КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 471457 томов
Объем библиотеки - 690 Гб.
Всего авторов - 219856
Пользователей - 102178

Впечатления

каркуша про Ратникова: Обещанная герцогу (Фэнтези: прочее)

Ознакомительный фрагмент

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Вульф: Вагина (Эротика, Секс)

В женщине красивей вагины только глаза :)

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Ланцов: Воевода (Альтернативная история)

надеюсь автор не задержит продолжение

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Любаня про Колесников: Залётчики поневоле. Дилогия (СИ) (Боевая фантастика)

Замечательно написано, интересно. Попаданцы, приключения, всё как я люблю. Читаешь и герои оживают. Отлично написано. Продолжения не нашла. Жаль. Книга на 5.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
vovik86 про Weirdlock: Последний император (Альтернативная история)

Идея неплохая, но само написание текста портит все впечатление. Осилил четверть "книги", дальше перелистывал.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Serg55 про Самылов: Империя Превыше Всего (Боевая фантастика)

интересно... жду продолжение

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
медвежонок про Дорнбург: Борьба на юге (СИ) (Альтернативная история)

Милый, слегка заунывный вестерн про гражданскую войну. Афтор не любит украинцев, они не боролись за свободу россиян. Его герой тоже не борется, предпочитает взять ростовский банк чисто под шумок с подельниками калмыками, так как честных россиян в Ростове не нашлось. Печалька.
Продолжения пролистаю.

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).

Выстрел на Лахтинской (fb2)

- Выстрел на Лахтинской 508 Кб, 109с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Владимир Георгиевич Михайлов

Настройки текста:




Выстрел на Лахтинской

Автор повести — профессор, доктор медицинских наук. Читателю он известен по книгам «Алый парус жизни», «Неутомимые искатели». В жанре приключенческого рассказа выступает впервые. Произошло несчастье — у себя в доме убит профессор, преподаватель медицинского института. Что это — убийство, самоубийство? По мере того, как автор ведет «расследование» этого случая, читатели смогут найти ответ на этот вопрос.

Всякое новое изобретение раскрывает и подтверждает предвидение какого-либо человека; во все времена действию предшествовала мысль.

Стефан Цвейг

ОТ АВТОРА


В повести рассказывается о действительных событиях имевших место в Ташкенте около 60 лет назад. Фамилии главных действующих лиц изменены. Некоторые события смещены во времени. Прообразом центрального персонажа повести профессора Панкратьева был заведующий одной из кафедр медицинского факультета САГУ о загадочной смерти которого много писали в то время

Он один из первых начал работать в области реанимации. Реанимация — значит оживление. Профессор утверждал, что возможно оживление тканей, в которых сохранилась скрытая жизнь, и доказал это в опытах на нервах лягушки. По его мнению, в дальнейшем будет возможно и оживление головного мозга, клетки которого первыми погибают в результате прекращения снабжения кислородом.

Другим направлением его исследований было прижизненное промывание крови при интоксикациях организма.

Хотя эти исследования представляют сейчас интерес лишь исторический, и профессор, к сожалению, во многом ошибался, однако его мысль о прижизненном промывании крови, или, как теперь говорят, гемодиализе, вернулась в медицину в новом качестве. Созданная в 60‑х годах искусственная почка есть ничто иное, как аппарат для прижизненного промывания крови, удаления из нее всевозможных шлаков и вредных веществ.

Реанимация за эти годы выросла в важную отрасль медицины, отделения реанимации имеются теперь во всех крупных больницах.

Познакомившись с научными документами и материалами судебного дела, касающимися загадочной смерти профессора, я и решил написать повесть, которую предлагаю вниманию читателя. Хотя повесть и основана на документальных материалах, она не является простым отражением фактов и событий. Автор использовал свое право на художественный домысел и обобщение.

1

5 августа 1927 года народный следователь Георгий Викторович Сазонов как всегда ровно в 9 часов утра открыл своим ключом небольшой кабинет во втором участке милиции города Ташкента. Это был высокий полный человек лет сорока с длинными казацкими усами и наголо обритой головой. Из-за давней болезни сердца он страдал одышкой и сейчас, поднявшись на второй этаж по крутой лестнице, тяжело дышал.

Врачи запретили ему курить, но Сазонов считал свою работу нервной и требующей напряженной работы мысли, а курение успокаивало его и помогало сосредоточиться. Свернув козью ножку, он глубоко затянулся, затем отворил окно — несмотря на ранний час было уже довольно жарко — и вынул из сейфа дело о квартирной краже.

Дело было несложное: вор сознался, краденые вещи обнаружили. Материалы можно было передавать в суд. Не успел Сазонов углубиться в обвинительное заключение, как его вызвали к телефону.

Плотно приложив трубку к уху, он услышал глуховатый голос дежурного по городскому управлению милиции.

— У себя на квартире по улице Лахтинской застрелился профессор медфака Панкратьев. Начальник уголовного розыска просил вас выехать на место происшествия.

— Судебный эксперт предупрежден? — спросил Сазонов.

— Эксперта вызвали. С минуты на минуту подойдет и фотограф.

Доложив начальству, что уезжает, Сазонов грузно опустился в милицейскую двуколку и попросил поднять тент, так как уже сильно припекало. Минут через пятнадцать он подъезжал к Лахтинской. Эта тихая улица с двумя рядами одноэтажных домов находилась недалеко от театра оперетты. Вдоль улицы были высажены тополя, а кое-где и фруктовые деревья. Многие домики были окружены садами.

У дома 19, ничем не отличавшегося от остальных, молодой милиционер сдерживал любопытных. Здесь были домохозяйки с корзинами, они, видимо, возвращались с базара, какой-то старик в пижаме и галошах на босу ногу, две старушки, одетые несмотря на жару в темные шерстяные платья, несколько любопытных школьников с потертыми ранцами за плечами.

На крыльце небольшого особняка Сазонова встретил агент[1] уголовного розыска — высокий представительный мужчина в ладно сидевшей на нем милицейской форме. Рядом стоял судебный врач Будрайтис в светлом, хорошо выутюженном костюме с аккуратно повязанным галстуком и в начищенных до блеска