КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 464248 томов
Объем библиотеки - 672 Гб.
Всего авторов - 217709
Пользователей - 101013

Впечатления

Shcola про Сухинин: Закон долга (Боевая фантастика)

Хорошая серия. Смешная.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Sasha-sin про Мухин: Капкан попаданца (Альтернативная история)

Очередной герой как и автор с IQ побольше чем мало и как следствие постный слог и т.д и т.п.
Отмечу хороший баланс между диалогами и описанием, а так же наличии своего сюжета

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Александерр про Nooby: Чемпион. Часть вторая. (Альтернативная история)

В принципе не плохо, но вовторой половине книги второй части как-то много не нужного описания.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Врочек: Межавторский цикл "Метро 2033"-1. Компиляция. Книги 1-24 (Боевая фантастика)

Спасибо за ваши отличные релизы

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Чужой 1917 год (fb2)

- Чужой 1917 год (а.с. Если судьба выбирает нас… -1) 622 Кб, 322с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - August Flieger

Настройки текста:




August Flieger Чужой 1917 год

Глава I

1

Как там, у Льва Николаевича Толстого, про небо Аустерлица сказано?

'Над ним было опять все то же высокое небо с еще выше поднявшимися плывущими облаками, сквозь которое виднелась синеющая бесконечность… Он видел над собою далекое, высокое и вечное небо…'

У меня вот, почти тоже самое. Лежу, понимаешь, смотрю на небо. Потому как никуда больше смотреть не могу, по непонятным причинам. И небо тут какое-то не такое — низкая серая беспросветная муть, характерная для поздней осени. Ни облаков, ни высоты, ни вечности-бесконечности. Сплошная проза жизни. Хорошо хоть дождя нет…

В голове звенит, гудит и даже вроде как потрескивает что-то. Вы знаете, что такое похмелье? Ну, так вот мне гораздо хуже. Причем в разы.

Где я? Кто я? И что вообще тут происходит?

— Я, Александр Валерьянов — юрист, адвокатского бюро 'Карельский и партнеры', тридцати трех лет от роду. Не состоял, не привлекался, не участвовал. Из заметных событий в жизни — первая чеченская, в составе 165-го полка морской пехоты Тихоокеанского Флота. Всего-то полгода до дембеля не хватило. Ранение в ногу, признан негодным к строевой, комиссован. Поступил в Московскую Юридическую Академию на Вечерний. Окончил. С тех пор тружусь у своего бывшего одноклассника Андрея Карельского. Завсегдатай нескольких исторических форумов. Холост. Дети, может быть, где и имеются, но мне о них неизвестно.

— Я, Александр фон Аш — прапорщик. 1899 года рождения, 18 лет от роду. Следую, вместе с пополнением в расположение Московского 8-го гренадерского полка.

То есть в расположение полка, я конечно следовал…

Но, видимо, не доследовал. Последнее что помню, шли в походной колонне, затем нарастающий свист, удар и темнота.

Это — помню, как юный прапор.

Как трудоголик-юрист с кризисом среднего возраста, помню, что ехал домой в жуткий снегопад, и фуру, вылетевшую передо мной на встречку — лоб-в-лоб.

* * *

Постепенно помехи и посторонние шумы в голове стабилизировались и пошли на убыль. Процесс ощущался как-то вроде настройки телевизора.

Я немного освоился в новой ситуации и смог, наконец, двинуться. Приподнял правую руку и поднес ее к лицу.

В исцарапанном кулаке, зажат смятый комок глины. Разжал пальцы, пошевелил ими.

Вроде всё фунициклирует. Вставать надо, если получится, конечно.

С трудом, приподнявшись на локтях, обнаружил, что лежу на дне старой воронки с осыпавшимися краями. Внимательно осмотрел нижнюю часть тела — перетянутый ремнем живот в оборванном кителе, вытянутые ноги в разодранных бриджах и высоких яловых сапогах.

Мои исследования были прерваны появлением целой группы лиц в, несомненно, русской военной форме: фуражки, гимнастерки, скатки через плечо, заправленные концами в котелок. Означенные лица удивленно меня разглядывали, качая головами, бурно что-то обсуждали и оживленно жестикулировали. Однако звенящий гул в ушах создавал полный эффект немого кино.

Меня оглушило — вот ничего и не слышу, догадался я.

Наконец дискуссия была прервана тем, что двое солдат спрыгнули в воронку, и аккуратно подхватив меня под руки, приподняли и подтащили к краю. Другая пара не менее аккуратно приняла меня наверху.

Судя по всему, походная колонна с пополнением попала по артобстрел. На дороге виднелось несколько свежих воронок, лежали раненые и убитые. Солдаты бережно посадили меня на землю, нахлобучили на голову фуражку. Один из солдат присев передо мной на корточки что-то говорил.

— Я ничего не слышу, меня оглушило — с трудом разлепив спекшиеся губы, проговорил я.

Собеседник закивал. Потом словно встрепенувшись, отстегнув от пояса фляжку, открутил пробку и протянул мне. Тут на сцене появилось новое действующее лицо — пожилой седоусый дядька в фуражке с красным крестом над кокардой, медицинской сумкой через плечо и белой повязкой санитара на рукаве. Санитар что-то спросил, но сразу несколько человек ему ответили. Он кивнул, задумчиво глянул на меня, расправил левой рукой свои пышные усы, а потом забрал у сердобольного солдатика из рук флягу и, придерживая меня одной рукой за плечо, стал поить.

После нескольких глотков я почувствовал облегчение, но почти тут же, скрутило живот. Тугой комок ринулся снизу вверх, и меня мучительно стошнило. Отблевавшись я поднял глаза на 'добродетеля', борясь с головокружением. Тот с озадаченным видом почесал в затылке, а потом махнул рукой солдатам. Меня осторожно подняли и, поддерживая с двух сторон, на подгибающихся ногах поволокли к подъехавшей телеге. Уложили на свежее сено, подоткнув под голову свернутую шинель. Седоусый дядька-санитар хлопнул ездового по плечу, и телега двинулась с места. От резкого рывка, у меня в голове будто