КулЛиб - Классная библиотека! Скачать книги бесплатно
Всего книг - 716417 томов
Объем библиотеки - 1424 Гб.
Всего авторов - 275491
Пользователей - 125277

Последние комментарии

Новое на форуме

Новое в блогах

Впечатления

yan.litt про серию За последним порогом

В целом средненько, я бы даже сказал скучная жвачка. ГГ отпрыск изгнанной мамки-целицельницы, у которого осталось куча влиятельных дедушек бабушек из великих семей. И вот он там и крутится вертится - зарабатывает себе репу среди дворянства. Особого негатива к нему нет. Сюжет логичен, мир проработан, герои выглядят живыми. Но тем не менее скучненько как то. Из 10 я бы поставил 5 баллов и рекомендовал почитать что то более энергичное.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Lena Stol про Небокрад: Костоправ. Книга 1 (Героическая фантастика)

Интересно, сюжет оригинален, хотя и здесь присутствует такой шаблон как академия, но без навязчивых, пустых диалогов. Книга понравилась.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Lena Stol про Батаев: Проклятьем заклейменный (Героическая фантастика)

Бросила читать практически в самом начале - неинтересно.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Lena Stol про Чернов: Стиратель (Попаданцы)

Хорошее фэнтези, прочитала быстро и с интересом.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Влад и мир про серию История Московских Кланов

Прочитал первую книгу и часть второй. Скукота, для меня ничего интересно. 90% текста - разбор интриг, написанных по детски. ГГ практически ничему не учится и непонятно, что хочет, так как вовсе не человек, а высший демон, всё что надо достаёт по "щучьему велению". Я лично вообще не понимаю, зачем высшему демону нужны люди и зачем им открывать свои тайны. Живётся ему лучше в нечеловеческом мире. С этой точки зрения весь сюжет - туповат от

  подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Рассказы ужасов [Уильям Фрэнсис Нолан] (fb2) читать постранично, страница - 3


 [Настройки текста]  [Cбросить фильтры]

поприщ — в пении, живописи или на сцене.

Незадолго до того, как Дженин и Лоренс поженились, несчастная женщина умерла, измотанная жизнью, но бесконечно счастливая, умиротворенная тем, что наконец-то она увидела результаты своих трудов.

И сейчас Дженин наблюдала за ним с тонкой улыбкой, в которой чувствовался легкий оттенок вызова.

— Попробуй, — предложила она. — Это такой милый старый дом. Ведь его построили в 1690 году — подумай, сколько всяких интересных людей он перевидал на своем веку с тех пор. А некоторые из них и до настоящего времени находятся здесь вокруг нас. Я не знаю, как получается, что кто-то из них уходит, а другие остаются, но это действительно так. И всегда было так. Попробуй, может, кто-то из них захочет поговорить с тобой.

— Ну что ж. — Он с трудом выдавил из себя улыбку. Опустившись на колени рядом с женой, Лоренс взял ее за руку, но она высвободила ладонь и пододвинула доску к нему.

— Нет, ты сам положи два пальца на донышко, — сказала Дженин. — Расслабься и подожди немного, пока стакан не начнет двигаться. А пальцы так и держи, не отнимай.

Он так и сделал, приготовившись к тому, что, если ничего не получится, улыбнуться, а затем предложить Дженин пообедать пораньше и сходить в кино. Однако, едва Лоренс легонько коснулся пальцами край донышка хрустального стакана, ему показалось, что в комнате снова воцарилась та же неестественная, безмолвная, неподвижная тишина, которую он ощутил, когда впервые заметил манипуляции жены над доской.

Стакан начал двигаться. Лоренс и не думал предпринимать сколь-нибудь осознанного мускульного напряжения, но стакан заскользил по плавной дуге в сторону клетки с буквой Н. Ненадолго задержавшись на ней, он сместился в сторону буквы Е, а оттуда двинулся к Т. Затем он быстро вернулся на Н, снова на Е и Т, и еще раз: Н — Е — Т. После этого стакан стремительного рванулся вбок, увлекая за собой руку Лоренса к краю доски, и перевалился через край.

— Нет, нет, нет, — прочитала Дженин. — Мне кажется, дорогой, он не хочет с тобой разговаривать.

Пытаясь сохранять спокойствие, Лоренс достал сигарету и закурил.

— Кто не хочет со мной разговаривать?

— Родерик Джемьесон, — ответила она. — Майор Родерик Джемьесон. Когда-то он здесь жил. Когда ты вошел, я как раз с ним разговаривала. Он сказал, что погиб в годы революции в битве при Йорктауне. Похоронен на маленьком кладбище позади дома. Хочу завтра сходить на его могилу.

У Лоренса перехватило дыхание. Он распорядился оставить траву у кладбища нетронутой и не сказал об этом Дженин.

Однако она каким-то образом пробралась туда, отыскала надгробие и соскребла мох с каменной плиты, на которой проступило имя «Родерик Джемьесон», хотя в его семье никто и никогда не упоминал этого человека.

— Понятно, — проговорил Лоренс, чувствуя, как незримая тяжесть оттягивает ему плечи. — Но ты, Дженин, также, разумеется, понимаешь, — слова он произносил медленно, с растяжкой, словно разговаривал с малым ребенком, — что стакан движется под воздействием твоих же непроизвольных мышечных сокращений. Иначе говоря, любое слагаемое из букв «послание» на самом деле формируется в глубинах твоего собственного мозга.

— Возможно, — кивнула Дженин, — но, дорогой, ведь это отнюдь не умаляет самого факта реальности послания. Ведь кто-то же вкладывает его в мою голову, разве не так? Отвечай же! — Эта вспышка мгновенного раздражения неприятно резанула его слух, но жена тут же вернула себе прежний тон:

— Не волнуйся, дорогой, мне просто нечем заняться, а этот мистер Джемьесон такой веселый. И так любит прихвастнуть насчет своих подвигов. По его словам, он был отчаянный дуэлянт и неотразимый любовник!

Она возбужденно захохотала.

— В некоторые его истории просто невозможно поверить, и, знаешь, он просто в ярость приходит, когда я намекаю ему, что он, наверное, многие из них попросту придумал. Иногда даже отшвыривает стакан и тот летит через всю комнату.

К удивлению Лоренса, она бросилась ему в объятия и прижалась к груди. Оба чувствовали, как громко бьется его сердце.

— Я люблю тебя, — сдавленно проговорил Лоренс, нежно поглаживая спину жены.

— Я знаю, — кивнула она и подняла лицо для поцелуя. Губы у нее были теплые, податливые. Ему всегда казалось, что у Дженин нет или почти нет переходного периода от одного состояния к другому, отчего она может одновременно пребывать как в реальном, так и выдуманном ею же самой мире. Он судорожно обнял жену, впервые неожиданно и очень остро ощущая ее близость.

— Ты даже не представляешь, — промурлыкала она ему на ухо, — как это его бесит.

В ту ночь, когда Дженин уснула, он долго лежал не сомкнув глаз. Женщина спала совершенно спокойно, согревая его щеку своим мягким, ровным дыханием.

Лоренс напрягал свой мозг, пытаясь отыскать способ, благодаря которому ему удалось бы заинтересовать ее чем-то другим, отвлечь от этой забавы с доской и стаканом, а заодно и от воображаемого соперника. Он с