рыбаченко.
Не думайте, что я пошутил.

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
Stribog73 про Соколов: Полька Соколова (Переложение С.В.Стребкова) (Самиздат, сетевая литература)

Можете ругать меня и мое переложение последними словами, но мое переложение гораздо ближе к оригиналу, нежели переложения Зырянова и Бобровского.

Еще раз пишу, поскольку старую версию файла удалил вместе с комментарием.
Это полька не гитариста Марка Соколовского. Это полька русского композитора 19 века Ильи А. Соколова.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Serg55 про Лебедева: Артефакт оборотней (СИ) (Эротика)

жаль без окончания...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Рыбаченко: Николай Второй и покорение Китая (Альтернативная история)

Предупреждаю пользователей!
Буду блокировать каждого, кто зальет хотя бы одну книгу Олега Павловича Рыбаченко.

Рейтинг: +10 ( 11 за, 1 против).

Укротить квотербека (ЛП) [Саманта Тоул] (fb2) читать онлайн

- Укротить квотербека (ЛП) (пер. Любовные романы ▪ Книги о любви Группа) 484 Кб, 76с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Саманта Тоул

Настройки текста:



ВНИМАНИЕ!



Текст предназначен только для предварительного и ознакомительного чтения.


Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика строго запрещена.

Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей.


Саманта Тоул

«Укротить квотербека»


Оригинальное название : Sacking the Quarterback by Samantha Towle

Саманта Тоул – «Укротить квотербека»

Переводчик: Катя З., Elena W.

Редактор: Алёна Д., Екатерина И., Настя З.

Обложка: Ирина Б.

Перевод группы: vk.com/lovelit


Аннотация


«Золотой» футболист стал плохишом.

У квотербека Грейсона Найта безупречная репутация в футбольном мире. Но когда его арестовывают за хранение наркотиков, адвокат Мелисса Сент-Джеймс понимает, что пазл не складывается. Совершенно ясно, что парень что-то скрывает, хотя и все отрицает. Но есть одно, от чего Грейсон не может отказаться – он хочет Мелиссу.


Глава 1


Жужжание.

Громкое жужжание.

Что-то вибрирует у моего уха. Я с трудом открываю глаза в своей темной спальне, которая сейчас освещается вибрирующим телефоном, лежащим на стоящей рядом тумбочке. Дотянувшись до аппарата, тяжелой от сна рукой, я беру телефон, смотрю на время – три часа утра – и вижу на экране имя своего начальника.

Бенедикт Кросс – прокурор штата. Он стал прокурором двадцать лет назад, в возрасте тридцати пяти лет. И был самым молодым прокурором в истории Майами. Это человек, которого я очень уважаю и восхищаюсь им. А еще я хочу иметь такое же положение, как у него, когда мне стукнет тридцать пять. То есть, у меня есть всего четыре года на осуществление данной цели.

Бенедикт не исчезнет, поэтому, если я хочу достичь своей цели, мне нужно переехать в другой город. И я совершенно не против. Меня ничего не держит здесь – в Майами. Моя карьера – это одна из причин, по которой я ни к кому не привязываюсь. А еще это причина того, что, работая в таком темпе и отвечая на звонки в три утра, я сведу себя в могилу в раннем возрасте. Ничего нового. Мне всегда приходилось тяжело работать, чтобы чего-то добиться. Ничего не доставалось мне легко. И я предпочитаю, чтобы все так и оставалось. В таком случае, успех становится еще ценнее.

– Бен? – отвечаю я хриплым голосом.

– Мелисса, прости за столь поздний звонок.

– Или ранний.

– Да, – посмеиваясь, отвечает он, так как прекрасно знает, что, обычно, уже к половине седьмого, я нахожусь в офисе. – Мне нужно, чтобы ты отправилась в полицейский участок на 62-й улице.

Просить меня съездить в полицейский участок уже вошло в привычку Бена. В принципе, как и ранние звонки, хотя обычно они случаются не так рано. У прокурора штата есть некоторые положительные стороны – удовлетворение от упрятывания плохих парней за решетку, но подобные визиты в полицейские участки могут быть крайне тяжелыми.

– Ладно, – говорю я, пытаясь собраться с мыслями. – Кого я там увижу?

– Грейсона Найта.

После его слов я приподнимаюсь на кровати, и немного просыпаюсь.

– Того самого Грейсона Найта?

– Именно его.

Я удивлена, услышав его имя. Грейсон Найт – квотербек команды «Майами Долфинс» – «золотой» футболист и всеобщий любимчик, ну, или только тех, чья команда не играет против его.

А также он чертовски сексуален – хотя это не важно, конечно же.

Я провожу рукой по своим запутанным волосам.

– Что он натворил?

– Хранение наркотиков.

Я удивленно поднимаю брови.

– Его арестовали в «Лив» около часа назад.

«Лив» – элитный клуб в отеле «Фонтенбло Майами-Бич», который частенько посещают богатые и знаменитые.

– Грейсон Найт один из тех, кто считает, что он выше закона. Мы должны доказать ему и всему остальному миру, что знаменитости и спортсмены ничем не отличаются от других, кто был пойман с наркотиками. Мы должны сделать его дело примером для остальных. Ты должна серьезно взяться за Грейсона. Придется потрудиться, чтобы подтвердить обвинение. Для этого мне нужен мой самый лучший специалист, а это – ты, Мел.

В моей груди разливается чувство гордости от комплимента Бена. Я знаю, что он высокого мнения обо мне. И знаю, что хорошо выполняю свою работу – даже не так, я восхитительно выполняю свою работу, но все же, очень приятно слышать подтверждение. А если у меня получится засадить кого-то типа Грейсона Найта, то меня ждет серьезное продвижение по службе. Это дело поможет мне подняться вверх по карьерной лестнице намного раньше, чем я на то рассчитывала.

– Я сейчас же выезжаю, – отвечаю Бену.

– Позвони, когда закончишь.

– Обязательно.

Я кладу трубку. Скинув одеяло, включаю ночник и ставлю ноги на пол. Я делаю глубокий вдох и направляюсь в ванную комнату.

Тридцать минут спустя, я готова, и с портфелем в руке. На мне черный деловой костюм и белая шелковая блузка, на лице нет ни грамма макияжа, а длинные каштановые волосы затянуты в тугой хвост.

Я не собираюсь производить впечатление. А собираюсь выполнить свою работу – узнать всю подноготную Грейсона Найта прежде, чем он обзаведется какими-то шишками-адвокатами из большой фирмы.

Выйдя из квартиры, я спускаюсь на лифте в фойе. Эрл, ночной швейцар, сидит за столом и улыбается мне.

– Ранний старт, мисс Сент-Джеймс?

– Слишком ранний, – я улыбаюсь в ответ.

Мужчина смеется.

– Подогнать вашу машину?

– Не стоит, я поймаю такси неподалеку.

– Позвольте мне помочь. – Эрл встает со своего места и выходит из-за стола.

Я следую за ним к входной двери здания.

– Такая молодая девушка не должна одна находиться на улице посреди ночи. Никогда не знаешь, что ждет за углом.

Именно те, с кем я сражаюсь каждый день. Те, кого пытаюсь засадить за решетку, чтобы улицы Майами стали безопаснее для других молодых девушек.

Однако я не произношу этого вслух.

Мне нравится быть ассистенткой прокурора штата. Нет ничего лучше, чем сажать бандитов в тюрьму или видеть, как торжествует правосудие в случае с такими напыщенными придурками, как Грейсон Найт, которые считают, что деньги и слава делают их неприкасаемыми. Ну, что ж, я покажу ему, насколько он неприкасаемый на самом деле.

«И как чувственно можно прикасаться к его телу».

Я выгоняю эту мысли из своей головы. Он мой противник.

Эрл ловит такси. Я благодарю его и сажусь на заднее сидение.

– В полицейский участок на 62-й улице, пожалуйста, – говорю я водителю и усаживаюсь поудобнее.


Глава 2


Я плачу водителю, включая хорошие чаевые за ночной вызов, и выхожу из машины. С портфелем в руке, прокладываю дорогу к дверям полицейского участка. Открыв двери, я вхожу в помещение, внутри которого довольно тихо. Ничего странного для такого часа. Мужчина и женщина сидят на пластиковых сидениях слева от меня. Копы толпятся в офисе за столами. Я не узнаю дежурного офицера. Сегодня это слишком бдительная темнокожая женщина, разменявшая пятый десяток.

Улыбаясь, я подхожу к ней и рассматриваю ее имя на бейдже.

– Здравствуйте, офицер Сантьяго. Я – ассистент прокурора штата – Мелисса Сент-Джеймс. Я здесь, чтобы встретиться с Грейсоном Найтом.

Женщина улыбается в ответ.

– Он на допросе сейчас. Хотите я вас проведу?

– Да, спасибо.

Офицер Сантьяго выходит из-за своего стола, и я следую за ней к двери и прямо по коридору, который ведет к допросным. Она останавливается у одной из дверей.

– Они здесь.

– Спасибо.

Я стучу и открываю дверь. В комнате находится сержант Мэтт Дотри.

Я встречалась с ним четыре месяца и порвала шесть месяцев назад, несмотря на то, что он не хотел нашего разрыва. И Мэтт даже не пытался это скрыть.

Джейсон Блэк, напарник Мэтта, сидит рядом с ним. Мне очень не нравится этот парень. В нем есть что-то такое, от чего у меня проходит холодок по спине. И сейчас не исключение.

Напротив них, спиной ко мне, сидит Грейсон Найт.

Мы встречаемся с Мэттом взглядом. Я немного откидываю голову назад, указывая на то, что хочу перекинуться с ним парой слов снаружи.

– Вернусь через минуту, – Мэтт говорит Джейсону.

В этом время, Грейсон, будучи именно таким напыщенным козлом, которым я его и представляла, даже не повернулся взглянуть на меня.

Мэтт поднимается и выходит за мной. Дверь закрывается. Я прохожу по коридору и облокачиваюсь плечом о стену.

– Мелисса, – говорит Мэтт, приветствуя меня по имени.

– Сержант, – говорю я, напоминая, кем мы являемся друг для друга теперь.

– Можешь называть меня Мэтт.

– А ты можешь называть меня – ассистент прокурора штата Сент-Джеймс!

Посмеиваясь, он качает головой.

– Ты серьезно?

– Мы сейчас на работе, – говорю я, складывая руки на груди. – Расскажи о том, что произошло ночью.

Я снова вздергиваю подбородок в сторону двери, за которой сидит Грейсон Найт.

– Мы получили анонимную наводку, что у кого-то в клубе есть наркотики. Сержант Блэк и я отправились туда с несколькими другими полицейскими. Мы провели зачистку и обыск. Во владении Грейсона Найта оказалось большое количество наркотика из «Списка II».

– Большое?

– Достаточно, чтобы каждый человек в клубе был под кайфом.

Я хмурю брови.

– Только у него нашли дурь?

– Ещё несколько мелких доз у других. Ничего особенного.

– Как-то странно, что при нем было так много. Он ведь не торговец, ему не нужно зарабатывать этим на жизнь.

Мэтт опирается плечом на стену и поворачивается лицом ко мне.

– Кто знает, почему эти «звезды» поступают именно так. Вероятно, сидит на адреналиновой игле.

– Хм... да, – я снова перевожу взгляд на дверь. – Ты допрашивал его без присутствия адвоката.

– Он отказался. Сказал, что ему не нужен адвокат.

Я опять смотрю на него.

– Ему не нужен адвокат? Ну, что ж, это серьезно облегчит мою работу.

– Ага. Отказался, – Мэтт качает головой.

Интересно. И необычно. Знаменитости всегда первым делом вызывают своих адвокатов.

– Хочешь поговорить с ним?

– Да. Оставь меня на пару минут с ним. Бен хочет повесить на него все.

Мэтт улыбается, отталкивается от стены и открывает дверь. Я прохожу внутрь. Джейсон встает со стула и, после столкновения со мной, выходит. Я жду, пока закроется дверь, и присаживаюсь на стул перед Грейсоном Найтом.

Он медленно поднимает голову. Мои глаза встречаются с уставшими, но поразительно зелеными глазами Грейсона Найта.

Ух, ты. Ладно.

Я – профессионал и мне уже приходилось иметь дело со знаменитостями, но у Грейсона Найта свой собственный калибр. Очень сложно не поддаться его чарам. Я знаю, что футболисты крупные парни. Но Грейсон огромен. Широкие плечи и сплошные мускулы. И он еще более привлекателен, чем по телевизору. Мужчина источает уверенность и силу, даже, будучи уставшим, как сейчас. Легко понять, почему Америка его обожает.

Я здесь не для того, чтобы пялиться на него. Я здесь для того, чтобы всучить ему хороший штраф или засадить за решетку. Поэтому «надеваю» свои рабочие доспехи и представляюсь.

– Меня зовут Мелисса Сент-Джеймс. Я – ассистент прокурора штата, и работаю над вашим делом.


Глава 3


Грейсон молча и пристально смотрит на меня.

‒ Можете рассказать мне, что вы делали этой ночью?

‒ Я уже объяснил все офицерам, ‒ говорит Грейсон. Судя по тону, парень скучает, даже делает мне одолжение.

Подавшись вперед, я упираюсь локтями на стол между нами.

‒ А сейчас я хочу, чтобы вы все повторили для меня.

Мужчина вздыхает.

‒ Я был в «Лив». У меня при себе было немного кокса, чтобы расслабиться. Копы провели обыск в клубе, и нашли наркоту. Они арестовали меня и привезли сюда. Конец.

‒ Вы хотите сказать, что, то количество кокаина, которое у вас изъяли, было просто для... расслабления?

‒ Я большой парень. Что тут скажешь? ‒ говорит он и пожимает вышеупомянутым огромным плечом.

Когда я перевожу взгляд на Грейсона, то сразу же понимаю, что парень не наркоман. Я видела достаточно наркоманов за свою карьеру, и уже знаю все симптомы. Этот парень чист настолько, насколько возможно. Кроме того, если бы он принимал наркотики, это бы выявили одним из многочисленных тестов, которые игроки обязаны делать сейчас в НФЛ. Возможно, команда прикрывала его, но к нему относились бы с пренебрежением. Обычно, наркоманы непредсказуемы и ненадежны. Грейсону не продлили бы контракт, или же его команда нашла бы способ его выжить.

Грейсон Найт – их лучший игрок. И у него обнаружили наркотики. Пока я не вижу в этом никакого смысла.

Но мне нужно докопаться до истины. Он нарушил закон. Я здесь, чтобы убедиться в том, что Грейсон не останется безнаказанным.

‒ Вы отказались от адвоката.

‒ Да.

‒ Почему?

‒ Потому что он мне не нужен.

– Вам стоит пересмотреть свое решение, мистер Найт, – я поднимаюсь и прохожу к двери. Прежде чем открыть ее, поворачиваюсь к нему. ‒ Сейчас готовят бумаги на ваше освобождение.

Он удивленно смотрит на меня.

‒ Меня отпускают?

‒ Да, пока. Вы должны явиться в мой офис в десять тридцать и не минутой позже для признания вины. Там я объясню обвинения, выдвинутые против вас, а вы расскажите, как будете признавать вину в суде. А еще, мистер Найт, приведите с собой адвоката.

Он встает и переходит к углу стола.

‒ И все?

‒ Пока, да.

Что-то мелькает в его взгляде. Затем я вижу, как он окидывает взглядом мое тело и останавливается на моем лице.

Я чувствую как странная, но приятная дрожь проходит по моему телу.

‒ Я ожидал большего, ‒ от его низкого тона мое тело покалывает, что выводит меня из равновесия.

‒ Большего? ‒ спрашиваю я. В моей голове путаются мысли.

‒ Да, ‒ говорит мужчина и делает шаг ко мне.

Он все еще смотрит на меня. Что-то во мне просит отступить назад, но другая часть требует сделать шаг вперед.

Грейсон очень напряжен. Я чувствую в нем животный магнетизм, притягивающий меня. Видимо, именно благодаря этому он так знаменит. Но не стоит забывать, что Грейсон еще и невероятный футболист.

За мной слышится стук в дверь, который возвращает меня на землю.

Я кидаю на Грейсона тяжелый взгляд.

‒ Будет больше. Потому что все действия имеют свои последствия, мистер Найт. Вне зависимости от того, кто вы, – я открываю дверь, и оборачиваюсь к Грейсону. Повысив свой тон, который я использую в работе, произношу. ‒ Сержант Дотри разберется с вашими бумагами на освобождение.

Так как он все еще молча стоит, я достаю визитку из своего портфеля и протягиваю ему. Грейсон пробегает пальцами по моим, и я с трудом останавливаю в себе порыв, который накатывается на меня.

‒ Здесь вы можете найти адрес моего офиса. Жду вас, в десять тридцать утра. И не опаздывайте, ‒ я поворачиваюсь и выхожу из комнаты.


Глава 4


Грейсон не явился. Уже одиннадцать утра, а он должен был прийти полчаса назад. Его адвокат здесь – Джордж Симпсон, мужчина, работающий в лучшей юридической фирме Майами. Конечно же, Грейсон нанял лучшего адвоката в городе.

По крайней мере, он удосужился нанять адвоката. Какая жалость, что Грейсон не потрудился явиться на свою сделку о признании вины.

Мудак.

‒ Я могу еще раз попробовать дозвониться своему клиенту, ‒ говорит Джордж, поднимая свой телефон.

‒ Нет, все хорошо.

Не хорошо. Я серьезно разозлилась. Меня нельзя просто так проигнорировать. И мне очень не нравится, когда люди не воспринимают меня или мою карьеру всерьез. Я поднимаюсь со стула.

Джордж Симпсон следует моему примеру и поднимается.

‒ Как вы планируете поступить дальше? ‒ спрашивает он.

‒ Я буду держать вас на связи.

Мужчина кивает и выходит из моего офиса.

Я снова присаживаюсь и сжимаю руки в кулаки. Кем, черт возьми, возомнил себя Грейсон Найт?! Козел!

Но почему это так сильно меня злит?

Потому что я ассистент прокурора штата, черт его возьми, и почему же Грейсон Найт считает, что может игнорировать меня? Потому что он глупый футболист? Я – закон! Он еще не знает, во что ввязался.

Разъяренная на этого козла, быстро звоню агенту Грейсона. Я настолько зла, что позволяю своим эмоциям взять над собой верх и представляюсь адвокатом Грейсона, чтобы агент сказал, где находится этот засранец.

Он на тренировке со своей командой.

Этот самовлюбленный гад пошел на тренировку вместо того, чтобы явиться на сделку о признании вины.

Разъяренная, хватаю свою сумку и ключи. Я выхожу и ловлю такси на улице, сообщая водителю тот адрес, который мне назвал его агент.

Такси останавливается, и я выхожу. Подхожу к охраняемой рецепции.

‒ Здравствуйте, меня зовут Мелисса Сент-Джеймс. Я хочу увидеть Грейсона Найта. Харрис Джонс, агент Грейсона, сказал, что он предупредит вас о моем приходе.

Да, я проворачиваю этот маленький трюк с Харрисом. Не самое этичное поведение, но злость затмевает мой разум, поэтому я иду на это.

‒ Он звонил, но мне нужно ваше удостоверение личности.

Я достаю свой кошелек из сумки и показываю водительские права. Охранник проверяет информацию и возвращает права. Тем временем я заполняю входной лист, беру бейдж посетителя, который мужчина протягивает мне, и закрепляю его на лацкане пиджака.

‒ Сегодня команда тренируется снаружи, на главном поле. Вам в ту дверь, ‒ говорит охранник, указывая на дверь. ‒ Потом идите прямо по коридору. В конце, справа, будет еще одна дверь, которая ведет прямо на поле.

‒ Спасибо, ‒ говорю я, улыбаясь.

Иду по коридору пока не достигаю выхода на поле. Вся команда «Майами Долфинс» снаружи в процессе тренировки.

Теперь, находясь здесь, не совсем понимаю что делать. Я не могу просто выйти на поле и прервать тренировку, чтобы выяснить, почему Грейсон не явился на нашу утреннюю встречу.

Всего лишь за одну минуту я нахожу его на поле, которое заполнено большими, потными мужчинами.

‒ Могу ли я вам чем-то помочь? ‒ спрашивает мужской голос.

Я поворачиваюсь и вижу привлекательного тридцатилетнего парня со светлыми короткими волосами в спортивных шортах и футболке. Но ему далеко до Грейсона Найта.

‒ Здравствуйте. Меня зовут Мелисса Сент-Джеймс. Адвокат Грейсона, ‒ и вот я снова лгу. ‒ У меня назначена с ним встреча.

‒ Эллис Митчел. Я тренер команды по физической подготовке, ‒ говорит он, пожимая мою руку. ‒ Грейсон совсем скоро освободится. Они уже почти закончили. Почему бы вам не присесть, и подождать?

Парень указывает на трибуны.

‒ Нет, спасибо. Меня все устраивает, ‒ говорю я, вежливо улыбаясь.

‒ Мне нужно вернуться к работе, ‒ произносит Эллис и улыбается в ответ. У меня такое чувство, что моя улыбка не такая приветливая как у него. ‒ Приятно познакомиться, Мелисса.

‒ Мне тоже.

Эллис уходит, и мой взгляд возвращается к Грейсону. Не смотря на свои принципы, я не могу отрицать, что он очень горяч на поле. И под словом «горяч» я не имею в виду, что ему жарко, хотя судя по каплям пота на его теле, парню очень жарко. Грейсон горяч в самом сексуальном смысле этого слова, которое только можно представить. Он выглядит как настоящий самец, бросая мяч своим товарищам по команде. Спортивная футболка плотно облегает бицепсы парня, демонстрируя накачанные мышцы рук. А эти ноги... Я почти уверена, что он может колоть грецкие орехи своими бедрами.

«Или хорошенько отделать меня».

Господи, откуда взялась эта мысль?

Конечно, Грейсон бесспорно горяч. Но он преступник, и я намерена сделать все возможное, чтобы доказать его вину. Преступник, который считает, что может проигнорировать сделку о признании вины с ассистентом прокурора штата.

А еще он преступник, который только что заметил мое присутствие. Я вижу, как Грейсон поворачивает голову в мою сторону, передает мяч своему товарищу по команде и идет по направлению ко мне.

И по какой-то неведомой причине я ощущаю дрожь по всему телу.


Глава 5


Грейсон останавливается передо мной и хмурится.

Я хмурюсь в ответ. Несмотря на то, что злюсь на него, все равно не могу не отметить его размер и то, как горячо парень выглядит, несмотря на то, что пот стекает по его шее.

‒ Что вы здесь делаете? ‒ тихо спрашивает Грейсон.

Что я здесь делаю?! Он еще смеет спрашивать?

‒ Вы проигнорировали меня, ‒ я практически выплевываю слова.

В ответ он только вопросительно изгибает бровь.

‒ Вы забыли о сделке? Об обвинении?

Почему я так взволнована?

Он скрещивает руки на груди.

‒ Я не говорил, что приду.

Чувствую, как от шока округляются мои глаза, тут же пытаюсь смотреть нормально и произношу.

‒ У вас нет выбора. Если я говорю прийти – вы приходите.

Грейсон оглядывается на других членов команды, которые начинают двигаться в нашу сторону. Затем хватает меня за локоть и тащит подальше от других.

Я отдергиваю свою руку. Грейсон открывает дверь, через которую я вышла на поле, кидая на меня требовательный взгляд. Он явно хочет провести меня внутрь. От этого я еще больше хочу зарыться каблуками в землю и не двигаться с места, но парень прав. Поле – не лучшее место для подобного разговора.

Следую за ним по коридору и прохожу в комнату, когда он открывает дверь. Грейсон захлопывает дверь и поворачивается лицом ко мне.

‒ В чем проблема?

‒ Серьезно? Вы считаете, я не достойна вашего времени. Что вы такая большая шишка, что можете наплевать на арест. Думаете, все быстро уляжется и будет как раньше?

Грейсон делает шаг ко мне.

‒ Я не думаю, что все уляжется, а не пришел, потому что был на тренировке, и, кстати, отправил своего адвоката вместо себя. Того самого адвоката, на котором настояли именно вы.

‒ Интересно. Он считал, что вы составите ему компанию на встрече.

‒ Значит, он идиот.

‒ Но именно вы его наняли. Значит ли это, что вы тоже идиот?

Парень улыбается. Хотела бы я сказать, что улыбка оставляет меня равнодушной, но это не так. Грейсон никогда об этом не узнает.

– Я сказала вам быть в моем офисе, Грейсон. Если я говорю сделать что-то, вы должны это делать.

Что-то вспыхивает в его глазах, и парень становится на еще один шаг ближе ко мне. Вдруг комната кажется намного меньше.

‒ Люблю женщин, которые берут инициативу в свои руки.

‒ Мне наплевать на то, какие женщины вам нравятся.

Он подходит еще ближе.

‒ Вообще-то, мне кажется, тебе совсем не наплевать. Именно поэтому ты так зла, что я не явился на встречу. Именно поэтому приехала прямо сюда...

‒ Вы практически перешли черту, ‒ говорю ему я.

‒ Возможно, мне это нравится, ‒ говорит Грейсон, делая еще один шаг ко мне.

Сейчас он находится близко ко мне. Слишком близко.

Сердце вылетает из моей груди. Дыхание ускоряется.

«Сейчас же возьми ситуацию в свои руки, Мел, прежде чем она полностью не вышла из-под твоего контроля».

Подняв подбородок, я смотрю прямо в его глаза.

‒ Я пришла сюда, потому что вы не явились на встречу.

Это не совсем правда; на самом деле я пришла сюда, потому что была очень зла,

‒ Встречу, которая, мягко говоря, была очень важна. Я пыталась оказать вам услугу, что, совершенно ясно, было ошибкой. Можете забыть о сделке и о признании вины. Увидимся в суде, мистер Грейсон.


Глава 6


Я достаю бутылку вина из холодильника и наполняю свой бокал. Взяв бокал с вином и большую пачку чипсов, я направляюсь к дивану, кладу свою ношу на кофейный столик и включаю телевизор.

После долгого неудачного дня и бессонной ночи, все благодаря Грейсону Найту, я готова часок расслабиться перед тем, как отправлюсь в царство Морфея. Пультом от телевизора я переключаю каналы и медленно потягиваю вино. Останавливаюсь на повторе «Друзей». Это именно то, что мне сейчас нужно – легкий юмор.

Я все еще обдумываю поведение Грейсона. Не могу поверить, что он так открыто флиртовал со мной. И я все еще пытаюсь игнорировать то, как на меня это повлияло.

Как он на меня влияет.

Я выпрямляю ноги и кладу их на кофейный столик. Мой телефон начинает звонить. Я тянусь и поднимаю его со стола. Номер телефона не определен, из-за чего я решаю проигнорировать звонок, но через минуту отвечаю. Это может быть один из клиентов, а я, прежде всего, адвокат.

– Алло?

– Мелисса?

– Да.

– Мелисса, это... Грейсон. Грейсон Найт.

Почему, черт возьми, Грейсон Найт звонит мне в девять вечера?

Какова бы ни была причина, я не собираюсь облегчать ему жизнь.

– Как вы нашли мой домашний номер? – спрашиваю я. Мой тон звучит осуждающе.

– Я, гм... Если я скажу вам, вы меня арестуете?

– Возможно.

Он смеётся, но я совсем не шучу насчет его ареста. Я не стану сажать парня за решётку из-за звонка, но моя работа состоит в том, чтобы посадить Найта за хранение наркотиков.

В трубке молчание. Я чувствую, что тон разговора становится серьезнее, когда он резко выдыхает после долгого вздоха.

– Мы можем... поговорить?

– Насчет чего?

– О том, что произошло ранее.

Я глубоко вздыхаю и выдыхаю. Потом отвечаю.

– У вас есть одна минута.

– Одна минута. Я понял.

Я слышу, как он громко выдыхает. Снова. Но затем ничего не говорит.

– Минута пошла, – говорю я, делая глоток вина.

– Хорошо. Слушай, я звоню, чтобы извиниться за свое поведение. За то, что не пришел на встречу и за то, как себя вел... Извини.

– Хорошо.

– Окей... Ты меня прощаешь?

Этот парень на самом деле очарователен, когда не ведет себя как абсолютный идиот.

– Кто помог вам понять, что вы были придурком?

Он снова смеётся, на этот раз намеренно.

– Отец сгрыз мой зад после того, как мой идиот-адвокат сказал ему, что я отсутствовал на нашей встрече.

Ещё одна пауза. Очаровательным он может быть, но я собираюсь заставить этого парня попотеть.

– Итак... Я прощён?

– Может быть.

– Может быть. Хорошо. Я приму это. Теперь перейдём к части, где я прошу вас не забывать, что я почти прощен, и согласиться встретиться со мной завтра, чтобы обсудить сделку о признании вины, о которой вы хотели поговорить сегодня утром.

– Не знаю, – говорю я пока сажусь и ставлю стакан на кофейный столик.

– Пожалуйста.

Когда он произносит это слово, в его тоне чувствуется мольба, от чего моя решимость ослабевает.

– Я не буду избегать встречи. Буду там, когда вы скажете. Клянусь.

Я останавливаюсь, думая. Слушаю, как он дышит.

Бен хотел, чтобы я арестовала его, но у меня ужасное чувство, что я не знаю всей истории. И адвокат во мне хочет разузнать обо всем.

– Хорошо. Будь в моем офисе завтра в десять утра.

– Я буду там. Спасибо, Мелисса.

– Всегда пожалуйста. И, Грейсон?

– Да?

– Это твой последний шанс. Не упусти его.


Глава 7


– К вам пришел Грейсон Найт, – раздается голос моей ассистентки Джилл по интеркому.

– Пригласи его ко мне, – нажимаю на кнопку и произношу я.

Взяв папку с делом Грейсона, блокнот и ручку, я направляюсь к небольшому столу, расположенному в моем офисе. Опустив папку на стол, я присаживаюсь на стул напротив двери.

Когда дверь открывается, и я вижу Грейсона, мне приходится задержать дыхание, чтобы не ахнуть.

Твою мать, он великолепен!

Грейсон невероятно привлекателен. У него неземная красота. На нем приталенный черный костюм, и, если задержать свой взгляд на парне подольше, можно с уверенностью сказать, что костюм сшит на заказ, так как он сидит на Грейсоне как литой.

– Привет, – говорит он, улыбаясь и демонстрируя свои ослепительно белые зубы.

Я заставляю свой мозг работать.

– Привет. Великолепно. Эм, присаживайтесь, – говорю я, указывая на стул напротив. – Может, хотите что-то выпить? – спрашиваю я, пока парень присаживается. Это помогает мне собраться с мыслями и взять себя в руки.

– Воду, пожалуйста.

Я подхожу к мини-холодильнику, который находится в комнате, и беру две бутылки воды.

– Бутилированная подойдет или вам нужен стакан?

– Сойдет и бутилированная, – говорит Грейсон и еще раз улыбается.

«Господи, хватит мне улыбаться. И хватит выглядеть так чертовски привлекательно!»

Я передаю ему воду и присаживаюсь. Грейсон снимает крышечку и делает глоток. Я не могу отвести глаз от него в этот момент, когда мышцы его сильной шеи приходят в движение. Грейсон отрывает бутылку от своих губ и замечает, как я пристально смотрю на него. Затем он медленно высовывает язык и ловит им капельки воды, скатывающиеся по его губам.

Святые небеса!

«Этот язык... Интересно, какие бы ощущения он вызывал у меня...»

Я сдвигаю и сжимаю бедра.

«Прекращай, Мел!»

С усилием я заставляю себя отвести взгляд и уставиться в папку.

– Давайте обсудим события, которые привели к вашему аресту в ночь, когда вы были в «Лив».

Я открываю свой файл в полицейском отчете с подробным описанием ареста и беру ручку, чтобы сделать заметки.

У Грейсона все еще бутылка воды в руке. Он закручивает крышку и откидывается на сиденье.

– У меня была тяжелая тренировка. Поэтому я отправился с приятелями выпустить пар. Мы оказались в «Лив». Мы пили и хорошо проводили время. Затем появились полицейские. Меня обыскали, и нашли наркотики, а затем арестовали, – говорит он.

– Хорошо, давайте начнём сначала. Вы говорите, что были в нескольких барах?

– Да.

– В каких?

– Не помню.

– Где вы взяли наркотики? Они были у вас до того, как вы вышли из дома, или вы их купили после тренировки?

– После тренировки.

Я это записываю.

– В каком баре вы купили наркотики?

– Я не знаю.

– Вы не знаете? – спрашиваю я, глядя на него.

– Я не помню, – говорит Грейсон.

Его рука сжимает бутылку воды.

– У кого вы купили наркотики?

– У дилера, – говорит он и смотрит на меня.

– И его или ее имя...?

– Я не знаю, – повторяет Грейсон, откручивая крышку бутылки и делая глоток.

Я снова смотрю на него глазами адвоката и вижу, как ему не комфортно в данный момент. Знаю, что ему светит приличный штраф и огласка этой ситуации, но здесь есть что-то еще. Что-то, о чем он умалчивает.

Моя работа не состоит в том, чтобы спасти Грейсона от ареста, но моя работа – обвинить его. Но я так же не тот человек, который будет выполнять работу вслепую. Более того, мне нравится знать все факты до того, как я принимаю решение. И я чувствую, что от меня что-то утаивают. Грейсон явно что-то скрывает.

– Итак, вы говорите, что не знаете имя человека, у которого купили большое количество наркотиков?

Он ставит бутылку на стол, смотрит мне в глаза и повторяет.

– Я сказал вам, не знаю. Это был какой-то парень из клуба, у которого я купил наркотики. Конец истории.

– Но вы сказали, что купили наркотики у дилера в баре, а не в клубе.

– Клуб, бар. Это одно и то же.

– Нет, это не так.

Грейсон наклоняется вперед, и упирается в стол всем телом. Он смотрит мне в глаза, как будто это заставит меня отступить и говорит.

– Все равно. Господи. Да, я был в баре. Подошел к парню, потому что знал, что он дилер.

– Откуда вы знали, что он дилер?

– Я просто знал.

– Как?

– Потому что он выглядел, как дилер.

– Он выглядел как дилер? А как выглядит дилер?

– Господи! Я не знаю!

Найт взволнован. А это означает только одно, он врёт.

– Но вы только что сказали, что знаете. Сказали, что он выглядел, как дилер.

Он сжимает челюсть и взволнованно выдыхает.

– Грейсон, я не смогу вам помочь, если вы не будете доверять мне.

Его глаза вспыхивают.

– Я думал, что ваша работа состоит в том, чтобы засадить меня, а не помогать, – говорит он, и я должна признать, что парень прав.

Тогда почему я чувствую, что должна разобраться в этом деле?

– Вы правы. Основываясь на том, что вы рассказали, я не могу предложить вам вариант признания вины.

– Итак, мы закончили с этим? – говорит он, не встречаясь со мной взглядом.

Я кладу ручку, вздыхаю и говорю.

– Да. Мы закончили.

Грейсон встаёт. Я чувствую странную тяжесть от мысли о том, что он уходит. Как только Грейсон достигает двери, то останавливается и оглядывается на меня через плечо.

– Спасибо за потраченное время. Увидимся, Мел.

Его слова и взгляд поражают меня до глубины души. А затем Грейсон Найт исчезает, и моя дверь тихо закрывается за ним.


Глава 8


– Передай соль, – говорит мне Тори.

– Кто кладёт соль в пасту «Альфорно» (прим.перев.: паста, приготовленная в духовке)? – хмуро спрашиваю я.

– Я. Теперь передай ее, – говорит она, и дерзко улыбается.

Тори – моя лучшая подруга. Я встретила ее в юридической школе. Она специализируется на семейном праве. Честно говоря, не знаю, как она это делает. Сложно постоянно иметь дело с людьми, которые разводятся, делят имущество и детей.

Будучи ребенком родителей, расторгших свой брак, я видела, как они ненавидели друг друга и боролись за меня. Было несладко, поэтому ни в коем случае я не хочу заниматься этим ежедневно, как она.

Лучше я каждый день буду иметь дело с преступниками. Но я не совсем уверена, что и это мне нравится.

Я передаю ей соль и говорю, подразнивая.

– Мое кулинарное искусство недостаточно хорошо для тебя?

Я приготовила обед и, хотя, я и не шеф-повар, в своей «Альфорно» я абсолютно уверена. Мы с Тори обедаем вместе хотя бы раз в неделю. Сегодня мы должны были выйти в люди, но я не очень хотела светиться в обществе, поэтому изменила наши планы и сказала, что приготовлю ужин сама.

– Очень вкусно, – говорит она с усмешкой, поднося ко рту вилку с соленой пастой, – но сейчас лучше.

Поднимая свой бокал, я показываю ей средний палец.

– Как серьезно, – смеётся она.

– Я училась у лучших.

Затем настает ее очередь показать мне средний палец, от чего мы громко смеемся. Очень приятно спокойно шутить и веселиться после последних дней. Смех прекращается, и я снова принимаюсь за свою пасту.

– Итак, почему ты не хочешь никуда идти вечером? – спрашивает Тори.

– Просто нет настроения, – говорю я, пожимая плечами.

– Проблемы на работе?

– Можно и так сказать, – я кладу вилку на тарелку.

– Хочешь поговорить об этом? – спрашивает подруга, и кладет в свой рот еще больше пасты.

– Нет, – делаю паузу. Я могу рассказать Тори все. Все, в законных пределах. – Да.

Девушка смеётся.

– Это все из-за последнего дела, над которым я работаю... У меня какие-то противоречивые чувства.

– Противоречивые чувства? – она непонимающе выгибает брови.

– Просто... Я думаю, что этот парень что-то скрывает, и дело более запутано, чем все думают.

– Имеешь в виду, что в этом деле все не так ясно, как думает Бен?

– Верно, – я вздыхаю.

– Итак, ты думаешь, что этот парень кто? Невиновный?

Я жую ноготь большого пальца.

– Может быть. Просто не настолько виновный, как кажется.

Тори изучает меня минуту, а затем говорит.

– Слушай свою интуицию. У тебя замечательные инстинкты. Если ты думаешь, что в деле есть что-то еще, значит выясняй, что именно. А если Бен заставит тебя посадить парня в тюрьму? Ты посадишь в тюрьму невиновного мужчину и выяснишь это постфактум... Зная тебя, это будет мучить тебя всю жизнь.


Глава 9


Я как раз закрываю крышку компьютера, когда Бен заходит в мой офис.

– Привет. Все хорошо?

– Да, – говорит он, не садясь. Мужчина стоит за стулом, по другую сторону стола, опираясь на него. – Я только что прочитал дело Грейсона Найта.

– Хорошо, – говорю я и жду, что же он хочет мне сказать. Моё сердце начинает биться немного быстрее. Не знаю почему. – И что ты думаешь?

– Думаю, что твое предложение обвинить его в хранении наркотиков «Списка II», слишком легкое. Я читал отчет полиции, и знаю количество наркотиков, которое было при нем... Думаю, мы должны продвигать обвинение в хранении с намерением сбыта.

– Ты уверен?

– А ты нет? – Бен хмурится.

– Просто... Он – Грейсон Найт. Суперзвезда футбольной команды. Кристально-чистая личность. Невероятно богатый. Аргументировать хранение наркотиков с намерением сбыта будет трудно. Не похоже, что ему нужно заниматься продажей наркотиков, чтобы заработать денег. Я думаю, что судья, скорее всего, согласится с обвинением в хранении препарата «Списка II». Таким образом, у нас все еще есть хорошие шансы выиграть дело в глазах общественности.

– Думаю, это не так, – резко говорит Бен. Я удивлена, потому что он редко не соглашается со мной, и когда он это делает, то делает с уважением. Затем Бен продолжает. – Он не получит достаточного срока тюремного заключения со «Списком II». С хорошим адвокатом парень отделается только условным освобождением и штрафом. Может быть, общественными работами. Я говорил тебе, что хочу сделать дело Грейсона Найта примером для других. Твое обвинение не поможет в этом.

– Хорошо, – говорю я, неуверенная в следующем шаге. – Итак... Ты хочешь, чтобы я...? – я обрываю предложение, чтобы Бен мог его закончить.

– Выдвинула обвинение в хранении препарата из «Списка II» с целью его сбыта. Попробуем поднять дело до уголовного преступления второй степени.

Я киваю один раз, в знак согласия.

– Хорошо. Ты уже уходишь? – спрашивает Бен.

Он отодвигает стул и делает шаг в сторону двери.

– Хотела, но могу остаться. Ты хочешь, чтобы я сегодня составила документ обвинения?

– Нет, иди домой. Займись этим утром.

– Хорошо.

– Спокойной ночи, Мел.

– И тебе, Бен.

Я смотрю, как он покидает мой офис, и дверь закрывается за ним.

Его слова крутятся в моей голове.

Почему Бен так настаивает на том, чтобы посадить парня в тюрьму? Я знаю, что обвинение большой знаменитости, такой, как Грейсон, будет выглядеть хорошо в его списке достижений. Но до следующего года выборов не будет. И Бена очень уважают в Майами. Не похоже, что ему нужно проделывать подобные трюки для переизбрания.

Слова Бена, смешанные с речью Тори прошлой ночи, крутятся в моей голове.

Тори правильно сказала. Если я буду выступать в качестве обвинителя Грейсона, не зная всей правды, и он попадет в тюрьму невинным, это «съест» меня. Особенно сейчас, поскольку Бен хочет, чтобы я поменяла обвинение, чтобы Грейсон претендовал на серьезный тюремный срок.

Я занялась этой работой, чтобы делать добро. И хочу быть лучшим помощником государственного прокурора, а для меня это означает быть честной. Я не хочу помещать людей в тюрьму, чтобы улучшить свое резюме – только если люди заслуживают этого. Я хочу сажать преступников, чтобы мой город стал более безопасным, а не просто из-за хорошей рекламы. И именно поэтому я набираю номер Грейсона Найта.

Грейсон долго не отвечает на звонок, и когда он это делает, кажется запыхавшимся.

– Мел.

Мне нравится, как он называет меня – Мел. Но мой желудок уходит в пятки, когда у меня в голове мелькают мысли о том, почему Грейсон так дышит. Неужели он... с женщиной?

Боже, я надеюсь, нет.

– Я не мешаю?

– Нет, я в зале. Тренируюсь.

– Ох, – приятное облегчение.

Отбрасываю эти мысли. Я хочу добраться до правды, а не до тела парня.

– Все в порядке? – спрашивает Грейсон.

– Да... Просто интересуюсь, есть ли у вас время для беседы.

– Конечно, – Грейсон не спрашивает зачем. И, честно говоря, я чувствую волнение от того, что он так быстро соглашается. – Вы хотите, чтобы я приехал в ваш офис?

Не думаю, что встречаться с Грейсоном Найтом здесь это хорошая идея – Бен может узнать об этом. Но есть кафе. Мне очень нравится, что оно на другой стороне города и недалеко от моей квартиры. Там я точно не встречу никого с работы, и мы с Грейсоном сможем спокойно поговорить.

– Мы можем встретиться в «Хайдаут»? Это кафе...

– Я знаю, где это. Обожаю это место. В какое время вы хотите встретиться? – спрашивает он.

– Сколько времени вам понадобится, чтобы добраться туда? – смотрю на часы и говорю я.

– Мне нужно быстро принять душ. Я весь потный из-за тренировки.

В голове появляется интересная картинка. Грейсон весь потный, голый, нагибается надо мной, в то время как...

Остановись, Мел!

– Чтобы принять душ и одеться мне понадобится минут десять, и еще десять, чтобы приехать.

Я прочищаю горло, но когда говорю, мои слова по-прежнему звучат хрипло.

– Тогда увидимся через двадцать минут.

– Хорошо, – говорит он и вешает трубку.

Я выхожу из офиса, иду к лифту и ловлю такси на улице.

Все время я отчаянно стараюсь не думать о том, что Грейсон сейчас, вероятно, голый. Голый и мокрый, в душе.

О, Боже.

Мне нужно стереть эти образы и мысли из разума, чтобы у меня была ясная голова, когда я его увижу. Я встречаюсь с ним, чтобы обсудить уголовные обвинения, а все, чего я хочу, это снять с парня потную одежду.


Глава 10


Я первая приезжаю в «Хайдаут», поэтому заказываю себе латте и сажусь в укромный уголок, в задней части кафе, чтобы обеспечить нам конфиденциальность. Это хороший столик, потому что я увижу, когда Грейсон войдет.

Мне не приходится долго ждать – всего несколько минут. Грейсон осматривает кофейню, стоя в дверях. Наконец, он видит меня и улыбается.

Чувствую его улыбку глубоко внутри себя, поджимая пальцы ног.

Я пытаюсь избавиться от чувства, но все напрасно. Когда он подходит, то пристально смотрит на меня. Хорошо, теперь могу признать: я определенно привлекаю Грейсона Найта. Но я также помощник прокурора штата по его делу, и работа – самое важное для меня.

Нужно срочно забыть и игнорировать эти мысли.

– Привет. Я хочу заказать кофе. Вы будете что-нибудь еще? – говорит он, кивая в сторону моего латте.

– Все хорошо, спасибо.

Я смотрю, как мужчина подходит к стойке, заказывает свой напиток и оплачивает его. Затем возвращается с пустыми руками.

– Официантка сказала, что принесет его сама.

Грейсон садится напротив меня, и наступает момент тишины. Обхватываю чашку двумя руками, не уверенная в том, что сказать. Как начать разговор. Это очень на меня не похоже.

– Итак, вы хотели поговорить? – говорит Грейсон, его голос мягок.

Я поднимаю на него свой взгляд.

– Мой босс хочет, чтобы я выдвинула обвинение против вас о незаконном хранении наркотического препарата «Списка II» с намерением сбыта, – я вижу вспышку чего-то в его глазах, но выражение лица Грейсона не меняется.

Слова нависают над нами, в тот момент, когда официантка приходит и ставит кофе Грейсона на стол, рядом с ним.

Грейсон прерывает зрительный контакт, и смотрит на нее.

– Спасибо, – говорит он и осматривает кафе, после того, как официантка уходит.

Наконец, Грейсон переводит взгляд обратно на меня и говорит.

– Хорошо.

– Хорошо. Это все, что вы можете сказать?

– А что вы хотите услышать от меня? Прокурор хочет, чтобы вы выдвинули обвинение. Он – ваш босс. Я предполагаю, что вы поступите так, как он говорит. Поэтому... хорошо. Спасибо, что рассказали мне.

Я в недоумении смотрю на него.

– Как вы можете быть таким спокойным?

– Почему вас это так волнует? – отвечает он.

Его слова чуть не выбивают меня с моего места.

Но он прав: почему я так волнуюсь?

Вопрос прозвучал почти как «правда или вызов».

Если выберу «правду», то могу лишиться всего. А если нет, то Грейсон примет самый большой вызов в своей жизни.

– Потому что... – я растягиваю слова, пытаясь оттянуть время, – может быть, я думаю, что вы скрываете что-то, что произошло той ночью?

– Даже если и так, какое вам до этого дело?

– Потому что я не хочу сажать невиновного человека в тюрьму, когда знаю, что могу сделать что-то, чтобы этого избежать.

Я смотрю, как своей рукой он сжимает чашку. Найт смотрит прямо на свой напиток.

– Расскажите мне, что произошло в ту ночь в «Лив», – мягко говорю я, располагая его к общению.

Он ненадолго замолкает. Когда Грейсон поднимает глаза, я надеюсь увидеть что-то в них. Скорее всего, правду. Но не вижу ничего. В его взгляде – пустота.

– Я рассказал вам, что случилось тогда. Я добыл наркотики у дилера в баре. Затем пошел в «Лив», где были полицейские. Меня арестовали. Конец истории.

Он что-то скрывает. Возможно. Его взгляд пуст, но небольшие изменения все же произошли, и его взгляд метнулся влево. У меня была догадка, что то же самое произошло на днях в моем офисе. Но сейчас, в кафе, я вижу это ясно. И не хочу отступать.

– Как долго вы пробыли в «Лив» до того, как там появились копы? – спрашиваю я. Задаю этот вопрос в надежде услышать что-то новое.

– Час, может быть.

– А обыск, как это произошло?

– Они прошли в VIP-зону. Мы были одними из первых, кого обыскали.

– Мы?

– Мои друзья... и мой брат.

Интересно. Я не знала, что у него есть брат. Интересно, похожи ли они.

– И вы не думали избавиться от наркотиков? – спрашиваю я.

Конечно, я не одобряю подобные вещи, но постоянно вижу, как дилеры избавляются от наркотиков перед арестом. Очень сложно выставить обвинение человеку, при котором не было обнаружено наркотиков. Особенно в таком публичном месте, как ночной клуб.

Я слежу за Грейсоном, он качает головой. Понятия не имею, как его подтолкнуть к открытому разговору, а ведь понимаю, что он что-то не договаривает.

Поэтому начинаю говорить о футболе. Он расслабляется сразу, и мы проводим следующий час за кофе и разговором о спорте.

Встречу можно назвать свиданием. Но это не так. На самом деле не так.

Но я не буду отрицать, что мне нравится разговаривать с ним. Грейсон умный, веселый и харизматичный. А еще, на него приятно смотреть, что является несомненным бонусом.

Как только он расслабляется, я пытаюсь вернуть наш разговор обратно к обвинению, но он не дает мне возможности заняться делом. После нескольких часов, вторая чашка кофе оказывается пустой, и я говорю ему.

– Мне нужно уходить. Завтра рано вставать.

Составлять его новые обвинения.

Я чувствую, что мое настроение падает, словно камень в воде.

– Да, – говорит он.

Я замечаю разочарование в его глазах, что немного поднимает мне настроение.

Хорошо, намного. И да, я знаю, как это выглядит. Я собираюсь обвинить парня в хранении наркотического вещества «Списка II» с намерением сбыта, но некоторые люди могут сказать, что я только что побывала с ним на свидании.

Это не свидание!

Черт.

Мы встаём и покидаем кафе.

– Я провожу тебя до машины, – говорит он, когда мы выходим на тротуар.

– Я приехала на такси, – говорю я ему.

– Тогда я отвезу тебя домой, – отвечает он.

И я не спорю.


Глава 11


Я иду за Грейсоном к блестяще-черному «Рендж Роверу».

– Красивая машина, – говорю я, когда он отключает сигнализацию.

– Спасибо, – мужчина открывает пассажирскую дверь, и я залезаю внутрь.

Он закрывает ее за мной и направляется к месту водителя.

Я застегиваю ремень безопасности, а Грейсон садится в машину, пристёгивается и заводит двигатель. Он выезжает на дорогу. Не могу удержаться и наблюдаю за тем, как мужчина ведет машину. В этом есть что-то невероятно сексуальное. Глядя на его сильные руки на руле, я думаю о том, как буду чувствовать себя, если эти руки будут обнимать меня.

– Итак, куда мне ехать? – спрашивает он, вырывая меня из мечтаний.

– Что? Ох, – взволнованная, я выпаливаю ему свой адрес.

Затем мы умолкаем. Тишина комфортная, но напряженная, по большей части, с моей стороны.

До моего дома ехать не очень долго. Не могу отрицать свое разочарование, что больше не увижусь с ним до суда. Поскольку именно я пытаюсь посадить его в тюрьму и все такое.

Грейсон заезжает на автостоянку возле моего дома и выключает двигатель. Сейчас напряжение между нами ощущается намного больше, ведь мы в темноте и тишине. Я очень хорошо понимаю тот факт, что мы одни.

– Спасибо за то, что подвезли.

– Спасибо за приглашение на кофе. Даже, если это принесло мне плохие новости, – говорит Грейс.

Он сморит на меня и улыбается.

– Мне жаль.

– Не стоит. Я был тем, кто принял решение принести эти наркотики с собой. Я не собирался их продавать. Но у меня они были. Много. Мне приходится сталкиваться с последствиями того, что я сделал.

Я поворачиваюсь к нему лицом.

– Понимаете, вы не собирались их продавать. Тогда зачем вам так много? Мне непонятен этот момент.

Он отводит взгляд, сжимая руки на руле.

– Это... Я... Это и не должно иметь смысла для вас.

– Но это не должно быть так. Если бы я знала правду, может быть...

– Вы не мой адвокат, Мел. В ваши обязанности не входит моя защита. Вы обвиняете меня. Так почему же это так важно для вас? – он поворачивается ко мне, его глаза сверкают.

– Я говорила почему. Я не люблю сажать в тюрьму, невиновных людей, – говорю я, сохраняя свой голос ровным и низким, чтобы показать ему, что имею в виду каждое слово.

– Думаю, здесь что-то большее. Расскажи мне, – требует он.

– Рассказать что? – спрашиваю я в ответ.

И теперь мы в нескольких дюймах друг от друга, и напряженно смотрим друг другу в глаза.

– Об этом.

Его губы накрывают мои.


Глава 12


Он целует меня.

О, Боже, Грейсон целует меня.

Рай. И ад. Это единственный способ описать то, что происходит сейчас.

Ощущение губ Грейсона на моих, его языка на моем языке, его рук на моих волосах... Небеса…

Еще одну секунду. Я поцелую его еще одну секунду, а потом остановлюсь.

Стон Грейсона разносится у меня во рту. Этот звук можно описать, как сладкий экстаз, и я почти тут же прихожу в себя.

Святые угодники. Я попала.

Не хочу останавливаться. На вкус он чертовски хорош... Действительно ощущение чертовски хорошее. Найт опускает руки с моих волос, проводит ими по моим рукам, затем медленно обнимает за талию, и резко притягивает меня к себе. Я провожу своими руками вверх по его бицепсам, и обнимаю за шею. Он скользит языком по моей нижней губе, затем всасывает ее в свой рот.

– Ты чертовски хороша, Мел, – говорит он, и его голос щекочет мои губы, прежде чем Грейс крепко захватывает их в еще более горячем поцелуе.

Я потеряю свою работу.

– Остановись, – я прижимаю руку к его груди, отталкиваясь назад. – Мы должны прекратить.

– Почему?

– Потому что! – я поднимаю руки вверх и возвращаюсь на свое место. Беру свою сумку с пола и кладу ее на колени как барьер. – Я помощник государственного прокурора по твоему делу! И ты по обвинению наркоторговец, как понимаешь. За это меня могут уволить с работы!

– Эй, все в порядке, – говорит он, потянувшись за моей рукой.

Я уклоняюсь от его движения.

– Нет, это не нормально. Я – единственный, кто возбуждает дело против тебя.

Грейсон ничего не говорит. Что он вообще может сказать? Это правда.

У меня большие проблемы.

– Мне нужно идти, – я отворачиваюсь от него, потянувшись за ручку.

– Мел, подожди, – говорит Грейсон умоляющим тоном, но я не могу остаться.

Я должна идти.

Я выпрыгиваю из машины, захлопывая за собой дверь. И слышу, как он тоже выходит, а потом кричит моё имя, но я практически бегу к своему дому.

Я с облегчением обнаруживаю, что вестибюль пуст. Нервно нажимаю на кнопку лифта. Когда он приходит через несколько секунд, я практически влетаю в него. Прислоняюсь спиной к стене, когда двери закрываются, и лифт начинает медленно подниматься.

Боже мой, о чем я только думала! Видимо, вообще ни о чем, иначе я бы не стала целоваться с подсудимым на переднем сиденье его машины.

Не могу поверить, что сделала это. Я не делаю таких безрассудных вещей. Особенно тех, что поставили бы мою работу под угрозу. Это совсем не я.

Я захожу в свою квартиру и бросаю сумку на стол. Как только я это делаю, мой телефон начинает звонить. Копаюсь в сумочке и вытаскиваю его.

Грейсон звонит.

Я долго смотрю на его имя. И впервые за долгое время у меня на глазах выступают слезы.

Я отклоняю его звонок, оставляя телефон на кухонном столе, прохожу в спальню и раздеваюсь. Падая в постель, плачу, как я могла совершить такую ошибку?

И понимаю, что мои слезы о чем-то другом.

Потому что я не могу получить то, что хочу.

И прямо сейчас, это Грейсон.


Глава 13


Я закрываю свой компьютер. Мне нужно срочно поговорить с Беном. Не могу больше откладывать разговор. Честно говоря, я должна сказать ему, что существует личный конфликт, который необходимо уладить. Мой желудок сводит. Приложив усилия, поднимаюсь из-за стола и выхожу из своего кабинета, направляясь по коридору.

Дверь Бена приоткрыта, и я слышу, как он с кем-то разговаривает. Мне требуется какое-то время, чтобы понять, что именно он говорит по телефону. Я собираюсь уйти, но он начинает говорить то, что привлекает моё внимание.

– В следующем месяце будет матч, «Долфинс» против «Браун» – говорит он. – Да, я поставил пятьдесят тысяч на «Браун», – тишина, затем он смеётся. – Да, у меня хорошее предчувствие, – говорит Бен.

Чувствую, как подступает тошнота. Делаю шаг назад, и прижимаю руку к животу. Я оглядываюсь вокруг, чтобы убедиться в том, что никто меня не видит. И бегу обратно в свой кабинет.

Закрываю дверь за собой и опираюсь на неё, не чувствуя равновесия.

Что, черт возьми, я только что слышала?

Бен будет выдвигать обвинения против Грейсона только для того, что бы выиграть ставку, верно?

Грейсон – звёздный защитник. Если команда потеряет его, они, вероятно, проиграют большую часть своих игр. Они проиграют в этом сезоне даже против такой, плохо играющей команды, как «Браун».

Бен бы этого не сделал.

Не так ли?

Я с трудом сажусь в своё рабочее кресло. Внезапно, мой телефон звонит. Беру трубку на автопилоте, как обычно это делаю в течение рабочего дня, и никогда не смотрю на экран.

– Мелисса Сент-Джеймс.

– Мел, – говорит Грейсон. Его глубокий, мужественный голос проникает прямо в мое сердце.

Мне требуется время, и все, что я говорю:

– Привет.

– Привет, – отвечает он.

Мы оба молчим. Невысказанные слова, наполненные всем, что произошло между нами прошлой ночью.

Закрываю глаза. Но все, что вижу – он. Целует меня. Касается меня. Желает меня.

Я не могу этого сделать.

– Почему ты звонишь? – открываю глаза и говорю я. – Потому что если…

– Хотел услышать твой голос, – перебивает Грейсон.

После этих слов, я теряю почву под ногами. Моя решимость исчезает.

Он хотел услышать мой голос. Мне хочется плакать от отчаяния. Он такой милый, и я так сильно его хочу.

И мой босс пытается посадить парня в тюрьму. Вообще-то, он хочет, чтобы я посадила его в тюрьму. Я чертовски облажалась. Впервые в жизни у меня нет ответа на вопрос. Иногда я ненавижу Вселенную.

– Ты не должен говорить мне такие вещи, – говорю я ему.

– Это ты так думаешь, что не должен. Думаю, стоит сказать одну вещь, которую тебе следует знать обо мне, что я всегда говорю правду. Так что я буду продолжать говорить эти вещи, пока ты не начнешь их слушать. Я хочу слышать твой голос – и звоню тебе. Этим я хочу сказать, что хочу тебя. Мел, я хочу тебя. Хочешь ты это слышать или нет, я все равно скажу. От этого они не станут менее правдивыми.

Боже. Теперь Грейсон – альфа-самец, и это чертовски сексуально. Он заставляет меня сомневаться.

– Сейчас, я скажу, что хочу видеть тебя. Точнее, мне нужно увидеть тебя, – его голос низкий и глубокий, почти рычащий, от чего я дрожу.

– Это... не лучшая идея, – отвечаю я честно.

Это была бы лучшая и худшая идея в одном флаконе.

«Только потому что он под запретом», – говорю себе. Мы все хотим того, чего не можем получить, верно? Что делает мужчину ещё более желанным.

Даже, когда я думаю об этих словах, знаю, что это неправда.

Я хотела бы Грейсона, даже если бы он был легкодоступен.

В нем что-то есть... И это что-то попало мне под кожу и проникло очень глубоко.

– Лучшие вещи, как правило, исходят из худших идей, – говорит он соблазнительно.

– Я... не могу.

Боже, хочу ударить себя по лицу.

«Просто заверши разговор. Отойди от телефона. Скажи ему: «Нет» и прекрати мучить себя».

Но затем тон Грейсона меняется, и он говорит.

– Мне действительно нужно увидеть тебя. Просто поговорить. О деле. Больше ничего. Я буду держать руки при себе, обещаю, – его голос звучит мягко и нежно. И вот так, все ставки сделаны.

Потому что, черт возьми, я тоже хочу его увидеть.

– Где ты?

– Я в «Пузыре». Проходи через вход на поле. Я скажу охране, чтобы тебя впустили.

– Буду там в десять.


Глава 14


Я игнорирую дрожь возбуждения, которую чувствую в своём животе, когда иду к входу в «Пузырь», зная, что скоро увижу Грейсона.

Когда именно я превратилась в его фанатку?

Наверное, в тоже время, когда он засунул свой язык в мой рот, и мое тело ожило впервые за многие годы.

Да, это был именно тот момент.

Вижу, что главный вход закрыт. Свет погас, но Грейсон сказал, что я должна войти через главный вход на поле.

Если бы я только знала, где вход на поле. Оглядываюсь вокруг в поиске знака, ничего не вижу, и решаю пройтись, пока не найду. Я дам ему десять минут, прежде чем позвоню, и пусть он придет и заберет меня.

Я иду вдоль «Пузыря». Район хорошо освещен, так что мне совсем не страшно. Чувствую облегчение, когда отхожу в сторону и вижу охранника, стоящего возле двери. Он смотрит на меня.

– Привет, – говорю ему. – Я здесь, чтобы встретиться с Грейсоном Найтом. Он ждет меня.

– Да, он сказал впустить тебя, когда ты приедешь, – говорит мужчина и отходит в сторону, открывая дверь, которую охраняет.

Я делаю шаг и слышу, как он захлопывает дверь за моей спиной. И тогда я оказываюсь на краю футбольного поля. Прожекторы полностью освещают все вокруг.

Посреди поля стоит одинокая фигура. Он смотрит в другую сторону.

Грейсон.

Могу сказать, что это он. От линии широких плеч до того, как мужчина держит себя. Гордый, но он как будто бы ощущает на себе всю тяжесть мира. Я вижу футбольный мяч в его руках.

Делаю шаг по направлению к нему, и Грейсон поворачивается лицом ко мне, как будто чувствует мое присутствие.

Я не вижу его выражения лица, потому что мужчина слишком далеко. Но определенно чувствую тепло и энергию, которые, кажется, связывают нас. Они проносятся через все поле и попадают прямо в мое сердце. И притяжение призывает меня броситься прямо в объятия Грейсона или в его постель.

Дерьмо. Я попала.

На нетвердых ногах я начинаю медленно приближаться к нему. Слава Богу, сегодня я надела туфли на низком каблуке.

Грейсон не двигается. Он стоит там, наблюдая за тем, как я иду к нему. Чувствую, как мужчина медленно «раздевает» меня взглядом. Это пытка! Я вся на взводе. Боже, я так нервничаю. Мой желудок переворачивается, и сердце прыгает в груди. Не знаю, что я скажу, когда, наконец, доберусь до него.

Я знаю только одно – Грейсон выводит меня из себя. Я не привыкла терять контроль, с которым я двигаюсь вперед по безопасной жизни. Грейсон лишил меня всего этого, оставив уязвимой. Тем не менее, я не могу держаться от него на расстоянии.

Наконец-то, я добираюсь до него. И останавливаюсь в нескольких шагах.

– Привет, – говорю я тихим голосом.

– Привет, – отвечает Грейсон, улыбаясь мне, и я чуть не падаю в обморок.

Боже.

– Мы здесь одни? Не считая охранника.

Я наклоняю голову в его сторону.

Грейсон кладет мяч на землю. И делает шаг ко мне.

–Да.

Я делаю шаг назад.

– Нас не должны видеть вместе. Учитывая, как обстоят сейчас дела.

Он хмурится.

– Так зачем вообще ты пришла сюда?

Я обхватываю себя руками, глядя на свои ноги.

– Потому что... Ты хотел меня видеть, – мой взгляд направлен на него. – Я сделала так, но не должна была. Это... – говорю я, указывая между нами рукой, – то, что произошло прошлой ночью, больше не повторится. Я – помощник прокурора...

– Знаю, – перебивает он. – Ты говоришь мне об этом постоянно.

– Говорю, потому что это правда.

Грейсон сокращает пространство между нами, делая шаг ко мне.

– А если бы все было иначе?

– Но это не так.

– Но если бы было? – спрашивает он, пристально глядя на меня.

Свои мысли я держу при себе, и сжимаю губы.

– Грейсон, я не могу...

Разочарование мелькает в его глазах. Грейсон отворачивается от меня.

– Мне жаль, что я поцеловал тебя прошлой ночью, – говорит он. Его голос тихий, и он разбивает мне сердце. – Я был немного не в себе. Этого больше не повторится.

– Хорошо, – говорю я.

Что я еще должна сказать? Рада, что он не смотрит на меня прямо сейчас, потому что знаю, что разочарование, которое пронзает меня внутри, отражается на моем лице.

Грейсон поворачивается ко мне. Его выражения лица серьезное, и то, как он говорит, тоже.

– Когда, я сказал, что сожалею, Мел, я имел в виду, что сожалею о том, что заставил тебя почувствовать, когда поцеловал. Меньше всего на свете, я хотел доставить тебе неудобства. Но... – он делает большой шаг в мою сторону, его длинные ноги преодолевают расстояние между нами.

Грейсон настолько близко, что мне приходится наклонить голову назад для того, что бы видеть его лицо.

– Я не сожалею о том, что это произошло. Никогда не буду об этом сожалеть. Потому что я хотел поцеловать тебя. Черт возьми, я хотел поцеловать тебя, – он смотрит на мои губы. – Я хотел поцеловать тебя с той самой минуты, когда впервые увидел.

Он переводит свой взгляд от моих губ к глазам. Я начинаю дрожать.

Черт возьми. Я попала.

Открываю рот, пытаясь что-то сказать. Не имею ни малейшего понятия, что именно, поэтому снова закрываю рот.

Грейсон проводит рукой по своим волосам.

– Знаю, ты не хочешь, чтобы что-то было между нами, и я отступлю. Но хочу, чтобы ты знала о том, что я чувствую. Больше я не буду поднимать эту тему.

Моё сердце падает.

Моё сердце кричит, о том, как я хочу быть с ним! Вот в чем проблема. Я хочу его и не могу быть с ним.

Как я могу сказать, что чувствую, не говоря ему об этом?

Я рассеянно тру лоб кончиками пальцев. Делаю глубокий вдох и говорю.

– Грейсон, моя работа – все для меня. Абсолютно все. Я очень много вкалывала, чтобы попасть туда, где нахожусь сейчас, и я все еще не там, где хочу быть. Хочу пойти дальше. Хочу быть когда-нибудь прокурором штата. И не буду ничего делать, что может подвергнуть меня риску.

Он наклоняется и берет мяч в руки. Держа его между своими большими ладонями, он смотрит на него, и говорит.

– Я все понимаю, Мел. Я знаю. Хотел бы, чтобы все было по-другому, но это уже произошло, – мужчина снова смотрит на меня – Но я должен знать. Если бы все было иначе. Если бы у меня не было этого обвинения. Мы были теми, кем мы есть, и я поцеловал бы тебя…

Я перебиваю его.

– Если бы ты не был замешен в этом обвинении, тогда мы никогда не узнали бы друг о друге. Мы находимся в разных социальных кругах.

– Прекрати уклоняться и просто ответь мне на проклятый вопрос.

Во рту пересыхает. Он знает правду. Грейсон знает, что я была бы с ним в мгновение ока. Не знаю, зачем он заставляет меня это говорить.

Ни один из нас не произносит ничего вслух. Потому что это не приведёт ни к чему хорошему. Простое напоминание нам о причине, по которой мы не можем быть вместе. Я выбрала промолчать, и напомнить Грейсону о том, почему мы не можем быть вместе.

– Я помощник прокурора штата, который выступает против тебя в суде, Грейсон. Кроме этого, ничего другого не имеет значения. «Что, если» и «может быть» – бессмысленны. Важно то, что здесь и сейчас, а это значит, что произошедшее прошлой ночью больше никогда не повторится.


Глава 15


Лицо Грейсона темнеет. Гнев, разочарование и печаль мелькают в его глазах. Это адская комбинация, которую можно увидеть на лице мужчины. Его челюсть крепко сжата, мышцы на лице напряжены.

– Я не принимаю такого ответа, – говорит он и бросает мяч на землю.

В этот же миг мое лицо оказывается в его руках, всем телом он прижимается ко мне, и целует меня снова и снова.

На этот раз, я не буду его останавливать. Не могу, даже, если бы захотела. Я расслабляюсь. Он целует меня со страстью и интенсивностью, которую я никогда раньше не знала.

Резко прерывая поцелуй, Грейсон прижимается своим лбом к моему.

– Как ты можешь сожалеть о нашем поцелуе? – спрашивает он, прикасаясь к моим губам. – Я хочу тебя. Ты хочешь меня. У нас все может получиться.

Я открываю свои глаза.

– Как? Потому что не знаю, как мы можем все уладить.

– Откажись от этого. Если дело по обвинению меня будешь вести не ты, тогда проблем не будет.

– Не могу, – произношу я, качая головой.

Я должна рассмотреть его случай. И если то, что я услышала раньше, правда, тогда Бен, мой босс, которым я когда-то восхищалась, может подставить Грейсона ради собственной выгоды. И если не я, то кто его остановит.

– Я помощник прокурора штата, – говорю Грейсону, делая вид, что это единственная причина. – Мне не разрешено передавать дело другим.

Выдыхая, он легко проводит своими губами по моим, и говорит.

– Я хочу всего с тобой.

Я обхватываю рукой его запястье.

– Знаю, – я хочу этого тоже. – Но не вижу...

– Не говори так, – перебивает он меня. – Просто... не говори.

Я трепетно даю своё согласие, позволяя ему нежно целовать меня.

Делаю небольшой шаг, создавая расстояние между нами. Мне нужно собраться с мыслями. Грейсон ловит меня за руку, как будто боится, что я убегу.

Я осматриваю поле.

– Ты тренировался весь день? – спрашиваю я, пытаясь отвлечь мужчину от того, что происходит между нами.

– Да, я тренировался весь день здесь. Мне нравится находиться на поле и держать мяч.

Я понимаю его чувство. Кроме того, что я люблю быть в суде, и разбираться с плохими парнями.

Вытягивая руку из моей, Грейсон поднимает мяч с земли и бросает его через все поле

– Вау. Понимаю, почему они тебе платят большие деньги. У тебя очень сильные руки.

– Футбол – единственное, в чем я хорош. Если я больше не смогу играть... тогда не знаю, что буду делать, – говорит он.

Его голос печальный, от чего сжимается моё сердце.

– Так зачем нужно было рисковать всем и принимать наркотики той ночью в клубе, – говорю я, прежде чем успеваю осознать и остановить себя.

Грейсон не смотрит на меня. Ничего не говорит. Просто стоит, и не шевелится. Хоть, мой вопрос и был справедливый, я чувствую себя сукой. Часть меня чувствует, что я использую его, но, знаю, что это не так.

Я хочу знать, что он скрывает, потому что ничто из того, что его поймали с наркотиками, не имеет для меня никакого значения. Хочу, чтобы он был искренним со мной. Жаль, что тактика прямого нападения не работает с Грейсоном. Я быстро учусь.

Делаю шаг ближе.

– Я никогда не умела бросать мяч так далеко, – говорю ему. – Я наблюдала за твоей игрой, и не знаю, как ты делаешь так, что он пролетает с такой точность через все поле.

– Годы практики. Проведённое время на поле, в любую погоду, – Грейсон поднимает ещё один мяч с земли. – Вот, я покажу тебе, как бросать.

– Я не знаю, – делаю шаг назад. – Это будет ужасно.

Он тихо смеётся. Его смех заставляет меня улыбаться.

– Это не будет так ужасно.

– Я опозорюсь. Никогда не была хороша в спорте.

– Я научу тебя играть в американский футбол, – он протягивает мне мяч.

Никаких просьб нет в его голосе, только требование.

– Отлично. Но тебе лучше не смеяться надо мной, – говорю я, забирая у него мяч.

– Не буду смеяться, обещаю, – говорит Грейсон, вставая позади меня, чтобы поддержать. Я чувствую каждый дюйм его тела. Я в полной боевой готовности. – Хорошо, это то, что ты должна сделать, чтобы бросить мяч в идеальную спираль.

– Что? – спрашиваю я, глядя на него через плечо. Грейсон намного ближе, чем я думала. Так близко, что я чувствую его дыхание на своей щеке, когда он говорит.

– Это способ передачи мяча другому игроку. Мяч движется по воздуху, вращаясь вот так, – говорит Грейсон, поворачивая медленно мяч. – Вся игра вращается вокруг идеального пасса.

Хорошо.

– Итак, держи мяч крепко. Помести пальцы на шнурки. Правильно, – говорит он, направляя меня. – Тебе нужно немного пространства между руками и мячом, – Грейсон перемещает мяч в нужное положение.

У меня захватывает дыхание от его прикосновений

– Прекрасно, – говорит он. – Теперь подними мяч высоко к груди. Расслабь плечи и руки, – он прижимает свои руки к моим плечам.

Когда Грейсон прикасается ко мне, стоя так близко... это пытка для меня.

Лучший вид пытки.

– Хорошо, теперь расставь ноги на ширине плеч. Да, вот так, правильно, – Грейсон хвалит меня за то, как я ставлю ноги в правильное положение. – Теперь перемести семьдесят пять процентов своего веса на заднюю ногу.

– Семьдесят пять. Это очень специфично.

– Я особенный парень, – ухмыляясь, говорит Грейсон.

Чувствую эту ухмылку как мягкую ласку между своими бедрами.

– Теперь, – говорит он, и передвигает свои руки к моим бедрам. – Когда ты двигаешься для броска, сдвинь свой вес с задней части ноги на переднюю.

Грейсон раскачивает мое тело вперед, демонстрируя, как правильно, и его бедра прижимаются к моему заду.

Я чувствую, как что-то подталкивает меня сзади. Мне нужно сдержать свой стон.

– Понятно?

– Ммм.. – я не осмеливаюсь говорить, потому что боюсь сказать что-то лишнее.

Грейсон переходит в сторону. Я вздыхаю с облегчением.

– Хорошо. Когда бросишь, вот так нарисуй круг своим локтем, – он держит мою руку в своих руках, показывая, как правильно держать. – Позволь мячу катиться от каждого пальца, начиная с твоего мизинца, таким образом, твоё запястье вращается. Твой указательный палец должен коснуться мяча последним, когда сделаешь бросок. Благодаря этому получается вращение. Поняла?

– Поняла, – отвечаю я.

– Отлично. Вернись на пятки, – говорит Грейсон, стоя позади меня. – Теперь подними свой вес вперед, нарисуй этот круг локтем, затем поверни запястье, когда ты его бросишь.

Я бросаю мяч, и он летит дальше, чем я могла себе представить. Даже вращается, не смотря на то, что он немного колеблется. Я восхищаюсь своим броском, да, он не так идеален, как бросок Грейсона.

– Я сделала это! – кричу я, поворачиваясь к нему и широко улыбаясь.

– Ты – молодец, – говорит Грейсон. Он протягивает руку и заправляет мне за ухо выпавшую прядь волос и задерживает пальцы на моем лице.

Я на девяносто девять процентов уверена, что он собирается поцеловать меня снова. И очень хочу, чтобы он так сделал. Но потом слышу, как звонит телефон.

Грейсон вздыхает, разочарованно лезет в карман и вытаскивает свой телефон.

Он хмуро смотрит на экран, затем отвечает на звонок.

– Тайлер, подожди, что? Ты где? Господи Иисусе, Тайлер! – Грейсон глубоко вздыхает перед тем, как снова говорит. – Я буду там через десять минут. Да. Подожди, пока я туда доберусь. Черт! – говорит Грейсон, проклиная звонок. Он отключает телефон и кладёт его обратно.

– Что случилось? – спрашиваю я, прикасаясь к его руке для того, что бы он обратил на меня своё внимание.

– Это был мой брат. Тайлер. Его арестовали, – говорит он, глядя мне в глаза. – Его арестовали за хранение наркотиков.


Глава 16


Внезапно, для меня все начинает проясняться. Я услышала, как Грейсон произнес эти слова, и сразу поняла. Он попал во всю эту ситуацию из-за своего брата.

– Я срочно должен ехать в полицейский участок, – говорит он, прерывая мои мысли. – Мне нужно помочь ему.

– Это плохая идея.

– Я не могу просто оставить его там.

– Я не говорю, что ты должен оставить его там. А просто говорю, что это плохая идея для тебя. В настоящее время, ты находишься под залогом, и хочешь явиться в полицейский участок, чтобы выпустить под залог брата, который был арестован по аналогичному обвинению. Не лучший план.

Грейсон делает шаг назад, проводя рукой по волосам.

Хочу сказать ему о том, что думаю, и знаю, что происходит. И понимаю, почему он скрывает все от меня. Но сейчас не время идти наперекор всему.

Позже я скажу. Но сейчас, мне нужно помочь Грейсону.

Адреналин проносится по моим венам. Я достаю телефон из сумки и набираю номер телефона Бена. Грейсон открывает рот, что бы что-то сказать. Я тут же останавливаю его, и прикладываю палец к своим губам.

После трёх гудков, Бен отвечает.

– Да, Мел.

– Бен, перейду сразу к делу. Я хочу снять судебное разбирательство с Грейсона Найта.

– Это невозможно.

– Я не буду преследовать человека, которого считаю невиновным.

Смотрю в глаза Грейсона.

И вижу в них вспышку удивления. В них есть то, что заставляет мой желудок трепетать.

Бен смеется.

– Грейсон Найт точно виновен. И ты продолжишь его дело. Если нет, будешь уволена.

– Тебе не нужно увольнять меня. Я сама уйду, – говорю я, и вешаю трубку, прежде чем он сможет ответить.

Смотрю на свой телефон, когда Грейсон касается меня своими руками.

– Мел.

– Я только что потеряла работу?

– Прозвучало именно так, – его голос нежный, и Грейсон крепче сжимает меня своими руками.

– Черт возьми, – я выдыхаю.

Я только что потеряла работу.

Свою работу.

Я люблю свою работу, и я только что уволилась.

– Ты в порядке? – спрашивает Грейсон.

Я молча смотрю на него.

– Нет... не уверена. Думаю... не могу поверить, что сделала это, – говорю я, качая головой.

– Не хочу показаться бесчувственным мудаком, но сейчас я должен освободить брата из тюрьмы.

Это возвращает меня к настоящему. По одной из причин, по которой я позвонила Бену.

– Я пойду в участок и освобожу твоего брата, – говорю я затем.

– Мел... я не могу просить тебя об этом.

– Ты и не просишь. Я знаю, что для тебя сейчас лучше не появляться в полицейском участке. Не тогда, когда тебя арестовали по аналогичному обвинению. И если честно, Грейсон, я думаю, что знаю, что здесь происходит.

Он хмуриться и говорит.

– Не знаю, что ты имеешь в виду.

– Ты - парень, у которого даже никогда не было штрафа за парковку. Тебе есть что терять, если грозит тюремный срок. Твой брат, был там, в ночь, когда у тебя нашли наркотики, и его сейчас арестовали по той же причине. Не нужно быть гением, чтобы понять.

Выражение его лица становится напряжённым.

– Что бы ты ни думала на этот счёт – ты ошибаешься.

– Грейсон.

– Ты ошибаешься, – решительно говорит он. – Любая мысль, которая пришла тебе в голову – не верна. И мне не нужно, чтобы ты ехала за Тайлером. Я сам его вытащу, – Грейсон поворачивается, чтобы уйти, но я касаюсь его руки, останавливая.

– Пожалуйста, я бросила свою работу, потому что на твоей стороне. Я знаю, что ты что-то скрываешь от меня. Ты можешь не говорить мне прямо сейчас... но чуть позже должен рассказать. Я помогу тебе вытащить брата из тюрьмы. Может тогда, ты поверишь, что можешь доверять мне.

Он смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова. Я делаю шаг вперед, ближе к нему.

– Позволь мне помочь тебе.

– Хорошо, – он тихо выдыхает. – Спасибо за все, – затем, Грейсон наклоняется и целует меня в щеку.


Глава 17


Я беру такси. На протяжении всей поездки мой мозг загружен мыслями. Почему Грейсон берет на себя ответственность за брата, которому не так много приходится терять? СМИ не заинтересованы в Тайлере. Он не находится в центре внимания и у него нет такой успешной карьеры, как у его брата.

Вздохнув, я кладу голову назад, на сиденье. Мне нужно посмотреть есть ли судимость у брата Грейсона. Если я ее найду, тогда отвечу на все свои вопросы. Достаю iPad из своей сумки и регистрируюсь в базе данных преступников. Я уверена, что Бен не смог быстро удалить мой доступ. Да, я права, мой логин работает, и я сразу захожу.

Набираю «Тайлер Найт» и жду результатов, пока информация загружается.

На моем экране появляется достаточно информации, чтобы сказать, что все, о чем я думала, было правильно.

Тайлер Найт имеет судимости, начиная с несовершеннолетнего возраста. Но на него ничего нет после того, как парень повзрослел.

Система показывает, что ему предъявляли обвинение в мелочах, таких как кража в магазине, вождение без лицензии, распитие алкоголя в несовершеннолетнем возрасте, нанесение ущерба, но затем и более крупные вещи, такие как хранение наркотиков. Это все, что Грейсон мог скрыть своими деньгами. Но если Тайлера поймают с наркотиками, и с намерением их продать, то его будут рассматривать для серьезного тюремного заключения для взрослых, так как у парня уже есть такой список нарушений.

Но если его брат, звезда американского футбола, парень, у которого даже нет неоплаченного парковочного талона на его имя, найден с наркотиками, тогда мы смотрим на отсутствие тюремного заключения. Грейсон может получить штраф.

До тех пор, пока прокурор не начнет предъявлять обвинение с намерением продать.

Я звоню в участок, где находится Тайлер. Это то же самое место, где был несколько дней назад Грейсон.

– Здравствуйте, меня зовут Мелисса Сент-Джеймс. Я адвокат… и вы держите моего клиента Тайлера Найта.

«Так он теперь мой клиент?» – мелькает в моих мыслях. Видимо, так.

– Можете ли вы сказать, был ли установлен залог за него, – спрашиваю я.

– Одну секунду, – я слышу, как нажимаются клавиши на клавиатуре. – Да, залог был установлен.

– Я скоро приеду, чтобы заплатить.


Глава 18


Моя жизнь сильно изменилась с тех пор, когда я была здесь для беседы с Грейсоном. Поверить не могу, что это было всего несколько дней назад. Захожу внутрь, открывая дверь, и иду к регистрации. Сотрудник смотрит на меня.

– Привет, я здесь, чтобы заплатить залог за Тайлера Найта.

– Конечно.

– Можете ли вы сказать, в чем он обвинён?

– Он обвиняется в преступлении второй степени «Продажа лекарств из списка II", – сотрудник поворачивается к компьютеру, находящемуся рядом с ним, и нажимает на несколько ключей. После проделанных манипуляций, снова обращает свое внимание на меня.

– Сколько будет стоить залог?

Сумма, которую он называет, заставляет меня задуматься о том, что я теперь безработная, но это не останавливает меня. Достаю свою кредитку и кладу на стол вместе с деньгами.

– Сейчас он находится во второй камере. Я позвоню и выведу его к вам, – говорит полицейский.

Я нахожусь в зале ожидания, играя в «Кэнди Краш». Когда Мэтт Дотри выходит через дверь, то садится рядом со мной и я кладу телефон обратно в сумку.

– Ты здесь, чтобы спасти брата Грейсона Найта? – спрашивает он.

– Да.

– Я хочу знать, почему помощник прокурора, который ведёт дело Грейсона Найта, освобождает человека, связанного семейными узами с ним?

Я встречаю его взгляд.

– Я больше не помощник прокурора.

И вижу шок на его лице.

– С каких это пор?

– Примерно около часа назад.

– Господи, Мел, что случилось?

– Это... сложно. Я не хочу сейчас об этом говорить.

Он глубоко вздыхает и смотрит вдаль.

– Когда мне сказали, что адвокат заплатил залог за него, я подумал, что они совершили ошибку, но обнаружив тебя здесь. Предполагаю... ты его адвокат сейчас?

Делаю вздох и говорю.

– Думаю, да.

Я слышу выдох, но не могу посмотреть в его глаза.

– Послушай, – говорит он, и кладёт руку на моё плечо. – Будь осторожна. Я знаю, что Грейсон Найт большая знаменитость, но… будь осторожна, хорошо?

Киваю головой.

Мэтт встаёт и резко меняет разговор.

– Я оформлю Найта и его доставят тебе.

– Спасибо, Мэтт.

– Поскольку ты его адвокат, то должна знать, что его обвинение назначается через два дня. Я не думаю, что он будет скрываться, но завтра ему все равно придется сдать свой паспорт.

– Я знаю процедуру, – киваю головой в знак благодарности.

– Мел, – говорит Мэтт, делая шаг ближе ко мне и понизив голос. – Я не знаю, что, черт возьми, произошло, но знаю, как много значит для тебя работа. Если тебе нужно с кем-то поговорить, позвони мне, хорошо?

– Хорошо.

Мэтт исчезает обратно за той же дверью, через которую пришёл сюда.

Пятнадцать минут спустя, в комнату заходит Мэтт и растрепанная, молодая версия Грейсона.

– Спасибо, – говорю я Мэтту, и встаю со своего места.

Тайлер смотрит на меня, затем возвращается к Мэтту.

– Кто она? – спрашивает он, указывая подбородком в мою сторону.

– «Она» – это твой залог, и билет домой, – говорит Мэтт с определённым призрением в голосе.

Я делаю несколько шагов к Тайлеру.

– Я – Мелисса Сент-Джеймс. Твой брат попросил забрать тебя.

Тайлер смотрит на меня.

– Почему он не пришел сам?

Краем глаза я смотрю на Мэтта и возвращаюсь к Тайлеру.

– Он хотел, но… это, трудно, учитывая его ситуацию. Поэтому я пришла.

– Мне нужно вернуться к работе. Ты справишься, Мел? – спрашивает Мэтт, направляясь к двери.

– Да, все будет хорошо. Еще раз спасибо, Мэтт.

Мэтт сверлит Тайлера взглядом.

– Помни, я хочу, чтобы ты завтра вернулся сюда, чтобы сдать свой паспорт.

– Да, да, я понял.

Мэтт разочаровано смотрит на меня и качает головой.

– Увидимся позже, Мел, – затем, он исчезает за дверью, оставляя меня наедине с Тайлером.

– Спасибо, что пришла меня вытащить, – говорит Тайлер, направляясь к выходу. – Скажи Грейсону, что я позвоню ему.

– Скажешь ему сам.

Он останавливается у выхода и поворачивается лицом ко мне.

– Скоро вы увидитесь. Я отвезу тебя к нему.

– А если я не хочу ехать?

– У тебя нет выбора. Если ты не пойдешь со мной, я отведу тебя обратно к сержанту Дотри и скажу, что забираю свой залог.

– Ты не можешь так сделать.

– Я могу делать все, что захочу, – говорю я и вставая в позу «руки на бедрах». – Хочешь поспорить?

Он наклоняет голову на бок.

– Ты не похожа на других подружек Грейсона.

– Потому-то я не его девушка.

Хотя, не знаю, кто я сейчас.

– Хорошо, – говорит Тайлер, и выходит через дверь. Я быстро следую за ним. Он ждет меня возле обочины дороги. – У тебя есть машина? – спрашивает он.

– Нет, мы поймаем такси, – говорю я, и поднимаю правую руку вверх приближающемуся к нам такси.

Тайлер пропускает меня сесть первой, открывая дверь.

– Да, у меня хорошие манеры, – говорит он, после того, как я смотрю на него с удивлением.

Через десять минут, водитель подъезжает к дому Грейсона. За все время поездки, мы с Тайлером не разговариваем. Думаю, лучше дать им время поговорить, прежде, чем я буду допрашивать их обоих.

Я нахожу Грейсона в гостиной. Он стоит у камина и держит в руках бокал виски. На его лице отражается облегчение, когда он видит Тайлера, но затем выражение меняется на гневное.

– О чем ты, черт возьми, думал?

– Я тоже рад тебя видеть, брат, – говорит Тайлер, падая на один из диванов Грейсона. – Знаешь, ты выглядишь так же, как папа, когда стоишь у камина с бокалом виски в руках и разъяренным взглядом.

– Да пошёл ты, – перебивает его Грейсон, и ставит стакан на стойку. Он сует руки в карманы и приближается к Тайлеру. – Ты обещал мне, что этого больше не повторится.

– У меня не было выбора, – говорит Тайлер.

– Что значит не было выбора? Выбор есть всегда, – говорит Грейсон.

– Возможно, в твоем идеальном мире. Но в моем мире… – Тайлер встает на ноги. – Нет.

– Я больше не знаю, как тебе помочь, – говорит Грейсон разочарованно.

– Я никогда не просил тебя помогать мне, – говорит тихо Тайлер.

– Ты – мой младший брат... Я не мог просто... – слова Грейсона резко обрываются, и он смотрит на меня. Не забывая ни на секунду, что я нахожусь здесь.

Тайлер поворачивается и смотрит на меня.

– Не обращайте на меня внимания, – я машу рукой Грейсону. – В любом случае, я все поняла. Полиция делает рейд в клубе, там ловит Тайлера со значительным количеством наркотиков. И их хватит, чтобы его надолго посадить. У Тайлера есть история уголовных преступлений, этого достаточно, чтобы все понять. Грейсон, ты сказал ему, чтобы он дал тебе наркотики, если их найдут, никто из вас не отправится в тюрьму, потому что ты не имеешь уголовной историй, и ты – известная личность. Ты, вероятно, получишь предупреждение. В худшем случае, штраф и условное. Но когда дело доходит до закона о наркотиках, ты не знал, что Тайлер нес достаточно для того, чтобы дело дошло до обвинения продажи нелегальных веществ.

Тайлер только открывает рот, но тут же Грейсон поворачивается в мою сторону, по его лицу видно, что он слишком устал. Мужчина подходит ко мне, и берет мои руки в свои.

– Мел... мне нужно поговорить с братом, один на один. Я ценю все, что ты сделала для меня и Тайлера. Просто дай мне поговорить с ним.

Хоть его голос и нежен, но я чувствую напряжение в словах.

Он хочет, чтобы я ушла.

– Верь мне, – добавляет Грейсон.

Я отпускаю его руки.

– Конечно, – говорю я, будто все в порядке.


Глава 19


Сейчас я у себя дома, и решаю приготовить обед. О Грейсоне ничего не слышала с тех пор, как он попросил меня уйти прошлой ночью. Внезапно, звонит мой телефон. Номер мне незнаком, но я решаю ответить, в надежде на то, что звонит Грейсон с другого номера.

– Здравствуйте? Это Мелисса?

– Зависит от того, кто спрашивает.

– Это Тайлер. Тайлер Найт.

– Оу, – говорю я удивленно.

Он делает паузу, прежде чем говорит.

– Я звоню тебе, потому что… хочу сказать спасибо за вчерашнюю помощь.

– Все хорошо.

– Не многие бы так сделали. Ты, должно быть, очень заботишься о моем брате.

– Я... – получается сказать только одно слово, потому что я не знаю, что сказать.

– Мне жаль, что вчера вечером Грейсон попросил тебя уйти. Он ценит все, что ты сделала.

– Хорошо.

– Он просто... думает, что защищает меня.

Эти слова привлекают мое внимание.

– Защищает тебя от чего?

Пауза.

– Мы можем встретиться? Я не хочу говорить по телефону.

– Грейсон знает, что ты звонишь мне? – я не хочу что-то делать за его спиной...

О чем бы Тайлер ни хотел поговорить. Хотя, если это поможет Грейсону, возможно, но он не должен знать всего.

– Нет, он не знает, что я звоню тебе. Но мне нужна помощь, и я больше никого не могу попросить.

– Ты можешь обратиться к Грейсону тоже. Поговори с ним и со мной. Ты не думаешь, что мы должны встретиться вместе?

– Нет. Я... послушай, мы просто встретимся и я расскажу. У меня проблемы и Грейсон... у него тоже. Но дело в том, что он этого не знает. Мне нужна твоя помощь, Мелисса.

– Хорошо, – говорю я.

– Ты встретишься со мной?

– Есть кофейня на девятой. Встретимся там через двадцать минут.

– Спасибо, Мелисса.

Я беру свою сумочку и иду к двери. Мой живот скручивается в узелки. Дело не в том, что я не доверяю Тайлеру и не думаю, что он может как-то мне навредить. Но он определенно связан с опасными людьми.

Я в десяти минутах на пути в кофейню. Я была в этом месте несколько раз с Тори. Они делают самый удивительный морковный пирог. Я не отказалась бы прямо сейчас съесть кусочек пирога.

Когда я доберусь до места, Тайлера не будет там, поэтому я сяду у окна, закажу кофе и кусочек своего любимого десерта.

Официантка приносит мой заказ, как тут же Тайлер открывает дверь кафе. Он выглядит уставшим и немного нервным. Его глаза повсюду ищут меня. Я поднимаю руку, чтобы привлечь его внимание. Он замечает меня и подходит.

– Вам принести что-нибудь поесть или выпить? – спрашивает официантка Тайлера.

– Просто чёрный кофе, – говорит он.

– Кофе? Не плохо, – шучу я.

– Что ты имеешь в виду? – спрашивает он, глядя в мои глаза.

Парень снимает куртку и вешает на спинке стула.

– Ты выглядишь на грани, как будто у тебя уже было ведро кофеина.

– Мне нужно что-то горячее.

Мы сидим в тишине, пока не приносят кофе.

– Спасибо, – говорит Тайлер официантке, и ставит чашку перед собой.

– Ты уверен, что не хочешь поесть? Здесь пироги очень вкусные, – отрезаю кусочек вилкой и кладу себе в рот.

– Нет, спасибо, – говорит он.

– Хорошо, мы здесь. О чем ты хотел поговорить? – кладу вилку и беру кофе, слегка дуя на него, прежде чем делаю глоток.

– То, что ты сказала прошлой ночью у Грейсона... правда, что он получит срок за хранение наркотиков?

Я ставлю чашку на стол и облокачиваюсь на спинку стула, уставившись на него.

– Да, Грейсон не наркоман. Он проходил регулярные тесты для спортсменов, последний раз год назад, и его результаты всегда были сто процентов чистыми. Полиция проверила, и они знают, что наркотики были не для личного использования. И количество, которое он нес... даже без чистого тестирования, у них достаточно доказательств, чтобы Грейсон получил срок.

– Я не знал, – говорит Тайлер, покачивая головой, опуская чашку на стол, и пристально глядя в нее.

– Жизнь Грейсона весит на волоске, и это только пресса ещё не узнала о его аресте. Как только они получат информацию, его поддержка уйдёт. Ему разрешат играть в футбол до тех пор, пока его дело не предстанет перед судом. Но если он будет признан виновным, команда отвернётся от него. Даже, если команда согласиться взять его с испорченной репутаций, это ничего не поменяет, потому что, если его отправят в тюрьму по обвинению второй степени, он будет слишком стар, когда выйдет.

– Я не понимал.

– Ты знал, сколько у него было наркотиков, и ты должен был знать, что полиция примет к сведению то, что это не для личного использования.

– Я думал о том, кем он является... Что они просто отпустят его.

Я нервно смеюсь.

– Полиция и судьи любят делать примеры из известных личностей, особенно спортивных звёзд. С моим прошлым боссом по делу Грейсона, он не мог уйти чистым с того момента, когда нашли у него наркотики.

– Но он сказал…

– Это была идея Грейсона.

Он смотрит мне в глаза, затем разрывает контакт и тяжело выдыхает.

– Он не будет рад, если узнает, что я говорю с тобой.

– Он будет менее счастлив, если будет жить за решеткой.

– В ту ночь у меня была с собой заначка, и я ее не продавал ещё. Я бы никогда так не сделал с Грейсоном. Он позвонил мне, попросил встретиться с ним, чтобы выпить. Я пошёл с одной целью. После, я планировал уйти и попасть в некоторые клубы, чтобы продать это дерьмо.

– И появились копы?

Он кивает головой.

– Я запаниковал и рассказал все Грейсону. Я знал, что, если меня поймают с наркотиками, я пойду ко дну. Грейсон сказал отдать их ему, потому что его не обыщут из-за известного имени. Я сделал все, как он сказал. Но потом они обыскали его и увезли, – Тайлер встречает мой взгляд и говорит. – Я не хотел, чтобы это произошло, и теперь полностью облажался. Мы полностью облажались.

– Ты не облажался. Все, что тебе нужно сделать, это сказать правду. Я могу помочь тебе.

– Ты не понимаешь, – говорит он, поднимая свой кофе, и делая большой глоток. – Теперь все зашло дальше, – он снова смотрит мне в глаза. – Ты была права насчет того, что сказала прошлой ночью, о моих боссах ... Они не будут рады. Дерьмо, – Тайлер закрывает лицо руками.

– Успокойся. Поговори со мной.

Он опускает руки и смотрит на меня.

– Я связался не с теми людьми. Наркотики... это наркота картеля. Я работаю на картель.

– Черт возьми, – говорю я вслух, поэтому перехожу на шепот. – Ты работаешь на картель?

Тайлер кивает.

– Наркотики, которые были изъяты у Грейсона, были частью моего второго забега для них. Я должен был продать и вернуть деньги. Но этого не случилось, Грейсона арестовали. Я не хотел просить денег, чтобы он заплатил им за все остальное. Итак, я... украл некоторые наркотики из тайника, надеясь, что они не заметят, поэтому я смогу продать их, чтобы заплатить им деньги, которые должен.

– Ты взял наркотики из картеля и планировал вернуть им те деньги, которые украл, продавая их товар. О чем ты думал?

– Об этом! – говорит он. – Я запаниковал. Теперь и этих наркотиков нет, и у меня нет денег, чтобы заплатить им. Прошлым вечером, когда я вернулся домой от Грейсона... мой дом был разгромлен, и к моей стене была прикреплена записка... там было предупреждение. Они знали, что меня арестовали, и сказали держать рот на замке. Я не думаю, что они знают об аресте Грейсона или о пропавших наркотиках, потому что, если бы они узнали, то пострадал бы не мой дом от пуль, в качестве сообщения, а скорее моя голова.

– Все еще не могу поверить, что ты связан с картелем, – говорю я, кладу локти на стол, водя пальцами по волосам. Чувствую себя вне своей Лиги.

– Что мне делать, Мелисса? Как я могу это исправить?

Я смотрю на Тайлера, и вижу, как он боится, когда говорит.

– Я не хочу, чтобы что-то случилось с Грейсоном из-за меня.

– Дай мне подумать, что можно сделать. Первым делом, мне нужно поговорить с твоим братом. Он должен знать, что с тобой происходит.

– Нет, – говорит он.

– Да, я должна рассказать ему все о картеле и о том, что случилось с тобой прошлой ночью. Не думаю, что это хорошая идея, если ты будешь рядом, когда я скажу ему. Мне нужно, чтобы Грейсон мыслил рационально, а не пытался убить своего младшего брата. Как только я заставлю его думать, то приведу его сюда, чтобы поговорить с тобой.

– Что мне делать, пока ты будешь разговаривать?

– Не возвращайся домой. Если они узнают, то начнут тебя искать. У тебя есть место, куда ты можешь уйти, и они не будет знать этого?

– Нет, – говорит он, качая головой.

Я достаю ключи от своей квартиры из сумки.

– Пойдешь ко мне домой. Там ты будешь в безопасности, – и даю ему свой адрес. – Не звони и не разговаривай ни с кем. Я постараюсь как можно быстрее поговорить с Грейсоном. Потом я вернусь, и мы разберемся с этим втроем. Не волнуйся.

Я встаю, и вешаю сумку на плечо. Когда я прохожу мимо Тайлера, он касается моего плеча.

– Спасибо за все.

– Пока не благодари меня. Скажешь спасибо, когда вы с Грейсоном будете в безопасности, и все закончится.


Глава 20


Я приезжаю в «Парус», у меня есть время на то, чтобы увидеть Грейсона. Охранник с прошлой ночи сегодня на стойке регистрации, и узнает меня. Мы направляемся прямо на поле, зная, что Грейсон будет там.

Он разбирается со своими партерами по команде, поэтому я занимаю место на трибунах. Его товарищи по команде великолепны, но несравнимы с сиянием Грейсона на поле. Наблюдать за ним что-то особенное.

Как только заканчивается игра, он видит меня на трибунах. Я наблюдаю, как он движется ко мне, снимая шлем, поэтому начинаю спускаться к нему.

– Привет, – говорю я, останавливаясь на нижней ступеньке.

– Привет, – говорит Грейсон, держа шлем в руках. Его глаза сфокусированы на предмете в руках. – Я собирался позвонить тебе.

– Ты собирался?

– Да, – говорит он, убирая шлем в одну руку, а другой рукой проводит по мокрым волосам.

Я знаю, что он просто бегал по полю, но не могу перестать представлять то, что его волосы стали потными из-за секса.

– Я собирался позвонить тебе, как только тренировка закончится, – он приближается ко мне так близко, что я чувствую запах пота.

Это первобытный мужской запах, и мне его не хватает. Это заставляет сжиматься мой живот и ноги становятся ватными.

– Мне жаль, – говорит он тихим голосом. Протягивая руку, Грейсон берет меня за запястье, и не поднимает глаз. – Я был совершенно не в себе прошлой ночью.

Я отрываю глаза от того места, где мы соприкасаемся друг с другом, и смотрю на него.

– Тебе не нужно всегда быть напряженным со мной, Грейсон.

Он издает мягкий смех и говорит.

– Используешь спортивную терминологию, адвокат?

Я смеюсь, мотая головой. Но потом говорю без юмора.

– Серьезно. Я хочу быть с тобой, а это значит быть с тобой, когда ты ведешь себя естественно. Все время.

Он берет меня за руку.

Я останавливаю взгляд на его глазах.

– Я все ещё сожалею.

– Знаю, – мягко отвечаю, затем провожу рукой между его пальцами.

Я вижу удивление в его глазах, затем наблюдаю, как взгляд мужчины становится мягче. Он обхватывает мои пальцы, плотно сжимая.

– Позволь мне отвезти тебя домой, – говорит он. И я знаю, что он хочет провести время наедине со мной.

– Нам нужно поговорить.

– Знаю, – отвечает он. – Мы можем поговорить у меня дома.

– Я имею в виду, поговорить, Грейсон. Это не код для секса.

– Поговорить, – смеется он. – Я понял.

– Серьезно. Это будет о том, что может тебе не понравится, и ты должен пообещать, что снова не выгонишь меня из своего дома.

Грейсон хмурится.

– Я больше никогда так не сделаю. Это была ужасная идея, и я не совершаю одну ошибку дважды.

– Рада это слышать.

– Сначала быстро приму душ. После мы сможем поехать отсюда домой.

За все время, что я боролась с собой, я поняла, что хочу Грейсона больше, чем кого-либо хотела в своей жизни.

И я устала сражаться с этим. Бороться с ним, поэтому соглашаюсь позволить ему взять на себя инициативу, чтобы мы могли увидеть, куда нас все приведёт. Я молюсь, чтобы это было правильным решением.


Глава 21


Я захожу в дом Грейсона, вспоминая свой вчерашний визит. Это был первый и единственный раз, когда я оказалась здесь, и он был не удачный. Надеюсь, что в это раз все будет по-другому.

– Могу я предложить тебе что-нибудь выпить? – говорит Грейсон.

Он снимает свой пиджак и вешает его на вешалку в коридоре.

Я вешаю свой, и кладу сумку рядом с ним.

– Не отказалась бы от воды, – говорю я и следую за ним.

Мои каблуки стучат по деревянному полу. Лучше было снять их у двери.

– Может, что ни будь покрепче?

Я упираюсь одной рукой в стену, другой тянусь вниз, чтобы снять обувь. Когда я смотрю вверх, то вижу, как Грейсон скользит взглядом по моему телу до самых ног, которые я только что освободила от каблуков. В его глазах проскальзывает похоть, и это разжигает тепло внутри меня. Я быстрее снимаю обувь.

– Вода была бы супер, – не думаю, что алкоголь будет хорошей идеей, особенно, когда нахожусь рядом с ним, и он осматривает мое тело.

Прямо сейчас, у нас есть проблема. Мы должны сначала разобраться с этим, если хотим, чтобы Тайлер был в безопасности.

Я иду на кухню, где Грейсон уже стоит у холодильника. Он достает две бутылки воды, подходит ко мне и протягивает одну.

– Ты намного ниже без каблуков, – говорит он, с намеком на юмор или секса в голосе, или все одновременно, я думаю.

Он возвышается надо мной, и у меня возникает волнительное чувство внутри.

– Я нормального роста, – говорю я с усмешкой. – Это ты слишком высокий, – и совершаю ошибку, встречаясь с ним глазами.

Температура воздуха в комнате поднимается между нами настолько высоко, что в моих глазах образуется туман, и я вижу только его.

– Я, э... – спотыкаюсь, делая шаг назад.

Увидев бар, я подхожу к нему и удобно устраиваюсь на стуле. Чувствую, как краснею, откручиваю крышку на бутылке и делаю большой глоток.

Грейсон переходит на другую сторону барной стойки. Он кладет свою бутылку воды на столешницу и упирается руками в мраморный край. Я ставлю свою бутылку, и смотрю на неё, пока медленно закручиваю крышку.

Я знаю, что он смотрит на меня, но боюсь поймать его взгляд. Чем больше я смотрю в его глаза, тем глубже я в них тону. Нам легче контролировать себя, когда вокруг нас есть другие люди, но стоит остаться наедине... это становится невозможным.

Моя сила воли исчезает на секунду.

– Итак... – говорит он, низким и порочным голосом.

– Я встретилась с Тайлером сегодня, – говорю я, пытаясь сглаживать напряжение. Мы должны сосредоточиться на его брате. – Он позвонил мне, и спросил, могу ли я с ним поговорить. И я согласилась.

Тишина становится очень ощутимой, и я решаюсь взглянуть на него.

Челюсть Грейсона напрягается. Но он не выглядит злым, а просто выглядит закрытым. Этот взгляд, который я видела раньше.

– И что он сказал тебе?

Я плотно сжимаю бутылку.

– Он рассказал мне всю правду. Наркотики, которые были найденные у тебя, на самом деле его.

Грейсон не двигается и не говорит. Но я вижу, как он сжимает руку в кулак так, что костяшки пальцев белеют.

– Почему ты мне не сказал? – я спрашиваю, глядя ему в глаза, не боясь, потому что знаю, что секс – это последнее, о чем он сейчас думает.

– Потому что он мой брат, – говорит Грейсон, – и нет ничего, что бы я не сделал для него.

Эмоции переполняют меня. Мне интересно, каково же это, когда у тебя есть тот, кто о тебе так сильно заботится, что буквально сделает все для тебя, даже подставит собственную задницу, рискуя попасть в тюрьму, и потеряет все, как Грейсон. В этот момент, я завидую Тайлеру.

– И он сказал мне, что он... – я кусаю губу.

На самом деле я боялась сказать ему эту часть разговора.

– Что? – спрашивает Найт нетерпеливым голосом с напряженным выражением лица.

– Он связан с картелем. Вот откуда пришли наркотики. Он работает на них.

Грейсон молчит, но его глаза метают молнии.

– Это серьезно, Грейсон, – говорю я, мой голос переходит на шепот. – Ты можешь потерять все, абсолютно все.

– Думаешь, я этого, черт возьми, не знаю? – говорит он.

Отталкиваясь от стойки следует в другую часть комнаты. Он опускается на стул за большим стеклянным кухонным столом, и упирается локтями в колени, обхватывая руками голову.

Колеблясь несколько секунд. Я соскальзываю со стула и двигаюсь к нему босыми ногами по деревянному полу. Он не смотрит на меня, когда я приближаюсь. Грейсон замер в одной позе.

Я тяну руку, чтобы прикоснуться к нему, затем резко останавливаюсь, обдумывая свои действия. Когда моя рука парит в воздухе, кажется, что я прикасаюсь к нему, как будто, принимаю решение стереть грань, между нами. Смотрю на него, и мое сердце бешено бьется.

Затем я прижимаю руку к его голове. Проводя пальцами, ощущаю, что его волосы намного мягче, чем я ожидала.

Он поднимает голову, и своими темно-зелеными глазами встречается с моими.

– Мы можем все исправить, – шепчу я.

– Как? – спрашивает он, и впервые его голос звучит уязвимо. И я чувствую волнение от того, что, он, наконец-то, решил открыться передо мной.

– Я знаю людей, которые могут помочь... все, что тебе нужно сделать, это сказать правду.

Он поднимает руку, обхватывает мои пальцы, и смотрит в сторону.

Спустя мгновение Найт смотрит на меня.

– Ладно, – тихо говорит он. – Делай, что тебе нужно, и я поговорю с тем, с кем ты хочешь, чтобы я поговорил, просто... с Тайлером…

– Я прослежу, чтобы он был в безопасности, – говорю я тихо. Наши глаза закрыты. Мое сердце прерывисто бьется.

– Тебе придется отпустить Джорджа Симпсона, чтобы я стала вашим адвокатом. Мне нужно, эм, сделать несколько звонков, – моя рука все еще находится на голове Грейсона, а его пальцы все так же обхватывают мое запястье.

– Да, – говорит он. Но никто из нас не разрывает контакт. – Слушай, Мел, я не могу не сказать, как благодарен тебе за то, что ты делаешь для меня и Тайлера. Для меня мой брат – это весь мир, но сейчас я словно открыл новую планету, и это ты... ты бросила свою работу, чтобы защитить меня... ты – удивительный человек.

Затем он встаёт, и я убираю свою руку с его головы. Но он не отпускает мою руку, а я не пропускаю ни одного его движения. Внезапно, наши лица оказываются на одном уровне.

Мой рот пересыхает, и я облизываю свои губы языком.

Именно в этот момент, я вижу, как загораются его глаза, и в этот самый момент он принимает решение. Грейсон крепко прижимает меня к себе, моя грудь прижимается к его груди, и мужчина начинает жадно целовать меня.

О, боги, он целует меня.

Грейсон запускает свои руки в мои волосы, его язык исследует мой рот, он целует меня, и чертовски горячо. Я чувствую, как подкашиваются мои ноги. Своими руками я сильнее сжимаю огромные плечи для того, чтобы не упасть.

Боже, этот мужчина умеет целовать.

Он целует меня так, как будто я – это все, и единственное, что ему нужно. Грейсон прижимается к моим бедрам, и я чувствую, как сильно его завожу, что заставляет меня делать ещё более безумные вещи. Я скольжу своими руками по его плечам до шеи. Он издает глубокий стон удовольствия прямо в мой рот. И мои уже набухшие соски возбуждаются сильнее, а Грейсон гладит мой клитор легким прикосновением пальцев.

Мужчина отпускает мои волосы и гладит меня по спине, а затем сжимает мою задницу. Он разрывает поцелуй. От этих ощущений я начинаю задыхаться. Затем Грейсон целует мою шею, и прикусывает зубами мою кожу, от чего я начинаю дрожать.

– Я так сильно хочу тебя, – шепчет Грейсон у моей кожи.

Я уверена, что бормочу что-то бессвязное. Все мысли покидают мой разум, оставив бушующие гормоны во мне. В этот момент он может делать со мной все, что захочет.

Грейсон задирает мою юбку и тянет ее вверх. Затем он снова хватает меня за задницу, поднимает, и усаживает на стол.

Он смотрит мне в глаза и своими большими руками исследует мое тело.

– Я никогда не хотел никого так, как хочу тебя, Мел. Ты сводишь меня с ума. Серьёзно, я чувствую всё невероятным и правильным, когда нахожусь с тобой. Я не могу даже спать потому, что всегда думаю о тебе.

– Я... – делаю глоток воздуха. – Чувствую то же самое, и... я хочу тебя. Тоже хочу тебя, – когда говорю, я уверена, что мое лицо красное, как помидор, потому что по какой-то причине, я едва могу связывать слова вместе. Возможно, я влюбляюсь в него.

На его лице появляется улыбка, от которой могут напрочь раствориться мои трусики. Его глаза темнеют от похоти, затем Грейсон жадно целуя меня, и наши языки переплетаются в диком танце.

Господи, какие приятные, и удивительные ощущения. Мне нужно больше. Мне нужен Грейсон полностью. Потянувшись руками вниз, я ищу пуговицу на его джинсах. Расстегиваю молнию и скольжу рукой внутрь. Я едва попадаю пальцами в его штаны, как он хватает мое запястье, останавливая меня.

Я изумленно смотрю на него.

Грейсон опускает лицо, соприкасаясь своим лбом с моим, и дышит в мои губы, когда говорит.

– Я хочу заняться с тобой любовью в своей постели. Но если ты дотронешься до меня, все закончится, Мел. Я тебя возьму прямо на этом столе.

Святые угодники.

– Может быть, я хочу, чтобы ты взял меня на этом столе, – говорю я с трудом.

Мой голос хриплый с нотками сексуальности.

– Боже, – дыхание Грейсона прерывается, и я воспринимаю это как приглашение. Я засовываю руку ему в джинсы, и он меня не останавливает. Кончиками своих пальцев я касаюсь его кожи. Тот факт, что он не носит боксеры, доводит меня до придела.

Боже мой.

Я обхватываю член, сжимая его.

Черт, Грейсон рычит. Он сбрасывает свои джинсы на пол. Потом обхватывает своей большой рукой мою и начинает двигать ею вверх и вниз, так что мы оба сходим с ума. И, черт возьми, это горячо.

– Сильней сжимай меня, сильнее.

Я сильнее сжимаю, давая Грейсону то, что ему нужно. Он отпускает мою руку, и я продолжаю. Намотав мои волосы вокруг своей руки, он тянет их так, чтобы захватить мой рот в горячем поцелуе.

Самый горячий, самый влажный, самый грязный поцелуй, который я когда-либо испытывала в своей жизни. Такой поцелуй может заставить девушку кончить на месте. И учитывая то, что я сижу с его членом в руке, и с его языком в своем рту, чувствую, что я могу кончить в любую секунду.

Грейсон перемещает свою руку от моих волос к рубашке и вытаскивает ее из юбки, не прекращая целовать меня. Он расстегивает пару пуговиц, отрывается от моего рта, и стягивает рубашку через мою голову.

Грейсон не отрывает взгляд от моей груди в белом кружевном бюстгальтере от «Ла Перл».

Делая шаг назад, я тянусь за спину и расстегиваю застежку на лифчике, а затем бросаю его на стол.

Когда я снова смотрю на Грейсона, его глаза горят.

Своими большими руками Грейсон обхватывает мою грудь, сжимает соски, и я начинаю дрожать. Мужчина слегка улыбается. Затем он опускает голову, хватая один из моих сосков своим ртом. Он обводит языком вокруг него, и я извиваюсь в его руках. Рот Грейсона такой великолепный.

– Боже, Грейсон, – я горю, отчаянно нуждаясь в его прикосновениях. Толкаю свои бедра вперед, нуждаясь в контакте ... нуждаясь в нем.

Он, словно читает мой язык тела, потому что опускается на колени передо мной. Хватая мою юбку, Найт стягивает ее с меня. Я приподнимаю бедра, чтобы ему помочь. Он срывает мои трусики, и бросает их через плечо, раздвигает мои ноги шире, и прижимается своими губами к моей киске.

– О, Боже! – я откидываю назад голову, и упираюсь руками в стол, пытаясь найти опору. – Грейсон! – кричу я его имя.

На кухонном столе я получаю первый оргазм с Грейсоном. Боже, не позволяй, что бы он был последний. Я все еще дрожу, когда мужчина поднимается на ноги.

– Ты знаешь, насколько сексуальна сейчас? – его голос – мелодия, источающая чистые ноты секса, которые проходят через мое тело.

– Я знаю, кто и как пробуждает во мне сексуальность, – улыбаясь, шепчу я.

В его глазах вспыхивает огонь. Грейсон опускает свою руку и обхватывает свой невероятно жесткий член.

– Ты сводишь меня с ума, – говорит он, двигая рукой вверх, и медленно вниз. Я не свожу глаз с его руки. – Я покажу тебе, как ты меня сводишь с ума.

Он достает из заднего кармана брюк бумажник, и одновременно продолжает двигать второй рукой вверх и вниз. Грейсон достает презерватив из бумажника, разрывает пакетик зубами и медленно надевает презерватив.

Затем мужчина пристально смотрит мне в глаза.

От его взгляда я дрожу всем телом.

Грейсон встает между моих ног, берет мое лицо в свои руки, и глубоко целует меня. Наши языки снова сплетаются в жарком танце, все мысли улетучиваются из моей головы. Он отрывается от моих губ, в его глазах - огонь, Грейсон отпускает мое лицо и обхватывает мои бёдра.

Он притягивает меня к себе так, чтобы моя задница была на краю стола, и медленно начинает входить в меня.

Ощущение того, как глубоко он скользит внутри меня, как будто я ничего не чувствовала раньше. И его глаза ... я чувствую, что Грейсон смотрит прямо в мое сердце. И видит то, что я скрывала от всех остальных.

Чувствую себя незащищенной, уязвимой, но одновременно... в безопасности.

Пока Грейсон двигается внутри меня, он прижимает свои бедра к моим, и снова обхватывает руками мое лицо. Затем мужчина снова целует меня. Очень нежно.

Он начинает двигаться, медленно. После того, как я стону ему в рот, Грейсон теряет контроль и срывается. Наш темп мгновенно меняется. Мужчина яростно вдалбливается в меня, и это самые незабываемые ощущения.

Грейсон начинает двигаться с животной страстью. Я впиваюсь ногтями в его спину. Единственный звук в комнате – наши тяжелые вдохи. Никакие слова не нужны, потому что тела говорят все за нас.

Мое тело говорит больше. Второй оргазм накрывает меня, я впиваюсь глубже ногтями в его спину, выкрикивая имя Грейсона. Кажется, что мужчину заводит моя страсть, он выкрикивает ругательства, смешивая их с моим именем, что звучит весьма сексуально.

Грейсон прижимается своим лбом к моему, закрывает глаза, и его дыхание становится тяжелым.

– Боже, – говорит он. – Все было великолепно. Ты – потрясающая.

Я провожу руками по его спине.

– Я сделала не так много, как ты.

– Мел – ты это все, что мне нужно, только ты.

Затем Грейсон нежно целует меня, осторожно выходит из меня, и снимает презерватив. Не могу сдержать улыбку, потому что этот великолепный мужчина... самый сексуальный человек, которого я когда-либо встречала... и он только что сказал мне, что единственное, что ему нужно – это я.

– Ты улыбаешься, – говорит он, и проводит своими руками по моим ногам вверх до талии.

– Я…

– Мне нравится, когда ты улыбаешься.

Затем Грейсон поднимает меня, и я обхватываю ногами его талию, а руками обнимаю мужчину за шею. Он несет меня из кухни.

– Куда мы идём? – спрашиваю я.

Грейсон улыбается и смотрит мне в глаза.

– В мою кровать, чтобы заставить тебя улыбаться еще.


Глава 22


Уже стемнело, и Грейсон уснул рядом со мной. У меня появляется минутное желание посмотреть на него. Он выглядит расслабленным, спокойным, и такое выражение я никогда не видела на его лице. Что-то проходит сквозь мое сердце. У меня были чувства к нему, но в этот момент я понимаю, насколько они сильны.

Мне многое предстоит сделать, будущее Грейсона на волоске. Я осторожно встаю с постели. Учитывая, какая была неделя у Найта, понимаю, что ему необходимо поспать, поэтому двигаюсь осторожно, не хочу его будить. Больше всего на свете я хочу остаться здесь, но мне нужно идти, чтобы исправить то, что натворил Тайлер.

Я смотрю на Грейсона и очень хочу поцеловать его перед тем, как уйду, но сопротивляюсь своему желанию. На цыпочках выхожу из его спальни и спускаюсь вниз, чтобы забрать свою одежду. Достаю телефон из сумки, и иду в ванную, чтобы отправить сообщение Тайлеру, в котором пишу, что все в порядке, и что он должен оставаться у меня дома. У меня есть ещё несколько дел, и потом я приеду.

На мой телефон приходит оповещение с ответом Тайлера.

«Круто. Я съел все, что было в твоём холодильнике, надеюсь, мне можно?» – и в конце сообщения, он оставил смайлик.

Смеясь, я отвечаю.

«Без проблем. Скоро буду на связи».

Сажусь в такси, говорю водителю свой адрес. Когда такси отъезжает, я смотрю на дом Грейсона. Все еще чувствую его запах, и вспоминаю то, что произошло. Начинаю дрожать всем телом, а затем чувствую боль от мысли о том, что нахожусь далеко от Грейсона.

Закрыв глаза, я прерывисто дышу. Затем я собираюсь с мыслями и достаю телефон из сумки. Уже поздно, но я уверена, что человек, которому мне нужно позвонить, проснется. Просматриваю свои контакты, пока не нахожу его номер. Я нажимаю вызов, и прислоняю телефон к уху.

– Мел?

– Привет, Мэтт, – говорю я осторожно, замечая удивление в его голосе.

Я не могу сказать, что виню его за это, так как давно ему не звонила.

– Ты в порядке? – спрашивает Мэтт с беспокойством в голосе, от чего чувствую себя сволочью за то, что когда-то была холодна с ним и за то, что использую парня в своих целях сейчас. Но как я уже сказала – на кону жизнь человека.

– Со мной все хорошо, но мне нужна твоя помощь.

– Я просматриваю некоторые отчеты в кафе недалеко от своего дома, там, куда мы всегда ходили.

– Буду там через пять минут, – говорю я и отключаюсь.

После этого прошу водителя отвезти меня в другое место.

Пять минут спустя, я иду в кофейню. Открываю дверь, и запах кофе врывается мои легкие, возбуждая каждую клетку тела. Странно здесь находится с Мэттом, но я отбрасываю мысли в сторону, потому что я здесь ради Грейсона. Ему и Тайлеру нужна помощь, и Мэтт – тот самый человек, который может помочь. Он может быть занозой в заднице, но парень чертовски хороший полицейский.

Я заказываю кофе и иду к его столу.

– Привет, – говорю я, вешая сумку на спинку стула.

– Как в старые добрые времена, – говорит он с улыбкой, и я сажусь рядом с ним.

Я не отвечаю на его комментарий, хотя он знает, что лучше не вести себя так. Не хочу ссориться с ним, тем более, будет лучше, если сейчас я буду милой.

– Итак, что я могу сделать для тебя?

Я оглядываюсь, и вижу парня, который не отрывается от своего телефона. Я собираюсь с силами, чтобы все рассказать Мэтту.

Бариста приносит кофе. Жду, когда она уйдет, прежде чем начинаю говорить тихим голосом. Я рассказываю Мэтту всю ситуацию Грейсона, как он покрывал своего брата, взяв наркотики себе, откуда они у него, и как Тайлеру угрожал картель.

Мэтт ничего не говорит все это время. Он сидит и слушает меня, принимая все, что я говорю. Когда я заканчиваю, то смотрю на него, ожидая ответа.

– Ну, это абсолютный беспредел, Мел.

После всего, что я ему только что сказала, это все, что он говорит. И да, парень прав – это огромная катастрофа.

– Я знаю, и поэтому нуждаюсь в твоей помощи, Тайлер и Грейсон нуждаются в тебе. Мы говорим о картеле, Мэтт. Как только они узнают, что их наркотики пропали... Тайлер будет мертв и Грейсон ... – я замолкаю, потому что не могу заставить себя продолжать разговор.

Мэтт глубоко вздыхает. Я не уверена, что это значит.

– У меня есть контакт в УБН, – говорит он мне. – Я могу позвонить ему, посмотрим, что мы можем сделать, чтобы вытащить их из ситуации, в которую они попали.

Он тянется к своему телефону, а я протягиваю руку и сжимаю его руку. Он останавливается, и смотрит на меня.

– Спасибо, Мэтт, – искренне говорю я, а затем убираю руку и кладу ее на колени.

– Тебе не нужно благодарить меня, Мел. Тебе нужна помощь, и я помогу.


Глава 23


Поздно вечером, я возвращаюсь в свою квартиру. Большую часть дня, я провела с Мэттом в полицейском участке, встречаясь с его знакомым – Пауло Дрезденом. Мы разговаривали с ним о случившейся ситуации. Дрезден – мужчина невысокого роста с редеющими волосами. От него пахнет табаком и кофе. Я ещё никого не встречала того, кто пил бы столько кофе, как Пауло. Он кажется хорошим парнем, и Мэтт ему доверяет. Они вместе учились в Академии.

Самое главное то, что Дрезден предложил хороший план для Тайлера. Ну, как хорошая сделка, которую человек может получить в таких обстоятельствах. Тайлеру будет нелегко, так как УБН предлагает план, который перевернет его жизнь с ног на голову, ему придется получить новую биографию и перейти в программу защиты свидетелей.

Все зависит от того, согласится ли сделать это Тайлер, и хотелось бы верить, что это та самая возможность. Надеюсь, что он готов сделать все ради своего брата, так же, как и тот ради него.

Мой живот сжимается при мысли о встрече с Грейсоном. Вспоминаю о том, как он сводил меня с ума прошлой ночью. Глубоко вздыхаю, чтобы успокоиться.

«Грейсон просто мужчина, с которым ты провела полночи, сгорая и покрываясь потом, и все же он просто человек».

Я открываю дверь, захожу внутрь, и… смотрю в глаза Грейсона. Встретиться с мужчиной после того, как ты переспала с ним в первый раз – всегда нервирует, но я не ожидала, что буду чувствовать себя так, как будто весь мой мир сосредоточен только на одном человеке.

Внезапно, мой мир снова переворачивается. Лицо Грейсона ничего не выражает, его глаза пусты, они бесчувственные и холодные. И я не знаю, злится ли он на меня за то, что я ушла до того, как он проснулся или просто безразличен к тому, что произошло между нами прошлой ночью.

Мое сердце сжимается. Грейсон говорил много вещей прошлой ночью, рассказывая мне, как сильно он хочет меня. Да, мужчины обычно говорят такие вещи, когда их член глубоко внутри вас. Это не обязательно означает то, что они буду вас хотеть всегда.

Я вежливо улыбаюсь и указываю рукой в направлении плюшевого дивана в моей гостиной, чтобы они оба присели.

– Спасибо за ваше терпение, – говорю я, опускаясь на стул напротив них.

Я смотрю на Тайлера, когда говорю, потому что, кажется, проще сделать так, чем видеть Грейсона. Смотреть на него прямо сейчас, было бы как смотреть на солнце – ослепительно. Я чувствую нотки его парфюма, что возбуждает меня. Вздыхаю и решаю сразу сказать.

– Я провела последние четырнадцать часов с сержантом Дотри.

– Коп который меня арестовал? – требовательно спрашивает Грейсон.

Его слова заставляют меня посмотреть на него, и когда я это делаю, клянусь Богом, я вижу ревность в его глазах.

Почему он ревнует меня? Его отношение совсем не показывает то, что он будто бы заботится обо мне. И Грейсон не знает, что Мэтт – мой бывший.

– Да, я ходила к сержанту – Дотри Мэтту, потому что доверяю ему.

Грейсон фыркает.

Я игнорирую его и фокусируюсь на Тайлере, который искоса смотрит на Грейсона.

– Я рассказала Мэтту все, что вы оба сказали мне. Думаю, будет легче работать с Мэттом над этим, так как он был офицером, который вас арестовал в обоих делах. Нет причин привлекать третью сторону. Кроме того, у Мэтта есть контакты в «Управлении по борьбе с наркотиками» по имени Пауло Дрезден. Он позвонил Дрездену, привел его, и мы втроем обсудили дело Тайлера.

– И к чему вы пришли? – спрашивает Грейсон.

Я смотрю на него, и на лице Найта по-прежнему отсутствует какое-либо выражение.

– Мы пришли к тому, что вы оба делаете заявление, в котором говорится, что Грейсон не имел ничего общего с наркотиками, которые полиция нашла у него в ту ночь в «Лив». Скажем им, что единственное, что сделал Грейсон – спрятал их для тебя, Тайлер. Хоть полиция нашла наркотики у Грейсона, Мэтт готов бороться до тех пор, пока обвинение не снимут, – я смотрю в упор на него, чтобы повлиять на него. – Ты называешь фамилии главных игроков в картеле, на кого ты работаешь, и дашь показания против них.

– Нет, – перебивает меня Грейсон.

– Грей... – произносит Тайлер.

– Нет, Тай. Ты соглашаешься на сделку, и знаешь, что это значит? Если ты дашь показание в суде, твоя жизнь будет в опасности.

– Я уже в опасности, – перебил его Тайлер. – Как только связался с этими людьми, я рисковал своей жизнью. Я влип, и теперь должен сам разобраться с последствиями. Я не могу позволить старшему брату встретиться с ними из-за меня, – Тайлер поворачивается ко мне и говорит. – УБН меня защитит, верно?

– Да, полная защита, затем... – я кусаю губу, делая паузу, потому что догадываюсь, как Грейсон отреагирует на информацию. – После суда ты пойдешь в защиту свидетелей и получишь новую личность.

– Черт возьми, нет, – говорит Грейсон, вставая с дивана. – Тайлер, ты не пойдешь в программу защиты свидетелей. Если ты уйдешь, я больше никогда тебя не увижу.

Тайлер встает, поворачиваясь к Грейсону.

– Я должен так сделать. Другого выбора нет.

– Я возьму на себя ответственность за наркотики, – говорит Грейсон, обращаясь ко мне. Я вижу панику в его глазах. – Я отправлюсь в тюрьму. Позвони Дотри, скажи ему, что так оно и будет.

– Нет, – твердым голосом говорит Тайлер. – Я не позволю тебе испортить свою жизнь ради меня. Я вообще не должен был отдавать тебе наркотики. Я облажался. У тебя есть жизнь и отличная карьера. Я видел, как тяжело ты работал всю свою жизнь, чтобы попасть в НФЛ. И теперь у тебя есть Мел. Я не позволю тебе потерять все это из-за меня, – он кладет руки на плечи Грейсона, глядя ему в лицо, и говорит низким и серьезным тоном. – Даже если бы я был достаточно эгоистичен, чтобы позволить тебе сделать так, это все равно не будет иметь никакого значения, Грей. Картель знает, что меня арестовали, они оставили мне первое предупреждение, когда пришли в мою квартиру. Как только они поймут, что есть обвинения против тебя, которые соответствуют моим, и что я украл наркотики из их тайника, сложат все вместе – и я буду мертв. И ты тоже, чувак. Я не позволю этому случиться.

Тайлер поворачивает голову ко мне и говорит.

– Предложение от УБН мой единственный шанс?

Я вижу страх в его глазах и отчаянную потребность в поддержке. Я поднимаюсь на ноги и говорю.

– Он прав, Грейсон.

Мужчина смотрит на меня, и я вижу, как он принимает решение. Его глаза наполняются болью, и он опускает плечи. Грейсон переводит свой взгляд на брата, берет лицо Тайлера в свои руки, и смотрит ему в глаза.

– Я буду с тобой до конца. И не подведу тебя.

– Я знаю, Грей, знаю. Ты никогда не подведёшь.

Затем Грейсон обнимает своего младшего брата, и я от увиденной картины, отворачиваюсь, и подхожу к окну, чтобы дать им время. Это также дает мне возможность незаметно стереть слезу, которая стекает по моему лицу, оставляя след.

Я слышу, как Тайлер прочищает горло и говорит.

– Так что теперь?

Я поворачиваюсь к братьям.

– Теперь мы идем к Мэтту Дотри.


Глава 24


Мы втроем идем в полицейский участок. Грейсон и я заходим первыми, чтобы он мог дать Мэтту показания о том, что случилось в ночь его ареста. Затем настает очередь Тайлера, который делает свое заявление. Затем Мэтт отпускает Грейсона и говорит ему, что обвинения против него сняты.

– Должен сказать, я знал, что так произойдёт, но все равно приятно осознавать, что дело заканчивается, – говорит Мэтт Тайлеру, и объясняет, что тот должен ожидать звонка от Пауло Дрездена в течение часа, так как агент УБН теперь будет отвечать за его дело.

Поскольку Тайлеру лучше не возвращаться в свою квартиру, мы решаем, что он поедет в безопасное место, пока УБН не соберут имена ключевых игроков картеля, которые им нужны, и не смогут начать планировать их арест.

Даже несмотря на то, что картель не знает, что Тайлер разговаривает с полицией или УБН, все еще существует вероятность того, что они могут узнать о пропавших наркотиках. Находиться в своей квартире Тайлеру сейчас опасно.

Мэтт выводит нас всех из офиса. Тайлер впереди, Грейсон идёт с левой стороны от меня, а Мэтт, на небольшом расстоянии, с правой. У меня начинает складываться впечатление, что Грейсон знает о том, что у нас с Мэттом было что-то в прошлом.

Я имею в виду то, что знаю, что он арестовал Грейсона в прошлую встречу, но Мэтт помог ему сегодня, и его брату. Грейсон должен быть благодарен за это, но его ехидные комментарии и само отношение не показали этого. Когда он сказал о моем «лучшем друге Мэтте», я выяснила причину его проблемы.

Он определенно ревнует.

Суперзвезда Грейсон Найт ревнует меня к Мэтту Дотри.

Не буду отрицать, что ситуация меня немного возбуждает, ведь зеленоглазый монстр испытывает такое чувство по отношению ко мне. Некоторые вещи делают женщину счастливой.

Но ревность Грейсона сбивает меня с толку, потому что он такой отстранённый с прошлой ночи. Не то, чтобы я успела поговорить с ним о том, что было, но думаю, что я была более приветлива. Странно, что этим утром все события происходят вокруг Мэтта... я больше чем уверенна, что Грейсон попытается показать полицейскому, что я принадлежу ему.

Думаю, нам с Грейсоном нужно поговорить о том, что произошло между нами. Я беспокоюсь, что могла значить для него прошлая ночь... Что, если для него это была лишь игра в «достигнуть недостижимое»? Может, для него я была просто «под запретом». Возможно, он испытывал острые ощущения, но после нашей встречи просто больше не заинтересован во мне.

Может быть, дело в ревности. Ревность к Мэтту больше связана с мужской гордостью, или с чем-то ещё.

Думаю, единственный способ узнать – поговорить с Найтом как следует. Сделаю это, как только мы поселим Тайлера в конспиративной квартире, и останемся наедине.

– Спасибо тебе за помощь, Мэтт, – говорю я с улыбкой и протягиваю руку.

Несмотря на то, что рукопожатие Мэтта кажется слишком формальным после всего, что он сделал, не думаю, что обнимать его было бы лучшей идеей, когда Грейсон стоит рядом со мной, как хищник. Кто знает, что он может сделать.

Мэтт смотрит на наши соединённые руки и хмыкает, качая головой.

– В любое время, Мел. Я говорил раньше, что, если тебе нужна помощь – позвони мне.

– Я знаю, спасибо ещё раз.

Мэтт все еще держит меня за руку, хоть и не сжимает ее.

Грейсон прочищает горло, и я воспринимаю это как сигнал, что пора заканчивать. Я отрываю руку от Мэтта, и в последний раз улыбаюсь ему перед уходом. Выхожу через дверь, которую Тайлер придерживает открытой для меня и Грейсона, пока мужчина придерживает меня за талию.

Я удивлена его прикосновением. Мужчина прикоснулся ко мне первый раз со вчерашнего вечера. Чувствую жар в том месте, где он прижимает свою руку. Несмотря на то, что между рукой Грейсона и моей спиной есть слои одежды, я все еще чувствую тепло его пальцев.

Я смотрю на него и вижу смесь эмоций на его лице. Гнев и похоть. Отличное сочетание адского зрелища. Я нуждаюсь в нем.

Я отвожу от мужчины глаза, чтобы начать дышать. Сейчас не подходящее время для такого момента, но это то, что нам может скоро понадобится. Моему либидо есть, что сказать.

Мы выходим на тротуар, и я вдруг слышу визг шин. Поднимаю глаза и вижу машину, двигающуюся к нам по улице. Нарастающая паника проходит через мое тело.

К нам подъезжает чёрный джип, с полностью затемненными окнами и без номерных знаков. Меня словно парализует, когда вижу машину, и все происходит, как в замедленной съёмке. Окна опускаются, и показывается дуло оружия.

Мэтт что-то кричит.

Тайлер поворачивается и тоже кричит.

– Ложись! – его слова доносятся до меня, но, похоже, что я слышу их словно под водой.

Все движение вокруг замедляется почти до стоп кадра. Я замираю, и вижу, что оружие направленно в мою сторону.

Я умру.

Кто-то хватает меня и бросает на землю. Огромное тело приземляется на меня сверху, и прикрывает, заглушая звуки выстрелов.

Все, что я слышу – крики и стрельбу.

Мои глаза закрыты, а сердце вырывается из груди. Я никогда в жизни не испытывала такого страха. Такое ощущение, что стрелять будут вечно.

Оглушительный шум прекращается так же быстро, как и начался. У меня перехватило дыхание, и я боюсь, что второе оружие будет направлен на нас. Но потом слышу отчетливый звук визга шин.

Они уехали.

Я почти плачу от облегчения.

Тишина длиться долгие секунды, как будто кто-то остановил мир вокруг меня.

Затем, я слышу крик, и все мгновенно возвращается к жизни. Голос Грейсона громкий и ясный, когда он говорит со мной. Мужчина спокойно спрашивает.

– Я с тобой, детка. Ты в порядке? – он все так же находится надо мной.

– Да, я в порядке, – отвечаю дрожащим голосом. – Меня не задели, – я мысленно проверяю свое тело на боль, но нет ничего. – Со мной все хорошо. Ты как?

– Я в порядке. Меня не задели.

– Слава Богу, – выдыхаю с облегчением. Я не вынесу, если с ним что-нибудь случится.

Грейсон немного приподнимается, но все так же находится надо мной, как будто боится меня оставить.

– Тайлер, – спрашиваю все ещё дрожащим голосом.

– Он в порядке.

В поле моего зрения вижу Тайлера, сидящего на земле. Он выглядит потрясенным, но физически все в порядке. Мэтт рядом с ним, проверяет его. Они оба невредимы.

Я поворачиваюсь лицом к Грейсону. Он выглядит хорошо, спокойно, но я вижу страх в его глазах. И знаю, что он чувствует, потому что я рядом с ним. В этот момент я понимаю, как много он для меня значит. Я знала, что забочусь о нем. Теперь я знаю, насколько сильно.

Грейсон смотрит глубоко в мои глаза.

Момент, когда между нами возникает что-то интимное. Он нежно берет мое лицо в руки.

– Мел, я…

Но Грейсон не может закончить то, что собирался сказать. Полицейские выходят из здания, готовые помочь. Сирена скорой помощи становится громче, пока машина не подъезжает близко к нам, и медики выскакивают из нее, чтобы проверить, нет ли у нас травм. То, что Грейсон собирался сказать мне, так и не прозвучало.

Глава 25


Дело начинает продвигаться быстрее после того, как картель попытался убить Тайлера. Стрельба по гражданским лицам в полицейском участке является гораздо более серьезным преступлением, чем некоторые предупредительные выстрелы, произведенные в пустом доме. Я сидела с Тайлером и агентами УБН, пока он давал им показания, затем проверила письменный отчет, прежде чем он подписал.

Грейсон разговаривал по телефону с отцом в другой комнате. Я не хотела его беспокоить, поэтому помахала рукой на прощание и ушла. Мне нужно быть дома, чтобы собраться с мыслями. Я хотела принять горячий душ и смыть с себя весь день. Затем, в моих планах было устроиться на диване и выпить большой бокал вина.

К тому же, я думаю, что прямо сейчас Грейсон захочет побыть с Тайлером. Сегодня кто-то пытался убить его брата, и я знаю, как важен для него Тайлер. Разговор со мной о том, что произошло между нами прошлой ночью, вероятно, последнее, что Грейсон захочет обсудить прямо сейчас.

В меня сегодня стреляли.

Все кажется нереальным. Даже не могу себе представить, что бы могло случиться, если бы Тайлер и Грейсон не среагировали так быстро. Особенно Грейсон... когда он бросил меня на землю, прикрыл собой... и спас мне жизнь. И я даже не поблагодарила его.

Внезапно в мою входную дверь стучат. Я замираю с бокалом на полпути к губам. Осторожно ставлю его на журнальный столик и встаю. Накидываю сверху халат, завязываю пояс, чтобы он не спал с меня, так как на мне нет нижнего белья. Глубоко вздохнув, заправляю влажные волосы за уши и тихо прокрадываюсь по деревянному полу к двери.

И как только я добираюсь до холла, снова слышу стук в дверь.

– Мел, это Грейсон.

Мое сердце начинает учащенно биться.

Он здесь.

Я быстро добираюсь до двери, смотрю в глазок, и открываю дверь. Грейсон смотрит в мои глаза. Он выглядит уставшим, и его волосы растрепанные. И при этом, мужчина выглядит сексуально, очень сексуально.

– Что ты здесь делаешь? – стараюсь не спрашивать грубо, но вопрос звучит именно так, потому что я удивлена видеть его здесь.

– Мне нужно было увидеть тебя. И я хотел убедиться, что ты в порядке.

– Я в порядке.

Грейсон осматривает меня, и я понимаю, что пояс на моем халате немного ослабел, и мое декольте обнажилось. Взгляд зеленых глаз встречается с моим, и я начинаю дрожать.

Следующее, что я вижу – Грейсон врывается в мою квартиру и закрывает за собой дверь. Затем, я оказываюсь в его руках, и он прижимается своими губами к моим губам.

– Грейсон, – я задыхаюсь.

Он прерывает мои слова поцелуем. Затем мужчина прислоняет меня к стене. Его руки на моих бедрах, Грейсон поднимает меня и устраивается между моих ног. Я обхватываю его ногами за талию и начинаю целовать в ответ.

Все смешивается – зубы, языки и глубокие стоны. В этом поцелуе нет ничего особенного. Это происходит из чистой необходимости. Грейсон опускает свою руку к джинсам. Слышу, как он расстегивает ширинку, и разрывает пакет с презервативом. Найт перестает меня целовать. Он по-прежнему прижимает свои губы к моим, и вопросительно смотрит в мои глаза.

– Да, – говорю я, скорее дыханием, чем словом.

Одним движением он толкает свой член внутрь меня.

– Боже мой! – всхлипываю я.

Он начинает заниматься со мной любовью у стены в коридоре. Мужчина еще полностью одет, а я только в халате. Ощущение Грейсона внутри меня… невероятно.

Мужчина начинает двигаться. При каждом движении он задевает мой клитор, и это сводит меня с ума.

– Ты спас мне жизнь, – задыхаясь между толчками, говорю я.

Он останавливается, и смотрит мне в глаза.

– Я сделал то, что сделал бы любой.

– Нет, – говорю я. – Не каждый рискнул бы своей жизнью, чтобы защитить меня.

– Я никогда не позволю тебе пострадать, Мел. Никогда, – говорит Грейсон, и я знаю, что он имеет в виду.

– Спасибо, – шепчу я над его губами. – Большое спасибо тебе.

Грейсон снова захватывает мои губы горячим поцелуем, сосет мой язык и заставляет стонать. Затем он начинает двигаться, вбиваясь в меня сильнее с каждым толчком, и сводя меня с ума.

Оргазм настигает меня быстро, ударяя мощной силой, заставляя громко кричать его имя. Он вбивается в меня еще пару раз, и я чувствую его кульминацию. Найт стонет мое имя. Мы стоим у стены, задыхаясь, и пытаясь отдышаться. Грейсон прижимает свое лицо к моей шее, и нежно целует. Я крепко обнимаю его.

– Я хочу тебя, – нежно говорит он. Его губы прикасаются к моей шеи, когда Грейсон говорит. Мужчина поднимает голову и смотрит мне в глаза. – Не только секс, но и тебя.

– Я тоже хочу тебя, – говорю я на одном дыхании.

– Нет, это не то, что я пытаюсь сказать. Ты сказала, что я всегда должен быть рядом, чтобы стать частью тебя. И это то, чего я хочу. Я хочу большего. Хочу чего-то хорошего и настоящего с тобой, Мел. Когда я проснулся утром, а тебя не было, я... чувствовал себя пустым. И я никогда не чувствовал такого раньше. Тогда я понял, что пустота была там, потому тебя не было рядом, – он обхватывает мое лицо своими руками, запуская пальцы в мои волосы. – Я не хочу просыпаться, как сегодня утром, задаваясь вопросом, где ты.

– Я не хотела уходить, но мне нужно было помочь тебе.

– Я знаю. И благодарен тебе за помощь. Но что касается нас с тобой, я хочу сказать, что ты мне нравишься.

– Ты мне тоже нравишься. Очень. Очень, очень, – говорю я с улыбкой, и она отражается в его глазах, когда они загораются.

– Так, мы сделаем это, ты и я? – спрашивает он.

– Отношения?

– Да, Мел, я имею в виду отношения, – Грейсон усмехается. – Ты и я вместе. Я хочу, чтобы ты была моей девушкой. И говорю это не только потому, что я все еще внутри тебя.

Я улыбаюсь еще шире.

– О, хорошо, я рада это слышать, – говорю я, хихикая. – Но…

– Но что? – хмурясь, произносит он.

– Мы даже не были на свидании, Грейсон, если только ты не считаешь поездки в полицейский участок и стрельбу на углу улицы свиданиями.

– Хорошо. Я приглашу тебя завтра на настоящее свидание. Первым делом утром пойдем позавтракаем. Это может быть свидание номер один. Затем обед – второе свидание. После ужин.

– Понимаю, – говорю я со смехом. – Но, может быть, прямо сейчас ты отнесешь меня в постель и трахнешь, пока не придет время выйти?

Улыбаясь, он отталкивается от стены, и ведет меня по коридору. Найт прикасается к моим губам, в нежном поцелуе, а затем шепчет.

– Отнести мою девушку в постель и трахать ее всю ночь? Да, я определенно могу так сделать.


Эпилог


Шесть месяцев спустя


Слышу стук в дверь своего офиса, а затем из-за двери показывается красивое лицо Грейсона.

– Ты готова, детка?

– Да, – говорю я, и улыбаюсь ему. – Сейчас закончу статью.

– Это уже есть в новостях?

– Да. Я так рада, что мир увидит великого Бенедикта Кросса, прокурора штата подонком, которым он на самом деле является.

И все благодаря мне. После того, как УБН запустили дело Тайлера, я обратилась в отдел внутренних дел, чтобы сообщить о Бене. Я не могла сидеть со сложенными руками, после того, что слышала от него по телефону и что он пытался сделать с Грейсоном. Что, если потом он собирался также нацелиться на других спортсменов?

Как оказалось, в отделе внутренних дел рассматривали заявления о незаконных азартных играх влиятельных людей, но у них никогда не было ничего конкретного, чтобы идти дальше. Я работала с ними, чтобы помочь их разоблачить, и Бену были предъявлены обвинения, теперь он больше не прокурор штата.

Грейсон, Тори и Мэтт предложили мне баллотироваться на его должность, но я не захотела. Вместо этого я занялась созданием собственной практики. После встречи с Грейсоном я поняла, что моя цель в карьере была поставлена неправильно. Теперь я хочу чего-то большего для себя. Не хочу быть большой рыбой в море акул, которые больше беспокоятся о политике и публичности, чем о справедливости. Я хочу быть большой рыбой в своем маленьком пруду, и помогать тем, кто больше нигде не сможет получить помощь. Теперь я счастлива больше, чем когда-либо.

С одной стороны, я привыкла работать адвокатом, и это помогает мне только защищать клиентов, которых я действительно считаю невиновными. Грейсон очень сильно поддерживал меня и помогал на протяжении всего процесса. Было страшно настраивать свою практику и начинать дело самостоятельно. Медленно, но, верно мой бизнес начинает развиваться. Потому что мой первый опыт помощи во внутренних делах оказался такой большой победой. Надеюсь, что разлетевшиеся слухи помогут мне привлечь приличную клиентскую базу.

– Я только что разговаривал по телефону с Тайлером, – говорит Грейсон, заходя в комнату, и прислоняясь к стене.

– Ты разговаривал с ним? – спрашиваю я.

После того, как Тайлер уехал, Грейсон подсунул ему телефон, чтобы он мог звонить. Они нарушали правила защиты свидетелей, и я ничего не имела против. Мой парень не может полностью отпустить своего брата, и я его понимаю.

– Как у него дела?

– Все хорошо. У него есть работа, и он встречается с кем-то.

– Потрясающе, – говорю я.

Еженедельные звонки от Тайлера – все для Грейсона. Он не знает, где живет Тайлер, но это к лучшему. Не хочу, чтобы кто-то преследовал Грейсона, и картель сделал бы так, если бы они думали, что у него есть информация о брате.

Сам процесс был тяжелым для всех, и, к счастью, из-за показаний Тайлера, некоторые опасные люди были отправлены в тюрьму на длительное время. Мы мало контактировали с ним во время процесса и потом, когда он закончился, Тайлер сразу же вошел в программу защиты свидетелей. Все это было очень тяжело для Грейсона.

Я смотрю на Найта, пока он ждет меня. Грейсон улыбается, и от его сияющей улыбки бабочки порхают в моем животе.

Боже, он такой великолепный.

Все еще не могу поверить, что встречаюсь с Грейсоном Найтом. Я никогда не относилась к категории спортсменов в старшей школе. И не знала, что упускала тогда из виду. Мощная выносливость и много мышц, а в данном случае, преданное сердце и ум.

– Готов идти? – спрашиваю его, и замечаю, что мужчина ведет себя очень тихо. Может, немного нервничает. – Ты хотел поужинать, верно? – спрашиваю его я.

– Конечно. Но сначала... – Найт засовывает руку в карман и достает ключ.

– Что это? – спрашиваю я.

– Ключ от моего дома.

Я улыбаюсь.

– Ты даёшь мне ключи от своего дома?

– Да.

Улыбаюсь шире, подхожу к Грейсону и беру ключ из его руки.

– Вау. Похоже на большой шаг. Отличный шаг, однако. Огромное спасибо. Хочешь ключ от моей квартиры?

– Нет, – говорит он.

Я перестаю улыбаться.

– Нет?

Он берет мои руки в свои.

– Мне не нужен ключ от твоего дома... потому что я надеюсь, что у меня уже есть один.

– Ладно... – я смущенно хмурюсь.

– Детка... я не просто даю тебе ключ от своей квартиры. Я прошу тебя переехать ко мне.

Ого. Еще больший шаг, чем я ожидала.

– Ты хочешь, чтобы я переехала к тебе? – переспрашиваю я, а мое сердце бешено бьется.

Он нежно улыбается и говорит.

– Больше всего на свете. Вопрос в том... хочешь ли ты переехать ко мне? – я отчетливо слышу, как он волнуется, потому что это отражается в его голосе.

Я отвечаю без каких, либо колебаний.

– Больше всего на свете.

Грейсон счастливо улыбается.

– Я люблю тебя и думаю, что с этого момента начинается что-то хорошее. И не могу дождаться, когда буду жить с тобой, чтобы узнать тебя лучше, – говорит он, затем начинает целовать меня, и это похоже на поцелуй длинною в жизнь. Грейсон откидывает голову назад, смотрит мне в глаза, и спрашивает. – Ты готова идти домой?

Улыбаясь, я держу ключ, который он мне только что дал, и говорю.

– Ты имеешь в виду наш дом? Не могу дождаться.


Конец