КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 585189 томов
Объем библиотеки - 882 Гб.
Всего авторов - 233601
Пользователей - 107424

Впечатления

poruchik_xyz про Абрамов: Справочник молодого литейщика.— 3-е изд., перераб. и доп. (Учебники и пособия для среднего и специального образования)

Суперкнига! Для студентов соответствующего профиля - вещь незаменимая!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Lyusten про Винокуров: Начало (Боевая фантастика)

Какойто детский бред напополам с матами. Дальше пары десятков страниц ниасилил.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
renanim про Осадчук: Бастард (СИ) (Героическая фантастика)

давненько не встречал книгу которая затягивает.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Влад и мир про Зайцев: Разрушитель (Фэнтези: прочее)

Понос слов. Начал читать и тут же бросил. ГГ - непонятно кто, куда то прется, попутно описывая всё что видит. Стиль Чукча - что вижу о том пою и без смысла и желательно на одной струне. Автор наслаждается, что может описывать предметы, но меня это почему то не восхищает, а даже просто грузит кучей не нужной и не интересной информацией. Спрашивается: А мне это интересно? Отвечаю: Нет.Не ценитель я художественной живописи в литературе при

подробнее ...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
greysed про Ланцов: Фрунзе. Том 2. Великий перелом (Альтернативная история)

Мерзкий этап нашей истории ,банка с пауками,ну и Ланцов тот ещё прозаик .

Рейтинг: 0 ( 4 за, 4 против).
s_ta_s про (Айрест): Играя с огнём (СИ) (Фэнтези: прочее)

На тройку с натяжкой. Грамотность автора оставляет желать лучшего, знание реалий Британии 30-х годов не выдерживает никакой критики, логика хромает на обе ноги.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Абезгауз: Справочник по вероятностным расчетам. - 2-е изд., доп. и испр. (Математика)

Вот вы, ребята, странные люди. Хотите иметь хорошую книгу на халяву. Вам эту книгу на халяву делают, но вы даже не утруждаете себя тем, чтобы сказать спасибо чуваку, который сделал для вас на халяву книгу. Это ведь так утомительно - нажать две кнопки.
А я е..ся с этой книгой целый день. Нигде не найдете этой книги в лучшем качестве.
Так и с другими книгами и книгоделами. Хамство - норма жизни!

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).

Западный вирус [Что угрожает международному спорту] [Владимир Родиченко] (fb2) читать онлайн

- Западный вирус [Что угрожает международному спорту] (и.с. Империализм: события, факты, документы) 640 Кб, 145с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Владимир Сергеевич Родиченко

Настройки текста:



Родиченко Владимир Сергеевич «ЗАПАДНЫЙ ВИРУС» Что угрожает международному спорту (Империализм: события, факты, документы)



От автора

Международное спортивное и олимпийское движение — одно из наиболее массовых движений современности — переживает сложный и противоречивый период. Он занимает относительно немного времени — конец 70-х—80-е годы XX века. Ведь международный спорт имеет более чем столетнюю историю.

Большинство прогрессивных теоретиков и практиков международного спорта справедливо полагают, что 1980 год, ознаменованный проведением Олимпийских игр в Москве, послужил укреплению олимпийского движения, его утверждению как важного социального явления нашей эпохи. Определяющую роль в этом сыграли два факта. Первый — победа прогрессивных сил международного спорта в борьбе против развязанной администрацией бывшего президента США Дж. Картера кампании, направленной на срыв Игр XXII Олимпиады 1980 года в Москве. Второй — общепризнанный сегодня факт — первые олимпийские игры, проведенные в социалистической стране, стали образцом проведения современных игр на высоком организационном, техническом и спортивном уровне.

Однако резкое усиление политико-идеологической борьбы на международной арене в 80-е годы, вызванное агрессивной внешней политикой реакционных кругов стран НАТО, и прежде всего США, сопровождается стремлением империализма охватить своим воздействием всю жизнь общества, самые разнообразные аспекты общественного и индивидуального сознания, включить в сферу этого воздействия различные общественные движения и объединения. В новой редакции программы КПСС, принятой на XXVII съезде партии, записано: «В политической области для империализма характерна тенденция к усилению реакции по всем направлениям». Поскольку спорт привлекает внимание огромных масс людей в мире, государственных, политических, общественных деятелей различных стран, империализм все активнее включает его в сферу борьбы против социализма, стремясь приспособить международное спортивное и олимпийское движение к решению своих внешне- и внутриполитических задач.

Одна из целей массированной атаки империализма на международный спорт — использование его для нагнетания антисоциалистического психоза, что особенно ярко проявилось в ходе подготовки и проведения Олимпийских игр 1984 года в Лос-Анджелесе. Американские политические заправилы беззастенчиво принесли Игры в жертву шовинизму: разжиганию в стране ультранационалистической истерии, рекламы американского образа жизни.

Империализм использует многочисленные способы искажения характера международного спорта для того, чтобы достичь и другой своей цели — восстановить господство капиталистического мира в области спорта высших достижений, утраченное из-за спортивных успехов социалистических стран.

Методы и средства достижения этих целей, схожие и скоординированные между собой, привели к резкому обострению серьезных проблем международного спорта, что препятствует реализации огромного социально-воспитательного и гуманистического потенциала, которым обладает международное спортивное и олимпийское движение.

Забота о будущем международного спорта обязывает настойчиво и бескомпромиссно бороться за ликвидацию этих проблем. Только так можно противостоять попыткам империализма использовать спорт в своих политических интересах.

Каждому, кто всерьез обеспокоен будущим олимпийского движения и всего международного спортивного сотрудничества, ясно: то, что еще сегодня не подверглось натиску антиолимпизма, завтра может стать его жертвой. Надо изучать накопившиеся острые проблемы и искать пути их решения, а не прятать голову под крыло.

Последние десятилетия истории международного спорта показывают, что, лишь зная, откуда грозит опасность, можно добиться сплочения всех прогрессивных сил международного спортивного и олимпийского движения в борьбе против натиска империализма. Только на основе знания проблем — их истоков и существа — прогрессивные силы в международном спорте смогут оказать достойный и эффективный отпор попыткам некоторых представителей западных стран подчинить международные спортивные объединения, их идейную платформу и практику решению задач империализма.

Однако существование трудностей и проблем в международном спортивном и олимпийском движении, на которых сосредоточено внимание в этой книге, не противоречит тому неоспоримому факту, что конец 70-х — начало 80-х годов являются периодом существенного расширения и укрепления этого движения.

В книге используется понятие «международный спорт», которое, думается, достаточно точно и при этом кратко обозначает международное спортивное и олимпийское движение, включающее международные соревнования, деятельность международных спортивных объединений и спортивное сотрудничество различных стран.

Рамки книги ограничены любительским, олимпийским спортом. Проблемы профессионального спорта в ней не рассмотрены, так как в социалистических странах его практически не существует. Поэтому в этой области нет и противоборства двух противоположных социальных систем.

Не рассмотрены в книге и международные спортивные объединения по техническим видам спорта, поскольку они не входят в олимпийское движение и в какой-то мере изолированы от большинства распространенных в мире видов спорта.

Три десятилетия я слежу за событиями, развертывающимися в международном спорте. Почти полтора десятка лет мне оказывается доверие работать в международных спортивных объединениях. Поэтому в этой книге читатель найдет в основном не сведения, почерпнутые из газет, а личные впечатления участника международных конгрессов, конференций, заседаний, переговоров, а также подготовки Олимпийских игр 1980 года в Москве.

Большое влияние на формирование положений, изложенных в книге, оказало мое сотрудничество на протяжении шести лет, в 1975–1980 годах, с руководителями двадцати одной международной спортивной федерации по летним олимпийским видам спорта. И хотя оно касалось только одной из многочисленных областей международного спорта — организации и проведения олимпийских соревнований, — здесь сфокусировалась вся совокупность проблем современного международного спортивного движения. Главной задачей этого сотрудничества было создание спортсменам всего мира наилучших условий для участия в олимпийских соревнованиях. Постижению проблем международного спорта помогало и то, что отношения Управления спортивных программ Оргкомитета «Олимпиада-80», счастье работать в котором выпало на мою долю, с каждой международной федерацией осуществлялись не только через советских представителей в этой федерации, но и напрямую.

Богатый материал дало и участие в период 1972–1984 годов в конгрессах Международной любительской легкоатлетической федерации. Восемь ее конгрессов, каждый со своим неповторимым сценарием, ярко отражающих многообразие проблем международного спорта, показали всю сложность и остроту борьбы в этой области.

Пять раз в 1976–1980 годах мне довелось присутствовать на заседаниях генеральных ассамблей Всемирной ассоциации международных спортивных федераций (АГФИС), где собирались представители более 50 спортивных объединений.

Противоборство идей, развернувшееся на XI Олимпийском конгрессе, состоявшемся в 1981 году в Баден-Бадене, общение с его делегатами и затем изучение его материалов также повлияло на формирование основных оценок, которыми мне предстоит поделиться с читателем. Равно как и участие в юбилейной, XXI сессии Международной олимпийской академии в древней Олимпии в том же, 1981 году.

Эта книга, разумеется, отражает позицию не одного лишь ее автора. Подобных взглядов придерживаются ведущие прогрессивные исследователи международного спорта и его деятели — преимущественно из стран социализма.

Учитывая характер книги — в большей степени научно-популярный, чем научный, я не буду в каждом случае указывать, кому принадлежит та или иная из приведенных идей. Однако воспользуюсь этим предисловием, чтобы прежде всего назвать членов МОК К. Андрианова и В. Смирнова, в течение многих лет разрабатывавших методы, которыми прогрессивные силы олимпийского движения отражали попытки империализма подчинить его своим корыстным целям.

Искренне благодарю тех, с кем несколько лет совместно работал над исследованием проблем олимпийского движения, — Р. Киселева, Ю. Фомина, И. Смирнову, Е. Маслова, Ю. Серговскую, Т. Широкову, ведущих советских исследователей международного спорта В. Столбова, В. Столярова, Н. Пономарева, Н. Бугрова, К. Кулинковича, А. Суника и ученых ГДР, с которыми на протяжении нескольких лет меня связывало тесное творческое сотрудничество, — Г. Эмигеыа, Р. Фолькерта, X. Кильдаля, Ф. Мерля, Д. Фриче.

Хочу выразить сердечную благодарность и другим моим коллегам, чьи переводы и материалы оказывают неоценимую помощь всем, кто работает в области международного спорта, — сотрудникам Отдела зарубежного спорта ВНИИФКа, спортивной редакции ТАСС и редакции издания «Спорт за рубежом».

Конечно, дать в книге конкретные рекомендации, как следует действовать в международном спортивном и олимпийском движении при решении той или иной проблемы, невозможно. Однако в ней на историческом опыте попытаюсь показать, какие направления и методы политико-идеологической борьбы, какие формы сотрудничества в этом движении приносили успех прогрессивным силам, давали достойный отпор практике империализма и какие из них представляются наиболее действенными в настоящее время. Причем нужно отметить, что действия прогрессивных сил в международном спорте всегда были открытыми, как того и требует сама природа спорта, не терпящего нечестности и грязи.

Не все положения, раскрывающие в этой книге порочную практику империализма, мне удалось проиллюстрировать документально. Дело в том, что замыслы действий, подрывающих единство спорта, и различные директивы вынашиваются в сферах высшей власти, ревностно оберегаются от чужого глаза и обозначены грифами, особой секретности. Но в большинстве случаев достаточно увидеть разрушительные для международного спорта последствия, к которым ведет выполнение той или иной директивы власть имущих, чтобы понять ее характер.

Идеи, положения, рекомендации, излагаемые в книге, не всегда и не во всем совпадают с общепринятой или официальной точкой зрения на ту или иную проблему международного спортивного, и олимпийского движения. Многое же может показаться попросту спорным. Хочу выразить искреннюю благодарность издательству «Физкультура и спорт» за то, что оно в полном соответствии с духом нашего времени и провозглашенной партией политикой гласности предоставило мне возможность изложить эти положения читателю.

Разумеется, в одной, причем не очень большой по объему, книге невозможно полно и в мельчайших деталях раскрыть проблемы международного спорта, тем более что каждый новый день рождает и новые события. Поэтому я не ставил перед собой такой неосуществимой задачи. Моя цель значительно скромнее: показать схему, которая в дальнейшем поможет вам разобраться в бурных событиях международной спортивной жизни и давать им соответствующую оценку.

Хотелось, чтобы предлагаемая схема помогла читателю самостоятельно оценить в первую очередь события, связанные с перспективами олимпийского движения, проведением очередных олимпийских игр и участием в них спортсменов стран, представляющих различные социально-экономические системы.

Необходимо также предупредить, что за время, прошедшее после написания книги до ее выпуска, отдельные фактические сведения, в частности цифровые, несколько изменились. Но главное, что они характеризуют долговременные процессы в развитии международного спорта. По крайней мере, хочу на это надеяться.

И в этой надежде меня еще и еще раз утвердило сообщение, поступившее, когда рукопись книги уже давно была завершена и находилась в типографии. На встрече руководителей спортивных организаций социалистических и ряда развивающихся стран 25 сентября 1987 года член Политбюро ЦК КПСС секретарь ЦК А. Н. Яковлев заявил: «Международное спортивное движение в последние годы испытывает все более ощутимый нажим со стороны определенных кругов Запада, пытающихся подорвать принципы любительского спорта. Мировую спортивную общественность беспокоит усиливающаяся коммерциализация спорта. Для борьбы против чуждых явлений в спорте необходимо объединить усилия социалистических и развивающихся стран».

Итак, перед вами книга о вызванных западным, буржуазным вирусом болезнях международного спорта и о путях их лечения.

Глава I От вируса к болезни

Империализм, реализуя концепцию неоглобализма, не только физически уничтожает людей в спровоцированных им региональных конфликтах, не только духовно их растлевает, используя всепроникающую паутину средств массовой информации, он стремится разрушить одно из самых дорогих завоеваний XX века — международное спортивное и олимпийское движение. Трудности, переживаемые им в настоящее время, создаются в основном империализмом и выгодны ему.

Империализм — высшая и последняя стадия капитализма — бросает свою тень на любую сферу международной жизни, даже на такую светлую и изначально чистую, как спортивное и олимпийское движение. Заражает его болезнями, которыми болен сам. Вирус болезней международного спорта занесен с Запада.


Спорт и политика

Ни один серьезный исследователь никогда не рассматривал международное спортивное и олимпийское движение как нечто замкнутое. Международный спорт — многоплановое общественное явление, связанное с различными социальными процессами. Огромное влияние на развитие международного спорта оказывает и политика, так как он является одной из областей общественной жизни, в которой осуществляется мирное сосуществование государств с различным общественно-экономическим строем и в то же время идет напряженное соревнование — самыми мирными средствами, когда-либо созданными человечеством. Именно поэтому международный спорт стал объектом нападок империализма, который использует целый набор средств, рассчитанных на разрушение системы международного сотрудничества и подрыв социализма.

Чем же определялась политическая жизнь нашей планеты в последнее десятилетие? Прежде всего разрядкой международной напряженности, в результате которой 35 стран приняли Заключительный акт Европейского совещания по безопасности и сотрудничеству, проведенного летом 1975 года в Хельсинки, и другими существенными итогами реализации последовательного миролюбивого внешнеполитического курса СССР, социалистических стран и других прогрессивных политических сил.

Затем, в конце 70-х — начале 80-х годов, произошло резкое обострение международной обстановки, вызванное внешнеполитическим курсом США и других стран НАТО. Оно было реакцией империализма на благотворные изменения в международном климате под влиянием разрядки, на потепление под влиянием хельсинкского процесса.

Предвестники обострения проблем в международном спорте появились примерно в этот же период. Попытки реакционных сил перейти от политики разрядки к политике конфронтации совпали с заключительным периодом подготовки и проведения Олимпийских игр в Москве. Курс Вашингтона и НАТО поставил олимпийское движение перед серьезнейшей угрозой его раскола и срыва Олимпийских игр 1980 года.

Уже после исторического решения 75-й сессии Международного олимпийского комитета, принятого в Вене 23 октября 1974 года, предоставить Москве право провести очередные Олимпийские игры заметно активизировалась деятельность противников олимпийского движения, объединивших в своих рядах реакционеров всех разновидностей.

Весь спектр проблем международного спорта явственно обозначился в 1981 году на XI Олимпийском конгрессе в Баден-Бадене. Апогеем обострения этих проблем стал 1984 год, когда политико-идеологическая борьба в спорте сконцентрировалась вокруг олимпийских игр, перспектив их развития.

Международный спорт в период, который предшествовал Олимпийским играм в Лос-Анджелесе, подвергся воздействию одной из политико-идеологических доктрин империализма — доктрины неоконсерватизма, ставшей едва ли не официальной идеологией американских политиков. Ее суть заключается в ограничении роли буржуазного государства в экономической и социальной сферах, в «возвращении» от государственного регулирования к свободному предпринимательству. Неоконсерваторы оказали огромное влияние на формы и методы подготовки летней Олимпиады-84, особенно на характер ее финансирования. Так они стремились решить прежде всего политическую задачу: доказать динамизм и жизнеспособность системы свободного предпринимательства, капиталистической системы в целом. На обстановку во время подготовки и проведения Игр оказала воздействие и антисоциалистическая направленность неоконсерватизма, которая создала неолимпийский политический климат в «олимпийской столице».

Доктрине неоконсерватизма полностью соответствовали, с одной стороны, заверения Р. Рейгана о том, что он поддерживает организацию Олимпийских игр частным сектором, с другой — отказ федерального правительства взять на себя часть расходов по проведению Игр.

Это был не только неоконсерватизм в действии, а воплощенное в конкретную практику реальное отношение империализма к олимпийским играм — проявление неприкрытого антиолимпизма.

Не следует, однако, отождествлять с силами империализма все без исключения спортивные организации стран Запада, участвующие в международном спортивном и олимпийском движении, всех представителей капиталистических стран в международных спортивных объединениях. Чтобы определить политическую приверженность того или иного спортивного деятеля, нельзя судить о нем только по его социальной принадлежности или занимаемому посту. Важно, в чьих интересах он действует, кому выгодны его действия. Обратившись к ленинскому опыту политической оценки событий, вспомним: «…в политике не так важно, кто отстаивает непосредственно известные взгляды. Важно то, кому выгодны эти взгляды, эти предложения, эти меры»[1]. Это и будет компасом, указывающим на то, что именно вызвало болезни международного спортивного и олимпийского движения.

В последние годы политическая жизнь нашей планеты характеризуется новым мощным подъемом борьбы за сохранение мира. Советский Союз выступил с целым комплексом мирных инициатив и конкретных действий, что впервые наконец-то приведет к реальному сокращению арсеналов ядерного оружия. И большинство народов мира с оптимизмом смотрит в будущее.


Несчастливое число тринадцать

Каковы же наиболее серьезные проблемы международного спорта? Убежден, что многие читателю знакомы. Еще бы, они появились едва ли не с рождением современного спорта. Актуальность некоторых из них временами снижалась, потом, с изменением обстановки в международном спорте и особенно вокруг него, вновь возрастала.

Первой следует назвать проблему, которая влияет на саму сущность международного спортивного сотрудничества. Это — стремление империализма расколоть международный спорт как движение, способное своими специфическими средствами противостоять конфронтации в международных отношениях, содействовать сохранению и упрочению мира.

Не менее актуальна и проблема использования империализмом олимпийских игр, других международных спортивных соревнований в своих политико-идеологических целях.

Последнее десятилетие характеризуется также усилением коммерциализации международного спорта. Ее цель — не только извлечение предпринимателями прибылей из спорта, но и создание средств для «уравнивания возможностей» спортсменов капиталистических стран в состязании со спортсменами социалистических стран, а по сути дела, получения того преимущества спортивных организаций капиталистических стран в мировом спорте, которого пытается добиться империализм.

Большую опасность таит в себе и проблема профессионализации любительского, олимпийского спорта.

Не меньшей опасностью грозят попытки денационализации международного спорта, которые, по замыслу реакционных кругов, должны нейтрализовать политическое значение возросших успехов спортсменов социалистических и развивающихся стран.

Обострилась и «вечная» проблема необъективности судейства на олимпийских играх и других крупных международных соревнованиях, которая используется империализмом для достижения победы спортсменов развитых капиталистических стран.

Постоянные и порой ничем не обоснованные с точки зрения прогресса спорта попытки изменения олимпийской спортивной программы, программ чемпионатов мира и регионов преследуют своей целью манипулировать видами спорта, дисциплинами и отдельными упражнениями также в интересах развитых капиталистических стран.

Резко обострилась проблема приема допинга, которая осложняется теперь попытками реакционных сил в международном спортивном движении манипулировать результатами допинг-контроля в своих интересах.

Не снижается и острота проблемы расовой дискриминации в спорте.

Как всегда актуальна проблема политической дискриминации в спорте.

80-е годы обострили проблему неблагоприятных условий подготовки и проведения олимпийских игр, других крупнейших международных соревнований в капиталистических странах.

Не теряет своей остроты проблема представления в заведомо искаженном виде буржуазными деятелями международного спортивного движения и западными средствами массовой информации роли, функций и характера спорта в социалистическом обществе.

Все более четко обозначается и проблема консервативного характера формирования руководящих органов олимпийского движения. От решения этой проблемы во многом зависит и ликвидация или смягчение остальных.

Есть, бесспорно, и другие проблемы. Но названные, думаю, следует считать наиболее острыми и болезненными. Делая акцент на этих 13 проблемах, нельзя, однако, забывать о том, что в международном спорте намного больше позитивного.

Активная борьба за ликвидацию или смягчение этих проблем — главное направление деятельности прогрессивных сил в международном спорте, платформа для их объединения. Многие деятели международного спортивного движения делают все от них зависящее на своем участке международной жизни, хоть и ограниченном рамками спорта, чтобы обеспечить нынешнему и грядущим поколениям мирное будущее, активно используют во имя этой благородной цели спортивное сотрудничество.

Я встречался и сотрудничал с десятками деятелей международного спорта из стран Западного мира. Многие из них — люди, искренно любящие спорт, верящие в его возможности в современном обществе. У них всегда можно было встретить понимание, отыскать взаимоприемлемое решение.

Но есть иные — те, кого автор упоминает в книге как «силы реакции». Трудности международного спорта, искажение его изначальной гуманной сущности — их детище.

На страницах этой книги читатель будет часто встречать выражение «прогрессивные силы в международном спортивном и олимпийском движении». Наиболее прогрессивной силой в международном спорте являются спортивные деятели стран социализма. В Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду Коммунистической партии Советского Союза подчеркивается: «Прогресс нашего времени справедливо отождествляется с социализмом».

Борьбу представителей социалистических стран с попытками империализма использовать спорт в своих интересах поддерживают представители стран, освободившихся от колониального гнета, и демократические деятели капиталистических стран.

Союз прогрессивных сил в международном спортивном и олимпийском движении — главная гарантия успеха в борьбе за чистоту международного спорта, в борьбе с империализмом, который устами президента США Р. Рейгана заявляет: «Спорт является последней возможностью, которую наша цивилизация предоставляет двум противоборствующим сторонам для физической агрессии, не прибегая к войне… Спорт является наиболее близкой к войне областью человеческой деятельности — с единственной разницей: он не приводит к смертельному исходу». Такой воинствующий подход к одной из наиболее гуманных областей человеческой деятельности объясняет многие действия империализма.

Глава II Объекты их атаки

В 60—70-е годы нашего столетия наблюдался настоящий спортивный соревновательный бум, в результате которого существенно возросла роль спорта среди современных социальных ценностей в жизни общества. Это не исключает, а, наоборот, усиливает политико-идеологическое противоборство в сфере международного спорта. И главными объектами атаки империализма здесь стали прогрессивные идеи олимпизма и спортивные объединения, цель деятельности которых воплощать эти идеи в жизнь.


Между двумя полюсами

Дискредитация силами империализма олимпийских идей, сформулированных Пьером де Кубертеном, основателем олимпийских игр современности, французским педагогом и общественным деятелем, в конечном счете необходима им для использования олимпийского движения в своих корыстных политических и коммерческих целях. Высказанные Кубертеном принципы олимпизма направлены против шовинизма и милитаризма, присущих империализму, так как в основе этих принципов лежат идеи свободы, равенства, братства, мира и взаимопонимания между народами.

На современном олимпизме как совокупности идей не могла не отразиться борьба между основными направлениями в философии и идеологии. Буржуазные теоретики олимпизма, опираясь на идеалистического философию, используют олимпийские идеи и принципы в целях формирования у масс буржуазного мировоззрения. И борьба вокруг так называемой «олимпийской философии и идеологии» не утихает. Причем буржуазные идеологи высказывают различные, порой прямо противоположные, точки зрения на олимпизм.

Одна, крайняя, точка зрения провозглашает «олимпийскую философию и идеологию» некой универсальной моделью общества, поведения людей и т. п. Так, президент Ассоциации национальных олимпийских комитетов (АНОК). М. Васкес Ранья (Мексика) с трибуны XI Олимпийского конгресса заявил: «Олимпизм — это не просто спортивные соревнования, но философия жизни».

Президент Международной федерации стрельбы из лука Ф. Некки-Русконе (Италия) полагает, что олимпийские идеалы могут и должны стать общей моделью поведения и, следовательно, постоянной составной частью всех систем образования и просвещения.

Подобные высказывания свидетельствуют о том, что буржуазные спортивные деятели стремятся выдать олимпизм за некую «третью философию» в противовес материалистической и идеалистической, «третью идеологию» в противовес коммунистической и буржуазной. В конечном счете это направлено против материалистической философии и коммунистической идеологии.

Попытки выдать олимпизм за некую универсальную, надклассовую, надгосударственную идеологию оказались не только бесплодными, но и пошли во вред самому олимпизму, препятствуя полному воплощению его идей в жизнь и в капиталистической и в социалистической системах.

Но у буржуазных теоретиков существует и противоположная оценка олимпизма. Она заключается в том, что якобы еще не сложилось четкое представление об олимпийском движении, за исключением, может быть, олимпийских игр. Так считал, например, президент Генеральной ассоциации международных спортивных федераций Т. Келлер (Швейцария), утверждавший на XI Олимпийском конгрессе: «Все мы — во всяком случае, это относится к международным федерациям — сожалеем о том, что нигде не сформулирована олимпийская терминология, хотя мы очень свободно ею пользуемся…»

Президент НОК Лихтенштейна П. Риттер также утверждал: «Одним из наиболее очевидных симптомов является нечеткость, чтобы не сказать отсутствие, понятий и предпосылок, на которые должно опираться олимпийское движение. Это справедливо как в философском, социологическом, историческом, так и в техническом и, наконец, в организационном и юридическом отношении».

На Международном научном конгрессе в американском городе Юджине перед Олимпийскими играми 1984 года исследователь Р. Спаркс (Канада) попросту отказал олимпизму в социальной значимости, объявив его разновидностью «современного мифа».

Нигилистическое отношение к ценностям международного спорта характерно и для западногерманского исследователя А. Крюгера, который в докладе на Юджинском конгрессе вообще подверг сомнению роль олимпийского движения и олимпийских игр в сохранении и упрочении мира.

Цель подобных заявлений заключается в том, чтобы снизить социальное значение в жизни современного общества международного спорта.

Итак, две крайние точки зрения, и обе явно необъективные. Истина, видимо, где-то между ними. Каково же действительное значение олимпизма? Попробуем разобраться в этом вопросе.

В последние годы понятие «международное спортивное и олимпийское движение» используется как удобный рабочий термин. Однако в него входят два частных понятия: «международное спортивное движение» и «олимпийское движение». Спор о том, «что во что входит», продолжается уже давно. Помню, как в 1978 году Томас Келлер приводил множество аргументов в доказательство того, что олимпийское движение — лишь часть международного спортивного, ставя под сомнение, и вполне обоснованное, право руководителей МОК управлять всем международным спортом.

Но не следует забывать, что идейные основы олимпийского движения разработаны значительно глубже, чем идейные основы деятельности международных спортивных объединений по видам спорта. Поэтому сегодня олимпийское движение можно считать выходящим за рамки собственно спортивного движения, в которое также. входят организации, чья идейная основа находится с принципами олимпизма в вопиющем противоречии (например, профессиональные федерации).

К тому же олимпийское движение пока заметно меньше заражено коммерциализацией и профессионализацией, чем международный спорт в целом.

В международном спортивном и олимпийском движении сотрудничают различные страны и международные организации. Одна из причин этого — необычайно привлекательные и популярные цели олимпийского движения, определенные в правиле 1 Олимпийской хартии: «Содействие развитию физических и моральных качеств, которые являются основой спорта; воспитание молодежи с помощью спорта в духе взаимопонимания и дружбы, способствующих созданию лучшего и более спокойного мира; всемирное распространение олимпийских принципов для создания доброй воли между народами, созыв спортсменов мира раз в четыре года на великом празднике спорта — Олимпийских играх».

Эти цели превращают олимпийское движение в мощную объединяющую народы силу. Многие из них были сформулированы еще на заре олимпийского движения, они записаны практически без изменений и в нынешней редакции Олимпийской хартии. Прежде всего это главная цель олимпийского движения — воспитание молодежи в духе дружбы. Именно реализация этой цели вносит непосредственный вклад в дело укрепления мира.

В хартии также записано, что олимпийские игры собирают спортсменов различных наций на честные дружеские состязания, причем только гражданин какой-либо страны имеет право представлять ее на олимпийских соревнованиях. Этот принцип олимпизма направлен против попыток денационализации, космополитизации международного спорта, попыток империализма превратить спорт в подобие транснациональных корпораций.

Наконец, в хартии остается незыблемым принцип недопустимости дискриминации страны или личности по расовым, религиозным или политическим мотивам.

Эти цели и принципы олимпизма противоречат интересам империализма, поэтому именно их он в первую очередь стремится исказить.

Анализ развития олимпийского движения, особенно в послевоенный период, убеждает, что лишь в условиях социализма возможна наиболее полная реализация целей и принципов олимпийского движения, закрепленных в хартии. Ведь мир и социализм нерасторжимы. Но пока на Земле существуют различные социально-экономические системы, единственно реальной основой для практического воплощения олимпийских идей является последовательный курс социалистических стран на мирное сосуществование государств с различным общественно-экономическим строем. С другой стороны, претворение в жизнь олимпийских идей способствует реализации этого курса, так как главная идея олимпизма совпадает с главной целью современной международной реалистической политики — сохранить и упрочить мир.

Именно поэтому спортивные деятели, выражающие интересы империализма, всячески противятся распространению целей и принципов олимпизма на весь международный спорт. Сегодня, например, очень трудно найти в уставах международных спортивных федераций, признанных МОК, положения, которые бы соответствовали правилу 1 Олимпийской хартии, где закреплены прогрессивные, гуманистические принципы олимпийского движения. Хотя, вступая в олимпийскую семью, международная спортивная федерация должна, казалось бы, следовать всему, что касается основополагающих принципов олимпизма. По крайней мере, такое условие должно стать необходимым для включения данного вида спорта в программу олимпийских игр. Однако МОК не предъявляет таких требований к олимпийским международным спортивным федерациям (МСФ). А реакционные силы во многих федерациях, выдвигая в качестве аргумента лозунг «Спорт — вне политики», стремятся свести деятельность высшего органа управления видом спорта лишь к выполнению «технологической» функции.

На конгрессах МСФ в основном только представители социалистических стран требуют повышения роли федераций в укреплении и сохранении мира на Земле, в воспитании средствами спорта новых поколений, в борьбе со всеми видами дискриминации. Но сегодня нет постоянно действующих комитетов или комиссий МСФ, деятельность которых была бы целенаправленно посвящена этим вопросам.

Олимпийскую хартию существенно обогатило бы положение о том, что гуманистические цели олимпизма обязательно должны распространяться не только на проводимые под патронажем МОК соревнования, но и, признанных МОК или добивающихся его признания.

Необходимо добиваться, чтобы весь международный спорт как общественное явление стал рассматриваться с позиций олимпизма и олимпийского движения, определения которых были предложены на XI Олимпийском конгрессе от имени всех НОК мира Олимпийским комитетом СССР: «Понятие «олимпизм» является совокупностью философских, морально-этических и организационных принципов, определяющих содержание олимпийского движения и основанных на общечеловеческих культурных, гуманистических ценностях спорта и его высшей ступени — олимпийских игр как важного средства всестороннего гармонического развития человека, укрепления мира, дружбы и взаимопонимания. Олимпийское движение современности выступает как общественное движение, объединяющее в своих рядах организации и людей независимо от их социального положения, политических и религиозных взглядов, пола и возраста, способствующих развитию спорта и участвующих в нем на основе «олимпизма».

В этом объединении — главный смысл международного спорта. Он прекрасен и притягателен тем, что в нем не только соперничество, но и сотрудничество, не только борьба, но и единение.

Но не станем обольщаться, говоря о перспективах распространения марксистско-ленинских представлений о социальной роли спорта на деятельность всех международных спортивных объединений. Буржуазное общество их не приемлет. И, имея в международных спортивных объединениях большинство, не позволит распространить их в полном объеме на международный спорт. Будем реалистами.

Сегодня же ни на мгновение не должна прекращаться борьба прогрессивных сил против врагов международного спорта, которых у него немало.

Одни враги пытаются разрушить его изнутри. Это чиновники от спорта, которые спекулируют им, делают на нем бизнес, строят на нем свою карьеру, те функционеры спорта, которые превыше всего ставят спортивный результат и во имя его достижения не гнушаются никакими средствами.

Есть у спорта враги и вне его. Это обыватели, спекулирующие на противопоставлении спорта и искусства, отказывающие спорту в воспитательном, эстетическом значении, называя его примитивным.

Но главный враг спорта как социального явления — это империализм, не только использующий его в своих корыстных политических и идеологических целях, но и стремящийся снизить роль спорта в борьбе за сохранение и упрочение мира.


Международные спортивные организации под прицелом

Международные спортивные объединения и федерации, созданные первоначально лишь для регламентации и организации международных соревнований, в настоящее время могут играть большую роль в сближении наций и народов, в сохранении и упрочении мира.

Программа КПСС провозглашает принцип отношения партии к подобного рода международным объединениям: «КПСС — за создание и использование интернациональных механизмов и институтов, которые позволяли бы находить оптимальные соотношения интересов национальных, государственных с интересами общечеловеческими».

Широкое и многостороннее международное сотрудничество в спорте — примета нашего времени. В этой области накоплен богатый положительный опыт. Так, при подготовке и проведении Олимпийских игр в Москве были эффективно объединены усилия всех ведущих организаций международного спортивного движения: Международного олимпийского комитета, международных спортивных федераций по видам спорта, национальных олимпийских комитетов, работавших в теснейшем контакте со страной — организатором Олимпийских игр.

Но, с другой стороны, международные спортивные организации являются удобным объектом для воздействия сил империализма через его подручных, чтобы исказить истинные цели и задачи международного спорта. В конечном счете чтобы использовать международные спортивные организации в политико-идеологических интересах империализма.

У руля международного спортивного и олимпийского движения стоят три ведущие общественные силы: Международный олимпийский комитет, международные спортивные федерации, национальные олимпийские комитеты (отнесем к ним условно и другие национальные общественные и государственные спортивные организации). Не все сегодня ладно в механизме взаимодействия, в координации деятельности этих объединений.

На единоличное руководство международным спортивным и олимпийским движением претендует Международный олимпийский комитет, состоящий приблизительно из 90 членов — каждая сессия МОК (5 раз в 4 года) производит изменения в его составе.

Следующий уровень руководства международным спортом — 28 международных спортивных федераций по видам спорта, входящим в программу олимпийских игр, еще около двух десятков федераций, признанных МОК, но виды спорта которых не входят сейчас в программу олимпийских игр, и федерации по видам спорта, не признанным олимпийскими.

Наконец, «нижний» уровень руководства международным спортом — 166 национальных олимпийских комитетов, вносящих основной вклад в развитие спорта в своих странах.

Каждая международная спортивная федерация по своему статусу является полностью независимой. Но в конце 60-х годов их руководители пришли к выводу о необходимости координировать свои действия. Первоначально, с 1967 года, эта координация осуществлялась на ежегодных генеральных ассамблеях руководства федераций. В 1977 году федерации создали свое объединение — Генеральную ассоциацию международных спортивных федераций (АГФИС) — со своим уставом и штаб-квартирой в Монте-Карло.

Координация действий НОК началась в тот же период. В 1967 году были учреждены, а с 1968 года стали проводиться их генеральные ассамблеи, целью которых явились содействие развитию олимпийского движения, обмен опытом и информацией, разработка и внесение в МОК предложений по вопросам олимпийского движения и олимпийских игр.

В 1980 году был сделан шаг к усилению роли национальных олимпийских комитетов — создана Ассоциация НОК (АНОК), которая взяла на себя и функции проведения генеральных ассамблей. В 1981 году она приняла свой устав и была официально признана МОК. Штаб-квартира АНОК находится в Париже.

Такова структура руководства международным спортом. Характер этого руководства постепенно меняется. И главной тенденцией его изменения является демократизация международного спортивного и олимпийского движения.

Настойчивая работа, которую спортивные организации Советского Союза, других социалистических стран, опираясь на прогрессивные силы международного спорта, провели по демократизации международных спортивных объединений, не могла не принести своих результатов.

В МОК и других объединениях удалось добиться принятия решений, имеющих важнейшее значение для развития международного спорта. Были сорваны многократные попытки вернуть в олимпийское движение Южно-Африканскую Республику — страну, в которой расовая дискриминация возведена в ранг государственной политики. Принесла первые плоды борьба за расширение представительства в составе МОК социалистических стран, стран Азии, Африки, Латинской Америки. Существенно возросло число НО К, признанных МОК. Его состав сейчас в большей степени, чем ранее, представлен лицами, принимающими участие и в деятельности спортивных организаций своих стран, и в международном спортивном и олимпийском движении.

Однако процесс демократизации международного спорта невыгоден империализму, и он всеми силами стремится затормозить его.

Например, давно известно, что важным показателем демократизации международного спортивного и олимпийского движения служит подъем уровня спорта в развивающихся странах. Но, несмотря на многолетние призывы поднять развивающиеся страны по спортивным достижениям, по развитию физической культуры до уровня передовых, состояние дел здесь меняется мало. Наоборот, все большее количество медалей на крупнейших международных соревнованиях и олимпийских играх приходится на долю спортсменов развитых стран. Разумеется, причина этого заключается в первую очередь в социально-экономических условиях. Но очень многое зависит и от помощи развитых в спортивном отношении и сильных экономически стран. Учитывая суверенный характер национальных спортивных организаций, речь в первую очередь идет о взаимовыгодном сотрудничестве.

В международном спорте сложились определенные формы сотрудничества с развивающимися странами и оказания им помощи на многосторонней равноправной основе — в рамках программы МОК «Олимпийская солидарность», по линии международных спортивных федераций, ЮНЕСКО, Международного совета физического воспитания и спортивной науки (СИЕПСС), других международных организаций как в системе Организации Объединенных Наций, так и вне ее.

Эти формы сотрудничества вполне могли бы помочь развивающимся странам. Но на практике реальная помощь и размеры используемых для нее финансовых средств явно недостаточны.

Империализм нещадно эксплуатировал свои колонии. Но он не хочет платить по векселям. Например, многие спортивные организации развитых капиталистических стран пренебрегают участием своих спортсменов в соревнованиях, проводимых в развивающихся странах: там нет тех финансовых условий, которые предоставляют обогащающиеся на спорте организаторы коммерческих соревнований в Европе или США. А ведь выступления ведущих спортсменов в развивающихся странах способствуют пропаганде там спорта на лучших мировых образцах. Так капиталистическое предпринимательство проявляет себя в качестве противника международного спортивного сотрудничества.

Планирование мест проведения международных соревнований также показывает, что спортивные объединения принимают нередко решения, выгодные капиталистическому миру. Посмотрим, например, на календарь соревнований 1985 года Международной любительской легкоатлетической федерации. Из 39 соревнований, включенных в него, а стало быть наиболее ответственных, популярных у спортсменов, зрелищных, престижных, доходных, 31, то есть 79,5 процента, проводилось в развитых капиталистических странах. Развивающиеся же этими соревнованиями обделены.

И такое соотношение — примерно 4:1 в пользу развитых капиталистических стран или близкое к нему — наблюдается в календарях соревнований большинства распространенных в мире видов спорта.

Представители интересов развитых капиталистических стран в спортивных организациях постоянно указывают на то, что развивающиеся государства еще не обладают необходимой для проведения соревнований материальной базой. Однако во многих из них эта база есть, там же, где ее нет, проведение крупных соревнований стало бы стимулом для ее создания. И тут дело в доброй воле руководителей международных спортивных объединений. А она зачастую подавляется капиталистической экспансией в спорте.

Глава III Олимпийские консерваторы и олимпийские «пролетарии»

В борьбе за сохранение международным спортом его гуманистической ценности мелочей нет. Тем более если это касается характера руководства им, право на которое в последнее время пытается узурпировать Международный олимпийский комитет — одна из наиболее недемократичных международных организаций. Несмотря на некоторые положительные изменения в составе МОК, принцип формирования высшего органа олимпийского движения остается консервативным, что, естественно, отражается на развитии самого движения.


Вопреки логике перемен

Представители реакции в Международном олимпийском комитете всеми силами стремятся сохранить архаичные, недемократические формы работы и руководства МОК, практику его замкнутой деятельности.

В противовес этому прогрессивное крыло МОК в течение многих лет добивается развития его сотрудничества с НОК, их региональными объединениями, усиления связей с МСФ, налаживания контактов с правительственными организациями. Появились различные формы таких контактов — совместные заседания, взаимные консультации и переговоры, участие в совещаниях министров спорта различных стран, приглашение представителей правительственных организаций на олимпийские конгрессы.

Можно отметить и такой положительный факт: с 1981 года МОК начал избирать в свой состав женщин. Первыми из них стали Пирье Хягман (Финляндия) и Флор Исава Фонсека (Венесуэла).

Тем не менее проблема консервативного характера формирования руководящих органов международного спортивного и олимпийского движения не утратила своей остроты и, конечно, еще далека от своего разрешения.

В настоящее время МОК признает 166 национальных олимпийских комитетов, однако лишь 74, то есть меньше половины из них, представлены в нем. Более того, согласно Олимпийской хартии члены МОК являются не представителями своих стран в этом органе, а представителями МОК в своих странах.

Соотношение числа стран, участвующих в олимпийском движении, и членов МОК противоречит принципам представительства стран, действующим в подавляющем большинстве международных спортивных объединений. Так, высшим органом любой международной спортивной федерации, осуществляющей руководство определенным видом спорта в мире, является конгресс, на котором имеет право быть представленной каждая национальная федерация, входящая в данную международную федерацию.

Олимпийскую хартию — «конституцию» олимпийского движения, определяющую порядок проведения игр, характер и цели олимпийского движения, — может изменить лишь сессия МОК. Причем решение принимается только членами этой организации путем голосования. Очередную олимпийскую столицу избирают тоже только они. Таким образом, лишь 74 страны из 166 имеют юридическое, хотя и косвенное, право влиять на развитие олимпийского движения.

Социальный, возрастной и профессиональный состав МОК, принципы его формирования в конечном счете определяют социально-политические и организационно-спортивные действия высшего органа олимпийского движения.

МОК не только одна из старейших международных организаций (он основан в 1894 году), но и одна из самых «старых» по возрасту его членов — в среднем он составляет около 63 лет. Правда, именно возраст членов Международного олимпийского комитета позволяет надеяться на значительное обновление состава этого органа в ближайшее время.

В последние годы произошло интенсивное, чем прежде, увеличение состава МОК в основном за счет членов МОК из развивающихся стран. Однако в нем по-прежнему господствующее положение занимают представители развитых капиталистических стран.

Изменения в составе МОК происходят каждый год — часть членов уходит в отставку, на их место (или дополнительно) МОК избирает других. Избирает сам, хотя по предложениям НОК, и никому не подотчетен. Такого принципа — «самоизбрания» — нет в подавляющем большинстве международных организаций, и не только спортивных.

В начале 70-х годов более 20 процентов членов МОК составляли титулованные особы (бароны, графы, князья, даже король — греческий монарх Константин) и высшие военные чины. Потом число их уменьшилось. Но в последние годы «аристократизация» МОК возрождается, кресла в нем заняли принцесса Лихтенштейна, наследный принц Монако, принц Саудовской Аравии. Да и испанский банкир, пришедший на смену испанскому же барону, вряд ли может быть отнесен к разряду спортивных работников. Администраторы и владельцы промышленных компаний и банков составляют мощный и влиятельный отряд — 40 процентов от всего состава МОК! И лишь в последние годы несколько возросло число спортивных специалистов — их около 12 процентов.

13 членов МОК — граждане социалистических стран, это немногим более 14 процентов. Разумеется, спортивные успехи социалистических стран, их вклад в развитие международного спорта значительно весомее, чем их участие в руководстве олимпийским движением. Но такое представительство не противоречит основному принципу нашей внешней политики — равенства стран и народов.

Принципу равенства противоречит другое — засилье представителей развитых капиталистических стран и, следовательно, ущемление прав тех стран, которые недавно освободились от колониального гнета и обрели политическую независимость. Подавляющее большинство их в МОК не представлено. В результате интересы почти восьми десятков стран МОК попросту учесть не может.

Сложившееся и бережно охраняемое руководством МОК соотношение представителей развитых капиталистических и развивающихся стран не позволяет МОК как органу управления эффективно бороться за разрешение насущных проблем международного спорта.

Принцип формирования высшего органа олимпийского движения отражает его буржуазную сущность, ставит МОК в зависимость от интересов империализма. И это не может не затрагивать будущее олимпийского движения.

МОК стремится повысить свою роль в руководстве международным спортом. Однако вряд ли это надо приветствовать. Во-первых, пока еще не назрела объективная необходимость в создании единого руководства международным спортом. А во-вторых, и это главное, нынешний классовый состав МОК и представительство стран в нем не дают гарантий справедливого демократического руководства. МОК, руководя всем международным спортом, ущемил бы суверенитет значительного числа международных спортивных объединений и национальных спортивных организаций.


Искажение духа начинается с буквы

Реакционные силы МОК нередко пользуются таким эффективным средством влияния на развитие олимпийского движения, как изменения в Олимпийской хартии, внося которые они стремятся использовать его в интересах империализма.

Конечно, за последнее десятилетие под влиянием прогрессивных сил в хартию вносились и изменения, направленные на демократизацию олимпийского движения. Например, включение в правило 1 «Цели олимпийского движения» таких положений, как «воспитание молодежи с помощью спорта в духе взаимопонимания и дружбы» и «всемирное распространение олимпийских принципов».

Против коммерциализации направлено введение в правило 58 («Пропаганда и реклама») положений о запрещении рекламы в небе над стадионом и обязательном соблюдении размеров опознавательного знака фирмы на любом оборудовании, установленном на олимпийских аренах. Исключено и положение о проведении короткой религиозной церемонии во время открытия олимпийских игр. Да, несколько лет назад еще было и такое…

Но значительно больше и более существенных изменений внесено в хартию под влиянием сторонников коммерциализации, профессионализации, денационализации международного спорта. Так, из хартии практически исключены слова «любительский спорт», что иллюстрирует стремление МОК открыть доступ в олимпийское движение профессионализации и коммерциализации.

Из правила 6 изъяты слова «олимпийские кольца являются исключительной собственностью МОК». Это необходимо для использования олимпийской символики и атрибутики в целях извлечения прибыли организаторами игр. Этому же подчинено исключение абзацев, касающихся строгого запрещения использования олимпийского флага и символов в коммерческих целях.

За минувшее десятилетие внесено более ста существенных изменений в текст Олимпийской хартии и в разъяснения к нему. Значительное число их противоречит идеям, которые положил в основу олимпизма Пьер де Кубертен.

К тому же хартия в современной редакции совершенно недостаточно регламентирует условия, в которых должны проводиться олимпийские игры.

Не регламентированы в хартии сроки разработки, утверждения и объявления спортсменам всего мира основных данных о предстоящих играх, необходимых им для успешной подготовки к соревнованиям: точных сроков игр, программы по дням и по часам, перечня официального инвентаря, оборудования, порядка въезда в страну. Не изложены требования к спортивным сооружениям и их расположению в олимпийском городе, положения, регламентирующие принципы, порядок и сроки назначения зарубежных и национальных судей.

Немало разногласий в руководстве мировым спортом возникало и из-за того, что в хартии невнятно и совершенно недостаточно для практических целей регламентированы принципы сотрудничества всех составляющих олимпийского движения.

Нет пока в хартии и правила, которое определяло бы процедуру внесения в нее изменений: периодичность, кому принадлежит право внесения предложений, сроки их подачи, роль рабочих групп и комиссий в изменении правил, порядок консультаций с НОК и МСФ перед принятием этих изменений, порядок публикации изменений и многое другое, без чего невозможно полноценное действие этого важнейшего документа международного спорта.


Гипертрофия обязанностей при дефиците прав

Финский исследователь К. Хейнила в докладе «Спорт и международное взаимопонимание — противоречие терминов» на научном конгрессе в Юджине в 1984 году сделал попытку сравнить роль МОК и НОК в международном спорте. И пришел к выводу, что Международный олимпийский комитет выражает общие для всего олимпийского движения интересы. Национальные же олимпийские комитеты, считает он, учитывают лишь сугубо национальные интересы, как он говорил, «материализацию успеха в спорте».

Трудно поверить в справедливость такого вывода. Сегодня МОК, как вы уже видели, далеко не в полной мере отражает интересы всего олимпийского движения. Претендует на то, чтобы эти интересы представлять, — это верно. А многие НОК, особенно НОК социалистических стран, да и части развивающихся, находятся на гораздо более прогрессивных позициях, чем большинство членов МОК.

Достаточно вспомнить ту активную роль, которую сыграли представители НОК на XI Олимпийском конгрессе. Естественно, что группа НОК была наиболее массовой на нем — она объединяла представителей 149 государств. Перед конгрессом Ассоциация НОК на своей ассамблее определила принципиальные позиции по основным вопросам повестки дня. И затем, на конгрессе, представители НОК, за небольшим исключением, выступили за демократизацию международного спорта.

Национальные олимпийские комитеты, особенно после того, как произошла их консолидация в рамках АНОК, все активнее претендуют на то, чтобы играть более существенную, чем сегодня, роль в олимпийском движении. А им, по меткому выражению генерального секретаря АНОК Мариана Ренке, представителя НОК Польши, отведена роль олимпийских «пролетариев», которые «всегда выполняли в олимпийской семье самую тяжелую работу». Работу по развитию спорта на национальном уровне.

Иногда приходится слышать, что в последнее время положение изменилось к лучшему. Но так ли это? В 1951 году среди 67 членов МОК были представлены 44 страны. В 1986 году среди 92 членов МОК — 74 страны. Число стран, представленных в МОК, действительно возросло.

Однако в 1951 году МОК признавал только 75 НОК и около 59 процентов из них так или иначе были представлены в нем. К 1986 году число НОК составило уже 164, но только 74 из них были представлены в МОК — это менее 46 процентов.

Так что положение НОК вовсе не улучшилось: меньше половины национальных олимпийских комитетов имеют возможность через так называемых «представителей МОК в странах» участвовать в принятии решений по вопросам развития олимпийского движения.

Примеров ущемления прав НОК или их отсутствия можно назвать множество. Вот лишь один из них. НОК — единственная из трех составляющих олимпийского движения, которая лишена права участвовать в выборе места проведения олимпийских игр на сессиях МОК (МСФ хотя бы имеют возможность высказать свое мнение перед голосованием членов МОК).

А ведь именно командам НОК предстоит соревноваться на олимпийских объектах, использовать спортивное оборудование, испытывать на себе, как не раз бывало, тяжесть политико-идеологических факторов. НОК обязаны решать вопросы финансирования команд, транспортировки их на игры и размещения там. Однако НОК сегодня не имеют решающего голоса при выборе олимпийских городов. Да и совещательное участие НОК в процедуре выбора олимпийской столицы тоже сформулировано в хартии расплывчато.

На национальные олимпийские комитеты возложена наибольшая тяжесть контроля за соблюдением Олимпийской хартии в своих странах. Но они практически лишены такого права в масштабах международного спортивного и олимпийского движения.

Важная задача деятельности НОК — обеспечить участие в играх спортсменов и команд своих стран. Однако НОК не имеют права постоянно контролировать ход подготовки к проведению игр в олимпийской столице. Постоянный контроль могут осуществлять лишь Международный олимпийский комитет и международные спортивные федерации. Отдельными же «наездами» эффективный контроль осуществить невозможно.

НОК (и другие национальные спортивные организации, связанные с ними) несут основное бремя подготовки спортсменов и команд к играм. Поэтому НОК должны иметь решающий голос при рассмотрении вопроса о том, сколько они будут платить за пребывание одного спортсмена в Олимпийской деревне.

НОК сегодня практически лишены и права участвовать в распределении доходов от проведения олимпийских игр. Доходов, которых просто не было бы без их деятельности.

Например, оргкомитеты зимних и летних Олимпийских игр 1988 года заключили договоры с американским телевидением на трансляцию игр на сумму, которая может приблизиться к миллиарду долларов. Таких денег с лихвой хватило бы на многие месяцы подготовки атлетов к этим олимпийским играм. Но лишь незначительная их доля поступит в распоряжение национальных олимпийских комитетов.

Национальным олимпийским комитетам отводится ничтожная роль и в формировании программы олимпийских игр. Ее окончательное утверждение на сессиях МОК происходит без участия НОК.

Наиболее обделены правами влиять на судьбы международного спорта НОК развивающихся стран, которые особенно нуждаются в том, чтобы МОК учитывал их проблемы, назревавшие многие десятилетия и порожденные позорной практикой колониализма. Но именно они сегодня зачастую не имеют так называемых представителей МОК в своих странах, через которые НОК развивающихся стран могли бы добиваться принятия на сессиях МОК решений или изменений в Олимпийской хартии, отражающих их интересы.

Не соответствует современным масштабам развития международного спорта и весьма незначительное представительство в руководстве МОК и его комиссиях спортивных руководителей, деятелей, специалистов развивающихся стран, соотношение числа членов МОК из развивающихся стран к общему количеству членов МОК, количество представителей развивающихся стран в руководящих и технических органах международных спортивных объединений.

В последнее время окрепла как орган управления Ассоциация национальных олимпийских комитетов. Но МОК держит ее «в черном теле» — права и функции АНОК никак не отражены в Олимпийской хартии.


МСФ и их роль в международном спорте

На XI Олимпийском конгрессе президент Генеральной ассоциации международных спортивных федераций Томас Келлер заверял присутствующих: «Мы еще раз подчеркиваем свою решимость поддерживать МОК и олимпийское движение в духе взаимного уважения Олимпийской хартии и устава международных спортивных федераций. Мы также подчеркиваем важность сотрудничества между отдельными составляющими олимпийского движения, так как это обеспечивает независимость спортивных организаций…»

Несмотря на подробные декларации, руководители международных спортивных федераций, представляющие интересы капиталистических стран, настойчиво добиваются своей «экстерриториальности», по сути дела транснациональности, лишают международный спорт его роли в борьбе за мир, в укреплении дружбы между народами, пытаются насадить коммерциализацию, профессионализацию и денационализацию в международном спортивном движении.

Как уже говорилось, в уставах многих МСФ практически не отражена социально-воспитательная и объединяющая роль спорта. Лишь в некоторых из них можно отыскать формулировки, приближающиеся по значению к правилу 1 Олимпийской хартии — о целях и задачах…

Стремление многих международных спортивных федераций к транснациональности, состоящей, как видно из заявлений Т. Келлера, сделанных им еще более десяти лет назад, в превращении национального спортивного движения и руководящих им организаций в составную часть какого-то «однородного транснационального движения» под эгидой транснациональных органов МОК и МСФ, наносит вред международному спорту.

Эта транснациональность подобна той, что породила гигантские торгово-промышленные империи, пытающиеся в своих интересах перекроить нашу планету. Она не имеет ничего общего с принципом интернационального сотрудничества, который должен быть положен в основу деятельности международных спортивных объединений, так как страны, участвуя в международном и олимпийском движении, не должны терять своего национального и государственного суверенитета. Одним из показателей стремления МСФ к транснациональности является создание в начале 80-х годов Международной ассоциации национальных спортивных организаций (ИАНОС) — объединения с еще не определенными функциями. Создание ИАНОС — шаг по пути денационализации современного международного спортивного и олимпийского движения, существенно угрожающий единству, которым, несмотря на происки всех его врагов, сегодня характеризуется международный спорт.

Решающую роль во многих федерациях играют представители развитых капиталистических стран. И хотя принципы формирования руководящих органов международных спортивных федераций по сравнению с МОК в основном более демократичны (национальные спортивные организации в большинстве из них обладают равными правами), в них еще многое нуждается в демократизации. Во многих из них вяло и неактивно расширяется представительство развивающихся стран. Федерации еще не отошли от прежнего статуса спортивно-технических органов, не стали организациями, в полной мере действующими в соответствии с интересами и потребностями развития видов спорта. Да и в своей чисто спортивно-технической деятельности многие федерации — под воздействием представителей развитых капиталистических стран, не желающих терять своего влияния на результаты соревнований, — недостаточно занимаются объективизацией судейства, его интернационализацией, пропорциональностью состава судей с политической, спортивной и географической точек зрения, усилением международного контроля за судейством, расширением использования технических средств судейства для повышения его объективности.

Серьезную опасность таит в себе и тот аспект деятельности МСФ, который связан с поощрением большинством их руководителей процессов коммерциализации и профессионализации (подробный разговор о них еще впереди).

Используя в качестве плацдарма международные спортивные федерации, реакционные силы насаждают в них эти процессы — в том числе и для того, чтобы идейно разоружить, привлечь на сторону западного образа жизни определенную часть нашей спортивной молодежи, увлечь и развратить ее блеском и масштабами тех гонораров, которые выплачиваются в развитых капиталистических странах не только профессиональным спортсменам, но и тем любителям, которые теперь получают свои прибыли узаконенным федерациями путем. И последствия такого идеологического разложения, предпринимаемого силами империализма, обычно необратимы.

Стремление реакционного руководства некоторых федераций к транс национальности и автономии не позволяет международному спортивному движению использовать и возможности Генеральной ассоциации международных спортивных федераций, которая призвана укреплять международное сотрудничество в спорте. АГФИС трудно дать однозначную оценку. Она может играть важную роль в управлении спортивным движением. Но создание наряду с АГФИС еще двух объединений по олимпийским летним и зимним видам значительно ослабило возможности этой организации.

Многократно звучали заявления АГФИС о необходимости демократических преобразований в спорте. Однако деятельность ее руководства порой носила реакционный и антисоциалистический характер. Например, многие организации, входящие в АГФИС, заявляли о своей поддержке идеи проведения всемирных игр по неолимпийским видам спорта. А ведь такие игры открывают двери в международный спорт профессионализации и коммерциализации.

Однако недооценка значения АГФИС и ее возможностей может привести к усилению влияния в ней тех, кто представляет интересы империализма и реакции.

От этой организации мировая спортивная общественность вправе ожидать усиления такого ее влияния на МСФ, которое будет способствовать возрастанию социально-воспитательной и гуманистической роли спорта в современном мире. Эта деятельность АГФИС могла бы осуществляться как напрямую — непосредственно с каждой МСФ, так и в сотрудничестве с Межправительственным комитетом по физической культуре и спорту при ЮНЕСКО, что обеспечит выход на национальные спортивные организации.

Не пользуется АГФИС заложенными в ее уставе возможностями воздействия на те МСФ, которые игнорируют решения ООН и МОК, направленные против расовой дискриминации в спорте.

И уж никак не замаскируешь действия тех оказывающих на АГФИС влияние реакционных сил международного спорта, которые деятельность этой организации практически изолировали от такого явления современной жизни, как массовый спорт. Такой подход понятен: в противном случае с трибуны АГФИС прозвучало бы не что иное, как положительный опыт развития массовой физической культуры и спорта во многих социалистических странах. А это, как известно, не по вкусу силам капиталистической ориентации, держащим под контролем большинство входящих в АГФИС международных спортивных объединений.



Глава IV В политических интересах

Подручные империализма — представители буржуазной прессы — постоянно заявляют на ее страницах, что страны Запада уважают олимпийские принципы, свято соблюдают их при организации международных соревнований, выступают за гуманизм в спорте. И тем не менее подлинная цель империализма — использование международного спортивного и олимпийского движения в своих политико-идеологических интересах.

Для прикрытия целей империализма служит и широко используемый на Западе лозунг «Спорт — вне политики», который также помогает маскировать действия империализма, направленные на раскол международного спортивного и олимпийского движения. Ведь это движение способно играть активную роль в укреплении взаимопонимания между народами, утверждении принципа мирного сосуществования и по своей сущности оно антивоенное. А империализм стремится разложить любое антивоенное движение, так как оно препятствует конфронтации в международных отношениях, в обострении которой он заинтересован.

Попытки расколоть международное спортивное и олимпийское движение, вбить клин между спортсменами мира, к сожалению, будут продолжаться. Поэтому, учитывая хроническое стремление империализма периодически включать в свой антиолимпийский арсенал политику раскола, необходимо для успешной борьбы постоянно анализировать намерения и действия империализма в этой области.


Спорт и сохранение мира

Политика многих лидеров НАТО, нацеленная на взвинчивание гонки вооружений и ликвидацию разрядки, не могла не вызвать мощной ответной реакции демократических сил всего мира, а также прогрессивных сил международного спортивного и олимпийского движения. Ведь главным условием существования спорта и олимпийского движения является предотвращение войны. Международный спорт может и должен вносить свой вклад в дело сохранения мира. Такова точка зрения тех, кто всерьез задумывается о будущем спорта. Но у нее есть антиподы.

Многие буржуазные специалисты пытаются вообще отрицать роль спорта в деле сохранения и упрочения мира. Некоторые же, скажем англичанин Д. Энтони, абсолютизируют спорт как универсальный фактор сохранения и упрочения мира: «В ядерную эпоху спорт является наивысшей надеждой человечества». Подобные заявления опасны. Их цель — отвлечь народы от политических форм борьбы за мир, перенести ее только в сферу спорта. Но один спорт не в силах, конечно, разрешить глобальную проблему современности.

Однако спортивные контакты всегда способствовали политике разрядки и международного сотрудничества. В Заключительном акте Совещания в Хельсинки записано: «В целях расширения существующих связей и сотрудничества в области спорта государства-участники будут поощрять соответствующие контакты и обмены, включая спортивные встречи и соревнования всех видов, проводимые на основе общепринятых международных правил, положений и практики».

Международное спортивное движение ведет борьбу за мир своими специфическими средствами. Формы их самые разнообразные. Дискуссии, семинары, встречи вне спортивных арен (в рамках многочисленных объединений «Спортсмены мира — за мир», других организаций) воспитывают у спортсменов чувство личной ответственности за судьбу планеты, за сохранение и упрочение мира на ней. Так спорт формирует у спортсменов активную позицию в отношении проблем человечества.

Многомиллионное движение любителей спорта протестует против гонки вооружений и угрозы ядерной войны. Эстафета мира, которую спортсмены разных стран пронесли в 1982 году из древней Олимпии в штаб-квартиру ООН в Нью-Йорке. Веломарши и походы в странах Скандинавии и Центральной Европы под лозунгом «Против превращения нашего континента в ракетно-ядерный полигон». В честь Международного года мира, которым объявила ООН 1986 год, 40 спортсменов — сторонников мира из СССР, Чехословакии, Канады и США пронесли по этим странам двух континентов лозунги «Прекратить гонку вооружений!», «Сохранить космос для мирных целей!», «Вступить в XXI век без ядерного оружия!». Участники пробега собирали подписи сторонников разоружения и развития добрососедских отношений под выработанным ими «Воззванием в защиту мира». Это лишь некоторые примеры активного участия в борьбе за мир любителей спорта.

В те дни, когда буржуазная пресса раздувала по поводу чернобыльской беды очередную антисоветскую истерию, западногерманская антивоенная организация «Спортсмены за мир» заявила, что она по-прежнему решительно выступает в поддержку советской программы ядерного разоружения и собирается провести в 1987 году пробег через территорию Федеративной Республики Германии в поддержку мирных инициатив СССР за прекращение гонки вооружений. В заявлении этой организации подчеркивается: «В 2000 году жители планеты должны заниматься спортом без какой-либо ядерной угрозы. Новые инициативы Советского Союза дают прогрессивным спортсменам, деятелям спорта большую надежду на то, что начнется процесс ядерного разоружения, что американские ядерные ракеты будут выведены с территории ФРГ».

Международный год мира стал годом рождения традиции, которой может принадлежать большое будущее — Игр доброй воли. Название этих соревнований как нельзя лучше выражает волю спортсменов всех континентов жить в мире, сотрудничестве, взаимопонимании.

В речи на торжественной церемонии открытия Игр Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев дал политическую оценку этому крупнейшему комплексному спортивному мероприятию 1986 года, большому международному празднику спорта, молодости и мира: «Само название этих соревнований глубоко символично. Сегодня в отношениях между людьми и народами, государствами и правительствами, как никогда, требуются проявления именно доброй воли. Добрая воля открывает границы, создает возможности для решения коренных вопросов современности. Какие бы расстояния ни разделяли нас, жителей планеты, какими бы различными ни были наши убеждения и образ жизни, мы должны встречаться, говорить, спорить и состязаться в честном соревновании. Это всегда способствует созданию атмосферы взаимного уважения и сотрудничества. А без них не уберечь нашу Землю от грозящей катастрофы».

Империализм через поднаторевшие на антисоциалистических измышлениях средства массовой информации стремится исказить сущность антивоенных выступлений и мероприятий. Нередко буржуазная пресса пытается представить, что движение спортсменов за мир развивается под нажимом социалистических стран, «руки Москвы», что миротворческая функция спорта, как и сама разрядка, выгодна лишь странам социалистического содружества. Такой взгляд опровергается многими прогрессивными международными деятелями.

Так, генеральный секретарь Организации Объединенных Наций Перес де Куэльяр заявил: «Я уверен, что дух дружбы и честных соревнований в ходе Игр доброй воли, которые собрали в Москве ряд наиболее выдающихся атлетов мира, послужит лучшему взаимопониманию между народами, что является одной из целей Года мира».

Генеральный директор ЮНЕСКО Амаду Махтар М’Боу писал в 1986 г.: «Спорт, не знающий языковых границ, может в большой мере содействовать созданию атмосферы, благоприятной для укрепления взаимного доверия и дружбы между народами и для поддержания мира между отдельными странами».

…На Игры доброй воли прибыли более 1650 спортсменов из 80 стран, на них были установлены многочисленные мировые, континентальные и национальные рекорды. Но главная их цель — противодействовать конфронтации в международных отношениях — подверглась атакам подручных империализма в период как их подготовки, так и проведения.

В действие были брошены изощренные в дезинформации средства демагогического пропагандистского обеспечения империализма. Они выдвинули в адрес организаторов Игр ряд обвинений. Наиболее хлесткими среди них были попытка выдать Игры доброй воли за альтернативу олимпийским играм и голословное обвинение в коммерциализации этих соревнований.


Однако оба эти обвинения были опровергнуты.

Попытку противопоставить Игры доброй воли олимпиадам пресек президент МОК X. А. Самаранч. На пресс-конференции в Москве во время Игр доброй воли на вопрос: «Если Игры доброй воли будут традиционными, не станут ли они конкурентом олимпийских игр?»— он ответил: «Не думаю, что у нас с вами есть причины говорить о какой-либо конкуренции. Игры доброй воли и олимпийские игры — это разные соревнования. Для спортсменов, думаю, вы со мной согласитесь, наиболее ценной все-таки является олимпийская медаль. Уверен, что Игры доброй воли не окажут никакого отрицательного воздействия на будущее олимпиад. Мы в МОК благосклонно относимся ко всем соревнованиям, способствующим развитию олимпийского движения. Нынешние Игры — из их числа».

А щедрость, с которой советские организаторы Игр доброй воли приняли гостей, провели праздник открытия и сами соревнования, опровергла утверждения о коммерческих целях, в которых якобы проводились Игры. Как заявил председатель Оргкомитета Игр М. В. Грамов, «наши расходы значительно превосходят возможные доходы. Мы берем на себя обеспечение всех участников Игр, судей, гостей питанием, жильем и транспортом, несем расходы по проведению соревнований и аренде спортсооружений. Кроме того, многим участникам Игр будет оплачен проезд».

У фальсификаторов целей и смысла Игр доброй воли в Олимпийском комитете США (ЮСОК) были союзники. В интервью журналу «Верайети» генеральный секретарь ЮСОК Дж. Миллер заявил еще перед Играми: «Мы не одобряем участия американских спортсменов в этом мероприятии». Р. Кейн, бывший президент ЮСОК, выступавший в свое время за бойкот Олимпийских игр в Москве, добавил: «Эти соревнования подрывают авторитет ЮСОК и нанесут ему материальный ущерб».

Победили все-таки прогрессивные силы в ЮСОК. Национальные спортивные федерации США поддержали стремление своих спортсменов поехать в Москву, а президент Олимпийского комитета США Роберт Хелмик, один из известных американских юристов, а также президент Международной любительской федерации плавания, признал, что Игры доброй воли не носят коммерческого характера, поскольку не контролируются частным капиталом. Уже во время Игр доброй воли он заявил, что между ним и организаторами Игр не возникло ни одного спорного момента.

Но воинствующие противники нормализации отношений между СССР и США не могли успокоиться. Пентагон запретил американским военнослужащим выступать в Москве на Играх доброй воли в турнире боксеров. Об этом даже не было сообщено в Национальный олимпийский комитет США, членом которого является Министерство обороны США и решениям которого в сфере спорта оно должно подчиняться. Р. Хелмик направил телеграмму президенту США, в которой выразил протест по поводу запрета Министерства обороны, так как «он отрицательно повлияет вообще на судьбу международных соревнований. Вмешательство военных в спорт недопустимо, поскольку его можно воспринять как политическое давление».

Президент Любительской федерации бокса США Дон Халл, он же президент Международной ассоциации любительского бокса, тоже послал Р. Рейгану протест. Боксеры-военные, правда, все равно не попали на Игры.

Во имя сохранения и упрочения мира, укрепления взаимопонимания и сотрудничества между народами Национальный олимпийский комитет СССР и советские спортивные организации поддерживают любые усилия мировой спортивной общественности, направленные на укрепление международного спортивного и олимпийского движения, сохранение его чистоты и единства.

История участия представителей нашей страны в международном спорте — это история борьбы за единство в нем в противовес расколу, это поиски тех решений, которые объединяют, а не разъединяют.

Многолетний опыт работы с 21 международной спортивной федерацией и МОК по организации спортивных соревнований Игр XXII Олимпиады 1980 года в Москве показал: когда в совместной деятельности с ними есть такое объединяющее начало, как общая ответственность за создание спортсменам всего мира наилучших условий для достижения каждым участником игр своих высших результатов, — любые трудности, любые расхождения во мнениях можно успешно и эффективно преодолевать.


Политический эгоизм в действии

Еще в 1927 году Пьер де Кубертен писал: «Я и мои друзья работали не для того, чтобы, вернув вам игры, сделать их экспонатом для музея или кино, и не для того, чтобы поддержать чьи-нибудь коммерческие или предвыборные интересы».

К сожалению, опасения Кубертена оказались обоснованными. Так, в конце 70-х годов президент США Дж. Картер посягнул на всемирный праздник спорта, призывая перенести Олимпийские игры из столицы СССР в другую страну, а по существу, требовал отменить Игры в Москве. Было ли неожиданным это требование американского президента? Конечно, нет.

Еще в 1977 году тогдашний президент МОК лорд Майкл Килланин прозорливо говорил: «Первый шаг Картера состоял в отходе от разрядки. Это может создать обстановку, в которой придется проводить Игры».

Но советские организаторы хорошо подготовились к проведению Олимпийских игр. Они четко соблюдали Олимпийскую хартию, правила международных федераций, вели работу планомерно, главное — учитывали в первую очередь интересы спортсменов. Поэтому МОК, международные спортивные федерации и национальные олимпийские комитеты отвергли требование отмены Московских игр.

Президент США пытался использовать искусственно созданную им политическую ситуацию вокруг Московской олимпиады для раскола международного спорта, а попутно и для решения своекорыстной задачи — повышения своего престижа при переизбрании на пост президента на второй четырехлетний срок.

Когда попытка отмены Игр или переноса их в другую страну позорно провалилась, горе-политик решил по крайней мере отлучить от Игр американских спортсменов, а заодно и спортсменов тех стран, что находятся от США в политической и экономической зависимости или попались на их пропагандистский крючок.

Картер использовал одно из испытанных стратегических средств империализма — политическое давление и шантаж, хотя каждый национальный олимпийский комитет обладает суверенным правом, закрепленным в Олимпийской хартии, самостоятельно решать вопрос об участии в олимпийских играх независимо от воли своего, а тем более чужого правительства.

Но Московские игры состоялись, их спортивный уровень был одним из наиболее высоких в олимпийской истории — 36 мировых и 74 олимпийских рекорда, что примерно в 3 раза выше, чем на последующих Играх в Лос-Анджелесе.

Картер потерпел на президентских выборах полное поражение.

На XI Олимпийском конгрессе почетный президент МОК лорд М. Килланин, открывший от имени МОК дискуссию по проблеме «Будущее олимпийских игр», начал свое выступление с анализа горького опыта — попытки бывшего президента США использовать Игры в политических целях. «Я счастлив, — заявил он, — что эта попытка потерпела крах. Победу одержало олимпийское движение, поддержанное многочисленными национальными олимпийскими комитетами, принявшими участие в Играх, организованных, по-моему, лучше, чем любые состоявшиеся в наше время».

Мир увидел тогда, что международный спорт обладает огромным потенциалом, чтобы оказывать достойный отпор политическому шантажу.

На том же, XI Олимпийском конгрессе президент МОК X. А. Самаранч отметил: «Игры в Москве усилили олимпийское движение. Олимпийское движение твердо продолжит свой путь и по-прежнему останется одним из важных социальных явлений нашего века».

Еще одна цель использования империализмом международного спорта — получение политико-идеологических дивидендов с проведения крупнейших международных соревнований, в первую очередь олимпийских игр. Хорошо известен пример Игр XI Олимпиады 1936 года в Берлине, когда эти дивиденды собирал национал-социализм. У него нашлись последователи…

В начале 80-х годов произошло резкое обострение международной напряженности. Оно было вызвано приходом к власти в США администрации Р. Рейгана. Многим прогрессивным международным деятелям тогда стало ясно: реакционные круги США используют проведение Игр в Лос-Анджелесе для политико-идеологического воздействия на спортсменов — участников Игр; подготовка и проведение очередных Олимпийских игр будут находиться под прямым воздействием антисоветского, антисоциалистического курса администрации Рейгана; президент США воспользуется Играми для решения своих эгоистических предвыборных задач; империализм США использует все возможности страны-организатора для обеспечения команде Соединенных Штатов «победы любой ценой» (за полтора года до Игр этот лозунг зазвучал едва ли не в открытую); спортивные результаты Игр — итоги реализации этого лозунга — будут использованы для распространения в стране, особенно среди молодежи, новой волны национализма и шовинизма.

Так потом и оказалось.

83 золотые медали команды США были проданы с молотка на невиданном ранее политическом аукционе.

В ходе Игр по телевидению шло откровенно националистическое прославление американских олимпийских чемпионов. Порой невозможно было узнать спортивные результаты и даже фамилии чемпионов из других стран. Вот лишь некоторые мнения, опубликованные в прессе о показе американской компанией Эй-Би-Си Олимпийских игр в Лос-Анджелесе:

«Фолья ди Сан-Паулу» (Бразилия): «Эй-Би-Си освещает Олимпиаду как шоу самовосхваления США».

«Хельсингин саномат» (Финляндия): «Телевизионные репортажи из Лос-Анджелеса — сплошная хвалебная песнь американизму. Эй-Би-Си вела репортажи так, будто проходил открытый чемпионат США по различным видам спорта».

«Острэлиэн файненшнл ревью» (Австралия): «От просмотра шовинистических версий Эй-Би-Си остается отвратительный, вызывающий тошноту осадок».

«Дейли уорлд» (США): «Телевидение показало нам не Олимпийские игры, а Американские игры. Боссы средств массовой пропаганды прекрасно понимают колоссальное идеологическое значение спортивных побед, особенно олимпийских. Вот почему нам без конца говорили о медалях спортсменов США, словно больше никого на Олимпиаде не было».

Даже МОК, руководителей которого никак нельзя было упрекнуть в излишней требовательности к лос-анджелесским организаторам, вынужден был заявить американскому телевидению протест. Но представителям МОК с американской стороны было заявлено: если у вас есть претензии к тому, какое изображение мы транслируем в другие страны, то мы их отвергаем, поскольку мы ведем показ в соответствии с заявками этих стран. Что же касается телетрансляции Игр в самом Лос-Анджелесе, а тем более на территорию всех США, то это — наше дело.

И к сожалению, руководители МОК отказались от своего справедливого протеста, хотя доводы американцев вряд ли можно было считать убедительными. Тем более что далеко не все иностранные туристы, находившиеся в громадном олимпийском городе, имели возможность видеть выступления своих спортсменов воочию. А увидеть их по телевидению не позволял как раз тот шовинистический ракурс, в котором показывала Игры Эй-Би-Си.

После Игр состоялось турне американских чемпионов по США, которое превратилось в театрализованное шоу с ультрашовинистрической процедурой их чествования…

Все это делалось в соответствии со всесторонне продуманной стратегией. Она была расшифрована Р. Рейганом на пресс-конференции в сентябре 1983 года: «США нуждаются в победе, которая бы способствовала сплочению нации. Только такая победа может способствовать упрочению американского образа жизни. При этом совершенно безразлично, что будет говорить и думать остальная часть мира».

Использование империализмом США Олимпийских игр в Лос-Анджелесе было, пожалуй, апогеем политической эксплуатации олимпиад. Шовинистическая направленность Игр вызвала протест даже у союзников США по НАТО. «Мне не нравится, что американцы используют Игры для прославления своей нации. Это не отвечает олимпийскому духу», — сказал руководитель олимпийской делегации ФРГ Хайнц Фаллак…


Флаги не тех цветов?

На осуществление политических целей империализма направлены и попытки денационализации спорта. Деятели спортивных организаций, представляющие интересы развитых капиталистических стран, прикладывают немало усилий для того, чтобы представить спорт в виде чисто индивидуального явления, когда спортсмен, участвующий в международных соревнованиях, предстает как какой-то космополит без роду и племени, никак не связанный с воспитавшей его страной, а сообщество спортсменов — как некая денационализированная общность людей.

Яркими примерами попыток денационализации международного спорта служат манипуляции, которые апологеты империализма стараются проделывать с проверенным временем, освященным традицией церемониалом награждения победителей олимпийских игр и других крупнейших международных соревнований, неотъемлемой частью которого является подъем национальных флагов и исполнение гимна страны-победителя.

Наиболее реакционные спортивные руководители развитых капиталистических стран не устают проповедовать отказ от этого ритуала, лицемерно заявляя, что в нем якобы таится опасность развития национализма и шовинизма…

Конечно, спорт нередко, как вы знаете, используется для разжигания шовинистических страстей. Экстремальное их проявление — вандализм спортивных болельщиков.

Однако случаев вандализма на национальных соревнованиях в развитых капиталистических странах значительно больше, чем на международных соревнованиях.

Но бывают порой такие всплески шовинизма на трибунах спортивных арен, что их тяжелые последствия обязывают к анализу причин этого явления.

Трагические события на брюссельском стадионе «Эйзель» 29 мая 1985 года. Перед началом финального матча на Кубок европейских чемпионов между английским «Ливерпулем» и итальянским «Ювентусом» среди зрителей была спровоцирована английскими болельщиками драка, в ней погибло 39 человек. Почти полтысячи получили ранения.

Эта трагедия имела несколько причин. Жестокость самого профессионального спорта, формирующего низменные черты человеческого характера, возможность дать выход нервному напряжению, которое постоянно испытывает человек в капиталистическом мире. Но главная причина — в эскалации неофашизма, шовинизма, расизма, узурпировавших себе права гражданства на западных стадионах…

Однако шовинизм не имеет ничего общего с тем светлым патриотическим чувством, которое испытывает человек во время олимпийского церемониала чествования победителей. И видимо, именно это не нравится представителям интересов империализма. Поэтому они выступают против церемонии открытия с парадом стран-участниц, церемонии награждения победителей с подъемом национальных флагов и исполнением национального гимна страны-победителя, церемонии закрытия игр.

Правда, на подавляющем большинстве официальных международных соревнований, несмотря на старания реакции, олимпийская церемония награждения пока незыблема. Но это не снижает остроту проблемы.

Пьер де Кубертен всегда беспокоился о сохранении олимпийского церемониала, выступал против нападок на него. Он подчеркивал: «Вопрос церемоний является одним из наиболее важных, которые следует разрешить. Прежде всего, именно через церемонии олимпийские игры должны отличаться от простой серии мировых чемпионатов. Олимпийские игры требуют торжественности и церемониальности».

Еще в 1908 году Кубертен говорил: «Интернационализм в том виде, как мы его понимаем, базируется на уважении сторон и благородном соревновании, которое заставляет сердце спортсмена биться сильнее, когда в награду за свои усилия он видит знамя своей страны на флагштоке победителей…»

Озабоченность основателя олимпийских игр современности не была беспричинной. На протяжении всего периода проведения современных олимпийских игр немало деятелей международного спорта выступали против исполнения национальных гимнов и подъема государственных флагов при награждении победителей. Под их давлением олимпийские принципы терпят определенные издержки. Так, первоначальная формулировка клятвы участника соревнований на церемонии открытия олимпийских игр, принятая в 1920 году, которая заканчивалась словами: «…во имя славы спорта и чести наших стран», была со временем заменена другой: «…во имя славы спорта и чести наших команд». В этом проявилась попытка «оторвать» спортсмена от воспитавшей его страны.

Хотя по-прежнему команды в игровых видах спорта и отдельные участники олимпийских игр регистрируются перед их началом, фигурируют во всех официальных программах и протоколах соревнований, на всех демонстрационных табло и в пресс-бюллетенях с указанием своей страны, в правиле 9 Олимпийской хартии записано, что «Игры представляют собой соревнования между отдельными спортсменами и командами, а не между странами».

В чем же причина настойчивых нападок на олимпийскую традицию? Нападок, которые стали особенно яростными в 70-х — 80-х годах.

Она в изменившемся соотношении спортивных сил в мире. Социалистические и некоторые развивающиеся государства добиваются все больших успехов в спорте. Национальные флаги этих стран теперь все чаще поднимаются по флагштокам на крупнейших официальных соревнованиях, а их гимны становятся все более популярными мелодиями спортивного эфира. Поэтому, чтобы замаскировать ослабление своих позиций, господствовавшие длительное время в мировом спорте империалистические державы многократно умножают свои усилия по денационализации игр.

Так борьба за ликвидацию олимпийского церемониала стала не просто безобидным выступлением против одной из олимпийских процедур. Это политическая акция, направленная в первую очередь против социалистических стран, политическое вмешательство в сферу спорта, хотя для прикрытия своих целей реакционные силы манипулируют лозунгом «Спорт — вне политики».

Особую окраску проблема денационализации приобрела в период подготовки и проведения Игр XXII Олимпиады в Москве.

Правительства ряда стран, потребовавшие от своих НОК и спортсменов под давлением администрации США отказа от поездки на Московские игры, как вы помните, запретили олимпийским командам, не выполнившим это требование, использовать флаг и гимн своего государства на Олимпиаде-80.

Так возникла альтернатива: либо участвовать в Олимпийских играх без использования национальных флагов и гимнов, что противоречило Олимпийской хартии, либо отказаться от поездки в Москву и тем самым уступить грубому политическому нажиму.

Тогда ряд национальных олимпийских комитетов обратились в МОК с просьбой разрешить им в порядке исключения участвовать в Играх XXII Олимпиады под флагом своего национального олимпийского комитета или МОК, а награждение их спортсменов проводить под исполнение Олимпийского гимна.

МОК проявил необходимую в этой ситуации, созданной силами империализма, гибкость. Он принял решение о временном изменении олимпийского протокола.

Следует подчеркнуть, что НОК не ставили вопроса об изменении правила Олимпийской хартии о церемониалах, которое потом действовало бы и на последующих олимпийских играх. Речь шла лишь о том, чтобы сделать исключение для Игр в Москве. Об этом противники традиционного олимпийского церемониала сегодня предпочитают не вспоминать.

Именно этот необходимый для сохранения олимпизма компромисс был впоследствии, и довольно скоро, использован сторонниками денационализации, начавшими новый этап борьбы против традиционного олимпийского церемониала. Они приводили в пример Московские игры, на которых при награждении некоторых спортсменов вместо флагов их стран поднимался Олимпийский флаг и исполнялся Олимпийский гимн; даже на трафаретах, которые несли спортсмены на параде открытия, вместо названий некоторых стран были сокращенные названия их национальных олимпийских комитетов.

Однако именно опыт Московских игр показывает, что противники традиционного олимпийского церемониала пытаются выдать желаемое за действительное.

Достаточно вспомнить поведение зрителей, приехавших из тех стран, чьи правительства запретили своим спортсменам использовать государственные атрибуты и тем самым отказали им в праве на проявление национального чувства. Так, олимпийских чемпионов — легкоатлетов Великобритании британские болельщики приветствовали, размахивая национальным флагом страны, а во время церемониала награждения соотечественников они стоя исполняли свой национальный гимн.

Сторонники изменения олимпийского протокола рассчитывали на поддержку мировой спортивной общественности на XI Олимпийском конгрессе в Баден-Бадене. Однако подавляющее большинство делегатов конгресса, участвовавших в обсуждении этой проблемы, категорически отвергло идеи денационализации, подчеркнув, что забота о сохранении существующих церемоний открытия олимпийских игр и чествования их победителей — это прежде всего забота о воспитании спортсменов, забота о будущем олимпиад.

В защиту права быть представителями своей страны выступили на конгрессе и сами спортсмены. С огромной симпатией были встречены взволнованные слова прославленного вратаря сборной команды СССР по хоккею В. Третьяка, заявившего от имени только что созданной тогда при МОК комиссии спортсменов: «Когда в честь стоящего на пьедестале спортсмена поднимается государственный флаг и звучит гимн его страны, то для каждого атлета это самый прекрасный момент. И в этом мы видим проявление чувства единства спортсменов, а не проявление какого-либо духа национализма».

За сохранение олимпийского церемониала на конгрессе ратовали и представители развивающихся стран, для которых спорт — одно из средств воспитания в своем народе чувства национального самосознания. Президент НОК Багамских островов А. Батлер заявил: «Подавляющее большинство атлетов мира стоит за нынешний ритуал награждения, при котором спортсмен становится объектом чести, которая обычно оказывается главам государств».

В заключительной декларации конгресса было сформулировано его решение: «Церемониал олимпийских игр должен проводиться в соответствии с Олимпийской хартией».

Но именно на страницах Олимпийской хартии сторонники денационализации отыгрались тут же…

Реакционные силы МОК проигнорировали мнение мирового спортивного сообщества. На проведенной вскоре в Баден-Бадене 84-й сессии МОК в Олимпийской хартии вместо «флаги стран» и «гимны стран» было записано «флаги и гимны делегаций». Так МОК еще раз показал, чьим интересам он служит.

Примеру МОК, изменившего церемонию награждения, последовали, к сожалению, многие международные спортивные федерации, например ИААФ, торопливо заменившие в своих уставах «страну» на «делегацию» везде, где речь шла о флагах и гимнах.

Оправдывая эти действия, некоторые политические ловкачи говорят, что каждая национальная спортивная организация должна сама решать, под каким флагом ей выступать — национальным или иным, это ее дело.

Но в этом случае за спортсмена, завоевавшего право продемонстрировать всему спортивному миру достижение своей родины, спортивные деятели будут решать, какой флаг поднимать в честь его победы, какой гимн исполнять. Пусть это его соотечественники, но никому не известно, какое в каждом конкретном случае они примут решение.

Прогрессивные силы как в МОК, так и в международных спортивных федерациях выступают за восстановление традиционного олимпийского протокола, за введение его в те уставы федераций, где он пока отсутствует. Так, при проведении Всемирных студенческих игр награждение победителей проходит под студенческий гимн «Гаудеамус». А уж где, как не на соревнованиях студенческой молодежи, воспитывать в спортсменах чувство национальной гордости исполнением национального гимна его страны.

Возможно, читатель заметил, что в последние годы благодаря осуществлению концепции «уравнивания» в ряде дисциплин спортсмены капиталистических стран выходят на ведущие позиции. Не потому ли как-то поутихла критика нашими оппонентами традиционного церемониала?

Глава V И ради политики, и ради бизнеса…

Среди различных форм использования в своих целях империализмом международного спорта есть такие, которые не так шокируют международное сообщество, как прямой политический шантаж, не так бросаются в глаза, как насаждение шовинизма, но наносят не меньший, чем они, вред. Это — поощрение империализмом тех процессов в международном спортивном и олимпийском движении, которые мешают, а порой делают и вовсе невозможным выполнить его социально-воспитательную и гуманистическую роль. И недооценивать их нельзя.

Наиболее опасны среди этих процессов коммерциализация и профессионализация международного спорта, которые извращают его благородную сущность. Особенно опасны они своими последствиями: на их экономической основе реализуется доктрина «уравнивания возможностей» — инструмент, при помощи которого империализм стремится получить спортивное преимущество и таким образом извлечь из международного спорта политическую выгоду.

Коммерциализация и профессионализация любительского спорта направлены также на раскол международного спортивного сотрудничества. Насаждая эти процессы, представители интересов империализма в международном спорте стремятся изолировать социалистические страны, заставить их выйти из международного и спортивного движения.

Поэтому не будет преувеличением сказать, что от того, как будут решаться проблемы коммерциализации и профессионализации международного спорта, удастся ли поставить им заслон, зависит его будущее. Зависит, останется он прогрессивным явлением или, подобно буржуазному профессиональному спорту, станет придатком либо даже составной частью развлекательного шоу-бизнеса.

Сегодня, пожалуй, мало у кого остались сомнения в том, что проблемы коммерциализации и профессионализации актуальны и социально значимы. Но чтобы предотвратить разрушительные последствия этих процессов, необходим постоянный серьезный анализ их влияния на международное спортивное и олимпийское движение.


Под маской справедливости

Одним из признаков обострения проблем международного спортивного и олимпийского движения является появление на спортивно-политической арене империалистической доктрины «уравнивания возможностей». Она может рассматриваться и как причина обострения проблем международного спорта и как его следствие.

Доктрина «уравнивания возможностей» довольно молода, поскольку активно используется апологетами империализма немногим больше половины десятилетия. Цель ее — создать все необходимые условия для того, чтобы спортсмены развитых капиталистических стран в международном любительском и олимпийском спорте смогли добиться желанного преимущества над спортсменами социалистических стран. Говорят об «уравнивании возможностей», иногда о «достижении справедливости», стремятся же к иному — спортивному перевесу. Правда, империализм всегда старался осуществить эту цель, но только в последние годы перестал скрывать свои намерения.

В чем же суть доктрины? Одним спортсменам, рассуждают ее сторонники, — спортсменам социалистических стран — государство создает все условия для достижения выдающихся спортивных результатов, поощряя морально и поддерживая материально массовый спорт и спорт высших достижений.

К нуждам спортсменов капиталистических стран буржуазное государство глухо. И спортивным организациям в этих странах нужно изыскивать негосударственные возможности, чтобы обеспечить подготовку спортсменов высшего мирового класса.

Таким образом, внешне концепция «уравнивания возможностей» выглядит искренне и невинно. Еще бы — одним спортсменам государство создает условия для занятий спортом высших достижений, другим нет.

Стало быть, они находятся в неравных условиях и эту несправедливость нужно устранить.

Однако средства «уравнивания» избираются такие, что совершенно перечеркивают гуманистические идеалы спорта. В жертву «уравниванию возможностей» приносятся олимпийские принципы, и главный из них, вытекающий из Олимпийской хартии, — социально-воспитательная ориентация спорта. Во имя «уравнивания» бескорыстные любительские стимулы занятий спортом подменяются меркантильными и насквозь коммерциализованными, профессиональными супергонорарами, допинговой чумой. Роль спорта как средства общественного воспитания отходит не на второй даже, а на весьма далекий план! Сегодня действительно нет равенства в государственной заботе между спортсменами социалистических и капиталистических стран, но достигать его нужно не теми методами, которые основаны на инфляции зарекомендовавших себя нравственных ценностей олимпизма.

Разумеется, в стремлении к победе на спортивных полях — не на полях сражений — нет ничего предосудительного. Но она должна достигаться честными средствами: ростом массовости, широким привлечением

молодежи, совершенствованием методики и организации подготовки спортсменов, усилением их морально-волевой подготовки.

Нельзя сказать, что развитые капиталистические страны эти средства не используют. В их спортивных организациях немало людей честно и в строгом соответствии с принципами международного спортивного и олимпийского движения делающих свое дело.

Но есть и другие. Именно они стремятся создать для западного мира особые преимущества. Их манипуляции в международных спортивных объединениях направлены на резкое усиление коммерческой направленности международного спорта, формирование программ соревнований в своих интересах, поощрение необъективности судейства, внесение в Олимпийскую хартию и уставы международных спортивных федераций выгодных капиталистическому миру изменений, введение в руководящие органы международных спортивных объединений людей, способных реализовать доктрину «уравнивания» на практике, и многое другое…


Торговцы спортом входят во вкус

Опасность коммерциализации международного спорта существовала десятки лет. Однако в настоящее время она стала наиболее угрожающей. Сравним заключительные резолюции двух олимпийских конгрессов последнего периода.

В Заключительной резолюции X Олимпийского конгресса 1973 года, проходившего в Варне, в ее 12 пунктах еще отсутствуют какие-либо слова, относящиеся к коммерциализации. В Заключительном заявлении XI Олимпийского конгресса 1981 года, состоявшегося в Баден-Бадене, уже содержится пункт, гласящий: «Финансовая помощь из коммерческих источников одобряется при условии, что участники соревнований не подвергаются эксплуатации».

Заметных проявлений коммерциализации, к сожалению, более чем достаточно. В свое время я попытался классифицировать их и насчитал десяток наиболее существенных. Коротко расскажу о них.

Прежде всего, стремительно растет число таких соревнований, которые иначе как «коммерческими» не назовешь. По своим срокам и программам они вступают в противоречие с методическими требованиями системы подготовки высококвалифицированных спортсменов к официальным чемпионатам, командным матчам стран. Но, несмотря на это, они официально регистрируются международными спортивными федерациями, которые таким образом их благословляют. Например, многие западные легкоатлеты, привлеченные многочисленными прибыльными стартами розыгрыша «Гран-при», испытывают серьезные затруднения при подготовке к командным соревнованиям, на которых они должны представлять свои страны.

Так прибыль вступает в противоречие с национальной гордостью спортсмена и в большинстве случаев одерживает победу…

Различные коммерческие корпорации начинают отвоевывать у спортивных объединений право руководить организацией и проведением международных соревнований. В последнее время резко увеличилось количество прямых финансовых и организационных контактов организаторов коммерческих соревнований со спортсменами в обход национальных спортивных федераций, зачастую с ущемлением интересов этих федераций.

Все это приводит к усилению влияния коммерческих организаций на международные и национальные спортивные объединения.

Значительно возрос в последние годы объем рекламы внутри спортивного сооружения. Спортсмены демонстрируют свое мастерство на фоне яркой рекламы, которая превращает спорт во второсортное зрелище — разновидность рекламного шоу…

Увеличился объем рекламы в виде торговых марок на спортивном оборудовании и инвентаре. Это же относится и к так называемой «телевизионной идентификации», когда на сотнях миллионов телеэкранов периодически вспыхивает название фирмы, осуществляющей хронометраж в беге или подсчитывающей своими компьютерами результаты соревнований.

Все более интенсивным становится использование самих спортсменов в качестве «рекламоносителей» для рекламы спортивных товаров.

Например, в битву фабрикантов спортивной обуви за рынки сбыта втянуты многие ведущие легкоатлеты капиталистического мира, которых привлекают рекламные гонорары. Некоторые легкоатлеты в рекламных целях в начале соревнований выступают в спортивных туфлях одной фирмы, а в финале — другой. Международной любительской легкоатлетической федерации (ИААФ) пришлось даже ввести в свои правила пункт, запрещающий такую «торговлю вразнос». Правило 139 устава ИААФ гласит: «Атлетам не разрешается менять производителя его туфель в ходе одного соревнования»…

Резко увеличилось использование в коммерческих целях атрибутики спортивных соревнований: эмблем, талисманов и т. п. Из средства пропаганды спорта они превратились в средство наживы.

Лавинообразно растут суммы, взимаемые за продажу прав на телевизионную трансляцию олимпийских игр. Еще недавно казалась громадной сумма, полученная за трансляцию летних Игр в Лос-Анджелесе, — около четверти миллиарда долларов. Но организаторы XV зимних Олимпийских игр в Калгари заключили контракт с одной из американских телекомпаний на сумму в 309 миллионов долларов. Сеульские организаторы запродали трансляцию Игр 1988 года на территорию США за 300 миллионов долларов, а при благоприятной коммерческой конъюнктуре — то бишь обилии заказов американскому телевидению на «рекламное время» — получат едва ли не вдвое больше…

О том, что процесс коммерциализации олимпийских игр нарастает, говорит и скоропалительно принятое на 91-й сессии МОК в октябре 1986 года решение проводить в будущем летние и зимние олимпийские игры в разные годы, а не как до нынешнего времени было принято — в високосном году с интервалом в полгода. Помимо причин, связанных с развитием международного спорта, например необходимости облегчения для НОК подготовки команд, главной, по мнению многих специалистов, оказалось то, что американским телевизионным компаниям будет легче выплачивать колоссальные суммы за право трансляции летних и зимних игр не в один год, а с интервалом в два года. В этом случае и суммы, возможно, значительно возрастут…

Казалось бы, что во всем этом плохого? Но нет — деньги эти возникают не из воздуха. Они образуются за счет увеличения стоимости рекламируемых товаров, а стало быть, ложатся на плечи покупателей, то есть трудящихся, которые и становятся жертвами коммерциализации спорта.

Наконец, еще одно проявление коммерциализации — все более широкое использование спортивной прессы для открытой, а чаще скрытой рекламы коммерческих соревнований и спортивных товаров. И в итоге превращение буржуазной спортивной прессы в придаток рекламно-развлекательного бизнеса.

Не может не беспокоить и другое: проблему коммерциализации империализм использует для антисоциалистических диверсий в прессе. Вот один из примеров. В марте 1981 года Робер Парьенте (главный редактор одной из крупнейших спортивных газет мира — парижской «Экип») написал: «…Советский Союз начинает крестовый поход против „недопустимой коммерциализации международного спорта”. Эта кампания, поддержанная ГДР, базируется на лозунгах такого рода: «Международному спорту угрожает коммерческая практика империализма». На Западе с волнением следят за этими событиями. Пессимисты утверждают даже, что СССР собирается вовсе отказаться от игр, якобы обесцененных коммерциализацией».

Активное проникновение коммерциализации в международный спорт в начале 80-х годов не могло не обеспокоить международное спортивное сообщество. Взволнованные голоса его прогрессивных представителей прозвучали на XI Олимпийском конгрессе 1981 года в Баден-Бадене. Вот лейтмотив многих выступлений: меркантильные интересы дельцов и бизнесменов начинают доминировать в спорте; коммерциализация может превратить олимпийские игры в ярмарку, а спортсменов — в. коммивояжеров; спорт может стать коммерческим предприятием для извлечения прибыли фирмами, монополиями и рекламными агентствами.

Это мнение на конгрессе высказали не только делегаты социалистических стран. Многие представители капиталистического мира также признавали вред, наносимый спорту коммерциализацией.

Член МОК для ФРГ Бертольд Байтц говорил: «Экономика должна понять, что она лишь в том случае принесет пользу спорту и самой себе, если постарается избежать возможной коммерциализации и останется честным спонсором».

А президент НОК Великобритании Деннис Фоллоуз заявил: «Коммерциализация в той или иной форме может быть самой большой опасностью для наших игр и для нашего движения. Торговые агенты, представители отделов рекламы и изготовители спортивных изделий повсюду распространили свои щупальца. Они сделали смешным статус спортсмена-любителя. Они добиваются того, что контролируют каждое движение участников соревнований».

Были на конгрессе и такие, кто старался преуменьшить опасность коммерциализации.

Так, президент Генеральной ассоциации международных спортивных федераций Томас Келлер говорил: «Мы признаем, что организация спорта высших достижений требует огромных средств; стало уже привычкой прибегать к помощи спонсоров. Однако международные федерации никогда не допустят, чтобы коммерциализация доминировала в организации какого-либо вида спорта».

Некоторые деятели спортивного движения высказали на конгрессе явно прагматическую, потребительскую точку зрения. Они относятся к коммерциализации без беспокойства, как к должному явлению. Например, генеральный секретарь ИААФ Джон Холт заявил: «Реклама и спонсорство — это два метода, введенных постепенно в последние пять лет в наши правила. В настоящее время признается, что слава спортсмена приносит с собой также и финансовые преимущества. Должны быть только заключены договоры или вестись переговоры с национальными федерациями и платежи по этим договорам направляться в национальные спортивные органы, а не к отдельным спортсменам».

Однако на конгрессе был дан отпор тем, кто пытается связывать будущее олимпийского движения с проникновением в него духа коммерции, духа наживы на популярности спорта в современном мире.

Итак, коммерциализация спорта была осуждена подавляющим большинством делегатов конгресса, но не было выработано никаких действенных мер против ее развития, и в итоге практика коммерциализации оказалась сильнее ее идейного осуждения.

В чем же истинные причины коммерциализации международного спорта? Именно международного, так как коммерциализация спорта какой-либо капиталистической страны, в конце концов, ее внутреннее дело. Международный же спорт — достояние всего человечества, и его судьба не может быть безразлична всем, кто убежден в его социальном предназначении.

В одной из моих бесед с известным исследователем международного спорта из ГДР Герхардом Эмигеном он говорил, что на этапе государственно-монополистического капитализма спорт как составная часть его социальной системы создает предпосылки для «распродажи» высших спортивных достижений и беззастенчивой эксплуатации их в коммерческих интересах.

Дело в том, что количественный рост международного спорта, повышение уровня спортивных достижений требуют от национальных спортивных организаций больших расходов на подготовку спортсменов и проведение соревнований. Буржуазное же государство неспособно, да и не желает оказывать национальному спорту необходимую ему финансовую помощь. Поэтому спортивные организации капиталистических стран для покрытия своих расходов вынуждены обращаться к миру бизнеса.

С другой стороны, популярность спорта, многократно умноженная средствами массовой информации, увеличение количества международных соревнований делают спорт заманчивой сферой для приложения капитала с целью извлечения прибыли.

Западные спортивные объединения, организуя и проводя международные (и конечно, национальные) соревнования, нашли союзника в бизнесе еще и потому, что резкое усиление конкуренции на мировом капиталистическом рынке заставило капиталистические корпорации искать новые возможности для рекламы. И уж тут просто нельзя было пройти мимо любительского олимпийского спорта с его трехмиллиардной аудиторией…

Однако цель сторонников коммерциализации спорта не исчерпывается извлечением прибыли. Коммерциализация позволяет также использовать возможности капиталистической системы для достижения победы над спортсменами стран социалистического содружества, то есть победы в соревновании двух противоборствующих социальных систем, пусть даже только на спортивной арене. Ведь ни для кого не секрет, что значительная часть прибыли от коммерциализованных международных соревнований, проведенных на Западе, идет на подготовку спортсменов развитых капиталистических стран.

Сейчас, когда резко возросло идеологическое значение победы в международных спортивных соревнованиях, видеть в коммерциализации лишь ее экономическую сторону по меньшей мере недальновидно. Выполняя социальный заказ империализма, спортивные организации многих капиталистических стран стремятся воплотить в жизнь доктрину «уравнивания возможностей» и создать себе и предпринимателям благоприятные условия для извлечения из спорта прибыли.

Апофеозом коммерциализации стали подготовка, проведение, да и сам принцип финансирования Олимпийских игр 1984 года в Лос-Анджелесе.

Поначалу у системы частного финансирования Калифорнийских игр оказалось немало защитников и вдохновенных идеологов.

Президент Оргкомитета Игр XXIII Олимпиады (ЛАООК) Питер Юберрот убеждал: «Нас упрекают в коммерциализации Игр в Лос-Анджелесе. Мне хотелось бы, чтобы в этот вопрос была внесена ясность: коммерция и коммерциализация совсем не одно и то же. Коммерция является обменом, выгодным для всех сторон. Термин «коммерциализация» подразумевает систематическое стремление к личной выгоде с использованием сомнительных средств. Именно этот термин взяли на вооружение те, кто нас осуждает. Чтобы оправдать нашу деятельность, напомню, что и до сих пор более 200 фирм-спонсоров обеспечивали проведение олимпийских игр. В Лос-Анджелесе будет лишь от 35 до 50 спонсоров, деятельность которых к тому же ограничится двухнедельным сроком проведения Игр… В прошлом частный сектор извлекал огромные прибыли из популярности олимпийских игр. И, если теперь он окажет поддержку Играм, это будет только справедливо».

И многих на Западе Юберрот убедил. Еще бы, Лос-Анджелесский Оргкомитет объявил себя «бесприбыльной» организацией и ставил своей целью доказать, что свободное предпринимательство, а следовательно и капиталистическая система в целом, обладает не меньшими возможностями для проведения олимпийских игр на высоком организационном, техническом и спортивном уровне, чем социалистическая, продемонстрировавшая это в Москве.

Убежденность в правоте Юберрота жила в сознании тех, на кого подействовали американские средства массовой информации, несколько лет — вопреки реально выполнявшейся экономической доктрине ЛАООК.

Именно частный характер финансирования Игр заставил их организаторов принять многие решения, которые создали немало проблем для участников Лос-Анджелесской олимпиады. Так, было решено для олимпийских соревнований использовать уже имеющиеся спортивные сооружения, построив лишь два новых. Это создало затем «проблему долгих дорог». В нарушение положения хартии решили не строить Олимпийскую деревню. И к «проблеме долгих дорог» прибавилась «проблема трех деревень».

Правда, в 1982 году, когда отказ от строительства деревни стал фактом, МОК принял необоснованное решение о возможности подобных исключений из олимпийских правил при определенных (не уточняя каких) обстоятельствах.

За содержание одного спортсмена (питание, размещение, другие услуги) организаторы Игр запросили 55 долларов в сутки; в итоге получили 35. Хотя на Олимпиаде-80 стоимость содержания спортсмена составляла 15 долларов…

Когда Лос-Анджелесские игры остались позади, настало время объявить об их финансовом эффекте.

Уже первые названные в сентябре 1984 года данные заставили многих задуматься. Экономические итоги Игр в Лос-Анджелесе изложил его мэр Томас Брэдли на проведенном в Барселоне международном семинаре «Олимпийские игры и развитие города», одной из главных тем которого было финансирование. Я присутствовал на этом семинаре и выступил там по поручению НОК СССР с докладом о финансовой стороне Московских игр.

Факты, приведенные мной и Томасом Брэдли, не требовали комментариев. Судите сами.

Оргкомитет Олимпиады-80 получил 744,8 миллиона рублей дохода, и все их без остатка потратил на строительство олимпийских спортивных объектов, создание наилучших условий для всех спортсменов, участвовавших в Играх.

Доходы Оргкомитета Игр в Лос-Анджелесе превысили его расходы на 150 миллионов долларов. К концу 1986 года чистая прибыль составляла уже 260 миллионов: фирмы и корпорации еще многие месяцы после завершения Игр продолжали перечислять Оргкомитету деньги от продажи товаров с олимпийской символикой.

Кстати, это отнюдь не та прибыль, которую благодаря безудержной «олимпийской рекламе» во время телетрансляций получили сами корпорации от продажи товаров. Те суммы значительно больше. Это лишь прибыль так называемого «бесприбыльного» Оргкомитета.

На мой вопрос, как же будет израсходована прибыль Оргкомитета Игр XXIII Олимпиады, мэр Лос-Анджелеса ответил: «30 процентов пойдут Олимпийскому комитету США, столько же национальным спортивным федерациям США и 40 — на спорт в Калифорнии».

О том, что прибыль, образованная в результате участия в Олимпийских играх спортсменов нескольких континентов (к тому же за счет ущемления их интересов), досталась одной стране, Томас Брэдли заявил как о чем-то само собой разумеющемся и бесспорно справедливом.

Так коммерциализация проникла на олимпийский праздник. Раньше ее влияние испытывали некоторые чемпионаты мира, но все же в основном неофициальные соревнования.

Так разоблачила себя перед всем спортивным миром доктрина финансирования олимпийских игр без помощи государства.

Как уже говорилось, идея проведения игр без финансового участия государства, то есть без дотаций как из федерального бюджета, так и из средств штата, в котором проводятся игры, поначалу имела много сторонников на Западе. Она привлекала тем, что при таком подходе, то есть при опоре только на частный капитал, игры не лягут бременем на налогоплательщиков. Кредиторами, спонсорами игр будут промышленные фирмы и корпорации, финансовые организации.

Однако средства, переданные корпорациями и фирмами оргкомитету игр, чтобы получить право быть их официальными поставщиками, отчисляются от прибылей, которые появляются в результате эксплуатации трудящихся и продажи товаров, оплаченных в конечном счете теми же налогоплательщиками, о которых проявлялась столь трогательная забота!

Так что честнее было бы использовать принцип, который был положен в основу проведения олимпийских игр в социалистических странах: большинство капитальных вложений для строительства объектов долговременного пользования делалось из государственного либо местного бюджета. И лишь незначительная часть их, а также организационные расходы — собственно на проведение игр — покрывались за счет деятельности их организационных комитетов. Такой подход не создает духа торгашества, коммерции и делячества, не совместимого с Олимпийской хартией, провозгласившей в правиле 10, что прибыль от проведения олимпийских игр должна использоваться лишь для развития олимпийского движения и спорта. Это недвусмысленно означает, что игры не могут проводиться в целях наживы.

Государственный способ финансирования спортивных соревнований гарантирует, что коммерциализованными они не будут, а значит, позволяет на практике четко следовать одному из главных принципов хартии, закрепленному в правиле 10.

Этот принцип желательно закрепить и в уставах международных спортивных федераций. А сторонникам переноса прогрессивных положений Олимпийской хартии на правила международных спортивных федераций можно пожелать быть более последовательными в этом вопросе.

Вот один из убедительных примеров непоследовательности. Хорошо известно, что Олимпийская хартия запрещает всякую рекламу на олимпийских объектах, в том числе, не улыбайтесь, читатель, и в небе над ними. На этом, пусть небольшом, участке пространства коммерциализации законодательно поставлен заслон. Так почему же это правило не распространено на практику соревнований, проводимых под эгидой международных федераций? Это был бы реальный шаг в борьбе с коммерциализацией при проведении международных спортивных соревнований.

Коммерциализация международного спорта приводит к эксплуатации спортсменов всего мира в интересах Запада. Ведь, как вам уже известно, проведение международных соревнований планируется в настоящее время так, что 80 процентов крупных и поэтому наиболее доходных из них проходят в развитых капиталистических странах. И львиная доля прибылей достается стране — организатору соревнований.

Таким образом сложилась парадоксальная (а с точки зрения империализма закономерная) ситуация: международный спорт — достояние спортсменов всего мира — способствует финансовому укреплению преимущественно одной небольшой группы стран. Это еще больше усиливает неравенство в спорте между крупными капиталистическими державами и другими капиталистическими странами, где государство практически не оказывает помощи развитию спорта.

Наиболее правильный путь борьбы с коммерциализацией — создание в каждой международной организации, которая руководит тем или иным видом спорта или проводит комплексные соревнования, единого фонда, складывающегося из прибылей от всех источников, относящихся к соревнованию. И его справедливое международное распределение.

Любой другой путь решения проблем будет усугублять неравенство…


Любители миллионов.

Не менее актуальна в 80-е годы и проблема проникновения в олимпийское движение профессионализма. Олимпийская хартия еще во времена Пьера де Кубертена провозгласила любительский характер олимпийского спорта. Однако в последние годы усиленная модернизация олимпийских правил ведет к сползанию олимпийского спорта на позиции профессионального. Все более настойчиво раздаются призывы проводить «открытые» олимпийские игры с участием настоящих профессионалов.

Профессионализация идет, как метко сказал на XI Олимпийском конгрессе М. Эвальд, один из спортивных руководителей ГДР, рука об руку с коммерциализацией: коммерциализация создает для профессионализации финансовую основу, позволяющую выплачивать спортсменам гигантские гонорары.

Насаждая профессионализацию в международном спорте, империализм надеется добиться желаемого перевеса сил на спортивных аренах по сравнению со странами социализма. Поэтому профессионализация международного любительского спорта — процесс в первую очередь антисоциалистический.

В странах социализма почти нет профессионального спорта. Занятия физкультурой и спортом высоких достижений направлены в первую очередь на гармоническое развитие человека, совершенствование не только его физических качеств, но и духовных. Для профессионального же спорта главным, определяющим его содержание является дух наживы, чуждый социальной основе спорта в странах социализма.

Подавляющее большинство выступавших на XI Олимпийском конгрессе были обеспокоены опасностью проникновения спорта профессионального в любительский, олимпийский. Они обосновывали необходимость сохранить в правилах МОК те положения, которые надежно защитили бы олимпийское движение от проникновения в него практики профессионального спортивного бизнеса. Многими выступавшими было подчеркнуто, что сохранение принципа любительства — непременное условие существования игр в будущем. Модернизация правил о любительстве вряд ли принесет олимпийским играм какую-либо пользу, зато крайне негативные необратимые последствия этих сомнительных нововведений бесспорны. Да и в Заключительной декларации конгресса говорилось, что на олимпийских играх нет места профессиональным или «открытым» соревнованиям. Однако после XI конгресса силы империалистической ориентации в МОК тут же предали забвению эти заявления…

Капитализм пытается протащить профессиональный спорт в международный тремя путями.

Первый — дать возможность на олимпийских играх, других крупнейших международных непрофессиональных соревнованиях выступать настоящим, как иногда говорят, «контрактным» профессионалам. Это мотивируется тем, что на олимпийских играх должны выступать действительно лучшие спортсмены мира. И хотя в Олимпийской хартии записано, что профессионалы к играм не допускаются, именно это положение после XI Олимпийского конгресса подверглось наиболее массированной атаке.

Второй путь — замаскированный. Предлагают, чтобы спортсмен, являющийся профессионалом в одном виде спорта, мог участвовать в олимпийских соревнованиях по другому виду. Например, футболист-профессионал — в олимпийских соревнованиях по легкой атлетике. Однако главным для профессионального спортсмена является не специфика вида спорта, а материальные условия, в которых проходит подготовка, и стимулы, заставляющие добиваться высоких результатов. Профессиональный спортсмен-футболист сумеет создать себе за счет своего профессионального гонорара те условия, которых не имеет любитель, а затем использовать свои олимпийские успехи в целях наживы.

Наконец, третий путь — внесение поправок, изменений в правила допуска к играм и таким образом «стягивание» олимпийского спорта на позиции профессионального.

Отношение МОК к проблеме профессионализации в последние несколько десятилетий было очень далеко от последовательности. Сначала он стремился не замечать изменений в развитии спорта высших достижений, и прежде всего того, что из-за повышения уровня спортивных результатов ведущие спортсмены теперь должны все более значительную часть времени уделять тренировке, причем в течение определенного довольно продолжительного периода своей жизни. Совмещать занятия спортом высших достижений с какой-либо другой деятельностью становится все труднее. Однако один из президентов МОК Эвери Брэндедж (США), занимавший этот пост в течение нескольких десятилетий, выступал против изменений правил допуска к играм, которые реалистически учитывали бы такое положение.

В последние же годы началась поспешная ревизия правила 26, которым в Олимпийской хартии регламентируется статус спортсмена-любителя. Из Олимпийской хартии были исключены сами понятия «любитель» и «любительство», что явилось грозным признаком сползания к профессионализму.

Проведенная сразу же после XI Олимпийского конгресса там же, в Баден-Бадене, 84-я сессия Международного олимпийского комитета приняла новую редакцию правила 26. Теперь право сформулировать и утверждать правила допуска спортсменов к олимпийским видам предоставлено каждой международной спортивной федерации в зависимости от тех специфических условий подготовки к соревнованиям и ее финансового обеспечения, которые существуют в каждом отдельном виде спорта. Правда, при этом МОК подчеркнул, что федерации в своих решениях должны исходить из основных положений правила 26.

К сожалению, меры, предпринятые реакционными силами в МОК и федерациях после XI Олимпийского конгресса во имя «уравнивания возможностей», уже принесли практические результаты. Главный из них — отход от принципов олимпизма, стирание фактических различий между спортом олимпийским и профессиональным.

Несколько лет назад в интервью французской спортивной газете «Экип» X. А. Самаранч подчеркнул: «С 1974 года Олимпийская хартия не содержит термина «любитель». Сегодня же вновь начинаются разговоры о любительском спорте. Это ненормально».

За профессионализацию также выступают комиссия МОК по допуску, возглавляемая Вилли Дауме (ФРГ), и ряд членов МОК из капиталистических стран. Все это говорит о том, что профессионализация будет усиленно насаждаться в олимпийском спорте, что грозит искажением его социальной и гуманистической сущности.

В чем же отличие профессионального спорта от любительского? В повышении уровня спортивного мастерства? Но к этому всегда стремились и стремятся все представители любительского спорта, лучшие же из них как раз его и определяли. В том, что спортсмены уделяют значительную часть своего времени спорту? Но сегодня спорт высших достижений требует от человека на определенный период его жизни практически полного посвящения себя ему. Только так он может исполнить свой долг перед обществом — показать физические возможности человека.

Так где же критерий, который четко дает возможность отличить профессиональный спорт от любительского? Таким критерием является цель, ради которой человек занимается спортом.

Для спортсмена-профессионала она заключается, по существу, только в одном — в деньгах (не тех, что необходимы для успешной и эффективной подготовки к соревнованиям или для компенсации того, что атлет некоторое время не работает). Деньги ради денег. Деньги, которые поднимают человека в эксплуататорском обществе на высшую ступень социальной и экономической иерархии.

Заработок более чем ста профессиональных спортсменов США за 1983 год, например, превышал 660 тысяч долларов (около 40 тысяч рублей в месяц). Ненамного меньше заработали ведущие профессиональные спортсмены в Западной Европе. В этом и заключается главное отличие спортсменов-профессионалов от спортсменов, которым государственные или общественные организации создают условия для полноценной подготовки в рамках любительского спорта высших достижений, причем только на период их спортивной деятельности. Это отличие является одной из причин того, почему прогрессивные силы в международном спортивном движении, а не только Национальный олимпийский комитет СССР выступают против участия профессионалов в олимпийских играх.

Заработки профессионалов позволяют большинству из них за период их спортивной карьеры обеспечить себя (да еще как!) на всю жизнь. Именно поэтому такая спортивная деятельность признается их профессией. Спортсмены же любители после прекращения спортивной деятельности начинают другую, действительно профессиональную, деятельность, которая и обеспечивает их последующую жизнь.

Конечно, среди профессионалов бывают неудачники. Но здесь речь идет о тех ведущих, которые претендуют на вторжение в олимпийский спорт.

Итак, в профессиональном спорте благородный стимул в занятиях им подменен благородным металлом — такова разница между спортом профессиональным и спортом олимпийским. В связи с этим напомню Олимпийскую хартию, которая гласит, что, кроме олимпийской медали, на играх не вручается никакая другая награда.

В защиту профессионализации международного спорта ее сторонниками приводятся аргументы, претендующие на объективность. Обратимся к ним.

Аргумент первый. Сверхстимул в виде супергонорара может заставить спортсмена добиться выдающегося результата, который и придает спорту социальную значимость.

Однако допинг тоже позволяет показать высокие результаты ценой здоровья, а иногда и жизни. Потому и осужден.

Аргумент второй. На определенном этапе капитализм был, как об этом говорит история, явлением прогрессивным. Для большинства стран этап капитализма неизбежен. Так не следует ли принять как неизбежное, исторически необходимое явление и профессиональный спорт?

Возразить на это не трудно: во-первых, можно назвать не одну страну, которая путь к социализму проделала или собирается проделать, минуя этап капитализма. Во-вторых, любительский спорт, свободный от социального неравенства и эксплуатации, неизмеримо ближе к спорту будущего коммунистического общества, чем спорт профессиональный.

Аргумент третий. В олимпийских играх должны принимать участие лучшие в мире спортсмены — независимо от того, являются ли они профессионалами или любителями. Речь идет о видах спорта, где наряду с любительской существует и профессиональная ветвь, например о футболе, хоккее на льду, теннисе. Они зачастую развиваются на различной организационной, финансовой, а порой и методической основе. Причем профессиональный спорт имеет явное преимущество перед любительским. Поэтому допуск «сильнейшего» означает в подавляющем большинстве случаев почти автоматически победу профессионалов над любителями. Что может в будущем привести к отмиранию любительской ветви в этом виде спорта, и, следовательно, стимулом к занятиям им станут только меркантильные мотивы.

К тому же допуск профессионалов к олимпийским соревнованиям в некоторых видах спорта создает прецедент и для других, например легкой атлетики, гимнастики. Тогда профессионализация может пойти очень интенсивно. И в конце концов олимпийский любительский спорт полностью будет замещен профессиональным.

Аргумент четвертый. Представители социализма возражают против профессионализации, так как в их странах нет профессиональных спортсменов и они могут потерять ведущие позиции в международном спортивном соперничестве.

Однако возможности стран социализма вполне позволяют за короткий срок создать у себя систему профессионального спорта не слабее западной. Напомню, что всего около 4 лет понадобилось, чтобы выполнить постановления Центрального Комитета нашей Коммунистической партии 1947–1948 годов, которыми перед советским физкультурным движением была поставлена задача завоевания ведущих позиций в мировом спорте. На XV Олимпийских играх 1952 года олимпийский новичок — делегация СССР — в неофициальном командном зачете поделила первое место с олимпийским гегемоном — командой США. Так что мы могли бы развить у себя профессиональный спорт. Но принципы, стимулы, мотивы профессионального спорта противоречат принципам социалистического общества и по моему глубокому убеждению для него неприемлемы.

В последнее время наблюдается стремление некоторых деятелей МОК сделать главным критерием допуска спортсмена к олимпийским играм его принадлежность к определенной организации. Это не может не привести к профессионализации олимпийского спорта. Ведь если следовать этому критерию, то любая профессиональная спортивная организация, добившаяся признания международной спортивной федерации, которая признана МОК, получает юридическое право добиваться, чтобы ее члены — настоящие, «контрактные» профессионалы — участвовали в олимпийских играх. Несмотря на то что их главной целью, не совместимой с духом Олимпийской хартии, является обогащение через спорт!

Именно о таком «организационном» принципе допуска к играм говорил X. А. Самаранч, когда еще в 1983 году на пресс-конференции в Дели заявил после сессии МОК: «Единственное, чего мы не хотим в олимпийском движении — это профессионалов, не принадлежащих к какой-либо национальной или международной федерации». Нетрудно понять, что профессионалы, принадлежащие к такой федерации, для президента МОК приемлемы.

Активные действия сторонников профессионализации, к сожалению, в настоящее время практически открыли профессионалам путь на олимпийские игры.

В октябре 1986 года в Лозанне состоялась 91-я сессия МОК, которую его президент назвал исторической. Да, она действительно войдет в историю олимпийского движения, но далеко не лучшей ее страницей. Сторонники профессионализации олимпийского движения протащили через высший форум руководства этим движением решение о том, что «в порядке эксперимента» к олимпийским соревнованиям по футболу и хоккею допускаются любые спортсмены независимо от того, профессионалы они или нет. Внесены лишь несущественные ограничения. Например, не допускаются футболисты Европы и Латинской Америки, участвовавшие в чемпионате мира. А в хоккее необходимо согласие двух крупнейших североамериканских лиг. Но главное — путь к «открытым» играм свободен!

В Лозанне принято решение о том, что профессионал в одном виде спорта может участвовать в олимпийских играх в качестве любителя в другом виде. Это значит, что теперь, например, американский профессиональный футболист Р. Нехемайя, получающий баснословные гонорары за игру в футбольных матчах, сможет выйти на олимпийский старт в легкой атлетике, в которой он когда-то, еще будучи любителем, установил мировой рекорд в барьерном беге…

В конном спорте ситуация с допуском профессионалов и вовсе нелепая: профессионалы, выступавшие в одном виде конного спорта, могут быть допущены (при согласии международной федерации) к олимпийским соревнованиям по другому виду того же конного спорта!

На 91-й сессии сторонникам профессионализации олимпийского движения не удалось, правда, добиться допуска к играм профессиональных теннисистов. Рассмотрение этого вопроса было перенесено на следующую сессию МОК.

Предложенное Международной федерацией тенниса правило допуска теннисистов к олимпийским играм заключается в следующем: профессиональный теннисист становится любителем… на «олимпийский» месяц, то есть в это время он должен приостановить действие контрактов, не пользоваться услугами своих менеджеров и тренеров, не рекламировать никаких спортивных товаров, не получать гонораров за участие в соревнованиях или одержанные на них победы. Но проходит этот месяц, и теннисист вновь возвращается в лоно профессионального спорта. Причем, если на играх он завоевал победу, это даст ему дополнительные возможности для заключения новых контрактов. Таким образом олимпийская медаль будет использована в целях наживы.

Спустя полгода, на 92-й сессии МОК в Стамбуле в июне 1987 года, сторонникам профессионализации олимпийского спорта удалось добиться допуска к играм профессиональных теннисистов. Это кощунственное решение объявляет на три недели олимпийцем, например, Бориса Беккера, годовой доход которого составляет примерно 10 миллионов долларов.

Да, пока нет оснований недооценивать действия сил империализма, которые могут привести к разложению олимпийского движения изнутри — нашествием благословленных МОК колонн «контрактных» профессионалов.


Миллионеры-любители

Прогрессивные деятели международного спорта обеспокоены не только попытками сделать олимпийские игры открытыми для «контрактных» профессиональных спортсменов, но и стремлением в последнее время буржуазных спортивных организаций к сползанию любительского спорта в своих странах на финансовое обеспечение, схожее с практикой профессионального спорта.

Они добились таких изменений правил допуска к соревнованиям, которые приводят к тому, что западные любители постепенно обретают статус почти профессионалов.

В июне 1984 года корреспондент мадридской газеты «Диарио-16» взял интервью у президента МОК X. А. Самаранча. Одним из его вопросов был следующий:

— Не кажется ли вам несколько циничной система, при которой американские спортсмены, получающие крупные суммы денег, продолжают считаться любителями, поскольку эти деньги направляются через федерацию?

Корреспондент получил от президента довольно откровенный ответ:

— Я не назвал бы это положение циничным, а расценил бы его как реалистическое. Вам надо было бы сравнить положение американского и советского спортсмена. В наших странах спортсмена пестуют, окружают вниманием и заботой до тех пор, пока он демонстрирует высокие результаты. Затем, когда он оставляет спорт, никто о нем не помнит. В социалистических странах, могу вас заверить, все наоборот…

То, что корреспондент, задавший этот вопрос, затронул очень актуальную проблему, подтверждает сообщение лос-анджелесской газеты «ЮСЭй тудей» от 3 августа 1984 года. В нем говорится, что рекордсмен мира и олимпийский чемпион по барьерному бегу американец Эдвин Мозес заявил о своих доходах 1983 года: за рекламу туфель «Адидас» он получил 162,5 тысячи долларов, за рекламу продукции фирмы «Каппа» — 135 тысяч, по контракту с фирмой «Кодак» — 40 тысяч, за участие в соревнованиях — 120 тысяч. Итого — 457,5 тысячи долларов. В олимпийском году эта сумма наверняка была значительно больше.

Можно назвать немало аналогичных примеров профессионализации любителей, что стало возможным после включения на конгрессе ИААФ, состоявшемся в 1982 году в Афинах, в правила Международной любительской легкоатлетической федерации статей о «Соревнованиях по приглашению» и «Атлетических фондах».

В чем же суть этих статей и родившейся на их основе практики?

Соревнования по приглашению (впоследствии они были названы «соревнованиями ИААФ») — это личные соревнования ведущих спортсменов мира. Их единственная цель — получение организаторами прибыли. В последнее время эти соревнования преобладают в официальном календаре ИААФ. Серия откровенно коммерческих соревнований «Гран-при» стала не менее престижной, чем чемпионат Европы…

Суть же статьи «Атлетические фонды» сводится к следующему: все деньги, «заработанные» спортсменом в виде призовых сумм, гонораров рекламодателей и т. п., поступают через национальную федерацию легкой атлетики на его отдельный текущий счет. Спортсмен имеет возможность брать с этого счета, не лишаясь права считаться любителем, такую сумму, которая необходима для его подготовки и участия в соревнованиях (оплата тренировки, питания, проживания, проезда к местам соревнований и тренировки, массажа, медицинской помощи, компенсация потери заработка по основной профессии). Если спортсмен берет сумму, превышающую эти расходы, он может быть дисквалифицирован как профессионал и к соревнованиям ИААФ больше допускаться не будет.

Казалось бы, справедливо? Однако по окончании своей карьеры в любительском легкоатлетическом спорте атлет может взять всю зачисленную на его счет сумму. Как в хоккее существуют «отложенные штрафы» за нарушения правил, так в легкой атлетике сторонники «уравнивания возможностей» ввели «отложенный профессионализм», цель которого все та же — заработать деньги.

Сторонникам «ползучей профессионализации» удалось, спекулируя на финансовых трудностях, испытываемых спортивными организациями капиталистических стран, склонить большинство в ИААФ на свою сторону.

Но прогрессивные силы в ИААФ продолжают борьбу с профессионализацией в международном и национальном спорте. Конгресс 1984 года, например, усилил меры по контролю со стороны национальных федераций за материальной и финансовой помощью спортсменам. «Атлетические фонды» спортсменов преобразованы в «Фонды развития легкой атлетики». Статья устава ИААФ «О допуске к международным соревнованиям» теперь преобразована в статью «О допуске к международным и внутренним соревнованиям». Эти меры позволяют контролировать получение атлетами гонораров не только за рубежом, но и внутри страны и тем самым хоть немного замедлить процесс профессионализации…

Каково же отношение МОК к профессионализации любителей? К сожалению, он спокойно взирает на то, что МСФ игнорируют принцип Олимпийской хартии, запрещающий получать любителям за победу в соревновании какие-либо призы, кроме медалей. Ведь многие федерации, признанные МОК, разыгрывают денежные призы в десятки тысяч долларов. Например, ИААФ установила для победителей соревнований «Гран-при» в общем зачете призовую сумму в 25 тысяч долларов. И хотя вознаграждения предоставляются спортсмену-любителю обычно только через национальную федерацию его страны, чтобы контролировать их получение, суть от этого не меняется — победа оплачивается деньгами.

А как расценивать гонорары любителей за рекламу различных товаров? Они же не являются платой за победу спортсмена в соревновании. Однако всем ясно: чем выше достижения, тем крупнее гонорар, выплачиваемый фирмой за рекламу. Причем фирмы-рекламодатели заинтересованы в том, чтобы их товары рекламировали спортсмены, которые показывают высокий уровень достижений в серии соревнований. Это, кстати, еще больше закабаляет спортсмена: он вынужден стремиться одерживать победы как можно чаще для получения высоких гонораров за рекламу и уже почти совсем не отличается от профессионала…

Уже больше пятнадцати лет Олимпийская хартия не регламентирует время, в течение которого спортсмен не занимается трудовой или учебной деятельностью и которое он использует для тренировок и соревнований. Однако это обстоятельство не означает, что хартия признает профессиональный спорт. Главное в том, что Олимпийская хартия по-прежнему запрещает участие спортсменов-профессионалов в играх, заявляет, что игры нельзя использовать в целях наживы, не признает денежных призов для спортсменов-любителей. Отказ же от регламентирования времени занятий спортом продиктован его стремительным развитием.

До 1981 года в Олимпийской хартии были четко оговорены расходы, которые должны компенсироваться спортсмену-любителю: на питание и размещение,

транспорт, мелкие расходы (карманные деньги), по страхованию от несчастных случаев, болезни, потери трудоспособности, а также страхованию личного имущества, расходы на индивидуальный спортивный инвентарь и одежду, на лечение, физиотерапию, оплату тренера, по возмещению финансовых потерь, связанных с отсутствием на работе. Исключение этого перечня из хартии стало начальным этапом профессионализации олимпийского спорта.

Необходимость этого изменения олимпийских правил наши западные оппоненты объясняли тем, что специфика каждого вида спорта требует якобы, чтобы федерации сами устанавливали, какие суммы может получать спортсмен. На деле цель была иной: снять все существовавшие ограничения этих сумм и тем самым создать ведущим спортсменам своих стран «сверхстимулы» для победы в состязаниях со спортсменами стран социализма.

Буржуазные спортивные деятели нередко упрекают нас в том, что советские спортивные организации тоже получают доходы от участия своих спортсменов в международных соревнованиях. Одна часть этих поступлений расходуется на развитие спорта в нашей стране, другая — на помощь спортивным организациям развивающихся стран. Причем советские спортсмены никогда не получали таких сумм, как элитарные спортсмены-профессионалы в странах капитала.

Оценивая возможности борьбы с профессионализацией международного спорта, мы должны понимать, что сторонники этого процесса пытаются не только всячески смягчить правила допуска к олимпийским играм, но и скрыть свои истинные намерения под маской «ликвидации несправедливости».

Вот что говорил в Лос-Анджелесе на открытии конгресса Международной любительской легкоатлетической федерации 1984 года президент МОК: «Я принимал участие в вашем конгрессе в Афинах два года назад, когда вы решили изменить ваши правила допуска и сделать очень важный шаг вперед, давая всем вашим атлетам, приезжающим из весьма различных стран, одинаковые возможности принимать участие в ваших соревнованиях, принимать участие в олимпийских играх без дискриминации». Видите, под доктрину подведен и «гуманистический» базис — борьба с дискриминацией, имелась в виду, разумеется, дискриминация спортсменов капиталистических стран…

Во имя «уравнивания возможностей» разрабатывается по поручению исполкома МОК проект «Кодекса атлета», принятие которого сделало бы олимпийские игры беспрепятственно открытыми для профессиональных спортсменов.

В октябре 1985 года в Лиссабоне исполком МОК принял решение о необходимости заменить правило 26 Олимпийской хартии «Кодексом атлета», который должен после его утверждения регламентировать допуск спортсменов к олимпийским играм. Один из его авторов Рауль Молле (Бельгия) так характеризовал основные идеи этого документа: «Кодекс дает МСФ возможность устанавливать правила допуска в своих видах спорта, которые определяют кодекс поведения спортсменов, включающий принципы честной игры, отказ от допинга, признание власти федераций, достойное во всех отношениях поведение… Олимпийские игры и другие крупные международные соревнования являются ныне составной частью деловых отношений. Их проведение приносит значительные доходы. Вполне логично, что этими доходами должны пользоваться спортсмены… Разногласия между Западом и Востоком, между Севером и Югом продиктовали необходимость поиска возможностей, позволяющих обеспечить равноправие в области подготовки и участия в соревнованиях всем спортсменам мира. «Кодекс атлета» учитывает эту необходимость. Он предполагает, чтобы допуск к играм зависел от того, что мы предлагаем назвать «удостоверением о хорошем поведении».

Таким образом, суть «Кодекса атлета» состоит в том, что он открывает дорогу на олимпийские игры и к олимпийскому пьедесталу профессиональным спортсменам, не ограничивая источники и пути получения ими доходов от занятий спортом.

Обсуждение «Кодекса атлета» было включено в повестку дня заседаний V генеральной ассамблеи Ассоциации национальных олимпийских комитетов, проведенной в Сеуле весной 1986 года. Действуя таким образом, МОК стремился заручиться поддержкой национальных олимпийских комитетов, мнение которых становится все более весомым в международном спорте. Но попытка получить их одобрение не увенчалась успехом. Позицию советской делегации, показавшей, что «забота о спортсменах», якобы содержащаяся в «Кодексе», на самом деле является заботой лишь о горстке профессионалов, поддержало подавляющее большинство выступавших на заседаниях генеральной ассамблеи. После того как 22 оратора из 24 высказались против, X. А. Самаранч предложил дискуссию прекратить. Президент АНОК М. Васкес Ранья, выражая мнение большинства НОК, заявил: «Мы должны сохранить непрофессиональный дух игр».

Проведенная в июле 1986 года в Пхеньяне конференция министров спорта неприсоединившихся стран также категорически отвергла проект «Кодекса атлета»…

Тогда казалось, что атака сторонников профессионализации на олимпийский спорт не удалась. Но, пользуясь своим большинством в МОК, силы капиталистической ориентации на 91-й и 92-й сессиях МОК, как вы знаете, протащили решение о допуске профессионалов к олимпийским соревнованиям по отдельным видам спорта.

В очередной раз убеждаешься, сколь откровенно, прикрываясь лишь фиговым листком «эксперимента», реакционное крыло МОК, вопреки мнению подавляющего большинства НОК, добивается для ведущих капиталистических стран незаслуженных привилегий.

Глава VI Победа любой ценой

Среди болезней, которыми страдает сегодня международное спортивное и олимпийское движение, особое место занимают те, которые касаются проведения собственно спортивного соревнования. Вторжение реакционных сил в сферу спортивного соревнования начинается с формирования его программы, на результаты же соревнований огромное влияние оказывают необъективность судейства и применение допингов.

Казалось бы, все это — чисто технологические проблемы, далекие от политики. Однако на деле все обстоит иначе.


Олимпийский гигант против «гигантизма»

Окончательное решение о включении в программу олимпийских соревнований того или иного вида спорта, спортивной дисциплины (раздела вида спорта) или отдельного упражнения (номера программы игр) принимает только сессия МОК путем голосования. Это означает, что при решении такого важного вопроса, как включение в программу новых видов олимпийских соревнований или исключение из нее уже проводящихся, лишены права голоса международные спортивные федерации (которые согласно Олимпийской хартии отвечают за спортивную часть игр!) и национальные олимпийские комитеты (которым предстоит по этим видам спорта готовить команды и обеспечивать их участие в играх).

На первый взгляд международные спортивные федерации вроде бы участвуют в этом процессе — ведь это они вносят свои предложения о расширении программы игр за счет своих дисциплин и упражнений. А те МСФ, которые еще не добились признания МОК, вносят предложения признать их виды спорта олимпийскими.

Но на этом роль МСФ и кончается. Решение, зачастую определяющее судьбу вида спорта, его последующее всемирное распространение, всецело зависит лишь от девяти десятков членов МОК.

А национальные спортивные организации, в частности национальные олимпийские комитеты, ответственные за подготовку и участие спортсменов в олимпийских играх, вообще никакого влияния на решение важнейшего вопроса развития международного спорта оказать не в состоянии.

Правда, на это можно возразить, что федерации и НОК представлены несколькими членами в комиссии МОК по олимпийской программе. Однако комиссия имеет только совещательный голос. Она рассматривает предложения международных федераций, оценивая их с точки зрения сформулированных в Олимпийской хартии «критериев включения», предлагает и новые критерии, совершенствуя таким образом в этой части хартию. Но только члены МОК вольны в главном — принять предложения об изменении программы или их отвергнуть. И примеров, когда хорошо обоснованные, аргументированные, продуманные и взвешенные решения программой комиссии отвергались членами МОК, немало.

Есть и другие примеры, когда МОК включал в олимпийскую программу новые дисциплины без предварительного всестороннего обсуждения этого вопроса. Так, на 91-й сессии менее чем за 2 года до Игр в Сеуле (что противоречит хартии) МОК принял решение включить четыре новых номера программы: дистанции 50 м для мужчин и женщин в плавании и командные соревнования по стрельбе из лука мужчин и женщин.

Кому же выгодны такие манипуляции олимпийской программой? Нетрудно, например, определить, кому было выгодно включение в олимпийскую программу тенниса — вида спорта, в котором сегодня на Западе практически нет разделения спортсменов на любителей и профессионалов, что искусственно создает трудности при допуске спортсменов к олимпийским соревнованиям. В таком решении вряд ли были заинтересованы теннисисты-любители, которые еще за год с небольшим до Игр в Сеуле не знали, доведется ли им выйти на олимпийские корты или их законное место займут «профи». Вряд ли в нем заинтересованы и сами «профи», имеющие и без олимпийских игр насыщенный календарь соревнований, за победы в которых они получают высокие гонорары, тем более что за победу на Играх они не получат ни цента… Включение тенниса в олимпийскую программу выгодно лишь фирмам-рекламодателям и американским телекомпаниям, наживающимся на рекламе: ведь теннис благодаря своей популярности — один из наиболее «рекламопригодных» видов спорта…

Им же выгодно и возможное исключение из олимпийской программы незрелищных видов спорта, таких, например, как стрельба. Если вид спорта не пользуется популярностью среди зрителей (а популярность еще не единственный критерий его пользы), то реклама во время телерепортажа с этих соревнований будет неэффективной и рекламодатель в их проведении не заинтересован. Как говорится, кто платит, тот и заказывает музыку…

Именно сквозь телевизионную «картинку» рекламы и следует рассматривать мотивы многих решений МОК включить одни виды спорта и исключить другие, пусть даже имеющие длительную олимпийскую традицию и важное значение для развития спорта. А предлоги находятся разные.

Так, демократические силы международного спортивного движения постоянно добиваются расширения олимпийской программы за счет соревнований женщин, поскольку это сильный фактор развития женского спорта. Однако многие члены МОК из развитых капиталистических стран приводят различные доводы против увеличения женской программы. Некоторые члены МОК — сторонники коммерциализации — заявляют, например, что поскольку из примерно 1200 женщин, участвовавших в Олимпийских играх в Москве, лишь около 200 представляли неевропейские страны, то женский спорт вообще носит «локальный характер».

Областью борьбы мнений в международном спорте стали также продолжительность и объем олимпийских соревнований. Возник даже термин «гигантизм». Но действительно ли он существует?

Посмотрим, какой в количественном отношении была олимпийская программа в разные годы.

В 1960 году программа летних Олимпийских игр состояла из 150 номеров (отдельных упражнений, в которых вручается комплект из золотой, серебряной и бронзовой медалей). За последние почти три десятилетия программа, разумеется, увеличилась — ведь спорт развивается. Причем можно заметить, что олимпийская программа увеличилась и «вширь» (в нее были включены новые виды спорта, которые приобрели популярность) и «вглубь» (увеличилось количество дисциплин отдельных видов спорта и упражнений — номеров программы).

К Олимпийским играм 1984 года количество номеров программы выросло до 220, то есть примерно в полтора раза по сравнению с Римской олимпиадой. Много это или мало? И как вообще следует относиться к количественным изменениям программы олимпийских игр?

Большинство специалистов полагают, что эти изменения отражают развитие системы международных соревнований. В какой-то мере это действительно так. Однако расширение олимпийской программы, к сожалению, не всегда происходит в соответствии с развитием международного спорта. Например, только давлением проамериканского лобби можно объяснить расширение программы по плаванию за период с 1960 по 1972 год в полтора раза. Включение в программу дополнительных, «дробных», дистанций имело только одно довольно сомнительное обоснование — высокие результаты пловцов США.

Именно такие необоснованные изменения в программе соревнований и привели к появлению понятия «гигантизм» олимпийских игр и других крупных состязаний.

В выступлении на открытии 83-й сессии МОК в Москве 14 июля 1980 года тогдашний президент МОК М. Килланин отмечал: «Так называемый «гигантизм» олимпийских игр явился следствием их успеха, но в будущем необходимо серьезно подумать о масштабах и стоимости игр, растущих требованиях в плане их технического оснащения».

Почему же М. Килланин употребил рядом с «гигантизмом» слова «так называемый»? Да потому, что в настоящее время не только увеличилась программа игр, но и возросли возможности материально-технического обеспечения их проведения. Основа этих возможностей — ускорение научно-технического прогресса. Например, существенно улучшилось за последние годы информационное обеспечение игр. Находясь на одном из трех десятков олимпийских объектов, журналист, аккредитованный на олимпийских играх последней четверти XX века, может подготовить репортаж (и немедленно передать его в свою газету за десять тысяч километров) о любом из олимпийских состязаний. Правда, порой эти возможности вступают в противоречие с практикой конкретных оргкомитетов, требующих, например, за информационное обеспечение плату, которая даже крупной газете оказывается не по карману… Но это уже проблема не «гигантизма», а все той же коммерциализации.

Таким образом, проблема «гигантизма» олимпийских игр — проблема надуманная. И раздувают ее лишь те спортивные деятели Запада, которые, выступая против увеличения масштабов игр, тем самым отрицают или по крайней мере стремятся уменьшить социальную значимость олимпийского движения.

Пока же под давлением западных телевизионных компаний, наживающихся на рекламе во время олимпийских телерепортажей (какая-то часть этой прибыли отчисляется МОК, МСФ, НОК), срок зимних олимпийских игр увеличен до 16 дней. Это было необходимо, чтобы продлить время трансляции и получить больше прибыли, да к тому же иметь возможность включить в программу зрелищные (стало быть, «рекламопригодные») виды — лыжную акробатику, супергигантский слалом. И почему-то никто на Западе не вспомнил о «гигантизме». В таком виде он бизнесу не помеха…

Каковы же главные проблемы в формировании олимпийской программы? Какой она должна быть?

Ответы на эти вопросы можно найти, рассматривая олимпийское движение как социальное явление.

Вершиной всей мировой системы спортивных соревнований являются олимпийские соревнования, и, таким образом, они способны оказывать на нее сильное воздействие. Конечно, в спорте, как и в других социальных сферах, используются традиционные методы управления: административно-правовые, экономические, идеологические. Но наряду с ними в международном спорте действует метод управления, являющийся сугубо специфическим, — через систему спортивных соревнований.

Использование спортивных соревнований для управления развитием международного спорта проявляется в первую очередь в формировании программы олимпийских игр. Нетрудно заметить, что ее содержание по видам спорта, дисциплинам и упражнениям в очень большой степени определяет деятельность национальных спортивных организаций по подготовке спортсменов от новичков до олимпийских чемпионов.

Достаточно вспомнить о том, как немедленно начинает развиваться тот или иной вид спорта, дисциплина или отдельное упражнение после того, как его включают в программу олимпийских игр. В нашей, например, стране именно так — «под давлением» олимпийской программы — развивались и хоккей на траве, и дзюдо, и синхронное плавание, и стрельба из лука…

Влияние олимпийской программы испытывает спортивное движение не только СССР, но и других стран.

Поэтому одним из важнейших требований к олимпийской программе является ее стабильность. Ведь в полутора сотнях стран созданы или создаются условия для подготовки спортсменов к олимпийским играм именно по нынешней, складывающейся десятилетиями программе. Это и спортивные сооружения, и тренерские кадры, и многое другое, что при кардинальных изменениях программы окажется никому не нужным. Вот почему большинство стран мира заинтересовано в стабильности программы олимпийских игр.

В одном из моих разговоров с президентом МОК X. А. Самаранчем он высказал свой взгляд на то, как в будущем должна формироваться программа олимпийских игр. По его мнению, необходимо активно включать новые виды спорта в программу, исключая виды спорта, дисциплины и упражнения, утратившие популярность, общее же число участников летних олимпийских игр можно довести до 10 тысяч. К подобной точке зрения склоняются и некоторые другие руководители олимпийского движения. И она, конечно, имеет право на существование, но и здесь важно, какие конкретно виды спорта будут исключаться из программы, а какие придут им на смену.

Развитие спорта требует изменений программы игр, однако они должны вноситься в соответствии с объективными критериями ее формирования.

Разработкой объективных критериев формирования олимпийской программы в последнее время активно занимаются многие спортивные деятели. Настойчивую работу в этом направлении проводит комиссия МОК по программе. В течение многих лет ее возглавлял Арпад Чанади, бывший генеральным секретарем НОК Венгрии, а после его смерти — В. Г. Смирнов. И хотя эта комиссия лишь совещательный орган при МОК, в большинстве случаев разработанные ею положения по формированию олимпийской программы столь убедительны, что их трудно игнорировать.

На протяжении 1975–1982 годов мне довелось много раз встречаться с доктором Арпадом Чанади и обсуждать не только спортивную программу Московской олимпиады (он являлся ответственным за ее формирование от МОК), но и вообще перспективы развития олимпийской программы. Он был сторонником разработки долговременных критериев, сквозь сито которых должны просеиваться виды спорта и спортивные упражнения. И высказал мысль, что и критерии, и программа в целом должны отражать взаимодействие социальной, воспитательной, организационной, технической и экономической сторон как национального, так и международного спорта. Именно этим руководствовались автор и кандидат педагогических наук В. И. Чудинов, когда предложили более 30 критериев формирования олимпийской программы, включения или исключения видов спорта, дисциплин и упражнений. Назову важнейшие из них.

Социально-экономические критерии: распространенность видов спорта, дисциплин и видов соревнований в странах и на континентах — в противовес их локальности; общедоступность — в противовес ограниченным возможностям развития; умеренность расходов на развитие вида спорта — в противовес высокой стоимости.

Критерии, отражающие специфику видов спорта: разносторонность физического развития спортсмена — в противовес однобокости; естественность вида спорта — в противовес использования техники для достижения спортивного результата; прикладность вида спорта — в противовес его бесполезности для прогресса человека и человечества; уникальность качеств, развиваемых видом спорта, дисциплиной или упражнением, — в противовес повторяемым в других видах программы.

Наконец, еще одна группа критериев: гуманность вида спорта — в противовес его возможной жестокости; безопасность вида спорта — в противовес тем видам, которые создают угрозу здоровью; объективность определения результата — в противовес субъективности оценки спортивных достижений.

Сложившаяся к настоящему времени олимпийская программа в целом соответствует этим критериям. Она в основном содержит виды спорта, направленные на всестороннее гармоническое развитие личности; за малыми исключениями свободна от влияния профессионального спорта, позволяет активно участвовать в олимпийских соревнованиях женщинам.

Исключение этих видов спорта из олимпийской программы сделает бесполезными те большие вложения в их развитие, которые сделаны во многих странах; на смену же им на олимпийскую арену могут прийти виды спорта, в большей степени подверженные профессионализму, чем виды нынешней программы.

Поэтому нет сомнений, что коренные изменения в олимпийской программе повлекли бы за собой серьезные негативные и при этом необратимые последствия для всего международного спорта.

Проблема необоснованных изменений в олимпийской программе связана и с другими актуальными проблемами олимпийского движения, о которых мы уже говорили, — с коммерциализацией и профессионализацией.

В будущем также можно ожидать попыток исключения из программы видов спорта с субъективным судейством вместо настойчивой работы по объективизации судейства в этих видах.

В последние годы ряд руководителей МОК выдвигают тезис о необходимости формирования так называемой сбалансированной программы. Если рассматривать нынешнюю олимпийскую программу с точки зрения примерной равнозначности видов спорта по количеству соревнующихся, то, действительно, такого баланса сегодня нет. В соревнованиях по легкой атлетике, плаванию, борьбе выступает более половины общего числа участников летних игр, в то время как в остальных 16 видах (программа 1980–1984 гг.) — меньше половины. Такое соотношение в обозримом будущем не может существенно измениться, поэтому сбалансированная программа попросту нереальна. К тому же стремление к сбалансированности программы приведет к ее нестабильности, иными словами, сбалансированность и стабильность друг другу противоречат. И что более важно, требование сбалансированности программы есть не что иное, как еще одна попытка резко изменить соотношение сил на олимпийской арене в пользу капиталистических стран.

Ведь изменение сложившегося баланса видов спорта в олимпийской программе предполагают осуществить прежде всего за счет включения видов спорта, получивших широкое распространение в капиталистических странах и зачастую имеющих сильную профессиональную «ветвь». В этом заключается истинный политический смысл, казалось бы, «технологического» тезиса.

Если же рассматривать современную олимпийскую программу с точки зрения соотношения номеров программы для мужчин и женщин, то здесь требование сбалансированности программы правомерно.

Когда мы говорим о программе игр, не стоит забывать и о так называемых показательных соревнованиях, которые теперь проводятся во время игр по

просьбе их организационного комитета. Как показала практика, это может стать одним из путей проникновения в олимпийскую программу коммерциализованных и профессионализированных видов спорта. Сначала в программу показательных соревнований, а на следующих, скажем, играх — ив основную…


Злоключения спортивной Фемиды

Матч СССР — Бразилия чемпионата мира по футболу 1982 года, который судил испанский арбитр Кастильо, вызвал в зарубежной прессе многочисленные отклики. Мадридская газета «Йа» сообщала: «Кастильо судит в пользу Бразилии». Другая испанская газета «Коррео де Андалусия» указывала: «Советской сборной навредил Кастильо. Его несправедливое судейство в решающей степени повлияло на результат встречи». Даже бразильская газета «Жорналь ду Бразил» иронически замечала: «Бог был на стороне бразильцев и судья тоже». Итальянская газета «Корьерре делла сера» пришла к выводу: «Кастильо «наказал» советскую команду, не назначив два пенальти в ворота бразильского голкипера Переса». Лондонская «Таймс» считала, что по крайней мере один отказ испанского судьи назначить пенальти в ворота бразильцев сказался непосредственно на результате матча.

Был ли исключением испанский футбольный чемпионат мира?

Прошло четыре года, и на мексиканских полях неурядицы с судейством опять омрачили выступление нашей сборной. В матче СССР — Бельгия советские футболисты вновь стали жертвами необъективности. Мексиканская «Афисьон» в корреспонденции, названной «Судья во многом способствовал триумфу бельгийцев», отмечала, что главный арбитр не нашел взаимопонимания с судьями на линии и это привело к ошибкам, которые повлияли на окончательный исход матча. «Два первых гола, забитых бельгийцами, были проведены игроками, находившимися в положении «вне игры». Судья в поле не принял во внимание сигнал своего помощника, зафиксировавшего положение «вне игры» у нападающего бельгийской команды Кулеманса». Газета «Хорнада» поместила отчет об этом матче под заголовком «Ошибки защиты и судейства исключили советскую сборную из чемпионата».

По сообщению агентства ДПА, президент ФИФА Ж. Авеланж (Бразилия) заявил, что все 36 судей за прошедшие три года были просмотрены комиссией ФИФА и до сих пор ни одна из команд еще официально не заявляла претензий. Таким образом он взял под защиту футбольных судей. Однако генеральный секретарь ФИФА Й. Блаттер (Австрия) заявил о необходимости изменения практики выбора судей на чемпионат мира 1990 года в Италии из-за ошибок арбитров на первенстве 1986 года.

Советские спортсмены стали жертвами судейских ошибок и на чемпионате мира 1986 года по боксу. Необъективность судей переполнила чашу терпения даже видавшего виды президента Европейской ассоциации любительского бокса Бернара Ресту (Франция), который заявил, что, если практика предвзятого судейства не прекратится, ЕАБА не будет рекомендовать боксерам Европы продолжать участие в этом чемпионате.

Проблема необъективности определения спортивного результата, предвзятого судейства в международном спорте была остра и актуальна всегда. Так, лондонская «Таймс», например, писала о чемпионате Европы по фигурному катанию 1938 года: «Единственным объяснением некоторых совершенно неожиданных оценок, которые мы увидели на прошлогоднем чемпионате Европы, может быть тот факт, что судьи просто не способны распознать различные виды прыжков и другие элементы, которые вкупе и составляют современную программу. Или же они оказались не в состоянии определить их относительную ценность». А в 1951 году та же газета писала по поводу чемпионата мира по тому же виду спорта: «Судейство настолько ухудшилось, что иногда выставление оценок превращалось просто в фарс. Международному конькобежному союзу придется принять в скором времени самые решительные меры, так как и участники, и их тренеры быстро утрачивают веру в судей».

Все приведенные мной примеры относятся к видам спорта, судейство в которых носит субъективный характер. Однако случаи предвзятого судейства бывают и там, где, казалось бы, сам объективный характер определения результата (по метрам, секундам, килограммам) исключает предвзятость. Но давайте обратимся к такому виду спорта, как легкая атлетика. До 1985 года судейство международных соревнований по легкой атлетике осуществлялось практически только судьями страны, где эти соревнования проводились. На Олимпийских играх 1984 года в Лос-Анджелесе легкоатлетические соревнования состояли из 41 номера программы. Представителями участвовавших в них команд подано… 18 протестов на действия судей по определению результатов соревнования! То есть почти каждое второе решение судей о победителях в отдельных номерах программы Игр было поставлено под сомнение. За 8 лет до этого, в Монреале, на таких же соревнованиях было подано 16 протестов, но и программа там была меньше.

В чем же причина сложности определения спортивного результата? Она, по-видимому, кроется уже в природе самого спортивного упражнения, постоянно усложняющегося с развитием спорта. Но даже если спортивное упражнение и не становится сложнее, как, скажем, бег на 100 метров, то требования к точности определения результатов все-таки растут. Ведь в каждом номере программы по-прежнему разыгрываются три медали, претендентов же на них становится все больше. И современные требования к объективности определения результатов зачастую просто превышают физиологические возможности человека, например его органов чувств. Так, установлено, что человек не в состоянии фиксировать даже самым совершенным из ручных секундомеров время пробегания спортсменом дистанции с точностью до сотых долей секунды. Проблему объективности судейства усложняет и то, что не всегда судьи обладают необходимыми для своего дела нравственными качествами.

В настоящее время в судейских коллегиях, работающих на крупных спортивных соревнованиях, приблизительно 80 процентов судей — представители развитых капиталистических стран. Следовательно, от них в первую очередь и зависит судьба наград на этих соревнованиях. Глубоко убежден, что подавляющее большинство их честны и объективны. Но есть среди них и такие, для кого антисоветизм стал религией. Победить советских спортсменов любой ценой — вот символ их веры. И тут становятся хороши все средства, включая необъективное пристрастное судейство. Как хорошо известно, в современном спорте, когда судьба олимпийской медали зависит от ничтожного преимущества одного спортсмена над другим, порой достаточно неточного или, что хуже, пристрастного решения всего одного судьи, чтобы эта медаль попала «не по адресу»…

Однако опыт показывает, что и на предельно напряженных по накалу борьбы олимпийских состязаниях можно обеспечить объективность судейства. Так, на олимпийских соревнованиях по легкой атлетике Игр XXII Олимпиады 1980 года в Москве было подано лишь 2 протеста.

С обострением политической обстановки в мире некоторые спортивные деятели — представители интересов капитализма — все активнее используют в своих целях необъективность судейства спортивных соревнований: несовершенство правил соревнований и правил определения победителей в некоторых видах спорта, недостаточно интернационализированный принцип формирования судейских коллегий, низкую техническую вооруженность судейства, невысокую квалификацию судей, их личную пристрастность. Но можно ли бороться с необъективностью? И как это делать?

Да, такая борьба необходима и уже ведется долгие годы. В ее авангарде спортивные организации социалистических стран, действия которых продиктованы справедливым и гуманным характером нашего общества, его социальными и этическими принципами. К тому же спортсмены стран социализма значительно чаще испытывают на себе предвзятость судей, становятся, простите за невольный каламбур, объектами необъективности судейства. Так, например, опубликованный газетой «Лос-Анджелес тайме» анализ судейства по фигурному катанию на четырех зимних олимпиадах показал, что судьи из стран НАТО в 39 случаях давали западным спортсменам заметно более высокие оценки, чем судьи из стран Варшавского договора — «своим» спортсменам. Поскольку было проанализировано 95 случаев, то 39 составляют почти 40 процентов.

Борьба за объективность судейства ведется и специалистами различных видов спорта из других стран. Однако действуют они в основном в одиночку. И главная причина этого в специфических особенностях того или иного вида спорта. Да и нет международного органа, который бы взял на себя руководство и координацию действий МСФ в борьбе за объективность судейства. Например, АГФИС вообще не занимается этой проблемой. Спортивная наука, к сожалению, в течение долгого времени следовала этому примеру. Правда, в последнее время появилось несколько обобщающих исследований в области объективизации судейства спортивных соревнований.

Анализ практики судейства соревнований по отдельным видам спорта показал, что необходима классификация наиболее серьезных факторов, которые влияют на объективность судейства. Разработать такую классификацию позволило изучение правил соревнований и методики их проведения, обобщение опыта проведения Олимпийских игр в Мехико, Мюнхене, Монреале и особенно в Москве.

Факторы, влияющие на объективность определения результатов, можно объединить в три группы.

В первую группу факторов входят те, которые связаны с особенностями вида спорта и организацией соревнований по нему: характер определения победителей (субъективный — в гимнастике, фигурном катании и т. д. или объективный — в легкой атлетике, плавании и т. д.), совершенство правил соревнований (особенно их разделов, относящихся к определению спортивных результатов), степень методической разработанности практики судейства, принципы формирования судейских коллегий (интернациональный или национальный), использование технических средств определения результатов.

Во вторую группу факторов входят относящиеся к самому спортивному судье: его квалификация (знание им правил, умение их правильно применить, практический опыт), особенности психофизиологических качеств судьи и его способность анализировать конкретную спортивную ситуацию (здесь имеется в виду не столько конкретная личность, но и вообще возможности человека), степень личной объективности судьи, система оценки действий судей (в разных видах спорта имеются различные по эффективности системы оценки, в результате судьи несут различную ответственность за свои действия).

Наконец, в третью группу факторов входят относящиеся непосредственно к конкретному соревнованию: организация и режим проведения соревнований (они определяют нагрузку судьи, его утомляемость, из-за которой могут быть допущены ошибки в судействе) и квалификация спортсмена (судейство соревнований спортсменов высшей квалификации сложнее, чем новичков).

Все эти факторы учитываются и международным спортивным движением и спортивными организациями многих стран, которые ведут работу по повышению объективности определения результатов международных соревнований. Принимаются меры для улучшения системы подготовки и повышения квалификации спортивных судей, совершенствования правил и практики проведения соревнований, судейско-информационных технических комплексов, принципов планирования соревнований, демократизации международных спортивных объединений и повышения уровня культуры проведения спортивных соревнований.

Сегодня наибольшее влияние на объективность определения результатов на международных соревнованиях способны оказать два фактора: технические средства объективизации судейства и совершенствование принципов формирования судейских коллегий.

За десятки лет развития современного спорта технические средства, позволяющие повысить объективность определения результатов, во многих видах достигли высокого уровня совершенства.

Еще в конце 60-х годов были разработаны основные принципы судейства с применением магнитной видеозаписи. Правда, в настоящее время возможности видеозаписи еще не в полной мере используются, так как для этого в судействе должны произойти кардинальные изменения. Однако и современное применение видеозаписи дает положительные результаты. Так, на Играх XXII Олимпиады места соревнований по десяти видам спорта — легкой и тяжелой атлетике, классической и вольной борьбе, плаванию и прыжкам в воду, академической гребле и парусному спорту, велоспорту и гимнастике (в Монреале — только в четырех видах спорта) — были оснащены «закрытыми» (не выходящими в эфир) видеозаписывающими системами, с помощью которых велась непрерывная запись хода состязаний. Это позволило многократно просматривать любой эпизод спортивной борьбы в обычном и замедленном темпе или вообще останавливать кадр для более точного определения спортивного результата, а после соревнований детально анализировать принятые судьями решения.

В огромной мере именно благодаря такой видеозаписи Московская олимпиада отличалась от предыдущих самым незначительным числом протестов. В тех видах спорта, где применялась судейская видеозапись на рассмотрение апелляционных жюри было вынесено всего 23 спорных момента, по которым было принято коллегиальное решение.

Однако внесение в правила международных спортивных федераций положения о судействе с помощью видеозаписи потребовало от организаторов спортивных соревнований Московской олимпиады настойчивости, хотя многие руководители МСФ стали их союзниками. В результате почти в половине видов спорта, входивших в программу Игр XXII Олимпиады, было внедрено наиболее совершенное из существующих уже сегодня технических средств объективизации спортивного судейства. А Игры в Москве стали важным этапом внедрения технических методов в практику спорта.

Кроме магнитной видеозаписи существуют и другие специфические методы повышения объективности судей в отдельных видах спорта. Например, современные электрофиксаторы в фехтовании, технические средства фиксации и подсчета очков в боксе, «электронные помощники стартера» и др.

На пути внедрения технических средств объективизации встречается немало трудностей, причем в основном субъективного характера. Так, некоторые деятели международных спортивных федераций, отражающие интересы развитых капиталистических стран, противодействуют внедрению технических средств объективизации судейства, так как не желают, чтобы был установлен международный контроль над судейством, которым они стремятся управлять единолично.

Но прогресс остановить нельзя. Благодаря усилиям представителей СССР и других социалистических стран консерватизм руководителей отдельных международных федераций в вопросе внедрения технических средств в практику судейства шаг за шагом преодолевается. Например, в легкой атлетике видеомагнитофон сначала применялся лишь апелляционными жюри при разборе протестов. Затем по предложению Федерации легкой атлетики СССР в 1984 году в правила соревнований была включена статья о судейской видеозаписи на мировых и региональных соревнованиях.

Другим влиятельным фактором объективизации судейства международных соревнований служит совершенствование принципов формирования судейских коллегий, особенно соотношения числа зарубежных судей и судей страны, в которой проводятся соревнования. Путь совершенствования — интернационализация судейских коллегий.

На летних Олимпийских играх 1972–1980 годов сложилось определенное соотношение численности лиц, аккредитованных по категории «Д» и в связи с этим входящих в состав «олимпийской семьи», — зарубежных и национальных судей, членов жюри и комитетов международных федераций, участвующих в проведении соревнований. Соотношение зарубежных и национальных судей на Играх этого периода примерно одинаково— 1:0,33 в Монреале, 1:0,39 в Мюнхене, 1:0,42 в Москве.

На Играх XXII Олимпиады в Москве было обеспечено участие в судействе наиболее квалифицированных специалистов. Оргкомитет «Олимпиада-80» и всесоюзные федерации по летним видам спорта для тщательного отбора советских судей и судейско-вспомогательного персонала провели уникальный конкурс «Олимпийский арбитр» и создали все необходимые условия для эффективной работы судей на Играх.

Наибольшее количество судей и членов жюри, как и на предыдущих Играх, предоставляла страна-организатор — 396 человек из 80 городов Советского Союза (на Олимпиаде в Мюнхене было 360 судей из ФРГ, в Монреале — 332 канадских судьи). Всего в организации и обеспечении судейства соревнований участвовали 1246 деятелей МСФ — президентов, генеральных секретарей, технических делегатов, членов жюри и судей, из которых 850 представляли зарубежные страны.

Это позволяет говорить, что на Олимпиаде-80 был обеспечен подлинно международный характер судейства.

Организаторы Игр XXIII Олимпиады 1984 года, поставив перед собой задачу победы любой ценой, сумели добиться утверждения для Лос-Анджелесских игр такой квоты: иностранные судьи и члены жюри — 955 человек, американские судьи и члены жюри — 622. Соотношение зарубежных и национальных судей оказалось 1:0,65, что существенно — в полтора раза — изменило сложившееся на предыдущих Играх соотношение в пользу американских судей.

Такое увеличение произошло за счет включения в квоту национальных судей части судейско-вспомогательного персонала, который на предыдущих Играх не получал судейской аккредитации. Аккредитация дополнительного количества американского судейско-вспомогательного персонала по категории «Д» дала ему статус международных судей, что отрицательно сказалось на объективности судейства на Играх XXIII Олимпиады.

Нет сомнения, что сложившееся в результате долгой и успешной практики соотношение национальных и зарубежных судей на летних олимпийских играх должно быть восстановлено.

А каковы составы судейских коллегий на соревнованиях по отдельным видам спорта? В таких видах, как гимнастика, спортивные игры, борьба, где судейство носит субъективный характер, формирование судейских коллегий осуществляется по интернациональному принципу. В легкой же атлетике, например, до последнего времени дела обстояли иначе. До 1984 года лишь апелляционные жюри и бригады судей по спортивной ходьбе составлялись из зарубежных судей, все остальные судейские бригады формировались из национальных. Изменить сложившийся за десятилетия принцип формирования судейских бригад оказалось непросто. Готовясь к очередному конгрессу ИААФ 1984 года, Технический комитет Федерации легкой атлетики СССР разработал аргументированные предложения по интернационализации судейства международных соревнований. Мы стремились убедить наших зарубежных коллег в том, что во главе судейских бригад должны быть лучшие арбитры мира, а не только страны — организатора соревнований, что уменьшит число судейских ошибок. К тому же присутствие в судейской бригаде иностранного арбитра высокой квалификации заставит национальных судей более активно повышать свой уровень; утвердится вера спортсменов-гостей в объективность судейства, так как оно будет интернациональным; регулярные приезды зарубежных судей в различные страны улучшат обмен опытом судейства, что повысит квалификацию судей; национальные же судьи, получив возможность выезжать для судейства в другие страны, будут иметь дополнительный стимул повышать свою квалификацию, участвуя в судействе национальных соревнований.

Ратуя за интернационализацию судейства в легкой атлетике, СССР имел немало союзников, среди которых наиболее активными были федерации ряда социалистических стран.

На заседаниях Технического комитета Международной любительской федерации легкой атлетики была найдена специфическая и наиболее приемлемая для легкой атлетики организационная форма интернационализации судейства. Конгрессом ИААФ 1984 года наконец была введена новая категория судей — международные технические официальные лица из наиболее опытных судей различных стран. С 1985 года они начали участвовать в проведении мировых и континентальных соревнований, оказывая помощь национальным судьям при судействе отдельных видов соревнований. Они также получили право подписывать протокол совместно со старшим судьей данной судейской бригады. Таким образом впервые был введен международный контроль за всем ходом проведения официальных соревнований по легкой атлетике.

Принесло ли пользу такое нововведение? Чтобы ответить на этот вопрос, достаточно сказать о том, что до введения новой категории судей на крупнейших соревнованиях «традиционно» подавалось определенное количество протестов. После введения этой категории, на чемпионате Европы 1986 года в западногерманском городе Штутгарте, несмотря на существенно возросшую конкуренцию в борьбе за медали, не было подано, может быть впервые в истории соревнований такого ранга, ни одного протеста!

Но противники объективизации и интернационализации судейства в легкой атлетике не сдаются. На конгрессе ИААФ, проведенном там же, в Штутгарте, они добились, правда без всякого сопротивления с чьей-либо стороны, включения в правила пункта, гласящего, что если международные технические официальные лица на какое-то соревнование не назначены, то их обязанности выполняют члены апелляционного жюри. Это существенно тормозит процесс интернационализации судейства. Ведь организационные комитеты соревнований немедленно воспользуются данной поправкой, чтобы избегать назначения новой категории судей… Как видите, потеря бдительности в деле объективизации и интернационализации судейства дорого обходится его сторонникам…

Большое значение для улучшения объективности судейства имеет и совершенствование системы оценки действий судей. Например, во многих видах спорта можно было бы использовать метод, в свое время предложенный профессором А. Ю. Кистяковским, которым сейчас оцениваются действия ватерпольных рефери. Он позволяет объективно по пятибалльной шкале оценить каждое действие арбитра и дать его судейству интегральную оценку.


Смерть в ампуле

Борьба с допингом в международном спорте является одной из наиболее актуальных задач всех прогрессивных сил, стремящихся сохранить олимпийские традиции. На XI Олимпийском конгрессе было немало выступлений, в которых представители МОК, НОК и МСФ, спортсмены и тренеры требовали принятия более последовательных мер против применения допинга. Они указывали на необходимость совершенствования допинг-контроля и применения более строгих наказаний за прием запрещенных препаратов.

Однако по-прежнему некоторые спортсмены сами или по совету своих спортивных руководителей, тренеров, врачей употребляют запрещенные химические средства стимуляции организма для достижения победы на спортивных аренах. Чтобы скрыть применение допинга своими спортсменами, некоторые спортивные руководители, представляющие интересы империализма, всячески манипулируют результатами допинг-контроля. С другой стороны, эти манипуляции иногда используются для того, чтобы опорочить спортсменов стран социализма.

Поэтому сегодня проблема применения допинга спортсменами, участвующими в международных соревнованиях, имеет не только биологическую сторону, как несколько десятков лет назад, но и социально-политическую, что делает ее более острой.

Что же заставляет некоторых спортсменов применять стимулирующие средства? Может быть, их толкает на это само спортивное соперничество? Нет. Цель одержать спортивную победу сама по себе не может заставить человека рисковать своим здоровьем и даже жизнью. И хотя это звучит парадоксально, причины употребления допинга находятся в сфере, далекой от спорта. Корни этого социального зла — в почве меркантильных финансовых интересов, которые породили также коммерциализацию и профессионализацию международного спорта. Супергонорары — вот главная причина того, что некоторые спортсмены забывают не только о своем честном имени, но и о здоровье. «Люди гибнут за металл» — под этот рефрен правит бал сатана-допинг.

Первая смерть из-за применения стимулирующих средств в спорте была констатирована среди спортсменов-профессионалов еще в 1866 году.

Погиб из-за употребления допинга в 1960 году на Олимпийских играх в Риме и датский велосипедист Енсен. Его смерть не была случайностью. В велоспорте существует развитая профессиональная «индустрия». Поэтому олимпиец-любитель Енсен стремился занять высокое место в олимпийской иерархии, чтобы обеспечить себе впоследствии более выгодный профессиональный контракт.

Несмотря на меры, принимаемые и МОК, и МСФ, применение допингов в настоящее время достигает угрожающих размеров, и это один из наиболее явных симптомов болезни, вызванной западным вирусом. Вспомним прошедшие в 1983 году Панамериканские игры в Каракасе, в которых выступали в основном спортсмены капиталистических стран. Допинг-контроль зафиксировал 16 случаев употребления стимулирующих средств спортсменами из 10 стран!

Правда, известны примеры применения допингов и спортсменами из стран социализма. Но их количество ничтожно по сравнению с массовым приемом допингов западными спортсменами, так как это явление не имеет социальной основы в нашем обществе.

По данным, опубликованным в зарубежной печати, спортсмены капиталистических стран тратят на один из наиболее распространенных видов допинга — анаболические стероиды — десятки миллионов долларов в год.

Но буржуазные средства массовой информации пытаются свалить проблему допинга «с больной головы на здоровую». Они стремятся доказать, что высокие результаты спортсменов социалистических стран обусловлены не преимуществами социалистического строя или достижениями науки и методики подготовки, а воздействием фармакологических препаратов. Именно в этих целях в период проведения Олимпийских игр 1976 года в западной печати были инспирированы дебаты о «манипулировании спортивными результатами при помощи медикаментозных средств», «фальсификации спортивного результата», якобы осуществлявшихся спортсменами социалистических стран. Особенно яростно буржуазная пресса обвиняла спортсменов социалистических стран в применении допинга в период подготовки и проведения Московских игр.

Пытаясь опорочить социалистический спорт, сторонники интересов империализма активно противодействуют созданию обоснованной системы отбора спортсменов, подлежащих допинг-контролю, обвиняют в нечестности и некомпетентности специалистов из социалистических стран, осуществляющих контроль, критикуют оснащение антидопинговых лабораторий в социалистических странах и т. п.

Однако практика проведения крупнейших международных соревнований в социалистических странах доказывает, что у нас созданы необходимые социальные и научно-технические условия для эффективной борьбы с допингом.

К Играм XXII Олимпиады в Москве был создан специальный антидопинговый центр. Так, впервые в практике олимпийских игр анализ проб производился не в арендованной, а в принадлежащей организаторам Игр лаборатории.

Такая организация допинг-контроля в Москве позволила председателю Медицинской комиссии МОК А. де Мероду (Бельгия), оценивая Игры XXII Олимпиады, заявить: «Это была самая чистая Олимпиада!»

Медицинская комиссия МОК ведет последовательную борьбу с применением допинга на олимпийских аренах. Главной своей целью она ставит создание международной системы антидопингового контроля, которая бы позволяла осуществлять контроль на олимпийских играх, на всех чемпионатах мира, континентальных, региональных и национальных соревнованиях. Но в своей деятельности комиссия испытывает немало трудностей. Например, в период подготовки Олимпийских игр в Лос-Анджелесе, как заявил А. де Мерод в интервью газете «Советский спорт», руководители Организационного комитета Игр категорически отказались от выполнения требований Медицинской комиссии, которая настаивала на улучшении допинговой службы на этих соревнованиях. Реакционные силы международного спорта выступают также против конкретизации правил МСФ, касающихся проведения допинг-контроля, которые не дают в настоящее время четких рекомендаций для каждого из его этапов.

Первый этап (отбор спортсменов, подлежащих допинг-контролю) и заключительный (на котором принимается решение о дисквалификации в случае положительного результата) в настоящее время осуществляется международным коллегиальным органом. Но последующие, «рабочие» этапы, по существу, никем не контролируются. Именно здесь — при заборе проб, транспортировке их в лабораторию, при самом анализе — возможны различные манипуляции, например подмен проб. Поэтому сегодня главным средством в борьбе с применением допинга является учреждение международного надзора на всех этапах антидопингового контроля.

Конечно, подавляющее большинство специалистов, осуществляющих допинг-контроль на соревнованиях, квалифицированно и честно делают порученное им дело. Но достаточно, чтобы среди них появился лишь один беспринципный человек, как многолетняя подготовка спортсмена будет сведена на нет. Выходя же на старт, спортсмены должны быть уверены, что возможным манипуляциям преступных одиночек поставлен надежный интернациональный заслон. Создать его — долг международных спортивных объединений. Представители СССР, других социалистических стран настойчиво добиваются интернационализации допинг-контроля на всех его этапах.



Глава VII Дискриминация в разных обличьях

Олимпийская хартия, уставы многих международных спортивных объединений и федераций запрещают или осуждают все виды дискриминации в спорте — личности, страны или национальной спортивной организации. Например, правило 3 хартии гласит, что «по отношению к странам или отдельным лицам на Олимпийских играх не допускается никакой дискриминации по расовым, религиозным или политическим мотивам». Империалистические силы в спорте скрыто сопротивляются этому требованию международных спортивных объединений. Известно немало примеров фарисейства мирового империализма. Но особенно лицемерны его действия в области расовой и политической дискриминации.


Расисты и их покровители

Оплотом расизма в спорте является Южно-Африканская республика — страна, в которой расовая теория возведена в закон, является основой внутренней и внешней политики правящего белого меньшинства.

Сегодня всем в мире хорошо известно позорное слово «апартеид». На языке бурских колонизаторов африкаанс — одном из двух официальных языков ЮАР — оно означает всего-навсего «раздельное проживание». Однако последствия политики апартеида поистине ужасающи. По остроте искусственно созданного расового конфликта пальму первенства у южноафриканских угнетателей в нынешнем столетии может оспаривать только гитлеровский фашизм, у которого расисты многому научились.

В ЮАР законодательно закреплена безнаказанная эксплуатация небелого населения, которое живет в нищенских условиях.

Буквально все сферы жизни в этой стране подчинены апартеиду. Не является исключением и спорт, который полностью контролируется белым меньшинством. Все организации, официально представляющие ЮАР на международной спортивной арене, открыты практически только для белых спортсменов.

Расизм в Южной Африке — главная причина того, что проблема расовой дискриминации по-прежнему остается актуальной в международном спортивном и олимпийском движении.

Борьба с проявлениями этой дискриминации в международном спорте стала одним из путей его демократизации. Советский Союз, другие социалистические и многие развивающиеся страны проводят последовательную политику отпора всем попыткам внести в спортивную жизнь расовые предубеждения. Особенно активизировалась борьба за ликвидацию проявлений расовой дискриминации в спорте с выходом на мировую спортивную арену представителей молодых независимых государств Азии и Африки. СССР и другие социалистические страны поддерживают справедливые требования африканских государств о применении санкций против НОК стран, продолжающих спортивные контакты с ЮАР.

В результате действий сторонников ликвидации расовой дискриминации в спорте МОК оказался вынужденным запретить Олимпийскому комитету ЮАР направить свои команды на Олимпийские игры 1964 и 1968 годов. На 69-й сессии МОК, состоявшейся в Амстердаме в 1970 году, МОК отказал в признании Олимпийскому комитету ЮАР.

Казалось бы, прогрессивные силы мировой спортивной общественности добились победы в своей борьбе. Но они не считают ее полной и окончательной. Ведь несмотря на то, что расисты официально изгнаны из олимпийского движения, они продолжают поддерживать отношения с некоторыми международными спортивными объединениями. Поэтому главной задачей прогрессивных сил международного спорта сегодня является превращение частичного бойкота ЮАР в бойкот полный и всесторонний, что и является главной целью политики, которая проводится ими в последние два десятилетия.

Еще 29 ноября 1971 года Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию о прекращении странами — членами этой организации каких-либо спортивных связей с ЮАР. Однако сотни спортсменов капиталистических стран ее нарушают, пополняя «черный список» Центра ООН по борьбе против апартеида. И как отмечало агентство Ассошиэйтед пресс, десятки миллионов долларов ежегодно тратятся правительством и предпринимателями ЮАР на заманивание в эту страну для участия в соревнованиях спортивных звезд капиталистических стран.

В чем же причина того, что продолжает пополняться «черный список», а некоторые международные спортивные объединения и федерации не исключают представителей ЮАР из своих рядов?

Главная заключается в том, что у расистов есть сильные покровители — деятели монополистических кругов США и других развитых капиталистических стран. Представители их интересов в международных спортивных объединениях всячески препятствуют полной изоляции расистского спорта.

Хорошо известно, что американский и западноевропейский капитал имеет тесные связи с Южной Африкой, которая обладает богатыми природными ресурсами. Именно поэтому крупные предприниматели, администраторы промышленных и торговых фирм Запада, ведущие дела с ЮАР, и их сторонники в международных и спортивных организациях заинтересованы в том, чтобы у власти в этой стране оставалось белое меньшинство. На словах они осуждают апартеид, а на деле поддерживают его. 1986 год еще раз показал, кто является истинным покровителем расизма в ЮАР. Весной того года на 40-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН 125 странами — членами этой организации, в том числе и СССР, была подписана Международная конвенция против апартеида в спорте. США и ряд других капиталистических стран отказались присоединиться к этой подлинно гуманистической конвенции.

В последние годы возмущение международной общественности порядками, царящими в ЮАР, необычайно возросло. Оказавшись, по существу, в политической изоляции, расисты идут на различные показные уступки, в частности и в области спорта, цель которых дать возможность сторонникам ЮАР в международных спортивных объединениях требовать возврата этой страны в олимпийское движение.

Расисты заявляют, что в спорте ЮАР теперь якобы не существует расовой сегрегации, что отбор в олимпийскую команду будет идти по результатам, а не по цвету кожи. Однако ясно, что небелые спортсмены в ЮАР поставлены в такие условия, которые просто не дают им возможности подготовиться так, чтобы показывать высокие результаты. С другой стороны, по-прежнему, как подчеркивают руководители Нерасового олимпийского комитета ЮАР, небелые спортсмены состязаются с белыми лишь в одном из ста соревнований, проводящихся в этой стране.

В последние годы сторонники ЮАР в международном спортивном движении, чтобы отвлечь внимание прогрессивной общественности от проблемы расовой дискриминации, опираясь на испытанный лозунг «Спорт — вне политики», заявляют, что эта проблема — чисто политическая, не имеющая отношения к спорту, более того — внутренняя африканская.

После периода активных действий против расизма в 60-х —70-х годах МОК ослабил свою деятельность в этом направлении, ограничив ее только олимпийскими играми, и не предпринимает никаких мер для того, чтобы национальные спортивные федерации ЮАР были исключены из всех признанных МОК международных спортивных федераций по олимпийским видам спорта. Хотя в свое время эти федерации, обращаясь за признанием в МОК, обязались следовать требованиям Олимпийской хартии, запрещающей все виды дискриминации. Однако и уставы некоторых международных федераций и, главное, их действия противоречат Олимпийской хартии и олимпийской практике. МОК же, по существу, закрывает на это глаза.

В последнее время в ответ на варварские меры принуждения и тысячи человеческих жертв, принесенных властями ЮАР на алтарь расовой дискриминации, резко усилилась борьба небелого населения ЮАР против политики апартеида. Международная общественность потребовала применения к расистскому режиму экономических санкций. Нежелание консервативного правительства Великобритании применить их привело к закономерному отказу 31 страны участвовать в Играх Содружества, проведенных в 1986 году в Эдинбурге. Так спорт становится борцом против апартеида как государственной системы ЮАР.

Прокатившаяся по ЮАР мощная волна антирасистских выступлений, развернувшаяся массированная атака международной общественности на режим апартеида позволяют взглянуть на перспективы борьбы с расизмом в спорте по-новому. Если еще совсем недавно ее конечной реальной целью выдвигалось исключение ЮАР из всех международных спортивных федераций, то сегодня уже можно ставить вопрос о ликвидации расовой дискриминации в спорте Южной Африки, в результате чего спорт станет достоянием почти двух десятков миллионов угнетенных. Конечно, эта задача будет решена только после того, как в ЮАР падет режим апартеида. Но в настоящее время появились предпосылки, которые позволяют говорить о возможности такого общественного переворота.


Узаконенное неравноправие

Примеров того, как в международном спорте сторонниками империализма насаждалось неравенство людей, стран и народов, можно немало найти в любом периоде спортивной истории.

Один из наиболее известных примеров политической дискриминации в спорте — дискриминация ГДР и КНДР. Спортсмены и любители спорта старших поколений помнят, как при проведении официальных соревнований в странах НАТО, других развитых капиталистических странах спортсменам, руководителям команд, журналистам, туристам этих двух государств правящие круги страны — организатора соревнований в нарушение положений о чемпионатах, уставов международных спортивных объединений отказывали в выдаче въездных виз, в законном праве выступать под своим национальным флагом, запрещали исполнение государственных гимнов при награждении победителей. В борьбе против дискриминации ГДР и КНДР социалистические страны были поддержаны прогрессивными силами международного спорта. И она закончилась победой.

Но есть в международном спортивном движении проявления политической дискриминации не столь явные. Они хорошо замаскированы рассуждениями о логике развития международного спорта. На ярком примере борьбы с дискриминацией в системе управления мировой легкой атлетикой можно увидеть всю сложность политической борьбы в международных спортивных объединениях.

Еще в 1938 году представителям развитых капиталистических стран удалось добиться на конгрессе Международной любительской легкоатлетической федерации разделения стран-участниц этой организации на 3 группы. Страны, входящие в каждую из этих групп, стали обладать неодинаковым числом голосов при голосовании на конгрессах ИААФ. Представители интересов империализма в Международной любительской легкоатлетической федерации, видимо, предчувствуя освобождение многих народов Африки, Азии, Океании от колониальной зависимости, заранее резервировали за развитыми капиталистическими странами привилегированное положение в руковод — стве мировой легкой атлетикой.

К началу 70-х годов в ИААФ было уже 5 групп стран, обладающих на конгрессах ИААФ разным числом голосов. В первую группу входили страны, имеющие по 8 голосов, в остальные — по 6, 4, 2 и 1 голосу. Причем в последней группе было больше всего стран.

На каждом конгрессе ИААФ велась острая борьба с таким проявлением политической дискриминации в спорте. Прогрессивные силы добились равенства всех стран, входящих в Международную любительскую легкоатлетическую федерацию, которое могло быть достигнуто только введением принципа «одна страна — один голос». И хотя СССР, большинство других социалистических государств имеют максимальное число голосов (8), именно они возглавляют борьбу за демократизацию системы голосования в ИААФ.

На конгрессе ИААФ 1981 года после дискуссии, открытой советским представителем, удалось ликвидировать группу, имевшую один голос. Но представители западных стран все активнее выдвигали идею выработки «критериев» деления стран на группы. Иными словами — пытались узаконить неравноправие.

Сторонники такого неравенства в ИААФ заявляли, что страны с развитой легкой атлетикой (имеющие большее количество спортсменов в мировых классификационных списках, проводящие крупные соревнования и т. п.) должны обладать большим числом голосов при решении вопросов в МСФ. Это — логика сегодняшнего соотношения сил в мировой легкой атлетике, логика закрепления статус-кво, в конечном итоге логика империализма, когда богатые становятся еще богаче, а бедные — еще беднее.

Настойчивая борьба за отмену деления стран — членов ИААФ на группы продолжилась. На конгрессе ИААФ в 1984 году в Лос-Анджелесе был сделан новый шаг в борьбе с дискриминацией. В дискуссии, которую открыл советский делегат, выдвинувший убедительные аргументы против этого вида дискриминации, выступили представители 18 стран. И только один — представитель США — высказался против отмены деления стран на группы. Но в действие была приведена система голосования. Она не позволила принять предложение о равенстве голосов в полном объеме. Была лишь ликвидирована четвертая группа.

Но именно этот шаг и оказался решающим. Ведь теперь уже 94 страны имели по 4 голоса, 50 — по 6, и большинство из них считало себя ущемленными в правах. Таким образом, потенциальные сторонники равенства теперь имели несравнимо больше голосов, чем раньше. К тому же из 35 стран с 8 голосами многие — в первую очередь социалистические — тоже были против дискриминации.

Очередная попытка ее ликвидировать была предпринята на конгрессе ИААФ в 1986 году, но на него приехали далеко не все страны, имевшие по 4 голоса. И опять из-за прежнего ожесточенного (хотя и скрытого тайным голосованием) противодействия представителей развитых капиталистических стран предложение «одна страна — один голос» не набрало необходимого для принятия большинства в 2/з голосов.

Однако становилось бесспорным, что конгресс 1987 года, совпадавший с чемпионатом мира, соберет подавляющее большинство стран — членов ИААФ, в том числе и тех, кто обделен в этой федерации правами.

Понадобилось почти полвека, чтобы политическая дискриминация, рожденная силами империалистической ориентации в таком внешне далеком от политики деле, как легкоатлетический спорт, была наконец на римском конгрессе Международной любительской легкоатлетической федерации ликвидирована.

Еще одним проявлением политической дискриминации, которая даже не маскируется «логикой развития мирового спорта», является разгул антисоциализма и антисоветизма при подготовке и проведении Олимпийских игр 1984 года в Лос-Анджелесе. Однако подробнее об этом явлении поговорим в следующей главе.

Глава VIII Кто и как проводит олимпийские игры

С возрождения современного олимпизма в течение многих десятилетий олимпийские игры проводились в капиталистических странах. Летние олимпийские игры впервые и пока единственный раз были проведены в социалистической стране — в 1980 году в Москве, зимние — в 1984 году в Сараево. Однако именно в последние годы, когда на международной арене резко обострилось противоборство двух социальных систем, проблема условий подготовки и проведения олимпийских игр в капиталистических странах стала одной из наиболее актуальных в олимпийском движении. Проводя олимпийские игры на «своем поле», империализм делает все возможное, чтобы затруднить участие в них спортсменам социалистических стран, создать на них антисоциалистические настроения.

Окончательно «оформиться» проблеме условий подготовки и проведения олимпийских игр в капиталистических странах помогли хозяева летних Игр 1984 года. Политико-идеологическая направленность этих Игр была максимально приближена по сравнению со всеми предыдущими, проведенными ранее в капиталистических странах, к решению задач империализма. Следующие же Игры МОК запланировал провести в Южной Корее, и стремление империализма использовать Игры для вывода американской марионетки из политической изоляции не вызывало сомнений.

Прогрессивные силы в МОК выступали против избрания Лос-Анджелеса и Сеула олимпийскими столицами, указывая на негативные последствия для олимпийского движения предоставления права проведения Игр ведущему империалистическому государству и его вассалу. К сожалению, это не заставило МОК принять другие решения. В результате проблема условий подготовки и проведения Игр была обострена до предела.

Эта проблема, возникнув, создала глубокое противоречие между прогрессивными целями олимпийского движения и практикой подготовки и проведения олимпийских игр в капиталистических странах.

Разумеется, такое противоречие не может быть полностью устранено в рамках олимпийского движения, так как для этого необходимы коренные социально-экономические преобразования. Но максимально нейтрализовать негативные процессы, как объективно присущие капитализму, так и искусственно создаваемые им при подготовке и проведении олимпийских игр, — вполне реальная задача.

Чтобы решить ее, необходимы более активные действия прогрессивных сил в МОК при выборе олимпийской столицы, а также борьба за то, чтобы в Олимпийскую хартию были введены положения, четко регламентирующие условия подготовки и проведения игр, которых в настоящее время явно недостаточно.

Правда, реакционное крыло МОК всячески противится этому. Причина заключается в том, что, как известно, в основном олимпийские игры проводятся в развитых капиталистических странах. И чем четче и подробнее в хартии будут регламентированы условия проведения и подготовки игр, тем больше будет требований предъявляться к их организаторам. А чем больше требований, тем больше затрат, а стало быть, и меньше прибыль. Это очень хорошо понимали «классики коммерциализации» — организаторы Игр в Лос-Анджелесе, бунтовавшие против любой попытки дополнить правила проведения игр после того, как ими в марте 1978 года был подписан договор с МОК.

Сегодня в Олимпийской хартии отсутствуют не только положения, которые повысили бы ответственность оргкомитетов и НОК стран — организаторов игр для обеспечения безопасности и равного уважения к национальному достоинству всех участников игр, но и положения, регламентирующие условия проживания национальных спортивных делегаций в Олимпийской деревне, условия тренировки спортсменов в олимпийском городе и многое другое.


Все познается в сравнении

Бывший президент Организационного комитета Игр 1984 года Питер Юберрот в своей речи на сессии МОК, состоявшейся в Берлине в 1985 году, напомнил ее участникам о том, как Лос-Анджелес был избран олимпийской столицей: «На проведение Игр 1976 года было три кандидата — Монреаль, Москва, Лос-Анджелес. Вы избрали Монреаль. На проведение Игр 1980 года было два кандидата — Москва и Лос-Анджелес. Вы избрали Москву. На проведение Игр 1984 года был один кандидат — Лос-Анджелес. Вы избрали его. Спасибо вам за это!»

Отсутствие соперников у Лос-Анджелеса сослужило плохую службу олимпийскому движению. Дефицит кандидатов на проведение летних Олимпийских игр 1984 года оказался на руку империализму. У МОК не было выбора, или, точнее, он не стал искать альтернативы. Хотя вполне мог до выборов олимпийской столицы, используя свое влияние в международном спорте, провести кампанию по выдвижению еще нескольких городов-кандидатов. Но МОК никакой активности не проявил. В результате был «избран» Лос-Анджелес, и Игры стали легкой добычей ведущей империалистической державы — США.

Сразу после избрания Лос-Анджелеса организаторы Игр XXIII Олимпиады заняли независимую позицию. «Независимую» прежде всего от Олимпийской хартии. Они игнорировали даже те ее немногочисленные положения, которые регламентируют условия проведения олимпийских игр, не желали следовать и тому, что хоть и не предусмотрено правилами, но давно стало олимпийской традицией.

С другой стороны, организаторы Игр в Лос-Анджелесе стремились доказать, что капиталистическая система обладает не меньшими возможностями для проведения игр на высоком организационном, техническом и спортивном уровне, чем социалистическая. Ведь Московская олимпиада, по мнению мировой спортивной общественности, создала образец подготовки и проведения олимпийских игр, с которым поневоле сравнивают практику организации последующих игр. И после завершения Игр в Лос-Анджелесе ни у кого, за исключением тех, кто отравлен антисоветизмом, не осталось сомнений в том, что слова почетного президента МОК Майкла Килланина об Играх в Москве, как лучших из проведенных в наше время, по-прежнему справедливы.

Почему же Московские игры могут считаться образцом проведения таких соревнований?

Главная причина этого заключается в том, что подготовка и проведение олимпийских соревнований в Москве стали примером широкого, многостороннего и потому плодотворного международного сотрудничества, десятков организаций, сотен и тысяч людей, объединенных гуманными идеями международного сотрудничества в спорте и укрепления дружбы народов и мира на Земле.

Шестилетняя работа Оргкомитета «Олимпиада-80» с двадцатью одной международной спортивной федерацией по летним олимпийским видам спорта была направлена на создание для каждого спортсмена-олимпийца наилучших и равных для всех условий участия в олимпийских соревнованиях. На основании Олимпийской хартии и правил были четко установлены обязанности каждой федерации и возложена ответственность на каждую за ее участок работы.

Конечно, в таком сложном деле, как организация двадцати одного олимпийского соревнования, не могло обойтись без разногласий, а порой и конфликтов. Но стремление организаторов в первую очередь учесть интересы спортсменов, полное исключение влияния коммерциализации на Игры позволяли находить оптимальные решения.

В результате на Московской олимпиаде удалось сделать многое для улучшения проведения олимпийских соревнований. Например, до Московских игр их расписание и перечень официального олимпийского инвентаря объявлялись за год до начала соревнований. Организаторы Олимпиады-80 поставили перед собой задачу сформировать расписание олимпийских стартов и составить перечень наиболее современного и распространенного в мире спортивного инвентаря, который будет использоваться на олимпийских состязаниях, за два года до Игр, что должно было дать спортсменам лишний год целенаправленной подготовки. Все без исключения международные федерации поддержали в этом Оргкомитет «Олимпиада-80». И 20 июля 1978 года во все национальные олимпийские комитеты, признанные МОК, были направлены расписания соревнований по 12 видам спорта (вскоре и по остальным 9) и перечень официального олимпийского инвентаря. Так, спортсмены за два года до Олимпийских игр получили возможность вести свою подготовку в соответствии с расписанием будущих олимпийских стартов, используя при этом тот спортивный инвентарь, который будет на самих олимпийских соревнованиях.

Московский опыт дает нам возможность и право анализировать практику подготовки и проведения олимпийских игр в капиталистических странах.

Я, конечно, не собираюсь критиковать без разбора всю практику подготовки и проведения игр на Западе «до и после Москвы». Мне довелось побывать на трех летних Олимпиадах — 1968, 1972, 1976 годов, и я могу сказать, что советские организаторы Олимпийских игр многому там научились. Присутствовал я и на Играх в Лос-Анджелесе. Все это позволяет мне как очевидцу (что же касается зимних игр — по данным, опубликованным в печати) сравнить условия подготовки и проведения игр, состоявшихся в последние десятилетия, которые, как показала практика, могут быть очень разными.

Социально-политическая обстановка в городе и стране, где проводятся игры. В Лос-Анджелесе, например, она была крайне сложной, так как правительство страны — организатора Игр взяло откровенный курс на конфронтацию: в городе были сосредоточены различные эмигрантские организации, отмечалась повышенная преступность. С другой стороны, на зимних Играх в австрийском городе Инсбруке в 1964 и 1976 годах была нормальная обстановка.

Информационная деятельность организационных комитетов. Оргкомитет Игр в Лос-Анджелесе держал первые несколько лет подготовки к олимпийским соревнованиям национальные олимпийские комитеты в настоящем информационном голоде. Комитет же Игр в Мюнхене развил интенсивную информационную деятельность, усовершенствовав заложенные в Мехико основы современной системы информации о подготовке Игр.

Качество олимпийских объектов и насыщение их спортивно-технологическими и другими техническими средствами определяются жесткими требованиями МСФ (в части спортивной технологии), МОК (в части технического обеспечения прессы) и техническими требованиями телевизионных фирм, финансирующих игры. Поэтому все это не имело существенных различий. Однако и здесь Лос-Анджелес продемонстрировал «независимость», не запланировав, например, создание закрытой телевизионной сети для журналистов, которая на предыдущих Играх транслировала соревнования со всех олимпийских объектов.

Организация собственно спортивных соревнований. Различалась несущественно, так как в качестве образца использовалась практика проведения чемпионатов мира, Европы и предшествующих олимпийских игр.

Условия проживания спортсменов. Они были очень различными. Так, Олимпийские деревни Мехико и Мюнхена, несмотря на небольшие территории, все же были лучше, чем деревня Монреаля, где в одной комнате проживало до 12 спортсменов, и несравнимо лучше деревни в Лейк-Плэсиде, где спортсмены размещались в здании, предназначенном в дальнейшем для колонии малолетних правонарушителей. ЛАООК же вообще нарушил Олимпийскую хартию, отказавшись строить одну Олимпийскую деревню.

Обеспечение безопасности спортсменов и официальных лиц делегаций также было различным. В Мюнхене, например, оно было явно неудовлетворительным, что привело к человеческим жертвам. А в Монреале безопасность спортсменов и официальных лиц была обеспечена организационными мерами и техническими средствами. Однако это не помешало нашим противникам попытаться склонить к измене Родине одного из молодых советских спортсменов. Попытка эта в конце концов закончилась провалом.

Особо следует сказать о Лос-Анджелесе. Сложная международная обстановка, наличие различных экстремистских группировок в городе требовали от организаторов обеспечить безопасность участников и гостей Олимпиады на высоком уровне. Однако они порой проявляли просто удивительную беспечность. Даже заседания сессии МОК не охранялись. Я, например, смог, никем не остановленный, дойти до дверей зала, где они проходили.

Финансовые условия приема иностранных делегаций. На играх, предшествовавших Лос-Анджелесским, они в основном были приемлемы для всех категорий членов «олимпийской семьи» и журналистов (это объяснялось стремлением организаторов игр обеспечить максимальное представительство на них и тем самым их политический успех). Однако ЛАООК установил необычно высокую оплату за проживание одного участника на Олимпийских играх, что было продиктовано частным характером финансирования этих Игр.

Условия въезда в страну. Они всегда соответствовали Олимпийской хартии, за исключением Игр в Лейк-Плэсиде и Лос-Анджелесе. Госдепартамент США не счел нужным следовать ее требованиям. Его действия противоречили олимпийским правилам и традициям. Так, от НОК СССР он потребовал предоставить список делегации в посольство США, отказал в выдаче въездной визы олимпийскому атташе НОК СССР.

Топография олимпийских объектов и обеспечение транспортом. В Мехико олимпийские объекты находились друг от друга на больших расстояниях, однако там впервые была создана система централизованного транспортного обеспечения по замкнутым кольцевым маршрутам автобусов для участников Игр и зрителей. В Мюнхене и Монреале олимпийские объекты были в основном расположены достаточно близко и от Олимпийской деревни и друг от друга. В Лейк-Плэсиде на зимних Играх 1980 года транспортная проблема стала едва ли не самой острой. А Игры в Лос-Анджелесе назвали «олимпиадой долгих дорог», так как их олимпийские объекты здесь находились в десятках километров от Олимпийских деревень.

Обслуживание спортивных делегаций. За исключением Лейк-Плэсида, где у делегаций постоянно были трудности (например, с обеспечением транспортом), оно было удовлетворительным, осуществлялось в соответствии со сложившейся практикой.

Такими в общих чертах были условия подготовки и проведения Игр 1968–1984 годов в капиталистических странах. Учитывая, что в 80-е годы резко обострилась международная обстановка, особое значение сейчас приобрели для проведения Игр социально-политические условия олимпийского города и страны и обеспечение безопасности.

Именно эти условия были неудовлетворительными на последней Олимпиаде в Лос-Анджелесе. Даже президент МОК X. А. Самаранч, который в основном поддерживал действия организаторов этих Игр, в июне 1984 года сказал корреспонденту испанской газеты «Диарио-16»: «Ущерб, наносимый рядом радикальных группировок, огромен. Имеются в виду группы, продающие значки с надписями «Убивайте русских», группировки, заявляющие о том, что у них есть 500 квартир для приема дезертиров из социалистических стран и что они будут развешивать плакаты с надписями «Позвоните по этому номеру, если вы хотите дезертировать»… Для нас, европейцев, или для граждан стран других континентов очень трудно понять, как может город, проводящий Олимпийские игры, позволить такого рода соперничество между группировками, стремящимися склонить к дезертирству как можно больше представителей социалистических стран». Эти слова, по-моему, достаточно убедительно показывают, какая политическая обстановка была создана в канун Игр в олимпийской столице.

Обеспечение безопасности участников Игр в Лос-Анджелесе, как уже говорилось, тоже было крайне неудовлетворительным. Но руководитель службы безопасности на Играх в Лос-Анджелесе Р. Бест заявил, объясняя свою бездеятельность: «Мы обязаны быть бдительными, не нанося при этом ущерба свободному передвижению людей в соответствии с федеральными законами».

Антисоциалистическая и антисоветская истерия, взвинченная накануне Игр XXIII Олимпиады в США, заставила Национальный олимпийский комитет СССР всесторонне проанализировать сложившуюся в городе и стране, где они должны были проводиться, обстановку и рассмотреть вопрос об участии в них советской спортивной делегации.

НОК СССР в своем заявлении от 10 апреля 1984 года выразил серьезную озабоченность грубыми нарушениями организаторами Игр правил Олимпийской хартии, развернутой реакционными кругами США при попустительстве официальных властей антисоветской кампанией, и обратился в Международный олимпийский комитет с просьбой рассмотреть создавшееся положение. 24 апреля МОК на своем заседании признал правомерность и обоснованность претензий НОК СССР.

Однако, не считаясь с мнением МОК, власти США продолжали грубо вмешиваться в дела, находящиеся исключительно в компетенции Организационного комитета Игр. Американская администрация взяла курс на использование Игр в своих политических целях. В стране разжигались шовинистические настроения, нагнеталась антисоветская истерия. При прямом попустительстве американских властей резко активизировалась деятельность различного рода экстремистских организаций и групп, открыто ставивших своей целью создание невыносимых условий для пребывания делегации СССР, выступлений советских спортсменов. Готовились антисоветские демонстрации, раздавались угрозы физической расправы.

Несмотря на заверения организаторов Игр о готовности соблюдать правила Олимпийской хартии, их действия показывали, что в Лос-Анджелесе не будут обеспечены всем спортсменам безопасность, уважение их прав и человеческого достоинства.

«Частный» характер ЛАООК, его «независимость» от федерального правительства, а также от властей города и штата, широко рекламируемые организаторами как «особое преимущество», стали удобным прикрытием «невмешательства» организаторов Игр в ход событий, инспирируемых правящими кругами и средствами массовой информации в связи с Олимпийскими играми. П. Юберрот говорил: «Мы не представляем ни нашу страну, ни наше правительство… Сами перед собой мы ответственны лишь за организационные вопросы, которые должны решить в соответствии с договором, подписанным с МОК. Если правительство хочет заняться еще какими-либо проблемами — это его дело».

США не выполнили обязательство, принятое ими на себя в Итоговом документе Мадридской встречи стран — участниц Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, подписанном 6 сентября 1983 года. В этом документе записано, что «государства подтверждают свою готовность предпринять в рамках своей компетенции разумные шаги, включая в соответствующих случаях необходимые меры безопасности, с целью обеспечить удовлетворительные условия для деятельности в рамках взаимного сотрудничества на своей территории, например, для спортивных и культурных мероприятий, в которых принимают участие граждане других государств-участников».

После отказа СССР и большинства социалистических стран от участия в Играх в Лос-Анджелесе эти соревнования практически утратили значение спортивного праздника молодежи всей планеты. Таково главное последствие неблагоприятных условий подготовки и проведения игр в капиталистической стране.

Игры, как известно, состоялись. Присутствуя на них, я своими глазами увидел, во что превратили их организаторы международный спортивный форум. Правда, надо отдать должное им, техническое обеспечение Игр было на высоком уровне. Однако главным для организаторов было все же не это. Американский журнал «Тайм», назвавший Питера Юберрота «человеком года», писал: «Организатор Олимпийских игр Питер Юберрот руководил исключительным спектаклем и показал, что может свершить предпринимательский дух Амёрики». Да, американцам виднее, какими сделал Игры Юберрот.

В Оргкомитете Лос-Анджелесских игр было немало талантливых организаторов. Но их нежелание следовать очень многим олимпийским правилам и традициям, да и коммерческая ориентация Игр извратили существо олимпизма. Даже традиционная пропаганда Олимпийских игр страной-организатором и праздничное оформление олимпийской столицы были на Играх XXIII Олимпиады очень скромными. Организаторы Игр и на этом сэкономили.

Сохранил брошюрку — программу телевизионного вещания в Лос-Анджелесе на первую олимпийскую неделю. В ней предстоящим Играм посвящена лишь статейка — строк 70. А на обложке — фотография двух актрис, исполняющих главные женские роли в начинавшемся на той неделе телесериале…

Да, олимпийский праздник был испорчен. Но ради чего? Антиолимпийские действия администрации Рейгана и участие предпринимателей в финансировании Игр вряд ли подняли престиж США как страны — организатора Олимпиады. Конечно же нет. И это подтверждает, я думаю, тот факт, что на освободившееся место члена МОК для США на сессии МОК, состоявшейся в 1985 году в Берлине, от НОК США был выдвинут не П. Юберрот, претендовавший на него, а Р. Хелмик. Конечно, Роберт Хелмик имеет большой авторитет в международном спорте. Но, думается, его выдвижение вместо П. Юберрота было в первую очередь продиктовано стремлением НОК США реабилитировать себя в глазах мировой спортивной общественности. Реабилитировать после того, как олимпийские идеи были в Лос-Анджелесе принесены в жертву частному предпринимательству и политическим амбициям.

На очереди — Игры в Сеуле. 52 члена МОК из 79, принимавших участие в голосовании при выборе олимпийской столицы на летние Игры 1988 года, отдали свои голоса этому городу. Был и другой кандидат — японская Нагоя, которая, к сожалению, не смогла серьезно подготовиться к борьбе за право стать олимпийской столицей. И все же Япония в настоящее время более благоприятное место для проведения олимпийских игр, чем Южная Корея. Это должен был учесть МОК. Но реакционно настроенные члены МОК привлекли на свою сторону колеблющихся, и избрание Сеула стало фактом. Отдав предпочтение столице Южной Кореи, МОК создал в олимпийском движении новые трудности. Ведь хорошо известно негативное отношение многих стран мира к Южной Корее, где установлен профашистский диктаторский режим и на территории которой размещены американские военные базы.

Корреспондент агентства Франс Пресс как-то написал: «Интересно, сколько членов МОК побывали в Южной Корее, прежде чем взяли на себя ответственность предоставить Сеулу право проведения Олимпийских игр?» Думаю, если бы они действительно побывали там, то увидели бы (если, конечно, захотели бы), что Юг корейского полуострова стараниями империализма превращен в пороховую бочку, в постоянный источник напряженности.

Они увидели бы, что политическая обстановка в столице будущих Олимпийских игр, да и во всей стране, крайне нестабильная. Здесь постоянно проходили под лозунгами «Долой диктаторский режим!», «Янки, убирайтесь домой!» многотысячные манифестации молодежи, которые грубо и жестоко разгонялись полицией.

Корейская Народно-Демократическая Республика предложила провести Игры XXIV Олимпиады на Севере и Юге Корейского полуострова, чтобы они стали Достоянием всего корейского народа, который стремится к своему объединению.

НОК СССР активно поддержал это предложение КНДР и подверг критике тех деятелей международного спортивного движения, которые, прикрываясь различными аргументами, стремятся завести спортивную проблему в политический тупик.

Принимая 9 июля 1986 года президента МОК X. А. Самаранча, член Политбюро ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР А. А. Громыко подчеркнул, что Советский Союз поддерживает предложение КНДР о проведении Игр на Севере и Юге Кореи. Это способствовало бы оздоровлению обстановки на полуострове и нормальному ходу предстоящих Игр.


Заботы о будущем Олимпийских игр

Проблемой условий, в которых проводятся олимпийские игры, озабочены не только спортивные деятели социалистических стран. К ней привлечено внимание многих западных специалистов, хотя причина их беспокойства иная.

Так, например, американский исследователь олимпийского движения Джон Лукас, оценив трудности, которые переживает олимпийское движение, заявляет, что с начала XXI века олимпийские игры необходимо проводить в постоянном месте. Он считает, что таким местом может быть Швейцария или Западная Скандинавия (этот регион он, видимо, отводит для зимних игр).

Среди американских теоретиков олимпийского движения Лукас не одинок. Его коллеги X. Эдвардс и Э. Зайглер считают, что проведение игр в одном месте позволит исключить политические злоупотребления, лишит страну — организатора игр возможности демонстрировать политические, экономические, культурные преимущества своей социальной системы. Следует, однако, отметить, что эти аргументы пошли в ход после того, как местом проведения Игр 1980 года была избрана Москва.

Особенно настойчиво западные деятели международного спорта предлагают в качестве постоянного места проведения летних игр Грецию — родину олимпиад. Первым это предложение выдвинул бывший президент Греции Константин Караманлис. И с 1978 года не прекращается обсуждение этого вопроса.

К. Караманлиса легко понять. Ведь таким образом можно поднять авторитет страны, так как всемирное доверие к стране — организатору праздника мирового спорта станет подтверждением ее нейтралитета. Проведение олимпийских игр поможет решать за счет активизации туризма и экономические вопросы развития страны. Действительно, не исключено, что решение проводить олимпийские игры в Греции пойдет на пользу этой стране. Но далеко не все в Греции поддерживают эту идею.

Так, выступая на форуме «Молодежь и спорт», проводившемся в рамках XII Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве, представитель организации «Коммунистическая молодежь Греции» X. Зегонидис говорил о том, что в нынешних условиях, когда Греция входит в НАТО, проблему политического вмешательства в организацию олимпийских игр, проводя их только в этой стране, решить, конечно, нельзя.

И все же многие спортивные специалисты, особенно капиталистических стран, видят в постоянном проведении игр в Греции панацею, способную вывести олимпийское движение из полосы политических трудностей. Однако они забывают (или, скорее, умалчивают) о том, что Греция является членом НАТО и на ее территории размещены американские военные базы. Одна из них, между прочим, совсем неподалеку от Олимпии. И говорить о политическом нейтралитете этой страны пока невозможно. Но это не единственный аргумент против постоянного проведения игр в Греции. Олимпийские игры — сильнейший стимулятор создания материальной базы спорта, его массового развития в стране, где они проводятся. Поэтому с точки зрения развития спорта во всем мире и в отдельных его регионах необходимо, чтобы игры проводились в разных странах.

Решать проблему неблагоприятных условий подготовки и проведения игр надо иначе — установив международный контроль за их организацией. На международные и национальные спортивные организации необходимо возложить большую, чем сейчас, ответственность перед спортсменами за обеспечение высокого уровня подготовки и проведения олимпийских соревнований.

Одна из форм такого контроля — сравнение организации игр с образцовой моделью подготовки и проведения крупных международных соревнований, которая должна быть разработана на основе положений Олимпийской хартии, правил международных спортивных федераций, обобщения опыта организации лучших из проведенных олимпийских игр (которыми сейчас многие специалисты международного спорта признают Московские) и крупнейших официальных международных соревнований.

Разрабатывая такую модель для зимних игр, необходимо обобщить опыт проведения Олимпийских игр 1984 года в Сараево.

После того как образцовая модель будет разработана, нужно добиваться, чтобы она реализовывалась на всех ответственных международных соревнованиях. Например, в каждом олимпийском цикле представители международных спортивных объединений, а также средства массовой информации должны постоянно сравнивать ход подготовки игр с разработанной моделью, а в случае отклонений от нее указывать на это и добиваться, чтобы они были устранены.

Наверное, возможны и другие формы контроля организации игр. Но, думаю, именно предложенная позволит охватить весь спектр социально-политических, спортивно-технологических и организационно-бытовых сторон подготовки и проведения игр и даст возможность международным спортивным объединениям и средствам массовой информации действовать наиболее эффективно.

В настоящее время контроль за организацией игр явно недостаточен. Он заключается лишь в разовых проверках хода подготовки комиссиями, которые направляются периодически в олимпийский город международными спортивными объединениями. Результаты таких проверок докладываются на заседаниях этих объединений.

Пока существует лишь такая форма контроля подготовки игр, проверяющие комиссии должны особое внимание обращать на характер финансирования олимпийских соревнований, политическую обстановку в стране, условия проживания спортсменов.

Помимо контроля для улучшения подготовки и проведения игр необходимо совершенствование Олимпийской хартии: уточнение требований к организации игр, более подробная регламентация условий, которые необходимо создавать для спортсменов — участников олимпийских состязаний.

Надо закрепить в хартии и право НОК контролировать выполнение организационными комитетами игр их обязанности перед олимпийским движением. Иначе некоторые комитеты по-прежнему будут «забывать» об интересах спортсменов, о необходимости отроить одну Олимпийскую деревню и современные спортивные сооружения.

Расширение таким образом прав НОК и передача некоторых обязанностей по организации игр им и международным спортивным объединениям сделает подготовку и проведение игр действительно интернациональными.

В хартии должны быть также зафиксированы положения, пресекающие использование игр правительствами некоторых стран в своих политических интересах.

Необходимо включить в Олимпийскую хартию и положения, обеспечивающие создание необходимых условий для спортсменов-олимпийцев, гарантирующих уважение их национального достоинства и безопасность, создание дружеской олимпийской? атмосферы во время игр. Все спортсмены, официальные лица, гости должны быть уверены, что олимпийский город примет их радушно, независимо от состояния отношений между их странами и страной-организатором.

В хартию нужно внести также положения, указывающие, что подготовка и проведение игр должны проходить в соответствии с гуманистическими идеалами олимпийского движения.

В настоящее время для создания благоприятных условий на играх особое значение приобрел выбор олимпийского города. Ведь возможных в ходе подготовки и проведения игр политико-идеологических, националистических и коммерческих злоупотреблений можно избежать самим избранием олимпийской столицы.

Сейчас с точки зрения возможностей выбора перспектива гораздо более светлая, чем раньше. Ситуация, которая сложилась перед Играми 1984 года (один кандидат — Лос-Анджелес) или перед Играми 1988 года (два кандидата — Сеул и Нагоя), видимо, уже не повторится. В «очереди за Играми» 1992 года — как летними, так и зимними — стояли по 7 городов-кандидатов.

На проведение зимних Олимпийских игр 1992 года претендовали Альбервилль (Франция), Анкоридж (США), Берхтесгаден (ФРГ), Кортина д’Ампеццо (Италия), Лилехаммер (Норвегия), София (Болгария) и Фалун (Швеция). Право провести летние Игры оспаривали Амстердам (Нидерланды), Барселона (Испания), Белград (Югославия), Бирмингем (Великобритания), Брисбен (Австралия) и Париж (Франция). Выдвигал свою кандидатуру также Дели (Индия), хотя потом он снял ее.

Напомню еще раз, что многие рассмотренные в этой книге проблемы международного спортивного и олимпийского движения тесно связаны друг с другом. Так, обилие кандидатов на проведение Игр 1992 года после долгого периода, когда испытывался явный их дефицит, объясняется резким обострением проблемы коммерциализации. Ведь в настоящее время проведение игр не только повышает национальный престиж страны-организатора, не только позволяет любителям спорта этой страны воочию увидеть лучших спортсменов планеты, но и приносит гигантские прибыли. Поэтому города-кандидаты и не жалели денег на предвыборную кампанию. По некоторым данным, общая сумма, использованная кандидатами в агитационных целях, составляет 100–130 миллионов долларов. Причем свои расходы оправдают только два города — столицы зимних и летних Игр.

Право на проведение зимних Игр 1992 года получил Альбервилль, летних — Барселона. Выбор, сделанный на 91-й сессии МОК, а также большое число возможных кандидатов на проведение последующих олимпийских игр дают надежду, что острота проблемы подготовки и проведения игр в капиталистических странах будет через несколько лет в какой-то мере снята. Правда, полностью эта проблема, конечно, не ликвидируется.

Глава IX Рецепт лечения неизменный — демократизация

Олимпийские игры древности прошли свой жизненный цикл — зарождение, становление, расцвет, упадок, гибель — примерно за тысячелетие. Современное олимпийское движение, возможно из-за ускорения темпа жизни, столкнулось с острыми проблемами в своем развитии меньше чем через сто лет после его появления. Однако те, кто не верит в будущее современного олимпизма и прочит ему скорую гибель, являются, по сути дела, противниками этого прогрессивного общественного движения.

Международное спортивное и олимпийское движение переживает, несомненно, очень трудный этап в своем развитии. И значение того, будет ли он успешно преодолен, неизмеримо существеннее, чем когда-то в Древней Элладе — островке цивилизации на нашей планете.

В Олимпийской хартии записано, что олимпийские игры принадлежат МОК. Но это всего лишь юридическая сторона дела. В действительности, и вряд ли кто-то станет это отрицать, подлинными хозяевами игр являются спортсмены и любители спорта. Поэтому любой удар по олимпийскому движению направлен не против девяти десятков членов МОК, а против тысяч и тысяч людей на Земле. И многие из них понимают, что ценности международного спортивного и олимпийского движения стоят того, чтобы за них бороться.

Какое же лечение следует применить, чтобы вылечить болезни международного спорта, сохранить его чистоту, укрепить спортивное сотрудничество?

Сорок лет работы спортивных организаций СССР с международными спортивными объединениями убеждают, что рецепт лечения болезней международного спорта есть, он остается неизменным — это последовательная борьба за демократизацию.


Движущие силы демократизации

В авангарде борьбы за демократизацию международного спорта всегда шли социалистические страны. И опыт, накопленный ими в этой области, необычайно ценен, так как показывает наиболее эффективные пути борьбы. Нет сомнений, что и в нынешней обстановке спортивные организации социалистических стран будут на переднем крае борьбы за демократизацию.

В истории международного спорта достаточно доказательств того, что страны социализма действительно являются активными защитниками олимпийских идеалов.

Важную роль в укреплении международного спортивного сотрудничества играют Национальный олимпийский комитет СССР, советские представители в международных спортивных объединениях. Проводя настойчивую борьбу за демократизацию международных спортивных объединений совместно с друзьями из братских стран, опираясь на поддержку всех прогрессивных сил, советские деятели международного спорта последовательно проводят линию на укрепление единства олимпийского движения, повышение роли национальных олимпийских комитетов, сохранение любительского спорта, ведут борьбу со всеми негативными явлениями в международном спорте.

Трудно, например, переоценить роль в демократизации международного спорта совещаний руководителей спортивных организаций социалистических стран. На них наряду с обсуждением путей развития массовости физкультуры и спорта, повышения спортивного мастерства в этих странах большое внимание уделяется проблемам международного спорта. В последние годы в ходе таких совещаний стали проводиться встречи «на высшем уровне» руководителей спортивных организаций социалистических стран с президентом МОК. На них излагаются позиции социалистических стран по актуальным проблемам международного спортивного и олимпийского движения. Президенты МОК М. Килланин и X. А. Самаранч неоднократно имели возможность убедиться, что действия социалистических стран направлены на благо международного спортивного и олимпийского движения.

Несмотря на это, действия СССР и социалистических стран вызывают яростное сопротивление реакционных сил — крайне правого крыла международного спортивного движения.

С первых же дней участия спортивных организаций Советского Союза в международном спортивном движении и буржуазная пресса и многие, причем достаточно видные, буржуазные деятели международного спорта стремятся представить в искаженном виде гуманистический характер советского спорта, поставить под сомнение его соответствие идеалам международного спортивного и олимпийского движения. Вот один из примеров. Известный британский теоретик международного спорта Джеймс Риордан в докладе «Политика элитарного спорта на Востоке и Западе», с которым он выступил на научном конгрессе в США в 1984 году, сравнивая цели, стоящие перед спортом высших достижений в социалистических и капиталистических странах, пытался доказать, что в наших странах он играет лишь политическую роль и не является средством воспитания молодежи, стимулом для массовых занятий спортом.

На подобных конгрессах, правда, присутствует не так уж много людей, и влияние выступлений западных теоретиков на массовое сознание, к счастью, невелико. А вот буржуазные средства массовой информации (многомиллионные тиражи газет и многочасовые спортивные телевизионные передачи) империализм вовсю использует, чтобы представить западному читателю и зрителю спорт в СССР, других социалистических странах в заведомо искаженном виде.

Подручные империализма пытаются извратить также и деятельность представителей СССР в международных спортивных объединениях и организациях. Так, западная пресса неоднократно обвиняла представителей СССР и других социалистических стран, работающих в этих объединениях, в том, что их деятельность преследует якобы политические цели. Однако цели, которые ставят перед собой спортивные деятели социалистических стран, практически полностью совпадают с целями международного спортивного и олимпийского движения, хотя средства, методы и формы их достижения в международном спорте и в спорте социалистических стран совпадают не всегда. Это дает все основания говорить о том, что деятельность представителей социалистических стран объективно на пользу международному спортивному и олимпийскому движению.

В настоящее время не похоже, чтобы развитые капиталистические страны собирались отказаться от своей генеральной линии в спорте — доктрины «уравнивания возможностей». Поэтому СССР, другие социалистические страны должны сделать новый шаг в развитии спорта. В свое время наша страна создала систему подготовки спортсменов высокого класса, применяющуюся ныне во многих странах мира. Теперь мы имеем значительно больше возможностей для развития спорта, которые появились благодаря достижениям современной научно-технической революции, массовости физической культуры и спорта. Курс нашей страны на перестройку социально-экономической жизни, ускорение социально-экономического развития, безусловно, коснется и подготовки спортсменов высшего класса.

Наши соперники ищут резервы в своей социально-экономической системе, но резервы социалистической системы поистине неисчерпаемы.

Борьбу за сохранение международного спортивного и олимпийского движения социалистических стран поддерживают многие развивающиеся государства. Основой этого союза является совпадение многих наших интересов в борьбе против денационализации спорта, за стабильность олимпийской программы, против необъективности судейства, всех видов дискриминации.

Развивающиеся и социалистические страны сближают и те бескорыстная поддержка и помощь, которые страны мировой системы социализма оказывают им в развитии спорта, и совместная борьба за демократизацию, которую они ведут в международном спортивном и олимпийском движении.


Пути демократизации

Как же вывести международное спортивное и олимпийское движение из полосы сегодняшних трудностей и проблем?

Есть только один путь — продолжать последовательную демократизацию международного спортивного и олимпийского движения, что означает в первую очередь ликвидацию проблем, рассмотренных в этой книге. Причем в борьбе за демократизацию не может быть целей второстепенных. Трудно сказать, что наносит международному спорту больший вред — коммерциализация и профессионализация или допинг, расовая дискриминация или пристрастное судейство. В борьбе с болезнями международного спорта, как и с иными болезнями, местное лечение может быть бесполезно и даже опасно. Поэтому необходимы объединение и координация действий прогрессивных сил мира для создания единого фронта борьбы со всеми негативными явлениями, накопившимися в международном спорте.

И все же в настоящее время особенно опасны те процессы в спорте, которые вызваны активными попытками развитых капиталистических стран привлечь к финансированию спортивных организаций и мероприятий большой бизнес. Поэтому главным направлением борьбы является противодействие коммерциализации и профессионализации международного спортивного и олимпийского движения.

Другое важное направление — борьба за усиление роли международных спортивных объединений и всего международного спортивного и олимпийского движения в международной жизни планеты. Для этого необходимо добиваться, чтобы в Олимпийскую хартию, в уставы международных спортивных федераций были включены положения, поощряющие борьбу спортсменов и их объединений за мир, разоружение и международное сотрудничество.

Важным направлением демократизации является и значительное расширение состава МОК. Необходимо добиваться, чтобы каждая страна, участвующая в олимпийском движении, была представлена на его сессиях и имела решающий голос. Только так можно добиться необходимого для демократизации МОК расширения представительства в нем развивающихся стран.

Необходимо и значительное повышение роли национальных олимпийских комитетов в международном спорте, и особенно в сфере управления им. Сейчас ведется немало споров о будущем олимпийских игр, и нередко слышатся заявления, что оно зависит от повышения требований к национальным олимпийским комитетам (например, требуют обязать НОК участвовать в олимпийских играх и ввести санкции за неучастие в них). Однако такие меры противоречат важнейшему принципу международных отношений — суверенности каждой национальной организации, каждого национального олимпийского комитета. Не повышать требования к НОК, а последовательно расширять их права в решении насущных проблем олимпийского движения — это также одно из главных направлений демократизации международного спорта в настоящее время.

Надо добиваться, чтобы Ассоциация национальных олимпийских комитетов как представитель НОК стала по-настоящему равноправным партнером МОК.

Направление демократизации — и совершенствование принципов формирования комиссий МОК и руководства ими, особенно обеспечение справедливого представительства в них МСФ и НОК.

Необходима демократизация и МСФ, окончательная ликвидация дискриминации в них и демократизация системы голосования. Обязательно включение в уставы федерации пункта, соответствующего правилу 1 Олимпийской хартии — о целях и задачах.

Международная ассоциация спортивной прессы должна более активно и широко показывать средствами массовой информации пути и перспективы демократизации международного спорта, разоблачать постоянные попытки сил империализма отвлечь международное спортивное движение от борьбы за мир и объединение народов.

Большую роль в демократизации международного спорта должен играть и Международный совет физического воспитания и спортивной науки (СИЕПСС).


Будущее олимпийских конгрессов

…23 сентября 1981 года в Баден-Бадене, небольшом, но известном курортном городке ФРГ, представители национальных олимпийских комитетов, международных спортивных федераций и члены Международного олимпийского комитета приступили к обсуждению проблем, стоящих перед одним из самых массовых движений современности. К этому событию я уже неоднократно обращался в этой книге. Но теперь хотелось бы поговорить о нем особо.

Подготовка к XI Олимпийскому конгрессу в Баден-Бадене активно проводилась в десятках стран и международных спортивных объединений. Ожидали, что на конгрессе будут разработаны пути решения наиболее существенных проблем международного спорта.

Повестка конгресса охватывала все стороны современного олимпийского движения, хотя состояла всего из трех главных пунктов: «Будущее олимпийских игр», «Международное сотрудничество», «Будущее олимпийского движения».

Конечно, XI Олимпийский конгресс продемонстрировал не только стремление его участников развивать международное спортивное движение по прогрессивному пути. Нет-нет да и слышны были с его трибуны заявления, от которых за версту несло консерватизмом. Но их было немного. И они получили отпор тех, кто прочно стоит на прогрессивных позициях.

Единодушно принятая Заключительная декларация конгресса стала новым этапом в истории олимпизма. В ней подчеркивалось, что олимпийское движение будет развиваться на основе международного сотрудничества. Конгресс объединил усилия различных сил олимпийского движения — МОК, международных спортивных федераций, национальных олимпийских комитетов, да и тех, кто впервые на нем заявил о себе в полный голос, — самих спортсменов-олимпийцев. Так на конгрессе была заложена основа для последующей борьбы за прогресс международного спортивного и олимпийского движения.

По общему мнению, конгресс счастливо избежал угрожавшей ему опасности стать трибуной для махровой демагогии консерваторов и реакционеров. И это еще раз продемонстрировало ощутимую тенденцию олимпийского движения к его демократизации.

Но вот Олимпийский конгресс позади, через день в том же городе началась сессия МОК. И то, что еще недавно казалось бесспорным, члены МОК подвергают сомнению и вносят в Олимпийскую хартию изменения, противоречащие тому, что звучало с трибуны конгресса. Вот что значит отстранение от принятия решений двух таких весомых сил мирового спорта — НОК и МСФ.

На конгрессе прозвучало немало заявлений о необходимости дальнейшего совершенствования структуры руководства международным спортом вообще и олимпийским движением в частности. Так, Фахед Аль-Ахмад Ас-Сабах (Кувейт) говорил, что для совершенствования руководства надо расширить функции Трехсторонней комиссии МОК.

Эта комиссия до XI конгресса включала по три представителя от МОК, МСФ, НОК и сделала много по подготовке и проведению этого конгресса, что, по мнению многих, способствовало его успеху. Поэтому закономерно, что конгресс в своей декларации рекомендовал расширить Трехстороннюю комиссию, увеличив число представителей МОК, МСФ, НОК и в случае необходимости также введя представителей других организаций, и переименовать ее в Комиссию по проблемам олимпийского движения. Так на конгрессе наметились контуры той организации, которая позволила бы эффективно координировать усилия трех составляющих олимпийского движения. Но такой поворот дел насторожил некоторых членов МОК. По-видимому, возможное усиление Комиссии по проблемам олимпийского движения они расценили как посягательство на руководство международным спортивным движением, а именно на это МОК претендует сам.

Будущее Комиссии по проблемам олимпийского движения пока не очень ясно. Но нет сомнений в том, что утверждение принципа трехстороннего руководства развитием международного спорта является важным направлением его демократизации. Олимпийский же конгресс должен стать высшим законодательным органом руководства развитием этого массового движения. Подчеркиваю, что речь идет о создании органа руководства развитием международного спорта, а не деятельностью различных международных и национальных спортивных объединений. В компетенцию этого органа должны входить координация усилий спортивных объединений в борьбе против негативных явлений в международном спорте, разработка и проведение в жизнь мер, направленных на улучшение условий проведения олимпийских игр для всех желающих принимать в них участие.

Согласитесь, что только равноправное участие всех трех составляющих международного спорта в принятии законодательных решений по его развитию может ликвидировать ту дискриминацию, которая сегодня существует в отношении двух из них.

В 1990 году в Токио должен состояться очередной, XII Олимпийский конгресс. Хотелось бы, чтобы он стал не только наиболее авторитетным форумом международного спортивного движения, но и его высшим законодательным органом (тогда проводить конгрессы, конечно, нужно будет значительно чаще).

Прогрессивные силы международного спорта должны добиться, чтобы решения конгресса стали законом для всех органов, участвующих в управлении спортивным движением на международном уровне.

Послесловие

Несмотря на имеющиеся трудности и противоречия в международном спорте, роль его в современном обществе возрастает. Причина этого в том, что он обладает богатым прогрессивным потенциалом. Поэтому нельзя согласиться с теми, кто утверждает, что олимпийское движение переживает сегодня кризис. Можно говорить о трудностях, обострении проблем, возрастании влияния этих проблем на характер движения, даже об искажении некоторых его благородных функций. Но я верю, прогрессивные силы не допустят, чтобы дело дошло до того, когда встанет вопрос о самом его существовании как движения, охватывающего представителей почти всех стран и народов Земли, различных социально-экономических систем.

В Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду партии, с которым выступил М. С. Горбачев, говорится: «Будучи не в силах сладить с обострением проблем нисходящей фазы развития капитализма, правящие круги империалистических стран прибегают к средствам и методам, заведомо неспособным спасти общество, обреченное самой историей». Международное спортивное и олимпийское движение найдет в себе возможности противостоять этим средствам и методам. Однако при одном непременном условии — укреплении единства всех его прогрессивных сил, повседневных и настойчивых поисках того, что может их объединить.

Свято соблюдая принципы бескомпромиссной идеологической борьбы, можно тем не менее сберечь единство, противостоять попыткам раскола, если в каждом конфликтном случае не обострять беспредельно то, что разъединяет, и настойчиво искать то, что может сблизить точки зрения представителей двух противоборствующих социальных систем.

Во имя тех ценностей, которыми обладает современный спорт, необходимо сохранить доверенное нам богатство, которое именуется международным спортивным и олимпийским движением. В нем — громадные, еще не в полной мере используемые возможности для реализации важнейшей социальной задачи нашего века — сохранения и упрочения мира, укрепления взаимопонимания и сотрудничества между народами.

* * *

Заведующий редакцией В. Л. Штейнбах

Редактор А. Е. Касаткина

Младший редактор А. Ю. Матвеева

Художник А. Б. Бобров

Художественный редактор Е. С. Пермякова

Технический редактор Т. К. Верёвкина

корректор С. Н. Замула

* * *

ИБ № 2439. Сдано в набор 25.09.87. Подписано к печати 21.04.88. А 01464. Формат 84X108/32. Бумага кн. — журн. № 2. Гарнитура Таймс. Высокая печать. Усл.п.л. 7,56. Уел. кр. — отт. 8, 19. Уч. — изд. л. 7,64. Тираж 55000 экз. Издат. № 7812. Зак. № 896. Цена 50 к.

Ордена «Знак Почета» издательство «Физкультура и спорт» Государственного комитета СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. 101421, Москва, Каляевская ул., 27

Ярославский Полиграфкомбинат Союзполиграфпрома при Государственном комитете СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. 150014, Ярославль, ул. Свободы, 97. 



Примечания

1

В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, с. 61.

(обратно)

Оглавление

  • От автора
  • Глава I От вируса к болезни
  • Глава II Объекты их атаки
  • Глава III Олимпийские консерваторы и олимпийские «пролетарии»
  • Глава IV В политических интересах
  • Глава V И ради политики, и ради бизнеса…
  • Глава VI Победа любой ценой
  • Глава VII Дискриминация в разных обличьях
  • Глава VIII Кто и как проводит олимпийские игры
  • Глава IX Рецепт лечения неизменный — демократизация
  • Послесловие
  • *** Примечания ***