КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 591504 томов
Объем библиотеки - 897 Гб.
Всего авторов - 235415
Пользователей - 108145

Впечатления

vovih1 про Бутырская: Сага о Кае Эрлингссоне. Трилогия (Самиздат, сетевая литература)

Будем ждать пока напишут 4 том, а может и более

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Кори: Падение Левиафана (Боевая фантастика)

Galina_cool, зачем заливать эти огрызки, на литрес есть полная версия. залейте ее

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про Шарапов: На той стороне (Приключения)

Сюжет в принципе мог быть интересным, но не раскрывается. ГГ движется по течению, ведёт себя очень глупо, особенно в бою. Автор во время остроты ситуации и когда мгновение решает всё, начинает описывать как ГГ требует оплаты, а потом автор только и пишет, там не успеваю, тут не успеваю. В общем глупость ГГ и хаос ситуаций. Например ГГ выгнали силой из города и долго преследовали, чуть не убив и после этого он на полном серьёзе собирается

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Берг: Танкистка (Попаданцы)

похоже на Поселягина произведение, почитаем продолжение про 14 год, когда автор напишет. А так, фантази оно и есть фантази...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про Михайлов: Трещина (Альтернативная история)

Я такие доклады не читаю.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Гиндикин: Рассказы о физиках и математиках (Физика)

Не ставьте галочку "Добавить в список OCR" если есть слой. Галочка означает "Требуется OCR".

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
lopotun про Гиндикин: Рассказы о физиках и математиках (Физика)

Благодаря советам и помощи Stribog73 заменил кривой OCR-слой в книге на правильный. За это ему огромное спасибо.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Привратности Судьбы (СИ) [KJIEO] (fb2) читать онлайн

- Привратности Судьбы (СИ) 769 Кб, 170с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - (KJIEO)

Настройки текста:



========== Глава 1 ==========


По ночному переулку бежала красивая женщина, прижимая к своей груди белый сверток, из которого доносился тихий плач ребенка. Малыш явно был против, чтобы мама вот так трясла его и мешала сладко спать. И хоть миловидная шатенка на вид 30-35 лет тихо что-то ему шептала, пытаясь успокоить, ребенок и не думал слушаться. Изредка женщина оглядывалась назад, словно за ней кто-то гнался, но преследователей пока не было видно. Несмотря на это, женщина продолжала бежать, свернув в соседний переулок. Там, вжавшись в стенку, она решила перевести дух, а заодно и успокоить ребенка. Малыш, которого перестало трясти, и действительно скоро успокоился, особенно, когда мать дала ему пустышку, которую он тут же начал посасывать, постепенно засыпая.

- Она должна быть здесь.

Женщина, подавив испуганный вскрик, вжалась в стенку еще сильнее, словно желая слиться с ней в единое целое, и еще крепче прижала к себе сверток. В страхе шатенка уставилась на то место, откуда доносились мужские голоса. Их было, как минимум, трое, и они почему-то очень хотели найти женщину, но явно не для мирной беседы, иначе от них не пытались бежать с младенцем на руках. Посовещавшись некоторое время, мужчины разошлись в разные стороны, чтобы перекрыть женщине все возможные пути к отступлению. Шатенка облегченно выдохнула, прислонившись головой к стене и на мгновение прикрыв глаза. Но это было временное затишье. Она поняла, что уйти ей не дадут. Уже смирившись со своей участью, она хотела спасти хотя бы своего ребенка. Посмотрев на пухленькое розовощёкое личико малышки, что сейчас сладко посапывала в свертке и не знала об угрозе, женщина устало улыбнулась. Ей очень не хотелось оставлять свое маленькое чудо, но оставить ее у себя она не могла. Ее схватят и убьют, если не хуже. Увы, времена сейчас были страшные для тех, кто не мог за себя постоять. Роковые 90е, где каждый сам за себя и нет ценности в человеческой жизни.

Оглянувшись по сторонам, шатенка увидела, что находится в жилом микрорайоне. Пройдя вдоль стены и снова оглянувшись по сторонам на предмет появления преследователей, она подошла к одной из дверей, ведущих в подъезд. На счастье та оказалась незапертой на домофон, и он скорее висел просто для красоты, а не с целью выполнять свои прямые обязанности. Потянув на себя дверь, шатенка быстро скользнула в спасительную прохладу подъезда. Поднявшись по ступенькам, она наугад подошла к одной из дверей квартиры, на которой висела табличка с номером «32». Тяжело вздохнув, словно решая тяжелую задачу, шатенка снова посмотрела на ребенка.

- Я очень не хочу тебя оставлять. – Прошептала она, улыбаясь, но слезы сами собой навернулись на ее глаза. – Но я должна тебя спасти. Самой уже не получится. Меня найдут. Увы, Петр Морозов не прощает отказов. Надеюсь, что у тебя все будет хорошо, Дашенька. Если выживу, то обязательно найду тебя снова. Помни, что я очень люблю тебя. – И, поцеловав малышку в лобик, женщина медленно опустила сверток под дверь квартиры.

Яростно вытерев следы слез с лица, женщина выпрямилась и, потянувшись к кнопке дверного звонка, нажала на нее. Внутри квартиры раздалась трель звонка, а потом женский голос. Шатенка быстро развернулась и, взбежав по ступенькам, поднялась на пролет выше, чтобы миновать встречи с людьми, которым она решила оставить своего ребенка. Ей было больно отказываться от дочки, и она закусила нижнюю губу, чтобы не разреветься. Она услышала, как снизу открылась дверь, а потом раздались два голоса: мужской и женский.

- Кто там, Ириша? – Спросил мужчина.

- Саша, тут ребенок. – Немного растерянно ответила женщина, поднимая с каменного пола подъезда сверток с ребенком.

Мужчина подошел к жене, которая стояла со свертком на руках в проеме двери. Заглянув в маленькое личико малышки, он удивленно перевел взгляд на супругу. Названная Ириной умиленно улыбалась, смотря на младенца. Мужчина выглянул на площадку, высматривая того, кто мог оставить под дверьми такой «подарок».

- Странно. – Пробормотал Александр, так никого и не увидев.

- Какая она славная. – Лепетала супруга, не сводя восхищенного взгляда с ребенка. Ее факт подбрасывая свертка с младенцем кем-то не волновал вовсе. – Давай ее оставим?

- Милая, это же не вещь какая-то. – Улыбнулся мужчина. – Нужно отнести ребенка в милицию.

- Ага, а потом ее отправят в детский дом. – Принялась уговаривать мужа Ирина, баюкая ребенка на руках. – А ты знаешь, как у нас относятся к сиротам и подкидышам. Судя по тому, что малышку оставили нам, а не сдали в детский дом, кто-то не хотел для нее такой участи. Мы лучше о ней позаботимся. Никто не узнает, что мы ее удочерили. Все будут знать, что она наша родная дочь. И с Андрюшей они подружатся, как брат и сестра.

- Но, милая, тебе не интересно, кто и зачем ее нам подбросил?

- Нет. – Уверенно заявила женщина. – Но раз подбросил, значит, так было нужно. И мы исполним волю этого человека и позаботимся о малышке, как настоящие родители. И закончим на этом. – Безапелляционно заявила она. – Закрой дверь, нечего ребенка на сквозняке держать. – И, пресекая дальнейшие возражения, она направилась вглубь квартиры, баюкая спящую малышку, которая не знала, что родители у нее теперь другие.

Мужчина, вздохнув, не стал больше спорить и, исполнив просьбу любимой, направился за ней.

Когда раздался звук захлопнувшей двери, шатенка медленно опустилась на пол, потому что ноги ее уже не держали. Подтянув ноги к груди, она уткнулась в колени лицом и заплакала. Конечно, она была рада, что ее дочь не сдали в детский дом, потому что для нее женщина, действительно не хотела такой участи. Ребенку всегда лучше расти в полноценной семье. А здесь о ней обещали позаботиться, а о большем шатенка и не смела мечтать. Но, как любой матери, ей было очень больно расставаться со своим чадом. Но только так она могла спасти дочь. С матерью ей было оставаться опасно.

Выплакавшись, шатенка поднялась на ноги и, спустившись с лестницы, еще раз прислушалась к голосам, доносящимся из недр квартиры, что стала домом для ее малышки. Там Ирина уже вовсю что-то мурлыкала названной дочери какие-то милые глупости, называя младенца «маленьким прелестным чудом». Ее супруг на это тихо хихикал, но и он принял на себя заботу о «подкидыше». А настоящая мать еще раз посмотрела на номер квартиры, чтобы потом, в будущем, знать, где искать свою дочь, если сможет вернуться. Еще раз пожелав дочери счастья, женщина вышла из подъезда. Но, стоило ей недалеко отойти, как перед ней, словно из-под земли выросли два «амбала», одетые в спортивную одежду и обвешанные золотыми цепями, как новогодняя елка гирляндами. Шатенка успела порадоваться, что дочка не с ней, иначе и она попалась бы.

- Ну, что же вы, Светлана Дмитриевна? – Явно насмехаясь, один из «амбалов» смотрел на женщину, как хищник, которому надоело гоняться за жертвой. Второй мужчина, похожий на своего товарища, как брат-близнец тоже довольно усмехнулся. – Нехорошо заставлять Петра Алексеевича волноваться. И где ребенок? – Заметив, что руки женщины свободны, он нахмурился.

- Потеряла. – Выпалила шатенка, поражаясь своей наглости.

- Петр Алексеевич разберется и найдет «пропажу». – Угрожающе пообещал «амбал». – А вот вам, Светлана Дмитриевна, крупно достанется за своеволие. Не нужно было убегать.

- Да, от нас все равно не убежишь. – Добавил до этого момента молчавший «брат-близнец» и громко засмеялся, хотя его смех был больше похож на ржание коня.

- Идемте. – Сказал первый «амбал» и, грубо схватив женщину за локоть, потащил за собой к машине, припаркованной за поворотом.

Его товарищ, оглянувшись по сторонам и не заметив ненужных свидетелей, последовал за ним. Светлана, приняв свою участь, только вздохнула, радуясь, что хоть дочь она успела спасти. И она очень надеялась, что Петр Алексеевич ее никогда не найдет.


Комментарий к Глава 1

Ну, начало положено. Жду комментов:))


========== Глава 2 ==========


20 ЛЕТ СПУСТЯ

POV Дарья

Я сидела на подоконнике своей комнаты и, смотря в окно, ожидала возвращения брата. Мы не виделись около трех лет, так как он после окончания школы решил уехать в другой город, чтобы там поступить в институт по специальности биохимии. Решил пойти по стопам нашего отца. Он приедет только на несколько дней, а потом вернется, чтобы продолжить обучение. Почему ему не угодил какой-нибудь московский институт, я не знаю, а Андрей просто ответил, что «там лучше, да и от столицы полезно иногда отдыхать». Мы с ним погодки, потому для меня наша разлука далась особенно тяжело. Да, мы не близнецы, хотя и внешне очень похожи. Оба шатены, оба с карими глазами. А еще Андрей родился раньше меня на несколько минут, но этого ему хватает, чтобы строить из себя старшего брата, что мне не всегда нравится. Конечно, мало кому понравится, когда ему запрещают что-то делать и объясняют это коротким: «потому что я старше, а значит, ты должна слушаться». В детстве меня это особенно бесило, но поделать я с этим ничего не могла. А когда он объявил, что уезжает в другой город на несколько лет, то я была готова делать все, что он скажет, лишь бы отговорить. Я просто не могла себе представить, что Андрея не будет со мной. Настолько я привыкла к тому, что он всегда рядом, когда нужен. Но, увы, и здесь мое мнение не учитывалось. Конечно, братишка тоже пообещал, что будет скучать и постарается вернуться, как можно скорее, чтобы погостить, но эти три года мне приходилось довольствоваться лишь связью по Скайпу. Естественно, изображения на мониторе ничтожно мало, ведь так хотелось его обнять. Но я понимала, что если Андрей себе что-то вбил голову, то не успокоится, пока не исполнит задуманное. А сейчас это было получение ученой степени.

- Леночка.

Я обернулась, услышав голос матери. Тяжело вздохнув, я спрыгнула с подоконника. Видимо, Андрей не вернется к обеду, как обещал. Надеюсь, у него не случилось что-то экстренное, что он не смог вообще приехать. Не буду сейчас думать о грустном. Прошла только половина дня. Может, он приедет к ужину.

Покинув свою комнату, я миновала коридор нашего дома на окраине Москвы и, спустившись со второго этажа, миновала гостиную. Там уже был накрыт стол на четверых. Значит, мама тоже полагала, что Андрей приедет к обеду. А отец, как всегда, заперся у себя в кабинете, чтобы поработать. Мама металась между гостиной и кухней, заканчивая с сервировкой. Увидев меня, спустившуюся с лестницы, она ласково улыбнулась.

- Доченька, Андрюша не звонил? – Спросила мама. Я только снова вздохнула и покачала головой. – Ну, ничего. – Толи себя ободряя, толи меня, добавила мама. – Еще же не вечер, правда? Я уверена, что он скоро приедет.

- Ему вообще уезжать не стоило. – Огрызнулась я, почувствовав злость на брата за то, что он меня бросил.

- Да, наверно, ты права. – Тоже вздохнула мама. Понятно, она тоже скучала. – Но таковы наши мужчины. Ваш отец тоже, если что задумал, никогда не откажется. Ладно, иди, позови отца, обед уже готов.

Я развернулась и поднялась на второй этаж. Но, стоило мне взяться за дверную ручку папиного кабинета, как я услышала, как хлопнула входная дверь, а потом раздался радостный возглас матери. Я, забыв, что должна позвать отца, сбежала с лестницы и выбежала в коридор.

- Андрей. – Весело вскрикнула я, бросившись со всех ног к брату на руки.

END POV Дарья

Молодой шатен едва успел поймать прыгнувшую ему на руки девушку. Хорошо, что чемодан сразу отставил. Мама, которая уже поприветствовала сына, отошла в сторону, чтобы не мешать и дочери его поприветствовать. Она смеялась, наблюдая воссоединение детей.

- Ох, Ленок, задушишь. – Прохрипел Андрей, которого буквально впечатало во входную дверь. – Да, я тоже рад. – Все-таки юноша был счастлив снова вернуться домой и, конечно, был очень рад снова встретиться с сестрой.

На крики радости вышел глава семейства Авдеевых. Александр Юрьевич коротко поздоровался с сыном рукопожатием, потому что на большее Андрей пока не был способен, так как сестра никак не хотела от него «отлипать».

- Лена, ты так до вечера будет его держать? – Рассмеялся мужчина.

- Сколько потребуется, чтобы он больше не уехал. – Уверенно заявила девушка.

Это заявление было встречено новым взрывом смеха. Потом Андрея все-таки «освободили», когда он пообещал, что задержится хотя бы на несколько дней. Вскоре вся семья разместилась за обеденным столом.

- Ну, как успехи? – Спросил Александр Юрьевич сына.

- Отлично. – Ответил Андрей с улыбкой. – Мне очень нравится.

- Это замечательно. Доучивайся, и я устрою тебя к себе, а потом и вовсе дела передам.

- Спасибо, пап. – Обрадовался юноша. – Я буду очень стараться, чтобы ты мной гордился.

- Я уже горжусь, сынок. – Ответил на улыбку глава семейства. – Горд, что ты нашел свое призвание. Еще бы твоя сестра взялась за ум, - добавил он, кидая хмурый взгляд на вмиг присмиревшую дочь – и я вообще был бы счастлив.

- Пап, ну, я в поисках себя. – Выпалила девушка в свою защиту. – Просто поиски пока не очень удачные.

- Да, заметно. – Ответил Александр Юрьевич, сдерживая смех.

Ирина и Андрей тихо хихикали, уткнувшись в свои тарелки. Шатенка действительно не знала, чем будет заниматься, когда закончит МГУ. Да, специальность была: экономист. Но спустя два курса, проведенные в компании точных наук, девушка поняла, что не этим хочет заниматься в жизни. Она была творческой личностью. Любила рисовать и мечтала выставляться в лучших музеях города, а может и по всей стране. Только вот отец не одобрял стремлений дочери. Он считал, что художники, как и вся богема, ведут «паразитирующий» образ жизни. Не говоря уже о том, что вряд ли девушке удастся громко заявить о себе, чтобы прилично зарабатывать и ни в чем не нуждаться. Дочь в открытый конфликт не ввязывалась, но и от мечты своей так просто отказываться не хотела. Ее поддерживала только мать, которая просто хотела, чтобы дочь занималась любимым делом. Поэтому девушка продолжала учиться, но пообещала себе, что потом попробует себя в призвании.

После обеда Ирина принялась убирать со стола, а Александр Юрьевич снова вернулся в кабинет. Брат с сестрой отправились на улицу, чтобы, наконец, пообщаться.

- Ну, как ты тут без меня? – Весело спросил Андрей, садясь на скамейку во внутреннем дворике дома. Держа сестру за руку, он утащил ее к себе. – Парни, наверно, так и вьются вокруг табунами. Ты у меня совсем красавицей стала.

- Ой, на себя бы посмотрел. – Усмехнулась девушка. – У самого, небось, отбоя от девчонок нет.

- Да куда там. – Отмахнулся брат. – Надо институт окончить.

- Ты же не собираешься, как отец, нырнуть в науку с головой, что только макушка видна? – В страхе воззрилась на него шатенка. – Знаешь, в жизни есть и другие ценности.

- Ну-ка, поподробнее с этого момента. – Улыбаясь, попросил Андрей.

- Да ну тебя. – Несильно стукнула по его плечу сестра. – Я серьезно.

- Я тоже. – Вдруг стал серьезным юноша, привычно входя в роль старшего брата. – Лен, чем думаешь заняться после института? Ты же сказала, что по специальности работать не будешь. Рисуешь, ты, конечно, отлично, но я больше склонен поддержать здесь отца.

- Я думала, что ты меня поддержишь. – Сникла девушка.

- Я же забочусь о тебе. – Наклонился к ней Андрей, обхватывая ее свободной рукой за плечи. – Видел я этих художников, продающих в переходах свои картины за копейки. Или рисующих на улицах портреты для зевак. Ленок, я для тебя такой судьбы не хочу.

- Ты не понимаешь. – Вздохнула шатенка.

- Наоборот, я понимаю. Тебе кажется это таким простым. Но на деле тебя ждут суровая реальность. Никто не будет стоять в очереди, чтобы купить за большие деньги твои работы. Тебе придется для этого зарабатывать репутацию, вот так стоя в переходах или на улицах, надеясь, что мимо пройдет какой-то богатый меценат, которого поразят твои картины, и он захочет «вложиться» в их показ. Я не говорю, чтобы ты бросала писать. Ты можешь это сделать своим хобби, но основная работа должна быть. Она тебя кормит и не даст упасть в нищету, как прочие твои коллеги. И никто не против, чтобы ты пыталась исполнить свою мечту. Я даже помогу тебе в будущем. Но сейчас просто пообещай, что подумаешь над основной профессией, ладно?

Девушка тяжело вздохнула и кивнула. Ладно, пусть так. Возможно, брат и прав. Обрадовавшись, что шатенка к нему прислушалась, Андрей крепче прижал ее к себе и ласково поцеловал в макушку.

Притаившись за кроной широкого дерева, издалека за ними наблюдал мужчина в темном пальто. Стояла довольно теплая погода, несмотря на легкий ветерок, был конец весны, и потому этот мужчина смотрелся довольно странно в этом пальто, застегнутым на все пуговицы. Наблюдая за братом и сестрой, удобно разместившимся на скамейке, он довольно усмехнулся. Потом достал из кармана пальто мобильный телефон и, выбрав номер из списка контактов, нажал кнопку вызова и прислонил трубку к уху.

- Петр Алексеевич? – Спросил он, когда на том конце провода ответили. – Это Левицкий. Да, я нашел ее… Да, это она, нет сомнения. «Пропажа» нашлась… Хорошо. – Закончил он разговор и, сбросив звонок, быстро настрочил сообщение абоненту.

Потом убрал телефон и быстро направился прочь. А Андрей с сестрой, ни о чем не подозревая, еще немного пообщавшись, вернулись в дом.


Комментарий к Глава 2

Очень рада, что вы оценили. Тогда буду выкладывать главы по мере написания.


========== Глава 3 ==========


POV Дарья

Лето тем и прекрасно, что можно, наконец, отдохнуть от нудной учебы и посвятить время любимому занятию. Мама снова хлопотала по домашним делам, отец утащил Андрея к себе в кабинет, и они о чем-то там научном заседают. А я решила прогуляться по парку, что находился недалеко от дома, чтобы насладиться теплыми деньками. Сидеть сейчас в четырех стенах очень не хотелось.

Дойдя до парка, я села на одну из скамеечек, чтобы понежиться в лучах солнца. Передо мной открылась очень живописная картина, которую тут же захотелось перенести на лист бумаги. Как у любого художника, чья муза может посетить в любой момент, у меня всегда был при себе блокнот и карандаш. Достав все это из недр своей маленькой сумочки, переброшенной через плечо, я положила блокнот на колени и стала быстро зарисовывать получившийся пейзаж. И вот из-под грифеля карандаша уже стали появляться распустившиеся цветами кусты, пара скамеек, как та, на которой сижу я, мощеная дорожка между ними, и красивый фонтан, выплескивающий из себя струи освежающей воды.

- Очень красиво.

Настолько уйдя в творчество, я не заметила, как ко мне кто-то подошел. Едва не подпрыгнув на скамейке, я обернулась к неожиданному свидетелю моей работы. Им оказался представительный мужчина лет 55, о чем говорила легкая седина в светло-русых волосах и глубокие морщины в углах глаз и губ. На нем был одет деловой костюм с галстуком, а из-под манжеты белоснежной рубашки выглядывали золотые, без сомнения дорогие, часы. Раньше я здесь этого мужчину не встречала.

- Вы меня напугали. – Облегченно выдохнув, сказала я.

- О, простите, я вовсе не хотел Вас напугать, милая девушка. – Мужчина виновато улыбнулся. – Просто шел мимо и случайно увидел, как вы рисуете. У вас талант, Вы знаете об этом?

- Спасибо. – Смущенно улыбнулась я, и мои щеки вмиг заалели от похвалы.

- О, не стоит благодарить за правду. – Обворожительно улыбнулся мужчина. – Вы, должно быть, профессиональная художница.

- Нет. – Немного грустно выдохнула я. – Профессия у меня другая. Это, скорее, хобби.

- Напрасно. – Он сказал это таким тоном, что мне вдруг стало неловко за то, что рисование не основной смысл моей жизни. – Вы позволите? – Спросил он, кивая на место на моей скамейке. – Я присяду рядом?

- О, конечно. – Я подвинулась и освободила рядом с собой достаточно места для нового знакомого.

- Позвольте представиться. Меня зовут Петр Алексеевич Морозов. Я бизнесмен и большой любитель прекрасного. К коим относится и художество. И если у Вас есть пара законченных картин, я с удовольствием их куплю. Естественно, за достойные Вашего таланта деньги.

- Вот так сразу? – Удивилась я, не веря в такое неожиданное счастье.

- А почему нет? – В ответ удивился мужчина. – Судя по вашему наброску, у Вас талант. Может, пока не признанный, но это ведь дело времени. Уверен, что в будущем Вы будете выставляться в лучших музеях, а люди будут стоять в очереди, чтобы посмотреть на Ваши творения. Я почту за честь первым оценить Вас.

- Ну… - Я замялась, не зная, как сказать, что пока дальше набросков мое «творение» не зашло. – Дело в том, что пока у меня нет законченных картин в цвете.

- Вы, должно быть, шутите, милая девушка? – Не поверил Петр Алексеевич. – А если так, то вам немедленно нужно исправлять это упущение. Почему бы Вам не начать пополнять свою коллекцию для предоставления ее в музей, написав пару картин для продажи мне?

- Это так неожиданно. – Заулыбалась я, снова засмущавшись. – А что бы Вы хотели, чтобы я написала для Вас?

- О, любое на Ваш выбор. – Отмахнулся мужчина. – Вам, как художнику, виднее. Самое главное, чтобы картина нравилась творцу. Но, скажем, я тоже люблю пейзажи.

- Я еще и портреты могу. – Выпалила я. – Могу и Вас написать.

- О, чудесно. – Обрадовался первый ценитель моего таланта. – Тогда договорились. С Вас портрет и пейзаж на Ваше усмотрение, а я уж постараюсь по достоинству оценить Ваши труды. Давайте обсудим подробности нашего сотрудничества в более приятной обстановке. Скажем, в кафе. Тут неподалеку. Завтра, в 2 дня Вам будет удобно?

- Да, давайте в кафе. – Быстро согласилась я, боясь упустить неожиданную удачу.

- Тогда вот моя визитка. – Произнес Петр Алексеевич, доставая из внутреннего кармана пиджака карточку со своими контактами и отдавая ее мне. – Там мой телефон.

- Договорились. – Ответила я, убирая визитку в сумочку, чтобы случайно не потерять. – Простите, я ведь даже не представилась в ответ. – Вспомнила я и мысленно покорила себя за невежественность. – Меня зовут Лена.

- Елена. – С восхищением повторил мужчина, как-то странно на меня посмотрев, когда я назвала свое имя, но тогда я не придала этому значения, находясь на седьмом небе от счастья. – Прекрасное имя. Что ж, Елена, был счастлив с Вами познакомиться.

Он поднялся со скамейки, и я тут же подскочила следом, зажав в правой руке блокнот с наброском случайного пейзажа, который принес мне первого покупателя. Петр Алексеевич нежно взял мою левую руку и коснулся тыльной стороны своими губами в галантном жесте.

- Тогда до завтра. – Он учтиво поклонился и, обойдя меня, направился по дорожке прочь.

Я, счастливо улыбаясь, смотрела ему вслед.

- Кто это был?

Господи, да что ж меня все сегодня пугают. Так и заикой недолго стать. Снова подпрыгнув от неожиданности, я обернулась и увидела Андрея, который грозно сдвинул брови. Должно быть, со стороны брат подумал, что Петр Алексеевич ко мне «клеится». Я решила быстро развеять его сомнения.

- Представляешь, - с жаром выпалила я, прижимая к груди блокнотик – сижу я, значит, рисую, и подходит мужчина. Представляется бизнесменом и говорит, что у меня талант. А он, как раз, ценитель талантов. Он предложил мне написать пару картин для него на продажу. Представляешь, как мне повезло, Андрей? – Не в силах больше сдерживаться, я прыгнула брату в объятия, крепко обняв его за плечи. Сейчас я была готова любить весь мир.

- Погоди, Ленок. – Ласково отстранил меня от себя Андрей, придерживая за пояс. – Вот так случайный прохожий захотел купить у тебя картины, увидев только один набросок? Тебе не кажется, что это очень подозрительно?

- Вовсе нет. – Жестко ответила я, скрещивая руки на груди. – Ты сам говорил, что мне нужно зарабатывать авторитет. Ну, вот. Сначала это этот бизнесмен. Если ему понравятся мои картины, он посоветует меня своим друзьям, знакомым. И так по цепочке. А потом я накоплю достаточно денег, чтобы выставить свои работы в музее. Не обязательно же стоять в переходах. Своего почитателя можно найти в простом парке.

- Леночка, я вовсе не это хотел сказать. – Принялся оправдываться Андрей, не желая со мной ссориться. – Просто я хотел сказать, чтобы ты была настороже. Этот бизнесмен может воспользоваться твоей открытостью и сделать тебе больно. Ты уже себе расписала, что да как. Как бы не пришло жестокое разочарование, если не случиться, как ты мечтаешь.

- Знаешь, ты просто не хочешь признать, что я талантливая художница, которую, наконец, оценили. – Зло выпалила я, гневно сдвинув брови. – Я очень надеялась, что хоть ты меня поймешь и будешь рад, что удача улыбнулась мне, но ты такой же, как наш отец. Ты тоже не веришь в меня.

Сдерживая слезы обиды, я быстро побежала к дому. Андрей еще что-то кричал мне вслед, пытаясь вернуть и извиниться, но я была очень подавлена и разочарована тем, что брат меня не понял.

END POV Дарья

- Черт. – Так и не сумев вернуть сестру, Андрей упал на скамейку и, поставив локти на колени, запустил пальцы в свои волосы. – Да твою ж. – В сердцах ругнулся он. – Молодец, Андрей, ты все испортил. Ревность застила тебе глаза. Думал, за три года все ушло, но стоило снова ее увидеть, как чувства нахлынули вновь. Ты чертов извращенец, Андрей. Вот и получи. Поделом. – И, тяжело вздохнув, юноша поднялся со скамейки и понуро поплелся в сторону дома, засунув руки в карманы брюк.

Девушка влетела в гостиную, чуть не столкнувшись с матерью, которая занималась сервировкой стола к обеду.

- Ох, Леночка, что случилось? – Обеспокоенно спросила Ирина, увидев дорожки слез на лице дочери.

- Ничего, кроме того, что меня здесь никто не понимает. – Выпалила шатенка и бегом продолжила путь, взлетев на второй этаж и скрывшись за дверью своей комнаты, громко хлопнув ею напоследок.

Женщине оставалось только проводить ее недоуменным взглядом. Она решила сейчас дать дочери успокоится, а потом выяснить, что так ее расстроило.


========== Глава 4 ==========


POV Дарья

На встречу с новым знакомым я летела, как на крыльях. Если все сложится, то мне не придется возвращаться в институт, чтобы тратить время на учебу по профессии, которая в будущем мне не пригодится. Теперь я точно это знала. Мое призвание – писать картины. Я на финансиста поступила, потому что отец так хотел. Я не представляла себя сидящей в пыльном офисе, считающей бесконечные скучные цифры. Нет, я вижу себя только перед мольбертом с палитрой в руках. Петр Алексеевич прав: что я за художник, у которой нет ни одной законченной в цвете картины? Нужно срочно это исправлять. Вот и начну с того, что нарисую для него пейзаж и портрет. И пусть ни отец, ни Андрей в меня не верят. Я всем докажу, как они ошибаются. Они думают, что моим ремеслом нельзя прожить. А я смогу. Я в этом все больше убедилась после вечернего разговора с мамой. Вот единственный человек, который всегда и во всем меня поддерживал. Она просто сказала: «попробуй». Я верю, что у меня все получится.

При кафе, единственном в этом округе, находилась уютная мансарда с плетеными удобными креслами и столиками из светлого дерева. Мой новый знакомый уже сидел за одним из них и внимательно изучал меню, ожидая меня. Широко улыбаясь, я шла навстречу будущему.

- Петр Алексеевич, простите, я надеюсь, что не заставила Вас долго ждать? – Приветливо улыбаясь, я подошла к столику, с благоговением смотря на мужчину.

- О, такую девушку стоит ждать. – Вернул мне улыбку Петр Алексеевич и, поднявшись на ноги, поприветствовал меня поцелуем тыльной стороны моей руки. – Прошу. – Указал он на место напротив себя. – Тут довольно разнообразное меню. – Сказал он, когда я взяла свое меню, что лежало передо мной. – Время обеденное, предлагаю подкрепиться. На сытый желудок и переговоры ведутся более плодотворно, уж поверьте деловому человеку.

Я весело хихикнула и согласно кивнула. Действительно, перекусить стоило. На встречу я убежала, не став обедать дома. Вскоре к нам подошел официант и спросил, определились ли мы. Мы с Петром Алексеевичем заказали мясные блюда и салат в качестве гарнира. От вина я отказалась, попросив сок.

- Петр Алексеевич, пейзаж Вы оставили на мое усмотрение, но могу я уточнить кое-что по поводу портрета? – Спросила я, пока мы ожидали наш заказ.

- Прошу. – Согласно кивнул мужчина.

- Во-первых, обстановка, фон. Во-вторых, в каком образе Вы хотели бы себя видеть?

- Вы не поверите, Леночка, но мне все это абсолютно не важно. – Обезоруживающе улыбнулся Петр Алексеевич, откидываясь на спинку кресла.

- Но… - Запнулась я, удивленно распахнув глаза.

- Давайте и это оставим на Ваше усмотрение. – Предложил мужчина. – Кому, как не мастеру, виднее, как лучше будет смотреться его произведение?

- А если Вам не понравится мое видение Вас?

- Ну, хуже, чем есть, вряд ли получится, так что это опасение напрасно.

- Знаете, Вы самый непритязательный клиент, о котором можно только мечтать. – Выпалила я, все больше благодаря Судьбу, что она пересекла наши дорожки.

- Просто удивите меня. – Ответил Петр Алексеевич, и внутри его темных глаз мелькнуло что-то озорное. –Знаете, я вообще уверен, что мы с Вами найдем общий язык и, возможно, если мне понравятся эти картины, я закажу Вам еще, а может, мы подумаем даже о Вашей собственной выставке.

А я думала, что более восхищаться этим человеком невозможно. Собственная выставка. Это моя самая сокровенная мечта. Конечно, Петр Алексеевич, как бизнесмен, может спонсировать мою выставку. Ох, неужели вот он, мой счастливый билет? Дальнейшее обсуждение было прервано появлением официанта, который выставил на столик перед нами заказ.

- Что ж, Леночка, за наше плодотворное сотрудничество. – Объявил тост «мой счастливый билетик», салютуя мне своим бокалом с вином.

Я заторможенно кивнула, чуть не плача от счастья, и взяла свой стакан с соком. Интересно, папа будет долго ругаться, когда я брошу институт, чтобы писать картины? И Андрей точно встанет на его сторону. Ох, как же обидно, когда твои же родные в тебя не верят.

После обеда мы договорились встретиться здесь же завтра, чтобы приступить к работе. Потом Петр Алексеевич вызвался проводить меня до дверей моего дома и, уже традиционно поцеловав мою руку, распрощался. Не имея в себе сил убрать счастливую улыбку с лица, я вошла в дом. Но в гостиной меня ждал семейный совет. Отец в крайне воинственном настроении сидел во главе стола, а мама и Андрей по левую и правую сторону от него. Я замерла на пороге, уже предвкушая грандиозный разнос.

- Елена Александровна, позвольте полюбопытствовать, где Вас носило? – О, когда отец переходит на полное имя и обращается на «Вы», значит, он серьезно разгневан.

- Гуляла. – Примирительно улыбнулась я.

- Ответ неправильный. – Сдвинул брови отец. – А Вам известно, что я не выношу ложь. Даю вторую попытку ответить верно.

- Если ты знаешь ответ, то есть ли смысл его повторять? – Лучшая защита – это нападение, решила я.

- А вот дерзить не стоит. Мы крайне обеспокоены тем, что ты завела сомнительные связи.

- Сомнительные? – Удивленно выпалила я. – Да ты его даже не знаешь. Это во-первых. А во-вторых, я достаточно взрослая, чтобы самой решать, с кем мне дружить, а с кем нет. И, прости, отец, но здесь я с тобой советоваться не буду. Я итак поступила на финансиста, потому что ты так захотел. И тебе было плевать, что из меня финансист, как из бегемота балерина. И вот, когда появился шанс мне себя реализовать по призванию, ты недоволен. Ты только и делаешь, что гасишь в зародыше мои начинания, если они тебе неугодны. Так вот. С меня достаточно, ясно? Я брошу институт и буду писать картины. И вот когда мои творения будут выставляться в лучших музеях страны, и за них бизнесмены будут выкладывать миллионы, вот тогда я докажу, как вы ошибались, не веря в меня.

И, не дав отцу что-то ответить на мою тираду, я быстро скрылась за дверью своей комнаты. Впрочем, у отца итак был обескураженный вид, что он еще не скоро отойдет, чтобы что-то ответить.

END POV Дарья

- Это все ты ее поощряла, Ира. – Перекинулся на супругу Александр Юрьевич. – И вот результат. Она готова пустить всю свою жизнь под откос ради призрачной надежды на то, что ее картины будут продаваться за большие деньги. А вот когда придет жестокое разочарование, она будет плакать и кусать локти, что у нее нет профессии. Тогда она вспомнит наши слова, но будет поздно.

- Саша, мне кажется, что она должна попробовать. – Улыбнулась женщина, накрывая ладонь мужа своей рукой. – В любом случае, ты знаешь, что если она что-то решит, то не откажется.

- Кто вообще этот мужчина? – Повернулся к сыну мужчина.

- Какой-то бизнесмен. – Ответил Андрей.

- Сейчас она, конечно, не думает, что какой-то сомнительный бизнесмен, увидевший один ее набросок, вдруг с чего-то решил купить у нее картины. – Скривился Александр Юрьевич. – Сейчас мы для нее враги, а он благодетель. А мне вот кажется подозрительной такая ситуация. Узнать бы, что это за бизнесмен и какие преследует цели.

- А, может, он действительно оценил талант нашей Леночки. – Предположила Ирина, ласково улыбаясь супругу.

- Да, знаем мы таких ценителей. – Фыркнул мужчина. – Нет, мы должны обезопасить нашу дочь и отгородить ее от подобных связей. Андрей, Лена тебя послушает. Выспроси у нее, кто этот «благодетель». Только так, чтобы она не догадалась об истинном мотиве. И хорошо было бы поприсутствовать на их встречах.

- Пап, ты что, предлагаешь мне следить за сестрой? – От негодования Андрей даже поднялся на ноги.

- Для ее же блага. – Снова гневно сдвинул брови глава семьи. – Потом она нам еще спасибо скажет, что мы ее уберегли от необдуманных поступков, о которых она без сомнения пожалеет.

- Но следить… пап, это…

- Видимо тут только я забочусь о будущем дочери. – Сжал губы Александр Юрьевич. – Вот когда у нее мир рухнет перед глазами, и она будет лить горькие слезы, виноваты будем мы, что не остановили ее.

- Может, ты и прав, отец, только вот такими методами я не хочу. – Возразил Андрей и оставил родителей наедине, поднявшись наверх.

Мужчина проводил сына недовольным взглядом и повернулся к жене.

- Сын прав. – Сказала Ирина, поднимаясь из-за стола. – Не всегда цель оправдывает средства.

А где-то в центре Москвы

Петр Алексеевич приехал к своему трехэтажному дому, находящийся в престижном районе столицы. Водитель, одетый в строгий костюм, открыл заднюю дверцу иномарки и, дождавшись, когда босс покинет транспортное средство, закрыл дверцу. Следом из машины выбрался первый помощник и «правая рука» Морозова. Это был мужчина лет 30 на вид. У него были короткие черные волосы и серые глаза.

- Выясни все, что можно о семье, где сейчас живет Даша. – Приказал Петр Алексеевич помощнику. – Я хочу знать о них даже то, что они сами о себе не знают.

- Я все понял, Петр Алексеевич. – Согласно кивнул молодой мужчина.

Морозов махнул ему рукой, а потом открыл ворота, которые вели на территорию его частной собственности. Помощник, получив приказ, отправился его выполнять. Пройдя по кирпичной дорожке, Петр Алексеевич поднялся по ступенькам крыльца. В холле он не задержался и, узнав у прислуги, где хозяйка дома, поднялся по широкой мраморной лестнице, ведущей наверх. Пройдя по коридору, он толкнул от себя одну из дверей.

Она вела в спальню с огромной кроватью с резными ножками и спинкой. У трюмо с высокими зеркалами сидела симпатичная шатенка, облаченная в длинное платье голубого цвета. Она расчесывала свои длинные волосы гребешком, грустно смотря на свое отражение. При появлении мужчины она прекратила свое занятие и немного испуганно посмотрела на него.

- Я нашел ее. – Довольно улыбнулся Морозов, подходя к женщине. – Неужели ты сомневалась в этом?

- Я умоляю тебя. – Воскликнула шатенка, вскакивая с тахты. – Не трогай ее.

- Ты понимаешь, о чем просишь, Света? – Усмехнулся Петр Алексеевич. – Ты просишь меня не трогать собственную дочь. Ну, уж нет. Слишком долго я ее искал. И я намерен вернуть ее в семью. Думал, ты обрадуешься. Ты же мать, в конце концов. Разве не мечтаешь снова ее обнять? Так вот, наша общая мечта сбудется. Очень скоро.

Судя по поникшему виду женщины, она не разделяла радости Морозова. Но мужчина был так доволен собой, что не обратил на состояние супруги внимания. Взяв ее за плечи, он коротко поцеловал ее в лоб и вышел из комнаты. Оставшись одна, Светлана упала обратно на тахту и, спрятав лицо в ладонях, горько заплакала. Да, она хотела бы снова увидеть и обнять дочь, только вот она не желала, чтобы у ее малышки был такой отец. Но женщина понимала, что однажды это должно было случиться. Увы, ее желание никогда не учитывалось.


Комментарий к Глава 4

Во я закрутила:) Сама в шоке…


========== Глава 5 ==========


Она всегда находила спасение в своих работах. Разругавшись с отцом и считая себя непонятой семьей, она решила полностью посвятить себя любимому занятию, которое должно принести ей известность. И пусть пока об этом знает только она, сейчас это все, что нужно. Взяв большой альбом формата А4 и карандаш с ластиком, она села на кровать и, подтянув колени к груди, облокотилась о спинку кровати.

Андрей решил проведать сестру спустя какое-то время. Тактично постучавшись в дверь, он назвался и попросился поговорить.

- Будешь продолжать тираду отца? – Нахмурилась девушка, только на мгновение оторвавшись от нового наброска, из которого потом получится картина для первого покупателя.

- Наоборот. – Ответил Андрей, закрывая за собой дверь. – Знаешь, у отца, конечно, не лучшие методы, но в целом он просто заботится о тебе. Не стоит принимать в штыки его слова.

- Короче, будешь дублировать его, но другими словами. – Скривилась сестра, водя грифелем карандаша по бумаге. – Тогда не стоит тратить время и свое красноречие. Я уже все решила и, чтобы ни ты, ни отец не сказали, я решения не поменяю.

- Я не буду никого дублировать. Я просто хочу быть уверен, что ты знаешь, что делаешь. Довериться случайному прохожему, который составил свое мнение о тебе, как о художнике по одному единственному наброску, это несколько опрометчиво. Просто не доверяй ему всецело.

- Да что вы делаете из мухи слона? – Выкрикнула шатенка, не в силах больше сдерживать эмоции. Отбросив в сторону альбом и карандаш, она вскочила с кровати. – Это всего 2 картины, а вы с отцом напридумали себе черт знает что. Я просто напишу ему пару картин для продажи. Никаких других отношений, кроме деловых, у нас не будет. Ты это хотел услышать? Можешь успокоить отца и перестать доставать меня.

- Лен, давай для начала успокоишься ты. – Попросил Андрей. – И беспокоимся мы о том, что ты решила бросить институт.

- Да провались он пропадом. – Сцепив зубы, гневно прошипела девушка. – Вообще не нужно было туда поступать. Как же меня достало, что все вокруг знают, что для меня лучше. После школы я хотела поступить в художку, но отец буквально приказал мне идти на финансиста. Мое мнение никогда никого не интересовало. А меня достало жить по указке, ясно? Я хоть раз хочу сделать то, что подсказывает мне сердце. Слава Богу, я выросла и имею право сама распоряжаться своей жизнью. Мне очень обидно, что меня не поняли самые близкие в моей жизни люди, но я это переживу.

- Ленок, я не против тебя. – Заверил сестру Андрей. – Просто я прошу не рубить сплеча. Не надо сжигать мосты позади, когда еще не знаешь, какая дорога ждет тебя впереди. Если у тебя все случится, как ты задумала, я первый буду прыгать от радости. Но пока ты не знаешь, что и как у тебя получится на твоем поприще, я прошу: не бросай пока институт. Это ты всегда успеешь, а вот восстановиться будет намного сложнее.

- Да даже если не получится, я все равно не хочу учиться на долбанного финансиста. – Выкрикнула шатенка. – Лучше уж я буду перебиваться с хлеба на воду, но занимаясь любимым делом, чем сидеть в каком-то офисе и перебирать чертовы бумажки.

- Ты говоришь, как ребенок, а не как взрослая, как ты тут распыляешься. – Тоже повысил голос Андрей. – Ты еще ногой топни. Это сейчас ты на эйфории, а если этот твой бизнесмен – это единичный случай? И что? Ты себе уже расписала, что будешь известной художницей, а на деле получится по-другому. Пойдешь в переходы в надежде, что еще кто-то тебя разглядит? Надолго тебя хватит? Сама же будешь потом локти кусать, что у тебя была возможность получить профессию и нормально жить и творить в свое удовольствие, а ты сама хлопнула перед собой дверью.

- Знаешь, лучше бы ты не приезжал вовсе. – В сердцах выпалила девушка и, обойдя брата, выбежала из комнаты.

Андрей так и замер посреди комнаты. Слова сестры сработали, как пощечина. Тяжело дыша, как после пробежки, он смотрел перед собой невидящим взглядом, и слезы обиды, помимо его воли, начали скапливаться в уголках глаз. Он всего лишь хотел поговорить, чтобы отговорить девушку от опрометчивого поступка, а получилось, что он теперь враг номер один.

Сзади подошла Ирина, которая слышала конец разговора детей. Их громкий спор был слышен внизу, где отдыхала за просмотром кино женщина. И сейчас она с болью в глазах смотрела на поникшую спину сына, понимая, как ударили по нему слова девушки.

- Андрюш, ты же знаешь, что она не считает так на самом деле? – Проговорила Ирина, трогая юношу за плечо.

- Нет, именно так она и думает. – Срывающимся голосом ответил Андрей, быстро вытирая увлажнившиеся глаза, не желая показывать матери свою слабость. – В гневе говорят именно то, что думают.

- Она просто расстроена после слов отца. Потом успокоится и пожалеет о своих словах. Вот увидишь, она вернется и попросит прощение. Ты даже представить себе не можешь, как она ждала твоего приезда. С утра от окна не отходила. Все тебя высматривала.

- В любом случае, сейчас она жалеет об этом. – Вздохнул шатен, но слова матери немного подняли ему настроение.

- Я же говорю, сейчас она просто расстроена. – Повторила Ирина, вставая перед сыном. – Не принимай ее слова, сказанные в порыве, за чистую монету. Уверена, она уже о них жалеет.

- Я же просто волнуюсь, мам. Она серьезно настроена бросить институт и посвятить себя творчеству. А если у нее ничего не получится? Ни профессии, ни средств к существованию. Это сейчас ей все видится в розовых очках, а потом, когда они разобьются, она останется ни с чем.

- Ну, а старший брат на что? – Улыбнулась женщина. – Вот ты ее и поддержишь. Поможешь. А если получится, то первый ее поздравишь, и будешь всячески поддерживать и помогать. Отца не переубедить, у него свое видение жизни, но именно твое мнение и поддержка для Лены всегда были на первом месте. Именно твоя вера в нее ей важнее всего. То, как отец отреагирует, она знала, но была уверена, что ты ее поддержишь и ты, не оправдав ее надежд, очень ее разочаровал. И, согласись, гораздо проще заботиться о ней и оберегать, будучи рядом и в качестве друга, чем где-то в другом городе и являясь врагом.

- Да, ты права, мам. – Кивнул Андрей.

Улыбнувшись шире, женщина потрепала сына по волосам и оставила его одного. Да, если бы так легко было бы убедить и главу семейства. Но, увы, Александр Юрьевич был непреклонен.

Выскочив из дома, девушка быстро направилась прочь. Она не знала, куда идет и зачем. Просто хотелось немного развеяться и успокоиться. А вот возвращаться домой не хотелось вовсе. Там никто ее не понимает. Только мама на ее стороне, а брат, главный человек, который всегда был на ее стороне и всегда поддерживал, теперь впервые ее не понимает. Было очень больно и обидно. Даже отцовское мнение и авторитет было для шатенки не таким весомым, как Андрея. Да, может, у нее и не получится, но ей было бы гораздо приятнее идти к своей мечте, воодушевившись поддержкой брата.

Добредя до парка, она села на уже знакомую скамейку и поежилась. Наступал прохладный вечер, а на девушке было только легкое платье без рукавов. Но возвращаться домой не хотелось. Наверное, сейчас вся семья будет собираться к ужину, и ей не миновать продолжения дневного разговора. Обхватив себя за плечи, шатенка продолжила сидеть.

Вдруг ей на плечи опустилось что-то теплое. Это оказался темно-синий пиджак, который галантно набросил на плечи молодой юноша с модной прической «а-ля панки навсегда» и глубокими синими глазами. Не зная, как реагировать на подобное проявление заботы, девушка на всякий случай отодвинулась подальше, медленно стягивая с себя пиджак.

- Прохладно нынче. – Приятным голосом произнес юноша, доставая из кармана брюк пачку сигарет. На нем была одета голубая рубашка с расстёгнутым воротом. – Замерзнешь.

- А сам-то? – Парировала шатенка, но пиджак возвращать не спешила.

- Слушай, просто хотел быть галантным. – Усмехнулся он, выдыхая табачный дым. – А ты чего тут сидишь, словно тебе и идти некуда?

- А, может, так и есть? – Вскинула подбородок девушка. – Что тогда?

- Ну, тогда я, как истинный джентльмен, не могу позволить такой очаровательной девушке ночевать на скамейке в парке и приглашу тебя к себе.

- Я лучше здесь переночую. – Выпалила шатенка, снимая с себя пиджак и вешая его на спинку скамейки. При этом она старалась как можно незаметнее вздрогнуть, почувствовав прохладу.

- Неужели я такой страшный? – Удивленно вскинул брови юноша, но было видно, что он еле сдерживает смех.

- Если ты так «клеишь» девок, то ты явно не на ту напал. – Фыркнула девушка и вскочила на ноги, намереваясь быстро отделаться от нового знакомого.

Она уже сделала пару шагов в сторону дома, как юноша разразился веселым смехом. Медленно повернув голову, шатенка посмотрела на него, как на умалишенного.

- Ох, насмешила. – Отсмеявшись, произнес он, метким движением отправляя недокуренную сигарету в мусорный бак неподалеку. – А ты веселая. Ладно, прости, если ты подумала, что я так пошло тебя «клею». Честно, и в мыслях не было. – Взяв свой пиджак со спинки скамейки, он снова накинул его на плечи девушки. – Максим.– Представился он.

- Лена.

- Вот и познакомились. – Очаровательно и как-то показавшейся шатенке знакомо улыбнулся Максим. – А если честно, чего ты тут сидишь совсем одна в таком легком платьице? С парнем поссорилась? Или предки?

- Ага. – Тяжело вздохнула девушка.

- Ясно. Знакомо. Я вот тоже не всегда совпадаю во мнениях с отцом. Но все равно он – самый близкий для меня человек. Как и мать. И, чтобы не произошло и как бы мы не ссорились, именно родители всегда и во всем нам помогут.

- Я просто хочу заниматься любимым делом, а отец хочет, чтобы я сидела в пыльном офисе и стучала по клавиатуре компьютера от заката до рассвета. – Сама не зная, почему, шатенка «поделилась» со случайным знакомым своими проблемами. Она села на скамейку, вдев руки в рукава пиджака, словно уже считая его своим. Максим сел рядом, не мешая «исповеди» девушке и доставая новую сигарету из пачки. – А я художник. Я вольный творец, для которого четыре стены офиса, как для птицы прутья клетки. Да, возможно, у меня не получится пробиться и стать известной, продавать свои картины за огромные деньги, но я так хотела, чтобы Андрей меня понял. Поддержал.

- Андрей - это твой парень? – Спросил юноша, откинувшись на спинку скамейки.

- Нет. – Быстро замотала головой шатенка. – Это мой брат. Мы погодки. Он на несколько минут меня старше и всегда этим пользуется, считая, что он мудрее. А я просто маленькая девочка, которая ничего не понимает. – С грустью продолжила она, плотнее кутаясь в пиджак.

- Наверно, это очень обидно. – Задумчиво проговорил Максим, странно смотря на девушку. – Я сам не знаю, я единственный ребенок в семье.

- Возможно, тебе повезло. – Выпалила девушка. – Никто не указывал, что и как делать. Конечно, он заботится, но лучше, чтобы он поддержал. Ведь знает, как это важно для меня. В результате мы накричали друг на друга, и я в запале сказала, что вообще не хотела, чтобы он приезжал домой. А это неправда. Я очень его ждала. Просто я разозлилась, что он не поддержал меня.

- Помиритесь. – Небрежно повел плечами юноша. – В конце концов, нет ничего важнее семьи. И с ними всегда так: миримся-ссоримся и снова миримся. Уверен, что твой Андрей уже жалеет, что вы поругались. Вот увидишь. Вернешься, и он первый побежит мириться.

- Ну, уж точно не я. – Фыркнула шатенка, вскидывая подбородок.

- Ну, тогда пойдем, я тебя провожу. – Отправив и второй окурок в бачок, Максим поднялся на ноги. – А то поздно уже, скоро тебя хватятся.

- Да, ты прав. – Смущенно кивнула девушка, тоже поднимаясь со скамейки. – Спасибо тебе, что выслушал. Ну, и за пиджак тоже.

- О, пустяки. – Весело отмахнулся юноша, игриво подмигивая.

Дойдя до дверей дома, шатенка нехотя вернула пиджак законному владельцу и попрощалась.

- Скажи мне свой номер. – Попросил Максим. – На случай, если тебе захочется еще выговориться. Ну, или просто пообщаться. – Добавил он с улыбкой, накидывая пиджак на плечи. Девушка согласно кивнула и продиктовала номер своего телефона, который он тут же забил в память своего мобильника. Потом шатенка послала ему воздушный поцелуй и скрылась за дверью своего дома. – Я обязательно позвоню. – Еле слышно произнес Максим, убирая телефон в карман брюк. – До встречи, сестренка.


========== Глава 6 ==========


Зажав под мышкой альбом для рисования, она веселой походкой направлялась к кафе, где ее снова ожидал Петр Алексеевич, видимо, решив еще и озаботиться нормальным питанием «творца». Поприветствовав девушку, мужчина заявил, что уже сделал заказ. Когда официант принес перечень заказанных блюд, удивлению шатенки не было предела.

- А, между прочим, художник должен быть голодным, чтобы творить шедевры. – Дожевывая кусок стейка, проговорила девушка.

- Это придумали обыватели, ничего не смыслящие в искусстве. – Небрежно отмахнулся Петр Алексеевич. – Как я уже говорил, только на сытый желудок все получается. А так урчащий живот будет отвлекать Вас от работы, и Вы будете думать о бутерброде, а не о картине.

- Петр Алексеевич, мне немного неудобно, что Вы обращаетесь ко мне на «вы», простите за каламбур. – Улыбнулась шатенка. – Вы мне в отцы годитесь, поэтому мне некомфортно.

- Хорошо, как пожелаешь. – Улыбнулся мужчина. – Главное, чтобы тебе было удобно.

- Петр Алексеевич, а можно нескромный вопрос? – Виновато смотря на него, спросила девушка. – Простите, если я покажусь Вам нетактичной или неблагодарной, просто…

- О, прошу, Леночка, задавай любые вопросы. – Прервал ее «расшаркивания» Петр Алексеевич.

- Вы не подумайте, я очень ценю и очень рада, что встретила Вас, просто, почему я? Вы же можете, наверно, позволить себе любой шедевр знаменитого художника, а у меня нет ни одной законченной картины. Только наброски. Рисование – мое хобби.

- Леночка, я уже говорил, что я ценитель прекрасного. – Улыбнулся мужчина одними глазами. – И ценю именно начинающих художников, которые должны заявить о себе миру, но, по каким-то причинам, не могут этого сделать. И даже по наброскам, первым штрихам уже понятно, настоящий это художник или бумагомаратель. Но, главное, чтобы в картину была вложена частица души творца. Только тогда это настоящий шедевр, заслуживающий того, чтобы занять места рядом с великими произведениями искусства. Я не шутил, когда говорил, что могу помочь тебе с твоей выставкой. Если ты меня поразишь своими картинами, я проспонсирую твою первую выставку и буду рекомендовать своим друзьям и знакомым. Подумай, Леночка, тебя может ждать большое будущее.

- Знаете, наша встреча – это просто подарок судьбы какой-то. – С восхищением смотря на своего благодетеля, проговорила девушка. – Вот бы в меня так мой отец верил, как вы.

- Я бы не мешал такой дочери реализовывать себя. – Чуть прищурив глаза, сказал Петр Алексеевич. – Наоборот, я считаю, что родители всегда должны поддерживать начинания своего ребенка. У меня есть сын, и я никогда ему не навязывал своих идеалов. Он сам строит свою жизнь. Конечно, я в тайне мечтал, что оставлю ему свой бизнес, но сын захотел стать юристом. Когда он объявил о своем желании, я решил всячески помогать ему.

- Вы замечательный отец.

- Надеюсь.

- А вот мой отец всегда навязывал мне свое мнение, считая, что так делает во благо. Он настоял на том, чтобы я поступила на финансиста. Не знаю, с чего он решил, что из меня получится финансист. Я всегда знала, в чем мое истинное призвание.

- Да, он не прав. – Закивал Петр Алексеевич. – Впрочем, может, он тоже хотел передать тебе свой бизнес?

- Нет, папа ученый.

- Тогда странно.

- Просто он считает, что эта профессия принесет мне много денег, и я не буду ни в чем нуждаться. Заботиться о моем беззаботном будущем.

- Ну, не обязательно быть финансистом или бухгалтером, чтобы быть обеспеченным человеком. Когда у человека есть призвание, и он может себя реализовать на этом поприще, у него не возникнет проблем с деньгами. Правда, призвание не всегда приносит большой капитал, но точно без куска хлеба не оставит. А когда у человека настоящий талант, то будет преступлением не дать ему развиться и пытаться «задушить».

- Вот и я так сказала отцу. – Выпалила девушка, радостная, что хоть кто-то ее поддержал. «Вот такого бы мне родителя». В сердцах подумалось ей. – Но у него свое видение жизни, а я просто не понимаю, что все вокруг желают мне всего лучшего, а то, что у меня это видение другое, его не волнует.

- Никто самого человека не знает, что для него лучше. – Философски произнес мужчина. – Каждый человек должен следовать по пути своей «звезды», а уж куда она его приведет, это только его дело. В противном случае, тогда и винить будет некого. А если человеку что-то навязать, а потом у него это не получится, то винить будут «идейного вдохновителя». Поэтому лучше не лезть с советами. Всегда крайним останешься.

- Вот и я решила бросить институт и посвятить себя творчеству.

- Ну, зачем же вообще образование бросать. – Усмехнулся Петр Алексеевич. – Можно ведь просто поменять факультет или сам институт и пойти по специальности. Если хочешь, я могу помочь.

- Ох, Петр Алексеевич, Вы итак много делаете для меня. – Засмущалась шатенка. – Не хотелось бы быть Вам еще больше обязанной.

- А вот это брось. – Наигранно грозно сдвинул брови мужчина. – Ты мне ничем не обязана. Наоборот, мне, как твоему клиенту и будущему спонсору, важно, чтобы ты развивалась и училась. Талант – это, конечно, прекрасно, но это только полдела. Уверен, что тебе есть чему поучиться в художественной школе.

- Я и хотела туда поступить после окончания базовой школы. – Грустно вздохнула девушка. – Но отец, узнав об этом, настоял, чтобы я пошла в институт.

- Если принимаешь мою помощь, мы все устроим. Заберем документы из института и подадим их в художественную школу. Будешь учиться, и совершенствовать свой талант.

- Ох, да, я согласна. – Вскрикнула от радости шатенка и, подскочив со своего места, обняла мужчину. Тот улыбнулся и приобнял ее в ответ. – Ой, простите мне мой порыв. – Поняв, что она сделала, девушка покраснела от смущения и отстранилась.

- Не надо извиняться. – Ответил Петр Алексеевич, не спеша убирать руку с ее плеча. – Все в порядке. Я рад помочь начинающему мастеру. Все формальности я беру на себя. Твое дело – творить.

- Даже не знаю, чем я заслужила такого Ангела-Хранителя, как Вы. – С обожанием смотря на мужчину, проговорила шатенка. – Теперь я просто не имею право Вас разочаровать. Вложусь по полной в картины, чтобы Вы не пожалели, что взяли меня под свое «крыло».

- Я уверен, что не пожалею. – Серьезно ответил он. – Я вижу в тебе потенциал, Леночка, и хочу, чтобы ты его развила. Я только рад поучаствовать в становлении такой известной художницы, как ты.

- Вы меня засмущали. – Раскраснелась девушка, смущенно улыбаясь. – В любом случае хочу точно сказать, что буду очень стараться, чтобы оправдать Ваши надежды.

- Отлично, тогда начнем с того, что и ты будешь обращаться ко мне на «ты». И не спорь. – Быстро добавил Петр Алексеевич, увидев, что шатенка уже хотела возразить. – Это одно из моих условий.

- Хорошо. – Счастливо улыбнулась она. – Если ты так хочешь. Тогда предлагаю приступить к портрету.

- Я расплачусь по счету, и можем перебраться в парк. Думаю, там будет удобно. Или ты хочешь другое место выбрать?

- Нет-нет, там самое подходящее место. – Быстро замотала головой девушка, отмечая, что именно там она и хотела предложить приступить к работе над портретом. Мужчина словно прочитал ее мысли.

Петр Алексеевич довольно улыбнулся и, подозвав официанта взмахом руки, попросил расчет. Когда его просьба была исполнена и по счету уплачено, будущие деловые партнеры перебазировались в парк. Там, удобно расположившись на скамейке, девушка положила альбом на колени и, вооружившись карандашом, стала переносить на бумагу черты лица мужчины. Петр Алексеевич с нескрываемой гордостью смотрел на дочь, мысленно радуясь, что мосты в отношениях постепенно наводятся. Главное рассорить девушку с нынешней семьей, убедив, что именно он лучший для нее вариант, а потом можно и сообщить, что она его давно потерянная дочь. Естественно, Даша с радостью броситься ему навстречу, радостная воссоединению семьи. И как удачно он сообщил сыну, что нашел его сестру. Конечно, Максим сразу захотел лично встретиться с девушкой. Вернувшись домой, он довольно подтвердил, что она ему очень понравилась, и что именно о такой сестре он всегда мечтал. И Петр Алексеевич пообещал, что скоро девушка вернется в свою истинную семью.

Шатенка, не зная, какие мысли роятся в голове ее благодетеля, в раже водила грифелем карандаша по бумаге, стараясь максимально точно передать каждую черточку лица мужчины, чтобы потом перенести их на полотно. Сейчас для нее было самое главное, чтобы оригиналу понравилась своя копия. Ей казалось, что она никогда так не старалась. Она так «ушла» в свою работу, что не заметила, как стало темнеть. Осмотрев труд своих рук, она пришла к выводу, что все необходимое она успела запечатлеть. Поблагодарив Петра Алексеевича, она объявила, что может заняться готовой картиной. Мужчина проводил ее до дверей дома и, заверив, что займется ее переводом из института в художественную школу, попрощался. От радости девушка даже не обратила внимания, что не упоминала, в каком учебном заведении находятся ее документы.

Зайдя в дом, девушка отказалась от ужина, предложенного матерью и, обрадовавшись, что не встретится с отцом, быстро скрылась в своей комнате. Но внутри ее ждала приятная неожиданность. Посреди комнаты стоял высокий, выполненный из светлого дерева, мольберт, а на кровати рядом стоял чемоданчик художника, в котором лежали тюбики с краской, палитра и набор кистей. Мечта художника. Радостно вскрикнув, девушка выбежала из своей комнаты и влетела в спальню брата, сразу догадавшись, кто мог сделать ей такой подарок. Андрей сидел за компьютером, заполняя какую-то научную таблицу. Шатенка буквально смела его со стула и сжала в крепких объятиях, радостно расцеловав в обе щеки. Потом, прыгая, как дети, по комнате, молодые люди весело смеялись, а после, устав, завалились на кровать Андрея, и девушка, уютно устроив голову на плече брата, вдохновенно делилась с ним своими надеждами и мечтами о будущем. Радуясь, что удалось наладить отношения с сестрой, Андрей улыбался, рассеянно перебирая волосы девушки между пальцев. Он был готов разделить с ней каждый момент ее жизни, размышляя, как бы и ему забрать свои документы из своего института, чтобы окончательно перебраться в Москву. Проведя в разлуке три года, он понял, что больше расставаться не хочет. Осталось только искоренить в себе совсем не братские чувства, из-за которых он и был вынужден уехать. Но, как известно, расстояние не властно над нежными чувствами. Он не знал, что сейчас и девушку впервые мысленно пожалела, что их связывают родственные связи.


========== Глава 7 ==========


Это было волшебное, ни с чем несравнимое чувство. Вот перед тобой белоснежное полотно, но стоит сделать первый штрих, и это поглощает тебя целиком. Без остатка. Ты больше не принадлежишь себе, а твоя рука всего лишь продолжение карандаша. Не существует вокруг мира, время не властно. Есть только ты и твое будущее творение.

- Ну, вот, и я больше не нужен.

Девушка настолько ушла в работу, сосредоточившись на полотне перед собой, что не заметила, как пришел Андрей и, сложив руки на груди, наблюдал за сестрой, прислонившись плечом к дверному косяку. Взгляд его карих глаз выражал крайнюю степень недовольства, что о нем забыли.

- Нужен, конечно. – Виновато улыбнулась шатенка. – Просто не хочу задерживать с выполнением первого заказа. Я же рассказывала, как мне это важно.

- Ты с утра уже творишь. Даже не позавтракала толком. Пойдем хоть пообедаем.

- А что уже день? – Удивленно вскинула брови девушка, оглядываясь на навесные часы. Они показывали уже третий час дня. – Ого. – Воскликнула она, снова смотря на будущую картину. Та была уже готова на треть. – Я и не заметила даже.

- Надо сделать перерыв. – Посоветовал Андрей. – А после обеда я хотел пригласить тебя прогуляться. Погода слишком прекрасная, чтобы сидеть дома.

- Хорошо. – Ласково улыбнулась шатенка и, положив карандаш на подставку мольберта, вышла следом за братом из комнаты.

Родители уже сидели за столом. Александр Юрьевич при появлении дочери грозно сдвинул брови, но ничего не сказал. Ирина весело поприветствовала детей и спросила, чем они планируют заняться. Узнав, что они хотят совершить дневную прогулку, женщина обрадовалась. Она была счастлива, что молодые люди помирились. Возможно, сын даже передумает снова уезжать. Обед прошел в мирной обстановке, хотя глава семейства продолжал хмуриться.

После, переодевшись в легкое ситцевое платьице, девушка выскочила из дома, где ее уже ожидал брат. Решив прогуляться до магазина, чтобы купить мороженое, они направились по тротуару.

- Лен, мне нужно будет скоро уехать. – Проговорил Андрей, украдкой смотря на сестру.

- Как? – Замерла девушка. – Уже? Погоди, ты же только приехал. Ты обещал задержаться подольше.

- Эй, сестренка, я ненадолго. – Заверил он ее, беря за плечи и нежно улыбаясь. – Я решил перебраться окончательно в Москву и мне нужно забрать документы из моего института.

- Так ты больше не уедешь? – Радости девушки не было предела.

- Нет.

- Ура. – Вскрикнула шатенка и бросилась в объятия брата, который обхватил ее в ответ за пояс.

Но идиллия была нарушена неожиданным появлением Максима. Посмотрев на пару издалека, он улыбнулся и уверенно направился к ним.

- Добрый день. – Вежливо поздоровался он.

- Максим, привет. – Заулыбалась шатенка, поворачиваясь к нему. – А ты как здесь?

- Да вот хотел тебе звонить, позвать погулять, но вижу, ты уже. – Сказал Максим, переводя взгляд на Андрея, чьи глаза ревниво сузились, смотря на оппонента. – Максим. – Поздоровался он, протягивая руку для пожатия.

- Андрей. – Сцепив зубы, нехотя пожал руку в ответ шатен.

- Андрей, это Максим. – Представила девушка. – Максим, это мой брат. Андрюш, мы познакомились пару дней назад. Мы просто друзья. – Не зная почему, она принялась оправдываться, не желая, чтобы брат думал, что у нее появился воздыхатель.

- Расслабься, Андрюх, мы, правда, всего лишь друзья. – Весело подтвердил Максим, хлопая Андрея по плечу. – Но, будь у меня такая сестра, я бы тоже от нее всех парней отваживал.

- Я не отваживаю, просто хочу знать, откуда ты такой нарисовался? – Продолжая недоверчиво смотреть на Морозова, спросил Андрей.

- Сказал же, хотел по-дружески пообщаться. А, знаешь, Андрюх, мы подружимся. – Вдруг неожиданно заявил Максим и весело рассмеялся.

- Не уверен. – С сомнением произнес шатен.

- Вот увидишь. – Добавил Максим, мгновенно став серьезным.

- Так, мы, вроде, гулять собрались. – Решила «разрядить» обстановку девушка, боясь, что дело дойдет до драки. – Макс, мы решили купить по мороженному и посидеть в парке.

- Чудесная идея. – Обрадовался Максим. – Идем.

Всю дорогу до магазина шатенка вдохновенно рассказывала Максиму о последних новостях. О неожиданном подарке Судьбы в виде щедрого бизнесмена, который хочет проспонсировать выставку ее работ. О том, что она уже приступила к работе над своими первыми картинами и о том, что брат теперь всецело поддерживает все ее начинания.

- Ну, я же говорил. – Воскликнул Максим. – Помиритесь, и все будет хорошо.

- Правда, отец никогда не примет мое призвание. – Погрустнела девушка. – А когда он узнает, что я бросила институт и перевелась в художку, то грандиозного скандала не миновать.

- Ну, Андрюха защитит. – Уверенно ответил Морозов. - Так, Андрюх? – Посмотрел он на шатена.

Тот не ответил, но кивнул. Желание Андрея врезать по самодовольному лицу предполагаемого друга сестры росло в нем с каждой минутой. Ревность, помимо его воли, взяла над ним верх. А Максим, догадываясь о его чувствах, мысленно смеялся. Его эта ситуация все больше забавляла.

Дойдя до магазина, юноши отправили девушку выбирать мороженое, снабдив денежными средствами, а сами остались на улице.

- Ты кто вообще такой? – Воспользовавшись тем, что они остались наедине, Андрей накинулся на Максима, интуитивно сжимая кулаки.

- Вроде познакомились уже. – Невозмутимо парировал Морозов, доставая сигарету.

- Я спрашиваю: откуда ты такой нарисовался? – Спокойный вид оппонента еще больше злил шатена. – Не было тебя раньше.

- Раньше не было, теперь есть. – Пожал плечом Максим. – А в чем дело? – Усмехнулся он, внимательно смотря в глаза Андрея. – Чего ты завелся-то?

- Испарись. – Прошипел Андрей, всем своим видом показывая, что его советом стоит воспользоваться, если Морозов хочет сохранить свои конечности в целости.

- Знаешь, Андрюх, если бы ты не был ей братом, я бы подумал, что ты ревнуешь. – Довольно усмехаясь, произнес Максим и, судя по переменившемуся выражению лица шатена, понял, что его догадка верна. – Говорю же: нет у меня на нее видов. Расслабься. – Добавил Морозов, выпуская колечко табачного дыма.

- Так я тебе и поверил. – Фыркнул Андрей, но его ревностный запал постепенно уходил. Почему-то ему показалось, что Максим не врет.

- Кстати, на счет отца я серьезно. – Произнес Морозов, выкидывая окурок в мусорный бачок у здания магазина. – Походу ваш предок не понимает, как для Ленки важно ее призвание. Так что если попробует снова «наехать», надеюсь, ты ее сможешь защитить.

- Без тебя разберусь. – Беззлобно огрызнулся шатен.

Максим весело хмыкнул и хлопнул товарища по плечу. «Из них получится классная пара, когда они узнают, что не родные». Довольно подумалось ему. «Скорее бы отец все ей рассказал. Удобный момент, блин, ждет».

Вернулась девушка с пакетом, где лежали три рожка мороженого. Весело подхватив обоих парней под руки, она повела их в сторону парка, где можно удобно расположиться на скамейке и насладиться прохладным лакомством. Там, заняв уже ставшую буквально родной, скамейку, трио молодых людей принялись общаться. Девушка, скинув босоножки, подтянула колени к груди, облокотившись спиной о плечо Андрея. Максим, развалившись на скамейке, расстегнул пару пуговиц на своей рубашке и спрятал глаза за темными стеклами очков, чтобы не щуриться на солнце. Шатенка расспрашивала его о жизни, и вскоре они беззаботно общались. Даже Андрей проникся к новому товарищу симпатией, когда убедился, что тот действительно не претендует на право считаться бойфрендом его сестры.

Когда солнце стало скрываться за горизонтом, то и друзья решили, что пора расходится по домам, договорившись, что теперь будут достаточно часто встречаться, пока стоят летние жаркие деньки.

Но, видимо, Александр Юрьевич решил, что разговор не окончен. Он сидел в гостиной, зная, что дети пройдут через нее, чтобы подняться в свои комнаты.

- Лена, задержись. – Попросил он, когда дочь проходила мимо него. Тяжело вздохнув, девушка остановилась. Андрей тоже решил присутствовать при разговоре. – Я надеюсь, твое заявление, что ты бросаешь институт, было сделано сгоряча и мне не стоит беспокоиться, что ты его исполнишь. – Произнес мужчина.

- Беспокоиться, действительно, не стоит, но я настроена серьезно. – Ответила шатенка. – Я намерена забрать документы и поступить в художественную школу, как и планировала изначально.

- Это плохая идея. – Хоть Александр Юрьевич и старался говорить спокойным тоном, но было видно, как тяжело ему это дается. – Я против. Тебе нужно получить достойную профессию, чтобы обеспечить себе достойное будущее. Твое хобби тебя не прокормит.

- Это не просто мое хобби. – С вызовом смотря на родителя, ответила девушка. – Больше нет.

- Хорошо же этот меценат промыл тебе мозги. – Усмехнулся мужчина. – А ты и купилась. Не знаю, что он там тебе наобещал, но, уверяю тебя, ты очень скоро поймешь, что все это просто слова. Ему все равно, что с тобой будет после того, как ты напишешь ему картину. Он купит и забудет о тебе. А ты будешь ждать от него чего-то большего. И останешься ты с разбитыми мечтами о счастливом будущем. Ни профессии, ни средств к существованию. Я прошу тебя, дочка, хорошо обдумать свои слова и поступки и прийти к выводу, что ты ошибаешься.

- Вот видишь, пап, ты даже не допускаешь мысли, что я могу быть правой. – С сожалением произнесла шатенка.

- В данном случае ты явно не осознаешь, что решается твоя судьба. – Продолжал настаивать родитель. – Получение профессии очень важно. Да, у тебя может быть хобби. Никто не против, чтобы ты рисовала. Но это не то занятие, которое обеспечит тебе достойную жизнь.

- Ты просто не веришь в меня, пап.

- Я гораздо старше и видел многое. Знаю жизнь. И знаю, что в будущем ты горько пожалеешь о своем поступке. Поэтому хочу предупредить тебя заранее и обезопасить от разочарования.

- Пап, неправильно заставлять ее отказаться от своей мечты. – Встрял в разговор Андрей. Девушка обернулась к нему и благодарно улыбнулась. – Она должна попробовать.

- Мечта мечтою, а губить свою жизнь, поверив случайному человеку, который пообещал небо в алмазах, это глупо. – Жестко ответил Александр Юрьевич. – Что ж, ради твоего же блага, Лена, я вынужден идти на крайние меры. Я запрещаю тебе бросать институт.

- Ты не можешь. – Замотала головой шатенка, сдерживая слезы отчаяния.

- Я – твой отец и знаю, что для тебя лучше.

- Папа, не надо. – Попросил Андрей.

- Я хотел достучаться до твоего здравого смысла менее кардинальным способом, но ты не оставила мне другого выбора. Пока ты живешь под моей крышей и являешься членом этой семьи, я запрещаю тебе бросать институт.

- Чудесно. – Выпалила девушка, вытирая набежавшие слезы. – Тогда я больше не хочу жить под ТВОЕЙ крышей.

И, не дав отцу ответить, она вбежала на второй этаж и скрылась за дверью своей комнаты. Мужчина, считая, что это все эмоции и не поверив задумке дочери, гневно поджал губы.

- Знаешь, пап, ты, возможно, и видел жизнь и знаешь, что и как нужно делать, но ты не знаешь одной простой истины: нельзя навязать свое мнение другому человеку. То, что хорошо для тебя, не всегда хорошо для всех остальных. И, если уж говорить о сожалениях, то это ты пожалеешь потом о своих словах.

Оставив обескураженного этим заявлением отца, Андрей последовал за сестрой, надеясь, что она не собирает сейчас вещи.


========== Глава 8 ==========


Но именно этим сестра и занималась. На кровати лежал большой чемодан в развернутом виде, и девушка бросала в его недра все содержимое своего шкафа и комода. Андрей тяжело вздохнул, видя решимость шатенки.

- Что ты делаешь?

- Ты слышал отца. – Ответила сестра, бросая в чемодан блузки и юбки, даже не складывая их. – Чтобы быть собой и исполнить свою мечту, мне нужно съехать.

- Послушай, я уверен, что он это сказал сгоряча и не хочет, чтобы ты уходила.

- А я не хочу, чтобы он шантажировал меня каждым куском хлеба. Я хочу быть художником, и не люблю, когда мне приказывают.

- И что собираешься делать? Где жить?

- Для начала съезжу за билетом. – Объявила девушка. Закончив собирать чемодан, она достала большую спортивную сумку и принялась ее заполнять тем, что не влезло в чемодан.

- И куда ты собралась? – Улыбнулся Андрей, отмечая, что сестрой двигают эмоции, но плана нет вовсе.

Но девушка, казалось, давно продумала свою дальнейшую жизнь, просто решиться никак не могла. И вот разговор с отцом стал тем спусковым крючком, побудивший ее к решительным действиям.

- Поеду с тобой. – Заявила она, прекратив на некоторое время сборы. – Заберем вместе твои документы, потом вернемся, снимем квартиру или комнату. Дальше разберемся.

- А деньги где возьмем?

- Возьму у Петра Алексеевича в счет картин. Или у Макса займу, потом с продажи верну. Они не откажут. – Уверенно ответила девушка. – Андрей, ты же не отвернешься от меня, как отец? – Прошептала она, с надеждой смотря на брата.

- Конечно, нет. – Улыбнулся шатен, не смея отказать таким доверчивым глазам.

- Спасибо. – Обрадовалась девушка и продолжила сборы. – Надо только Петру Алексеевичу сообщить, что я временно уеду. Как раз денег и попрошу.

- Слушай, Лен, ты абсолютно уверена? – Переспросил Андрей, подходя ближе и беря сестру за руку. – Это большой шаг.

- Отец не даст мне реализоваться, как я хочу. – Проговорила шатенка. – А я больше не хочу, как марионетка, выполнять все, что он говорит. Мне вообще иногда кажется, что я совсем не похожа на родителей. Словно чужая я здесь. Да, мама поддерживает, но отец совершенно посторонний для меня. Ты один родной для меня человек. Если бы не ты, не знаю, как бы я справилась. Это все равно должно было скоро случиться. Пока я здесь, я не смогу вздохнуть полной грудью и буду вечно считать себя обязанной своим существованием. Так что да, я абсолютно уверена, что мне пора уходить и зажить, наконец, своей жизнью.

- Хорошо. – Вздохнул Андрей. – Тогда и мне пора заняться сбором вещей.

Девушка счастливо улыбнулась и, чмокнув брата в щеку, вернулась к своему занятию. Андрей вышел из комнаты, чтобы последовать ее примеру.

Ирины дома не было, когда произошел разговор. Она вернулась из магазина, где закупалась продовольствием, и застала своих детей, спускающих с лестницы свои чемоданы. Отдельно девушка несла мольберт, подаренный братом, прижимая его к груди, как самое ценное имущество. Ирина перевела взгляд на супруга, который сидел на диване с таким видом, словно все происходящее в порядке вещей.

- Что происходит? – Спросила женщина, удивленно раскрыв глаза. – Вы куда собрались?

- Мы с отцом не сошлись во мнениях, и я решила уйти. – Ответила девушка.

- Что, значит, уйти? – От потрясения Ирину едва держали ноги. – Саша? – Обратилась она к мужу.

- Не волнуйся, дорогая. – Отмахнулся мужчина. – У детей переходный период. Перебесятся и вернутся.

- Нет. – Уверенно ответила девушка. – Сюда я точно больше не вернусь.

И, подхватив свой чемодан, она покинула когда-то считавшийся ей родным дом.

- Андрей? – Поняв, что от супруга ответа она так и не дождется, Ирина посмотрела на сына.

- Не волнуйся, мам, я о ней позабочусь. – Улыбнулся Андрей и, подойдя, поцеловав в щеку. Потом подхватил свой чемодан и сумку сестры.

- Но как же так? – Сникла женщина, не желая расставаться с детьми.

- Я позвоню. – Пообещал юноша и направился к выходу. – Они больше не могут жить под одной крышей. – Прошептал он еле слышно, поравнявшись с матерью. – Все будет хорошо.

И, даже не посмотрев на отца, он вышел, хлопнув за собой дверью.

- Стоило мне ненадолго уйти, а ты уже наших детей выгнал из дома. – Обрушилась на супруга с гневной тирадой Ирина. – Что ты опять ей сказал?

- Надо было давно ей рассказать, что она нам не родная. – Резко ответил мужчина, поднимаясь с дивана. – Мы ее приняли, воспитали, дали ей все, чтобы она ни в чем не нуждалась. И вот ее благодарность. У нее, видите ли, мечта, и все остальное не важно. И Андрей ей потакает, вместо того, чтобы объяснить, что она не права. Ничего, вот увидишь, скоро вернутся. Это пока ей кажется, что у нее все получится. Вот останется без денег и крыши над головой, сразу придет понимание реалий этой жизни.

- Семья – это не только родственная связь. – Тяжело вздохнув, женщина с разочарованием смотрела на мужа. – Жаль, что ты до сих пор так это и не понял.

И, подхватив сумки с продуктами, которые оставила в коридоре, она направилась на кухню. Ирина была спокойна за дочь, потому что с ней Андрей, и дети не пропадут. Даже тот факт, что девушка не родной ей ребенок, она все равно любила ее ровно, как и сына.

Выйдя на улицу, девушка поставила чемодан и мольберт на асфальт и втянула в себя воздух. На город опустились первые сумерки. Одев на себя вязаную кофту, она застегнула пуговицы и поежилась. Потом достала из сумочки телефон и, найдя контакт Морозова-старшего, нажала кнопку вызова. К ней подошел Андрей и ободряюще улыбнулся.

- Добрый вечер, Петр Алексеевич. – Улыбнувшись, сказала девушка, когда на другом телефонном проводе раздался приветливый голос мужчины. – Простите, что беспокою. Мне очень неловко, но я хочу попросить Вас о помощи.

- Все, что угодно, Леночка. – Ответил Петр Алексеевич.

- Дело в том, что мне нужны деньги. Естественно, взаймы и в счет продажи картин.

- У тебя проблемы? – Обеспокоенно поинтересовался мужчина. – Так, жди, я сейчас же приеду, и мы все решим. – Заявил он и сбросил звонок.

- Сейчас приедет. – Передала девушка сообщение брату.

Андрей приобнял ее за плечи и прижался щекой к ее макушке. Шатенка шмыгнула носом, стараясь не расплакаться от обиды, что ее буквально выгнали из родного дома. Да, пока она не знала, что будет делать и как. Возможно, отец и прав, и у нее нет того будущего, которое она себе намечтала. Но она точно знала, что если не попробует, то будет жалеть об этом упущении до конца своих дней. И пока рядом хоть один человек, который в нее верит, у нее будет стимул идти к своей мечте.

Петр Алексеевич приехал довольно быстро, словно несся по улицам Москвы с мигалками или с пультом управления от светофоров города. Не став дожидаться, когда водитель откроет перед ним дверь, он вышел из автомобиля и направился к молодым людям, стоящим в окружении своих вещей.

- Игорь, возьми чемоданы. – Приказал мужчина своему водителю. – Садитесь в машину, обсудим все по дороге. Андрей, рад познакомиться. – Протянул он руку шатену. – Петр Алексеевич Морозов.

- А я не говорила, как зовут брата. – Удивленно вскинув брови, произнесла девушка.

- В машине поговорим. – Повторил мужчина и, подхватив ее под локоть, направился к автомобилю.

Девушка почувствовала неладное и испуганно обернулась к брату. Андрей, тоже поняв, что Петр Алексеевич что-то скрывает, поспешил за ними. Водитель по имени Игорь быстро убрал чемоданы, сумки и мольберт в багажник автомобиля и, заняв свое место, двинул машину с места.

Сидя на заднем сидении, девушка испуганно жалась к плечу брата, вцепившись в его руку. Петр Алексеевич, ожидая, когда водитель займет место за рулем, сидел на переднем сидении, коря себя за несдержанность. Да, вот и «подходящий» момент, чтобы рассказать дочери правду. «Черт, и надо было так глупо проговориться». Думал он. «Максим рассказал, что за «брат» у моей дочери, а я и забыл, что она сама его не представляла. Что ж, значит, карты на стол».

- Ну, рассказывайте, что случилось? – Повернулся мужчина назад, когда машина сдвинулась с места.

- Нет, это Вы сначала расскажите. – Потребовал Андрей, с вызовом смотря на него. – Расскажите, что Вы скрываете. Откуда Вы знаете мое имя, если Лена его не называла?

- Судя по вашим чемоданам, вы ушли из дома. – Игнорируя требование, произнес Петр Алексеевич. – Тогда сейчас нужно озаботиться проблемой жилья.

- Вы не ответили. – Напомнила девушка, немного разочарованно смотря на мужчину. – Вы навели обо мне справки, так? Ответьте, прошу, я не знаю, что и думать.

- Я расскажу. – Вздохнул Морозов, поворачиваясь к лобовому стеклу. – Но сначала отвезу вас в квартиру сына. Он не против, чтобы вы пожили временно там. Все равно, он живет со мной. Дом у нас большой. Вам там тоже хватит места, но сейчас об этом рано говорить.

- Кто вы? – Спросил Андрей, прижимая к груди сестру и со злостью буравя макушку мужчины. – Зачем вы все это делаете?

- Ладно, Игорь, давай домой. – Приказал Петр Алексеевич, посмотрев на водителя. Тот кивнул и повернул руль в сторону. – Я твой отец, Даша. – Сказал Морозов, поворачиваясь к дочери.

- Что? – В шоке уставилась на него девушка.

- Она не Даша. – Возразил Андрей, сомневаясь в благоразумии мужчины.

- Да нет, Андрей, она не Лена. – Слабо улыбнувшись, ответил Петр Алексеевич. – И она не твоя сестра. У нее другой брат. Максим. Мой сын. Вы с ним уже познакомились.

- Что? – Удивлению шатенки не было предела. – Макс? Мой брат? Вы в своем уме? – Выкрикнула она.

- Да, полностью. – Кивнул мужчина. – Я не хотел так тебе сообщать новость. Искал подходящий момент, но твои приемные родители ускорили этот процесс. Что ж, так даже лучше.

- Нет. – Замотала головой девушка, закрывая ладонями уши, не желая верить в то, что родители, которых она считала всю свою жизнь родными, таковыми на самом деле не являются. Андрей тоже пребывал в шоковом состоянии, но мысленно ликовал. «Она не твоя сестра». Как набатом била эта мысль в его голове. Значит, его чувства возможны. – Я Вам не верю. Не верю. Не правда. Вы врете. – Как заведенная, твердила шатенка.

- Что ж, тест ДНК сделать не проблема. – Спокойно откликнулся Петр Алексеевич.

- Это невозможно. – Выкрикнула девушка, поднимая голову. В ее глазах стояли слезы. Слишком много для нее сегодня было информации. Она чувствовала, что вот-вот ударится в истерику. – Вы не мой отец. Зачем Вы врете? Остановите машину. – Вдруг потребовала она и, вцепившись в ручку на дверце рядом с собой, стала толкать ее от себя. Судя по всему, она решила покинуть салон авто прямо на ходу.

- Останови ее. – Попросил Петр Алексеевич Андрея, но того и просить не нужно было.

Обхватив девушку за плечи, он прижал ее к себе, не давая ей пошевелиться и совершить необдуманные поступки. Шатенка попыталась вырваться, все-таки желая покинуть машину прямо сейчас, а потом уткнулась лицом в грудь теперь уже не брата и заплакала навзрыд. Андрей прислонился щекой к ее макушке и прикрыл глаза, просто позволяя ей выплеснуть эмоции в слезах. Морозов, оценив, что опасность миновала, снова повернулся вперед. Да, им предстоит долгий разговор. Но он точно знал, что больше не отпустит дочь. Пора ей вернуться в свою настоящую семью.


Комментарий к Глава 8

Дело идет к развязке…


========== Глава 9 ==========


Прибыв к своему дому, Петр Алексеевич отпустил водителя и вышел из машины. Молодые люди остались сидеть на заднем сидении. Девушка, выплеснув свои эмоции, просто смотрела в боковое окно, но казалось, что ее взгляд направлен далеко отсюда, и открывшийся перед ней вид огромного особняка никак ее не интересовал. Андрей тоже молчал, понимая, что ей нужно переосмыслить сложившуюся ситуацию.

- Прости, что втянула во все это. – Проговорила она севшим после рыданий голосом, не поворачиваясь к юноше. – Я пойму, если ты вернешься домой.

- Ленок, как ты можешь такое говорить? Как я оставлю тебя?

- Ну, я тебе, вроде как, никто. – Горько усмехнулась шатенка. – И зовут меня, оказывается, не Лена. Вся моя жизнь была одним сплошным враньем. Ложное имя, ложные родители. Все ложь.

- Послушай, мы, действительно, не знаем, почему родители взяли тебя к себе, но я точно знаю, что родители не те, кто дал жизнь, а те, кто воспитали. И ты мне не чужая.

- Спасибо. – Поблагодарила девушка, оборачиваясь к нему. – Спасибо, что остался. Я просто… не могу я сейчас одна. – Выдохнула она, и ее глаза снова увлажнились. – Не оставляй меня, Андрей.

- Обещаю. – Улыбнулся юноша, ласково вытирая слезинки, сорвавшиеся с ее ресниц. – А теперь пойдем, познакомимся с твоей семьей. Я буду рядом.

Девушка кивнула и, толкнув от себя дверцу, выбралась из салона автомобиля. Петр Алексеевич стоял у машины, ожидая, когда дочь соберется с мыслями и будет готова продолжить знакомство. Шатенка встала в стороне, с настороженностью косясь на него, и только когда Андрей взял ее за руку, немного расслабилась. Мужчина кивнул и первый направился к дому, призывая молодых людей следовать за собой. Девушка флегматично осматривала владения своего отца, а вот Андрей внимательно изучал огромный дом и прилегающую к нему оранжерею. Особняк был из светло-красного дерева, а за стенками прозрачной оранжереи угадывались клумбы самый разнообразных и разноцветных растений. Было заметно, что хозяйка дома постоянно заботится о цветах.

Просторный холл был украшен большой стеклянной люстрой. Где-то с середины холла вверх уходила широкая полукруглая мраморная лестница. По обе стороны холла в стенах имелись арочные проемы. Справа проем открывал вид на просторную гостиную, а слева находилась кухня.

На звук открывшейся двери из кухни вышла молодая девушка, одетая в платье с белоснежным передником. По тому, как вежливо она поздоровалась, едва не присев в реверансе, Дарья поняла, что это горничная.

- Маша, распорядись, чтобы вещи доставили по комнатам. – Приказал Петр Алексеевич. Девушка кивнула и вернулась на кухню. Через пару мгновений она вернулась в компании высокого спортивного телосложения мужчины с прической «ежик». Он, словно пушинку, поднял чемоданы и сумки и направился на второй этаж. – Ну, что ж. – Улыбнулся мужчина, обращаясь к дочери и ее спутнику. – Вы, наверно, голодны. Скоро сядем ужинать.

- Простите, но что-то есть совсем не хочется. – Проговорила девушка. – Зато у меня огромное желание узнать, почему я росла в чужой семье.

- Тогда идем в гостиную. – Вздохнул Петр Алексеевич, жестом руки указывая направление. – Нам предстоит долгий разговор. Маша, позови Максима, пожалуйста. – Отдал он еще один приказ горничной.

Когда девушка удалилась выполнять поручение, мужчина направился направо, и Даша с Андреем последовали за ним. Гостиная, просторная и уютная, была оснащена камином, сейчас потухшим, перед которым располагался длинный угловой диван с маленьким стеклянным журнальным столиком. Посередине комнаты стоял длинный стол со стульями.

- Здесь нам будет удобно. – Сказал Петр Алексеевич, усаживаясь на диван. – Итак, Даша… - Добавил он, когда дочь и Андрей сели рядом, все еще не разжимая рук - прости, но я буду называть тебя твоим настоящим именем, которое дано тебе при рождении. Мы с твоей матерью познакомились при не очень приятных обстоятельствах. Это было мимолетное знакомство и, будем честными, случайная связь. Но, когда я узнал, что Света ждет тебя, конечно, я тут же разыскал ее и предложил вместе воспитывать нашего ребенка. Но у Светы были другие планы на мой счет. Она заявила, что ничего ко мне не испытывает и сама справится. Прежде чем я успел что-то предпринять, чтобы ее уговорить, она исчезла вместе с тобой. А когда я ее разыскал во второй раз, она уже отдала тебя чужой семье. Я не знаю, чем она мотивировалась, буквально избавившись от собственного ребенка, но это значительно усложнило мне твои поиски. Понятное дело, что искать младенца в огромном городе, не зная даже примерного места поиска, очень сложно. Но это не значит, что я прекращал поиски. Просто только когда ты подросла, в тебе стали угадываться знакомые черты. Ты все-таки очень похожа на мать. И, вот, когда мне сообщили, что «пропажа», наконец, нашлась, я не стал больше терять времени и решил с тобой познакомиться.

- Но почему Вы мне сразу не рассказали? – Спросила Даша.

- Искал подходящий момент.

Девушка повернула голову в сторону и увидела своего новообретенного брата, который улыбался, облокотившись о косяк арки, наблюдая за общением потерянной дочери и отца со стороны. Максим оттолкнулся от косяка и прошел вглубь комнаты.

- А ты вообще… – Перекинулась на него с обвинениями девушка. – Тоже мне, блин, актер больших и малых театров. Как ты удачно «мимо проходил».

- Эй, сестренка, полегче. – Рассмеялся Максим, поднимая вверх руки, словно показывая, что у него не было выбора. – Когда отец мне сообщил, что объявилась моя давно пропавшая сестра, я тут же захотел с тобой познакомиться. Но отец запретил мне даже жестом выдать, кто я. Искал подходящий момент.

- Дашенька, ну, как я мог вот так сходу вывалить на тебя правду? – Виновато улыбнулся Петр Алексеевич. – Во-первых, ты бы мне не поверила, а во-вторых, прекратила бы наше общение. А я очень не хотел потерять тебя снова. Вот и ждал момент, чтобы как-то аккуратно, постепенно открыться тебе.

- Потому и строили из себя доброго щедрого мецената, желающего «вложиться» в талант? – Фыркнула девушка, мысленно отмечая правоту слов мужчины.

- Ну, во-первых, это стало хорошим поводом познакомиться и узнать тебя поближе, чтобы потом рассказать тебе о своих истинных мотивах. А во-вторых, я и сейчас не намерен отказываться от своих слов. Я очень рад, что у меня такая талантливая дочь и хочу, чтобы ты совершенствовалась на своем поприще.

- И где моя мать? – Спросила Даша. – Я хочу знать, почему она отдала меня, как какую-то вещь.

- Светлана не очень хорошо себя чувствует. – Уклончиво ответил Петр Алексеевич, явно что-то не договаривая. – Ей понадобилась помощь специалистов.

- Она в больнице? – Ахнула девушка, вмиг растеряв свою злость, что испытывала к родительнице.

- Да, но уверяю тебя, что врачи о ней заботятся и вскорости приведут ее в норму. – Ответил мужчина, ласково улыбаясь. – Ты, конечно, с ней встретишься, но чуть позже. Не хотелось бы, чтобы твое первое впечатление от знакомства с матерью было омрачено. А пока я хотел бы, чтобы ты жила здесь, со своей настоящей семьей. Как я обещал, я займусь твоим переводом в художественную школу, а любимое занятие поможет тебе обжиться здесь. Конечно, я не чаю надежд, что ты так сразу примешь меня и Максима, как своих родных, поэтому присутствие рядом Андрея, которого ты считаешь более близким для себя человеком, поможет тебе освоиться.

- Да, его присутствие обязательно. – Заявила девушка, крепче сжимая руку Андрея.

- Отлично. – Примирительно улыбнулся Петр Алексеевич. – Я это предугадал и подготовил соседнюю комнату для него. А теперь, полагаю, мы можем все-таки поужинать? Ты немного пришла в себя. Впрочем, если ты хочешь немного отдохнуть, Максим с удовольствием покажет вам ваши комнаты.

- Нет, пожалуй, перекусить чего-нибудь будет хорошо. – Ответила Даша, переглянувшись с Андреем.

- Ну, вот и славно. Тогда Максим проводит вас в комнаты, а я распоряжусь о том, чтобы подали ужин. Чувствуйте себя, как дома.

Поднявшись с дивана, мужчина кивнул сыну и вышел из гостиной, чтобы дать распоряжения прислуге. Максим, широко улыбаясь, сделал приглашающий жест в сторону выхода.

- И не думай, что я тебя простила. – Гордо вскинув подбородок, произнесла девушка, вставая на ноги.

- У нас впереди много времени для этого. – Ответил Максим.

Хмыкнув, Даша направилась к выходу, все еще не отпуская руки Андрея, вследствие чего тому пришлось послушно следовать за девушкой. Впрочем, он и сам даже не подумывал о том, чтобы уйти, понимая, как нужна ей его поддержка. Оглянувшись на Максима, он увидел, как тот хитро и, словно, понимающе подмигнул ему. Андрей вспомнил их недавний разговор у магазина и все понял. Зная правду, Максим, действительно, по иному смотрел на Дашу, зато сам Андрей, поддавшись ревности, выдал свои чувства к девушке.

- Значит, мы и вправду богаты? – Спросила Даша, по-свойски оглядываясь вокруг.

- Достаточно, чтобы ты, сестренка, творила и ни о чем не думала. – Ответил Максим. – Кстати, я до сих пор так и не увидел ни одной твоей картины. Хотелось бы полюбопытствовать.

- Вот доделаю заказ Петра Алексеевича, тогда и увидишь. – Парировала девушка. – Хотя о чем это я? Теперь ему уже не нужно их покупать.

- Ну, покупать, может, уже и не нужно, но написать несколько картин для выставки надо.

- А ты сам у матери не спрашивал, почему она это сделала? – Спросила девушка, смотря на брата. - Отдала меня.

- Спрашивал, но, полагаю, ответ: «потому что так было надо», тебя не устроит. – Наигранно весело ответил Максим.

- Ну, у нее же были причины…

- Причины, может, и были, но это ее не оправдывает. – Со злостью отозвался Морозов-младший.

- У тебя не лучшие с ней отношения? – Догадалась Даша.

- Она лишила меня члена моей семьи. – Ответил Максим, смотря сестре в глаза. Та несколько стушевалась, признавая правоту. – А я, может, о сестренке всегда мечтал. Чтобы парней от нее отваживать. А, Андрюх, мы ролями-то поменялись. – Добавил он и весело рассмеялся, смотря на друга.

- Я и сама с этим справлюсь. – Ответила девушка.

Максим, явно довольный, что смог «отомстить», смеялся, смотря, как скривился Андрей после его слов, поняв намек. Между тем молодые люди прошли по коридору на втором этаже, тянущийся вперед ковровой дорожкой. По обе стороны коридора находились несколько дверей, ведущие, вероятно в личные комнаты домочадцев. Сказав, что проведет экскурсию по дому позже, Максим указал на две соседние двери, обозначив их личными покоями гостей, а так же рассказал, где найти ванную комнату. Потом, сообщив, что ужин скоро будет подан, он оставил Дашу и Андрея одних. Почувствовав себя неловко, девушка что-то тихо буркнула, похожее на «скоро буду» и быстро скрылась за дверью своей комнаты. Шумно выдохнув, юноша зашел в соседнюю дверь. Он намеревался позвонить матери и самому выяснить, как Даша попала в их семью.


========== Глава 10 ==========


Даша подняла руку, чтобы постучаться в дверь комнаты, выделенной Андрею, чтобы вместе отправиться на ужин, но, услышав его приглушенный голос, передумала и приоткрыла дверь, чтобы через образовавшуюся щелочку подслушать. Судя по всему, Андрей с кем-то говорил по телефону. Подавшись вперед, девушка прислушалась.

- Вы должны были давно рассказать правду. – Негодовал шатен, со злостью сжимая аппарат мобильного телефона. – Или вы с отцом вообще не планировали этого делать? Если бы она случайно не узнала, кто ее настоящие родители, то она так бы вас и называла, да?.. Мам, усыновление не преступление, чтобы вы с отцом так тщательно это скрывали… нет, я не понимаю, уж извини. Вы должны были рассказать, когда мы выросли. Вы не имели права это от нее скрывать… Я не знаю, мам. – Вздохнул он, успокаиваясь. – Не знаю. Можешь сама потом у нее узнать. Но все могло быть по-другому. Мне не пришлось бы уезжать. Все было бы иначе. – И, сбросив вызов, он кинул аппарат на кровать и запустил пятерню в волосы.

Даша, выждав еще какое-то время, чтобы Андрей не подумал, что она подслушала, закрыла дверь и тактично постучалась. Робко заглянув в проем, она улыбнулась и позвала на ужин. Пока они спускались вниз, Даша раздумывала над словами юноши, подслушанными ею. Она и не знала, что у отъезда из города была особая причина. Оказывается, она многого не знала. И, раз уж пришло время правде вылезть наружу, Даша собиралась и это выяснить.

Петр Алексеевич и Максим сидели за накрытым столом в гостиной. Они что-то живо между собой тихо обсуждали, а когда появились в поле зрения Даша и Андрей, они тут же смолкли и, как по команде, приветливо улыбнулись.

- Дашенька, могу я попросить тебя сесть здесь? – Спросил мужчина, указывая на соседнее с собой место справа. Он сидел во главе стола, а по левую сторону разместился Максим. Девушка коротко кивнула и устроилась на указанном стуле. Андрей сел напротив, заняв место рядом с другом. Маша выставила на стол перед присутствующими тарелки с жарким и удалилась, чтобы не мешать им общаться. – Предлагаю выпить за семью. – Поднялся со своего места Петр Алексеевич, держа в руке бокал с вином. – За возвращение в семью. – Добавил он, с нежностью смотря на дочь.

Даша еле заметно кивнула, сразу опустошая почти все содержимое своего бокала. Только когда спиртное приятно освежило горло, она облегченно вздохнула. Она поняла, что не имеет право злиться на отца и брата. Они также являлись жертвами опрометчивого поступка женщины, которая почему-то решила «отослать» дочь из семьи. Вот бы скорее выяснить у нее, зачем она это сделала. Мысленно злясь на мать, Даша, тем не менее, пыталась понять причину ее поступка. Ведь должна же быть у нее причина. Уважительная, оправдательная, которая помогла бы девушке понять. Возможно, она не могла воспитать ребенка самостоятельно? Но ведь Петр Алексеевич хотел участвовать в воспитании дочери. Возможно, Светлана просто не хотела на тот момент ребенка, но потом же она родила сына все от того же мужчины. И разница в возрасте между Дашей и Максимом ничтожна. Чем больше девушка пыталась понять, тем больше она запутывалась. Нет, видимо, только сама Светлана может объяснить свой поступок.

Когда ужин закончился, девушка поднялась наверх. Она просто не могла больше видеть эти просящие взгляды новообретённого отца, который очень хотел с ней пообщаться, чтобы восполнить потерянное время. Да, это необходимо, но после. Пока Даша просто хотела побыть одной и скоротать время за любимым занятием, которое позволяет ей на время забыть обо всем. А именно это ей сейчас и было необходимо. Видимо, это понял и Петр Алексеевич, тактично оставив дочь в покое, и решил смиренно ждать, когда она сама придет, чтобы пообщаться.

Ночью ей не спалось. Поворочавшись в кровати некоторое время, Даша поняла, что в голове слишком много мыслей, и они мешают ей спать. Да и кровать, вроде мягкая, оказалась очень неудобной. Надоев созерцать потолок перед собой, девушка поднялась с кровати и, выйдя из комнаты, постучалась в соседнюю дверь.

- Андрюш, к тебе можно? – Робко спросила она, надеясь, что и Андрею так же не спится.

- Заходи. – Отозвались с другой стороны двери вполне бодрым голосом.

Обрадовавшись, девушка открыла дверь и быстро скользнула внутрь комнаты. Андрей, судя по всему, так же мучился бессонницей.

- Не спится? – Спросил он, поворачивая голову.

Даша отрицательно помотала головой и, подойдя к кровати, легла рядом, устраивая голову на плече шатена.

- Помнишь, как в детстве? – Проговорила она, созерцая теперь уже этот потолок. – Когда мне снился плохой сон, я приходила к тебе, и ты меня успокаивал.

- Помню. – Улыбнулся Андрей. – Ты быстро засыпала, зная, что я отгоню от тебя все плохие сны.

Даша согласно кивнула и тоже улыбнулась. Действительно, с ним всегда было спокойнее.

- Я разговаривал с матерью. – Сказал Андрей, немного помолчав. – Она спрашивала, сможешь ли ты ее простить, что она не рассказала правды раньше.

- Она не виновата. – Ответила девушка, шумно выдыхая. – Я очень благодарна и ей, и отцу, что они воспитали меня, хотя могли сдать в детдом. Я злюсь только на свою настоящую мать. Она подбросила меня чужим людям, словно я вещь какая-то. Я очень хотела бы знать, почему она так поступила, но, чтобы ей не двигало, ее я простить еще не скоро смогу. Если вообще получится.

- Чтобы отказаться от собственного ребенка, нужны очень веские причины. Но, знаешь, несмотря на трагичность ситуации, я очень рад, что твоя мать «подбросила» тебя именно в нашу семью. Я очень рад, что встретил тебя. Не только Макс мечтал всегда о сестренке.

- Да, только Макс сейчас обрел сестру, а ты потерял.

- Все, что не делается, все к лучшему. Зато я могу остаться твоим другом. Это главное.

- Да, ты прав. – Согласилась с ним Даша. – Скажи, почему ты уехал? – Озвучила она давно мучавший ее вопрос. И, приподнявшись на локте, заглянула в глаза Андрея. – Только не говори, что там институт лучше.

- Ленок… Даша. – Поправился он с улыбкой. – Да, к этому еще предстоит привыкнуть.

- Мне самой к этому надо привыкнуть. – Понимающе кивнула девушка. – Так почему? – Напомнила она вопрос, не давая уйти от ответа.

- Там красиво. – Ответил Андрей, с нежностью смотря на нее.

- Андрей, может, хватит лгать? – С грустью произнесла Даша. – Этого итак было много в моей жизни.

- На тебя много всего свалилось. Зачем тебе еще и мои проблемы?

- Для меня это важно. – Упорствовала девушка. – Я должна знать.

- Я уехал, потому что на тот момент считал это правильным решением. В любом случае, это уже не имеет значения. Давай спать, ладно? – Быстро свернул Андрей разговор и, повернувшись к девушке спиной, закрыл глаза, надеясь, что Даша не будет настаивать.

- Чего ты боишься? – Раздался тихий голос девушки. Андрей открыл глаза и вздохнул. – Ты уехал из-за меня, да? Знаешь, может, мы подсознательно и знали, что не родные, вот и…

- Что «и»? – Переспросил Андрей, поворачиваясь к ней лицом.

Даша уже хотела ответить, но заметила, как близко находятся сейчас их лица. Она, как завороженная, смотрела в потемневшие глаза друга. Или уже кого-то большего? Она ведь всегда чувствовала, что Андрей был для нее самым близким и родным. Раньше она это списывала на то, что он ее брат. Почти близнец. И только теперь она поняла, что просто «душила» в себе чувства, испугавшись, что именно испытывает к родному брату. Оказывается, она была в этом не одинока.

Не желая больше сдерживаться, Андрей подался вперед и легко, словно боясь быть отторгнутым, коснулся губ девушки своими губами. Даша подалась вперед, прикрывая от удовольствия глаза. Не встретив сопротивления, Андрей стал уже более уверенно целовать любимой девушку. Запустив пальцы в его волосы, Даша со всей нежностью отвечала его ласке, опрокидывая на себя. Мысленно возликовав, что его чувства получили отклик, Андрей обхватил девушку за талию, прижимая ее к себе, как самое дорогое на свете сокровище. Потом были только нежные объятия и один вздох на двоих. И одежда, вдруг ставшая ненужной своим хозяевам и нашедшая приют на полу возле кровати.


Комментарий к Глава 10

Ну, наконец-то руки и до пэйринга дошли:)) Алилуйя


========== Глава 11 ==========


Что такое счастье? Собственное здоровье и здоровье родных и любимых? Или любимое занятие, поглощающее тебя с головой? Счастье – это эфемерное что-то, как призрак, принимающий индивидуальный облик для каждого человека в отдельности. Для кого-то это встреча с кумиром. Для иного - просто солнечная погода. Но неизменно это волнительное, прекрасное чувство, испытывая которое ты уверен, что жизнь – классная штука.

Проснувшись этим утром, Андрей точно знал, что для него есть счастье. Повернув голову вбок, он увидел сладко спящую девушку под боком, и его губы помимо воли растянулись в счастливую, блаженную улыбку. Даша, свернувшись калачиком, не догадывалась, что ее разглядывают, и наслаждалась просмотром сна. Поддавшись щемящему счастливому настроению, Андрей наклонился к ее лицу и ласково поцеловал. Решив, что девушке хватит спать и утро уже давно наступило, он принялся целовать ее более уверенно и страстно. Что-то недовольно пробурчав, Даша попыталась отстраниться.

- Спать. – Пробормотала она, не желая прерывать свой сон. Довольно хихикнув, Андрей мотнул головой и продолжил «будить» любимую. Поняв, что сон досмотреть не получится, девушка ответила на ласку, обнимая Андрея за шею.

- Скажи, что это реально. – Попросил шатен, целуя Дашу за ушком.

- Ну, прошлая ночь точно. – Подтвердила девушка, весело смеясь.

- Ох, я самый счастливый на свете человек.

Девушка снова рассмеялась, полностью согласившись с предыдущим оратором. В знак солидарности их губы снова слились в единое целое. Но счастье, увы, не длится долго.

- Эм, ребят, я, конечно, понимаю, случилось долгожданное признание, но, надеюсь, вы не собираетесь весь день «признаваться»? – Раздался за дверью наглый голос Максима, который не имел понятия такта.

- Можно я его прибью? – Спросил Андрей у любимой, лишь на мгновение оторвавшись от нежных губ.

- Макс, испарись. – Выкрикнула Даша, полностью разделяя желание любимого. И, не став дожидаться исполнения своей просьбы, она решила продолжить прерванное занятие.

- Я бы и рад, но вы же не хотите, чтобы мое место занял отец? – И не думал испаряться Максим. – Сомневаюсь, что он будет таким же добрым. Ждем вас внизу.

- Да, он прав. – С сожалением вздохнула Даша. – А у нас еще будет много времени, чтобы побыть вдвоем.

- Это точно. – Подтвердил Андрей, нежно очерчивая указательным пальцем овал ее лица. – Теперь у нас навалом времени. И я, наконец, могу сказать, что люблю тебя и не бояться этого.

- И я люблю тебя. – Ответила девушка, счастливо улыбаясь.

Подтвердив свое признание страстным поцелуем, влюбленные все-таки решили покинуть пределы кровати, не став дожидаться, когда к ним нагрянет хозяин дома. Приняв освежающий душ, они спустились в гостиную, где уже был накрыт стол к завтраку. Петр Алексеевич, как всегда сидя во главе стола, листал утреннюю газету. Он был одет в строгий деловой костюм и вообще выглядел, словно поднялся с первыми петухами. Увидев дочь и ее спутника, мужчина растянул губы в приветливой улыбке. Максим, мельком глянув на сестру и друга, скрыл смешок за чашкой с кофе, которой сейчас наслаждался.

- Полагаю, я должна называть тебя «папа». – Посмотрела на главу семейства Даша.

- Я не чаю надежд, что ты сможешь принять это так быстро. – Понимающе улыбнулся Петр Алексеевич. – Для этого понадобится время. Я не буду торопить. Но когда это произойдет, я, несомненно, буду очень рад.

Согласно кивнув, девушка подошла к столу и заняла место рядом с ним. Андрей, поприветствовав присутствующих, сел рядом. – Итак, на сегодня у меня важная деловая встреча, а после я могу прислать за тобой водителя, и мы вместе поедем в твой институт за документами. – Предложил Петр Алексеевич.

- Да, хорошо. – Снова кивнула Даша. – А я пока немного поработаю. Ты же не передумал на счет выставки?

- Ни в коем разе, Дашенька. – Ласково улыбнулся мужчина. – Я займусь всеми формальностями, а ты работай и, как будешь готова, мы все устроим.

- Спасибо. И еще я хотела бы как можно скорее встретиться с моей матерью. Для меня это очень важно.

- Я понимаю. Я позвоню врачам, и узнаю, как она себя чувствует. Думаю, Максим тоже захочет составить нам компанию. – Добавил Петр Алексеевич, переведя взгляд на сына.

- Ага, с огромным удовольствием. – Ответил Максим с таким кислым выражением лица, что все присутствие поняли, что он совсем не рад будущей поездке.

- Что ж, мне пора на работу. – Свернув газету, мужчина отложил ее в сторону на стол и, сделав последний глоток кофе из своей кружки, попрощался с присутствующими.

С уходом главы семьи в гостиной повисла тишина. Даша с Андреем молча завтракали, а Максим, откинувшись на спинку стула, не спеша пил свой кофе, изредка поглядывая на сестру. Наконец, девушке надоели эти игры в «гляделки» и она, отложив в сторону вилку, напрямую посмотрела на юношу.

- Знаешь, сестренка, я много раз представлял себе нашу встречу. – Проговорил Морозов-младший. – Представлял тебя. Неизменно это была случайная встреча. Скажем, в автобусе или метро. Я все фантазировал, что скажу, что ответишь. Мне так много нужно тебе сказать, но я совсем не знаю, с чего начать. Сейчас, когда ты, наконец, здесь, я просто растерялся. Это глупо, да?

- Нет, я понимаю тебя. – Ласково улыбнулась Даша. – Честно, я тоже не знаю, что сказать. Но, думаю, стоит начать, и все пойдет само собой.

- Да, ты права. – В ответ улыбнулся Максим. – Тогда я могу начать с того, что просто приглашу тебя на прогулку, чтобы мы могли вдоволь наобщаться?

- Да, только… - Ответила девушка, поворачиваясь к возлюбленному.

- О, думаю, это прекрасно, а я пока съезжу за билетом. – Кивнул Андрей.

- Погоди, ты уезжаешь так скоро? – Удивилась Даша, надеясь, что в свете нынешних событий любимый задержится, пока она не освоится в новой семье, чтобы остаться с ними наедине.

- Всего лишь за билетом. – Успокоил ее Андрей. – А вы пока общайтесь. Вам действительно о многом нужно поговорить. И лучше, чтобы вам никто не мешал. Звякни мне, когда поедете к своей матери. – И, поцеловав девушку в щеку, он попрощался с другом и оставил новообретённых родственников общаться.


Управившись довольно быстро в компании, Петр Алексеевич отправился в клинику, где обитала сейчас его жена. Он хотел сначала поговорить со Светланой наедине, чтобы «объяснить», как той следует общаться с дочерью. У мужчины начали налаживаться отношения с Дашей, и он очень не хотел, чтобы его жена, как всегда, все испортила и наговорила лишнего.

Пообщавшись немного с лечащим врачом, Морозов отправился в палату. Светлана стояла у окна и сквозь глухое окно смотрела на улицу. Услышав, что открылась дверь, она перевела взгляд на посетителя, и в ее безучастных глазах отразилось беспокойство.

- Здравствуй, Света. – Улыбнулся мужчина, проходя вглубь белоснежной палаты. Помимо одной удобной кровати, в палате находилось все, что могло понадобиться пациенту. Стол с двумя стульями, комод со сменной одеждой, небольшой холодильник и широкий плоский телевизор, прикрепленный к стене напротив кровати, чтобы скрасить досуг. – Как ты себя чувствуешь?

- Зачем ты пришел? – Игнорируя вежливость, спросила Светлана, обхватывая себя за плечи. На ней был обычный больничный брючный комплект, а сверху накинут легкий халатик. – Я же сказала, что не хочу тебя видеть. Неужели ты не можешь хоть ненадолго оставить меня в покое?

- А я пришел сообщить тебе радостную новость, которая должна поднять тебе настроение. – Непринужденно ответил Петр Алексеевич, подходя к столу и кладя на него прозрачный пакет, сквозь прозрачные стенки которого угадывалось наличие фруктов. – Даша вернулась в семью. Она сейчас живет в нашем доме.

- Для нее это не радостная новость. – Ответила женщина, снова поворачиваясь к окну.

Мужчина со злостью сцепил зубы и, подойдя к жене, грубо схватил ее за плечи, поворачивая к себе. Та тихо вскрикнула от неожиданности и затравленно посмотрела в глаза супругу.

- А теперь слушай сюда. – Грозно сдвинув брови, заговорил Петр Алексеевич. – Я больше не позволю тебе все испортить. Даша очень хочет встретиться с тобой, чтобы ты ей объяснила, почему «подкинула» ее, словно вещь, чужим людям. И вот, что ты ей ответишь. У тебя была послеродовая депрессия, и ты не знала, что тебе делать. Потом ты хотела ее забрать, но семья, которой ты ее отдала, переехала. Если она спросит, как ты здесь оказалась, скажешь, что случился нервный срыв, и ты боялась причинить вред нам с Максимом. Кстати, почти правда. Попробуешь говорить обо мне гадости – горько пожалеешь о содеянном. Ты меня поняла, Света? – Переспросил он, сильнее сжимая плечи женщины. Ты скривилась от боли и слабо кивнула. – Не слышу.

- Дда. – Немного заикаясь от страха, ответила Светлана. – Я скажу, как ты попросил.

- Вот и чудесно. – Как ни в чем не бывало, улыбнулся мужчина, убирая руки. Женщина потерла те места, где сжимались его пальцы, и подумала, что синяки неизбежны. Впрочем, это не первый случай, когда муж позволял себе вольности. – Потому что если ты меня не послушаешь, то ты никогда отсюда не выйдешь и никогда не увидишь детей. Если понадобиться, я даже «похороню» тебя, и Максим с Дашей будут носить цветы на твою «могилу». А ты так и останешься здесь до конца своих дней. Я позабочусь, чтобы тебя обкололи транквилизаторами до такой степени, что ты собственное имя забудешь и будешь слюни пускать, как настоящая сумасшедшая. – Угрожал он, с наслаждением смотря, как в ужасе распахнулись глаза Светланы, когда она представила подобную картину. – Ну, а если будешь сотрудничать, то ты быстро «выздоровеешь» и вернешься домой. И мы будем жить долго и счастливо всей семьей. Кстати, у нашей дочери появился друг, так что порадуйся за нее, когда они придут, ладно? – И, словно издеваясь, он нежно поцеловал супругу в лоб. – Мы придем завтра. Отдыхай и набирайся сил.

Выполнив задуманное, Петр Алексеевич оставил супругу в одиночестве глотать слезы. В который раз Светлана пожалела, что вообще однажды встретила его. А ведь когда-то она его любила и считала, что внимательнее и нежнее мужчины не существует. Но очень скоро она поняла, как серьезно заблуждалась. Он ее обманул, сказав, что работает в научном институте. Оказывается, он был вовсе не ученым, а обычным бандитом, который финансировал разные запрещенные аморальные проекты. На его счету не один десяток невинных людских жертв. Испугавшись облика монстра, который скрывался за маской чуткого возлюбленного, Светлана бежала от него без оглядки. На тот момент она уже была беременна дочерью и находилась на пятом месяце. Ей даже удалось уехать в другой город, надеясь, что муж ее там не найдет. Она сменила имя и документы. Но Петр Алексеевич не из тех, кто отдает то, что ему принадлежит. Возможно, будь женщина одна, он бы не прилагал столько усилий, чтобы вернуть ее. Но он не мог простить ей то, что она исчезла вместе с его ребенком. Светлана никогда не питала надежд, что ей удастся скрываться вечно. Конечно, был только вопрос времени, когда он найдет ее. И хорошо, что она успела «спасти» дочь от тирана-отца. Впрочем, и здесь было надежды мало, что Даша так и будет жить в неведении о своих настоящих родителях. Но обеспечить ей счастливое детство Светлана смогла. Теперь она взрослая девушка, и Светлана очень надеялась, что дочь никогда не узнает истинное лицо отца. Женщина очень хотела бы рассказать, почему ей на самом деле пришлось отказаться от нее, но она знала своего супруга, и знала, что он обязательно превратит ее жизнь в Ад. Он уже «упрятал» неугодную жену в психиатрическую лечебницу, когда та ему надоела. С него станется «уничтожить» ее морально. А Светлана все-таки очень мечтала увидеть дочь, да и от сына она не готова была отказываться. Она не хотела себе напоминать, как не хотела рожать еще одного ребенка от чудовища-мужа. Но мужчина хотел наследника, раз уж дочь у него отняли. Правда, когда родился Максим, Светлана забыла, что не хотела сына. После его появления на свет, женщина полностью сосредоточилась на ребенке, окружив его той любовью и заботой, что когда-то недодала дочери. А Петр Алексеевич, получив от жены желаемое, почти забыл о ее существовании. Пока Максим был маленьким, мужчина почти не участвовал в его воспитании. Но потом, когда он достаточно подрос и пошел в школу, Петр Алексеевич взялся за его воспитание, желая «слепить» из него пародию себя, чтобы передать свой бизнес, на данный момент уже легальный, чем раньше. Но Максим не чувствовал призвания в деле отца, он захотел стать юристом. И, к чести мужчины, он не стал упорствовать и вмешиваться. Наоборот, он гордился самостоятельностью сына и всячески ему помогал, устроив в лучший институт. Но, занимаясь воспитанием сына, он не прекращал поисков дочери, так и не простив жену за то, что она своевольничала. Буквально «привязав» ее к себе из-за сына, Петр Алексеевич постоянно «напоминал» жене, как она не права. Найдя, наконец, Дашу, он надеялся, что Светлана смириться с судьбой и не испортит отношения отца и дочери. Узнав, что женщина не очень и рада возвращению дочери, считая, что с таким отцом, пусть у нее вообще не будет родных, мужчина «отослал» жену в клинику, заплатив врачу денег, чтобы тот написал диагноз и подержал ее подольше. Как он сказал: в воспитательных целях. Поняв, что Петр Алексеевич все равно своего добился, Светлана решила принять все его условия, чтобы хоть так быть с дочерью и сыном. Тяжело вздохнув, она, наконец, приняла свою судьбу и легла в кровать, радуясь, что завтра впервые после стольких лет разлуки увидит дочь.


========== Глава 12 ==========


Даша ехала в клинику со смешанными чувствами. С одной стороны она была очень зла на мать за то, что та «избавилась» от нее. Ее злость была настолько велика, что, казалось, она не примет никакое оправдание. Но с другой стороны ей было любопытно посмотреть на свою настоящую мать и послушать, что она скажет. Впрочем, чтобы она не сказала и как бы не извинялась, девушка не была уверена, что когда-нибудь простит ее. Не желая вмешивать во внутрисемейные отношения посторонних, Петр Алексеевич попросил сына поехать все вместе на его машине. Максим, уже смирившись с тем, что его присутствие в больнице обязательно, согласился, заняв место водителя. Мужчина сел на соседнее сидение, а Даша с Андреем устроились позади. Всю дорогу до клиники, девушка размышляла, какая бы была ее жизнь, если бы она росла в родной семье. Да, тогда бы она вряд ли встретила Андрея, – все-таки разный круг общения – но она бы не теряла время в ненавистном институте на ненавистном факультете экономики. Она бы сразу поступила в художественную школу и, возможно, уже давно бы выставлялась. Впрочем, если бы не желание Александра Юрьевича ее переделать и «привить» свое мнение, она была бы абсолютно счастлива, что у нее были такие приемные родители. Ирина всегда окружала ее любовью и заботой, никак не выделяя Андрея, как своего родного ребенка. Да, если бы Петр Алексеевич так ее и не нашел, она бы так и жила, ничуть не сомневаясь, что Ирина и Александр Юрьевич ее настоящие родители. Но и об отношениях с Андреем не могло быть и речи. Конечно, неприятно ощутить себя вдруг ненужной собственной матери, которая за столько лет даже не поинтересовалась, как жил ее ребенок, но сейчас, смотря на возлюбленного, Даша поняла, что нет худа без добра.

Клиника оказалась огромным белым зданием с колоннами и, если бы вокруг не сновали врачи в белоснежных халатах и пациенты с бессмысленными взглядами, можно было бы подумать, что это особняк какого-то богатого Лорда. Но, увы, назначение этого особняка было очевидно. Даша всегда не любила больницы. Даже профилактические посещения побуждали в ней удручающее состояние. Будучи творческой личностью, смотрящей на мир с целым набором ярких красок, она не понимала, как люди не сходят с ума, смотря на эти белоснежные стены каждый день. Эта однотипность наводила тоску. И девушка старалась свести свои посещения больниц к минимуму.

Но сейчас был иной случай. Как бы Даша не хотела здесь находиться, ее желание познакомиться с матерью перевесила ее фобию. Поднявшись на третий этаж, где находилась нужная палата, Петр Алексеевич заглянул в какой-то кабинет, что-то сказал тому, кто там находился, и спустя минуту, из кабинета вышел мужчина в традиционном белом халате и шапочке. У него были светлые, почти блондинистые, русые волосы и серо-зеленые глаза. На вид ему было лет 40, но седина на висках могла говорить и о более взрослом возрасте.

- Леонид Евгеньевич, это Дарья. – Представил Петр Алексеевич свою дочь врачу. – Наша со Светланой дочь. Даша, это лечащий врач.

- Добрый день. – Поздоровался мужчина, приветливо улыбаясь. Даша кивнула в ответ. – Рад, что Вы, наконец, навестили мать. Ей будет очень приятно Вас видеть.

- Леонид Евгеньевич, дело в том, что Дашенька была в отъезде, когда Света попала к Вам. – Придумал на ходу ложь Петр Алексеевич. – Но, как только смогла вернуться, тут же захотела пообщаться с матерью и узнать, как она себя чувствует.

- О, сегодня Светлана Дмитриевна в хорошем расположении духа. – Ответил доктор. – Наверно, знает, что к ней придет вся семья.

- Чудесно. – Улыбнулся Морозов-старший. – Тогда не будем заставлять ее более ждать. Спасибо, доктор. – Поблагодарил он и, кивнув дочери, направился дальше по коридору.

Даша, Максим и Андрей последовали за ним. Врач проводил их одобрительным взглядом, а потом вернулся в свой кабинет. Пройдя до середины коридора, Петр Алексеевич потянул на себя дверь и первый зашел в помещение. Светлана полулежала на кровати, смотря что-то по телевизору. Даша, зайдя в палату последней, нерешительно замерла на пороге, смотря на женщину. Морозовы отец и сын поприветствовали ее, но все ее внимание было сосредоточено на девушке.

- Доченька. – Проговорила Светлана, с нежностью и одновременно с сожалением смотря на Дашу. – Девочка моя.

Забыв, что еще недавно она была зла на женщину, Даша сорвалась с места и, преодолев расстояние до кровати, кинулась матери на грудь. Счастливо улыбнувшись, женщина прижала к себе девушку, нежно гладя ее по волосам и что-то ласково причитая. Даша же, уткнувшись лицом в родное плечо, заплакала в голос. Это трогательное долгожданное воссоединение матери и дочери вызвало умиленные улыбки у присутствующих.

С трудом успокоившись, Даша подняла на мать взгляд полный отчаяния и, наконец, смогла задать главный вопрос, который мучил ее последнее время.

- Почему?

Ожидая и боясь этого вопроса, Светлана тяжело вздохнула и посмотрела на мужа. Его взгляд говорил сам за себя. Вспомнив вчерашние угрозы, которые обязательно станут реальностью, если женщина ослушается, Светлана просто повторила слова супруга. Довольно кивнув, Петр Алексеевич еле заметно улыбнулся. Понятное дело, что такое оправдание Дашу не устроило, но женщина старалась говорить очень убедительно и с огромным сожалением о своем поступке, что девушка приняла ее ложь. Правда, ее голос иногда срывался, словно слова против воли слетали с ее губ, но тогда Даша все списала на волнение.

- И когда тебя выпишут? – Задала девушка следующий вопрос, решив, что им нужно обстоятельно и долго поговорить, но место не подходящее.

Светлана снова посмотрела на мужа, зная, что именно от него зависит, как скоро она «выздоровеет».

- О, врач заверил, что кризис позади. – Улыбнулся Петр Алексеевич, подходя ближе и кладя на плечо дочери ладонь. – Думаю, совсем скоро мы заберем ее домой. – Пообещал он, когда девушка к нему обернулась. – Может, через пару дней, когда я утрясу все формальности с врачом.

- Отлично. – Обрадовалась Даша, снова поворачиваясь к матери. – Нам о многом нужно поговорить. И мне столько всего нужно рассказать.

- У вас будет еще много времени, чтобы пообщаться и все обсудить. – Сказал мужчина. – Но сейчас твоей матери не нужно переутомляться. Так она скорее выздоровеет и вернется домой.

- Да, конечно, тебе нужно больше отдыхать. – Закивала Даша, отстраняясь.

- О, пожалуйста, побудь еще немного со мной. – Попросила Светлана, едва сдерживая слезы. – Совсем немного. – Добавила она, бросая умоляющий взгляд на мужа. – Пожалуйста.

- Мы оставим вас. – Смилостивился мужчина, кивая дочери. – Ненадолго.

Светлана просияла и протянула к девушке руки, прося сесть ее сбоку на кровать. Даша ее просьбу выполнила, беря ее за руки. Когда палата опустела, женщина немного расслабилась и ласково улыбнулась дочери.

- Ты такая красавица стала. – Проговорила она. – Я рада, что у тебя все хорошо. Я очень сожалею, что отдала тебя, но я надеялась, что о тебе позаботятся лучше, чем я.

- Да, они стали мне родными. – Кивнула Даша. – Но ты даже не попробовала найти меня. Ведь когда родился Макс, ты его не отдала. Значит, ты уже была готова к тому, чтобы стать матерью. Почему ты не разыскала меня? Я еще понимаю Петра Алексеевича. Он не знал, где искать, но ты же знала, куда меня отдала. Почему ты не вернулась за мной?

- Они уехали с того адреса. – Продолжала врать Светлана. – Когда я вернулась, там жили уже другие люди, и они не знали, где искать твоих приемных родителей. Мне оставалось только ждать, когда твой отец сам тебя найдет. У него возможностей больше. Я понимаю твою злость и знаю, что все мои оправдания глупы, но тогда я была уверена, что тебе лучше расти в другой семье. Возможно, потом ты поймешь. – «Возможно, потом я смогу рассказать тебе правду». Подумалось ей. Когда будет возможность. И когда Петя не сможет уже избавиться от меня».

- Ладно, все равно я сейчас, оказывается, больше рада, наконец, с тобой встретиться. – Согласилась Даша. Ее такой ответ не очень порадовал и даже заставил сомневаться в правдивости рассказа, поэтому она решила вернуться к этому вопросу позднее. – Хотя когда я ехала сюда, я была очень зла и думала, что не приму ни одно из твоих оправданий. Но, знаешь, потом я подумала, что, обретя, я бы и потеряла, поэтому не жалею, что росла в чужой семье. Они очень любили меня, и я никогда не замечала, что не родная им. Они заботились обо мне и дали мне все, что могли, чтобы я ни в чем не нуждалась. Так что, да, у меня все было хорошо. Хотя, наверно, лучше всего ребенку в его настоящей семье. С родными родителями.

- Да, я понимаю, что ты будешь долго злиться и винить меня в том, что у тебя могло быть, но было по-другому. – Тяжело вздохнула Светлана. – Но я верю, что пройдет время, и ты сможешь если не понять, то хотя бы простить. А пока я просто счастлива и тому, что ты здесь. У нас еще будет много времени, чтобы пообщаться.

- В последнее время я только этим и занимаюсь. – Горько усмехнулась девушка. – Общаюсь, знакомлюсь с новыми родственниками. Даже не знаю. Сейчас одна часть меня ликует, что я узнала, кем являюсь на самом деле. Но другая часть жалеет, что узнала правду. Возможно, было бы лучше, чтобы я так и жила в неведении. Слишком много мне пришлось анализировать. И слишком много вопросов, ответы на которые я, наверно, никогда не узнаю. Мне просто нужно время осмыслить и принять настоящую реалию.

- Столько, сколько тебе потребуется, Дашенька. – С радостью заверила ее Светлана. – Пока я счастлива, что ты в порядке, жива, здорова. Рядом с тобой люди, которые поддержат и помогут. Твой брат, я уверена, будет в первых рядах. Он очень обрадовался, когда узнал о тебе. И еще другой молодой человек, что пришел с тобой.

- Это мой бывший брат, теперь мы встречаемся. – Хмыкнула Даша и, поняв, как это прозвучало, весело рассмеялась. Светлана прыснула, и вскоре мать и дочь громко смеялись. В смехе, оказывается, тоже неплохо выплескиваются эмоции. Не хуже, чем в слезах.

Такими весело хохочущими их и застали вернувшиеся мужчины. Недоуменно переглянувшись, они пришли к единому мнению, что у женщин свои причуды. А те, отсмеявшись и вытерев набежавшие слезы, теперь уже от радости, снова крепко обнялись. Распрощавшись со Светланой и заверив, что вернуться через пару дней, чтобы забрать ее домой, члены семьи оставили ее одну. Встав с кровати, женщина подошла к окну, чтобы еще немного полюбоваться дочерью, которая, выйдя через главные двери, направилась прочь от здания. Да, тогда Светлана была уверена, что спасает дочь, но сейчас она верила, что муж уже не такой монстр, каким был раньше, и дочь, находясь с ним рядом, в безопасности. И в кругу любящих ее людей. А большего мать не могла желать своему ребенку.


========== Глава 13 ==========


Спустя пару дней, как и обещал Петр Алексеевич, семье Морозовых разрешили забрать Светлану из клиники. По случаю возвращения хозяйки дома был запланирован праздничный обед. Проводив с утра Андрея на вокзал (Морозов-старший настоял на том, чтобы Игорь отвез юношу), Даша отправилась с отцом и братом в клинику. Светлана, уже зная, что за ней едут, собрала свои вещи и, полностью одевшись, ожидала их в холле клиники. Врач как раз давал ей последние указания о щадящем распорядке дня, который женщина слушала вполуха, когда в помещении показались члены семьи. Светлана просияла и, не дослушав врача и даже не попрощавшись, подхватила сумку со своими вещами и направилась навстречу. Крепко обняв дочь и сына, она еле заметно кивнула супругу и поспешила покинуть столь ненавистное для нее место, ставшее для нее хуже тюрьмы.

Всю дорогу до дома Даша делилась с матерью последними новостями. Накануне ей удалось подать свои документы в художественную школу, и уже сначала осени она пойдет учиться туда. И о том, что Андрей, отбывший сегодня в другой город, тоже должен забрать свои документы из института и перевестись в столичный университет. Девушка вдохновенно делилась своими планами на ближайшее будущее, а Светлана, не переставая счастливо улыбаться, жадно ловила каждое ее слово и каждый жест. Мужчины семьи Морозовых в их разговор не встревали, понимая, как много им нужно восполнить в общении.

По приезду домой, хозяев встретила горничная и сказала, что к обеду почти все готово. Светлана сказала, что хотела бы освежиться, чтобы смыть с себя «больничный» налет, и поднялась наверх, сообщив, что будет готова вовремя. Желая скоротать время, Даша решила прогуляться у дома и посетить оранжерею матери. Максим, стараясь все свободное время проводить с сестрой, вызвался ее сопровождать.

- Я понимаю, сколько у тебя вопросов к матери, но я думаю, что не стоит сразу на нее «набрасываться» с расспросами. – Проговорил он, придерживая руку сестру, покоившуюся на сгибе его локтя. – Сделай скидку на то, что она недавно с клиники из-за нервного срыва и ей нужно какое-то время на акклиматизацию.

- Я понимаю, Макс. – Вздохнула девушка. – Просто меня распирает от любопытства. К тому же мне кажется, что она не все договаривает. Понимаешь, - добавила она, когда брат обернулся к ней с немым вопросом во взгляде – она как-то скомкано объяснила. Словно хотела побыстрее замять эту тему.

- Ну, она призналась в том, что отказалась от тебя. Вряд ли она хочет долго делиться подробностями.

- Да, конечно. – Пробормотала Даша. – Но все равно мне кажется, что тут что-то еще. Пойми, это странно. – Когда они остановились у входа в оранжерею, она повернулась к Максиму. – Тебя она родила всего через год. И никаких мыслей, чтобы отдать тебя, у нее не было. Мужа она любила, иначе не захотела бы от него рожать двоих детей. Но почему меня она отдала и почти сразу забеременела тобой? Если я была так ей не нужна, то почему она так радовалась моему возвращению и хотела, чтобы я вернулась в семью? Нет, конечно, проще все списать на послеродовую депрессию, но мне интуиция подсказывает, что не все так просто. Все равно должно было пройти больше времени, прежде чем она решилась бы на еще одного ребенка. Конечно, я дам ей некоторое время, чтобы она пришла в себя, и у нее не случилось еще приступа, но я хочу получить ответы на все свои вопросы. Я имею на это полное право.

- Конечно, имеешь, сестренка. – Обнял ее за плечи Максим, весело улыбаясь. – Мне, кстати, тоже очень интересно. Это ведь и меня касается.

Даша согласно кивнула и, улыбнувшись, выявила желание зайти в оранжерею. Побродив среди клумб и перенюхав все предоставленные растения, молодые люди вернулись в дом, где в гостиной уже был подан обед. Светлана, переодевшись в атласное приталенное платье сиреневого цвета, сидела за столом, немного поникшая, а Петр Алексеевич, как всегда заняв место во главе стола, что-то ей вполголоса объяснял. При появлении детей, родители, как по команде проявили прямо противоположные эмоции. Заметив такую перемену, Даша еще больше убедилась в том, что не все так «чисто» с историей ее передачи семье Авдеевых.

- У тебя замечательная оранжерея. – Улыбнулась девушка матери, когда члены семьи наслаждались вкусным жарким и приятным, немного терпким, вином. – Сразу видно, что ты собирала коллекцию с любовью и вниманием.

- Да, я люблю цветы. – Смущенно ответила Светлана. – Если хочешь, мы можем потом вместе прогуляться к оранжерее, и я с удовольствием расскажу тебе про каждый цветок.

- Да, я очень хочу. – Ответила Даша и мысленно добавила: «Хочу, чтобы ты многое мне рассказала. Но я подожду некоторое время».

- Кстати, я думаю, что нам нужно заняться переоформлением твоих документов. – Заявил Петр Алексеевич, смотря на дочь. – В частности твоего свидетельства о рождении. Там указаны твои приемные родители, а нужно исправить на настоящих. Нам необходимо для этого проехать в паспортный стол. Твоя фамилия Морозова, а не Авдеева.

- Ну, это временно. – Тихо проговорил Максим, но его услышали все. В том числе и Даша, которая тут же залилась краской от смущения. А Светлана улыбнулась, посмотрев на девушку.

- Возможно. – Сцепил зубы Петр Алексеевич, недовольный, что его перебили. – Но на данный момент нужно исправить ошибку. – Это он сказал, кинув обвинительный взгляд на супругу, которая низко опустила голову, не смея смотреть мужчине в глаза.

- Ну, я не против. – Ответила Даша, улыбнувшись отцу. – Если это для тебя важно.

- Я просто люблю, когда все на своих местах. – Вернул мужчина ей улыбку. – В графах «отец» и «мать» должны стоять мое и твоей матери имена соответственно. Так правильно.

- Да, конечно. – Кивнула девушка. – Кстати, если уж у меня есть возможность видеть тебя чаще, чем было до этого, я бы хотела написать твой портрет не с наброска, который сделала, а с натуры, так сказать. Чтобы точно передать реальный образ.

- Как тебе будет удобно, дочка. – Согласился Петр Алексеевич. – Днем у меня дела на работе, но по вечерам я полностью в твоем расположении. И, конечно, я надеюсь, что выходные мы тоже будем проводить вместе. Например, в эти выходные, что начнутся послезавтра, я предлагаю устроить пикник. Нет ничего лучше общения в кругу семьи на свежем воздухе. И Светлане нужно больше бывать на воздухе, чтобы она совсем оправилась после своей болезни. – Добавил он, посмотрев на жену. Той оставалось только смиренно согласиться. Впрочем, никто не был против семейного междусобойчика. – Вот и отлично. – Довольно улыбнулся мужчина, поднимая свой бокал. – Тогда за будущий пикник.

Все присутствующие его поддержали, также отсалютовав бокалами. Закончив с принятием пищи, домочадцы расползлись по комнатам, а глава семьи отбыл по делам бизнеса, сообщив, что вернется к ужину. Даша хотела посвятить время рисованию пейзажа для будущей выставки, но вдохновение, как назло, никак не хотело помогать творить. Ей необходимо было «налаживать» отношения с матерью, чтобы потом «выпытать» у нее ответы. Отложив кисточку, она вышла из своей комнаты и направилась в родительскую.

Но там было пусто. Решив, что женщина, скорее всего в своей «обители», Даша спустилась вниз и вышла из дома. Подойдя к помещению оранжереи, она увидела Светлану, которая прохаживалась между клумбами и подвесными горшками с цветами, внимательно и придирчиво их осматривая. Увидев дочь, она снова, как по волшебству, просияла.

- Да, тут красиво. – Признала девушка, подходя ближе. – Наверно, у меня от тебя чувство прекрасного.

- Только у меня нет твоего дара рисования. Правда, я всегда восхищалась творцами. Ты мне покажешь какую-нибудь свою картину?

- К сожалению, у меня нет ни одной законченной. Но я работаю над этим. Петр Алексеевич пообещал, что устроит мою выставку, когда у меня будет достаточное количество работ.

- Ну, если он обещает, то непременно выполняет. – Как-то горестно усмехнулась Светлана, судя по всему вкладывая в свои слова совсем иной смысл. – Но уверена, что это будет чудесная выставка.

- Ну, когда случится, тогда и будем говорить. – Ответила Даша.

Женщина кивнула и вымученно улыбнулась. В помещении повисла тишина, а в воздухе повисла напряженная атмосфера недосказанности. Девушка внимательно смотрела на мать, изо всех сил сдерживая так и рвущуюся наружу слова. Светлана, словно догадываясь о желании дочери, прятала взгляд, избегая прямого контакта. Она знала, что когда Даша начнет задавать неудобные вопросы и расспрашивать все до мельчайших подробностей, то она будет очень неправдоподобно врать, и девушка непременно это почувствует, и тогда еще больше возненавидит мать, а этого Светлане хотелось в последнюю очередь. Но и сейчас она не могла раскрыть всей правды. Супруг обязательно выполнить свою угрозу, а дочери скажет, что у женщины случилось обострение. К тому же вряд ли Даша поверит, что ее отец в прошлом был настоящим монстром, а добрая мать просто хотела спасти своего ребенка. Светлана знала, что не только исполнение угроз прекрасно получается у ее супруга. Он великолепно «носит» маску доброго и чуткого человека. Для Даши он предстал щедрым меценатом, а потом и вовсе вызвался проспонсировать выставку дочери, фактически исполнив все ее заветные мечты. Девушка никогда не поверит, что это все ложь. Скорее она решит, что это ее мать снова врет, чтобы не сознаваться в том, что совершила огромную ошибку и не хочет раскаяться в содеянном. Тогда выиграет Морозов-старший. Светлана же решила выждать какое-то время, сблизиться с дочерью, а потом открыть ей правду. Она была уверена, что, наладив отношения с дочерью, та станет больше к ней прислушиваться и возможно даже поверит. А главное поймет и, возможно, больше не будет упрекать.

- Расскажи мне об Андрее. – Попросила Светлана, переводя тему. – У вас все серьезно?

- Надеюсь. – Смущенно улыбнулась Даша, вспомнив о возлюбленном. – Знаешь, я думала, что мне будет сложнее перейти этот барьер. Все-таки я всю жизнь считала его братом. Но когда я узнала, что это не так, у меня словно огромный камень с плеч свалился. Мы признались друг другу и решили больше не расставаться.

- Да, он мне нравится. Это видно, как он сильно любит тебя и всячески заботится. Я рада, что он был с тобой все это время.

- Да, вот только мы могли стать парой гораздо раньше, если бы не считали друг друга родней и не скрывали свои чувства друг к другу. – Неожиданно разозлилась Даша. Почему-то именно это рассуждение матери о том, кто на ее взгляд лучший для дочери вариант, неожиданно вывел девушку из себя, пробудив в ней злость и обиду на родительницу. Светлана, поняв, что сказала лишнее, прикусила язык, но было уже поздно. Сказанного не вернешь. – И угадай, кого мне благодарить за это мучение? – Выпалила Даша и, резко развернувшись, выбежала из оранжереи, оставив женщину одну тяжело вздыхать и корить себя за неосмотрительность.

Да, первое общение было куда приятнее. Впрочем, никто не обещал, что будет легко. Светлана знала, что ей предстоит долгий путь, чтобы наладить отношения с дочкой и реабилитироваться в ее глазах.


========== Глава 14 ==========


В следующие дни Даша решила полностью сосредоточиться на работе. Для нее так быстрее летело время до возвращения возлюбленного. С матерью она почти не общалась или перекидывалась парой фраз в гостиной за принятием пищи. Максим, чтобы сестренка совсем не «похоронила» себя в комнате за работой, после обеда вытаскивал ее на улицу. К ужину приходил Петр Алексеевич, и после Даша рисовала его портрет. Конечно, мужчина видел натянутые отношения между женой и дочерью, но его этот факт скорее устраивал, чем наоборот, поэтому он не вмешивался. Максим, думая, что так сестра решила дать время матери на «акклиматизацию» после клиники, тоже выбрал нейтральную сторону. Пока его устраивало и то, что вся его семья, наконец, в сборе.

Спустя несколько дней вернулся Андрей. Даши дома не было, так как она по традиции гуляла с братом. Друга дочери встретил Петр Алексеевич, оставшись в этот день дома. Обрадовавшись, что ему никто не будет мешать исполнить задуманное, он вышел встречать гостя.

- Как поездка? – Вежливо спросил Морозов-старший, усаживаясь с Андреем на диван в гостиной.

- Спасибо, чудесно. А где Даша?

- У них с братом послеобеденный променад. – Отмахнулся мужчина. – Андрей, я хотел с тобой серьезно поговорить.

- Да, у меня тоже к Вам разговор. Дело в том, что мои родители хотели бы познакомиться с Вами и Вашей женой, как с настоящими родителями Даши.

- Да, понимаю. – Закивал Петр Алексеевич. – Мы со Светланой готовы встретиться с ними. Я могу заказать столик в ресторане. Естественно, все растраты я беру на себя.

- Мои родители хотели бы в домашней обстановке.

- Понимаю. – Скривился мужчина. – Тогда пусть скажут, когда они могут нас принять, и мы приедем в гости.

- Петр Алексеевич, - проговорил Андрей, удивляясь недогадливости Морозова-старшего – мои родители хотели приехать к Вам в гости, чтобы и Дашей пообщаться.

- Это исключено. – Четко заявил Петр Алексеевич.

- Почему? – Недоуменно спросил шатен.

- Конечно, я очень благодарен твоим родителям, что они приютили у себя мою дочь, и я заверяю, что оплачу все их траты за эти годы, но я не считаю нужным продолжать общение моей дочери с посторонними людьми. Кстати, тебя это тоже касается.

- Что значит «меня тоже касается»? - В шоке распахнул глаза Андрей.

- Андрей, - снисходительно улыбнулся Петр Алексеевич – ты же понимаешь, что ваши с Дашей отношения невозможны. Конечно, тебе тоже спасибо, что ты, как и твои родители, заботились о моей дочери, но сейчас я считаю, что твое присутствие не обязательно. Да, ты был нужен ей первое время, когда она приняла правду о своем рождении. Скорее всего, она все-таки не конца понимала, что ты ей никто. Я постараюсь объяснить так, чтобы ты понял. – Скривился мужчина, смотря на юношу, как на «несмышленыша», не понимающего элементарных вещей. Андрей, уже поняв, что ему ненавязчиво хотят указать на дверь, со злости сжал кулаки. – Даша всю жизнь считала тебя братом, и сейчас для нее будет стрессом начать строить с тобой отношения. Она творческая личность, и при вашей близости она может чувствовать, что совершает инцест. Не стоит ее травмировать. У нее теперь новая жизнь…

- Да кто Вам дал право решать за нее, с кем ей быть и что делать? – Вспыхнул Андрей, вскакивая на ноги. – И уверяю вас, мы оба в полной мере осознаем, что не родня более. Собственно, мы всегда это знали. Чувствовали подсознательно. Вы не можете просто «вычеркнуть» из ее жизни «неугодных» Вам людей. Как Вы заметили, мои родители воспитывали ее всю ее жизнь, и они имеют право продолжать с ней общаться. А мы с Дашей любим друг друга, и Вы также не можете разлучить нас.

- Ох, Андрей, ну, конечно, могу. – Едва не рассмеялся от такого смелого заявления мужчина. – И сделаю. Я запрещаю тебе и твоим родителям даже на десять километров подходить к моей дочери. И я очень не советую игнорировать мой запрет. В противном случае вы очень пожалеете.

- И что же Вы сделаете? – Усмехнулся Андрей, не зная, что играет с огнем.

- Я очень не советую тебе узнавать, на что я способен. – Многозначительно посмотрел на него Петр Алексеевич, и от этого взгляда по спине юноши пробежали мурашки. – Надеюсь на твое благоразумие, Андрей. Уверен, что если ты действительно любишь Дашу, как говоришь, ты поймешь, что для нее лучше прекратить общение с вашей семьей. И сможешь подобрать нужные слова, чтобы объяснить ей, что вам не стоит больше встречаться.

- Знаете, теперь я понимаю, почему ваша жена отдала ее. – С ненавистью смотря на мужчину, произнес Андрей. – Вы настоящий монстр. Вы считаете, что все должны делать только то, что Вы скажете. Но если Вы еще не поняли, Даша не такой человек. Она никогда не будет делать что-то по указке.

- А я и не буду ей ничего указывать. – Невозмутимо улыбнулся Петр Алексеевич. – Я ТЕБЕ приказываю более с моей дочерью не общаться. И мне плевать, как ты ей это объяснишь. Но чтобы я более тебя возле нее не видел. Можешь тоже и передать своим родителям. Я вышлю им достаточную сумму, чтобы покрыть все их затраты за время, которое Даша провела в вашей семье. Я знаю, что твой отец ученый, и ты идешь по его стопам. Я работал с учеными и знаю, что у вас вечная проблема с финансированием.

- Вы что покупаете нас? – Еще больше разозлился Андрей.

- Я предпочитаю назвать это «деловым соглашением». – Парировал мужчина.

- Не все в жизни можно купить. Особенно любовь.

- Как с тобой сложно. – Устало вздохнул Петр Алексеевич, которого начало раздражать упрямство и непонятливость юноши. – Все можно купить. – Впился он колким взглядом в Андрея. – И любовь, и расположение, и счастье. Все. Нужно только договориться о цене. Ты еще молод, но позже до тебя дойдет эта истина. В этой жизни продается все. Итак, - как ни в чем не бывало мужчина хлопнул ладонями по своим коленям и поднялся на ноги – не буду более тебя задерживать. Тебе же еще вещи собирать. Я скажу Игорю, чтобы он тебя отвез домой. Скоро вернется Даша с Максимом. Ты соберешь вещи, попрощаешься с Дашей и исчезнешь из ее жизни. Вместе со своей семьей. А если ты посмеешь ослушаться – я очень тебе не позавидую. – Еще раз угрожающе прищурился он. – В любом случае я сделаю все, чтобы ты ее больше не увидел. Поверь, я никогда не разбрасываюсь пустыми словами. А если ты посмеешь Даше сказать, что это я против ваших отношений, то я просто сотру тебя в порошок.

Смерив победным взглядом поникшего юношу, Петр Алексеевич развернулся и поднялся наверх. А Андрей остался стоять в гостиной, сжимая кулаки от бессильной злости. Горькие слезы обиды рвались наружу. Если бы он знал, что его выгонят, он бы не забирал документы. Он так бежал сюда, мечтая сжать любимую девушку в объятиях и, пообещав, что более они не расстанутся, предложить ей стать его женой. И теперь все планы на счастливую жизнь рушились, как карточный домик. Он не знал, что сказать любимой, но был точно уверен, что Петр Алексеевич исполнит свою угрозу. И, судя по тому, что он не очень жалеет собственную семью, то страшно даже представить, что он может сделать с самим Андреем и его родителями.

Светлана, слышавшая весь разговор мужа и возлюбленного дочери, стояла в проходе на втором этаже. Когда супруг поднялся наверх, она с грустью посмотрела на него.

- Петя, неужели ты действительно сделаешь это? – С болью в голосе произнесла она, умоляюще смотря на мужчину. – Разрушишь счастье дочери? Они же так любят друг друга.

- Он ей не пара. – Жестко заявил Петр Алексеевич. – Он не сможет дать моей дочери все, в чем бы она не нуждалась. Всего лишь бедный ученый. А моя дочь заслуживает лучшего, чтобы жить в свое удовольствие и не думать, как прокормить семью. Это функция мужчины. А этот мальчик дай Бог себя сможет прокормить, не говоря уже о жене и детях.

- Петя, деньги не главное в жизни. – Горестно вздохнула Светлана, понимая, что вряд ли сможет переубедить мужа.

- Конечно, Света, ты можешь так рассуждать, именно потому, что не считаешь эти деньги. – Фыркнул мужчина. – Потому что я содержу нашу семью. Видимо, и он считает, что отхватил богатую невесту. – Добавил он, кивая вниз, имея ввиду юношу, который остался в гостиной. – Вот только я не намерен содержать еще одну семью. Раз уж он мужчина, то должен сам, ни у кого не прося и ни на что не надеясь, разбираться со всеми проблемами. И я более не намерен это обсуждать. – Властно заявил он, вскинув подбородок. – Мне лучше знать, что лучше для моей дочери. – Сказал он и направился в свой кабинет.

- Ты ей кого-то уже присмотрел, ведь так? – Посмотрела ему в спину жена.

- Возможно. – Уклончиво ответил Петр Алексеевич, но Светлана все поняла. – По крайней мере, если у моей дочери и появится ухажер, то он будет достоин ее, и он сможет дать ей все, так же понимая, что одной любовью сыт не будешь.

Женщине оставалось только вздохнуть. Морозов-старший довольно усмехнулся и скрылся за дверью своего кабинета. Вернулись Даша с Максимом, и Светлана отправилась в комнату, понимая, что сейчас возлюбленным предстоит тяжелая сцена расставания, и лучше оставить их наедине.


Комментарий к Глава 14

Ох, думала, что двигаюсь к финалу, но что-то меня потянуло на продолжение. Решила “подсунуть” главным героям новое испытание. Ох, злая я…


========== Глава 15 ==========


Даша, зайдя в гостиную, со счастливым смехом бросилась в объятия возлюбленного. Максим, коротко поздоровавшись с другом, оставил их одних, поднявшись наверх. Он, если и заметил грустный вид товарища, то не придал этому значения. Девушка была очень рада возвращению Андрея, что тоже не сразу заметила, что любимый не разделяет ее счастья. Только когда Андрей мягко отстранил ее, как-то горестно улыбнувшись, Даша почуяла неладное.

- Ты забрал документы?

- Не все так просто. – Ответил юноша, бросив быстрый взгляд наверх. Он не хотел доставлять отцу любимой такого удовольствия и решил поговорить с ней наедине. – Пойдем, прогуляемся.

- Ладно. – Не желая возражать, девушка не стала напоминать, что только что вернулась с прогулки.

Вместе с Андреем она вышла из дома и разместилась на террасе, где, будто специально для этих случаев, размещались два удобных полукруглых кресла. Андрей, не став занимать второе кресло, встал напротив возлюбленной, облокотившись бедром о перила.

- И в чем сложность? – Видя, что юноша не спешит продолжить разговор, Даша решила его «подтолкнуть».

- Мне сказали, что в таком случае мне предстоит заново отучиться эти три года.

- Погоди, неужели они не могут тебе здесь «засчитать» это время? – Удивленно округлила глаза девушка.

- Увы, либо я там доучиваюсь оставшиеся два года, либо я начинаю все заново здесь. – Пояснил Андрей, надеясь, что любимая не станет настаивать на том, чтобы он все равно остался с ней.

- Ну, начинай здесь. – Не оправдала его надежд Даша, считая, что она нашла выход из сложной ситуации.

- Я не могу. – Вздохнул юноша, опуская голову. – Не могу просто перечеркнуть эти три года и начать сначала.

- То есть ты вернулся, чтобы сказать, что снова уезжаешь еще на два года? – Стараясь не сорваться на крик, спросила Даша. – То есть для тебя твоя учеба важнее нас?

- Нет, это не так, просто… - Попытался оправдаться Андрей, но девушка грубо прервала его.

- Видимо только я тут хочу, чтобы мы были вместе. – Вспыхнула Даша, поднимаясь с кресла. – Ты решил, что лучше уехать, чем быть всегда рядом. Да, я всегда понимала, как для тебя важно получение профессии и дальнейшая работа, но я всегда верила, что я для тебя важнее. Я поняла, почему ты сбежал в другой город тогда, но я совсем не понимаю, почему ты не хочешь вернуться сейчас. Сейчас между нами не стоит родственная связь. Почему ты опять даешь задний ход, видя, что я иду навстречу? Я не понимаю. – Проговорила она, едва не плача. Андрей и сам держался из последних сил, чтобы не сказать истинную причину своего ухода. – Просто объясни мне, что изменилось? Мы до твоего отъезда мечтали, что будем вместе и больше не расстанемся. Ты обещал, что не будет проблем. И вот ты заявляешь совершенно другое.

- Я же не знал тогда, как все обернется.

- Хорошо. – Неожиданно согласилась Даша, слабо улыбнувшись. – Это же всего два года. Мне не впервой тебя ждать. Ждала три года, подожду еще два, но потом ты точно уже никуда не денешься. А если попробуешь – я тебе не позавидую. – Весело рассмеялась девушка, даже не подозревая, что повторила слова своего отца, вот только тот сказал это иным тоном.

И, решив, что она убедила любимого, крепко его обняла, нежно поцеловав в губы, и не заметила, как судорожно выдохнул Андрей, понимая, что больше не вернется. Он только надеялся, что Петр Алексеевич не выгонит его прямо сейчас и даст еще немного времени, которое он проведет с Дашей, чтобы потом вспоминать их последние дни вместе, находясь вдали от нее. А девушка, вернувшись с ним в дом, уже весело делилась с ним последними новостями. Она закончила свою первую картину-пейзаж и горела желанием скорее показать ее возлюбленному.

- Знаешь, я тут подумала, что совсем забыла о наших общих родителях. – Хихикнула Даша, лежа на своей кровати в ласковых объятиях возлюбленного. – Надо позвонить маме, а лучше приехать. Они, наверно, думают, что я совсем неблагодарная. Обрела настоящую семью, а их словно вычеркнула.

- Думаю, что родители тебя понимают. – Ответил Андрей, смотря в потолок и по привычке перебирая волосы девушки между пальцами. – Тебе нужно принять, что они тебе не родные. Как и в отношении меня. Тебе сложно, наверно, смотреть на меня другими глазами.

- Ты о чем? – Нахмурилась Даша, приподнимаясь на локтях и заглядывая в лицо юноши. – Ты думаешь, я до сих пор считаю тебя братом? Так вот почему ты опять уезжаешь. Хочешь дать мне пространство, чтобы я приняла тебя в новом для себя амплуа? Андрюш, не надо. – Улыбнулась она, нежно проводя кончиками пальцев по его щеке. – У меня словно камень с души свалился, когда я поняла, что могу не скрывать своих чувств к тебе. Уверяю тебя, я уже рассматриваю тебя, как своего любимого. Мне не нужно время и пространство, чтобы это понять и принять. Если это единственная причина, то ее уже нет. – Добавила она и, наклонившись, решила убедить Андрея в своей правоте, запечатлев на его губах поцелуй.

- Я, конечно, рад, но, как я сказал, мне все же придется уехать. – Ответил юноша, смотря на любимую с грустью и нежностью одновременно.

- Ладно, если ты заверишь меня, что не сбегаешь в очередной раз. – Хитро улыбнулась Даша.

- И как же я должен тебя заверить? – Подхватил ее игру Андрей, ласково проводя ладонью по ее плечу.

- А ты догадайся. – Прошептала девушка, снова целуя его, но на этот раз более страстно и с явным намерением зайти дальше. Андрей довольно улыбнулся и, повалив ее на спину, навис сверху, скользя рукой по ее бедру. Все-таки если это их последняя встреча, они оба имели право запомнить ее на всю жизнь.


- То есть как мы не имеем право с ней общаться?

Александр Юрьевич в праведном негодовании смотрел на сына, который пришел к родителям на ужин, мягко отговорив любимую идти с ним. Андрей хотел поговорить с родителями наедине, чтобы пересказать слова Петра Алексеевича. Точнее его угрозу.

- Даже если она наша не родная дочь, мы все равно ее воспитали, вырастили, считая ее родной, и ни разу не позволили себе даже мысли, что она нам чужая. – Продолжал мужчина. – И кто ее отец вообще такой, чтобы приказывать? Я сам пойду к нему и все выскажу. – И он уже вскочил на ноги, словно намереваясь прямо сейчас реализовать свое желание.

- Пап, я прошу тебя не делать этого. – С мольбой во взгляде попросил его Андрей.

- Она моя дочь, чтобы там не было. – Ударил костяшками пальцев, сжатыми в кулак, по столу Александр Юрьевич. – И мне плевать, кто там ее отец и что он хочет. Его не было больше двадцати лет ее жизни, и у него нет права теперь распоряжаться Леной сейчас, словно она его собственность.

- Ее зовут Даша. – Тихо поправил его Андрей, но мужчина только отмахнулся от него.

- Да хоть Ксения Блаженная. – Рявкнул он так, что Ирина и юноша, сидящие за столом, синхронно вздрогнули. Им еще не приходилось видеть главу семьи в такой ярости. Судя по всему, несмотря даже на несходство характеров и взглядов на жизнь с девушкой, Александр Юрьевич не собирался так просто «уступать» свое место отца какому-то другому мужчине. – Что сама Лена на это говорит? – Спросил он, немного успокоившись.

- Она очень хочет продолжать с вами общаться. – Охотно ответил Андрей. Он надеялся, что если отец в таком состоянии придет в дом Морозовых и при Даше скажет, кто на самом деле мешает им быть вместе, то Петр Алексеевич не сможет с этим ничего сделать. Ведь, узнав правду при всех, девушка уже с ним не захочет иметь ничего общего. – Даже хочет извиниться. Думает, что вы обиделись, решив, что она вас забыла, обретя настоящую семью.

- Мы – ее семья. – Снова стукнул по столу Александр Юрьевич. – Она родилась в их доме, но растил ее и воспитывал я. В этом доме. Я учил ее говорить, ходить, и был рядом, когда она нуждалась в отце. А теперь объявляется этот мужик и, заявив, что он ее настоящий отец, решает просто забрать у меня мою дочь. Не бывать этому. Кто он вообще такой?

- Петр Алексеевич Морозов. – Ответил Андрей.

- Кто? – Округлил глаза мужчина. – Морозов? Да, я помню его. Он спонсировал наш институт, когда я только получил докторскую ученую степень. Наипротивнейший человек. Считает, что раз он платит деньги, то все вокруг должны перед ним канкан танцевать. Надо же, как тесен мир.

- Да, он и вам предлагал перечислить кругленькую сумму. – Подливал Андрей масла в огонь ненависти отца к родителю любимой. – Так сказать, выплатить компенсацию, что вы тратились на «его дочь».

- Да, он всегда считал, что всех можно купить. – Мстительно прищурился Александр Юрьевич. – Вот только Авдеевых не купишь. Не за какие миллионы я не откажусь от дочери. Она росла в нашей семье, и дальше будет с нами.

- Пап, ты же знаешь, что он за человек. – Вздохнул Андрей.

- Да, человек он опасный, потому и мы будем умнее и не лезть напролом. – Кивнул мужчина, понимая, что в открытом бою с Морозовым-старшим ему не выйти победителем. – А ее настоящий брат? – Вспомнил он о возможном помощнике. – Этот Максим. Он вообще в курсе кто его отец?

- Думаю, что нет. – Замотал головой юноша. – И Макс совсем на него не похож. Но он скорее встанет на сторону отца, чтобы снова не потерять сестру.

- Лично я совсем не против, чтобы Лена общалась с ним. – Ответил Александр Юрьевич. – Но, думаю, что если этот Максим узнает, что мать отдала сестру из-за его отца, то его злость с матери перекинется на отца. Как в любой войне, сынок, нам нужен «крот» в стане врага. К тому же есть еще настоящая мать Лены. Она же тоже не пылает сильной любовью к мужу, раз ей пришлось отказаться от дочери, чтобы спасти ее от монстра-отца.

- Нет, пап, Петр Алексеевич тиран из тиранов. – Вздохнул Андрей. – И Светлана никогда не пойдет против него. Она боится. Думаю, что именно он и «упрятал» ее в клинику для душевнобольных, чтобы «припугнуть» и она не рассказала дочери об истинной причине отказа от нее. Светлана, скорее всего по приказу Петра Алексеевича, объяснила свой поступок тем, что сделала это под влиянием послеродовой депрессии.

- И Лена поверила? – Впервые встряла в разговор Ирина.

- Или сделала вид, чтобы не допытываться и не беспокоить «больную» мать. – Пожал плечами Андрей.

- Понятно. – Произнес Александр Юрьевич. – То есть Лена не знает правды. Что ж, если ей не говорят правды там, то ее ей скажут здесь. Мне нужно поговорить и с ней, и с Максимом. Я никогда добровольно не отдам дочь. Ни за какие деньги. Только через мой труп. Но вряд ли дочь захочет и дальше общаться с моим убийцей. Потому что именно мы ее настоящая семья. Пусть не по крови, но по духу. Сын, ты должен пригласить Лену и Максима сюда, но так, чтобы Морозов об этом не узнал. Сделаешь? Или тебя окончательно отлучили от их дома?

- Думаю, я смогу с ней поговорить, чтобы Петр Алексеевич не узнал об этом. – Проговорил Андрей. – Но, пап, я думаю, не стоит сейчас на нее выплескивать всю правду. К тому же она считает его чуть ли не благодетелем. Для нее это станет серьезным ударом. А она ранимая чуткая душа, ее это всерьез подкосит.

- Андрей прав. – Согласилась с сыном Ирина, смотря на мужа. – Нужно ее вернуть, но сделать это так, чтобы не травмировать психику ребенка. Можно встречаться с дочерью инкогнито, но преподнести ей это так, что мы просто не хотим расстраивать ее настоящих родителей. Сказать ей, что они вроде как не против, но лучше лишний раз им не напоминать, что у нее есть и другие родители. Думаю, она подхватит эту игру в «прятки». – Сказала она с улыбкой. – В детстве это была ее любимая игра. К тому же будет лучше, если она узнает правду не от нас. Если ей открыть её сейчас, без предупреждения, то она и нас возненавидит. Во-первых, она не поверит, что он чудовище, если для нее Морозов предстал щедрым и добрым благодетелем. А во-вторых она посчитает, что мы так просто злимся, что отошли для нее на второй план, когда нашлась ее родня. И это скорее отвернет ее от нас, чем наоборот. Тут надо действовать по-умному. Нужно обыграть Морозова.

- Да, ты права, Ириша. – Кивнул Александр Юрьевич. – Что ж, поиграем в «прятки». Пока. Пусть пока Морозов думает, что все идет, как он сказал. Не будем уподобляться ему, и действовать силой. Передай Лене, что мы хотим пообедать с ней завтра, но так, чтобы Морозов не знал, куда она направилась. Но Максима тоже пригласи. Я хочу познакомиться с братом моей дочери.

- Я все устрою, пап. – Улыбнулся Андрей, вновь обретя надежду, что сможет все-таки быть с любимой. Правда, родителей он пока не стал шокировать этим фактом. Как и саму Дашу хотел попросить пока не раскрывать факт их любовных отношений. Конечно, он знал, что родители вряд ли будут против, но все-таки лучше с таким заявлением повременить.


========== Глава 16 ==========


Ирина по случаю прибытия такого гостя, как родного брата дочери, приготовила вкусный и разнообразный обед. Не зная о предпочтениях Максима, она приготовила пару мясных и пару рыбных блюд. Она предполагала, что, будучи Морозовым, юноша привык ко всему лучшему и разнообразному. Ирине очень хотелось предстать перед ним на высоте. Александр Юрьевич тоже готовился к приходу гостя. Он заметно нервничал и мысленно прокручивал, как именно будет происходить знакомство. Он очень надеялся, что сын Петра Алексеевича окажется его противоположностью или хотя бы не будет так же категорично настроен по отношению к приемной семье сестры.

Ирина едва успела выставить на стол последние угощения, когда раздался звонок в дверь. Андрей, хотя и мог открыть дверь своим ключом, все же решил позвонить, чтобы возвестить родителей о приходе гостей и дать им пару минут на подготовку. Ирина и Александр Юрьевич подошли к двери и с радушными улыбками распахнули ее, впуская гостей.

- Мам, пап. – С радостным возгласом Даша с порога бросилась в объятия супругов Авдеевых. Те со счастливыми улыбками ответили ей, мысленно отмечая, что она продолжает их считать родителями. Несмотря на то, что она узнала правду, Даше еще было неловко и непривычно называть Морозовых родителями. Она по-прежнему относилась так только к Ирине и Александру Юрьевичу. – Простите, что я смогла прийти только сейчас. – Отстранившись, девушка виновато посмотрела на родителей.

- Ну, что ты, милая. – С улыбкой провела по ее волосам Ирина. – Все хорошо. Сейчас ты с нами. Мы понимаем, что тебе нужно было время. И мы с отцом очень рады, что ты не обижаешься, что мы не рассказали всей правды раньше.

- Нет-нет. Я безмерно вам благодарна, что вы приняли меня и воспитали. По сути подкидыша. А ведь не обязаны были. Я никогда не смогу отплатить вам за всю ту любовь и доброту, которой вы меня окружили. Я ни разу не почувствовала, что чужая здесь. Пап, прости, что мы так расстались. – С сожалением посмотрела Даша на мужчину. – Мне очень жаль за все те слова, что я сказала. И за то, что ушла. Конечно, я знаю, что ты желаешь всего лучшего для меня.

- Я уже забыл, доча. – Улыбнулся Александр Юрьевич, вспомнив детское обращение.

- Я вас очень люблю. – С благодарностью выдохнула Даша, снова обнимая родителей.

Андрей и Максим тактично стояли позади, не желая вмешиваться в трогательную сцену возвращения «блудной дочери». Только спустя пару мгновений девушка смогла отстраниться от родителей и представить своего родного брата. Ирина приветливо улыбнулась, а Александр Юрьевич крепко пожал его руку, сообщив, что юноше всегда рады в этом доме. Максим поблагодарил супругов, и хозяева пригласили гостей к столу.

Первое время за столом были слышны только звон приборов о посуду, а также восторженные возгласы гостей, хвалящие кулинарный талант хозяйки дома. Ирина и Александр Юрьевич изредка переглядывались, не зная, как выспросить у дочери о ее принятии правды и о ее дальнейших планах на жизнь. Конечно, их радовал тот факт, что она по-прежнему считает их своими родителями и не злится, что они утаили, что удочерили ее. Но им было страшно задать ей вопрос, боясь услышать в ответ, что они для нее все же на втором месте и она будет стремиться к настоящим родителям. Видимо, чувствуя их нерешительность, Даша решила начать разговор первой.

- Я подала документы в художественную школу. – Сообщила она, с опаской смотря на отца.

Ирина тоже посмотрела на мужа, боясь, что он разразиться возмущенной тирадой. Но Александр Юрьевич знал, что для его плана вернуть дочь в семью, ему нужно забыть о своих размолвках с девушкой и на «ура» принимать все ее решения.

- Отличная новость. – Улыбнулся он.

- Правда? – Удивленно переспросила Даша, округлив глаза. Ирина и Андрей тоже с недоверием смотрели на главу семьи, не ожидая, что он так резко пересмотрит свое решение.

- Да. – Подтвердил мужчина свои слова кивком головы. – Я тоже должен попросить у тебя прощение, Лена. Я был неправ, запрещая тебе реализовываться в своем призвании. Ты талантливая художница, и я буду рад и горд, если и другие люди разделят мое мнение.

- Спасибо, пап. – Растрогалась Даша. – Для меня это очень важно. Петр Алексеевич обещает устроить мою первую выставку, когда я напишу достаточно картин. Правда, это чудесно?

- Конечно, милая. – Ответила Ирина, отметив, как дернулась бровь на лице супруга при упоминании о Морозове-старшем. Александр Юрьевич сдерживался изо всех сил, чтобы не сказать дочери все, что думает по поводу ее настоящего отца. – И мы с отцом будем рады также сходить на эту выставку.

- О, я буду счастлива. – Просияла Даша, радостная, что родители поддержали ее. – Пока я написала только одну картину, но я работаю каждый день.

- Это точно. – Усмехнулся Максим. – Тебя от мольберта не оттащить. Если бы я тебя не вытаскивал на улицу, то ты поселилась бы в своей комнате и носа оттуда не казала.

- Просто я хочу быстрее закончить. – Парировала девушка. – Хочется скорее выставку. К тому же надо успеть за лето. Потом будет учеба, и она отнимает большую половину времени.

- Да все ты успеешь. – Весело отмахнулся Максим.

- Мне виднее. – Нахмурилась Даша.

- Хорошо-хорошо. – Не желая ссориться с сестрой из-за мелочи, Максим улыбнулся. – Как скажешь, сестренка. Отец сказал, что вы раньше работали вместе. – Перевел он взгляд на Александра Юрьевича.

- Правда? – Спросила Даша у мужчины, впервые узнав такие подробности.

Александр Юрьевич сжал зубы, мысленно ругая Максима за такую шокирующую откровенность. Он совсем не хотел, чтобы дочь знала о его знакомстве со своим настоящим отцом. Ирина тоже стушевалась, украдкой глянув на супруга.

- Не то, чтобы работали непосредственно. – Ответил мужчина. – Твой отец курировал наш институт, когда я только получил ученую докторскую степень. Насколько я знаю, он спонсировал один из проектов. Лично мне с ним не приходилось пересекаться.

- Надо же, как все обернулось. – Задумчиво протянул Максим. – И надо же было именно вам удочерить мою сестру. Интересно, моя мать случайно вас выбрала или намеренно?

- Повторюсь: лично я с твоим отцом не был знаком. Даже не встречался. Поэтому вряд ли твоя мать знала о том, что я работал в одном из институтов, проект которого спонсировал твой отец. Просто совпадение.

- Понятно. – Ответил Морозов-младший. – Простите, возможно, я был резок. На самом деле я очень благодарен вам, что вы взяли Дашу к себе. У вас уже был Андрей к тому времени. И брать на воспитание чужого ребенка было очень благородно с вашей стороны. Моя мать совершила ужасный поступок. – Сжал он кулак, вспомнив о поступке матери. – Я прошу прощения за нее. Ее поступку нет оправдания.

- Возможно, у нее были причины? – Осторожно спросила Ирина. Ее тоже долгое время мучил вопрос, почему кто-то отказался от такого чудесного младенца, которым попала к ним Даша. Только совсем недавно она смогла понять Светлану.

- Никакие причины не могут послужить оправданием для матери, которая подкинула своего ребенка, словно он ненужная вещь. – Злобно засопел Максим. – Но пусть это останется на ее совести. Я надеюсь, что Даша сможет когда-нибудь ее понять или простить. – Добавил он, посмотрев на сестру. – За нас обоих.

Девушка тяжело вздохнула и опустила голову. У нее этой надежды было мало.

- Может, чая? – Подскочила Ирина, желая поскорее закрыть опасную тему. – Максим, ты что предпочитаешь?

- Да, чай. – Кивнул юноша. – Прекрасно. Спасибо, все было прекрасно. Я рад, что у моей сестры были такие родители.

Александр Юрьевич снова дернул бровью, сдержавшись, чтобы сказать, что не только были, но и будут. Сейчас нельзя идти на прямое противостояние. Надо расположить к себе Максима, а не идти на конфликт. Ирина, кивнув, вышла из гостиной, чтобы заняться приготовлением напитка.

- Максим, а ты на кого учишься? – Спросил Александр Юрьевич, переводя тему.

- На юриста. – Ответил Морозов-младший. – Правда, отец хотел, чтобы я пошел по его стопам, но я «отвоевал» свое право.

- Это правильно. А у меня так совпало, что сын разделяет мой образ жизни.

- Да, это его минус. – Буркнула Даша.

- О чем ты? – Нахмурился мужчина.

- О том, что Андрей снова уезжает. – Вспыхнула девушка, с укором смотря на возлюбленного. Тот только вздохнул. – Еще на два года.

- Я думал, что ты забрал документы. – Удивился Александр Юрьевич.

- Ты снова уезжаешь? – Спросила вернувшаяся Ирина.

- Ему пригрозили, что в таком случае он заново будет здесь учиться эти три года. – Продолжала возмущаться Даша. Андрей еле заметно мотнул родителям головой, давая знак, чтобы они не развивали тему и не выдали его лжи. На его счастье он был понят.

- Ну, он уезжал на три года. – Миролюбиво улыбнулась Ирина. – Два пролетят почти незаметно.

- Мой отец может устроить «безболезненный» перевод документов. – Встрял Максим. – К тому же твой институт не имеет право ставить тебе такие условия. Ты можешь в любой момент поменять учебное заведение, и тебе должны «засчитать» пройденные года.

- Вот именно. – Обрадовалась Даша, а Андрею очень захотелось стукнуть Максима за то, что он лезет, куда его не просят. Но Максим предложил из лучших побуждений, зная, что сестра будет скучать по возлюбленному, расставаясь так надолго. – Я попрошу у Петра Алексеевича, он поможет.

- Не думаю, что нужно беспокоить его по таким пустякам. – Попытался отговорить любимую Андрей. – Это политика института, и мама права: время пролетит незаметно.

- Я не понимаю тебя. – Расстроилась Даша. – Ты будто сам хочешь уехать.

- Да, Андрюх, может, ты не хочешь переводиться? – Нахмурился Максим.

- О, чайник закипел. – Снова «разрядила» обстановку Ирина. Выходя из гостиной, она дала незаметный знак мужу, чтобы он пришел на помощь сыну.

- Я думаю, что мы решим этот вопрос. – Сказал Александр Юрьевич. – Андрей не сейчас собрался уезжать. Еще есть время для решения этого вопроса.

- Решение простое. – Продолжал Максим. – Твой институт обязан выдать тебе твои документы для того, чтобы ты мог продолжить обучение в другом институте. Там тебе должны выдать бумагу, что ты отучился некоторое время и можешь продолжить обучение здесь.

- Хорошо, Макс. – Выпалил Андрей, желая скорее закрыть эту тему. – Давай мы потом это обсудим, окей?

- Да без проблем. – Невозмутимо пожал плечами Морозов. – Главное: это твое желание, Андрюх. Все остальное можно легко решить.

- Вот и решим позже. – С нажимом ответил шатен.

Вернулась Ирина с подносом, на котором размещались чашки и заварной чайник. Щекотливая тема была закрыта, хотя Даша заметно поникла, думая, что возлюбленный просто ищет причину, чтобы снова уехать от нее. И она не понимала его мотивов. Она даже была готова просить своего настоящего отца и была готова даже принять его, как родного, если он поспособствует переводу Андрея в столицу. Но перед этим девушка намеревалась вызвать любимого на откровенный разговор, чтобы узнать, почему он так «упирается», когда решение найдено. Она и представить себе не могла, что причина в человеке, которого она хотела просить о помощи.


========== Глава 17 ==========


- Ну, рассказывай. – Потребовал Максим у друга.

Оставив Дашу еще немного пообщаться с родителями перед уходом, Максим вышел на улицу покурить после сытного обеда и утащил с собой Андрея «за компанию». Он догадался, что Андрей что-то недоговаривает и хотел выяснить, почему он так стремиться уехать.

- О чем ты? – Удивился шатен, смотря на Морозова.

- Ты мне тут не «заливай», что твой институт тебе документы не отдает. – Брезгливо поморщился Максим. – Забыл, что я на юриста учусь? Твой деканат не имеет право насильно удерживать тебя у себя. Так что эту глупую отмазку оставь для моей сестренки, хотя и она не очень-то и верит в твою сказку.

- А ты поменьше бы вмешивался, когда тебя не спрашивают. – Огрызнулся Андрей. – Она бы и поверила.

- Я так и знал, что ты выдумал причину. – Фыркнул Морозов. – Вот только зачем? Ты словно уже и не хочешь быть с Дашкой.

- Макс, поверь, если бы я мог…

- А ты скажи правду, может и поверю.

- Просто нам нужно время, чтобы принять себя в новом амплуа. Я боюсь, что Даша не до конца приняла правду. Не хочу, чтобы она чувствовала неловкость в общении со мной.

- Неловкость? – Переспросил Максим. – Андрюх, ты меня за идиота держишь? Я надеюсь, что ты эту фигню не порол моей сестренке, а то и она задумается, что за дурак ее избранник.

- Слушай, Макс, а почему бы тебе просто не отвалить? – Разозлился Андрей.

- А почему бы тебе просто не сказать правду? – Парировал Морозов.

- Хочешь знать? Отлично, но потом еще больше не сомневайся в моей умственной способности. Из-за отца твоего. – Наконец, выпалил шатен. – Он запретил мне даже близко к Даше подходить. Он и моим родителям запретил с ней общаться. Чуть ли не под страхом смертной казни. Эта правда тебя устроит?

- Как это запретил? – Не поверил Максим.

- Просто. – Ответил Андрей и, тяжело выдохнув, уже спокойнее продолжил: - Он сказал, что у Даши теперь новая семья и новая жизнь, и общение с прошлым для нее нежелательно. Думаешь, я просто так попросил не говорить твоему отцу, что мы идем к моим? Твой отец даже предлагал заплатить моему отцу, чтобы он отказался от прав на нее. В общем, все слова угрозы передавать не буду, но смысл я понял правильно: если я и мои родители не перестанем общаться с Дашей, то мы крупно пожалеем.

- Нет, отец не мог. – Замотал головой Морозов, не желая верить, что его родитель на такое способен. – Он же принял тебя. Даже разрешил жить с нами, пока.,.

- Пока Даша не примет его. – Оборвал его Андрей, продолжив фразу. – А вчера он мне сказал, чтобы я собирал «манатки» и валил куда подальше и не оглядывался. Макс, мне жаль, что ты узнаешь это так и от меня. И ты вправе не верить мне, но твой отец настоящее чудовище. Он считает, что Даша его собственность, и только ему виднее, с кем ей нужно общаться, а с кем нет. Твоя мать потому и отдала ее в нашу семью. В прошлом, в 90-е, он не просто курировал и спонсировал научные проекты, он был бандитом. Преступным авторитетом. На его счету десятки, если не сотни жизней. Твоя мать узнала, какой он монстр, сбежала от него и захотела избавить дочь от такого отца. Но он нашел ее и, наверно, жестоко наказал. Если твоя мать и рассказала ему, куда отдала Дашу, то он не смог ее найти, потому что мои родители переехали вскоре оттуда. А сейчас, когда он все же узнал, где Даша, он представился ей добрым и внимательным, чтобы расположить к себе, а потом аккуратно сообщить, что он настоящий отец. Просто это произошло раньше, чем он планировал, но то, что Даша поссорилась с моим отцом, даже упростило задачу твоему отцу. Он стал полной противоположностью, чтобы потом «отвернуть» ее от нас. Думаю, он хотел поссорить ее с моими родителями, чтобы Даша сама возненавидела их. Ведь мой отец категорически не хотел, чтобы Даша рисовала. Он считал, что это не принесет ей должного заработка и безбедной жизни. А вот твой отец, напротив, предстал перед ней чуть ли не джинном из бутылки, исполняющим все ее желания. Полагаю, он и твою мать сдал в «дурку», чтобы припугнуть и она не рассказала дочери всей правды. А если и расскажет, то Даша скорее подумает, что мать невменяема, чем в то, что ее отец на самом деле монстр.

- Да, я знаю, что отец властный человек. – Пробормотал Максим, пытаясь справиться с полученной информацией и самому не прописаться в бывшую палату матери. – Но то, что ты говоришь… я поверить не могу.

- Поверь, Макс, я никогда не стал бы так жестоко тебя обманывать. – Вздохнул Андрей, понимая состояние друга. – Больше всего в жизни я хочу быть с Дашей. Я люблю ее больше жизни. И я все отдам, чтобы быть с ней. Но мне не тягаться с твоим отцом. Он все равно сделает так, чтобы разлучить нас. Мне он просто предоставил выбор: насколько болезненно это будет для меня. Либо я добровольно откажусь от нее, либо он меня заставит всеми известными ему способами. И, судя по тому, что он даже собственную жену не пожалел, то со мной он точно церемониться не будет. Да и родителей жаль. Я никогда себе не прощу, если заплачу за свое счастье такую цену.

- А что говорят твои родители?

- Отец готов чуть ли не войной идти против твоего. – Усмехнулся Андрей. – Вот только мы оба понимаем, что ничем хорошим это для отца не закончится. Он это тоже понимает, поэтому и действует пока инкогнито, в тайне от твоего отца. Отец говорит, что у него план, типа он попробует вернуть Дашу, но мне в это как-то слабо верится. Твой отец скорее расправится с нами, чем снова отдаст ее. Поэтому я принял решение вернуться в свой институт, а отца попрошу смириться с «тайными» встречами и не мечтать о большем. Не знаю, сколько такие «прятки» будут длиться, пока твой отец не узнает, но я буду надеяться, что он не рискнет реализовать свои угрозы.

- А как же ты? Просто уедешь?

- Да. – Вздохнул шатен. – Пройдет два года, потом я типа останусь на аспирантуру или еще что-нибудь. Пройдет время, она забудет меня. Или твой отец кого ей присмотрит. Возможно, даже лучше, чем я. В любом случае так будет лучше.

- Я не верю, что ты так просто откажешься от нее. – Максим не мог понять, почему Андрей не сопротивляется.

- А что я могу? – Выкрикнул Андрей, запуская пятерню в свои волосы. – Украсть ее? Ага, далеко же мы убежим. Твой отец из-под земли нас достанет, и меня туда же и закопает. А потом и моих родителей рядышком. Или только их, чтобы мне больнее было. Думаешь, я смогу с таким грузом жить? Думаешь, я смогу быть счастлив с ней, зная, что моим родителям пришлось за это своими жизнями заплатить? Нет, Макс, твой отец не тот противник, с которым я могу тягаться. Лучше уехать. А еще лучше рассориться с Дашей, чтобы ей было проще меня отпустить, и она перестала задавать вопросы.

- Послушай, но должен же быть способ. Может, рассказать ей?

- Нет. – Категорически отказался Андрей. – Даже не думай.

- Да почему, Андрюх? – Воскликнул Максим, не понимая, почему друг снова отказывается.

- Во-первых, она не поверит. Я тебе уже говорил, что он для нее золотая рыбка, исполняющая ее самое сокровенное желание, и она скорее, как и ты до этого, усомнится в моей умственной способности. А во-вторых, она так только обидится, подумав, что я против ее такого «замечательного» родителя. Как ты заметил, он принял меня. И Даша просто не поймет, почему я говорю такие гадости. Посчитает неблагодарным. Ну, а в-третьих… - Здесь Андрей вздохнул, посчитав, что это, наверно, самое главное, почему он не хочет шокировать любимую, даже если так он сможет быть с ней. – Для нее эта правда станет серьезным потрясением. Она только узнала, что семья, которую она считала родной всю свою жизнь, таковой не оказалась. И сейчас узнать, что ее настоящий отец монстр, станет настоящим стрессом. А Даша… она такая ранимая… я не хочу такой ценой. Как не крути, а лучше мне просто уехать.

- Послушай, а если вы поженитесь? – Вдруг придумал Максим. – Мой отец не сможет ничего сделать.

- Да нет, он очень даже сделает. – Усмехнулся шатен. – Даже страшно представить. Он лучше родную дочь вдовой сделает, чем позволит нам быть вместе.

- Я выступлю на твоей стороне. – Заявил Морозов. – Отец не сможет вам навредить, если и я буду за тебя.

- Нет, Макс, риск слишком велик. Да и если твой отец узнает, что и ты настроен против него, то его реакцию никто не сможет предугадать. Да, ты его сын, и он любит тебя. Возможно, по-своему. Но твою мать он тоже любил, пока она не пошла против него. Нет, еще и тобой я рисковать не хочу.

- Но нельзя же просто сдаться, Андрюх. – В сердцах сжал кулаки до побелевших костяшек Максим, до этого момента даже не допуская мысли, что отец может причинить ему вред, если он попробует возразить ему.

- Я тебе уже сказал. – Горестно вздохнул Андрей. – Только уехав, я не дам твоему отцу навредить моей семье. А Даша… она забудет меня со временем, когда поймет, что я не вернусь. Так будет лучше. Да и не могу я так. Не могу я сейчас вот так, сходу сказать: Даша, выходи за меня.

- Почему не можешь?

Друзья синхронно обернулись назад и увидели Дашу, которая только вышла из дома и, судя по всему, слышала часть их разговора. Андрей мысленно ругнулся, что поздно заметил ее и очень надеялся, что услышала она только последние слова.

- Почему? – Повторила Даша, смотря на любимого. – Если боишься отказа, то его не будет. – Добавила она, подходя ближе. Мысль, что любимый, наконец, готов на такой серьезный шаг, заставляла ее губы расплываться в счастливой улыбке. – Просто не уезжай. Я попрошу отца помочь тебе с документами. Обещаю, мы будем вместе. Всегда. Я хочу быть с тобой. – Выдохнула она, с нежностью и любовью смотря на Андрея, казалось, забыв, что они не одни.

- Но я не хочу. – Ответил Андрей, стараясь, чтобы его голос не дрожал, и возлюбленная не различила его наглой лжи. Его сердце разрывалось от боли, которую он причинял этими словами и себе, и девушке. У Даши от его слов перехватило дыхание. Она в неверии смотрела в любимые карие глаза, не понимая, почему их обладатель говорит такие ужасные слова.

- Нет. – Замотала она головой, отступая на шаг. – Не правда. Ты только что о свадьбе говорил.

- Нет. Ты не так поняла. Я говорил Максу, что мои чувства к тебе остыли, словно я любил тебя, только когда ты была запретна для меня. А теперь, когда запрет снят, я чувствую, что и любовь ушла. – Все-таки на последних словах голос Андрея сорвался на хрип, и он отвел взгляд, не имея сил смотреть в почти полные слез глаза возлюбленной.

- Нет. – Едва не плакала Даша. – Макс? – Повернулась она к брату, надеясь, что он сейчас скажет, что это ложь.

Максим посмотрел на друга. Тот едва заметно кивнул, взглядом умоляя его подтвердить слова.

- Да, все так. – Ответил Морозов и, заметив сорвавшуюся слезинку с ресницы сестры, со злостью дернул головой, отводя взгляд. Сейчас он впервые сильно возненавидел отца, что он мешает двум любящим друг друга сердцам быть вместе. - Я предложил «воскресить» чувства, сочетавшись браком, - продолжал он безжалостно – но Андрюха сказал, что так будет только хуже.

- Ты… - Даша вытерла кулаком горькие слезы обиды, а ее глаза наполнились яростью, смотря на Андрея. – Я ненавижу тебя. – Выкрикнула она. Шатен дернулся от ее слов, но покорно принял ее слова, низко опустив голову и надеясь, что любимая не заметит его слез. Максим рядом сжимал зубы и кулаки в бессилии. – Ненавижу. – Продолжала выкрикивать Даша. – Я никогда не прощу тебя, слышишь? Никогда не прощу этой боли. Не хочу тебя больше видеть. Никогда. Вали в свой… и не смей возвращаться. Ненавижу.

И, сорвавшись с места, она побежала прочь. Андрей тяжело вздохнул, его губы дрожали, а глаза наполнились слезами.

- … - Выругался смачно Максим, смотря сестре вслед. – Слушай, Андрюх, я что-нибудь придумаю. – Тронул он друга за плечо, разворачивая к себе. Увидев слезы на щеках Андрея, он снова выругался. – Я с твоим отцом что-нибудь придумаю.

- Не надо ничего, Макс. – Тем не менее, с благодарностью посмотрел на товарища шатен. – Просто пообещай мне, что присмотришь за ней. Защищай ее. Даже от ее собственного отца, если потребуется. Я хочу, чтобы она была счастлива. Это все, о чем прошу.

- Еще не все потеряно, Андрюх. – Заверил его Максим, схватив друга за плечи, и легонько встряхнул, заставляя его смотреть в свои глаза. – Обещаю тебе, я придумаю, как вам быть вместе, чтобы мой отец не смог вам навредить. – Уверенно повторил он. – Ты только не теряй надежды.

- Макс, ты слышал ее. – Вздохнул Андрей, горько усмехнувшись. – Она не простит меня.

- Простит. – Возразил Морозов. – Дашка любит тебя. И когда узнает правду, поймет и простит. Вот увидишь. Я придумаю, как раскрыть ей правду так, чтобы не шокировать ее. Мой отец еще не выиграл войну. Битву, возможно, но не войну. Я обязательно придумаю, как вам быть вместе. И я еще шафером буду на вашей свадьбе. Ты только не падай духом. А я позабочусь о ней, мог даже не просить.

- Спасибо, Макс. – Поблагодарил его Андрей. – О лучшем друге я и мечтать не мог.

- Все будет хорошо. – Ответил Максим и крепко обнял товарища, по-дружески похлопав по спине. – Не отчаивайся, братишка. Я все устрою.

Андрей кивал в такт его словам, но веры, что Максим что-то сможет исправить и противостоять своему отцу, было мало. К тому же он очень переживал за товарища, боясь ответных действий Морозова-старшего. Но, может, к счастью, а может, и нет, но Андрей понимал, что друга ему не отговорить. Напоследок похлопав шатена по плечу, Максим оставил его, направившись вслед за сестрой. Андрей, судорожно вздохнув и, вытерев слезы, вернулся домой.


Комментарий к Глава 17

Ох, и тяжело же мне далась эта глава… но она была необходима для дальнейшего развития событий.


========== Глава 18 ==========


- Я хочу знать правду.

Максим влетел в комнату матери, дождавшись, когда отец уедет по делам бизнеса. Светлана полулежала на кровати и читала какую-то книгу. Едва не подскочив от неожиданности на месте, женщина удивленно посмотрела на сына.

- О чем ты? – Не поняла она.

- Отец, действительно, чудовище, что ты вынуждена была отдать Дашу чужим людям? – Уточнил Максим вопрос, подходя к кровати.

Светлана шумно выдохнула и, отложив книгу, поднялась с подушек.

- Подойди, сынок. – С улыбкой попросила она, протянув юноше руку. Когда тот взял ее за руку, она потянула его к себе, усаживая рядом. – Я не хотела, чтобы ты когда-нибудь узнал, кто на самом деле твой отец. По мне, так лучше бы так и продолжил ненавидеть и обвинять меня.

- Но почему, мам? Он заставил тебя, да? А я? Он же не насильно заставил тебя? Или заставил?

- Во-первых, я хочу, чтобы ты знал, я люблю тебя и счастлива, что ты у меня есть. Каким бы не был твой отец, я всегда надеялась, что он изменится. И каким бы он не был со мной, я рада, что он тебе был хорошим отцом.

- А я ведь всегда гордился им. – Гневно поджал губы Максим. – И Дашка сейчас считает его благодетелем, а он запретил Андрею и его родителям и близко к ней подходить. Мам, это же несправедливо. Они для нее всегда были настоящими родителями, а отец просто хочет «вычеркнуть» их из ее жизни. И Андрею пришлось уехать, потому что мой отец пригрозил ему, что в противном случае, он убьет и его и его семью. Что же делать? Они с Дашкой любят друг друга. Я едва успокоил ее вчера. Она заперлась в комнате, не ест, даже не рисует. Тенью себя стала. Я хочу помочь, чувствую, что должен рассказать, кто на самом деле разлучил ее с Андреем. Но Андрюха запретил. Говорит, что она не поверит, а если и поверит, то это ее морально подкосит. Но то, что с ней сейчас, наверно, еще хуже. Что делать, мам?

- Андрей прав. – Вздохнула Светлана. – Нельзя на нее вот так правду выплескивать. Но, тем не менее, она должна все узнать. Возможно, со временем. На нее слишком много всего свалилось. Сначала она узнала шокирующую правду своего рождения, теперь у нее отняли Андрея и других родителей. Ей нужно оправиться, а потом я попробую наладить с ней отношения. И, возможно, если она перестанет ненавидеть меня, я расскажу ей, почему на самом деле была вынуждена отдать ее. Нужно время, сынок. Оно лечит. Или помогает смириться.

- Как тебе? Как ты смирилась?

- Твой отец пригрозил мне, что если я буду выступать против него, то он никогда не даст мне увидеть ни тебя, ни Дашеньку. Он сказал, что запрет меня навечно в клинике и даже «похоронит», чтобы вы считали меня мертвой. Я была вынуждена уступить его силе, чтобы быть с вами.

- Он чудовище. – Выпалил Максим, только сейчас поняв, что жизнь его матери была сущим Адом. – Я ненавижу его. Прости, что я винил тебя. Оказывается, ты все сделала правильно. И Даша, когда узнает, простит тебя. Нужно ей рассказать. Вот только отец нашел к Даше подход. Эта выставка ее работ. Ее заветная мечта. Дашка никогда не поверит, что ее «добрый щедрый» папа на самом деле разрушил ее жизнь.

- Нужно время. – Повторила женщина, ласково улыбаясь сыну. – Я попробую сдружиться с ней. Знаешь, сынок, давай сделаем так. Скажи Марии, чтобы она приготовила бульон и пару свежих сдоб с травяным чаем. А я пойду к Даше и попробую с ней поговорить и расшевелить. Ей нельзя предаваться депрессии. Сейчас, пока мы думаем, как рассказать ей правду, ей нужно окунуться в работу, и тогда ей будет проще справиться с потрясениями, свалившиеся на нее в последнее время. Для меня «лекарство» всегда было в уходе за цветами, для нее – это рисование. Даша, как и я, творческая личность, а нам никак нельзя «уходить» в себя и предаваться унынию. Очень трудно потом выбраться оттуда. Оно засасывает.

- Да, я готов помогать. – С охотой отозвался Максим, поднимаясь с кровати. – Я спущусь вниз, и когда будет готово, принесу все в комнату.

- Отлично. Все будет хорошо, сынок. Я знаю, как для Даши важен Андрей. И его семья. Мы обязательно придумаем, как исправить все, что натворил твой отец. Пойдем.

Светлана поднялась с кровати и, приобняв сына за плечи, нежно поцеловала его в висок. Она была рада, что отношения с сыном наладились. Правда, она не хотела, чтобы его ненависть перекинулась с нее на отца, но жестокие поступки Петра Алексеевича когда-то должны были вылезти наружу и стать явью для членов его семьи. Она не знала, как и откуда Максим узнал правду, но была рада, что он стойко ее принял. Еще бы и дочерью наладить доверительные отношения.

Отправив сына вниз, Светлана подошла к двери, ведущей в комнату дочери, и постучалась. Даша либо спала, либо просто не хотела никого видеть, поэтому не ответила. Тогда женщина постучалась снова.

- Уходите. – Раздался тихий голос за дверью комнаты. В этом слове было столько боли и усталости, что сердце матери сжалось от сожаления. Светлана решила во чтобы то ни стало «достучаться» до девушки. – Я не открою. – Чуть громче сообщила Даша, когда стук повторился. – Уходите.

- Дашенька, прошу, я хочу поговорить. – Попросила женщина.

- А я не хочу. – Ответила девушка.

- Милая, нам обеим это надо. Прошу, я могу помочь.

- Мне нельзя помочь. – Убито отозвалась Даша. – Я хочу побыть одна.

- Поверь, милая, именно одна ты с этим не справишься.

- Ты мне точно не поможешь. Ты уже однажды отказалась от меня. С чего тебе помогать мне сейчас?

Светлана замолчала, тяжело вздохнув. Она поняла, что одними уговорами тут не поможешь.

- Да, ты права. – Произнесла женщина. – И мне уже не исправить то, что я сделала. Я не жду, что ты поймешь или простишь меня. По крайней мере, сейчас. Но не было и дня, чтобы я не думала о тебе и не мечтала тебя обнять. Не отталкивай меня сейчас.

Высказавшись, Светлана замолчала. Несколько мгновений за дверью было по-прежнему тихо. И вот когда женщина уже решила просить управляющего дома открыть комнату запасным ключом, дверной замок тихо щелкнул, возвещая о том, что вход открыт. Светлана улыбнулась и, потянув дверь на себя, зашла в комнату.

Расставание с любимым действительно сильно подкосило Дашу. Она осунулась, ее и без того стройная фигура стала еще худее. А ее глаза, когда-то горящие полной жизнью, сейчас потускнели, а под ними появились мешки. Бессонная ночь, проведенная в слезах, наложила отпечаток на некогда румяное лицо девушки. Светлана, увидев состояние дочери, едва сдержала вскрик ужаса.

Даша как-то криво улыбнулась матери и легла на кровать, свернувшись клубком. Видимо, так она и провела все последнее время. Светлана поняла, что дочь нужно спасать, иначе она похоронит себя в горе.

- Милая, это не выход. – Сказала она, присаживаясь на краешек кровати и обеспокоенно смотря в лицо девушки. – Я понимаю, что тебе больно, но это надо пережить.

- Я просто не понимаю. – Хрипло отозвалась Даша, смотря куда-то перед собой невидящим взглядом. – Он же говорил совсем другое. И когда мы были близки, я чувствовала, что все правда. Я не могу поверить, что все это ложь. А может он испугался? Только чего? Он же знает, как я люблю его. Знает, что самое главное для меня – быть с ним. Почему он так жестоко поступил? И как я могла поверить? А что самое горькое, так это то, что я все еще пытаюсь оправдать его. Но чем больше я пытаюсь понять его поступок, тем мне больнее. Когда он уехал в первый раз, я знала, что он вернется, и так мне было легко его ждать, но сейчас я точно знаю, что больше его не увижу. И мне очень больно, понимаешь, мам?

Это обращение вырвалось у Даши само собой. Наверно, она и сама не заметила, как впервые назвала женщину «мамой». Но для Светланы это была победа. Счастливо улыбнувшись, она наклонилась к дочери и нежно провела ладонью по волосам. От этого прикосновения девушка дернулась и перевела взгляд на мать. Светлана уже более уверенно улыбнулась, смотря на дочь с огромной нежностью и любовью. Даша рывком села на кровать и, крепко обняв мать, в голос заплакала на ее плече. Женщина нежно обняла ее, что-то вполголоса шепча и гладя по спине.

Такими их и застал Максим, принеся на подносе чашку дымящего чая и двумя сдобными плюшками на тарелочке. С грустью глянув на плачущую сестру, он тяжело вздохнул и, поставив поднос на тумбочку у кровати, решил оставить их. Он надеялся, что это станет первым шагом, чтобы отношения между матерью и сестрой, наконец, наладились.

Почему-то именно возможность выплакаться на родном плече способствует быстрому успокоению. Глотая слезы и лежа на своей кровати в одиночестве, Даша никак не могла успокоиться. Но именно после того, как она выплеснула эмоции, омывая плечо матери горькими слезами, помогло ей вырваться из замкнутого круга само копания, когда она начинала винить себя, что Андрей потерял к ней интерес. Светлана была и рада этой минутке их единения, потому не торопила ее, давая выплакаться. Только когда всхлипы дочери стали доноситься все тише и тише, она крепко прижала к себе девушку и поцеловала в макушку.

- Он вернется. – Проговорила Светлана, прижавшись щекой к голове дочери. – И ты это знаешь в глубине души. Сейчас ему просто нужно уехать, и он ошибочно подумал, что так тебе будет легче его отпустить. Но не верь всему, что он говорил. Это все ложь. Он любит тебя.

- Откуда ты знаешь? – Снова всхлипнула Даша, и не думая отстраняться. Ей было так уютно и комфортно в нежных и крепких объятиях матери, что она хотела бы так провести остаток жизни. – Он и раньше уезжал в институт, но тогда он не говорил этих страшных слов. Почему же он сейчас хочет оттолкнуть меня?

- Со временем он скажет, почему так поступил. Уверена, что ему также больно, как и тебе сейчас. И я точно знаю, что еще не все потеряно. Ты только не унывай и не позволяй горю утянуть себя в бездну. И, конечно, тебе нельзя быть одной и отказываться от жизни, которая бурлит вокруг тебя. У тебя есть я, Максим, твои приемные родители. Мы все любим тебя и хотим, чтобы ты была счастлива. Чтобы Андрей не говорил тебе, ты должна знать одно: слова могут врать, но глаза и сердце никогда не обманывают. У вас все будет хорошо.

- Почему ты так уверена? – Отстранилась Даша, чтобы заглянуть в глаза матери.

- Просто знаю. – Улыбнулась Светлана, вытерев подушечками пальцев следы дорожек слез на ее щеках. – И ты знаешь. Здесь. – Опустила она руку и положила ладонь на грудь девушки, где билось сердце. – Чувствуешь. Просто не теряй надежды и не унывай. Все у вас будет хорошо.

- Спасибо. – Слабо улыбнулась Даша, но в этот раз у нее получилось лучше. – Ты оказалась права: ты действительно смогла мне помочь.

- Я рада, милая. А теперь тебе нужно привести себя в порядок. Прими освежающий душ, причешись, выпьешь чая с вкусной выпечкой, а потом ты возьмешься за кисть. И за работой ты поймешь, что все на самом деле ярче, чем тебе кажется.

- Да, ты права. – Закивала девушка, свешивая ноги с кровати. – Я не могу просто лежать и плакать дни напролет. У меня выставка впереди. Мне работать надо. А эти два года… пусть он учится, у меня будет занятие, с помощью которого для меня это время пролетит незаметно, а потом я поговорю с ним. Если надо, я к нему поеду и вытрясу из него всю правду. Я не верю, что его чувства исчезли в одну минуту. Этого не может быть. Ведь не может? – С надеждой посмотрела она на мать.

- Конечно, милая. – С улыбкой подтвердила Светлана.

- Я тогда в душ. Ты подождешь меня?

- Конечно, родная. Иди. Я буду здесь.

Даша просияла и, вскочив на ноги, умчалась в ванную комнату. Светлана проводила ее взглядом и облегченно выдохнула. Да, начало положено. В их отношениях наметилось явное улучшение.


========== Глава 19 ==========


Полностью сосредоточившись на предстоящей выставке и началом учебы в художественной школе, Даша с головой окунулась в работу. Все свободное время она практически не отходила от мольберта. Максим, хоть и был рад, что сестра воспряла духом и перестала грустить по поводу расставания с возлюбленным, все же вытаскивал ее на прогулку, а если была плохая погода, то он приходил к ней, и они общались. В один из таких вечеров Даша взяла палитру и, приказав брату не двигаться, решила запечатлеть и его портрет. Даже несмотря на то, что ему пришлось сидеть без движения ни по одному часу, Максим был рад и так проводить с сестрой побольше времени. Втайне от нее он созванивался и переписывался с Андреем, рассказывая тому, как у девушки дела. А еще Максим передал ему слова матери, что со временем, когда Даша будет готова узнать правду, они ей ее расскажут, и тогда Андрей сможет спокойно вернуться и быть с любимой, не боясь, что Петр Алексеевич накажет его за ослушание.

Отношения с матерью тоже пошла на лад. Иногда девушка сама приходила к Светлане, и они подолгу общались, восполняя упущенное когда-то время. Злость и обида постепенно уходили из Дашиного сердца, и она чувствовала, что проникается нежными чувствами к своей настоящей матери. Но больше всего им обеим нравилось проводить время в оранжерее у дома. Светлана рассказывала о каждом цветке и показывала, как за ним ухаживать, а Даша с удовольствием разделила с матерью ее увлечение.

Про приемных родителей она тоже не забывала. Ирина и Александр Юрьевич пару раз в неделю приглашали ее и Максима к себе на обед, естественно тайно, чтобы Морозов-старший не знал об этих встречах. Впрочем, Петр Алексеевич уже был доволен, что избранник дочери исчез с поля зрения, а Даша с Максимом уходили к чете Авдеевых в обед, когда мужчина был на работе. Даша, не зная об истинной причине таких тайных встреч, тем не менее, приняла эту игру в «прятки». Ей были нужны эти встречи с родителями, а как они проходят, для нее было не важно. Девушке только показалось странным, что эти встречи проводились втайне от ее отца, хотя Светлана с удовольствием общалась с Ириной и Александром Юрьевичем и даже пару раз приходила к ним в гости вместе со своими детьми.

Так пролетели летние дни. Несколько картин было готово, но этого все равно было недостаточно, чтобы готовиться к выставке. В первый учебный день Даша волновалась, словно отправлялась в первый класс. Художественная школа оказалась просторным светлым зданием с парой десятков просторных классов. Правда, помещения, где занимались ученики, были настолько просторны, что, казалось, там можно танцевать между рабочими местами учеников. Помимо классов рисования, здесь также учились будущие скульпторы. Произведения лучших учеников размещались внутри здания, украшая скульптурами и картинами стены коридоров, чтобы служить примером для будущих мастеров. Познакомившись со своим классом, Даша быстро обрела новых подруг: Викторию и Лизу. Естественно, представители противоположного пола тоже пытались наладить близкие отношения с Дашей, но девушка вежливо отказывала им, говоря, что не может им предложить ничего больше дружбы. Впрочем, это не отбило желания у ухажеров. Наоборот, они решили, что именно через дружбу с Дашей и смогут добиться ее расположения, чтобы потом склонить ее к романтическим отношениям. Они не знали, что девушка давно отдала свое сердце другому юноше и не оставляла надежд, что однажды они будут снова вместе. Она бережно хранила в памяти каждую минуту, проведенную с любимым, и все больше убеждалась, что именно словами он врал, а не действиями. Оставалось только дождаться окончания его учебы, чтобы попробовать снова его вернуть.

Все свободное время у Даши уходило на учебу, да и дождливые осенние дни не способствовали частым прогулкам, поэтому по вечерам, иногда вплоть до поздней ночи, девушка работала над пополнением коллекции для предоставления работ для выставки. Петр Алексеевич ее не торопил, хотя и начал искать для этого мероприятия просторного помещение и даже готовить список приглашенных. Даша не знала, что в этом списке были в основном знакомые и бизнес-партнеры мужчины, намеревающиеся прийти на выставку девушки со своими сыновьями и племянниками. Морозов-старший решил, что настало время найти для дочери достойного избранника среди своего круга общения. Ведь именно для этого он и отправил Андрея подальше от дочери.

И вот весной следующего года была назначена дата сего долгожданного мероприятия. Петр Алексеевич решил взять дочь с собой, чтобы она воочию оценила помещение, где будет проходить ее выставка. Даша, конечно, с удовольствием согласилась. Для такого мероприятия мужчина даже снял огромный зал в одном из музеев. Он вообще старался потакать всем ее желаниям, что Даша к зиме и празднованию нового года стала называть его отцом к великой радости последнего. Она и сама все больше склонялась к тому, что именно он и стал для нее тем отцом, о котором она всегда мечтала. Для нее Петр Алексеевич, так неожиданно, а главное вовремя, появившийся в ее жизни и с легкостью решавший все проблемы, стал настоящим кумиром. Нет, приемных родителей она по-прежнему любила и благодарила за все, что они ей дали, но именно Морозов-старший стал для нее ближе всех. Конечно, Светлана, с которой Даша сблизилась в последнее время, тоже признавалась ею, как мать, но все же именно с отцом и своим благодетелем Даша стремилась сблизиться. И, естественно, мужчина отвечал ей взаимностью. Среди своего круга Морозов-старший всем хвастался своей талантливой «девочкой».

Помещение Даше очень понравилось, также Петр Алексеевич нанял официантов и поваров, которые должны будут обслуживать высокопоставленных гостей, что прибудут на мероприятие. Чтобы не вступать в ненужный конфликт с дочерью, мужчина даже пригласил приемную семью девушки, хотя и намеревался им потом намекнуть, что это единственный широкий жест. Накануне мероприятия Даша очень волновалась, долго выбирая самое красивое платье, а приглашенный отцом стилист «колдовал» над волосами девушки и накладывал вечерний макияж.

И вот настал долгожданный вечер. Вся семья Морозовых прибыла на место проведения мероприятия загодя, готовые встречать гостей. А их было очень много. И каждому Даша должна была уделить внимания и сказать несколько слов. Для ее речи было организовано сооружение с микрофоном на длинной ножке. Петр Алексеевич был счастлив и горд, приветливо со всеми здороваясь и представляя своих друзей и знакомых дочери. Особенно он надеялся, что девушка уже забыла своего бывшего избранника и готова к новым знакомствам с отпрысками своих знакомых. Собственно, сами отпрыски тоже были не прочь поухаживать за богатой наследницей. Вот только как бы они не старались показать ей свою симпатию, Даша отвечала на их комплименты вежливыми полуулыбками, не давая им пустых надежд. Впрочем, желая угодить отцу и не испортить праздник, она никому не отказывала, решив потом, наедине с надоедливым ухажером, объяснить, что их дальнейшие отношения беспочвенны.

А пока она прохаживалась под руку с Петром Алексеевичем по огромному залу и, задерживаясь у того или иного своего произведения искусства, она перебрасывалась несколькими фразами с гостями, чувствуя себя самой счастливой на свете. Всем ее картины нравились, и она получала только восторженные вздохи и комплименты своему таланту. Правда, она надеялась, что Андрей не пропустит такое главное событие в ее жизни, ведь оно было даже упомянуто в прессе, да и приглашение было на всю семью Авдеевых, но любимый не пришел. Она злилась и обижалась, не зная, что возлюбленный не мог приехать, чтобы не навлечь гнев родителя избранницы. Естественно, Андрей знал о таком важном для девушки мероприятии, и втайне ото всех Максим вел прямую мобильную трансляцию для друга, зная, как для того важно хоть так быть с любимой.

Естественно, эта выставка была организована ни сколько для показов, сколько для того, чтобы «раздать» картины щедрым меценатам, желающих пополнить свои коллекции. Впрочем, тут Даша предоставила вести переговоры отцу, который и без того нахваливал все картины дочери, и как в следствии, гости с удовольствием раскрывали свои кошельки и активно выписывали чеки, забирая к себе то или иное произведение. Девушка внутренне ликовала, смотря на отца, как никогда счастливыми глазами. До встречи с мужчиной она и подумать не могла, что такое возможно. Теперь же ее «сказка» становилась былью, а авторитет и любовь к родителю росли в ней в геометрической прогрессии. Она даже отвечала на ухаживания и ответно флиртовала с потенциальными – правда она об этом не знала – женихами, чтобы не расстраивать Петра Алексеевича, который так и норовил ей «подсунуть» очередного воздыхателя. К радости и удивлению Даши к концу выставки были проданы почти все ее картины. Она была так счастлива результатами мероприятия, что ни разу не почувствовала усталости. Только проводив всех гостей, а также обслуживающий персонал, она села в машину, где разместилась вся ее семья, и только тогда почувствовала, как благодарно отозвались гудением ее ноги. Все-таки несколько часов, проведенные на высоких каблуках, напомнили о себе. Но даже эта небольшая неприятность не уменьшили возвышенного настроения Даши. Петр Алексеевич смотрел на дочь с гордостью, довольный, что исполнил ее сокровенную мечту, что сделало его в ее глазах еще значимее. Теперь, когда девушка откликалась на все его слова и была готова ради него на все, мужчина решил, что пора устраивать судьбу дочери, но, конечно, так, как ему виделось. Он был уверен, что девушка с радостью последует всем его «советам». Как он считал, все «нежелательные» связи он нейтрализовал, и теперь, когда Даша «обжилась» в своем новом амплуа его дочери со всеми вытекающими отсюда возможностями, он собирался «показать» ей свой мир. Петр Алексеевич надеялся, что сейчас, обзаведясь после выставки контактами с потенциальными ухажерами, девушка будет ходить на свидания, и вскоре сообщит радостному родителю имя своего избранника. Да, свидания, действительно, последовали, вот только дальше них Даша не заходила. Она твердо решила на каникулы съездить к возлюбленному, чтобы там, наедине, где их разговору никто не сможет помешать, выяснить, что же между ними. Она не хотела ни с кем заводить отношений, пока не расставит все точки над «i» с Андреем. Между ними осталась какая-то недосказанность, и она намеревалась ее разрешить. Несмотря на последние обидные слова возлюбленного, она верила, что он сказал неправду. В любом случае она, как никогда, ждала этих каникул. И, словно чувствуя, что эту поездку нужно сохранить в тайне, она никому не рассказывала о своей задумке.


========== Глава 20 ==========


С блеском окончив первый курс в художественной школе, Даша стала собираться в гости к возлюбленному. Конечно, Петр Алексеевич планировал летние каникулы в кругу семьи, намереваясь отправиться в дальние страны, поэтому девушке надо было успеть до этого времени вернуться обратно. Она не могла просто исчезнуть на несколько дней, зная, что отец потребует объяснений ее отсутствия, поэтому она обратилась к брату, зная, что он всегда ее поддержит и «прикроет».

- Ты поедешь со мной. – Заявила она Максиму, когда пересказала свое желание. – А папе скажем, что твои друзья пригласили к себе куда-нибудь на свою дачу или еще куда, и ты захотел взять меня с собой за компанию. В общем, на твое усмотрение, я все подтвержу.

- Хорошо. – На удивление быстро согласился брат, внутренне ликуя, что девушка не сдалась и хочет вернуть любимого, а не с радостью открыться для новых отношений, которые ей навязывает родитель.

- Правда? – Обескураженно переспросила Даша. Она думала, что придется уговаривать брата, чтобы тот побыл ее «алиби», и она уже приготовила убедительную речь, а тут сходу положительный ответ.

- Да, конечно. – Улыбнулся Максим, согласно кивая. – Отец не всех моих друзей знает. Я надеюсь. Поэтому я легко сошлюсь на какого-то знакомого Васю, который нас «пригласил» на шашлыки.

- Здорово. – Просияла девушка. – Тогда я куплю билеты, и мы можем собираться. – И, благодарно чмокнув брата в щеку, она покинула его комнату.

Петр Алексеевич, конечно, удивился, когда Даша и Максим сообщили об отъезде, но возражать не стал. Особенно, когда сын сообщил, что там будут его друзья и знакомые, а они являются детьми знакомых и партнеров мужчины по бизнесу. Решив, что дочь может, наконец, определится с выбором избранника, Морозов-старший «благословил» своих детей на поездку. Естественно, если бы он решил «проверить» легенду, то он бы был неприятно удивлен, что никакой поездки «на шашлыки» на дачу некоего Василия нет и в помине, но Петр Алексеевич поверил своим детям, не допуская и мысли, что Даша еще хранит в себе чувства к Андрею. Максим не стал сообщать другу о неожиданных гостях, решив не портить сестре сюрприз.

Весь полет в самолете девушка нервничала, готовя речь, которая могла заставить любимого передумать и все-таки перебраться к ней поближе, когда окончится последний год обучения в его университете. Максим, понимая ее состояние, старался не отвлекать ее пустыми разговорами. Приземлившись и проведя все необходимые манипуляции в аэропорту, молодые люди сели в такси и направились по указанному Дашей адресу. Она надеялась, что с его прошлого отъезда Андрей не поменял место проживания.

Высадив девушку у нужного дома, Максим отправился в отель, где были зарезервированы номера. Поднявшись на нужный этаж, Даша нашла дверь с необходимым номером квартиры и нажала пальцем на дверной звонок, надеясь, что любимый дома. И, действительно, дверь распахнулась, являя девушке Андрея.

- Даша? – Удивлению шатена не было предела. Он и представить себе не мог, что после всего, что он ей наговорил, возлюбленная захочет его видеть. Сейчас он не знал, чего в нем больше: радости от встречи или страха, в курсе ли ее отец, куда отправилась девушка.

- Привет. – Пролепетала Даша, в одно мгновение, забыв всю свою тщательно заготовленную речь.

- Как ты здесь?

- Пустишь?

- Проходи. – Андрей шире открыл дверь и отошел вглубь коридора, впуская девушку в свое жилище. – А ты одна здесь? Твой отец знает, где ты?

- А какое это имеет значение? – Удивилась девушка, быстро осмотрев квартиру любимого. Скромная однокомнатная квартира с небольшой кухней. Впрочем, одинокому юноше и не нужно много пространства.

- Просто спросил. – Уклончиво ответил Андрей, мысленно надеясь, что Петр Алексеевич не в курсе, где его дочь. – Хочешь чай? Или что-нибудь еще?

- Я хочу знать правду, Андрей. – Сходу выложила цель своего приезда Даша, прямо смотря в глаза возлюбленного. – Я знаю, что тогда, у дома, ты все врал. Я хочу знать, зачем?

- С чего ты решила, что я врал? – Тяжело вздохнул Андрей.

- Я просто знаю. Я чувствую. Если бы тогда было правдой, то сейчас ты не радовался бы моему приходу. Просто скажи, почему ты все время бежишь от меня, словно я больна чумой? Чего ты боишься, Андрюш?

- Ты зря приехала. – Ответил шатен и, обогнув девушку, направился на кухню.

Ему ничего не хотелось, просто необходимо было чем-то заняться, чтобы не сорваться и, не плюнув на все, сжать возлюбленную в крепких объятиях и никуда больше не отпускать. Он надеялся, что Даша обидится на его холодный тон и, развернувшись, уйдет, забыв, наконец, о нем. Но он не знал, что девушка слишком долго готовилась к этому разговору и так просто сдаваться не хотела.

- Сначала ты мне скажешь правду, глядя в глаза, а потом я решу, зря или нет. – Грозно и уверенно заявила Даша, зайдя за ним на кухню. – В любом случае, я не уйду до этого момента.

- Тебе дословно повторить мои слова или пойдет краткий пересказ? – Вздохнул Андрей, стоя у обеденного стола спиной к возлюбленной.

- Как хочешь, но, повторюсь, имей смелость сказать мне все это в глаза. – Скрестив руки на груди, девушка воинственным взглядом буравила макушку юноши.

Именно этого Андрей и не мог исполнить, потому что знал, что любимым глазам он врать не сможет. И правду сказать не мог. Со злостью вцепившись в края стола, он опустил голову, пытаясь убедить себя, что эта ложь во благо.

- Я так и знала. – По-своему расценила его молчание Даша, радуясь, что ее догадка оказалась верной. – Ты любишь меня, и никуда твои чувства не исчезли. Почему? Почему ты соврал мне?

- Из-за твоего отца. – Поняв, что дальше нет смысла врать, да и любимая уже не поверит, Андрей вздохнул и повернулся к девушке лицом.

- Из-за… отца? – Запнулась Даша, явно не ожидая такого ответа. – Я не понимаю.

- Твой отец запретил с тобой видеться. Я очень хотел скрыть от тебя правду, но ты просто не понимаешь намеков. Твой отец, Даш, не такой замечательный, каким ты его видишь. Петр Алексеевич Морозов – волк в овечьей шкуре.

- Имей смелость признаться, что ты просто испугался ответственности, чем винить во всем моего отца. – Выкрикнула Даша, в гневе поджав губы.

- Да, я знаю, что ты мне не поверишь, поэтому было проще придумать, что я просто охладел к тебе. – Снова вздохнул Андрей, предугадав такую реакцию. – Почему бы тебе не принять эту «удобную» правду и просто не забыть меня? Так же проще, правда? – Горько усмехнулся он. – Тебе же проще меня обвинять. Ну, так давай. Накричи, залепи пощечину и исчезни. – Выкрикнул он и, развернувшись спиной, до побелевших костяшек сжал края стола.

Он ожидал, что любимая внемлет его просьбе, и вот-вот раздастся хлопок входной двери, возвещающий его, что девушка ушла навсегда. Но хлопка не было. Пораженная откровением возлюбленного, Даша медленно опустилась на ближайший стул, смотря себе под ноги. Она не могла поверить, почему Андрей говорит такие страшные вещи об ее отце, ведь для нее он идеальный во всех смыслах. Понимая, что хлопка не последует, а тишина длится очень долго, шатен повернулся, чтобы посмотреть, как отреагировала девушка на его слова. Увидев ее потерянный и потрясенный вид, он мысленно выругался. Ведь именно этой реакции он и боялся, по-своему защищая любимую от правды.

- Я бы предпочел, чтобы ты никогда не увидела истинное лицо своего отца. – Прошептал он, с болью смотря на Дашу. – И я был готов вдохновенно врать, лишь бы ты считала плохим меня. Ты не представляешь, как мне было тяжело говорить тебе те слова и видеть твои слезы. Но я не мог сказать тебе правды. Она слишком тяжела для тебя. Продолжай считать меня злодеем и забудь обо мне. Так надо.

- Кому надо? – Пробормотала Даша, поднимая на любимого глаза, полные слез. – Почему ты говоришь про отца такие страшные вещи? Он же принял тебя. Даже настоял, чтобы ты жил с нами. Он все для меня делает. Школа, выставка, которую ты, кстати, проигнорировал. Он все делает, чтобы я была счастлива. А сейчас ты оправдываешь свою трусость, поливая грязью невиновного человека. Это подло, Андрей.

- Конечно, делает. – Усмехнулся Андрей. – И ухажеров тебе по доброте душевной подсовывает, правда? Чтобы ты скорее меня забыла. И я видел твою выставку. И я хотел бы быть там, но твой «замечательный» отец запретил мне и близко к тебе подходить. Он и родителям запретил с тобой общаться. Или, думаешь, они в шутку с тобой тайком встречаются, чтобы твой отец не узнал? Нет, Даша, твой отец мне недвусмысленно намекнул, что лучше бы мне исчезнуть с глаз твоих, если я не хочу расправы. Я забрал тогда эти чертовы документы. – Не выдержав, выкрикнул он. – Хотел вернуться к тебе, сказать, как сильно люблю и хочу связать с тобой свою жизнь. У меня были такие планы. Когда я вернулся, тебя не было, зато был твой отец. Я могу тебе слово в слово пересказать все, что он мне сказал, потому что его слова были моим приговором. Моему счастью с тобой. Твой отец пригрозил мне чуть ли не расправой с моими родителями, если я продолжу с тобой встречаться. Мне больно говорить тебе, Даша, но твоя мать отдала тебя не из-за этой выдуманной послеродовой депрессии, а потому что Петр Алексеевич Морозов в 90-е, как тогда было принято, был одним из влиятельных бандитов. Она узнала его истинное лицо и, испугавшись монстра, которого полюбила и от которого родила ребенка, хотела защитить тебя от такого родителя. Ей пришлось отказаться от тебя, хотя мне страшно даже представить, как тяжело ей далось такое решение, но она знала, что тебе будет где угодно хорошо, только не в родной семье. Твоя мать сбежала от него, но он все равно ее нашел. Правда, уже без тебя. Мне даже страшно представить, как твой отец мог наказать ее. Знаю только, что именно он и «упрятал» ее в психушку в воспитательных целях. И, боюсь, это далеко не полный список «заслуг» твоего отца…

- Замолчи. – Выкрикнула Даша и, вскочив с места, залепила-таки такую «желаемую» пощечину любимому. Не ожидая подобного исполнения желания, Андрей не удержался и отлетел в сторону от разъяренной девушки, и только наличие рядом подоконника уберегло его от падения на пол. Впрочем, не успей он уцепиться пальцами об этот подоконник, он бы приложился об него головой. Удивленно смотря на девушку, он прижимал ладонь к горящей огнем щеке, осознавая, что избежал глупой смерти. Если бы он не был так потрясен, он бы посмеялся такому стечению обстоятельств. Угрожал отец, а расправилась дочь. – Ты все врешь. – Глотала горькие слезы Даша, даже не заметив в пылу, что едва не натворила. – Папа не такой. Ты все врешь. Опять. Я не верю. Почему ты все время врешь? – Простонала она, едва держась на ногах.

- Милая, ведь именно сейчас ты знаешь, что я говорю правду. – Вздохнул Андрей. – Я понимаю, как тебе больно. Именно потому я и придумал эту «удобную» ложь, надеясь, что ты обидишься на меня и вычеркнешь меня, как хотел твой отец. Но ты же упрямая. – С нежностью в голосе добавил он, подходя ближе. – Почувствовала, что я не был честен с тобой, и приехала. Но умоляю, скажи, твой отец знает, где ты?

- Нет. – Замотала Даша головой, хлюпая носом. – Я приехала с Максом. Для отца у нас легенда, что мы поехали к его другу на дачу по шашлыки.

- Твой отец может проверить вашу легенду.

- Поклянись, что ты сейчас сказал правду. – Потребовала девушка, вскидывая голову и смотря в глаза любимого.

- Я просто не могу врать этим глазам. – Улыбнулся Андрей и, обхватив ладонями лицо возлюбленной, нежно поцеловал ее в губы. – Поверь, любимая, я бы никогда по собственной воле не оставил тебя. – Прошептал он, целуя ее мокрые от слез щеки и глаза. – Я клянусь, что подчинился обстоятельствам. Твой отец не позволит нам быть вместе.

- Но почему? – Выдохнула Даша, наслаждаясь такой забытой лаской. – Он же желает мне только счастья. Я не могу поверить, что это он нам мешает. Может, я поговорю с ним? Я скажу, что хочу быть с тобой. Что только с тобой я счастлива.

- Тогда он реализует свои угрозы. – Возразил Андрей, прижимая к себе девушку и крепко обнимая ее за плечи. – Нет, любимая, твой отец не тот человек, что просто так разбрасывается угрозами. Тем более такими серьезными. Папа, когда я ему передал угрозы Морозова, сначала хотел идти отвоевывать право продолжать с тобой общаться, но, узнав, кто на самом деле твой отец, сразу передумал. Даже он понимает, что нельзя игнорировать слова Петра Алексеевича.

- Тогда мы уедем. – Уверенно заявила девушка.

- Далеко не уедем. – Усмехнулся шатен. – Твой отец нас найдет. И с родителями расправится в наказание. Послушай, я много думал об этом, и нет другого выхода, кроме как принять…

- Нет. – Гневно прищурив глаза, возразила Даша. – Если ты не хочешь бороться, то я буду. Уверена, что если обнаружится компромат на все преступления отца в прошлом или в настоящем, то мы сможем играть с ним на равных. И я уверена, что так мы отвоюем свое право быть вместе.

- Если такой компромат и существует, то твой отец его охраняет, как кощей иглу. К тому же думаю, что он уже все давно уничтожил и «подчистил» концы.

- Чисто никто не работает. Всегда что-то где-то да вылезет. И если ты любишь меня, ты будешь бороться вместе со мной за нас. А если ты смирился, то заставить я тебя не могу.

- Хорошо, любимая, я готов рискнуть. Хотя и не знаю, с чего начать и что делать.

- Да, я тоже не знаю. – Вздохнула Даша. – Но, думаю, что Макс должен что-то придумать. Он же юрист, лучше разбирается во всех этих законах, юридических тонкостях и прочем. Уверена, что он найдет, за что ухватиться, а мы просто поможем.

- Хорошо, ты права. Давай вы с Максом завтра ко мне придете, и мы все обговорим. Сейчас тебе нужно немного прийти в себя. Я провожу тебя. Где вы остановились?

- Нет, я в норме. – Проговорила девушка, хотя по ее виду было понятно обратное.

- Нет, не в норме. – Возразил Андрей. – А, знаешь, лучше останься и отдохни у меня. Поспишь немного, мысли в порядок приведешь. Сейчас ты в шоке от того, что узнала. Тебе нужно это принять. Я схожу в магазин за продуктами, а то у меня в холодильнике пусто, у меня гостей не бывает и готовить мне не для кого, но для тебя совершу подвиг и приготовлю обед или поздний ужин, в зависимости от того, когда ты проснешься. А на счет Макса не волнуйся, я позвоню ему, все расскажу и приглашу на завтра.

- Спасибо. – Улыбнулась Даша, нежно проводя ладонью по красной и уже опухшей щеке возлюбленного. – Но с таким лицом тебя в магазине испугаются. Прости, я себя не контролировала.

- Ой, глупости, милая. – Весело отмахнулся шатен. – Не болит вовсе.

- Опять врешь. – Тяжело вздохнула девушка. – Пожалуйста, не надо больше лжи. Умоляю, даже в таких мелочах. У меня на нее скоро аллергия появится. Лед у тебя есть?

- Этого навалом. – Ответил Андрей, махнув рукой в сторону холодильника.

- Воспользуемся доставкой еды. – Сказала Даша, открывая крышку холодильника. Обнаружив внутри морозильной камеры контейнер со льдом, она слегка обмотала его в полотенце и приложила к поврежденной щеке любимого. – Тебе понравилось?

- Что? – Не понял Андрей, ощущая приятную прохладу на пылающей огнем щеке.

- Выставка. – Пояснила девушка.

- Я всегда знал, что ты талантливая художница. И ты была такая красивая и счастливая, что и я радовался вместе с тобой. Я бы очень хотел быть тогда с тобой, но я не мог рисковать. Поэтому Макс снимал мероприятия для меня.

- Да, правда меня шокировала, и я понимаю, что ты попытался защитить меня, но тогда твои слова ранили меня гораздо больше, чем то, что я сейчас узнала об отце. Я простила тебя, но больше никогда не делай мне так больно. Второй раз я не смогу найти в себе силы простить.

- Милая, я сам себя ненавижу за все, что говорил тебе. Я просто не знал, как бороться с твоим отцом за право быть с тобой. Но клянусь тебе, если мы придумаем, как противостоять ему, чтобы никто не пострадал, я буду бороться за нас.

- Поверь, родители и мне дороги. Я люблю их не меньше, чем ты. Но мы придумаем что-нибудь. Обязательно придумаем. А пока, я действительно отдохнула бы немного, а ты можешь пока позвонить в доставку, закажи по своему усмотрению. Вот, вроде краснота уходит. – Добавила Даша, убрав лед и обнаружив, что поврежденная часть лица возвращается в привычный вид.

- Да, рука у тебя тяжелая. – Улыбнулся Андрей. – Буду знать на будущее, что лучше тебя не злить.

Девушка шутливо пригрозила возлюбленному пальчиком и рассмеялась. Ласково улыбнувшись в ответ, Андрей обнял ее за талию и, притянув к себе, припал к ее губам в страстном поцелуе. Даша с удовольствием откликнулась на ласку, обняв его двумя руками за плечи. Целуя эти нежные губы и прижимая к себе податливый стан любимой, Андрей пообещал себе, что сделает все, чтобы больше никогда не расставаться с девушкой. Прошедший год стал для него настоящим адом вдали от Даши, и он больше не хотел отпускать ее.


========== Глава 21 ==========


На следующее утро на кухне Андрея было открыто заседание. Максим, которому разрешили курить в квартире (впрочем, он и не спрашивал, но ведь не запретили же), сидел на стуле, задумчиво выпуская дым изо рта. Напротив него сидели Андрей и Даша, разместившаяся на коленях любимого.

- Нет, это вы, конечно, здорово придумали. – Проговорил Максим, усмехаясь.

- Слушай, Макс, я понимаю, в какое положение мы тебя ставим. – Ответил Андрей. – Он твой родной отец. Да, для Даши он тоже родной, но именно ты прожил с ним всю жизнь. Мы поймем, если ты не захочешь идти против него.

- Да при чем тут это? – Отмахнулся Морозов, туша одну сигарету в маленьком блюдце, которое оборудовал под пепельницу, и сразу закуривая следующую сигарету. – Я говорю, что план ваш, конечно, хорош. Найти компромат и так вытребовать у отца право Дашки общаться с тобой и с приемными родителями. Но вот ты прав, Андрюх, если таковой компромат и существует, то мы его фиг найдем. Хотя бы потому, что без понятия, где его искать. Но, скорее всего, его нет. Отец не дурак, он не будет где-то, пусть и под семью печатями, хранить такую опасную для себя вещь. Во-первых, нет таких печатей и замков, которые нельзя вскрыть, а во-вторых, он бы жил в постоянном страхе, что его тайник могут вскрыть, но я что-то не замечал, чтобы он нервничал и переживал. Вывод: переживать ему не за что, потому что все его грехи «похоронены».

- Но что же тогда делать? – Спросила Даша.

- А леший его знает. – Ответил Максим. – Я тут вчера подумал. Отец тебя любит, Даш. Знаешь, каким бы он не был с другими, со своими детьми он другой. Он все для семьи делает. Может, тебе с ним просто поговорить, объяснить, как тебе нужны и Андрей, и приемные родители. Он может за твоей спиной решить, с кем тебе общаться, а с кем нет, но если ты с ним поговоришь и скажешь, что в курсе его разговора с Андрюхой и просишь его изменить мнение, он может согласиться.

- Макс, мне кажется, ты до конца не понял, кто твой отец… - Усмехнулся Андрей, поняв всю бесполезность такого разговора.

- Да это ты не понимаешь. – Вспылил друг, вскакивая на ноги. – Я знаю, что он сделал с матерью, но я тебе говорю, какой он с нами. Я говорил с мамой, и она сказала, что, даже не смотря на то, что он был монстром и, возможно, убийцей, мне он был прекрасным отцом. В мою жизнь он ни разу не вмешивался. А когда я заявил, что хочу быть юристом, а не продолжать его дело, - сейчас, кстати, абсолютно легальное и законное - он всячески помогал мне, даже не попробовав отговорить.

- Я понимаю, ты хочешь верить, что в глубине души твой отец может измениться, но такие люди не меняются. – Возразил Андрей.

- Да откуда ты можешь знать? – Огрызнулся Морозов. – Тогда, в 90-е, каждый второй, кто хотел выжить, был бандитом. Время было такое. Сейчас он другой. И я это знаю. И я верю, что если с ним поговорить, он пойдет навстречу.

- Твой отец Даше ухажеров подсовывает, не спрашивая ее мнения. – Сцепил зубы шатен, с вызовом смотря на товарища. – Сплавил меня подальше, пригрозив расправой моих родителей, а ей по-быстрому детей своих друзей подсовывает, чтобы она быстрее меня забыла. Это так он не вмешивается в жизнь своих детей?

- Твою ж, ты вообще меня не слышишь.

- Это ты не слышишь.

- Так, все, успокойтесь оба. – Даша, опасаясь, что юноши могут сцепиться в драке, решила вмешаться. Друзья и вправду были готовы выяснить кто прав посредством физического воздействия. Они гневно смотрели друг на друга, тяжело дыша от злости. – Макс, я тоже думала, чтобы поговорить с отцом и все ему объяснить. Но дело в том, что его реакцию никто не сможет предугадать. Он не просто так пытается «оградить» меня от общения с Андреем и моими приемными родителями. Он по-своему видит мою дальнейшую жизнь и пока ненавязчиво пытается ее изменить. Он не знал, что я еще испытываю чувства к Андрею, потому пытался мне навязать общество детей своих деловых партнеров и знакомых. В его понимании Андрей не подходящая партия для меня, и я думаю, что разубедить его будет трудно, если вообще возможно. Но чего я боюсь, так это того, что он может схитрить. Сначала согласиться, а потом, через какое-то время, чтобы я ничего не заподозрила, он может исполнить угрозу. Я не хочу рисковать. Мне самой неприятно так поступать, но шантаж лучший вариант, чтобы отвоевать свое право на собственную жизнь.

- А чем вы тогда лучше него? – Спросил Максим, туша сигарету. – Даже не попробовав решить все мирно, вы прибегаете к крайним мерам. А ты не задумывалась, сестренка, что мой отец может ответить так же, схитрив, что поддался на шантаж? Все наши злые намерения вернутся к нам бумерангом. И к отцу они тоже вернутся. Но лично я уверен, что отец он хороший, и если с ним попробовать поговорить по-хорошему, то и он пойдет навстречу. Да, он видит по-своему твое будущее, Даш, но так ты ему возрази. Расскажи о своих чувствах к Андрюхе, о своей благодарности и любви к приемным родителям. Отец любит тебя, и надо верить, что он тебя услышит и поймет, что именно твое видение жизни верное. Пусть не для него, но для тебя самой. Как любой родитель, он хочет, чтобы его ребенок был счастлив. Так почему бы не попробовать объяснить ему, что ты лучше знаешь, что и кто делает тебя таковой.

- А есть другая сторона монеты. – Снова взял слово Андрей. – Попробуем, а потом он в наказание моих родителей отправит на тот свет. А мне потом успокаивать себя, что я хотел, как лучше? Знаешь, Макс, есть такие люди, с которыми нельзя по-хорошему. Они не понимают. Да, возможно, и наш план не выгорит, но мы должны попробовать. Короче, я понял, ты не участвуешь. Спасибо и за то, что уже сделал. Дальше мы сами.

- Смотри, еще хуже не сделай. – Посоветовал Максим и, кивнув сестре, вышел из кухни, а потом хлопок входной двери возвестил хозяина, что гость ушел.

С его уходом повисла напряженная тишина. Даша, до этого поднявшись с колен любимого, отошла к окну и, сложив руки на груди, смотрела на улицу. Андрей, который очень надеялся, что друг поможет, был разочарован и расстроен, что в последний момент тот дал «задний ход». Толи испугался мести родителя, толи не верил, что план удастся. Впрочем, шатен его не винил. Максим, даже узнав, какой его отец чудовище, все еще его любил и верил, что он изменился. Да, тогда каждый вертелся, как мог, даже прибегая к преступным методам, но сейчас Максим верил, что все это осталось в прошлом отца, и сам мужчина изменился.

- Я все-таки попробую поговорить с отцом. – Сообщила Даша, когда тишина стала уж совсем невыносимо давить на уши. – Я верю, что смогу его убедить, что, лишив меня общения с тобой и родителями, он делает хуже. Прав Макс: если и есть компромат, то мы его не найдем. Но мне тоже слабо верится, что он существует. Да и к его прошлым преступлениям его уже не привлечь. Срок давности.

- Так надо свежее преступление? – Усмехнулся Андрей. – Смерть моих родителей подойдет?

- Прекрати делать вид, что только тебе дороги родители. – Вспыхнула девушка.

- Возможно, так и есть. Они же тебе не родные, вот ты и рассуждаешь. – Со злости Андрей не думал, что говорил, и эта обидная фраза выскочила, словно сама собой. Он прикусил язык, но было поздно.

- Ты, правда, так считаешь? – Поджала губы Даша, с грустью смотря на любимого. – Думаешь, мне плевать на них?

- Нет. – Ответил шатен, виновато смотря на девушку. – Прости, Даш, я сам не знаю, что говорю. Конечно, я знаю, что ты тоже их любишь. Просто не верю я в то, что твой отец передумает, поговорив с тобой. И рисковать не хочу. Слишком многое на кону. У нас только два выхода: либо мы играем по его правилам его же картами, либо делаем, как он хочет. Но мы должны решить это вместе. И колебаться нельзя. Тут либо пан, либо пропал.

- Хотелось бы первое.

- И мне хотелось бы. Но знаешь, почему я уехал? Не потому, что мне было просто расстаться с тобой. Я просто не хочу, чтобы ценой нашего счастья стала жертва моих родителей. Я никогда себя не прощу. Потому что это целиком и полностью будет моя вина. Поэтому тогда я решил, что безопаснее будет отказаться от тебя. И пусть это было больно для нас обоих, но так я спас родителей. Правда, отец и дальше продолжает испытывать судьбу, тайно общаясь с тобой. Но лучше, чтобы ты объяснила ему, как это опасно. Не надо злить твоего отца.

- Погоди, Андрей, ты говоришь, словно уже решил опять от меня отказаться. – Подошла к нему Даша, грозно сдвинув брови.

- А ты согласна бороться? – Парировал Андрей. – По твоим предыдущим словам я понял обратное. Сначала ты была согласна с нашим планом, но теперь ты считаешь, что лучше сделать иначе. Ты хочешь поговорить с ним по-хорошему, даже зная, что он может ответить. Поэтому давай поступим, как он просит, и пусть он радуется, а главное все будут живы и здоровы.

- Я прошу всего лишь довериться мне. Ты веришь мне, Андрей? Потому что если нет, то я не вижу смысла в наших отношениях. Мы должны доверять и довериться друг другу, если мы хотим быть вместе. Ты должен дать мне шанс. Отказаться от меня просто, но ты дальше сможешь жить, зная, что мог быть со мной и не попытался? Поверь, что я смогу договориться с отцом. Я скажу, что в курсе вашего разговора и в курсе его угроз. Он не сможет реализовать их, зная, что я тут же пойму, кто виноват. Макс прав: отец любит меня и он хочет, чтобы я так же любила его, иначе зачем ему исполнять все мои мечты и представать передо мной этаким ангелом-хранителем? И он знает, что разрушив мою жизнь, а я буду об этом знать, я его никогда не прощу. Я знаю, как убедить его. Я прошу шанс, Андрей.

- Хорошо. – Сдался Андрей, тяжело вздохнув. – Возможно, мы подпишем приговор всем нам, но я доверюсь тебе. Попробуй. Возможно, вы с Максом и правы, и ваш отец уже не тот монстр. По крайней мере, по отношению к собственным детям.

- Бороться, ведь не обязательно отвечать угрозой на угрозу. – Улыбнулась Даша. – Разговор подчас гораздо убедительнее любых шантажей.

- Возможно, ты и права. – Вздохнул шатен, притягивая к себе возлюбленную и снова усаживая ее на свои колени. Девушка улыбнулась и, обняв Андрея за шею, положила голову на его плечо. – Ты права, мы должны верить друг другу. Надеюсь, что в твоем отце осталась человечность, и он услышит нас.


========== Глава 22 ==========


Даша не стала откладывать разговор с отцом в дальний ящик и решила поговорить на следующий день, вернувшись в столицу. Но Петра Алексеевича дома не оказалось. Светлана, встретившая детей, сообщила, что мужчине пришлось срочно уехать по делам бизнеса, и он должен вернуться через несколько дней.

- Возможно, это и к лучшему. – Проговорила девушка. – Мне нужно подготовиться к разговору.

- А, может, это знак, что разговаривать не нужно? – Предположила Светлана, не веря, что супруг примет выбор дочери.

- Нет, мам, я знаю, каким он был, но я верю, что он стал другим. И если я с ним поговорю, попытаюсь помочь ему понять меня, я верю, что он услышит меня.

- Что ж, я тоже хочу верить, что хоть тебе удастся переубедить его, что его мнение не всегда единое верное. – Вздохнула женщина. – Тогда подготовься. Разговор, действительно, будет тяжелым.

- Да, а пока я хочу сходить к другим родителям. – Сообщила Даша. – Скажу, что я все знаю, и больше не будет никаких тайн. – И, чмокнув мать в щеку, девушка выбежала из дома.

Светлана, проводив дочь, решила подняться в комнату сына. Тот обнаружился сидящим на полу, рассматривающий свой детский альбом с фотографиями. Женщина подошла к нему и, усевшись рядом, с улыбкой посмотрела на одну из фотографий. На ней была изображена сама Светлана, а рядом стоял Петр Алексеевич, держа на руках сверток с младенцем. Снимок был сделан на фоне роддома, и младенцем был Максим, о чем говорила надпись внизу снимка, сделанная почерком матери.

- Он же заставил тебя, так? – Срывающимся голосом спросил Максим, не отводя взгляда от фотографии. На ней Светлана улыбалась через силу, словно эти роды отняли у нее все силы, зато Морозов-старший довольно улыбался, с гордостью держа на руках своего ребенка. – Ты не хотела больше иметь от него детей. Он заставил тебя?

- Это не важно. – Грустно улыбнулась Светлана.

- Для меня важно. – Выпалил Максим, вскидывая на мать глаза, полные слез. – Я не был желаемым. Ты понимаешь, как я себя чувствую? Мы с Дашей хоть и родные, но все же совершенно разные. Ее ты хотела, а я был зачат в насилии.

- Милый, я вовсе не хотела, чтобы ты считал себя…

- Но я так считаю. – Выкрикнул юноша и, вытащив фото из рамки, порвал его на куски. – Хотя нет, что-то общее у нас с Дашей есть. Мы оба жили всю жизнь во лжи. Я могу понять, что ты боялась отца и, как оказалось, не беспочвенно, но ты, даже когда я подрос, продолжала врать мне, подыгрывая отцу, ни разу не попытавшись сказать мне, что он за чудовище. Ты предпочла, чтобы я и дальше ненавидел тебя, обвинял, когда узнал, что ты отдала Дашу чужой семье. Ты согласилась на роль злодейки, отдав отцу роль доброго родителя. И это после всего, что он тебе сделал. Я бы понял тебя, слышишь? Я бы ненавидел того, кто этого заслуживает. Знаешь, я не хочу иметь ничего общего с этой семьей. Меня тебе тоже нужно было отдать. Так было бы лучше. В первую очередь для меня.

И, отбросив от себя фотоальбом, Максим резко поднялся на ноги и выбежал из комнаты, оставив мать глотать слезы обиды. Как больно, когда рушатся идеалы, а человек, являющийся для тебя кумиром и примером для подражания, оказался монстром, который не достоин ходить по земле. Покинув отчий дом, Максим позволил ногам самим нести себя. Достав пачку сигарет, он прикурил одну, а потом, сунув руки в карманы, двинулся вдоль улицы. Сейчас он, как никогда был рад, что обзавелся в свое время отдельным жильем. Он не хотел больше возвращаться в свой некогда родной дом. Максим понимал, что больше не сможет смотреть на отца без отвращения, а на мать без сожаления. Да, когда-то была счастливая семья, как на разорванном фотоснимке. Максим гордился своим отцом, с радостью нося его фамилию. А мать удачно играла роль заботливой матери и супруги. Сейчас вся его прошлая жизнь предстала для юноши, словно в плохом кино. Лживое двуличие отца ничем не отличалось от такого же отношения матери. Да, Светлана всего лишь хотела лучшей жизни для сына, чтобы тот не знал всех ужасов поступка своего отца, но именно сейчас Максиму было особенно погано на душе. Возможно, пока он был ребенком, притворство матери еще себя оправдывало, но если бы не стечение обстоятельств, показавшее истинный порядок вещей, Максим никогда бы не узнал, что за человек его отец. И здесь продолжающемуся фарсу не было бы оправдания. Потому что даже когда сын вырос и мог сам построить свое мнение о поступке матери, Светлана не захотела открыться сыну. До недавнего времени Максим считал, что у него есть семья, теперь он ощутил себя, как никогда одиноким. Для себя он все решил: с сестрой он продолжит общаться, но со своими родителями он больше не хотел иметь ничего общего. И даже хорошо, что Петра Алексеевича не оказалось дома, у Максима есть время, чтобы собрать вещи и уехать в другой город. Как можно дальше от этой лжи. И пусть все его мечты о блестящей карьере столичного юриста сейчас растаяли, как и его представление об образцовой семье, в которой он некогда жил, Максим был согласен даже на небольшую, малооплачиваемую практику где-нибудь в захудалом городке, где его Морозов-старший точно не догадается искать. Прежде чем забыться в бутылке виски, заняв место за барной стойкой в заведении, что встретилось ему по пути, Максим только надеялся, что у сестры получится отвоевать свое право на счастье. Впрочем, ему это казалось уже маловероятной возможностью.


Петр Алексеевич, еще не зная, что у него неожиданно не стало сына, вернулся домой спустя неделю. Проблемы, возникшие в филиале другого города, которые мужчина хотел решить быстро, обернулись серьезными неприятностями, что вынудили Морозова остаться чуть дольше, чем он планировал. Зато, справившись со всеми проблемами, мужчина ехал домой в приподнятом настроении, уже придумав, куда отправится со своей семьей на законный отпуск. И каково же было его удивление, что никто никуда и не собирается ехать.

- Как это просто ушел? – Метал Петр Алексеевич молнии из глаз, со злостью смотря на супругу. – Максим не мог просто решить уйти. Что ты ему наговорила про меня, Света? Отвечай, иначе я за себя не ручаюсь. – Прогремел он и, в одно мгновение оказавшись рядом с женщиной, занес руку для удара.

- Мне не нужно было ничего ему говорить. – С ужасом смотря на мужа, выкрикнула Светлана. – Он не захотел жить с чудовищем под одной крышей. Он узнал, кем ты был, и узнал, что ты изнасиловал меня, чтобы я забеременела. И не захотел быть сыном такого отца.

- Я тебя «похороню» в психушке. – Сцепив зубы, Морозов с презрением посмотрел на женщину. – Ты света белого больше никогда не увидишь. Я тебя предупреждал, но ты, видимо, подумала, что я передумал. Право, и я считал, что мы еще можем стать семьей. Я, ты и наши дети. Но я ошибался. И теперь ты, Света, можешь винить только себя. Держала бы язык за зубами, и все были бы счастливы. Но ты, что тогда была через чур впечатлительна и все неправильно поняла, что сейчас расписала меня Дьяволом во плоти. Ладно, с Максимом я все решу, не впервой ребенка в семью возвращать и твои поступки исправлять. А ты собирайся, я сам отвезу тебя в клинику. Ты, видимо, не долечилась.

- Нет. – В ужасе выкрикнула Светлана, падая перед мужчиной на колени и хватая его за руки. – Умоляю, только не обратно. Умоляю, Петя, не надо.

- Раньше надо было думать. – Отбросил ее от себя Петр Алексеевич. – Я тебя предупреждал. Я сказал, что тебе нужно сделать, чтобы вернуться в семью. Но ты решила, что со временем можно меня обмануть и, настроив детей против меня, выставить меня злым гением. Но ты ошибаешься, если думаешь, что я прощу тебе, что ты настроила сына против меня. Хорошо, что Даше ты не успела «промыть» мозги.

- А это и не надо. – Раздался голос Даши.

Морозов резко повернулся к двери, где в проеме застыла девушка, разочарованно смотря на мужчину. До последнего она не хотела верить, что он остался тем чудовищем, что был в прошлом. Но сейчас Даша поняла, что разговора не выйдет. Петр Алексеевич скорее выполнит свою угрозу, лишив свою дочь в прямом смысле прошлой семьи, чем позволит ей продолжать с ними общение.

- Все совсем не так. – Попытался оправдаться Петр Алексеевич, беря супругу под руки и поднимая ее на ноги. Светлана, находясь одной ногой в психиатрической лечебнице, едва держалась на ногах, глотая горькие слезы отчаяния. – Мы тут с твоей мамой…

- Я все слышала. – Разрушила Даша все чаяния отца на нормальные отношения. – И больше ты не причинишь никому вред. Мама правильно сделала, что отдала меня. Думаю, что и Максим сейчас хотел бы расти подальше от тебя. Потому он и ушел. Сбежал от тебя. И я тоже больше не хочу тебя знать. Ты чудовище. Тебя самого нужно изолировать от общества.

- Да что бы у вас было, если бы не я? – Рассвирепел мужчина. – И ты, и Максим обязаны мне всем, что имеете. Если бы не я, у твоего брата не было бы достойного образования и блестящего будущего. Если бы не я, ты гнила бы в какой-то конторке и не мечтала бы о собственной выставке и признания общества. Неблагодарные. Что ж, валите. Посмотрим, насколько вас хватит. Теперь ты сама по себе, доченька. Надеюсь, денег от продажи твоих картин тебе хватит надолго, потому что больше никто и никогда у тебя не купит ни одну из твоих картин. И вот когда ты будешь перебиваться с хлеба на воду, ты вспомнишь, что именно со мной ты жила достойно, но сама разрушила свое будущее. И Максим это поймет. Он привык к красивой жизни. Сейчас в нем говорит гонор, но поживет своими силами и поймет, что погорячился. Вернется, никуда не денется. Я все делал для своей семьи, чтобы у детей было прекрасное будущее, но этого никто не оценил. Что ж, будь по-вашему. Делайте что хотите, я больше пальцем о палец не ударю и ни копейки в вас не вложу.

И, бросив уничтожающий взгляд на супругу, он быстро вышел из спальни. Даша, вовремя отскочив от входного проема, избежала столкновения с разъяренным родителем. Напоследок громко хлопнув дверью, Петр Алексеевич оставил жену и дочь одних. Вздрогнув от громкого звука, девушка подошла к матери, которая уже прощалась со своей жизнью, зная, что Морозов никогда ей не простит, что дети ненавидят его.

- Мне конец. – Причитала Светлана, подняв на дочь глаза полные боли. – Мне конец.

- Нет, мам, не говори так. – Взяв женщину за руки, Даша ободряюще улыбнулась. – Он ничего тебе не сделает. Мы уедем. К Максиму. Вместе мы справимся.

- Нет, доченька, твой отец никогда не простит меня. – Замотала головой Светлана. – Тогда не простил и сейчас не простит. Он найдет меня и исполнит угрозу. Всегда находил. От него не спрятаться. Да и я не прощу себе, если снова подвергну вас с Максимом опасности. Ведь, найдя меня, гнев вашего отца может распространиться и на вас. Я никогда себе не прощу, если он вам навредит. А ты уходи, доченька. Пока он отпускает, ты должна уйти. Подальше от твоего отца. Уезжай к Андрею и будь счастлива. Надеюсь, что и Максим когда-нибудь меня простит. Я все выдержу, если буду знать, что хоть вам он не причинил вреда.

- Но я не могу бросить тебя. – Едва не плакала Даша. – Он же на тебя всю злость выместит.

- Но вас он не тронет. – Криво улыбнулась Светлана, беря лицо дочери в ладони. – А я привыкла. Не впервой.

- Нет, мы уедем. – Принялась уговаривать ее девушка. – Вместе. Я не оставлю тебя.

- Милая, он же все еще мой муж, и развода он мне никогда не даст. Он не отпустит меня. Однажды я спасла уже тебя от него. Должна повторить. Уходи, Дашенька. Езжай к Андрею. Я так хочу, чтобы ты была счастлива. У тебя будет та семья, которую ты захочешь. Как бы я по тебе не скучала, я не хотела, чтобы ты возвращалась к нам. Так я знала, что ты в порядке и у тебя лучшая жизнь. А ты продолжай рисовать. В другом городе твой отец не дотянется до тебя, не сможет навредить, и у тебя будет все, о чем мечтаешь. И у Максима, я верю, тоже все будет хорошо. Только передай ему, что я хотела, как лучше, пусть и врала ему. Я так хотела поддерживать эту иллюзию благополучной любящей семьи. Но не бывает лжи во спасение. Я поздно это поняла. Но я всегда буду любить вас. Какая бы у меня не была жизнь, именно вы для меня были тем лучиком света, в котором я находила спасение. Не медли, Дашенька. Собирай вещи и беги без оглядки. Иди. – Умоляюще попросила Светлана, отталкивая от себя дочь. – У тебя вся жизнь впереди. Ты будешь счастлива, я знаю.

С болью в сердце Даша оставила мать, решив, что обязательно вернется за ней, чтобы спасти ее от тирании супруга. Наспех собрав необходимые вещи, девушка прихватила все имеющиеся у нее деньги, вырученные от продажи картин, и тут же покинула дом. Он решила отправиться к родителям, чтобы вместе решить, как спасти ее мать. Она не знала, что стоило ей уйти, как Петр Алексеевич, обезумев от ярости, избил супругу до полусмерти, а потом все-таки отвез ее в беспамятстве в клинику, сообщив, что это она сама причинила все увечья, когда у нее случился нервный срыв из-за того, что сын ушел из семьи. Естественно, всех подробностей Морозов не стал рассказывать, наказав врачу «лечить» душевнобольную супругу.

Максим, забрав свои документы из столичного института, держал путь на вокзал, имея при себе обычную спортивную сумку, в которой было минимум одежды. Все дорогие вещи и аксессуары, купленные на деньги отца, юноша оставил в прошлой квартире, как и саму квартиру с автомобилем. Он не хотел, чтобы еще хоть что-то напоминало ему о родителе. Теперь он всего хотел добиться сам, не прикрываясь знаменитой фамилией. Идея податься за Урал пришла сама собой. Он словно хотел спрятаться за высокими горами от длинных рук отца, надеясь, что мужчина никогда его не найдет. А если и попробует, то так далеко власть Морозова-старшего не распространяется. Но когда он уже садился в поезд, его остановил звонок телефона. На экране высветилось имя сестры, и Максим сразу почуял неладное. Отойдя от вагона, он бросил сумку на перрон и ответил на звонок. Даша, задыхаясь от слез, сбивчиво объяснила, что отец снова упек их мать в больницу, а врачи не дают с ней видится. Сестра умоляла брата помочь ей вытащить женщину из клиники, даже если потребуется выкрасть ее. Как бы Максим не был зол на мать, он не мог оставить ее погибать в клинике. Решив, что его поездка откладывается, он подхватил сумку с вещами и зашагал к выходу с платформы.


========== Глава 23 ==========


Максим выкурил уже полпачки, когда Даша, наконец, успокоилась и смогла объяснить брату, что произошло. Морозов-младший сжимал от злости кулаки, в очередной раз убеждаясь, что ему надо рвать все связи с отцом. Себе он пообещал, что вытащив мать из психушки, больше не будет ждать ни минуты и уедет. Возможно, даже предложит матери уехать с ним, а уж потом он выступит в суде, чтобы развести родителей, и отец больше не мог иметь власти над супругой. Выпив уже, наверно, литр успокоительного, Даша перестала всхлипывать и посмотрела на сосредоточенного брата, что пускал струйки дыма в открытое окно кухни.

- Макс. – Тихо позвала она. – Что нам делать?

- Мать нам не отдадут. – Ответил юноша. – Уверен, отец сделал все, чтобы законным способом нас даже на пушечный выстрел к ней не допустили. Сам не верю, что говорю так, но другого способа, как выкрасть ее, у нас нет. Этой ночью мы проникнем в клинику и выведем ее. Я бы еще ее карточку уничтожил, чтобы, как говорится, нет бумаги, значит, и человека не было. Но это опасно. Наверное, в докторской или где там картотека на больных хранится, всегда есть дежурные. Незаметными нам не проникнуть. Впрочем, есть у меня идейка, но она рисковая.

- Какая? – Загорелась лучиком надежды девушка. – Я готова на все, чтобы спасти мать.

- Да, я тоже, но здесь больше риск для тебя.

- Плевать. – Отмахнулась Даша. – Я согласна. Что мне делать?

- Действовать нужно ночью, потому что персонала клиники почти нет. – Принялся объяснять Максим и, выбросив сигарету, подсел к сестре за стол. – Есть пара медсестер да врач на случай, если понадобиться какому больному помощь. Поэтому другого случая у нас не будет. Нужно действовать быстро и слаженно, иначе нас поймают, и мне страшно представить, что тогда будет. Отец больше церемониться не будет. Мы от него отказались, и никакие родственные связи для него больше не важны. Влетит нам по первое число. Короче, план такой. Тебе под видом медсестры нужно пробраться в кабинет, где они хранят документы на имеющихся у них больных. Найти карточку матери и взять с собой, потом уничтожим, когда будем в безопасности подальше от этого дурдома. Тебе нужно отвлечь другой персонал больницы, придумай, что хочешь. Узнай, в какой палате мать и позвони мне. Я проникну в клинику незамеченным и выведу мать из здания. Потом и ты свалишь. У меня есть знакомый хакер, он тебе такой пропуск медсестры забацает, никто не догадается, что он липовый. Даже если захотят проверить, ты в базе будешь. Естественно, под вымышленным именем. В общем, я ему звякну, он к ночи справится. Но, повторюсь, Даш, это опасно и если…

- Я согласна. – Уверенно заявила сестра. – Я все сделаю, чтобы мама там больше ни на минуту не задержалась. Они же ее до смерти залечат. Я слышала угрозу отца, это ужасно.

- Тогда договорились. – Кивнул Максим. – Но когда мы ее вытащим, нам необходимо будет тут же валить из города. И вообще как можно дальше. Потому что когда отцу доложат, что его дражайшей супруги больше нет в клинике, он сразу поймет, что это наших рук дело. И, как ты понимаешь, радоваться он не будет.

- Тогда нужно сказать родителям, чтобы и они уезжали из города. – Ответила Даша. – Пусть едут к Андрею. Там их отец не достанет. Я им все объясню. А потом и я за ними поеду. А ты куда?

- Я решил за Урал податься. Пятигорск или еще дальше. Пока не знаю.

- А мама?

- С собой заберу. Надеюсь, она не будет против.

- Она-то не против, только вот они еще супруги с отцом. Он ее не отпустит.

- С этим позже разберусь. Развод – это не проблема. Выступлю в суде, расскажу, какой монстр отец и предъявлю все побои матери. Расскажу такие страсти, у судьи волосы встанут дыбом. Я юрист, в конце концов, пусть это будет мое первое дело. О матери не волнуйся. Я о ней побеспокоюсь. Главное, чтобы о тебе я не волновался. А потом, как все уляжется, мы к вам в гости приедем. На свадьбу. – Добавил он, хитро подмигнув.

- Надеюсь. – Мечтательно вздохнула Даша, смущенно улыбаясь. – Главное спасти всех родных от мстительной руки нашего отца.

- Ладно, я пойду, договорюсь с товарищем и заброшу вещи в камеру хранения на вокзале, чтобы по-быстрому сделать ноги из города, а ты объяснись с родителями. Уверен, они поймут всю опасность ситуации и не будут упрямиться, чтобы остаться здесь.

- Они лучше нас с тобой знают, что за человек Петр Морозов. – Ответила девушка.

- Да, точно. – Согласился с ней брат. – Я тебе позвоню, как все будет готово.

И, чмокнув сестру в щеку, Максим подхватил свою сумку с вещами и покинул квартиру Авдеевых.


Словно сама природа содействовала авантюре Даши и Максима, ночь стояла теплая. Максим, одев удобный спортивный костюм, вручил сестре поддельный пропуск и, пожелав друг другу удачи, молодые люди разошлись в разные стороны. Даша отправилась через парадный вход, а Максим решил попасть в здание через подвал, имеющийся в противоположной стороне. Как в любой лечебнице для душевнобольных, здесь была серьезная охрана. Шатенка едва смогла справиться с волнением, отдавая одному из охранников у главных ворот свой пропуск, блестяще сделанный другом-хакером Морозова-младшего. Хоть Максим и заверил сестру, что ее пропуск зарегистрирован и не должен вызвать подозрений, Даша все равно боялась, что сейчас ее обман будет раскрыт, а о последствиях она даже думать боялась.

- Все в порядке. – Объявил ей охранник, сверив номер пропуска на мониторе своего компьютера. Девушка, подавив вздох облегчения, улыбнулась мужчине. – Я позвоню в регистратуру, чтобы сообщить о вашем приходе. А вы проходите на территорию, вас встретят у входа. Хорошего и спокойного дежурства, Наталия Федоровна. – Пожелал он, отдавая Даше ее пропуск.

- Благодарю. – Еще раз улыбнулась девушка и, повесив пропуск, который был на шнурке, на шею, поспешила оставить охранников нести вахту.

О том, как сам Максим будет перебираться через стену, она старалась не думать. Она надеялась, что брат справится. При нем был небольшой рюкзачок, и, наверное, там должны быть пара приспособлений, чтобы упростить юноше задачу. Едва Даша подошла к дверям здания, ей навстречу вышла женщина лет 50-55 ти. На ней был надет традиционный белый халат, застегнутый на все пуговицы, а к нагрудному карману был прикреплен бейджик. По нему Даша поняла, что женщину зовут Липатова Александра Дмитриевна и что она является старшей медсестрой.

- Добрый вечер. – Вежливо поздоровалась она, мельком глянув на пропуск, висящий на груди Даши. – Значит, ты и есть наша новенькая? Мне сообщили о тебе. Что ж, пойдем со мной, введу тебя в курс дела и приступишь к дежурству.

Даша приветливо кивнула и последовала за Липатовой в здание, поднявшись по ступенькам. Да, первый раз она здесь была, чтобы познакомиться с настоящей матерью. Второй раз она пришла сюда, чтобы забрать Светлану домой. Тогда Даша и пообещала себе, что больше никогда не войдет в эти двери. Но сейчас было не до личной неприязни к этому месту. Необходимо было забыть все страхи и предрассудки. Девушка знала, что если Светлану не вытащить из этого места, у нее не будет матери.

- Итак, проходи. – Вынырнув из своих невеселых мыслей, Даша обнаружила, что медсестра провела ее по коридору и открыла дверь в кабинет с опознавательной карточкой «Старшая медсестра». Пока девушка осматривала скудное содержимое кабинета (стол, заваленный папками, два высоких узких шкафа со стеклянными дверцами, внутри которых находились какие-то пробирки, колбочки и прочие медицинские принадлежности, о назначении которых Даша даже не хотела думать), Липатова подошла к высокой вешалке и, сняв с него один из белых халатов, передала девушке. Даша поняла, что от нее требуется, и послушно натянула на себя отличительную форму медработников. – Итак, для начала я проведу тебя по клинике, проведу ознакомительную работу. – Принялась объяснять девушке старшая медсестра. Сейчас у нас отбой, все больные спят, но удостовериться в этом необходимо. У нас и лунатики есть. Но ты не бойся, особо буйных у нас нет. А если случится рецидив - пару кубиков успокоительного успокоят даже медведя. – И она весело рассмеялась, отчего Даше сделалось не по себе. Она предположила, что Петр Алексеевич, скорее всего, озаботился, чтобы его супруге кололи эти кубики регулярно.

Покинув кабинет, Липатова стала подробно рассказывать, в чем заключается работа дежурной медсестры, коей стала по воле случая Даша. Конечно, девушка слушала в пол-уха, внимательно осматриваясь по сторонам. Она надеялась высмотреть какой-нибудь запасной выход или потайной ход, через который можно покинуть пределы клиники, когда им с Максимом нужно будет уходить вместе с матерью. Шутка с успокоительным была принята Дашей буквально. Ей необходимо было «отвлечь» женщину, чтобы найти карточку матери и прихватить с собой, как сказал брат. К тому же это было необходимо, чтобы узнать, в какой палате Светлана. И вряд ли Липатова охотно сообщит эту информацию новенькой медсестре.

Идя по коридорам клиники, старшая медсестра изредка прислушивалась к посторонним шорохам, чтобы выявить тех больных, которые не спят. Пару раз Липатовой и Даше встречались еще медсестры и один врач, с которыми тут же была познакомлена. «Коллеги» желали девушке хорошей работы и радовались пополнению. Понятное дело, добровольно мало кто стремился работать в доме скорби. Даша всем вежливо улыбалась, благодарила, с нетерпением ожидая, когда же этот осмотр владений закончится. И это, наконец, свершилось спустя два с небольшим часа. Подробно все рассказав и показав, а так же проверив некоторых больных, Даша в сопровождении Липатовой вернулась в знакомый кабинет. Теперь необходимо было ненадолго выпроводить медсестру из кабинета, которая по возвращению села за свой стол и стала разбирать папки, чтобы напоить ее успокоительным и усыпить на время.

- Если я вам прямо сейчас не нужна, могу я отлучиться в уборную? – Спросила Даша.

- Да, конечно. – Кивнула Липатова. – А потом я тебе дам работу. Нужно навести порядок в процедурной.

- Конечно. – Ответила девушка, которую будущая работа никак не вдохновляла.

Выскочив из кабинета, пока медсестра прямо сейчас не наказала приступить к работе, Даша быстро двинулась по коридору. Палаты с больными находились этажом выше, и девушке предстояло очень быстро вернуться назад, когда ее задумка по «выкуриванию» Липатовой из кабинета сработает. Оглядываясь по сторонам, шатенка очень надеялась, что ей никого не встретится.

Удача ей благоволила, и Даша, подойдя к двери одной из палат, еще раз воровато оглянулась по сторонам, а потом подергала ручку двери. Конечно, она мало надеялась на такую случайность, как открытая дверь, поэтому девушка, припав на одно колено, быстро поворочала шпилькой в замочной скважине. Практики по взлому замков у нее не было, но она надеялась, что недолго провозится. На ее счастье, вскоре замок негромко щелкнул, гостеприимно приглашая посетить палату. Довольно улыбнувшись, девушка не стала медлить и скользнула внутрь помещения.

Даша оказалась в темной палате, освещаемой лишь луной из окна. Вдоль стен находились четыре кровати, две из которых были заняты постояльцами. Они крепко спали и не знали о ночной гостье. Как любезно подсказала старшая медсестра, у каждой койки находилась сигнальная кнопка по вызову дежурной медсестры. На случай, если больному приснится страшный сон, который спровоцирует нервный припадок. Это и был план Даши. Подойдя к одной из занятых кроватей, девушка обнаружила необходимую кнопку и нажала на нее. Потом она быстро выбежала из палаты, зная, что вскоре сюда нагрянет Липатова. Быстро сбежав по ступеням с другой стороны, Даша мельком увидела, как скрывается за поворотом старшая медсестра, отправляясь на ложный вызов. Влетев в «сестринскую», шатенка бросилась к шкафчику с медикаментами. Быстро читая названия на бирках, приклеенные на пузырьки со всевозможными лекарственными жидкостями, девушка взяла одну из баночек с названием какого-то успокоительного препарата. На столе Липатовой стояла чашка с кофе и бутерброд. Видимо, медсестра решила подкрепить силы бессонной ночью. Этим и воспользовалась Даша, открутив крышку с пузырьком и щедро влив его содержимое в чашку. На то, чтобы вернуть пузырек на место времени уже не было. Обнаружив, что больной спокойно спит, медсестра могла вернуться быстрее, чем должна была. Сунув баночку в карман халата, шатенка метнулась к столику с чайными принадлежностями, чтобы сделать вид, что ей тоже захотелось выпить кофе. В этот момент дверь открылась, и появилась Липатова. Увидев Дашу, она нахмурилась и осмотрелась по сторонам. Наверно, думала, что в ее отсутствие девушка могла что-то натворить. Шатенка ласково улыбнулась ей и стала непринужденно насыпать гранулы кофе в одну из чашек. Не заметив ничего подозрительного, медсестра вернулась на свое место и продолжила прежнее занятие. Даша, залив кофейный порошок кипятком, взяла свою чашку и стала ждать, когда и Липатова глотнет из своей кружки. Та не заставила себя долго ждать. И толи Даша «угостила» женщину приличной дозой успокоительного, то ли его в принципе много не нужно, но спустя пару минут, старшая медсестра сладко сопела, распластавшись на своем столе и подложив под голову руку.

Довольно улыбнувшись, Даша отставила кружку с кофе и принялась рыскать по тумбочкам в поисках картотеки. Стараясь не задеть спящую медсестру, девушка изучила все ящики в ее столе, потом взялась за тумбочку рядом со столом. Но там были лишь какие-то папки, совсем не похожие на содержимое картотеки. Тихо ругнувшись с досады, Даша принялась внимательно оглядываться по сторонам. Ей не хотелось думать, что для содержания мед карточек больных была выделена другая комната. Вдруг она заметила, что один шкафов был заставлен колбочками с медикаментами лишь наполовину. Нижняя его часть была скрыта за дверками из дерева. Кинувшись к нему, девушка дернула за ручку одной из створки, но она оказалась закрыта. Вспомнив, что у медсестры была целая связка всевозможных ключей, Даша надеялась, что и от этого замка у Липатовой найдется ключ. Нужная связка обнаружилась в кармане халата медсестры. Стараясь не потревожить ее сон, шатенка выудила заветную связку и вернулась к шкафчику. Здесь девушке пришлось потрудиться. В связке было много ключей. Ругаясь сквозь зубы, Даша по очереди подбирала ключи. Конечно, она очень торопилась, моля Бога, чтобы больше никому из персонала не захотелось «навестить» старшую медсестру или не проснулся кто-то из больных, тоже желая «пообщаться». А еще девушка очень боялась, что Липатова может неожиданно проснуться. Хотя доза снотворного в ней исключала возможность скорого пробуждения. Пальцы шатенки дрожали, ключи никак не хотели подходить к замку в нижнем отделении шкафа. Наконец, когда Даша уже хотела воспользоваться шпилькой, которая ее не подвела в прошлый раз, один из ключей повернулся в замке, и дверь открылась. Едва не вскрикнув от радости, девушка приступила к изучению содержимого отделения. Пред ней предстали стопки картонных папок, на которых были написаны фамилии и номера палат. Обрадовавшись, словно выиграв джекпот, Даша села на пол и принялась перебирать папки, ища нужную с фамилией матери. Таковая нашла очень быстро, будто ее положили сюда совсем недавно. Не став больше терять время, девушка спрятала папку под сестринской халат и, закрыв отделение шкафчика на ключ, вернула связку в карман Липатовой. После этого Даша, наконец, смогла покинуть кабинет. Двинувшись к выходу из здания, девушка быстро набрала номер брата и сообщила ему номер палаты. Теперь был его выход, а шатенка должна была скрыться в подвале, куда должен вернуться Максим вместе с матерью. А потом им всем предстояло как можно скорее покинуть это ужасное заведение.


Комментарий к Глава 23

Ох, длинная вышла глава.

Я тут поделится хочу. Смотрю “Черную лагуну”. Для тех, кто не знает - испанский вариант ЗШ. Точнее ЗШ это русский вариант ЧЛ. Смотрю и офигеваю. Наши хоть бы строчку от себя в сценарий вписали. Абсолютно, как испанцы сняли. Вплоть до совпадений внешности актеров и некоторые имена даже одинаковые. А еще мне показалось, что даже оператор один был. В общем, “найди 10 отличий”. Пока не одного не нашла, если не считать, конечно, места, где находится школа. Другая страна, но в другом все аб-со-лю-тно идеентично. Хоть бы строчки из реплик и шутки изменили, но и там меня ждало разочарование.

P.S. а не, вру, есть одно отличие, когда учитель математики приехал, он без сына с вещими снами приехал. У испанцев такого одаренного мальчика не было. А так все одно. В общем, кому интересно, посмотрите, сверьте.

Впрочем, мы своих актеров всеравно больше любим. Я вот из-за Прилучного начала ЗШ смотреть. А испанский прототип мне не очень понравился. А вот Андрея прототип вообще страшненький, зато Даша испанская симпатяшка, да и Викуля ничего. Вот только Темину смерть опять пережила, обидно все-таки за парня…


========== Глава 24 ==========


Получив сообщение от сестры, Максим выбрался из своего убежища. Собственно подвал клиники себя оправдывал. Юноше пришлось дышать через раз, чтобы не одуреть от затхлого запаха испорченных продуктов и лекарств. Сидя там больше времени, чем он предполагал, Максим уткнулся носом в рукав своего костюма, надеясь, что через такой «фильтр» в нос будет поступать запаха поменьше. Поднявшись на первый этаж, Морозов-младший быстро миновал часть открытого пространства коридора и влетел по ступеням наверх. Палата матери, словно вип-клиентки, находилась на третьем этаже. Там, в проеме он едва не столкнулся с медсестрой, которой захотелось сделать внеплановый осмотр пациентов. Вернувшись на лестничный пролет, он вжался в стену и задержал дыхание, ожидая, когда работница клиники пройдет мимо. Когда ее шаги стихли, Максим аккуратно выглянул в проем и, осмотревшись по сторонам, быстро скользнул в коридор. Пробежавшись вдоль него, он нашел палату с нужным номером и схватился за ручку. Даша предупредила, что все двери палат закрыты, но именно эта дверь была открыта. И, попав внутрь помещения, Максим понял почему.

Светлана лежала на кровати без движения. Если бы не изредка вздымающаяся грудь, подтверждающая, что женщина жива, Максим бы в этом засомневался. В который раз помянув отца всеми ругательными словами, которые он знал, Морозов-младший с ненавистью сжал кулаки. Видимо, предположение сестры оказалось верным: Петр Алексеевич рассказал таких ужасов о состоянии своей супруги, что ее накачали транквилизаторами под завязку. Светлана не могла и пальцем пошевелить без посторонней помощи. Это усложняло задачу Максима. Он надеялся, что мать сможет уйти отсюда своим ходом, а теперь ему предстояло покидать пределы клиники, неся женщину на себе. Максим попробовал привести мать в сознание, похлопав по щекам и даже побрызгав водой из кувшина, но Светлана никак не отреагировала. Она пребывала в небытие, никак не реагируя на внешние раздражители. К тому же все ее лицо было в ссадинах и кровоподтеках, которые были частично скрыты под бинтами. Максим предположил, что и тело матери могло иметь соответствующий вид. Сейчас ему, как никогда, захотелось сотворить с отцом подобную картину и поменять их с матерью местами. Но месть отцу он решил отложить на потом, когда его родительница будет в безопасности и придет в себя.

Откинув одеяло, которым была накрыта Светлана, Максим наклонился и, подложив одну руку под спину матери, а вторую под ее колени, поднял ее на руки. Светлана всегда имела стройную фигуру, без излишеств, но в клинике она скинула еще вес. Видимо, если ее и кормили в перерыве между инъекциями с успокоительным, то явно только для того, чтобы просто поддерживать в женщине жизнь. Надеясь, что ему удастся вернуться в подвал никем не замеченным, Максим с матерью на руках, покинул палату. Светлана висела на его руках безвольной куклой, откинув голову и свесив руки. С ношей на руках у Морозова-младшего было гораздо меньше маневренности и, встреться сейчас ему по пути кто-то из персонала клиники, все закончилось бы плачевно. Никогда до этого момента не веря в высшие силы, Максим впервые молил кого-то наверху, чтобы он дал ему «зеленый свет». Видимо, этот кто-то был не занят и решил помочь юноше в его благом деле. Без проблем миновав коридор, Максим стал спускаться по лестнице. И вот, когда до спуска в подвал оставались считанные ступеньки, совсем рядом раздались голоса. Один принадлежал женщине, а другой мужчине. Они стояли посередине лестничного пролета, и Максим никак не мог пройти мимо них незамеченным. Тихо ругнувшись сквозь зубы, юноша остановился, судорожно соображая, как ему быть.

Оставалось только дождаться, когда мужчина и женщина уйдут, притаившись в ближайшем кабинете. Но, во-первых, Максим не знал, сколько ждать, а во-вторых, он не был уверен, что его тайное убежище не будет раскрыто. С досады, что выход был так близок, а удача так не вовремя отвернулась от него, юноша поднялся на первый этаж. И тут его осенила идея. Достать телефон и позвонить на регистратуру клиники. Она находилась ближе всего к лестничному проему, и никого из персонала за столиком не было. Спрятавшись за одной из дверей, которая оказалась кладовой, Максим водрузил безвольное тело матери на какой-то ящик и, придерживая ее, чтобы не упала без опоры, исполнил задумку. Теперь осталось дождаться, когда звонок телефона заставит женщину или мужчину, а может и обоих, прервать свое общение и ответить на поздний звонок. Вскоре действительно раздались шаги двух людей, а спустя пару минут в телефоне раздался женский голос. Максим сбросил звонок и, сунув аппарат обратно в карман, снова подхватил мать на руки. Теперь он надеялся, что женщина, не закончив общение с мужчиной из-за телефонного звонка, захочет его продолжить и уйдет со своего места. Ну, или хотя бы не будет смотреть в сторону лестницы. Ведь до нее всего было два шага от помещения кладовой. Приоткрыв дверь, Максим выглянул в коридор. Женщина в халате медсестры была на своем месте, но она сидела вполоборота к лестнице, куда нужно было Морозову-младшему. К тому же она склонилась над какой-то книжкой, и Максиму пришлось рискнуть. Не сидеть же в кладовой неизвестно сколько времени, пока женщина на регистратуре не захочет отлучиться по иным делам. Стараясь создавать как можно меньше шума, Максим выдохнул, словно собирался прыгнуть в воду и, открыв дверь, почти в один прыжок преодолел расстояние до лестничного пролета. Боясь быть застуканным врасплох, он быстро спускался к спасительному помещению подвала. И пусть там ужасно пахнет, но именно там он сейчас хотел оказаться больше всего. Явно лучше, чем в цепких руках сотрудников клиники, которые знают, как успокоить через чур буйных. Сердце так билось у Максима в груди, что, казалось, пробьет грудную клетку. Даже вес тела Светланы перестал ощущаться, как до этого. Преодолев остаток ступенек, Морозов-младший остановился перед спасительной дверью. Сзади было тихо, а значит, на удачу, его маневр почти перед носом сотрудницы клиники, остался ею незамеченным. Зная, что за дверью должна находиться сестра, Максим тихо постучался и шепотом сообщил свое имя, чтобы Даша не испугалась, что пожаловали незваные гости. Дверь открылась, и юноша поспешил скрыться за ней.

- О, Боже, что случилось? – Запричитала Даша, увидев Светлану на руках брата.

- Она в отключке. – Пояснил Максим. – Ее чем-то накачали, как ты и говорила. Короче, надо валить отсюда и побыстрее. Потом приведем ее в сознание. Надеюсь, что без регулярной дозы, она придет в себя.

- А почему она вся в бинтах? – Спросила девушка, не зная, что отец сотворил с матерью, прежде чем запереть ее в клинике.

- Сестренка, а давай потом все «почему»? – Огрызнулся брат, который уже почти не чувствовал рук и с трудом удерживал на них тело матери. – Так, я забрался сюда через это окно. – Кивнул он на небольшое квадратное окошко прямо под самым потолком. – Ты выберешься первой, потом я передам тебе маму и вылезу сам. А там мы припустим со всех ног, надеясь, что никому не приспичит погулять по окрестностям.

Даша с готовностью кивнула и, использовав какие-то деревянные ящики, как ступени лестницы, стала карабкаться к заветному окошку. Сложнее было Максиму. Руки у него были заняты, и пришлось надеяться только на ноги. Он сцепил зубы, вцепившись в больничную пижаму матери. На его лице выступил пот, но он упорно полз наверх, понимая, что от этого зависит не только жизнь матери, но и его собственная. Преодолев половину пути, Даша оглянулась и увидела, как тяжело брату одному. Прекратив восхождение, она протянула руки и взяла на себя часть веса тела матери. Так, пыхтя, брат и сестра продолжили двигаться к своему спасению. Первая, действительно, выбралась Даша, потом они на пару с Максимом протиснули все еще бессознательное тело Светланы в окошко, и шатенка оттащила мать в сторону, чтобы брат мог вылезти следом. Когда все трое оказались на свежем воздухе, Максим снова поднял мать на руки, и вместе с Дашей они побежали прочь от здания.

Говорят, в стрессовой ситуации, когда от этого зависит твоя жизнь, человек способен на немыслимые подвиги, которые в обычной ситуации никогда не смог сотворить. Сейчас Максим, как никто, прочувствовал на себе, как может стимулировать на подвиги опасность. Хотя Даша и бежала впереди, не имея никакого дополнительного веса, кроме своего собственного, ее брат бежал с весом тела матери на руках. Но даже этот груз почти не уменьшил его скорости. Сжимая зубы и прижимая к себе женщину, чтобы не уронить, он бежал, словно от этого зависела его жизнь. Собственно, почти это было правдой. Ему не хотелось думать, что будет с ним и сестрой, если их поймают здесь.

Так как Даша не знала, как Максим попал на территорию клиники, она вскоре замедлила ход, чтобы брат пробежал вперед и указал ей путь. Оказалось все проще, чем девушка представляла. Чтобы не проходить и не отчитываться за каждое отлучение с территории клиники перед охранниками, кто-то из персонала проделал в проволочном заборе за зданием небольшой лаз. Там курящие сотрудники оборудовали «курильню». Эти сотрудники даже представить себе не могли, что этим лазом может воспользоваться кто-то еще. Он был хорошо замаскирован за кустом, но Максим как-то смог его найти, и теперь они с сестрой могли спокойно и быстро покинуть пределы клиники.

- Макс, как мы выберемся отсюда? – Спросила Даша, когда они проделали те же манипуляции через лаз, как до этого через окошко в подвале клиники. Выбравшись из лаза в заборе, они вскоре оказались на дороге. – Не пойдем же мы пешком, да еще с мамой в больничной пижаме. Нас остановит первый же пост ДПС, и тогда нам каюк.

- Твою ж, этот момент я как-то упустил. – Выругался Максим. – Так, нам нужно отойти куда-нибудь подальше, я товарищу позвоню, он за нами приедет.

- А ему можно доверять? – С опаской спросила девушка.

- Это все тот же мой друг-хакер, что сделал тебе пропуск. – Ответил брат, двигаясь в сторону остановки. – И сними с себя халат, накинем на маму, чтобы не сверкать ее больничной пижамкой. – Попросил он на ходу.

Даша с готовностью сняла с себя докторский халат, про который и думать забыла, что он по-прежнему на ней. Пристроив Светлану на сидении остановки, девушка принялась одевать на нее халат, чтобы скрыть больничную пижамку, а Максим, достав свой телефон, быстро набрал номер знакомого и, коротко обрисовав ему ситуацию, попросил срочно приехать по указанному адресу. Видимо, его товарищ в принципе не нуждался во сне, а еще имел дополнительную профессию гонщика, но где-то спустя полчаса перед Дашей и Максимом остановился форд серебристого цвета. Дверь со стороны водителя открылась, и оттуда выскочил молодой парень с темными кучерявыми волосами и озорной улыбкой на губах.

- Запрыгивайте. – Пригласил он, открывая заднюю дверь и помогая Максиму устроить внутри салона бессознательное тело Светланы. – Ого, неплохо над ней поработали. – Прокомментировал он состояние женщины.

- Да уж. – Скривился Максим. Сам он сел на переднее место пассажира, а Даша расположилась рядом с матерью, облокотив ее на себя и придерживая руками за плечи. – Дашуль, это мой товарищ-спаситель Артем. – Представил он друга сестре, когда брюнет тронул автомобиль с места и понесся прочь от злачного места.

- Привет. – Весело поздоровался с девушкой Артем, глянув на шатенку в зеркало заднего вида.

- Привет. – Благодарно улыбнулась «спасителю» Даша. – Слушай, даже не знаю, как тебя благодарить, Тем.

- Ой, да фигня. – Отмахнулся Артем. – Я обожаю авантюры. Кстати, с пропуском норм?

- Да, идеально. – Ответила девушка, и брюнет игриво ей подмигнул.

- Темыч, моя сестренка не свободна. – Предупредил Максим, заметив, что товарищ заигрывает с шатенкой.

- Вот черт. – С сожалением вздохнул Артем, и Даша рассмеялась. – Он счастливчик. Куда вас подбросить?

- Да в идеале вообще в другой город, но так наглеть не хотелось бы. – Ответил Морозов-младший. – Да и на поезд нас с мамой в отключке не пустят. А завтра отец на ноги всех поднимет, все выходы из города закроет. Я понятия не имею, что делать.

- Да, вам нужно делать ноги прямо сейчас, иначе другого случая не будет. – Согласился брюнет, рассуждая. – А персонал клиники скоро хватится пропавшей пациентки и ее объявят в розыск. Ладно, уговорили, валим из города подальше. Только надо бензином под завязку «напиться». И неплохо бы еще шмотки вашей матери сменить. Больничная пижамка никому не идет. На выезде из города есть заправка, а недалеко от нее супермаркет. Бензин, «хавчик» в дорогу и шмотка. Все делаем быстро. – Распорядился он и, вжав педаль газа, увеличил скорость своего автомобиля.

- Слушай, мы не можем тебя так подставлять. – Проговорил Максим, переглянувшись с сестрой. – Ты и так нас выручил, по гроб жизни обязаны.

- Если не примете мое предложение, этот гроб вам вскоре понадобиться. – Вполне серьезно ответил Артем, и его попутчикам пришлось согласиться с этой истиной. – Я вас на дачу родителей отвезу. Там переждете. Мои предки все равно загорают в Турции. Вам перекантоваться нужно в пригороде, пока ваша мама в себя не придет. Поддельные документы я вам сделаю, внешность измените и свалите поездом, куда захотите. Только советую с пересадками путешествовать. Откачивать мать вам самим придется, лучше к врачам не обращаться. «Загуглите», как из коматоза вытаскивают, и в аптечке закупитесь. И вообще не светиться, пока поблизости от вашего «чудесного» папаши.

- Это и так знаем. – Заскрипел от злости зубами Максим при упоминании отца. – Ладно, давай по твоему плану действовать, и будем ждать момента, чтобы свалить подальше. Тем, я твой вечный должник.

- Ну, если что понадобиться - обращусь, а вообще не парься по этому поводу. – Ответил брюнет. – Ты тоже мне однажды помог.

- Но не так, как ты. – Возразил Морозов-младший.

- Так говорю же, если что сочтемся. Но сейчас нужно вас вытаскивать, иначе долг не с кого будет спросить. – Ответил Артем, улыбнувшись.

Больше Максим спорить не стал. Усталость накатила неожиданно, и он, пристроив голову на подлокотнике, вскоре задремал, укачанный дорогой. Даша на заднем сидении тоже прикрыла глаза, крепко прижимая к себе безвольное тело матери, словно даже во сне защищая ее от всего, что могло ей навредить. Артем, мельком глянув на задремавших товарищей, улыбнулся своим мыслям и направил автомобиль к границе столицы.


Комментарий к Глава 24

Вот теперь точно к концу историю нужно подводить…


========== Глава 25 ==========


Артем разбудил товарищей, остановившись на заправке. Рассвет уже наступил. Оставив Дашу приглядывать за матерью, которая по-прежнему не пришла в сознание, Артем и Максим отправились за покупками. С опаской оглядываясь по сторонам, словно боясь, что сейчас в окно машины заглянет отец, Даша дышала через раз, крепко прижимая к себе Светлану. Время, которое отсутствовали юноши, для нее казались вечностью. Ранние водители, которые останавливали машины рядом, чтобы заправить бензином баки, с удивлением смотрели на девушку, и Даша вымученно улыбалась, чтобы не вызвать подозрений. Под врачебным халатом не была видна пижама клиники, но шатенке пришлось закрыть лицо матери волосами, чтобы не было видно бинтов.

Первым вернулся Артем с большим пакетом провизии. Улыбнувшись Даше, он положил рядом пакет и, взяв оттуда бутылку с водой и упаковку чипсов, занял место за рулем.

- А Макс? – Спросила Даша. Она оглядывалась по сторонам, пытаясь высмотреть брата.

- Ну, шмотки выбирать сложно, разве нет? – Отозвался Артем, весело подмигивая девушке. – Вам ли, девочкам, не знать. Вы в магазине можете часами заседать.

- Заседают в суде, умник. – Огрызнулась Даша. – И мне сейчас не до твоих шуток. У нас каждая минута на счету. Отец, наверно, уже всех на уши поднял.

- Ладно, прости. – Виновато вздохнул брюнет. – Просто хотел разрядить обстановку. Понимаю, вам с Максом не просто.

- Прости, Тем, я ценю все, что ты для нас делаешь, но ты не понимаешь. Мой отец оказался… не тем человеком, за которого себя выдавал. Я и представить себе не могла, что люди вообще на такое способны.

- Да, это серьезно подрывает веру в людей. – Вздохнул Артем. – Но, знаешь, некоторые люди сволочи. Это правда жизни, увы. Но меня всегда успокаивало то, что хороших людей все же больше. Да, ваш отец говнюк, но вы с Максом есть друг у друга. У вас есть мать. И у тебя есть парень, который тебя очень любит и ждет. Разве этого мало? – Спросил он, улыбнувшись в зеркало заднего вида девушке. – Пока есть люди, которые любят, жизнь не такая уж и хреновая штука.

Даша кивнула и улыбнулась. Вскоре вернулся Максим и, передав пакет с вещами сестре, запрыгнул на переднее сидение рядом с другом. Теперь, когда все приготовления были закончены, «беглецы» продолжили путь. Быстро достав из пакета обновки, Даша аккуратно переодела мать в вещи, что приобрел брат. Времени на то, чтобы основательно выбирать одежду, у Максима не было. Он на глаз прикинул размеры Светланы и купил платье и брюки с рубашкой на смену. Он надеялся, что ему с семьей недолго придется прятаться, и вскоре они, получив поддельные документы, смогут уехать как можно дальше от столицы и от Петра Алексеевича в частности.

За пределами города Артем смог максимально увеличить скорость машины, так как других транспортных средств было не так много. И все-таки товарищи судорожно оглядывались по сторонам, ожидая преследования. Уже совсем расцвело, и скорее всего в клинике уже хватились пропавшей пациентки. А значит они должны уже сообщить Морозову-старшему об исчезновении его супруги, а также в полицию.

- Как она? – Спросил Максим, обеспокоенно посмотрев на мать.

- Она все еще спит. – Проговорила Даша, нежно гладя женщину по волосам. – Это же ненормально, да? Она слишком долго спит.

- Ну, если ее накачали транквилизаторами под завязку, то не удивительно, что она до сих пор не пришла в себя. Нужно еще подождать. Хотя, именно времени у нас теперь в обрез. – Проговорил Максим. – Темыч, как быстро ты нам состряпаешь документы? – Обратился он к другу.

- Если очень постараться, то дня два-три. – Ответил брюнет. – Но это не моя юрисдикция, поэтому мне нужны деньги.

- У меня есть. – Ответила Даша. – С продажи картин осталось. – Пояснила она, когда брат удивленно посмотрел на нее. – Столько, сколько потребуется.

- Ну, тогда дело за малым. – Кивнул Артем. – Отсидите пару дней на даче моих предков. За это время ваша мать должна прийти в себя, а потом вы свалите отсюда подальше. Главное, не светите своими лицами перед посторонними. Уверен, завтра уже вашу мать, да и вас, объявят в розыск. Так что, пока отсиживаетесь, я еще и маскировку вам раздобуду.

- Да, спасибо, это очень важно. – Согласился Максим.

- Да уж, вляпались вы по самые ушки. – С грустью вздохнул товарищ. – Но ничего. Все образуется.

Даша с братом переглянулись, не очень веря, что все будет так легко. Каждая минута промедления была опасна, но и сразу уезжать за пределы города нельзя. Нужно было подготовиться, чтобы их никто не узнал и не задержал. Дача родителей Артема находилась не так далеко от города и, спустя пару часов по обе стороны дороги показалась череда загородных домов. Погони все еще не было видно, и Максим с Дашей немного расслабились. Проехав несколько участков, Артем повернул руль вправо, заезжая на территорию, где находился небольшой двухэтажный домик с крышей из старой красной черепицы. Когда машина остановилась, Максим вылез из салона и, распахнув заднюю дверь, помог сестре вытащить Светлану. Захлопнув дверцу авто, Артем быстро направился в сторону входной двери дома. Максим с матерью на руках и Даша с пакетом провизии быстро последовали за ним. Открыв ключами дверь, брюнет впустил друзей внутрь, а потом, посмотрев по сторонам, скрылся следом за ними.

- Так, народ, вы позже посмотрите что и где, - быстро сказал Артем, говоря о содержимом дома – скажу только, что на втором этаже есть две спальни. Я вас оставлю. Не буду терять время и сразу займусь вашими документами.

- Да, конечно. – Спохватилась Даша и, достав из кармана джинсов пачку денег, передала брюнету. – Я не все взяла. – Пояснила она небольшую толщину пачки одна тысячных банкнот. – Остальное в доме родителей. Я думала, что мы туда сможем вернуться.

- Ладно, пока этого хватит, как задаток. – Ответил Артем, убирая деньги в карман. – Если не хватит, добавлю. Потом рассчитаемся. Обустраивайтесь и ждите меня с новостями.

И, оставив друзей, брюнет покинул дом. Максим со Светланой на руках направился к лестнице, чтобы с удобствами устроить мать на кровати. Даша, сообщив, что хочет приготовить что-то существеннее чипсов и сухариков, отправилась на поиски кухни. На втором этаже, действительно, находились две двери. Придерживая мать, Максим надавил на ручку и толкнул от себя дверь. Обнаружив внутри удобную кровать, он аккуратно положил на нее Светлану. Откинув волосы женщины с ее лица, юноша заботливо укрыл мать покрывалом и оставил ее отдыхать. Спустившись вниз, он обнаружил сестру, готовящую завтрак.

- Еще не пришла в себя? – Спросила Даша, оглянувшись на брата через плечо. Тот покачал головой и, подойдя к обеденному столу, устало опустился на один из стульев. Разбив пару яиц на разогретую сковородку, девушка поставила на другую газовую горелку чайник с водой.

- Андрюхе еще не звонила? – Спросил Максим. – Доехали ли родители?

- Нет, не звонила. – Ответила шатенка. – И я не считаю, что ему нужно знать о нашей маме.

- И почему? Боишься, что если он узнает, какая опасность тебе угрожает, он вернется и подвергнет опасности уже себя?

- И в кого ты такой проницательный? – Усмехнулась Даша, выкладывая на сковородку бекон. – Просто я считаю, что мы и сами справимся. Нужно только привести маму в сознание, дождаться поддельных паспортов и свалить отсюда подальше.

- Да, именно в маме вся проблема. – Вздохнул Максим, устало теребя пальцами переносицу. – Она уже несколько часов в отключке, и я понятия не имею, как привести ее в сознание. Я думал, что со временем она сама очнется, но она по-прежнему даже глаз не открыла. А с таким грузом нас не то, что в поезд не пустят, нас первые же попавшиеся менты заметут. И передадут прямо в «заботливые» ручки папочки. Твою ж. – Ругнулся он, со злости стукнув кулаком по столу. – Темыч прав, нас наверняка уже разыскивают. Я не вздохну спокойно, пока не буду от отца за сотни километров. А лучше за тысячи.

- Знаешь, я до сих пор не верю, что отец… на такое способен. – Проговорила Даша.

- Да, я тоже надеюсь, что это какой-то страшный сон, и я вот-вот проснусь. Но, боюсь, мы в чертовой реальности, и проснуться нам не суждено. Успокаивает только одно: примерный план действий есть. Остается только дождаться Темыча с новостями, а там уедем подальше.

- Слушай, Макс, на счет этого. – Сказала девушка, поворачиваясь. – Я не думаю, что разбегаться в разные стороны - это хорошая идея. Нам всем лучше держаться вместе. Поехали со мной, к Андрею. Зачем тебе быть одному? Юристы нужны везде. Я не хочу с тобой расставаться. Ты и мать - мои единственные родственники. У тебя тоже кроме нас никого. Не очень много, согласись. Мы должны быть вместе. Прошу, не уезжай за Урал. Поехали со мной.

- Я тоже не хочу с тобой расставаться, сестренка, но…

- Нет, тогда никакого «но». – Оборвала его Даша, беря за руки Максима. – Прошу.

- Ладно. – Улыбнувшись, брат поднял вверх руки, словно сдавался на милость девушки. – Уговорила. Едем все вместе. Одной дружной семьей. Так, надо загуглить, как привести маму в чувства и попросить Темыча, чтобы он в аптечке закупился. – Сообщил Максим, доставая телефон из кармана брюк.

Даша, разложив яичницу по тарелкам, выставила их на стол. Закончив сервировать стол чашками с горячим растворимым кофе, девушка села напротив брата.

- Тема закупил достаточно продуктов, нам должно хватить на пару дней. – Сказала девушка, вооружившись вилкой. – Правда, там сплошные полуфабрикаты да чипсы с газировкой, но нам выбирать не приходится. Хорошо хоть холодильник исправный. И вообще тут даже жить можно.

- Предлагаешь переехать? – Усмехнулся Максим, удивленно вскинув бровь. – Боюсь, сестренка, надолго нам тут не разрешат погостить.

- Я и не думала. Просто сказала, что тут можно переждать, пока мы не имеем возможности разгуливать спокойно по улице. И тут нас искать никто не будет.

- Тут ты права. Отец не знает, что у меня есть друг Артем. И уж тем более не знает, где у его предков дача. Так что да, здесь мы в безопасности.

- А это самое главное.

- Да, это все, что нужно. – Согласился Максим, беря в руку вилку.

Даша кивнула, приступая к завтраку. Больше действительно нечего было добавить, и молодые люди решили сосредоточиться на еде и своих мыслях.


========== Глава 26 ==========


После завтрака Максим отправился наверх к матери, чтобы не пропустить тот момент, когда женщина очнется. Даша, пожалевшая, что оставила в доме приемных родителей все вещи, включая холст и краски, теперь маялась от безделья. Чтобы хоть как-то занять руки и не думать о том, что будет, если их найдут, девушка занялась разборкой продуктов и своих вещей. За этим занятием ее и застал звонок телефона. На дисплее высветилось имя Андрея. Тяжело вздохнув, Даша приняла вызов.

- Ты где? – Сходу, не здороваясь, спросил Андрей.

- Тебе тоже привет, любимый, у меня все хорошо. – Усмехнувшись, ответила девушка.

- Прости. Привет, родная.

- Родители нормально добрались?

- Да, все хорошо. Когда ты приедешь?

- Скоро. – Уклончиво ответила Даша, решив не говорить про состояние матери и угрозу, исходившую от отца. – Нам с Максом нужно кое-какие дела тут окончить…

- Какие дела? – Оборвал ее Андрей. – Даш, что происходит?

- Ничего.

- Ты не умеешь врать, любимая. – Улыбнулся Андрей. – Никогда не умела. Я всегда тебя разоблачал. Скажи, в чем дело? Ты же знаешь, я не отстану, даже если мне нужно будет приехать, чтобы узнать.

- Приезжать не нужно. – Быстро ответила девушка, испугавшись угрозы. – Через пару дней я сама приеду. Обещаю. Я очень по тебе скучаю.

- Слушай, родители сняли квартиру, а ты будешь со мной. Сможешь продолжить учиться на художника. Потом выставляться. Главное, что мы будем вместе, и нас уже никто не сможет разлучить. Здесь твой отец до нас не дотянется. Я не хотел по телефону… хотел свечи и романтичный ужин, но…

- Я согласна. – Оборвала его Даша, сияя счастливой улыбкой.

- Ты мысли читаешь что ли? – Рассмеялся Андрей. – Мне надо быть аккуратнее, на будущее, а то никакого сюрприза не получится.

- Ну, от ужина при свечах все равно не отделаешься, а то я всегда могу передумать. – Кокетливо отозвалась девушка.

- Я и не думал. Как приедешь, так сразу и устроим.

- Уже скоро. Пару дней, не больше. Обещаю.

В этот момент на кухню влетел Максим.

- Даш, там мама очнулась. – Выпалил он. – Пошли скорее.

- Очнулась? – Переспросил Андрей в трубке. – Что это значит?

- Я перезвоню. – Быстро свернула разговор Даша. – Люблю, жди меня. Пока.

И, положив телефон на обеденный стол, побежала вместе с братом наверх в спальню матери. Светлана лежала на кровати, приоткрыв глаза и осматриваясь вокруг. При появлении детей, она вымучено улыбнулась и попробовала протянуть к ним руку, но была еще очень слаба и едва пошевелила пальцами. Но и это было большим прогрессом, и Максим с Дашей, радостно заулыбавшись, подошли к кровати и сели с обеих сторон от женщины. Даша, взяв одну из ее рук, поднесла к своему лицу и ласково поцеловала пальцы.

- Мам, как ты себя чувствуешь? – Обеспокоенно спросил Максим, беря другую руку матери и крепко сжимая ее пальцы. – Что-то болит?

- Нет. – Ответила Светлана. – А теперь совсем хорошо, когда вы здесь.

- Совсем будет хорошо, когда мы свалим все вместе подальше от отца. – Сказал Максим. – Но для этого ты должна подняться на ноги. Мой друг готовит нам поддельные документы, чтобы мы могли уехать из Москвы. Так, для начала тебе нужно хорошо поесть, это придаст тебе сил, мам. У нас есть пара дней, пока готовятся пути отхода, за это время ты окрепнешь. Надо только больше отдыхать. Страшно представить, что с тобой делали в этой клинике, но ты была, словно в летаргическом сне.

- Ничего, я приду в себя. – Устало улыбнулась Светлана. – Но уехать не могу. Ваш отец…

- Ничего тебе не сделает. – Ответил Максим. – Сейчас важно, чтобы мы уехали, как можно скорее. Потом вы разведетесь.

- Максим, сынок, твой отец никогда не даст мне развода. – Вздохнула женщина. – Он скорее убьет меня.

- Не убьет. Я разведу вас через суд. Засниму все побои и буду свидетельствовать против него. Я не позволю, чтобы ты и дальше была его женой. Я все сделаю. Слышишь, мам? Все.

- Мам, верь. – Подхватила Даша. – Все будет хорошо. Макс прав. Ты главное поправляйся.

- Хорошо, мои родные. – Согласилась Светлана. – Если вы так говорите, то так и будет. Вам я верю.

- Вот и чудесно. – Улыбнулась девушка и снова поцеловала пальцы матери. – Я пойду приготовлю что-нибудь, чтобы ты быстрее поправилась.

Даша поднялась с кровати и, нежно поцеловав мать в лоб, выбежала из комнаты. Максим дождался, когда шаги сестры стихнут, а потом подсел поближе к матери.

- Мам, расскажи, что произошло? – Попросил он. Светлана тяжело вздохнула, но отвечать не спешила. – Он избил тебя, да? И снова поместил в клинику, чтобы избавиться. Он обвинил тебя в моем уходе. – Догадался Максим, приняв молчание матери, как положительный ответ. – Я убью его. – Выпалил он, сжав кулаки.

- Сынок. – Пробормотала Светлана.

- Этой сволочи не сойдет с рук все, что он сделал тебе. – С ненавистью пообещал Максим. – Обещаю тебе. Он за все ответит. Мы уедем, а потом я заставлю его заплатить. Ты только поправляйся. Пойду помогу сестре, а ты попробуй еще поспать. Я разбужу, как будет все готово. – И, так же поцеловав мать в лоб, он оставил ее отдыхать.

Даша занималась жаркой котлет и варкой макарон, когда в кухню зашел Максим. Опустившись на один из стульев, он запустил пятерню в волосы. Девушка, радуясь тому, что мать пришла в себя, с улыбкой повернулась к брату и весело подмигнула.

- Как там Андрюха? – Спросил тот.

- Ну, твое пророчество по поводу свадьбы сбывается. – Просияла еще больше Даша. – Как только все это закончится - мы будем вместе. И уже никто нас не разлучит.

- Да уж, это даже отцу не под силу. – Усмехнулся Максим. – Мне уже не терпится напиться за счастье молодых. И вообще напиться было бы не лишним после всего.

- Эй, когда все это закончится, и я не прочь составить тебе компанию. – Снова подмигнула ему сестра.

- Тебе помочь?

- Нет, я справлюсь. Ты побудь лучше с мамой. Или позвони Артему. Узнай, как дела с нашими документами. Нам нужно сваливать, пока отец всех собак на наши поиски не пустил.

- От моего звонка быстрее дело не пойдет. Темыч и так знает, что нам надо рвать когти.

- Надо дать ему ключи от квартиры родителей. Пусть заберет мои вещи и остальные деньги.

- Да, это, пожалуй, он может. Вот только отец перво-наперво именно там будет нас искать. Туда опасно соваться. Надо что-то другое придумать. Про деньги не парься, мы потом с Темычем сочтемся. Сейчас нам вперед надо, а не назад. Шмотки новые купишь. А деньги заработаем. Возвращаться опасно.

- Да, наверно, ты прав. – Вздохнула девушка. Ей очень не хотелось бросать свои вещи, но брат был прав. Возвращаться в квартиру родителей нельзя.

Тут входная дверь открылась, и на кухню зашел Артем. В его руке была большая спортивная сумка. Поприветствовав товарищей, он сел за стол и вручил сумку Максиму.

- Здесь маскировка для вашей матери. – Пояснил он. – Кстати, как она?

- В себя пришла, но с кровати пока встать не может. – Ответил Максим. – Как дела с документами?

- Они будут готовы к ночи, что для вас лучше всего. Как мы и предполагали, ориентировка на вашу маму уже есть. По телеку, радио и из каждого утюга передают о сбежавшей опасной психически больной пациентки. В общем, ваш отец не смущался в эпитетах, когда объявлял ее в розыск. На вас конкретно ничего нет, но в ориентировке так же говорится о возможных пособников побега.

- Твою ж. – Ругнулся Максим. – Отец за все ответит.

- Поэтому сегодня ночью вам нужно валить. – Продолжил Артем. – Служителей порядка будет поменьше на улице, а на вокзале в ночных сумерках, да еще и под маскировкой вашу мать не узнать будет. Кроме маскировки, я еще прихватил кое-что из аптечки. А с документами принесу еще и билеты. До вокзала я вас довезу. Если ваша мать не встанет с кровати до ночи, придется ее в инвалидной коляске вести. Ладно, пока вас оставлю. Позвоню, как все будет готово, чтобы вы собирались. Когда я приеду, надо быстро погрузиться и лететь на вокзал. На все-про все у нас не более пары часов. Конечный пункт какой город?

Даша сообщила город, где обосновался Андрей, и Артем, распрощавшись с друзьями, покинул дом. Девушка, тяжело вздохнув, вернулась к готовке, хотя внутренне ее всю трясло от страха. Наверно, только оказавшись, наконец, в объятиях любимого, она сможет почувствовать себя в безопасности. Но именно этот путь был сложнее всего, что случалось с ней до этого. Максима, помимо огромной ненависти к отцу, терзало тоже чувство страха. Поставив перед собой на стул принесенную Артемом сумку, он принялся разбирать «гостинцы». Темные очки, широкополая шляпа и темная накидка бесспорно могли скрыть Светлану от внимательных подозрительных взглядов.

- Знаешь, у нас, конечно, не образцовая семья, - проговорил Максим, обернувшись к Даше – но я очень счастлив, что у меня такая сестра, как ты.

- Я тоже. – Улыбнулась ему девушка. – Лучшего брата и желать нельзя. Мы же справимся, да?

- Конечно, сестренка. – Наигранно весело ответил Максим. – Вот увидишь, скоро все это кончится. Впереди тебя ждет счастливая семейная жизнь с Андрюхой. Мы с матерью поселимся неподалеку. У нас все будет хорошо. Отец больше не испортит нам жизнь. Хватит. Он достаточно сделал. Больше он не причинит нам вреда.

Даша кивнула и принялась накрывать на стол, а Максим, подхватив сумку, направился наверх, чтобы рассказать матери, что уже сегодня ночью они будут далеко от столицы. И от Петра Алексеевича Морозова.


========== Глава 27 ==========


С наступлением сумерек приехал Артем. Светлана, хотя и поднялась с кровати, все еще не могла передвигаться без помощи сына, но ни на какие просьбы ехать в инвалидном кресле не соглашалась. Без постоянных инъекций успокоительного, коим кололи «заботливые» врачи в клинике, женщина чувствовала себя гораздо бодрее. К тому же в аптечке, принесенной Артемом, были витамины, которые укрепили здоровье Светланы. Она с трудом передвигала ноги, но старалась терпеть боль, зная, что именно от ее мобильности зависит, как быстро они с детьми смогут уехать подальше от жестокого и мстительного супруга. Пока Максим с Артемом аккуратно устраивали мать на заднем сидении авто брюнета, Даша быстро упаковала остатки еды в сумку и заняла свое место рядом с женщиной. Когда все были на местах, машина двинулась в сторону железнодорожного вокзала.

- В бардачке ваши документы. – Сказал Артем, и Максим тут же открыл указанный ящик. Там оказались три паспорта на вымышленные имена и по три билета на каждого путешественника. – Самолетом лететь опаснее, там система безопасности круче. – Пояснил брюнет. – Поэтому только поездом.

- Тем, мы тебе все вернем. – Заверила его Даша. – Слушай, деньги остались в доме моих приемных родителей. Ключи вот. – Добавила она, протягивая связку ключей Артему. – Бери хоть все, чтобы покрыть все затраты. Если бы не ты, нам бы ни за что не выбраться.

- Ну, во-первых, я в квартиру твоих родителей не сунусь, даже если там будут золото и бриллианты. – Усмехнулся Артем, не принимая связку ключей. – Потому что, боюсь, никакие деньги не стоят знакомства с вашим отцом. А во-вторых, с возвращением денег я вас не тороплю. Как обустроитесь на новом месте, потом сочтемся.

- В этом можешь не сомневаться, друг. – Кивнул Максим. – С процентами отдам. Даша права: если бы не ты, нам всем крышка была бы.

- Да, и еще кое-что. – Вспомнил Артем. – От своих телефонов лучше избавьтесь. По ним вас легко засечь. Купите новые.

- Да, кстати, об этом мы забыли. – Согласился Максим и, достав свой аппарат связи, быстро его разобрал и выбросил за окно машины. Следом те же манипуляции он проделал с телефоном сестры под тяжелый вздох девушки. Она не успела позвонить возлюбленному и сообщить, что едет. Пока авто быстро ехало к вокзалу, Даша надела на мать парик, сделав из нее брюнетку, а потом шляпу, максимально натянув ее на лоб женщины, а так же спрятала ее глаза за темными очками. Она надеялась, что никто не заинтересуется, почему Светлана ночью носит очки. К тому же девушке пришлось использовать почти весь свой тональный крем, чтобы «закрасить» все синяки и ссадины, которые «украшали» лицо матери. И пусть сейчас Светлана больше походила на восковую скульптуру из-за обилия маскировочного крема, но это было все же лучше, чем синюшные кровоподтеки.

Вскоре Артем остановил свой автомобиль у входа на железнодорожный вокзал. Сунув документы в сумку, Максим вместе с Артемом взяли Светлану под руки, но так, чтобы не вызывать подозрения, что женщина не в состоянии передвигаться самостоятельно. Даша, неся в руке сумку, шла впереди. Наступила ночь, и людей, желающих куда-то отправиться так поздно, было немного. Как и работников вокзала, что сейчас было важнее всего. Предоставив сумку на досмотр и дав проверить подлинность документов и билетов работнице на перроне, молодые люди поспешили к уже ожидавшему их поезду. Даша до последнего момента все оглядывалась по сторонам и с испугом смотрела на людей в форме органов правопорядка, словно ожидая, что их сейчас разоблачат и схватят. Светлана тоже это понимала, поэтому старалась быстрее передвигать ногами, сжимая зубы от сильной боли, пронизывающей все ее конечности. Слабость вызывала тошноту и головокружение, но она и не думала жаловаться, понимая, как важно не вызвать подозрения у окружающих. В глазах темнело и расплывалось, поэтому Светлана сосредоточилась на спине дочери, выбрав ее своеобразным маяком, чтобы не потерять сознание и все-таки добраться до купе в вагоне.

Артем проводил товарищей прямо до купе и, тепло распрощавшись, пожелал им успеха и вышел из вагона, попросив позвонить Максима, когда они достигнут конечной цели путешествия. Даша напоследок нежно поцеловала брюнета в щеку, еще раз сердечно поблагодарив его за все, что он сделал. Артем просиял, сказав, что девушка этим поцелуем «оплатила» большинство затрат, которые он понес, чтобы помочь друзьям.

Несколько минут до отбытия поезда Светлана с детьми переждали с трудом, нервно реагируя на каждый шум. Наконец, вагон дернулся, и вскоре перрон стал отдаляться. Только после этого Максим и Даша смогли выдохнуть спокойно. Девушка, крепко обняв мать, едва не плакала от счастья, что им удалось уехать из Москвы, никем не замеченными. Максим теребил пачку сигарет, жутко желая закурить, чтобы снять стресс, но не стал выходить в тамбур и искать место для курения, не рискнув оставить мать и сестру одних. По крайней мере, пока поезд не отъедет достаточно далеко от города. Ведь и сейчас оставалась возможность обхода купе проводницей или других работников при исполнении. Видя нервное состояние брата, Даша села рядом и, взяв одну его руку, крепко сжала ладонь. Максим притянул ее к себе и обнял, ласково поцеловав в висок. Светлана впервые счастливо улыбнулась, с нежностью и любовью смотря на своих детей. Несмотря на плохое самочувствие и боль, пронизывающая каждую клеточку ее тела, она была по-настоящему счастлива.

До первой пересадки Светлане удалось немного поспать, чтобы набраться сил. Максим с Дашей немного перекусили сделанными девушкой бутербродами. Услышав объявление о прибытии на место назначения, Максим разбудил мать и, придерживая ее за талию, помог покинуть вагон. Пока Даша со Светланой ожидали поезда, присев на скамейку у перрона, Максим смог перекурить неподалеку, но так, чтобы не терять из виду мать и сестру. Через пару часов прибыл поезд, и путешествие к следующему населенному пункту было продолжено. Теперь, отъезжая от перрона, напряжение почти спало. Хотя праздновать победу было еще рано, но уверенности в удачном исполнении плана побега было больше, чем до этого. Светлана тоже подкрепила силы едой и, облокотившись на плечо сына, снова задремала. Даша сидела у окна и смотрела на пролетавшую мимо местность, но это вскоре ей наскучило и она, достав из сумки какой-то журнал, прихваченный из домика на даче Артеминых родителей, решила развлечь себя просмотром глянцевых страниц. Правда, жизнь знаменитостей и сплетни ее сейчас мало интересовали, но это позволило немного отвлечься от мыслей. Максим первое время поддерживал беседу, когда сестра хотела обсудить ту или иную новость, но потом тоже прикрыл глаза, прислонившись щекой к макушке матери. Один раз к ним в купе заглянула проводница, чтобы проверить наличие билетов. Стараясь, чтобы руки не тряслись от страха, Даша протянула женщине паспорта и билеты. Та быстро сверила фотографии на документах с оригиналами и, умилившись столь прекрасной картине, как спящие в обнимку сын и мать, оставила семью одних продолжать путь. Шатенка, вытерев холодный пот со лба, без сил упала на сидение. Последняя опасность быть пойманными миновала. Столица, как и Петр Морозов, остались далеко позади.

Наконец, поезд прибыл на место назначения. Даша разбудила мать и сестру, и они вышли из вагона. Девушка рассказала про посещение проводницы и добавила, что все прошло великолепно. Максим со Светланой синхронно выдохнули и довольно улыбнулись. Осталось дождаться прибытия поезда, чтобы уже он привез их на конечный пункт назначения. Там Максим выявил желание купить новые телефонные аппараты с новыми сим-картами. Выйдя в город, Даша позвонила возлюбленному, чтобы сообщить, что скоро они встретятся. Максим же позвонил Артему, чтобы рассказать, что они добрались без проблем. Друг поздравил его с «успешной миссией» и сказал, что потом приедет в гости. Сев в такси, что были предоставлены при выходе из здания железнодорожного вокзала, Светлана, Максим и Даша уже не скрывали счастливых улыбок. Водитель попался на удивление разговорчивым, к тому же пассажиры тоже были не прочь снять стресс приятной беседой.

Андрей, сообщив родителям, что скоро приедет Даша с братом и матерью, теперь с нетерпением ждал, когда нужное такси остановится у подъезда. Ирина и Александр Юрьевич с улыбками смотрели на сына. По случаю такого праздника, как воссоединение семьи и влюбленных, был приготовлен по-настоящему праздничный завтрак. Едва такси притормозило у подъезда, Андрей просиял и, сообщив родителям, что Даша с семьей приехала, выбежал на улицу встречать. Выгрузив из багажника единственную сумку, девушка тут же была поймана в крепкие объятия возлюбленного. Максим, придерживая мать за пояс, с улыбкой смотрел на сестру и лучшего друга. С трудом разорвав страстный поцелуй с любимой, Андрей помог Максиму добраться со Светланой до квартиры. Там их с объятиями встречала чета Авдеевых, тепло поприветствовав Максима с матерью. И пусть было раннее утро и бессонная ночь за плечами, но Максим, Даша и Светлана радовались тому, что больше Морозов-старший не сможет причинить им вреда. Это был действительно праздник, и одна большая семья Авдеевых и Морозовых поздравили друг друга с победой, наполнив бокалы хорошим вином. Дальше предстояло обустроиться на новом месте, начать жизнь заново, окончательно «вычеркнув» из своей жизни Петра Морозова, но все это представлялось в более радужных цветах, чем раньше. Максим был уверен, что выступив с заявлением, ни один судья не позволит, чтобы такой монстр, как Петр Алексеевич являлся супругом Светланы. Ирина и Александр Юрьевич тоже не могли нарадоваться, что больше никто не запретит им общаться с приемной дочерью. А Светлана, словно, наконец, вздохнув полной свободной грудью, искренне смеялась. И даже боль и усталость отступили.

Завтрак плавно перетек в ужин, пока были обсуждены все насущные темы и построены планы на будущее. Александр Юрьевич забронировал для Максима и Светланы номер в гостинице на первое время, пока они не обзаведутся постоянным жильем. Потом он с Ириной помог Максиму и Светлане добраться до гостиницы, оставив влюбленных наедине.

- До сих пор с трудом верится, что все это реально. – Проговорила Даша, лежа в кровати и нежась в ласковых объятиях Андрея.

- Да уж. – Согласился шатен, крепко прижимая к себе разгоряченное обнаженное тело любимой и глубоко вдыхая в себя запах ее волос. – Долго же мы к этому шли. Признаюсь, были моменты, когда я уже и не надеялся. Прости меня за все, что я тебе наговорил. Твой отец…

- Тише. – Попросила девушка, кладя пальчики на его губы. – Прошу, я не хочу больше ничего слышать о Морозове. Я так ошибалась в нем. А ведь я его чуть ли не благодетелем считала.

- Милая, он первоклассно умеет носить маску хорошего человека. – Ласково улыбнулся Андрей. – Но теперь мы забудем о нем. Больше он нас не разлучит. Нас вообще больше никто не разлучит. Обещаю. Больше я тебя не отпущу. И никогда не откажусь. Лучше смерть.

- Нет. И смерть не разлучит. – Добавила Даша с улыбкой. – Теперь все будет хорошо. И теперь все правильно.

Андрей кивнул и притянул к себе возлюбленную. Засыпала Даша со счастливой улыбкой на губах, устроив голову на груди любимого, впервые зная, что отныне так будет всегда.

КОНЕЦ