КулЛиб - Классная библиотека!
Всего книг - 376501 томов
Объем библиотеки - 460 Гб.
Всего авторов - 160508
Пользователей - 84671

Впечатления

Гекк про Мишин: Счастливчик (Альтернативная история)

Уникальный продукт российских нунутехнологий - жвачка из картона с привкусом говна...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
PhilippS про Громыко: Профессия: ведьма (Юмористическая фантастика)

Пожалуй я недооценивал женский роман.
Женский детектив так разнообразен - Хмелевская, Маринина, Донцова.
Взялся за Женское фантази - оказалось: мило, смешно, неожиданно (для меня); Берусь за вторую(?) книгу."Профессия: ведьма" по факту дилогия.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
IT3 про Скляренко: Далёкие миры 2 (Научная Фантастика)

дичайше занудная книга,автор напрочь лишен дара рассказчика.вроде и космические приключения,корабли,андроиды,нейросети,но такое ощущение,что читаю протоколы.не смог домучить и удалил.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Гекк про Тюрин: Чужой среди своих (Боевая фантастика)

Жажда секса или славы пробудилась в сердце мглистом.
Оказался Тюрин педерастом.
Лучше б оставался онанистом....

Стандартный плагиат со старых текстов типа "Грант вызывает Москву" и прочей дребедени. Та же команда что ваяет под Корчевского и прочих...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Гекк про Литературный Власовец: Гитлер в Москве (Альтернативная история)

Чушь. Счас, придет армия из соседней страны и установит в России справедливую жизнь... Автор, самому надо лапками шевелить, а не рассчитывать на немцев, чеченцев, чукчей, украинцев и коряков...
Написано убого.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
kiyanyn про Паршинский: Из дневника жителя Архангельска Ф.Н. Паршинского (Биографии и Мемуары)

Интересно почитать. В очередной раз убеждаешься, что НКВД хватало отнюдь не невинных овечек...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Demiurge про Ильин: Напряжение (Боевая фантастика)

Выше всяких похвал серия Напряжение. Не то, что убогая гавно серия книг Метельского Унесенный ветром расхваленная некоторыми недоразвитыми дибилами.

Рейтинг: -3 ( 1 за, 4 против).

Крылья Победы (fb2)

файл не оценён - Крылья Победы 945K, 467с. (скачать fb2) - Сергей Игнатьевич Руденко



Сергей Игнатьевич Руденко Крылья Победы

С ходу в бой

Июнь 1941-го на Дальнем Востоке был солнечным. Выпадавшие в мае обильные дожди щедро напоили землю, и вокруг нашего авиационного городка буйствовала зелень. За аэродромом начинался густой лес. Поднимаясь на самолете, приятно было видеть этот раздольный, изумрудно зеленевший океан.

В дивизии, которой я командовал, шла напряженная учеба, отрабатывались самые различные учебно-боевые задачи. Это определялось тем, что наше авиасоединение было смешанным, в него входили полки, летавшие на бомбардировщиках Ил-4 и СБ, на истребителях И-16 и И-153 («чайка»).

К тому времени нам уже сообщили план перевооружения дивизии новой техникой. В 1941 году мы должны были получить пикирующие бомбардировщики Пе-2 конструкции В. М. Петлякова, а также скоростные истребители ЛаГГ-3 С. А. Лавочкина, М. И. Гудкова, В. П. Горбунова и Як-1 А. С. Яковлева. Стали обдумывать, как организовать изучение новой материальной части, строили планы переподготовки летного состава.

С конца мая все пять полков дивизии находились в лагерях. 14 июня начались маневры в приграничном районе. В них участвовали штаб дивизии, истребительная и бомбардировочная части. Руководил маневрами начальник штаба Дальневосточного фронта генерал И. В. Смородинов.

В ночь на 15 июня мы с комиссаром дивизии Н. П. Бабаком пошли к генералу Смородинову, чтобы доложить о результатах дня и получить задачу на завтра. Приближалась полночь. В палатке, где мы ждали приема, было прохладно, но, несмотря на это, хотелось спать. Мы, не раздеваясь, улеглись на стоявших там койках и задремали. Разбудили нас во втором часу и пригласили на доклад к руководителю маневров.

— Приветствую вас, Сергей Игнатьевич и Николай Павлович! — довольно необычно встретил нас генерал Смородинов. Чувствовалось, что он собрался сообщить нам что-то важное.

Жестом указав на стулья, генерал продолжал:

— Жаль с вами расставаться, но ничего не поделаешь.

Новая загадка: с кем расставаться — только с нами или со всем соединением?

— Получен приказ, — объявил Смородинов, — три полка вашей дивизии — 29-й истребительный. 37-й скоростной бомбардировочный и 22-й дальнебомбардировочный — отправить в Белоруссию. 3-й и 13-й истребительные полки остаются здесь, на своих аэродромах. Сейчас же возвращайте штаб дивизии и авиачасти на постоянное место базирования и готовьтесь к погрузке.

Немного помолчав, генерал добавил, что командиры уезжают пока одни. Семьи прибудут позже.

Стали разбирать самолеты и подвозить их по частям к железнодорожной станции. Техники и механики пилили лес, готовили доски для упаковки деталей. Через день первый эшелон тронулся в путь. В нем отправились на запад в основном технические базы. Командование и штабы полков уезжали вместе с личным составом. Все шло по плану.

И вдруг 22 июня радио передало, что гитлеровская Германия напала на нашу страну. Не буду описывать всех переживаний, горячих разговоров, вызванных этой вестью. Скажу только, что все советские люди сразу почувствовали смертельную опасность для родной страны, для каждого из нас. Но мы, дальневосточники, жившие в суровых условиях постоянной угрозы нападения со стороны японских милитаристов, пожалуй, легче перенесли переход из мирного состояния в военное. Нам, собственно говоря, и некогда было осмысливать случившееся: теперь мы уезжали на фронт.

Во время погрузки самолетов поступило указание: командованию и штабу дивизии срочно выехать в указанный пункт. Настал момент отправления эшелона. Тепло, даже с некоторой завистью — все рвались воевать! — напутствовали нас остававшиеся на Дальнем Востоке товарищи, с которыми мы вместе летали над таежными просторами. Пришла проводить меня жена Мария Павловна с сыном Сережей. Тяжело было оставлять семью. Но приказ есть приказ. Долго потом стояли у меня перед глазами их расстроенные лица.

2 июля мы первыми из дивизии приехали в Свердловск. На станции нас встретила группа работников обкома, облисполкома и штаба военного округа. Когда я представился секретарю обкома, тот сердечно пожал мне руку и пригласил в легковую автомашину.

— Садитесь, товарищ Руденко! Поедем сначала к нам, — сказал он, — там и вас послушаем, и сами все объясним. А эшелон пусть разгружается.

В обкоме меня ознакомили с положением на фронтах, рассказали о том, как сильно пострадала в первые дни войны наша авиация в приграничных округах. Особенно трудная обстановка сложилась на Западном фронте. Утром 22 июня вражеские бомбардировщики нанесли удары по десяткам аэродромов, где базировались наши наиболее боеспособные дивизии. В первый день войны враг уничтожил там сотни наших истребителей и бомбардировщиков.

Из Москвы пришел приказ: срочно собирать самолеты и вылетать по заданному маршруту. В Свердловске нас обеспечили техникой, необходимой для быстрой разгрузки и сборки крылатых машин. Из разговора с членом Военного совета ВВС мне стало ясно, что наши эшелоны остановили так далеко только с одной целью: побыстрее перебросить дивизию по воздуху на Западный фронт.

Мы собрали летчиков, рассказали им о тяжелых потерях на фронте, поставили задачу. Всматриваясь в знакомые лица, я сразу же заметил как посуровели они за эти дни. Во взгляде каждого можно было прочесть только одно: скорее бы в бой.

На разгрузке люди трудились в две смены. А мне почти трое суток не пришлось сомкнуть глаз: через каждые четыре часа докладывал в Москву по телефону о том, как идут дела. Часто с аэродрома выезжал в обком.