КулЛиб - Классная библиотека!
Всего книг - 373569 томов
Объем библиотеки - 452 Гб.
Всего авторов - 158744
Пользователей - 83725

Впечатления

Prekrasnaya_N про Duane: Wizards At War (Фэнтези)

Лучшее детское фэнтези)

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
nga_rang про Михайловский: Смоленский нокдаун (Альтернативная история)

Очередной бредовый трэш полубезумного, но овладевшего навыками письма человека, погрязшего в мире своих галюцинаций.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Колмаков Александр Владимирович про Леви: Записки Серого Волка (Современная проза)

Очень убедительно и не менее страшная судьба человека.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Колмаков Александр Владимирович про Бирс: Словарь Сатаны (Классическая проза)

Очень ехидно и не менее правильно.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
kochemazof про Шаскольский: Борьба Руси против крестоносной агрессии на берегах Балтики в XII-XIII вв. (История)

Хорошая книга крупного питерского историка-медиевиста, специалиста по средневековой истории Северо-Запада Руси и скандинавских стран. Показывает, как западные соседи, пользуясь феодальной раздробленностью Руси, а затем и нашествиями Степи, отжимали русские земли на берегах Балтики. Преследуя цель - перекрыть древнерусскому государству (русским княжествам) выход к морю и, в первую очередь, захватить пути, ведущие из Ладоги в Балтийское море. А заодно и отрезать от Руси - земли западных карел, еми, эстов и др.(которые были до второй половины 13 в. во владении русских княжеств). Автор, знаток латыни и старошведского, показывает это, опираясь на первоисточники. В том числе, и идеологическое обоснование папским престолом этого западного "дранг нах остен" с помощью темы "крещения язычников". Тут вам и экономические санкции - папские буллы, запрещающие торговать с русскими. После прочтения этой книги, многое становится ясным и в знаменитых событиях 1240-1242 гг (Невская битва), и в предыстории того, что происходило много позже, в том числе и в истории 20 века.

Рейтинг: 0 ( 3 за, 3 против).
Prekrasnaya_N про Келли: Тайна трех портретов (Детские остросюжетные)

Лучший детский детектив)

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
nnd31 про Михайловский: Смоленский нокдаун (Альтернативная история)

Вопрос "Возможна ли была война «малой кровь на чужой территории»?" не корректен сам по себе. Не так давно мне попалась на глаза публикация документа предвоенного периода (жаль не сохранил ссылки. Но надеюсь не я один ее видел и меня дополнят)- расчет потребности количества младшего офицерского состава (возможных потерь) в случае германо-советской войны. Ошиблись не сильно. В 2-2,5 раза всего. Так что шумиха про "малой кровью на чужой территории" - это пропаганда для поднятия боевого духа и милитаристских настроений у своего электората, и запудривания мозгов чужим. А кому надо - знали что к чему.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).

Четвертый. История одного сыска (fb2)

файл не оценён - Четвертый. История одного сыска 199K, 33с. (скачать fb2) - Андрей Ефимович Зарин



Андрей Ефимович Зарин Четвертый. История одного сыска

I

На веранде роскошной дачи в Петергофе за утренним кофе сидел старый, заслуженный отставной генерал князь Чеканный, а напротив — его молодая жена, Вера Андреевна.

Вдруг князь сказал, роняя газету:

— Дергачева убили, процентщика. Помнишь его, Вера? А?

Ложка со звоном упала в чашку. Лицо Веры Андреевны покрылось бледностью, и она откинулась к спинке стула.

— Что с тобой? — тревожно воскликнул генерал. Она слабо улыбнулась и выпрямилась.

— Ничего, Валерьян, не беспокойся! Просто я услыхала слово "убили"…

Генерал покачал головою.

— Опять эти нервы! Поезжай-ка ты за границу или в наше Широкое. Ты, моя рыбка, совсем о здоровье не заботишься…

В голосе генерала слышалась вся нежность его чувства к молодой жене.

Она приветливо кивнула ему.

— Поедешь ты, и я с тобою! Ну, кого убили?

Генерал, уже успокоившись, отхлебнул кофе, затянулся сигарою и, взяв газету, стал читать вслух.

— Дергачева… Помнишь, я у него выручал векселя Павлуши? Такого армянского типа, крашеный!

Вера Андреевна кивнула.

— Ну вот его! Подле Павловска. Что-то таинственное. Нашли труп. Голова разбита топором. "Хотя при убитом оказались и часы, и перстень, и кошелек, и бумажник, — убийство все же совершено, видимо, с целью ограбления, так как боковой карман пальто вывернут и даже испачкан кровью. Преступник, очевидно, вытащил из него крупную сумму, после которой не стоило уже брать кошелька с несколькими рублями". А? Вот тебе и копил денежки! Тебе дурно, Верунчик, а?

— Я прилягу, — тихо сказала Вера Андреевна, — этот случай правда ужасен. Особенно когда знали человека.

Генерал отечески-нежно поцеловал жену в лоб и оставил ее у дверей будуара.

Вера Андреевна вошла в будуар и нажала кнопку звонка. Когда вошла горничная, она сказала:

— Паша, там, на веранде, осталась газета. Принесите ее мне!

Паша вернулась с газетой.

— Оставьте на столе. Если кто придет, извинитесь. У меня мигрень.

— Слушаю! — отвечала Паша и вышла.

Вера Андреевна нашла сообщение об убийстве и стала жадно выхватывать строки глазами.

"Вчера, рано утром, сторож Павловского парка, идя к своему посту, увидел у канавы, что отделяет Царскосельский парк от Павловского, труп. По прибытии судебных и полицейских властей открыто несомненное преступление…"

А потом: "…в трупе признали небезызвестного Петербургу дисконтера, Антона Семеновича Дергачева, проживавшего в Павловске на даче. По показанию прислуги он, как всегда, вышел из дому около 10 часов на музыку и не вернулся. Следствие ведется энергично…" И все.

В дверь осторожно постучались.

Вера Андреевна вздрогнула.

— Кто? Что надо?

— К вашему сиятельству посыльный. Пакет принес!

— Положите! Дайте посыльному мелочи! И больше не тревожьте меня.

Вера Андреевна заперла дверь, взяла пакет, быстро вскрыла его и облегченно вздохнула.

Потом на миг глаза ее затуманились, но, отгоняя страшную мысль, она прошептала уверенно: "Не может быть!" — и опять надавила кнопку.

Паша вошла снова.

— Затопите камин, Паша!

II

Катя с булками и «Петербургской газетой» в руках, как сумасшедшая, вбежала в комнаты, крича:

— Барыня, барыня! Нашего Дергача убили! Вчера убили! Топором!

Молодая красивая женщина выскочила из темной спальни в одной сорочке, босиком.

— Что ты говоришь? Ты врешь? Он третьего дня был у меня!

— Ну, вот! А от нас домой, а ночью его и хлопнули! Вот, читайте! Я нарочно газету купила! Мне в лавке Авдей сказал! Вот! — и Катя сунула в руки своей барыне газету.

Барыня опустилась в кресло и развернула газету.

— Тут вот, сейчас, как отвернете!

Барыня прочла напечатанный крупными буквами заголовок: "Убийство ростовщика".

— Читайте вслух! — попросила Катя.

Барыня стала коленками на кресло, совсем склонилась к газете и стала, медленно разбирая слова, читать описание убийства Дергачева:

— "Следствие ведется с энергией. На место преступления прибыл агент сыскной полиции. Пока еще ничего не открыто, но надо ожидать, что энергия следователя и ловкость агента скоро откроют преступника".

Барыня хлопнула рукой по газете.

— Это Степкино дело, — воскликнула она, — вот чье!

— Что вы, барыня!

— А я знаю, и ты не спорь! Дай скорее кофе, и я поеду!

— Куда?

— На него показать. Вот что!

Лицо барыни горело негодованием и обидой. Она стояла перед Катей в одной рубашке, с распущенными волосами и, махая перед ее лицом рукою, кричала:

— Что ты знаешь? Коли он сам мне грозил убить его! А теперь со мною рассорился, запил… и очень просто! Давай кофе! — окончила она и скрылась в спальне.

III

Николай Николаевич Савельев, двадцати трех лет, с красивым испитым лицом, проснулся в двенадцать часов дня с тяжелой головой от беспутно проведенной ночи.

Он позвонил и вошедшему человеку приказал подать себе кофе и газету.

Николай Николаевич, или Николушка, как звала его до сих пор мать, был выгнан из всех учебных заведений, включая даже частные гимназии. Отец для приличия пристроил его в правление одного банка.

Сам Савельев, вышедший из народа, был богатейшим человеком в Петербурге и пользовался широкой известностью в коммерческом мире как делец.

Николушка лежал и читал газету, как вдруг чуть не подпрыгнул, прочитав про убийство Дергачева.

Лицо его побледнело, он бросил